Читать онлайн Любовник тетушки Маргарет, автора - Чик Мейвис, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовник тетушки Маргарет - Чик Мейвис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовник тетушки Маргарет - Чик Мейвис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовник тетушки Маргарет - Чик Мейвис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Чик Мейвис

Любовник тетушки Маргарет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Его подруга Джудит – также и натурщица, но вместе они не живут. Мы легко находим общий язык. Он выделил мне уголок (совсем не маленький) в своей студии, и я сразу взялась за работу. Он чрезвычайно дисциплинирован (кое-кому – пример для подражания?) и рисует ее едва ли не с одержимостью – во всяком случае, с глубоким чувством.
Ты хорошо себя ведешь? Не срывайся там без меня с тормозов, ладно?


Вечеринка! Вот он, подходящий случай. Можно будет продемонстрировать коленки, новую юбку и глубокое декольте. Я мгновенно взбодрилась и в порыве энтузиазма решила немедленно приступить к реставрации внешности, потрепанной временем. Косметическая маска для лица, бальзам для волос, маникюрные ножницы, пилочка, прочие инструменты и весьма яркий лак, с золотыми блестками, – для ногтей. Так, теперь специальное предложение… «Нужна ли мне чистка лица?» – размышляла я, пристально изучая себя в зеркале. Решила, что нет. Ну а если потенциальный любовник, прежде чем принять решение, захочет направить на меня софит, значит, он для меня недостаточно храбрый. Еще я отважилась выщипать брови. Процесс сопровождался чиханием, слезами и повизгиванием, зато в результате я почувствовала, что заслуживаю награды. Никакая Венера не имеет права спокойно взирать на нечеловеческие страдания впервые производящей над собой подобную экзекуцию женщины, не испытывая желания облагодетельствовать ее.
Когда Саския позвонила и стала говорить со мной как с престарелой родственницей, мирно посапывающей у камина, укрывшись пледом, мне было особенно приятно сообщить ей, что я едва могу шевелить губами, потому что на лице у меня маска.
– Зачем?! – не веря своим ушам, воскликнула Сасси. – Тебе не нужна никакая маска…
Не знаю, имела ли она в виду «Тебе не нужна никакая маска, потому что ты и так потрясающе выглядишь» или «Тебе не нужна никакая маска, потому что твой поезд уже ушел». Я предпочла поверить в первую версию и сказала, что просто приятно себя иногда побаловать.
– Ты уже ходила в «Тейт» на выставку Джакометти? – спросила она.
– Н-нет… пока нет, – призналась я, невольно чувствуя себя пристыженной. По правде сказать, я просто забыла про выставку.
– Но собираешься? – забеспокоилась она.
– Конечно, собираюсь.
– Тогда возьми для меня, пожалуйста, каталог и пришли сюда. И еще напоминаю; что в Уайтчепеле
type="note" l:href="#n_16">[16]
– Бойс.
type="note" l:href="#n_17">[17]
Впрочем, там ты наверняка уже побывала…
– Могу сходить еще раз, – бодро заверила я, скрестив пальцы.
– Как здорово, что у тебя теперь столько свободного времени и ты можешь предаваться любимым занятиям, – искренне порадовалась Сасси.
Я мысленно хмыкнула: видно, племянница унаследовала от тетушки любовь к высокопарным выражениям.
– Я тут собираюсь на одно мероприятие, – мимоходом заметила я.
– Да? А что выставляют? – заинтересовалась она.
– Разве я сказала – в музей? Я иду на вечеринку, Сасси…
– А-а, – протянула она, тут же утратив всякий интерес.
– К Джулиусу с Линдой.
Она рассмеялась:
– Смотри, как бы они не попытались отобрать у тебя Пикассо!
Саския, совершенно очевидно, понятия не имела о том, что под старыми свитерами и леггинсами ее тетки таилась страстная и исполненная желаний женщина. А также ее обворожительные коленки. При этой мысли я самодовольно ухмыльнулась, отчего маска на лице треснула.
Как бы то ни было, если ищешь любовника, приходится заниматься куда менее приятными делами, чем погружаться в близкий тебе по духу мир искусства. Мужчина-художник – не то сырье, из которого делаются мужья и прочие надежные и значительные персонажи, хотя у творцов чаще бывает более горячая кровь и они охотнее большинства других и безо всяких опасений пускаются в длительные загулы.
