Читать онлайн Невеста сумашедшего графа, автора - Чейз Лоретта, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.83 (Голосов: 144)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Чейз Лоретта

Невеста сумашедшего графа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Стоя на пороге, он наблюдал, как Гвендолин читает научную брошюру.
Две недели назад прибыли наконец ее книги, и они с Хоскинсом помогли ей переделать гостиную в кабинет, где на полках аккуратными рядами выстроились многочисленные труды по медицине. Зато стол был завален брошюрами, записными книжками и листами бумаги.
Дориан знал, что жена ищет: не лекарство, которого не существовало, а ключ к разгадке его «положительной реакции на лечение». И хотя Гвендолин никогда бы в этом не призналась, она все же надеялась подольше сохранить ему если не жизнь, то хотя бы его здравый рассудок.
Он, конечно, готов ей помогать, радуясь каждому лишнему месяцу, каждому новому дню. Но у него болело сердце за жену. Она вовсе не такая «разумная и эгоистичная», как утверждала. Ей далеко не безразлична судьба пациентов, даже мистера Бауеза, состояние которого по сравнению с болезнью Амниты казалось легким недомоганием.
Но сейчас речь шла не о сопереживании Дориан боялся, что жена перешла грань, отделяющую жажду знаний от навязчивой идеи. Прошлой ночью она бормотала во сне об идиопатическом непостоянстве, патологических изменениях и продромальных симптомах.
Его одолевало искушение отослать назад все книги и запретить Гвендолин работать, пока у нее не развилось воспаление мозга. Но Дориан не мог лишить жену того, что было смыслом ее жизни, выказать неуважение к ее зрелости, уму и компетентности.
К счастью, несмотря на два приступа, мозги у него еще работали, и он сумел придумать, как облегчить боль.
Второй приступ длился сутки, пока Дориан не заставил жену дать ему рвотный корень, чтобы очистить желудок.
После этого он полдня спал как убитый, а проснувшись, отлично себя чувствовал.
Без сомнения, это явилось результатом того, что Гвендолин прогнала демонов страха, невежества и стыда, освободив его поврежденный мозг от эмоционального напряжения. Конечно, облегчение временное, и он должен им воспользоваться. У него самого нет будущего, но оно есть у Гвендолин, поэтому он употребит оставшиеся дни на ее благо.
– Не помешаю? – спросил Дориан.
Она подняла голову, сосредоточенное выражение тут же исчезло, и от ее сияющей улыбки сердце подпрыгнуло у него в груди.
– Ты для меня самая желанная помеха на свете, – ответила она.
Дориан вошел в комнату и, присев на край стола, бросил взгляд на брошюру, которую Гвендолин читала перед его приходом: «Острая идиопатическая мания как проявление…»
– Это работа доктора Эвершема, – объяснила Гвендолин. – Но твое поведение не соответствует приведенному здесь описанию.
Дориан бегло просмотрел страницу.
– Не понимаю, как ты разбираешься в такой абракадабре. – Он положил брошюру на стол и взял другую книжечку. – Эта еще хуже. Можно сойти с ума от первого предложения, которое занимает три четверти страницы.
– Они врачи, а не писатели. Ты еще не видел их рукописи. Удивительно, как наборщики ухитряются не попасть из-за них в сумасшедший дом.
– Твои не лучше. – Дориан многозначительно посмотрел на стопку листов, исписанных неровным почерком жены.
– Да, в отличие от твоего мой почерк ужасен. Уверена, ты был лучшим писцом в Лондоне.
– С радостью перепишу твою рукопись. Действительно, я… – Он замолчал, пытаясь вспомнить что-то недавно сказанное ею. Что-то о «неверно истолкованном».
