Читать онлайн Повенчанные грозой, автора - Честен Сандра, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Повенчанные грозой - Честен Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Повенчанные грозой - Честен Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Повенчанные грозой - Честен Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Честен Сандра

Повенчанные грозой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

В субботу утром вся Аркадия занималась своими делами. К десяти часам утра Бак еще не появился в участке, и Андреа не находила себе места. С предыдущего вечера никто ни разу не спросил ее о Сэме. И то, что никто не интересовался им, говорило об удовлетворенном любопытстве людей. Наконец, она сходила на почту, забрала корреспонденцию и принялась неторопливо ее просматривать, пока не наткнулась на письмо, адресованное шефу полиции Андреа Флеминг.
Надорвав конверт, она тотчас догадалась, что находится внутри. Это была копия полицейского донесения из Арканзаса, касающегося Сэма Фарли. В нем сообщалось, что семнадцать лет назад Сэм был арестован и заключен в тюрьму за ограбление автозаправки. Там он провел целых три месяца, прежде чем дежурный заправки заявил, что не успел как следует разглядеть грабителя, и еще нашелся свидетель, который охотно дал показания и утверждал, будто в то самое время, когда произошло ограбление, он подвозил Сэма Фарли в город. Дело в конце концов снова вернули судье на доследование, а тот в свою очередь снял с подозреваемого обвинения, и Сэма освободили, Андреа так и застыла на месте в этот солнечный июньский день с донесением в руках.
Медленным шагом она вернулась к себе в участок, и мысли обрушились на нее, словно град мелких камешков. Теперь ей было понятно, почему Сэм недолюбливал маленькие города. Ведь именно в одном из таких городков сначала предали его мать, а затем и его самого. Он воочию смог убедиться, какая участь там может постигнуть чужаков.
Андреа не задумывалась о прошлом Сэма. Так как ее уже однажды предали, она автоматически ожидала от Сэма того же. Первой ее покинула родная мать. Предательство Дэвида оказалось еще хуже. На протяжении целых пяти лет она воздерживалась от сколь-нибудь серьезных личных отношений и все из-за боязни, что ее снова обманут. И вот теперь в ее жизни появился Сэм и снова растревожил ее сердце. Личное прошлое каждого из них наложило отпечаток на другого.
Андреа сложила лист донесения в несколько раз и положила его себе в карман.
И если Сэм решил не пытать судьбу в ее городке, то почему бы ей не испытать свою судьбу с ним. Донесение попало прямиком к ней в руки. Остальным до него нет никакого дела.
К тому времени, когда она вернулась в участок, Бак уже гордо восседал у себя за столом, впервые облачившись в полицейскую форму с той самой минуты, когда взял на себя роль неофициального советника Сэма по строительству.
— Ты, наверное, уже все закончил там, у Сэма? — спросила его Андреа.
— Почти. И поэтому решил, что мне пора снова браться за работу. Насколько я понимаю, ты сегодня готовишь для Сэма ужин? — Бак серьезно посмотрел на дочь, а затем опустил голову и принялся разглядывать карандаш, который вертел в руках. — Может нам стоит об этом поговорить?
— Неужели? — Андреа попыталась сдержать улыбку, поняв, что сейчас отец собирается произнести речь. Он их не произносил вот уже лет десять.
Тогда ей было всего шестнадцать, и самым главным событием ее первого года учебы в колледже стала тайная вылазка в Коттонборо, где они с Мэдж пытались первый раз в жизни получить рецепт на противозачаточные таблетки.
— Значит так, — как-то неуверенно начал Бак. — Я думаю, для начала ты согласишься со мной, что Эд Пиньон наиболее достойный из неженатых мужчин в округе Мередит. Он молод, красив, богат и хочет на тебе жениться. Но ты ему отказала. Мне нравится Сэм Фарли, но он… Он настоящий мужчина, Энди, и…
— Да? — Андреа могла бы подсказать ему нужное слово, но на Бака стоило посмотреть, как он мямлит и заикается, поэтому она сдержалась.
— Черт побери, Энди. Я только пытаюсь тебе сказать, что, по-моему, мне с вами все ясно. — Бак хмуро уставился в пол. — Я понимаю, что вы — двое взрослых людей, которым хотелось бы… быть вместе.