Почтовое отделение, мини-маркет, библиотека – все это чепуха, если охотишься на Одинокого Мужчину. Он, скорее, может всплыть – или прорасти? – в каком-нибудь совершенно непредсказуемом месте. Почему бы и не на вечеринке у Джулиуса и Линды? Учитывая, что вечер устраивается в память о женщине, которая и вдохновила меня на демонстрацию коленок, вполне уместно настроить свою антенну. А если не там, то возможно, это случится на каком-нибудь вернисаже. Не на продуваемой же всеми ветрами платформе, где от пыли, которая летит в глаза, невозможно ничего разглядеть.
Джилл прислала мне открытку с двумя целующимися лебедями. «Они спариваются ради жизни, – написала она. – Прежде это казалось мне очень романтичным… С нетерпением жду тебя. Спасибо за анютины глазки. Они очаровательны». Чего не хватает этой женщине в ее нынешней жизни, так это чуть-чуть романтики, подумала я и улыбнулась. Если мне когда-нибудь удастся завести любовника, я повезу его к ней, мы проведем у нее все выходные, и, даст Бог, это пробудит кое-какие воспоминания в душе Дэвида. Да, но сначала… сначала требовалось обзавестись необходимым «атрибутом».
Примерно за неделю до вечеринки мне позвонил Джулиус. Звонок раздался днем, когда я только-только начала прибираться в стенных шкафах. В разговорах со знакомыми я радостно щебетала о предстоящем годе удовольствий, в течение которого только и буду постоянно баловать себя и потакать собственным капризам, и никому не призналась бы, чем занимаюсь в данный момент. Но дело в том, что наведение порядка в стенных шкафах было для меня самым что ни на есть приятным времяпрепровождением. Итак, беспечная, как ребенок, играющий в песочнице, в бодром состоянии духа, стоя на коленях в окружении старых журналов, батареи причудливой формы мисочек для хранения продуктов (пластмасса покоробилась в посудомоечной машине, но у меня рука не поднималась выбросить посуду), рассортированных попарно резиновых сапог, какой-то диковинной глиняной посуды и хозяйственных сумок, которые явно никогда не пригодятся, я сняла трубку.
Джулиус отметил, что, судя по голосу, настроение у меня приподнятое. Я подтвердила его догадку. Он выразил радость по поводу того, что я приняла его приглашение. Я сказала, что тоже буду рада прийти. Он спросил, не оторвал ли он меня от каких-нибудь важных дел. «Нет-нет», – любезно ответила я. Потом он вдруг замолчал. Я, чтобы прервать паузу, спросила, как он себя чувствует – ведь он потерял такую замечательную мать, – и высказала предположение, что ему, наверное, хочется с кем-нибудь поговорить о ней, то есть поговорить прямо сейчас, по телефону. Он сказал: «Да, очень хочется», – но, видимо, неправильно истолковав мои слова, предложил вместе пообедать. «Хорошо, – согласилась я, – когда?» «Почему бы не сегодня?» – моментально подхватил он. Я окинула взглядом свой милый кавардак и, вздохнув, приняла предложение. Выбор места оказался совсем не простым делом, поскольку ему предстояло ехать с Уайтхолла, а я находилась на Холланд-парк, поэтому я предложила все ту же «Кенсингтонскую площадь». Он, как выяснилось, никогда не слышал об этом заведении.
– Что ж, тогда позволь мне расширить твой светский кругозор, – напыщенно произнесла я, на что он ответил:
– Буду очень рад.
Я чуть было не добавила: «Выше голову, Золушка, ты едешь на бал!» – очень уж удрученный голос был у Джулиуса. Вот чем плохо парить в облаках подобно ангелу Тьеполо: хочется всех взять с собой, что само по себе очень мило, разумеется, но, когда снова спускаешься на землю, те, кого ты так высоко вознесла, как правило, чувствуют себя обманутыми. Увы, понимаешь это лишь задним числом.
Я отправилась в ресторан пешком, поскольку день был ясный и солнечный, порывистый ветерок подгонял меня в спину. На сей раз я не стала одеваться официально, а предпочла черный бархатный костюмчик Саскии, показавшийся мне весьма подходящим для такого случая. Я начинала привыкать к туши для ресниц и к тому, что мои ноги обдувает при ходьбе прохладный воздух. Правда, не могу сказать, что научилась правильно накладывать макияж. После крайне неудачного опыта посещения салона красоты, где я робко сидела перед тамошней богиней в облике куклы Барби, которая разрисовывала меня всевозможными цветами и без умолку при этом кудахтала, и откуда я вышла с красно-кирпичным лицом и губами такого пунцового цвета, какого в природе просто не существует, я благоразумно решила придерживаться минималистского стиля. И никакие нашептывания миссис Мортимер, увещевавшей меня быть смелее, не могли поколебать моего решения.