Поймав ее тревожный взгляд, Дориан пожал плечами:
– Все в порядке, я немного отвлекся. Я пришел сюда с определенной целью, но медицинские термины и твой убийственный почерк заставили меня забыть обо всем. – Он взъерошил ей волосы. – Я пришел спросить, не хочешь ли ты поехать со мной в Аткурт?
– Аткурт?
– Несколько дней назад я написал Дейну. Мне нужен был деловой совет. Он теперь член нашей семьи, его поместье всего в нескольких милях отсюда, и, насколько я слышал, он великолепный управляющий.
– Аткурт – одно из самых процветающих поместий, – согласилась Гвендолин. – У Дейна отличное деловое чутье.
– В любом случае он рад видеть нас у себя. – Дориан вытащил из кармана письмо и подал Гвендолин, которая быстро пробежала глазами написанное.
– Дейн неисправимый злюка. О чем это он? – спросила она и прочитала вслух:
– «Если недоумок Трент все еще гостит у тебя, захвати его с собой, так как неизвестно, что произойдет, если его оставить без присмотра.
Во всяком случае, ты сам знаешь, как поступить». – Гвендолин подняла глаза. – Похоже, вы знакомы лучше, чем я думала.
– Дейн еще учился в Итоне, когда там появился Берти, – объяснил Дориан. – Каждую неделю Берги то падал с лестницы, то спотыкался обо что-то или каким-то иным образом вставал поперек дороги его светлости. В первый раз я, к счастью, был рядом и увел Берти, прежде чем Дейн применил силу. После этого, когда твой кузен ненароком оказывался в обществе Дейна, тот всегда звал меня: «Камойз, он снова здесь. Пусть он уйдет». И я уводил Берти.
– Я словно вижу, как вы разговариваете с Дейном. – Гвендолин погладила мужа по рукаву. – Опять твоя чрезмерная заботливость.
– Скорее инстинкт самосохранения, – возразил Дориан. – Мне было всего двенадцать, а шестнадцатилетний выглядел огромной башней и мог проломить мне голову одним движением руки. Но я восхищался им и отдал бы все на свете, лишь бы мне так везло, как ему.
– И я тоже, – засмеялась Гвендолин. – Ясно, почему Джессика так увлеклась им. Или почему это так ее раздражает.
– Мне кажется, вы охотно поболтаете друг с другом, пока мы с Дейном займемся делами.
– Несомненно. – Гвендолин вернула ему письмо. – Я рада, что ты подумал о Дейне, когда решил посоветоваться со знающим человеком. Это лучший выбор, чем Абонвиль. Герцог – иностранец и принадлежит к другому поколению.
– Я знал, что ты недолюбливаешь его светлость.
– Он хороший человек, но иногда слишком опекает других.
Дориану не хотелось расстраивать жену, но, с другой стороны, нельзя все время избегать разговоров о будущем.
– Значит, ты не станешь возражать, если вместо него я назначу своим опекуном Дейна? – тихо спросил он.
– Если у меня возникнут затруднения, а ты не сможешь мне помочь, я буду рада обратиться к нему, – спокойно ответила она.
Дориан знал, чего стоит ей это спокойствие, и все же они не могут притворяться, что впереди у них вечность.
Он наклонился и нежно поцеловал ее.
– Я того же мнения, – усмехнулся он. – Если уж выбирать союзника, то лучшего.
Они ехали в Аткурт на два дня, а остались там на целую неделю.
Дейн оказался знающим и очень упрямым человеком, поэтому они с Дорианом тут же завели бесконечные споры, как братья или старые друзья. Они состязались в беге вокруг парка, фехтовали, тренировались в стрельбе. Хозяин решил обучить гостя тонкостям кулачного боя, и все утро мужчины тузили друг друга в углу конюшни под одобрительные возгласы своих жен.