— Быть вместе? Да, Бак, все верно. Сэм сказал мне то же самое, когда я во второй раз увидела его, и в третий, а затем повторял это при каждом удобном случае. И я догадываюсь, что ни для кого не секрет, что меня тоже тянет к нему. Я вот только не знаю, как мне с этим быть. Я понимаю, что он здесь долго не задержится, а меня так и подмывает… быть с ним. Господи, да неужели это я стою здесь и говорю собственному отцу, что хочу быть с мужчиной?!
Одно выяснили, подумала Андреа, наблюдая, как Бак изо всех сил старается быть современным отцом. Наверное тогда, когда она после вспышки любовной страсти у источника наткнулась на Бака, ее чувства к Сэму Фарли были крупными буквами написаны у нее на лице. Андреа налила в стакан охлажденного апельсинового сока и сделала глоток.
— Бак, у Сэма какая-то безумная идея, что у нас с ним все всерьез. Он ухаживает за мной. Как ты думаешь, стоит ли мне в это ввязываться?
— Дорогая, я знаю одно: если сегодня ты собралась устроить ужин и предстать на нем в иной роли, нежели офицер полиции, то лучше давай пошевеливайся. Кстати, я не вернусь домой допоздна. Мы с Отисом собрались здесь у меня переброситься в покер, и мне кажется я… — Он умолк, передвинул стул и закончил речь одной единственной фразой:
— Я переночую на Брэдовой койке в задней комнате.
Андреа едва не захлебнулась соком. Милый старикан! Он предлагал ей с Сэмом на ночь весь дом в полное распоряжение. Она откашлялась, расцеловала Бака и, не сказав ни слова, выскочила за дверь.
* * *
Мясо, которое она утром вынула из холодильника, уже оттаяло и было готово к жарке. Андреа поставила в духовку картофель. В холодильнике стоял домашний творожный торт, приготовленный Луизой, а на столе — шоколадное печенье. Андреа включила кондиционер и подождала, пока в кухню не ворвались струи свежего воздуха. Сначала она примет душ, а затем, пока мясо жарится, закончит делать салат.
Андреа разделась, несколько минут постояла, разглядывая себя в зеркале ванной комнаты, а затем встала под ледяную струю душа. Даже холодная вода не могла привести ее в чувство. Секс и страсть — эти слова были синонимами имени Сэм Фарли. Она ощутила, как вверх по икрам ее ног пробежала дрожь, и обхватила себя руками. Даже одна только мысль о Сэме тотчас перенесла его сюда, к ней, в стеклянную кабинку, и она к собственному стыду почувствовала, как по животу и бедрам разливается горячая волна желания.
Ты ведь уже решила для себя, что хочешь его, подумала Андреа. Перестань доводить собственное тело до безумия. Ты уже позволила ему зайти слишком далеко и теперь не отступай назад. Будь с ним, пока он здесь. Почему бы тебе тоже не насладиться этой игрой?
Андреа шагнула из-под душа, вытерлась полотенцем и натянула единственный наряд, который с натяжкой можно было назвать соблазнительным — песочного цвета комбинезон с низким вырезом и золотистой молнией впереди.
Она аккуратно нанесла на веки блестящие оливковые тени и прошлась по ресницам тушью. Свои темные волосы она распустила по плечам. Сэм хотел немного порочности — что ж, она ему это покажет. Когда все было готово, Андреа не устроил ее окончательный вид. Она уже стянула с себя комбинезон и успела до половины бедер натянуть розовую ситцевую юбку, когда услышала стук в дверь.
— Андреа? — Было слышно, как Сэм шагнул в дом.
— Погоди! — Зная его, девушка не сомневалась, что он в два счета окажется в спальне.
Она быстро вытащила из комода блузку, засунула ноги в арбузного цвета босоножки и, выходя из комнаты, прихватила несколько бумажных салфеток. Ведь она была Андреа Флеминг из Аркадии, штат Джорджия. Она и впрямь деревенская девушка и не собиралась притворяться кем-то еще.
— Секундочку. — Она пулей выскочила в гостиную, закрывая ладонями лицо и пытаясь на ходу стереть косметику.
А потом Андреа увидела его и ощутила жаркий толчок прямо в самом низу живота.
В руках Сэм держал огромный букет цветов. Это были самые разные цветы полевые и садовые: ромашки, лилии и розы всех мыслимых расцветок и оттенков. Букет был перевязан лентами, к которым в свою очередь крепились несколько воздушных шаров с разноцветным длинным и узким серпантином, свисающим до самого пола. Если бы не его голос, Андреа никогда не узнала бы Сэма, чье лицо было скрыто за этим ослепительным буйством красок.
— Привет, любимая.
