Читать онлайн Зимняя мантия, автора - Чедвик Элизабет, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Зимняя мантия - Чедвик Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.34 (Голосов: 74)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Зимняя мантия - Чедвик Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Зимняя мантия - Чедвик Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Чедвик Элизабет

Зимняя мантия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Ветви дерева гнулись от тяжести золотистых плодов величиной с мужской кулак. За тринадцать лет, прошедших с того дня, когда Матильда посадила сердцевину яблока, оно, благодаря хорошему уходу, выросло в крепкое дерево. Оно переросло Сибиллу и Элисанд, ни мать, ни сестра не могли обхватить ствол.
Наклонившись, Матильда осторожно лила воду из кувшина под яблоню, шепча благословение. Водяной эльф все еще жил в колодце, но теперь она уже достаточно выросла, чтобы самой открывать крышку. Она всегда носила с собой монетку, чтобы заплатить ему. Мать назвала бы это языческим обычаем и приказала бы ей прекратить, но то, чего мать не знала, не могло быть порицаемо.
Сад принадлежал Матильде. С того момента, когда она в раннем детстве впервые посадила яблоню, сад был ее убежищем и утешением. Она любила ощущение влажной земли на своих ладонях. Не было ничего более увлекательного, чем посадить семена и смотреть, как они проклевываются и растут, поливать их, а потом собирать урожай.
Мать ругала ее за то, что она проводит столько времени в саду, но никогда не пыталась ей помешать. Работа в саду – вполне подходящее занятие для женщины, а поскольку она сама этим не интересовалась, то была рада перепоручить сад дочери.
Матильда вылила последние сверкающие капли воды под дерево и наблюдала, как они впитываются в землю. Скрипнула калитка, возвещая о появлении Элисанд.
– У нас гости, – объявила раскрасневшаяся служанка, сверкая глазами. – Целое войско.
Гости бывали в Нортгемптоне часто. После смерти отца Нортумбрию у них отобрали, но Хантингдон и Нортгемптон остались во владении Джудит. Ладно торговцы, солдаты и чиновники, но целое войско – это уже что-то необычное.
– Знаешь, кто они такие? – Первой мыслью Матильды было, что это солдаты ее деда Юдо. Он навещал Нортгемптон несколько раз в году, обычно привозя с собой сына Стефана. Но тогда Элисанд так бы и сказала.
– Нет, – ответила служанка. – Но я видела, как мой отец и их командир пожали друг другу руки и улыбались так, будто они старые друзья. И они говорили по-английски.
Любопытство Матильды усилилось. Английские аристократы в нынешние времена были редкостью. Что делает один из них здесь, где отдают предпочтение нормандскому образу жизни, было непонятно. Она посмотрела на свои руки в земле, к простому платью прилипли сухие листья. Не слишком подходящий наряд, чтобы встретить гостя, не важно, какого ранга. Матильда не была тщеславной, но давно поняла, что первое впечатление – самое прочное. Да и материнские наставления насчет соблюдения приличий она крепко усвоила.
Она заторопилась на женскую половину. Гостей видно не было, хотя у конюшни стояли несколько отличных лошадей.
– Он молодой или старый, этот граф? – спросила она.
Элисанд покраснела еще гуще.
– Седины в волосах не видно, – ответила она. Матильда быстро переоделась, выбрав синее льняное платье, которое подчеркивало цвет ее глаз.
– У вас земля на щеке. – Элисанд вытерла щеку госпожи концом своего платка. – Надо пощипать щеки и покусать губы, чтобы казались ярче.
Матильда засмеялась и махнула рукой.
– Зачем? Кто бы ни был этот гость, сомневаюсь, что он явился за мной ухаживать.
– Все может быть, – заметила Элисанд. Матильда покачала головой.
– Нет. Мать мужчин не любит. Для своего душевного спокойствия она основала женский монастырь и хочет, чтобы и этот дом превратился в монастырь.
– Ничего у нее не выйдет, – упрямо заявила Элисанд.
– Но она все равно будет пытаться. – Матильда оправила платье по бокам и на высокой груди.