Когда я пришла, Джулиус уже сидел на высоком табурете за стойкой бара и, чувствуя себя в этой декорации крайне неловко из-за своего унылого темного костюма, не отрывал глаз от стакана с минеральной водой. Я чмокнула его в щеку и уселась рядом. Наши колени почти соприкасались, при этом мои весьма отчетливо вырисовывались под обтягивающей юбкой. Стоя, мы с Сасси были почти одной комплекции, но в сидячем положении я словно несколько увеличивалась в размерах.
– Чудесно выглядишь, – просиял Джулиус.
– Спасибо, – поблагодарила я с достойной сожаления самодовольной ухмылкой. Господи, эти предписанные ритуалы женского поведения въедаются нам под кожу! Чтобы сгладить неловкость, я кивнула бармену прежде, чем Джулиус успел, как подобает джентльмену, щелкнуть пальцами.
– Пожалуй, выпью бокал шампанского, – сказала я. – А ты? Присоединишься?
– Нет, – ответил он, и лицо его приобрело скорбный вид. – Мне ведь еще работать сегодня. Так что еще минеральной, пожалуйста.
– Ерунда! – воскликнула я. – По телефону никто не заметит, что ты позволил себе бокал шампанского. – И, не дожидаясь ответа, заказала два.
Рядом с женщиной, являющей собой живое воплощение петарды, мужчина воспаряет (не использовать ли это явление в качестве экономного подъемного устройства?). После того как мы совершили возлияние в баре и уселись за столик, Джулиус, похоже, полностью раскрепостился и стал пить гораздо больше меня. Поначалу мы ели и весьма непринужденно болтали – о его матери, о ее жизни, немного о коллекции, о мальчиках, о том, что делать с опустевшим домом. Но когда дело дошло до нарезанного ломтиками манго и абрикосового мусса, тон беседы начал меняться.
Заговорив о доме, Джулиус снова опечалился.
– Я хотел бы перебраться обратно в город, – сказал он, водя стаканом по столу. – Но Линда желает остаться в Кобхэме.
– Почему? – Никакой другой вопрос мне в голову не пришел.
– Вот именно – почему?
– Из-за школы?
– Да нет, мальчики учатся в Кенте… В Лондон им оттуда будет гораздо ближе ездить.
– Она любит природу? Прогулки? Лондон действительно несколько перенаселен. И небезопасен.
– Отношение Линды к природе состоит в том, чтобы держаться от нее подальше, она предпочитает отгородиться от нее частоколом таких же домов, как наш собственный. И повсюду ездит на своем «рейнджровере». «Повсюду» – это значит в «Гилдфорд» за покупками, в теннисный клуб покидать мяч, пообщаться и выпить с соседями, а летом еще в ближайший бассейн. – Он отхлебнул из своего бокала и в сердцах добавил: – У нас нет своего бассейна. Пока.
– Она, должно быть, довольна, – заметила я. – От такого образа жизни трудно отказаться. Приятно, безопасно…
Он невесело рассмеялся:
– Что касается лондонских опасностей, так в Кобхэме нас грабили столько раз, что я уже и счет потерял. Машины, припаркованные на улицах, варварски корежат, а прошлым летом у Саймона украли велосипед – он и глазом моргнуть не успел.
– И что ты собираешься делать? – Я чувствовала, что начинаю втягиваться в некий заговор, и это мне совсем не нравилось.
– Она хочет, чтобы я продал мамин дом и большую часть денег потратил на строительство бассейна. А я хочу дом сохранить и жить там в течение рабочей недели. Мальчики подрастают, им тоже скоро понадобится жилье в Лондоне. Мне кажется, это было бы очень разумно. – Вдруг Джулиус взял меня за руку, отчего я испытала шок, и проникновенно произнес: – Мне очень важно знать твое мнение.
Я выдернула руку, сделав вид, что хочу подлить ему вина, а потом похлопала его по ладони, так и оставшейся лежать на столе, жестом доброй старой тетушки – во всяком случае, мне хотелось, чтобы это выглядело именно так. К тому времени я уже сожалела о том, что накрасила ресницы и обнажила колени, – впрочем, сожалеть было поздно.
– Понятия не имею, сколько стоит бассейн, но думаю, чтобы его построить, достаточно продать несколько картин из твоего наследства. Таким образом, Линда получила бы свой бассейн, а ты сохранил бы дом.
– Я думал об этом. Но, послушав, как ты говорила на поминках о коллекции и о том, что она значила для моей матери, решил, что должен сохранить ее для мальчиков. Чтобы в нашем разлагающемся мире покуситься на такое культурное достояние, нужно впасть в крайнюю нужду.