Он выпустил цветы из рук, и вся масса накачанных гелием шаров медленно и грациозно поплыла к потолку, слегка покачиваясь из стороны в сторону, словно в танце. Сэм повернулся к девушке и ласково обнял ее.
— Нравятся они тебе?
— У меня просто нет слов, — ответила она, не сводя глаз с огромного букета, медленно плывущего через всю комнату. — Где ты взял все это?
— Я целое утро их собирал везде, где только мог — вдоль дорог и на полях. А Луиза Роберте оказалась столь любезна, что поставила их у себя дома в воду и помогла мне перевязать букет лентами. Шары? С ними было чуть потруднее, но Мэдж все-таки удалось раздобыть их в Коттонборо.
— Ты хочешь сказать, что в Аркадии знают теперь об этом все?
Андреа была совершенно обескуражена его поступком. Никогда прежде никто еще не совершал ради нее такого великолепного, безумного, милого поступка.
— Теперь? Я уверен, что теперь все.
Его волосы, не поддающиеся никакой расческе, обрамляли лицо причудливыми прядями, а губы растянулись в непринужденной, светящейся радостью улыбке.
До Андреа доносился запах его кожи, перебивающий аромат цветов. Это был запах, напомнивший ей весенний дождь и благоухание нагретой солнцем земли. Поймав на себе его взгляд, она ощутила, что радость от их недавней близости стала чуть-чуть сильнее. Когда же он поцеловал ее, она просто не чувствовала под собой ног.
Сэм с неохотой выпустил ее из своих объятий, даже не отпустил вовсе, а лишь легонько отклонился назад, по-прежнему держа руки у нее на талии.
— Удивлена, девочка-Гроза?
— Скорее ошеломлена.
— Рада видеть меня?
— Конечно.
Слова застряли у нее в горле, когда раздался мягкий шлепок ударившихся о потолок воздушных шаров, вызвавший у нее ощущение парения в космической невесомости в калейдоскопе вибрирующих цветов. Это чувство заставило ее прижаться к Сэму, словно и на самом деле пол ушел у нее из-под ног.
— Подойди сюда, Клеопатра! На этот раз в его словах прозвучала удивившая ее требовательность.
— Клеопатра? — несколько глуповато переспросила она.
— А разве ты не под Клеопатру гримировалась?
— Ах, вот оно что!
Андреа слегка отпрянула от мужчины и, посмотрев на свои ладони, перевела взгляд снова на Сэма. На его лице сияло выражение насмешливого восторга.
— Я как раз собиралась стереть все это, но ты вошел чуть раньше, чем я ожидала. В таком виде я никогда обычно не хожу дальше кухни.
— Ну и зря! Ты выглядишь настолько сексуальной, что я решил, будто все это ради меня.
— Нет, то есть да. Я переоделась, и тут пришел ты…
Андреа окончательно запуталась, поняв, что сказала лишнее.
И тут она впервые по-настоящему разглядела Сэма. Его туфли были начищены до матового блеска; одет он был в узкие джинсы и светло-голубую хлопковую рубашку без воротника с тремя расстегнутыми верхними пуговицами, отчего был виден треугольник густых черных волос на груди.
— Ах, Гроза, мне хотелось бы, чтобы кто-нибудь еще кроме меня мог видеть тебя сейчас. От поцелуев ты вся начинаешь светиться.
— Да откуда тебе это видно?
— Я чувствую далее через одежду жар твоего тела.
— Нет, это все из-за косметики, — пробормотала Андреа, упираясь ладонями в грудь Сэма. — Подожди секундочку.
Она прошла через свою спальню и открыла дверь ванной комнаты, закрыла ее за собой и, задержав дыхание, прислонилась к ней спиной.
Андреа никогда еще в своей жизни не видела и не чувствовала ничего столь впечатляющего. Сэм Фарли наполнил ее волшебством, которое было больше, чем просто секс и страсть, даже больше, чем она могла себе вообразить. Она боялась признаться себе в том, насколько сильно он завладел ею. Андреа еще некоторое время мечтательно глядела на женщину, смотревшую на нее из зеркала. Сэм прав, она действительно вся пылает. Изнутри и снаружи…
Они сидели за маленьким столиком, на котором стояли толстые розовые свечи, горевшие ровным пламенем в окружении цветов и ленточек, свисавших сверху с воздушных шаров. Бифштексы были превосходно зажарены, хотя времени на их приготовление ушло больше обычного, потому что Сэм не переставал целовать ее. С печеных картофелин сочилось подтаявшее масло.