– Может, вам лучше сбежать, – предложила Элисанд.
– Найди мне подходящего мужчину, и я сбегу, – ответила Матильда, направляясь к двери.
Войдя в зал, она увидела там солдат гостя и материнских охранников, которые вместе обедали. Ее сестра Джудит сидела на месте матери и исполняла роль хозяйки при четырех приезжих рыцарях. Матильда присмотрелась к ним. Двое были седыми, один лысый, еще один с бородой. Был там и молодой слуга, но слишком юный и за мужчину не мог считаться.
– Его здесь нет, – прошептала Элисанд.
– Как и матери, – заметила Матильда. Сестра увидела ее и начала глазами молить о помощи. Матильда прошла в конец стола, стараясь не забыть делать маленькие шажки. Мать всегда упрекала ее за то, что она шагает, как солдат.
Мужчины поднялись, чтобы приветствовать ее. Сестра, заикаясь, представила их. Она была девушкой скромной, и роль хозяйки ее угнетала.
У всех мужчин были нормандские имена, все незнакомые, и говорили они по-французски, а не по-английски.
– Добро пожаловать, – официально произнесла Матильда и села на стул, только что освобожденный сестрой. – Моя мать вас уже приветствовала?
– Да, леди Матильда, – ответил один из них по имени Обри де Map. – Графини сейчас здесь нет, потому что наш господин захотел побеседовать с ней наедине.
– Ваш господин?
– Симон де Санли, миледи. Он здесь по приказу короля Вильгельма.
– С какой целью? – Вопрос сорвался с ее уст, прежде чем она успела подумать.
Мужчины переглянулись, и она сразу поняла, о чем они думают. Дочь графини Джудит властна, как и ее мать, но все равно еще девчонка.
Внешне спокойная, но кипя внутри, она жестом приказала слуге наполнить бокалы и подать медовое печенье. Вино и еда всегда развязывали языки.
– Простите мою резкость, – сказала она. – Но ведь не каждый день мы принимаем гостя с приказами от моего кузена, короля.
Она заметила смешинку в глазах Обри де Мара, когда она напомнила им о своем ранге, одновременно извинившись за бестактность.
– Все в порядке, миледи, – произнес он хриплым голосом. – Вы сами скоро узнаете о цели приезда нашего господина. Но, разумеется, ваша мать должна узнать об этом первой.
Матильда склонила голову и отпила глоток вина из своей чаши. Симон де Санли… Имя вызывало какие-то воспоминания, но смутные и далекие. Если она с ним и встречалась, то много лет назад.
– Скажите мне, – попросила она, – ваш господин говорит по-английски?
– Да, миледи, его обучил ваш покойный отец.
У Матильды перехватило дыхание, ее глаза расширились.
– Он знал моего отца?
– Да, миледи, знал. Это было еще до того, как я поступил к нему на службу, так что я не знаю подробностей. Только то, что ваш отец был учителем, а он учеником. Без сомнения, милорд сам вам все расскажет. Он предпочитает говорить за себя сам.
Рука Матильды дрожала, когда она подносила чашу к губам. Она не помнила Симона де Санли, но образ отца стоял перед ней так же ярко, как и в тот день, когда он уехал, чтобы не вернуться. Сверкающие рыжие волосы, мягкая золотистая борода, улыбка для нее одной и печаль в его глазах. Она так молилась, чтобы он вернулся! И он вернулся. Теперь он лежит в могиле в Кроуленде. Так; близко и так далеко. Дома у них о нем никогда не говорили, во всяком случае в присутствии матери, которая не выносила даже упоминания его имени. Иногда они с сестрой шептались или Сибилла рассказывала о нем, но тайком, чтобы не узнала Джудит. Теперь она сможет услышать что-то от Симона де Санли – этого гостя из прошлого, и тогда ее воспоминания будут еще ярче.
– Вы не знаете, сколько вы здесь пробудете? – спросила она, убедившись, что голос не дрожит. – Мне надо будет запастись провизией.