В Аткурте жил также внебрачный сын Дейна, восьмилетний озорник, которого отец с гордостью именовал дьявольским отродьем.
Маленький Доменик поначалу стеснялся Дориана, но через два дня пригласил графа Ронсли в свой дом на дереве, а это была особая честь, поскольку до Сих пор лишь обожаемый папа знал его тайну.
Дориан вернулся из Аткурта с ободранными коленями и локтями, с обещанием Дейна присматривать за делами Гвендолин после… и с желанием завести ребенка.
Но он запретил себе мечтать о ребенке, которого никогда не увидит, и направил свою энергию на претворение в жизнь мечты Гвендолин о больнице.
Дейн согласился с ним, что женщине, притом молодой, не слишком помогут даже титул и богатство. Она столкнется с десятками мужчин, из которых лишь единицы придерживаются современных взглядов на способности женщин.
– Вести дела с мужчинами буду я, – сказал Дейн, – но мне нужны точные указания. Я ничего не смыслю в больницах, даже самых обычных, а твоя жена, по-моему, собралась делать нечто особенное.
– Боюсь, ничего определенного она пока не скажет, – ответил Дориан. – Просто я заметил у нее эмоциональное напряжение и решил немедленно приступить к строительству, чтобы отвлечь ее. Мое непосредственное участие заставит всех отнестись к делу более серьезно. Если граф Ронсли предпочтет здание, например, в форме шестиугольника, другие вряд ли будут настаивать на квадрате или затеют спор, утверждая, что, по мнению специалистов, нужно обязательно строить восьмиугольник. Все скажут:
«Да, милорд, именно шестиугольник», – и запишут каждое мое слово с величайшим почтением, будто оно сошло с уст Господних.
Дейн хихикнул, но что-то в его темных глазах заставило Дориана насторожиться.
– Я излишне самоуверен? – спросил он. – Если ты сомневаешься в моих способностях, мне бы хотелось…
– Почему, черт возьми, ты не острижешь волосы?
Прическа вряд ли подорвет ей доверие к тебе, в конце концов ты же Камойз, а за длинными волосами трудно ухаживать. У тебя и без того хватит забот со строительством.
– Так нравится моей жене, – улыбнулся Дориан.
– А ты, бедняга, влюблен. – Дейн бросил на него сочувственный взгляд и засмеялся. – По-моему, сейчас ты даже более разумен, чем прежде. Воспользуйся этим.
Именно так Дориан и собирался поступить.
После возвращения домой он сказал жене о своем намерении строить больницу. Гвендолин нашла его идею превосходной и, казалось, обрадовалась, но Дориан не мог избавиться от ощущения, что ее голова занята другим.
Его проклятой болезнью. Он хотел отчитать жену, однако подавил свое желание и занялся с ней любовью.
На следующее утро они сидели в библиотеке, обсуждая детали. Гвендолин с энтузиазмом высказывала свои идеи, набросала собственный план больницы, описала назначение помещений. И все же Дориан чувствовал, что ее мысли заняты не только этим.
Следующие дни Гвендолин охотно работала с мужем, превращая свои мечты в реальность, но ее отстраненность не исчезла.
Дориан ни о чем не спрашивал. Ранее он узнал от жены, что можно комбинировать виды лечения, чтобы справиться с разными симптомами болезни. От головной боли, например, помогают лауданум и рвотный корень: первый облегчает боль, второй уменьшает тошноту, стимулируя рвоту.
По этому же способу он подобрал лечение и для жены.
Одно из «лекарств» прибыло спустя неделю после их возвращения из Аткурта.
Пока Гвендолин обсуждала с кухаркой меню на следующий день, Дориан положил в ее кабинете пакет и уехал, чтобы приготовить другую часть рецепта.


