Читать онлайн Возвращение лорда Гленрейвена, автора - Бэрбор Энн, Раздел - ГЛАВА ПЯТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэрбор Энн

Возвращение лорда Гленрейвена

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЯТАЯ

Джереми, лорд Гленрейвен, следующим утром проснулся очень рано. А ведь когда петухи прокричали в первый раз, он еще не ложился. Его поиски в библиотеке оказались безрезультатными. Там были две книги, в названии которых было слово «сельский». Одну из них, написанную Коббетом и называвшуюся «Сельские путешествия», Джем читал несколько лет назад. Другая книга представляла собой сборник стихотворений о сельской жизни. Ни в той, ни в другой не было скрученного листка бумаги, засунутого в основание переплета.
Когда Джем наконец вернулся в спальню, то не сразу заснул, вспоминая свой разговор с вдовой. Она была очень красива, но явно не отдавала себе в этом отчета. Это редкое женское качество, подумал он. Он закрывал глаза, и перед ним отчетливо вставал ее образ – то, как она ласкала Дженни и успокаивала ее, не обращая внимания на то, что была глубокая ночь, и что вся ее одежда была забрызгана кровью. А позднее, когда Клавдия сидела напротив него за маленьким столиком, держа стакан в своих тонких пальцах, он поразился той силе духа, которая пряталась за этой красотой.
Он постоянно подливал ей бренди исключительно потому, что она отнеслась к этому очень спокойно, а когда она не смогла устоять и из-за своей усталости начала раскрывать свои секреты, он не мог не воспользоваться ситуацией. Но по крайней мере он был целомудрен и не воспользовался ее состоянием, подумал Джем.
Он задумался: как же ему поступить с этим милейшим созданием?
Когда он приехал в деревню Литл Маршдин и узнал, что Рейвенкрофт перешел во владение вдовы Кастерса, он приготовился перенести всю ненависть, которую испытывал к ее мужу, на жену. В конце концов, весьма логично было предположить, что у жены этого чудовища должно было быть сердце из камня и загребущие руки.
Он был совершенно не готов к тому, что увидел: маленькое целеустремленное существо с серьезными намерениями, одетое в одежду конюха, а на самом деле владеющее всем поместьем. И не меньше его удивило то, во что она превратилась позднее. Джем вспомнил, как Клавдия спускалась по лестнице, одетая в обычное, довольно поношенное платье, но двигалась она при этом с изяществом принцессы. Ее волосы были просто собраны на затылке, и локоны спадали на лицо. У него тогда возникло жгучее желание броситься к ней, распустить ее волосы и зарыться в них лицом.
Джем сокрушенно покачал головой. Господи, о чем он думает? Она же была настоящей леди и не годилась для флирта. И более того, он собирался вышвырнуть эту женщину из ее дома. Он не соврал Джоне, когда сказал, что не собирается оставлять ее в нищете, но ее признание в любви к Рейвенкрофту было для него полной неожиданностью. И потом она говорила про детей. Новая династия в Рейвенкрофте?
У него вдруг возникла другая идея. Совершенно не обязательно брать детей на усыновление. Для того чтобы они появились, есть другой, гораздо более приятный способ.
Он сбросил одеяло и поставил ноги на полированный деревянный пол. Ему было жаль вдову Кастерс, и в другой ситуации он бы с удовольствием утешил ее. Однако сейчас ему ничего иного не оставалось, как предоставить ей определенную компенсацию. Он должен быть справедлив, но не более того. Его нельзя было назвать бессердечным, но он сумел выжить в течение двенадцати лет на самых ужасных улицах Лондона, а сделать это было очень трудно. Поэтому теперь он не собирался менять стиль жизни.
Выбросив из головы воспоминания о ее золотистых волосах и глубоких светлых глазах, смотревших на него поверх стакана с бренди, он направился к комоду, где стояли тазик и кувшин с водой.
Клавдия проснулась этим утром не в лучшем настроении. Сознание приходило к ней медленно, и, посмотрев на солнце, светившее в окно, она перевернулась на другой бок и застонала. Через несколько минут она все же решила, что не может лежать на кровати весь день, и села, о чем немедленно пожалела. Приставив пальцы к вискам, она ждала, пока комната перестанет прыгать у нее перед глазами.