– Нет, миледи. – Де Map развел руками. – Милорд нам ничего не говорил… Я думаю, не меньше недели.
Матильда улыбнулась. Она еле сдерживалась, чтобы не вскочить, броситься в покои матери и увидеть Симона де Санли. Рыцарь сказал, что они задержатся на неделю. Значит, у нее будет время. Только бы поскорее…
Симон стоял в личных покоях графини Джудит и оглядывался с ощущением беспокойства, от которого на затылке дыбом вставали волосы. Скудость обстановки оживлял вышитый ковер со сценами из жизни различных святых женщин. Над небольшим амвоном было прибито деревянное распятие. Ложе графини Джудит было узким и покрыто грубыми одеялами. Нигде ни клочка меха. Она жила жизнью светской монахини, подумал он, и это могло помешать его цели.
Графиня не предложила ему сесть. И вина не предложила. Хотя это полагалось сделать для любого гостя. Но уже было ясно, что он для нее – незваный гость.
Она повернула к нему голову.
– Итак, милорд, не сообщите ли вы мне о цели вашего приезда и не объясните, почему об этом следует говорить тайно, а не при всех в зале?
В свои тридцать шесть лет она все еще была привлекательной женщиной, хотя ее черты, как и характер, с годами заострились, и уже можно было видеть, что в старости она превратится в копию своей грозной матери.
– Не тайно, – возразил он, – но с глазу на глаз. Поскольку вопрос деликатный, я решил, что лучше обсудить его без свидетелей.
– Не думаю, что мне есть что обсуждать с вами, при свидетелях или без них, – грубо проговорила она.
Не дождавшись приглашения, Симон все равно сел на стоящую у стены скамью. В ее глазах он увидел раздражение и неприязнь и вздохнул. Он понимал, что цели он своей не достигнет. Она выслушает его, но не услышит. Он достал письмо с королевской печатью.
– Король Вильгельм Руфус доверил мне заботу о графствах Нортгемптонском и Хантингдонском, – заявил он. – Все указания здесь.
Она оцепенела, как будто превратилась в камень, и, не отрываясь, смотрела на него.
– Я – графиня Нортгемптонская и Хантингдонская, – ледяным тоном произнесла она. – Он не может так поступить.
– Вы вдовствующая графиня, – поправил ее Симон, – а землями распоряжается король. Может отдать их кому захочет.
Лицо ее стало белее мела.
– Прошло десять лет со смерти моего мужа. Я разумно управляла этими землями. У него нет оснований для такого приказа. – Она почти вырвала у него пакет.
– Король хочет укрепить графства войсками.
– Ха! – воскликнула она. – Тогда почему он прислал калеку?
Слова были намеренно жестокими. Еще в детстве Симон научился не реагировать, поэтому не отвел взгляда.
– Это недостойно вас, миледи. Я полагал, вы выше подобных оскорблений.
Она покраснела, глаза блеснули.
– А разве справедливо приезжать и отбирать у меня земли, которыми я управляла в течение десяти лет? Разве это не оскорбление?
– Нет, миледи, – спокойно возразил Симон. – Никто не сомневается в ваших способностях или вашей справедливости. Но вы не можете вести людей в бой или принимать военные решения – для этого нужны подготовка и опыт.
– Вы тоже не можете, милорд, – отрезала она, окидывая презрительным взглядом его хрупкую фигуру.
– Тут вы ошибаетесь, графиня, – спокойно заметил он, потому что давно понял, что умение держать себя в руках – половина успеха. – Если бы я был хвастуном, я бы перечислил кампании, в которых принимал участие, и свои военные должности при нормандском королевском доме. Но на это уйдет слишком много времени. Наверное, я не могу управляться с топором так, как ваш муж, но у меня много других достоинств. Вы – богатая вдова, еще можете рожать, у вас юные дочери. Эти владения – лакомый кусок, и, прямо говоря, король желает закрепить их за человеком по своему выбору, а не за теми, кто станет наживаться за его счет, включая вашу мать, отчима и их сыночка. Мне очень жаль, но сколько бы вы ни возмущались, вы ничего не можете изменить…
– Люди никогда вас не примут! – выкрикнула она.