Гвендолин стояла на пороге кабинета, беспомощно глядя на Хоскинса.
– Он уехал в Оукгемптон, – терпеливо повторил слуга. – У него там встреча. Что-то связанное с больницей.
– Ах да, с мистером Доббном. Он говорил за завтраком. Как глупо с моей стороны забыть об этом. Наверное, я стала очень рассеянной. Спасибо, Хоскинс.
Отвернувшись, Гвендолин смотрела на толстый конверт, лежавший на столе и ждала, пока затихнут шаги Хоскинса.
Потом она захлопнула дверь, подошла к столу и дрожащими руками снова взяла письмо доктора Борсона. Это был ответ на запрос Дориана. Оказывается, муж написал ему две недели назад.
К письму Дориан приложил свою записку: «Здесь все, доктор Гвендолин, с восхитительно ужасающими деталями. Надеюсь увидеть вас к моему возвращению сгорающей от страсти».
Гвендолин в десятый раз перечитал? записку и уже не смогла удержаться от рыданий. Не из-за ответа доктора.
Она знала, чего стоило мужу просить об одолжении человека, которого он считал мучителем, если не убийцей, матери.
Дориан поступил так ради нее, именно это и заставляло ее плакать, как обычная женщина, а не врач, которым она хотела стать.
Или думала, что хотела.
Или воображала, что сможет.
Почему она так глупо ведет себя? Решительно утерев слезы, Гвендолин напомнила себе, что у нее еще будет время поплакать. Целая жизнь, если она откажется от дарованного ей Богом. И мужем, который знал о ее желании учиться и старался помочь всеми доступными средствами.
Она не должна плакать. Ведь Дориан счастлив, помогая ей. Более того, в письме Борсона содержится исключительно ценная информация. Гвендолин поняла это даже при беглом просмотре. Доктор приложил копию вскрытия, и теперь она сможет найти ответы на некоторые интересующие ее вопросы… если заставит свои мозг нормально работать.
Она стала забывчивой и рассеянной. Только перед самым отъездом из Аткурта она наконец догадалась, что Джессика беременна. Она ухитрилась не заметить элементарные признаки: физическое состояние кузины, на которое обратил бы внимание любой студент-медик, и нехарактерные для нее перепады настроения. Дважды за неделю ни разу в жизни не плакавшая Джессика разражалась слезами по ничтожным поводам и без особых причин выходила из себя.
Кузина ничего ей не говорила, а она тактично не задавала вопросов. В конце концов, это лишь начало беременности, а первые три месяца всегда считаются…
Три месяца… двенадцать недель… симптомы…
Гвендолин невидящим взглядом уставилась на результаты вскрытия. Последние месячные были у нее за две недели до свадьбы.
– Боже мой! – прошептала она.