Она пришла в ужас, когда вспомнила события вчерашнего дня. О Господи, она ведь действительно позволила себе торчать в комнате дворецкого и проводить с ним время глубокой ночью. А что заставило ее сказать ему все то, что она сказала. Черт возьми, он же был ее дворецким! Но не это, конечно, было самым главным. Раньше она никогда не доверялась совершенно незнакомым людям. Кстати говоря, ему вообще было далеко до совершенства. Если она не ошибалась, мистер Джем Дженуари пытался напоить ее.
Но зачем? Может быть, он хотел посягнуть на ее честь? Она фыркнула. Одетая в одежду мальчика-конюха, вся в крови и лошадином поту, она вряд ли выглядела очень соблазнительной женщиной. И в волосах ее застряла солома, а к одежде прилип навоз.
Но что ему было нужно? Зачем он приехал в Рейвенкрофт? Он сказал, что может быть слугой, лакеем или дворецким. Она призналась себе, что если бы не откровенные взгляды, которые он бросал на нее, можно было бы сказать, что он легко приспособился к своей новой роли дворецкого. Он сказал, что может быть конюхом, но через пять минут после того, как он начал помогать им управляться с Дженни, стало ясно, что он солгал. Она улыбнулась. Он так испугался, что она подумала, что он сбежит. Но он не сбежал. Он остался, и им удалось спасти жизнь Гоблину.
Но все-таки она ему не верила.
Когда Клавдия закончила одеваться, настроение у нее было подавленным. Она была убеждена, что где-то видела этого человека раньше. Может быть, он был одним из приятелей ее мужа? Нет, если бы они встречались раньше, она запомнила бы. Она решила не задумываться над тем, что должно было означать это ее последнее признание самой себе. Но когда она стояла перед зеркалом и собирала волосы в пучок, она вдруг вспомнила. Швырнув расческу на стол, она повернулась и выбежала из комнаты.
Она пробежала по коридору, затем наверх по лестнице и вбежала в комнату, где хранились отдельные предметы мебели, которые Эмануэль держал здесь, поскольку считал, что они не соответствуют образу жизни сельского аристократа и потому не должны выставляться напоказ. В одном из углов комнаты стояло несколько картин. Они стояли в ряд, как вязанка дров, которыми топят печь. Клавдия достала одну из картин. Она поднесла ее к окну и с ужасом уставилась на нее.
Ее сердце забилось сильнее, а глаза широко раскрылись, когда она внимательно вгляделась в картину. На ней был изображен худой молодой человек с высокомерным лицом, одетый в одежду прошлого века, украшенную кружевами и вышивками. Он, конечно, не был зеркальным отражением Джема, но весьма на него похож. Светло-серые глаза сочетались с волосами жгуче-черного цвета. Она знала, что на портрете был изображен лорд Гленрейвен Пятый, который, судя по его одежде, был дедушкой мнимого дворецкого.
Итак, Джем Дженуари на самом деле носил фамилию Стендиш. Был ли он просто членом этой семьи или… Она вспомнила, как легко он ориентировался, проходя по коридорам от одной спальни к другой, и страх охватил ее.
Она знала, что у предыдущего владельца Рейвенкрофта лорда Гленрейвена был только один сын, и он вместе с матерью и двумя сестрами уехал из поместья вскоре после того, как Эмануэль прибрал его к рукам.
«И после того как я предложил ей и ее отпрыскам жить здесь как угодно долго, она сбежала отсюда, как воровка, ночью. Но на самом деле она и была воровкой, не так ли? Она ведь прихватила с собой кое-что, что по праву принадлежало мне».
Клавдия с дрожью вспоминала эти слова Эмануэля, произнесенные со злобным негодованием.
Из того, что ей было известно, Клавдия заключила, что красавица леди Гленрейвен вынуждена была покинуть дом, поскольку, предложив ей приют, Эмануэль хотел заставить ее разделить с ним и постель. То, что касалось вещей, которые она взяла и список которых он хранил до самой смерти, то это была лишь одежда и еще какие-то мелочи.
Клавдия вернулась к портрету и пристально вглядывалась в серые глаза, которые, казалось, тоже рассматривают ее. Эти глаза были холодными, как Северное море, и казалось, что они таили в себе невысказанную угрозу.
Неужели незнакомец действительно был лордом Гленрейвеном? Задумавшись, она бродила по комнате. Сначала она хотела ворваться к нему в комнату, наброситься на него с обвинениями и выгнать из дома. Но, подумав немного, она решила не делать этого. У нее не было доказательств того, что черноволосый незнакомец, который вчера пытался напоить ее, в действительности был лорд Гленрейвен. А даже если эти доказательства и имелись, не лучше ли было держать его поблизости и наблюдать за ним. Она должна выяснить, зачем он приехал в поместье инкогнито.