Сэм проворно расправлялся с мясом, нарезая его маленькими кусочками и заедая картофелем, и при этом не сводил глаз с Андреа, которая ела очень неохотно. Он был доволен тем, что для ужина она выбрала такое незамысловатое блюдо как мясо с картофелем. За последнюю неделю он съел столько жареных цыплят и фруктового пюре, что вряд ли когда-нибудь в своей жизни снова захочет их, Сэм сделал глоток чая со льдом.
— Ну, а теперь пора поговорить, дорогая. Мне кажется, я могу найти себе достаточно работы в Аркадии, чтобы заплатить налоги за мой дом.
— Ты хочешь сказать, что остаешься? — Андреа тут же прикусила себе язык. Ее вопрос прозвучал не совсем так, как следовало бы. Его заявление удивило ее, но тем не менее не испугало.
Легкая тень неуверенности коснулась его лица. Андреа неловко поднялась из-за стола. А чего же еще она ожидала от него услышать?
— Может быть стоит вынуть из букета розы, подрезать их и поставить в воду? — Вопрос повис в воздухе. Ответа на него не последовало. — Они мне кажутся более нежными, чем остальные цветы.
Прежде чем она успела уйти на кухню, Сэм поймал ее за руку и повернул лицом к себе, стараясь за маской суровости скрыть собственное смущение. На его лицо снова вернулось строгое выражение. Несколько секунд он стоял молча и просто смотрел в глаза девушки, даже не прикасаясь к ней.
— Больше не уходи от меня, Андреа. Я тебе уже говорил, что не слишком разбираюсь в том, как вести себя с такими женщинами, как ты. Поэтому я бестолково топчусь тут вокруг тебя, как дурак. Ты конечно можешь и не до конца оценить мои усилия, но это ведь нисколько не умаляет их.
— Нет, ты не прав. Я вовсе не хотела дать тебе от ворот поворот.
Слова Андреа причинили ему боль. Его растерянность не ускользнула от ее взгляда. В какое-то мгновение ей захотелось раскинуть руки и прижать его к себе.
— Почему все мои старания доставляют тебе столько бед, Андреа?
— Потому, — проговорила она, — что ты идешь в том направлении, по которому я боюсь следовать.
— Тогда ты веди меня, — тихонько прошептал он, беря ее за руку. — Ты ведь знаешь, что я хочу тебя, Андреа. Я не смог бы скрыть этого, даже если бы и захотел. И я не хочу заставлять тебя верить в это, пока ты в этом сама не убедишься. — Сэм с усилием сглотнул и демонстративно сделал шаг назад. — Черт возьми, что же ты со мной делаешь? То есть, я хочу сказать… вернее, хотел… Мне кажется, что этот чертов кондиционер неисправен.
— Сэм, — Андреа устало усмехнулась. — Термостат и термометр показывают двадцать градусов. Боюсь, что дело в нас самих. Мы просто слишком перегрелись. Что бы там между нами не происходило, это чувство слишком глубокое, чтобы управлять им. Это страшит меня тем, что может продлиться очень долго.
— А может быть и нет, дорогая. Но мне все же хотелось бы дать волю чувствам и выяснить это. Расслабься, любимая, и давай пошалим немного вместе.
— Ах, Сэм, ты все время предлагаешь мне это. Ты даже представить себе не можешь, как мне самой этого хочется, но это ведь так нелогично.
— А ты считаешь логичным, что мне досталось наследство в сельской глубинке Джорджии, когда у меня никогда стула своего собственного не было? Разве это логично, что тебя почти что арестовывает женщина-полицейский с таким восхитительным телом, какое я не видел с тех самых пор, когда в пятом классе тайком рассматривал в энциклопедии снимки статуй античных богинь? Ах, Андреа, я хочу отвести тебя на крыльцо, посадить на качели и целовать тебя до тех пор, пока нам обоим не захочется заняться одним делом, для которого качели явно не подходят.
— Послушай, а тарелки?
— Потом, позже. Оставь.
Круглая белесая луна, какую они уже видели раньше, выглядела так, будто частокол леса выхватил из ее середины порядочный кусок. Самая высокая сосна слегка раскачивалась, и казалось, словно диск ночного светила подмигивает влюбленным.
Они еще какое-то время постояли, обнявшись, на крыльце. В объятиях Сэма Андреа чувствовала себя удивительно уютно. Они блаженно вдыхали летний воздух, напоенный ароматом жимолости, росшей возле крыльца.