В гостинице «Золотой олень» Дориан встречался не с мифическим Доббином, а с вполне реальным Берти Трентом, квадратное лицо которого исказила болезненная гримаса. Берти думал.
– Ну, Эвершему действительно нужны деньги, – в конце концов сказал он. – Но этот парень нелегко сходится с людьми, иначе бы он не застрял в Чиппенхеме. С Гвен он поладил, да и тете Кларе нравится, потому что он единственный умеет лечить ее приступы.
– Ему не надо ни с кем ладить, – сказал Дориан. – Мы с Дейном считаем, что в попечительском совете больницы нужен опытный врач.
А еще Дориану нужен человек, который мог разговаривать с Гвендолин на ее языке, заставить ее взглянуть правде в глаза… и больше заботиться о себе.
Об этом он написал в письме, которое лежало на столе, но Берти подозрительно глядел на толстый конверт и отказывался его брать.
– Здесь план больницы, – объяснил Дориан, что лишь отчасти было правдой, ибо в конверте находились еще копии документов, полученные от Борсона, чтобы Эвершем ознакомился с ними до разговора с Гвендолин. – Надеюсь, он согласится. Если нет, то я рассчитываю на твою уникальную способность убеждать. Как с Борсоном.
Когда Дориан решил написать доктору, он сразу понял, что одним письмом не ограничишься. Врачи упрямы и, как верно заметила Гвендолин, предпочитают хранить секреты. Кроме того, они слишком заняты, чтобы следить за корреспонденцией. Поэтому, не желая растягивать ожидание на месяцы, Дориан послал за Берти.
Отсутствие у него мозгов компенсировалось преданностью и ослиным упрямством. Ради друга он, конечно, вцепился в Борсона мертвой хваткой, и когда тот понял, что у него нет другого способа избавиться от Берти Трента, отдал ему копии.
Эти же качества возымеют действие и на Эвершема.
Кумир Гвендолин не походил на человека, готового прибежать по мановению руки богача.
– Если не поможет, мы испробуем что-нибудь еще, – прибавил Дориан, потому что Берти продолжал хмуриться. – Конечно, будет намного сложнее, чем с Борсоном.
Ведь мы просим Эвершема отказаться от его практики и переехать сюда, а это непросто. Если он согласится, то потребуется некоторое время, чтобы уладить дела. Но ты дашь ему понять, что я оплачиваю все расходы и при необходимости использую свое влияние, что я человек слова и что это не прихоть слабоумного. Если у него возникнут сомнения, пусть напишет Дейну.
Берти испуганно заморгал:
– Ты не сумасшедший. Кот. Не больше, чем я… и выглядишь сейчас гораздо лучше. Гвен помогла тебе.
– Разумеется, я не сумасшедший, и все благодаря Гвендолин. Она замечательная! Я… очень счастлив, – улыбнулся Дориан. «И хочу, чтобы она тоже была счастлива», – мысленно добавил он.
Озабоченность исчезла с лица Верти, в бледно-голубых глазах вспыхнула радость.
– Я знал, что она тебе понравится. Кот, и тебе будет хорошо.
Дориан понимал, что означает эта радость, какие мечты лелеет его старый друг.
Но Берти не читал результаты вскрытия, а если и читал, то не понял даже той малости, которую уразумел Дориан. Не намного больше того, что он понимал семь лет назад.
Берти все равно бы не поверил, что его болезнь невозможно вылечить даже с помощью Гвендолин. Раз начавшись, она будет неумолимо приближать конец… подобно тому, как незаметно для глаз разрушался Ронсли-Холл, пока не рухнула крыша.
Для Берти «хорошо» означало «выздоровление», и у Дориана не хватало духу объяснить ему разницу.
– Я очень ее люблю, Берти, – сказал он. – Мне с ней хорошо.