Клавдия в задумчивости кусала губы. Да, все это действительно было странно: зачем он приехал под чужим именем? Если он просто хотел посетить свой родной дом, почему не постучать у ворот и не попросить позволить ему войти. Нет, у него были какие-то другие мотивы. И единственное, что пришло ей в голову, это то, что он хочет отнять у нее Рейвенкрофт.
Ее пальцы сами сжались в кулаки. Она не отдаст поместье! Оно по праву принадлежит ей. У нее были все необходимые документы, и закон был на ее стороне. Она одолеет его, какие бы ни были у него притязания.
Она вздрогнула. Но действительно ли Рейвенкрофт принадлежал ей по праву? Она вспомнила, что говорил Эмануэль… Эти слова были произнесены, когда он был абсолютно пьян, и он готов был проглотить их тут же, но… Она резко поднялась на ноги. Нет, она не должна об этом думать. Она должна была любым способом сохранить Рейвенкрофт за собой. Господи, ей больше некуда идти! Она не могла вернуться к своим родителям, потому что ее заставили бы еще раз вступить в брак, столь же отвратительный, как и предыдущий. Ее неудачник отец наверняка сделал бы это еще раз, в то время как мать напрасно причитала бы и рвала на себе волосы.
Тем более она не могла жить с Розой и ее мужем. У Томаса в отношении нее были свои планы, совсем ее не устраивающие.
Нет, Эмануэль завещал Рейвенкрофт ей. Это единственное, что он сделал, чтобы позаботиться о ее благосостоянии. Она остановилась, и на ее лице появилась холодная усмешка. Если лорд Гленрейвен хочет забрать Рейвенкрофт, ему придется всерьез сражаться за него! И в этом сражении ему не победить. Шелестящий звук ее юбок был как призыв к сражению. Она повернулась, чтобы выйти из комнаты, и в последний раз взглянула на портрет лорда Гленрейвена. Улыбаясь и спокойно глядя в холодные голубые глаза, она салютовала ему легким движением руки.
Она спустилась вниз по лестнице и побежала из дома к конюшням. Дженни и жеребенок все еще находились в загоне, где происходили роды, и Клавдия с восторгом наблюдала за матерью и сыном.
– Неплохо смотрятся, не так ли?
Она обернулась и увидела Джону и Джема, входящих в конюшню. Джем был в рабочей одежде и сапогах. В руках у него были вилы.
– Я подумал, что дворецкий на полный день вам не нужен, – сказал он, заметив, что она удивленно подняла брови. – И я решил, что по утрам буду работать здесь, если вы, конечно, не возражаете, мадам, – добавил он уважительно, дотронувшись пальцем до козырька своей потрепанной кепки. В его голосе не было и намека на интимность.
Клавдия холодно кивнула.
– Да, я думаю, это хорошая идея. По утрам мы редко кого-либо принимаем. Вообще-то, – добавила она, – у нас в любое время дня редко бывают гости. К тому же, – она заставила себя говорить спокойно и вежливо, хотя не испытывала этих чувств, – я бы хотела, чтобы вы, Дженуари, больше времени проводили в конюшне. По-моему, здесь вы принесете больше пользы.
Ей показалось или она действительно заметила разочарование, мелькнувшее в его глазах?
– Конечно, мадам. Хотите ли вы, чтобы я прислуживал за обедом?
– Безусловно. – На самом деле она совсем этого не хотела, но решила, что иногда он все-таки должен заходить в дом. И потом, тетя Августа захочет, чтобы было именно так. – К тому же, – продолжила она, – через несколько дней приедет моя сестра с мужем, и вы все время будете работать в доме.
– Слушаюсь, мадам, – ответил Джем, поклонившись, и повернулся, чтобы заняться работой.
«Ого!» – сказал он про себя и обменялся взглядом с Джоной. Сегодня утром вдова превратилась в настоящую хозяйку. Все ее расположение за ночь испарилось. Он вздохнул. Итак, снова работа конюха. На самом деле, если бы не его желание продолжить поиск книги, он не возражал бы против этого занятия. Ему даже нравилась эта не слишком интеллектуальная, но требующая больших физических затрат работа. Ему казалось, что это так затишье перед бурей. Ведь скоро весь его ум и сердце будут посвящены совсем другому. Очень удачно получилось, заключил он, что его поселили в главном здании. Это позволит ему продолжить поиски по ночам.