Потом он повернулся, усадил ее на качели и сел рядом, по-прежнему не убирая руку с ее плеча. Андреа положила голову ему на плечо и поставила ноги на подножку качелей. После долгой паузы тишину ночи нарушило кваканье древесных лягушек, стрекот сверчков и неторопливое повизгивание цепи на качелях.
— Сэм…
— Да, Андреа.
— Говори ты первый, попросила она, коснувшись губами его шеи в тот момент, когда он на какой-то миг крепко сжал ее в своих объятиях.
— Ну хорошо. Только сказать то, что мне хочется выразить — нелегко. А мне хотелось бы сделать это сейчас, пока мы с тобой чуть-чуть не в себе.
— Такого может никогда и не быть. Андреа устроилась поудобнее, так, что ее колени коснулись его бедер, а кончики пальцев — его груди.
— Я всего лишь хочу, чтобы ты знала, что я впервые в жизни чувствую себя счастливым. Если в будущем со мной такое больше никогда не случится, я буду знать, что это было истинное счастье. И это все благодаря Баку, Отису, Аркадии с ее чудаковатыми, душевными людьми. Но главным образом благодаря шефу полиции Андреа Флеминг Благодаря тебе. Спасибо, милая.
Сэм увидел, как в ее глазах блеснули слезы. Он знал, что удивил ее и что ей неведомо, как выразить словами переполняющие ее чувства. Сам же он испытывал огромную радость, смешанную с невыразимой болью. Потому что он только сейчас понял, насколько одинока была его жизнь и как отчаянно он желал, чтобы в нее вошла женщина, которую он сейчас держал в своих объятиях. Кроме того, он очень боялся, что вспугнет ее и этот чудный сон растает.
— Сэм, ты уверен, что мы не можем заниматься этим на качелях?
Ей больше ни за что не хотелось шевелиться и думать о будущем, когда этот мужчина уйдет и все это превратиться лишь в воспоминание. Она знала, что у него были причины скрывать темные стороны своей души, но ей отчаянно хотелось высветить их.
Когда он прильнул к ее губам долгим поцелуем, она не стала противиться тем чувствам, которые его язык заставил ее испытать. Сэм неторопливо исследовал каждый уголок ее рта, губ, лица, шеи, закрывая ей глаза воздушными, легкими, как перышко, поцелуями. Он не спешил и явно не хотел, чтобы она отвечала ему бурными ласками.
Мужчина еще ближе прижался к ней, и его набухшая от возбуждения мужская плоть снова разбудила в ней дремавшую до сего страсть. Его пальцы, скользнувшие Андреа под рубашку, нежно ласкали ее грудь и оставляли жгущие яростным огнем следы на ее животе и чуть ниже пояса, там, куда могла дотянуться его рука. Издав негромкий сдавленный стон, Андреа бесстыдно выгнула спину, плотно прижалась к нему и крепко обхватила его руками. Она вздрогнула и сделала усилие воспротивиться приливу желания, которое жаждало выхода.
Когда же она наконец высвободилась, они оба прерывисто дышали и ей удалось разглядеть на его лице печать горя, от которого лоб Сэма собрался складками. То, что сейчас происходило с Андреа, было вовсе не тем, чего она ожидала. Ее охватило желание, это верно, но за ним крылось и нечто большее.
Потом Сэм встал и, подняв ее на руки, понес в дом. Входная дверь захлопнулась за ними.
— Скажи мне, что хочешь меня, Андреа. — Голос его прозвучал так хрипло, что был едва различим. — Я хочу, чтобы ты сказала это.
Он позволил ей встать на ноги, продолжая покрывать всю ее поцелуями, раскачиваясь взад и вперед, пока ее тело не взмолило о пощаде, и она не перестала, наконец, сопротивляться.
— Да, да, Сэм. Я не хочу, чтобы ты уходил от меня!
Куда-то начисто исчезли нежность и терпение. Они сорвали друг с друга одежду, Сэм приподнял Андреа и нетерпеливо проник в нее, едва они коснулись кровати.
Он без конца, снова и снова погружался в нее и тут же отстранялся, затем снова набрасывался на ее тело своими жадными губами и руками, разжигая в Андреа такой неистовый огонь желания, о котором она едва ли когда-либо смела мечтать. Сэм шептал какие-то бессвязные слова, которые ее мозг фиксировал, но не оформлял в осмысленные мысли. Потом всю ее внезапно сотряс взрыв, и она издала крик, чувствуя, как по ее лицу струятся слезы. Сэм схватил ее руками за бедра и крепко, словно боялся потерять, прижал ее к себе, весь напрягшись и застонав от упоительного блаженства.