– Приняли же они вас, – заметил он, – несмотря на слухи, что вы попустительствовали казни вашего мужа.
Удар пришелся в больное место, Джудит отшатнулась.
– Нет! – Она попыталась взять себя в руки. – Я ездила к королю и на коленях просила разрешить перенести тело Уолтефа в Кроуленд.
– Из чувства вины, – мягко поправил Симон, – не скорби. Может быть, вы и не способствовали смерти вашего мужа, но вы и ничего не сделали, чтобы спасти ему жизнь. – Внезапно он почувствовал себя таким усталым, будто весь день провел на поле боя. Он с трудом встал и направился к двери. Каждый шаг причинял ему боль, но гордость не позволяла хромать.
У дверей на стуле сидела служанка Сибилла, приложив ухо к тяжелой дубовой двери.
– Я бы не отказался от кувшина вина, – вежливо обратился к ней Симон.
Сибилла присела в реверансе. На ее лице появилась улыбка.
– Вы изменились с той поры, когда я видела вас в последний раз.
Симон улыбнулся в ответ и почувствовал, как спадает напряжение. Его всегда удивляло, как у такой правильной и холодной Джудит может быть такая земная, озорная служанка.
– Не уверен, что к лучшему, – печально пробормотал он, – и я могу сказать то же самое о твоей госпоже.
– Она со всеми такая суровая. – Сибилла бросила взгляд на дверь, чтобы убедиться, что Джудит не может ее слышать. – И вдвое строже к самой себе. – Она взглянула на него. – Не думаю, что вы приехали сюда, чтобы смягчить эту суровость.
– Я здесь, – пояснил Симон, – по приказу короля, и надо быть совсем лишенным тщеславия, чтобы его проигнорировать. Я не смогу помочь вашей госпоже, если она не поможет сама себе.
– Сомневаюсь, чтобы она знала как, – вздохнула Сибилла. Глаза горели любопытством – она была слишком заинтригована.
– Так ты принесешь вино, или мне послать за ним кого-нибудь из своих людей? – спросил Симон более резко, чем хотел.
В глазах Сибиллы мелькнула неприязнь.
– Не надо, я принесу. Но не забывайте, что я драла вас за уши, когда вы таскали печенье со стола графини Аделаиды. – Она вышла, задрав нос. Симон, потирая лоб в том месте, где стала пульсировать боль, вернулся назад, в комнату Джудит.
Она стояла у оконного проема, глядя на лист пергамента в своей руке. Она явно прочитала послание – об этом говорили ее выражение лица и ледяной взгляд.
– Этому никогда не бывать, – произнесла она с едва сдерживаемой яростью.
– Я вижу, эти новости потрясли вас, миледи. – Симон старался не показать, как он устал. – Но я прошу вас смириться с неизбежным.
– Никогда! – со страстью произнесла Джудит. Симон знал, что все бесполезно, но все же заговорил, потому что обещал.
– Если вы пожелаете сохранить свое положение, это возможно, если вы согласитесь стать моей женой.
Слова разрезали воздух, как раскаленные прутья, и Симон почувствовал их жар на своем лице. Руфус передавал ему графство на определенных условиях. Пусть женщины будут в безопасности и ни в чем не нуждаются. Дай Джудит возможность снова выйти замуж, пока есть еще соки в ее теле, пока она еще может рожать.
– Согласиться стать вашей женой?.. – повторила она и оглядела его с ног до головы так, будто перед ней было какое-то мерзкое насекомое, только что выползшее из-под камня. – Если вы не шутите, тогда вы помешались.
– Я не шучу, и я не помешался. – Симон был спокойным. – Брак со мной укрепит ваш статус и повысит мой. У вас еще могут быть дети. Я выполню воинские обязательства, возложенные на меня Руфусом. Брак будет выгоден для нас обоих, если вы забудете про свою гордость и будете кежливы.