– О Джулиус!.. – Я была искренне тронута. – Ты принял прекрасное решение…
Его глаза засияли, он снова схватил меня за руку и заискивающе посмотрел мне в лицо:
– Ты действительно так думаешь?
– Да, да! – В этот момент я поймала его взгляд и прочла в нем совершенно не то, что хотела. Но было уже слишком поздно. Кураж и непринужденность покинули меня и переметнулись на его сторону.
– Маргарет, – воскликнул Джулиус, – я говорю о свободном браке, таком, при котором Линда будет делать, что она хочет, а я – что хочу я! Вот как обстоит дело.
И крепче сжал мои пальцы. «Боже, хоть бы официант подошел!» – мысленно взмолилась я. Но когда официант действительно нужен, его нет – это уж как водится. Так что мы продолжали сидеть, глядя друг другу в глаза, он удерживал мою руку, а я изо всех сил старалась снова напустить на себя вид доброй тетушки.
– Когда-то я думал, что жизнь в Кобхэме – именно то, что мне нужно… – продолжал Джулиус. Меня начал разбирать смех – надо признаться, несколько истерический, – и я с трудом удержалась, чтобы не добавить: «Пока ты не искупался в "Бадедасе"
type="note" l:href="#n_18">[18]
». – Теперь понимаю, что это не так. Я чувствую себя там неприкаянным. Хочу вернуться в Лондон, окунуться в гущу жизни, развлечься, быть может, испытать любовь… – Опять это слово! – Маргарет? Можно я буду иногда куда-нибудь приглашать тебя? Давай получше узнаем друг друга. Ты мне всегда очень нравилась, а теперь, может быть, наши отношения могли бы…
Я внимательно посмотрела на Джулиуса. Взгляд его карих глаз был трогателен, особенно сейчас, когда в них светилась мольба. И несмотря на некоторую свою ограниченность, он явно сознавал это и был готов действовать. Неужели напротив меня сидело именно то, что мне нужно? Честно признаться, я чуть не согласилась. «Да» уже готово было сорваться с моих уст, но прежде с них слетело нечто иное.
– Джулиус, – рявкнула я, – а что ты скажешь Линде?
Его взгляд потух.
– Ничего. Она никогда не узнает. В Лондоне я буду проводить всю неделю, а на выходные уезжать домой. Что скажешь?
– Я скажу: давай закажем кофе и забудем об этом разговоре.
– Но почему? – Джулиус отпустил мою руку и откинулся на спинку стула. Он был немного пьян, и вид у него сделался, как у обиженного мальчика. – Я не кажусь тебе привлекательным?
– Не в этом дело, – холодно ответила я. – Просто меня не радует перспектива с вечера пятницы до утра понедельника оставаться одной.
– Иногда я смогу задерживаться и по пятницам.
– Джулиус, выпей эспрессо и успокойся.
– Я очень расстроен, – заявил он. – Очень.
– А я очень польщена твоим предложением. Но по-настоящему тебе нужна возлюбленная, а не любовница. – Я кивком подозвала официанта и, рассмеявшись, заметила: – Как все это забавно, Джулиус!
«И мило», – добавила про себя.
Однако вслед за этой пришла и другая мысль: какое у нас, у женщин, глупое представление о свободе. Разве могла я себе представить, что делаю подобное предложение мужчине и жду от него благодарности? А вот Джулиус, судя по всему, не видел ничего странного в том, чтобы поделить свою жизнь на секторы и строго придерживаться разных правил игры в каждом из них. Если бы он, подобно Эдварду Фэйрфаксу Рочестеру, бросился к моим ногам со словами: «Коли ты не согласна на внебрачную связь, тогда будем вместе навсегда, я немедленно развожусь с Линдой», – я, может, и согласилась бы, во всяком случае, прислушалась, потому что гордость моя была бы польщена и во всей этой истории появилась бы хоть какая-то искра романтики. Но совершенно очевидно, что истинный мужчина – а я считала Джулиуса истинным мужчиной – не способен быть настолько непрактичным. Может, поэтому-то мы с таким трудом и находим общий язык? Вероятно, Байрон был прав: «В судьбе мужчин любовь не основное, для женщины любовь и жизнь – одно…».
type="note" l:href="#n_19">[19]
А в таком случае, старушка Маргарет, сказала я себе, пора еще раз обдумать свое положение и начать ломать каноны…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовник тетушки Маргарет - Чик Мейвис


Комментарии к роману "Любовник тетушки Маргарет - Чик Мейвис" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100