Потом он упал на нее, и, лежа под ним, Андреа вслушивалась в его учащенное дыхание. Он каким-то чудесным образом все еще оставался внутри нее, как будто ее тело захватило его в плен и отказывалось отпустить на волю. Ощущение единения было несравнимо ни с чем из всего того, что она когда-либо испытывала в своей жизни, и когда он слегка пошевелился, собираясь приподняться, Андреа потянулась к нему и удержала.
— Я слишком тяжелый, — запротестовал Сэм, касаясь губами ее уха.
— Нет, мне нравится это ощущение, когда ты все еще находишься… во мне. Не шевелись, пожалуйста.
Так они лежали и дальше, все еще сплавленные воедино постепенно остывающим огнем того, объяснения чему ни один из них не мог дать.
Когда Сэм наконец приподнял голову, Андреа вздрогнула и подняла голову, вытягивая губы к его рту.
В его прикосновении она почувствовала нежность, смешанную со страхом.
— Качели прекрасно сочетаются с лимонадом и печеньем, дорогая, но это это ужасно.
Он провел пальцами вниз по ее шее и обхватил шершавой ладонью грудь девушки. Андреа потянулась и, зевнув, уютно устроилась у него на плече.
— Что ты делаешь, любимая?
— Просто хочу быть еще ближе к тебе, Сэм. Мне хочется, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Я хочу без конца прикасаться к тебе, иметь возможность протягивать руку и знать, что ты рядом.
Андреа придвинулась ближе и скользящим движением прикоснулась к его телу, перебирая пальцами волосы на его груди.
— Но, дорогая, а как же Бак?
— Этой ночью дома его не будет, Сэм. Ты можешь остаться со мной.
— Андреа! Но как же… Что же скажут люди?
— Тебя заботит моя репутация, дорогой? Давай, давай, для тебя это не ново. Сколько уже раз ты останавливался где-нибудь на несколько месяцев и находил себе женщину, готовую пустить тебя в свою постель?
Этим вопросом Андреа вовсе не обвиняла его. Она просто хотела, чтобы он знал — она готова принять эту ночь такой, какая она есть, если, конечно, и он настроен так же.
— Думаешь, я тем самым теперь пытаюсь отыграться на тебе?
— Нет. Я думаю, что ты такой, как ты мне сам о себе говорил — хороший любовник. И я хочу получить тому верное подтверждение. Разве ты не понимаешь, Сэм? Я знаю, что все это закончится, и я не могу позволить себе верить еще во что-то. Это другой вид честности.
— А что бы ты сказала на то, если бы я предложил тебе выйти за меня замуж?
Возникла долгая пауза. Андреа включила лампу, стоявшую на прикроватном столике, и только тогда позволила своим глазам насладиться красотой лежавшего рядом с ней мужчины. При свете его смуглая кожа отливала мягким матовым блеском, подчеркивая каждый мускул торса и каждый изгиб его длинных ног. Нижняя часть его тела, слегка покрытая темными волосами, приковывала ее взор. Самая мужественная часть тела Сэма снова начала пробуждаться к жизни под ее пристальным взглядом.
— Лучше поторопись с ответом, леди Гроза. Я больше не могу лежать здесь и глазеть на тебя, ничего при этом не предпринимая.
Прежде чем ответить, Андреа погасила свет.
— Тогда и не стоит этого делать, — прошептала она и обняла его.
Мгновение спустя он так крепко прижимал ее к себе, что трудно было понять, где чье тело. Сэм нетерпеливо терся о ее живот, поддразнивая своими прикосновениями, пока она резко не потянула его на себя, навстречу ее выгнувшемуся дугой телу.
А потом стало слишком поздно. Ее разум использовал тело для того, чтобы избежать ответа. Единственное, в чем она уверена — это настоящее и ее любовь к Сэму. Ей очень не хотелось, чтобы кончалась эта ночь. Даже если всем в Аркадии известно, что Сэм остался у нее на ночь, она будет знать, что была самой счастливой из всех столь изысканно любимых падших женщин, когда-либо носивших полицейскую форму.
— О, Сэм, — прошептала Андреа, — мне кажется, я хочу, чтобы ты научил меня, научил тому, как побезумствовать вместе с тобой.