– Я не могу испытывать к вам ничего, кроме презрения, – заявила Джудит. На ее лице было написано такое отвращение, что Симона передернуло. Он не привык к таким женским взглядам.
– Вы считаете меня ниже вас? – спросил он. – Вы считаете, что я – подпорченный товар и мой ранг не достоин уважения?
Губы Джудит искривились.
– Когда мой первый муж меня предал, я поклялась, что никогда больше не выйду замуж. Я испытывала вожделение к Уолтефу Сивардссону, и это не принесло мне ничего, кроме горя. Ни один мужчина этого не стоит. Я отдала свою веру Богу.
– Значит, вы отказываетесь?
Ее губы сжались в тонкую полоску.
– Я бросаю свой отказ вам в лицо.
В комнату вошла Сибилла с вином и двумя чашами.
– Вот и мы, – весело сказала она.
– Сэр Симон уходит, – заявила Джудит, не глядя на служанку.
Симон прищурился. Подошел к Сибилле, взял кувшин и налил вина в одну из чаш.
– Я уйду, когда пожелаю, – объявил он, – и пойду я не дальше зала. Вы сами за себя решаете, миледи, а за меня решает король. Разумеется, вы можете остаться в этой комнате, я найду себе другую, но с этого момента вам должно быть ясно, кто здесь хозяин.
Джудит смотрела на него так, что он понял: если бы взглядом можно было убить, он был бы мертв. Он не отвел глаз, сохранив на лице спокойное выражение, но сердце тяжело билось в его груди. Все еще глядя на нее, он медленно поднял чашу к губам и выпил вино.
Джудит не сдавалась, но он видел, что она начинает дрожать, хотя, возможно, от злости. Он допил вино, поставил чашу на сундук и направился к двери.
– Подумайте о моих словах, миледи, – напомнил он. – Трудно поступиться гордостью, но еще труднее жить с нею.
– Вы знаете мой ответ, – сухо произнесла Джудит. – Я лучше буду ходить в лохмотьях, чем отдамся вам.
– Будем надеяться, что до этого не дойдет, – усмехнулся Симон и вышел.
У нее была железная воля. Он почти ждал, что услышит звук разбиваемой о дверь чаши или что вслед полетит подсвечник, но за спиной была тишина.
Он прислонился к стене и закрыл глаза. Он с удовольствием бы опустился на пол, но не рискнул – вдруг Джудит появится из своей комнаты и увидит его. Он знал, что сейчас он не в состоянии выйти в зал к людям, он должен сначала прийти в себя.
Лицо овевал легкий ветерок. Он открыл глаза и посмотрел в узкую бойницу. Отсюда он видел внутренний двор, зелень и пестрые краски ухоженного сада. Он выпрямился и неуверенными шагами направился туда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Зимняя мантия - Чедвик Элизабет



Читая этот роман испытала целую гамму различных эмоций интерес в начале, потом недоумение, раздражение на Гг-ю, сочувствие и обиду за Гг-я, в средине плакала и очень жалела маленькую дочь,да и потом когда она выросла тоже. Сюжет не предсказуем, реалистично НЕ РОМАНТИЧЕН. Этот роман не оставит вас равнодушными, но перечитывать я бы не стала.
Зимняя мантия - Чедвик ЭлизабетНюта
11.10.2014, 15.02





Роман понравился тем,что не было сюсюканья и правдоподобность не терялась весь роман.удивительно как человек сегодня любит,а завтра любит,но уже совсем другого человека,конечно же богатого,и в будущем короля.ещё. поразила плодовитость гг,учитывая большую смертность в родах.не уверена что захочу перечитать,но роман хороший.
Зимняя мантия - Чедвик ЭлизабетЛилия
2.01.2015, 16.25





Замечательное произведение, хотя и не относится к легким романам. На уровне Симоны Вилар и Жюльетты Бенцони. Оцениваю в 10 баллов, но не думаю, что захочется перечитать. Может быть лет через 10 задумаюсь об этом.
Зимняя мантия - Чедвик ЭлизабетНатали О.
10.01.2015, 14.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100