Гвендолин хотела построить больницу в Дартмуре. Значит, она решила остаться тут. Навсегда.
Она молча глядела в окно библиотеки, а Дориан, остановившись у стола, на который только что положил архитектурные эскизы больницы, готовился задать жене вопрос, уже пять дней вертевшийся у него на языке.
Ему не хотелось давить на Гвендолин.
Прошло две недели с его тайной встречи с Берти, но он еще не получил от него ни строчки. А в это время Гвендолин заболела. Ее лицо то покрывалось бледностью, то краснело. Она стала очень раздражительной, плохо спала, металась на подушках, бормоча о «кровоизлиянии» или о чем-то подобном.
– Гвендолин, ты не можешь здесь остаться. – Дориан пытался говорить спокойно.
– Мне здесь нравится. Я с первого же момента почувствовала себя дома.
– Здесь нездоровый климат. Даже в долинах часто бывает туман и…
– Бедняки не имеют возможности жить с больными родственниками на морских курортах. – Гвендолин наконец повернулась к мужу. – Людям на болотах нужна современная больница. И сырость этому не помеха. В Бате тоже сыро и прохладно, а больные едут туда на воды.
– Дартмур тебе не подходит, – возразил он. – Ты побыла здесь всего два месяца и…
Он провел рукой по волосам. «Скажи ей, – приказал он себе, – хватит притворяться». Она заболели из-за него, и он должен поговорить с ней, пусть даже без Эвершема.
Черт побери, доктору пора бы уже приехать сюда, он бы наверняка знал, что делать. Судя по его репутации, он талантливый опытный врач и заставил бы ее смотреть на вещи реально.
– Ты плохо себя чувствуешь, – продолжал Дориан. – Плохо ешь, плохо спишь, устала… и ведешь себя неразумно. Вчера ты дулась почти два часа, потому что ужин тебе показался «пресным».
– Она должна была положить специи. – Гвендолин нахмурилась и сжала кулаки. – Я послала за ними в Лондон и объяснила кухарке… про флегму, пищеварение, вывод лишней жидкости… а она выслушала и приготовила пюре.
Дориан вздохнул. Хоскинс уже разговаривал с кухаркой, и та сказала, что острые блюда вызывают у ее светлости несварение желудка, отчего миледи не спит по ночам.
Всем известно, что специи горячат кровь.
– Кухарка беспокоилась о тебе, – примирительно сказал Дориан. – Мы все о тебе беспокоимся.
– О, замечательно! Я близка к решению медицинской загадки, а никто не хочет мне помогать… Они вбили в свои тупые головы, что им надо беспокоиться. – Гвендолин подошла к столу. – Будь я мужчиной, все бы говорили, что я слишком увлеклась работой. Но поскольку я женщина, то это всего лишь фантазии и мне надо охладить кровь. Охладить! – Она стукнула кулаком по столу. – Что за примитивные, средневековые представления. Удивительно, что я вообще способна думать в такой атмосфере глупости и ненужных тревог. А я и без того не могу сосредоточиться в моем состоя… – Она быстро направилась к двери, объясняя на ходу:
– Мне нужен свежий воздух.
Но Дориан оказался у двери раньше и загородил ей дорогу.
– Гвен, там же идет дождь. А ты… – Он замолчал и нахмурился. Лицо у нее пылало, она тяжело дышала, как будто пробежала целую милю и… – Твое платье село после стирки. – Удивительно, как ты еще можешь дышать.
– Ничего удивительного, – сказала она, глядя в пол. – Все женщины в нашей семье быстро полнеют.
Я… беременна.
– О! – Дориан прислонился к косяку. – Понимаю. Да. Конечно.
Комната вдруг потемнела, закружилась, в желудке возникла какая-то тяжесть, глаза болели, в горле запершило, а сердце превратилось в снежный ком.
– Нет! – вскрикнула Гвендолин. – Не смей и думать сейчас о приступе!
Она бросилась к мужу, и тот инстинктивно обнял ее.
– Я счастлива. – Гвендолин прижалась головой к его ноющей груди. – Я хочу нашего ребенка. И я хочу. чтобы ты был здесь.
– О, Гвен.
– Это возможно. Еще только семь месяцев. – 0м слабо улыбнулась. – Я же не слониха, которой требуется больше двадцати месяцев.
Дориан выдавил хриплый смешок:
– Оказывается, у нас есть и кое-какое преимущество. Хвала Господу, что ты не слониха.
– Скоро я буду на нее похожа. Ты ведь не захочешь пропустить такое зрелище?
– Разумеется, нет, дорогая, – ответил Дориан, запуская пальцы в густые кудри жены. – Искушение слишком велико.
– Надеюсь. По мнению доктора Эвершема, настроение больного может существенно влиять на лечение. – Ее голос обрел прежнюю уверенность. – Мне не стоило так долго молчать, но первые недели беременности еще не дают окончательной гарантии, и я не хотела манить тебя пустыми надеждами. Предосторожность, конечно, излишняя, ведь у женщин в нашей семье практически не бывает выкидышей.
«Еще семь месяцев», – подумал Дориан. Ему определили меньший срок, а они прожили с Гвендолин уже два месяца.
Однако его состояние намного лучше, чем у матери.
Зрительные химеры не превратились в демонов, настроение довольно ровное. Никаких приступов черной меланхолии или необоснованных вспышек ярости и веселья. Только неистовый восторг при занятиях любовью, минуты спокойных раздумий и удовольствие от совместной работы с женой.
Согласно отчету Борсона, мать до конца не теряла способности говорить. Лишившись разума и живя в своем фантастическом мире, она продолжала разговаривать… иногда весьма хитро. Может, она не погрузилась бы в тот фантастический ад, если бы реальный мир предложил ей понимание, радость, ощущение того, что ты нужен и приносишь кому-то пользу. Возможно, она и жила бы дольше и умерла бы спокойнее.
«Еще несколько месяцев», – говорил себе Дориан.
Слишком долго. А как бы хотелось увидеть своего ребенка. Но все-таки он подарит Гвендолин малыша, который утешит ее и избавит от несколько сентиментального желания оплакивать мужа.
Тем не менее ее решение остаться здесь было плохим знаком. Гвендолин должна начать новую жизнь в новом месте, подальше от грустных воспоминаний. Ладно, когда приедет Эвершем, он уж направит свою ученицу на путь истинный.
Дориан крепко прижал к себе жену.
– Я постараюсь думать только о хорошем, – пообещал он.
– И поговори с кухаркой, – пробормотала Гвендолин где-то в области его воротника. – Напомни ей, кто в доме врач. Я велела приготовить к ужину карри… и поострее.
– Да, ворчунья. – Он поцеловал ее в волосы. – Но сначала посмотрим, что может сделать доктор Дориан, чтобы поднять тебе настроение.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретта

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретта



стоит прочитать!!!
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаТруди
28.08.2012, 14.56





да интересная история мужественная героиня ее ум настойчивость помогли спасти ей мужа разобраться во всем и это спасло их брак и главные герои нашли свое счастье
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттанаталия
28.08.2012, 16.35





аригинально
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттаарина
28.10.2012, 20.48





АннотацияrnrnЮная красавица должна стать женой аристократа, которого считают безумцем, но ее страх и отчаяние превращаютсяв пылкую страсть…rnrnНю-ню!rnНе такая она и юная. И не такой уж он и сумашедший. Т.е вообще нормальный. (Просто плохо обследованный - врач попался так себе).rnНа самом деле все совсем не так.rnЕсть граф, у которого периодически начинаются головные боли и прочие симптомы. Доктор ставит диагноз - пациент спятит через полгода, максимум через год. rnЕсль не очень юная девица, увлекающаяся медициной и мечтающая о своей больнице.rnГрафу нужен наследник, ей больница. В итоге они женятся и у нее открывается широкое поле деятельности: она принимается потихоньку мужа обследовать. Привлекает специалистов и все они приходят к итогу - он совсем нормальный, просто мигрень в тяжелой форме (от этого только голова сильно болит иногда). rnА поскольку оба молоды, здоровы и симпатичны друг другу с самого начала - тут вам любовь и всеобщее счастье.
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттанюша
1.04.2013, 17.46





бред
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттататьяна
1.04.2013, 20.03





А мне понравилось, довольно мило, красивая , нежная любовь.
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаК
1.04.2013, 20.16





бред набор слов
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттагалина
11.11.2013, 21.18





как то не зацепил 7 баллов
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттатая
16.11.2013, 19.38





Сюжет схож с "Рискованным флиртом",но уже не тот эффект,это как бы продолжение,но про вторую внучку любвеобильной бабушки Женевьевы.Можно почитать,но лучше сначала"Р.флирт".
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаОсоба
8.03.2014, 22.13





Один раз можно прочитать.
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаКэт
22.04.2014, 18.05





А мне понравилось. Даже очень. Читать приятно. Написано хорошо.
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаНюра
24.06.2015, 17.42





Хорошая задумка с весьма посредственным воплощением: 5/10.
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаЯзвочка
24.06.2015, 20.13





Да рискованный флирт,класная книга,но мне не хватило соблазнения, постельных сцен.а так замечательно. В сумасшедшем графе так же, а почитать можно))))))))
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаЛидия
24.12.2015, 15.50





Замечательно! Есть юмор и создает позитивное настроение, а это очень важно.
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лореттаsasha
24.12.2015, 19.19





Очаровательный роман. Прочла на одном дыхании. Единственный минус--кошмарный перевод с кучей ошибок ,я считаю ,взялся переводить-пиши грамотно!
Невеста сумашедшего графа - Чейз Лоретталана
26.12.2015, 9.02





Ой, очень хороший роман
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаАнна
26.12.2015, 14.09





Необычный хорошенький роман!
Невеста сумашедшего графа - Чейз ЛореттаЗириша
6.02.2016, 21.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100