Он наблюдал, как вдова разговаривала с Джоной, и его опять поразила ее удивительная красота, которую она несла так же естественно, как носила платье. Она была вдовой, а в прошлом замужней женщиной, и все же в ее облике было что-то девичье, как будто ее душу не затронули сексуальные прихоти ее покойного мужа, которые она должна была исполнять.
Она закончила свой разговор с Джоной и, кивнув им обоим, направилась к дому. Он наблюдал, как покачиваются ее бедра, и у него пересохло в горле. Ну нет, кажется, она все-таки была не совсем девочкой.
Вернувшись в дом, Клавдия стала рассеянно заниматься текущими делами. Потом она сидела в бельевой комнате вместе с тетей Августой и составляла опись белья. Она была так погружена в свои размышления, что вздрогнула, когда мисс Мелкшам сказала скрипучим голосом:
– Сто тридцать семь наволочек? И все нуждаются в починке?
– Что? – переспросила Клавдия рассеянно. – Да… нет… тридцать семь наволочек, и шесть нуждаются в починке. – Покраснев, она положила дырявые наволочки в кучу белья, предназначавшуюся для починки, и взяла список из негнущихся пальцев тети. – Извини, пожалуйста, – сказала она, быстро внося поправку.
– Милая, что с тобой сегодня? – мисс Мелкшам строго уставилась на нее поверх очков. – Сначала ты чуть было не выбросила три дюжины отличных свечей, а теперь так все напутала в этом списке белья.
Клавдия поднесла руку к голове, которая опять начала болеть.
– Извини, – повторила она. – Что-то не могу сосредоточиться.
– Это из-за Томаса и Розы, да?
– Да нет… Ах, да, – ответила Клавдия уклончиво. – Я так хочу во всем им угодить.
– Это еще зачем? Ведь должны приехать твоя сестра и ее муж, а не принц-регент.
Клавдия попыталась улыбнуться, но это ей не совсем удалось.
– Да, но я не думаю, чтобы принц-регент был таким требовательным, как Томас.
Мисс Мелкшам фыркнула:
– Надеюсь, ты не собираешься потакать всем его причудам. Хватит нам Розы с ее мигренями и желудочными расстройствами. – Она внимательно посмотрела на свою племянницу. – По крайней мере, пока они будут здесь, ты не будешь чистить конюшни.
Клавдия покраснела, но все-таки в этом разговоре она чувствовала себя увереннее.
– Я больше этим не занимаюсь. Теперь это делает Дженуари.
– Наш дворецкий? – изумленно спросила старшая из женщин.
– Да, но… – быстро заговорила Клавдия. – Разве я тебе не говорила, что сначала взяла его на работу в конюшню. – И не давая тете возможности ответить, она быстро продолжила: – Ну, конечно, только после того как он убедил меня, что все это умеет делать, и мне кажется, он очень подходит нам. А тебе нет? По крайней мере по дому у него не так много обязанностей, так что утром он может помогать Джоне и Лукасу в конюшне.
Бросив оставшиеся наволочки на полку, она поднялась и хотела выйти из комнаты, но ее тетя строго посмотрела на нее и взяла ее за руку.
– Как это у него не много обязанностей по дому? Мы так долго жили без дворецкого, что здесь накопилась масса разных дел. Поскольку у нас очень мало мужчин в доме, он должен наконец заняться тем, что мы откладывали в долгий ящик. Надо почистить люстры, и этот, как его, Дженуари, мог бы снять их и отдать горничным. Поскольку у нас никто не следит за горничными, я всегда просила Моргана делать это. Ты давно не заглядывала в гостиные на втором этаже? Стыд и срам: на мебели столько пыли, что на ней можно писать, а серебро просто в ужасном состоянии. Морган, между прочим, сам его чистил. Да здесь тысячи вещей, которые нужно сделать!
– Ну ладно, тетя, – успокоила ее Клавдия. – Когда приедут Роза и Томас, а это будет через несколько дней, он будет работать только здесь.
Мисс Мелкшам всплеснула руками.
– Мне это совсем не нравится, но если в результате ты перестанешь работать в конюшне, то так и быть. Господи, когда я вижу тебя в этой ужасной одежде, с вилами в руках, мне кажется, меня хватит удар.