* * *
Она изо всех сил боролась со сном, но все-таки уснула. Проснулась она от прикосновения губ к своей правой груди. Губы скользили по кружочку-ореолу, жадно впиваясь в отвердевший от возбуждения сосок и вызывая у нее чувство, будто она кормит проголодавшегося ребенка. Какое-то время она тихо лежала, наслаждаясь этим ощущением, но потом ее собственное желание возросло настолько, что она опустилась немного ниже на постели и приподняла его голову на уровень своих губ.
Она почувствовала прикосновение его мозолистых пальцев, скользивших вверх по ее ноге. Потом они задержались на той части ее тела, которая уже истомилась от ожидания. Она не знала, как долго он ласкал ее тело, прежде чем она окончательно пробудилась ото сна.
Андреа была настолько готова к новому сеансу любви, что когда он снова накрыл ее своим сильным телом, она среагировала на это почти мгновенно.
— Ты восхитителен, — отважилась наконец вымолвить она.
— Ты права, — лениво признался Сэм, целуя ей мочки ушей и шею, — И лучше, чем горячий гренок в любое подходящее время.
— Гренок? Боже, да ведь действительно уже почти утро. — Ее голос звучал удивительно нежно. — Вот мы и провели вместе с тобой целую ночь.
— Только не говори мне, что раньше ты никогда не спала с мужчиной.
Его голос внезапно прозвучал как-то совсем по-другому, и она интуитивно почувствовала, что мужчине, лежащему рядом с ней, ее ответ действительно очень важен.
— Нет, конечно. Этого я тебе не могу сказать, Сэм. Ты же понял, что я не девственница. Извини. Мне очень жаль, что это не так. Мне бы очень хотелось, чтобы первым у меня был ты… Но, к сожалению, этого не случилось.
Андреа попыталась отодвинуться от него, но Сэм тут же так крепко сжал ее в своих объятиях, что ей даже трудно стало дышать. Он целовал ее до тех пор, пока она не расслабилась и не обмякла в его надежных, внушающих спокойствие руках.
— Кто же тебя так обидел, любимая? Кто сделал тебя такой недоверчивой к тем, кого ты не знаешь?
Она долго молчала перед тем, как ответить.
— Мне было двадцать, когда я влюбилась в него. Тут виновата была я сама. Он никогда мне ничего не обещал.
— И он бросил тебя?
— Нет, не совсем так. Он был полицейским патрульной службы и находился в Аркадии временно. А через шесть месяцев его перевели обратно в Атланту. Я поехала туда за ним. Он ничего не сказал мне. Ох, Сэм… Оказалось, что он уже давно женат. Его жена даже приезжала посмотреть на меня, будучи уже беременной.
— Ах, сукин сын! Тебе следовало бы убить его!
— Да, я и хотела это сделать, а потом убить и себя. Но я вместо всего этого вернулась обратно в родной дом. Об этом никто не знает — только ты и я.
Наступила пауза, которая, казалось, никогда не кончится. Андреа никогда никому об этом не рассказывала, даже отцу Слова давались Сэму с великим трудом — настолько глубоки были его сострадание и жалость к этой женщине.
— Прости меня, Андреа.
Теперь ему все, стало ясно. Неудивительно, что она не доверяла ему. Каждый незнакомец, который встречался ей на пути, мог причинить ей боль. Сэму стало понятно ее отношение к нему как к тому, что длится всего одну только ночь. Ведь Андреа уже так сильно обожглась в любви. Она не в силах была заставить себя поверить ему, и он не имел права обвинять ее в этом.
Но, черт побери, ведь сейчас, на этот раз, все было по-другому. Он даже влюбился в нее! После долгих лет скитаний Сэм пришел наконец туда, где мог счастливо прожить остаток своих дней — если бы ему только удалось убедить Андреа в искренности своих чувств.
Это будет нелегко, и он не знал, что же именно ему следует сказать ей. Разрывавшие сердце Андреа боль и одиночество были так искусно скрыты, что Сэм не был до конца уверен в том, что она понимает, как сильно они нужны друг другу. Возможно таких слов вообще не существовало в природе. Может быть нежные прикосновения и крепкие объятия смогут выразить его чувства?
Он осыпал легкими поцелуями ее лицо, ощущая языком и губами соленые слезы, катившиеся по ее щекам.
Сэм взял Андреа за руку и, приподняв ей ладонь тыльной стороной к себе на уровне лица, ласково коснулся губами ее нежной кожи, а потом прижал к своему сердцу, чтобы она смогла измерить всю глубину его чувства. Его поступком двигал не импульс страсти, а всего лишь молчаливое обещание нежности.