Клавдия, смеясь, вышла из комнаты вместе с тетей. Здесь они расстались. Мисс Мелкшам пошла проследить, все ли в порядке на кухне, а Клавдия пошла вытирать пыль в большой зал, взяв с собой тряпку и пчелиный воск.
По дороге она проходила библиотеку и решила заглянуть туда. Когда она ходила туда вчера, то заметила, что там было очень пыльно. Она почувствовала запах велюра, кожи и старого дерева. Как это ни странно, она ощущала некое единение со старым домом в этой комнате. Ей было очень не просто продать так много книг, но ведь осталось тоже предостаточно. Вполне достаточно, чтобы было что почитать, когда она выберет для этого минутку. Едва войдя в комнату, она остановилась. На одном столе валялись несколько книг, а на другом был огарок свечи. Она вздрогнула. Она была уверена, что, когда уходила вчера, все книги стояли на полках.
Она провела пальцем по пыльному столу и рассеянно посмотрела на названия двух книг, отложенных в сторону. Одну из них – «Сельские поездки» Коббета – она читала. Это были замечания мистера Коббета о состоянии экономики в недавнем прошлом. С другой книгой она не была знакома – она называлась «Сцены из сельской жизни».
Испытывая тревогу, она протерла книги и поставила их на полку. Может быть, тетя Августа зашла в библиотеку, чтобы почитать что-нибудь на ночь? Сама Клавдия с этой целью уже взяла несколько книг из библиотеки. Но все это было очень маловероятно, поскольку ее тетя не любила читать и целиком полагалась на ячменный отвар, когда не могла заснуть. Поразмыслив еще немного, она вышла из комнаты и остановилась лишь тогда, когда дошла до комнаты дворецкого.
Подавив в себе чувство вины, она открыла дверь и вошла в комнату. На маленьком столике лежала книга в кожаном переплете. Все стало ясно: это он интересовался ее книгами.
Нельзя сказать, чтобы она возражала против этого. Клавдия сказала всем слугам, что они могут брать любые книги, какие пожелают. Но нельзя сказать, чтобы кто-нибудь воспользовался этим разрешением. Но все-таки она чувствовала себя неуютно, когда представляла, как этот человек крадется ночью по дому. Она мельком взглянула на название книги. История семьи Стендиш! Книга выпала из ее дрожащих рук, и она выбежала из комнаты.
Вернувшись в зал, она механически продолжала натирать воском балюстраду лестницы. Как ей узнать о планах Дженуари? У Эмануэля служил какой-то юрист, но ей не хотелось обращаться к нему. Она не доверяла Корнелиусу Велкеру, когда Эмануэль был жив, а уж сейчас тем более. Она помнила, с каким плохо скрываемым подобострастием он прислуживал ее мужу.
– Если вы все заботы переложите на мои плечи, милочка, – говорил он таким масляным голосом, что казалось, будто слова стекают у него по подбородку, – я буду счастлив, если смогу помочь вам вести дела, касающиеся поместья. Это слишком тяжелая ноша, чтобы взвалить ее на столь юные плечи.
Милочка! Она послала его куда подальше, а через несколько дней приехала к нему в контору и забрала все важные документы Эмануэля, хотя он очень не хотел их отдавать. Больше она о нем ничего не слышала и вряд ли могла прийти к нему и попросить помочь сохранить за собой Рейвенкрофт.
Она могла бы обратиться к Томасу. Она почти улыбнулась, когда представила себе, как отреагирует Томас, если хоть краем уха услышит о том, что она может потерять Рейвенкрофт. К сожалению, его метод решения проблем, как правило, ни к чему не приводил. Томас был за прямой и бескомпромиссный подход.
Нет, она должна все решать сама. Она непроизвольно вздрогнула при мысли, что должна была бороться со Стендишом один на один. Нельзя было сказать, что он был воплощением зла, но она отчетливо представляла, что скрестить с ним шпаги было бы опасно – это кардинально может изменить ее жизнь.
Она опять начала протирать мебель, когда шум на улице заставил ее поднять голову. Через некоторое время в шуме можно было различить стук копыт и характерное позвякивание кареты. Недоумевая, она побежала к главному входу, но по пути остановилась, чтобы выглянуть в окно, выходящее на парадную аллею. Она бросила тряпку и воск и побежала на кухню звать тетю.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн


Комментарии к роману "Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100