— Андреа? — Сэм перевернулся в постели и крепко прижался к ее телу. Он глазами проследил очертания ее бровей и носа, а потом коснулся языком ее ключицы. — Я до смерти боюсь сказать тебе, что именно я намереваюсь делать дальше, но вот что я скажу тебе — я люблю тебя, девушка-Гроза.
— Нет! — Андреа попыталась столкнуть его с себя. От крика у нее резко перехватило дыхание и ей показалось, что она тонет. — Нет, пожалуйста! Не говори мне этого. Я не хочу, чтобы ты любил меня, Сэм Фарли. Ты не можешь любить меня.
— Я тут слишком много чего не могу сделать, любимая. Не в моей это власти. Для начала вот что я тебе скажу: мне кажется, будто за тобой, куда бы ты ни шла, тянется следом что-то вроде облака, из которого на меня проливается дождь чистой похоти каждый раз, когда я оказываюсь рядом с тобой.
— С похотью я могу справиться, Сэм, Я с радостью признаюсь тебе, что на меня выливается порядочная доза того же из твоего облака. Иначе с какой бы стати я позволила тебе провести со мной ночь, когда новость об этом уже сегодня утром облетит весь город и прилегающие к нему окрестности?
— Андреа, я думаю, тебе следует признать тот факт, что я собираюсь остаться здесь, в Аркадии. Я начинаю верить в то, что можно доверять людям, живущим рядом с тобой. Я заставлю тебя верить мне! Но и это еще не все. Ты научишь меня тому, как сделаться здесь своим.
— Но ведь ты чужой здесь, Сэм! Ты думаешь, что доверяешь мне, но на самом деле это не так. Если бы это так и было, то ты…
Выше ее сил было сказать, что она знает о его предыдущем аресте. Сейчас ей не нужна была его искренность. Ей даже не хотелось любить Сэма Фарли.
— Сказал бы тебе, что я однажды сидел в тюрьме?
У Андреа комок застрял в горле. Он наверное читает ее мысли! Кончики его пальцев, как книгу, читали ее тело, и она не могла понять, среагировала ли она на его слова или на прикосновение.
— Да, — хрипло выдавила Андреа.
— Я подумал, что ты, должно быть, знаешь об этом. Мне было тогда двадцать, и я не вовремя оказался не в том месте. Это случилось в маленьком городке неподалеку от Литл Рока, в Арканзасе. К заправке подъехал какая-то человек, заправился и ограбил бензоколонку. Потом еще одна машина подъехала, грабитель выскочил через задний ход и убежал прочь пешком. А я как раз путешествовал автостопом и оказался в тех местах проездом. Сэм Фарли стал тем самым чужаком, о которых ты говорила. На меня им всем было наплевать, даже если я невиновен.
— О, извини, Сэм. Иногда хорошие люди совершают плохие поступки. Нельзя говорить, что все маленькие городки плохи.
— Мне не повезло, мне никак не удавалось выпуститься под залог или нанять адвоката, чтобы доказать свою невиновность. Меня держали в тюрьме три месяца до тех пор, пока служащий с бензоколонки наконец не признался, что это был не я, а другой. Лишь тогда обвинение с меня сняли. После этого я отправился служить в морскую пехоту.
— Бедный ты мой, — Андреа поцеловала его чуть ниже уха.
— Отслужив, я пустился странствовать. Моя мать заболела, и единственным способом заработать деньги на лекарства была работа на стройке. Кроме того там, на стройке, людям не было никакого дела до того, кто я такой.
— Я знала обо всем, и мне очень жаль, Сэм, — прошептала Андреа, поглаживая его плечо. Потом ее пальцы скользнули ему на грудь. Придвинувшись к нему ближе, она поцеловала его, решив поцелуем выразить то, что не могла сказать словами.
Она нагнулась к нему и, устроившись поудобнее, легла на него сверху. Сэм застонал. Сам он не прикасался к ней, а просто разрешал делать все, что ей заблагорассудится. А ей хотелось заняться с ним любовью, излечить его от воспоминаний о горестном прошлом. Андреа не знала, что произойдет завтра, но хотя бы на одну ночь они будут принадлежать друг другу.
Когда она снова открыла глаза, кровать заливал поток яркого солнечного света. Сэма рядом не было. На его подушке лежала красная роза, изящно перевязанная розовой ленточкой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Повенчанные грозой - Честен Сандра

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Повенчанные грозой - Честен Сандра


Комментарии к роману "Повенчанные грозой - Честен Сандра" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100