Читать онлайн Возвращение лорда Гленрейвена, автора - Бэрбор Энн, Раздел - ГЛАВА ПЕРВАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэрбор Энн

Возвращение лорда Гленрейвена

Читать онлайн

Аннотация

Уже известный читателю по роману “Удача леди Лайзы” отважный Джем Дженуари под видом слуги проникает в дом, когда-то принадлежавший его семье. Его цель – добыть документы, которые помогут ему вернуть родовое гнездо. К своему изумлению Джем обнаруживает, что его противник – очаровательная молодая вдова…


Следующая страница

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Если это правда, что беды приходят по трое, то на этой неделе со мной уже все плохое случилось», – подумала Клавдия Кастерс, наблюдая спокойный пейзаж за окном. Было раннее утро, ее любимое время дня, и солнечные лучи освещали причудливые пятна и бросали тени на заросший газон, который простирался до сверкающего круга пруда. Однако Клавдия была не в состоянии любоваться этой спокойной красотой.
Она отвернулась от окна, достала из комода, стоявшего около кровати, старые бриджи, поношенную рубашку и куртку и начала одеваться. В уме она перебрала все свои проблемы. Дженни уже должна была ожеребиться, и по всему было видно, что это будут тяжелые роды. Сквайр Фостер объявил, что он больше не будет выполнять соглашение о предоставлении пастбища для ее овец, заключенное несколько месяцев назад. А теперь в деревне, говорят, появился какой-то незнакомец, который задает вопросы о поместье Рейвенкрофт и его умершем хозяине.
Клавдия вздрогнула от этой мысли и замерла, держа в руке один башмак. Незнакомец… Возможно, все это типичная ерунда. Деревушка Маршдин была расположена недалеко от основных путей, так что время от времени какие-нибудь путешественники обязательно заезжали туда по пути в Глостер или даже Уэльс. Но этот незнакомец находился там уже два дня… И потом, почему он расспрашивал об Эмануэле?
Она продолжала размышлять об этом пока одевалась, а потом пожала плечами, решив, что тут она ничего не может поделать. Перед тем как надеть большую бесформенную кепку, она расчесала свои спутавшиеся светлые волосы и завязала их лентой. По привычке она посмотрела на себя в зеркало, и это заставило ее снова вздохнуть. «О Боже, – пробормотала она с раздражением. Ее глаза сузились. – Ты только посмотри на себя». Нельзя сказать, что ей не нравилась ее внешность. Все дело было в росте. Она была очень маленькой. «Коротышка», – сказала она себе, и казалось, что мужской костюм – ее рабочая одежда – укорачивал ее еще больше и делал менее привлекательной, чем ей хотелось. Она опять пожала плечами. И с этим она тоже ничего не могла поделать.
В тишине огромного дома были слышны только шаги Клавдии, и, как это часто бывало с ней в последнее время, ее вдруг охватило чувство восторга. Она была свободна! И хотя она была на грани банкротства, но зато не была больше женой Эмануэля Кастерса. Она пережила его, и ей не нужно будет больше терпеть прикосновения этого человека и его тиранию. И, кроме того, Рейвенкрофт принадлежал теперь только ей! По крайней мере, до тех пор, пока она сможет сохранить его от кредиторов и своего деверя.
Она печально улыбнулась, и улыбка тотчас исчезла с ее лица. Она совсем забыла! Через четыре дня должны были приехать Томас и Роза. О Боже, похоже, на этой неделе ее беды еще не кончились.
Клавдия шла на цыпочках по коридору, потому что в это раннее утро ей очень не хотелось встретить тетю Августу. Она очень любила свою тетю Гусси, но сейчас у нее не было времени, чтобы выслушивать лекцию о том, как неприлично «являться на свет божий в мужском одеянии». Она вошла в кухню и вдохнула аромат свежего кофе и только что выпеченного хлеба.
– М-м-м… какой чудесный запах, миссис Скиннер, – обратилась она к седовласой женщине, стоящей у плиты. Та, сразу бросив свои занятия, принесла ей чашку кофе.
– Надеюсь, вы позавтракаете как следует, миссис Клавдия, – сказала она. – У меня займет всего минуту поджарить яичницу, а ветчина уже нарезана.
Клавдия обняла маленькую полную женщину.
– На это у меня сегодня нет времени, но я съем немного хлеба. – Она взяла нож и отрезала себе толстый кусок хлеба, а затем густо намазала его маслом и джемом. Она выпила немного кофе. Дожевывая на ходу, она махнула рукой недовольной служанке и направилась к конюшне.
Клавдия вошла в загон, когда Джона Гибз, ее главный конюх, выводил Дженни из стойла. Он дотронулся до козырька своей кепки.
– Доброе утро, мэм, – сказал он мрачно, показывая пальцем на кобылу. – Похоже, она подумывает о том, чтобы разродиться сегодня. Из нее молоко сегодня так и брызжет.
Клавдия взглянула на раздувшиеся бока Дженни, а потом перевела благодарный взгляд на своего старого конюха. Он был ее главной опорой. Тот небольшой успех, которого она достигла в разведении лошадей, был бы невозможен без его помощи и советов. Он странный старикашка, подумала она, но он проработал в Рейвенкрофте всю жизнь, и его любовь к ней и ко всему поместью была такой же полной и абсолютной, как красота окружавших его котсволдских холмов.
– Да, пора бы, – сказала она, поглаживая нос кобылы. – Думаете, все пройдет нормально?
– Да еще ни разу не было, чтобы у нее все прошло гладко. Кажется, что она никогда не родит. Все остальные ожеребились несколько месяцев назад, а эта дотянула до июля. Паршивая глупая кобыла, – сказал он, обращаясь к лошади, которая нежно ткнулась носом в его грудь.
– Отец жеребенка Ворлок, – сообщила Клавдия, – и он должен быть очень большим. И черным как ночь, – добавила она, подумав о своем лучшем жеребце цвета вороного крыла. Она про себя помолилась за жеребенка, которого так долго пришлось ждать и который был зачат ее самой лучшей кобылой от их единственного настоящего жеребца-производителя. Это была надежда всей ее конюшни.
Джона прогуливал кобылу взад и вперед по загону, пытаясь приспособиться к ее тяжелому ходу и внимательно осматривая ее, чтобы не пропустить первых признаков надвигающихся родов. Понаблюдав за ними некоторое время, Клавдия обратила свой взгляд на конюшню. Как обычно, это зрелище вызвало у нее прилив радости. Может быть, Рейвенкрофт был лишь небольшим поместьем, но его конюшни были не хуже многих в Англии. Они были построены еще в те времена, когда Рейвенкрофтом владела «другая семья», а именно так называла их про себя Клавдия. Со времен Генриха VIII поместьем управляли многие поколения лордов Гленрейвенов. И именно у них в свое время поместье приобрел Эмануэль Кастерс.
Все постройки были из кирпича, и только главное здание было из портлендского камня. Они были построены на века, хотя, когда был жив Эмануэль, ими никто не занимался, и загон превратился в запущенную свалку всякой домашней утвари. Но прошел всего год после смерти мужа, и Клавдия вместе с Джоной и Лукасом, молодым человеком, которого она в шутку называла своим работником, восстановила все, добившись былого уровня процветания.
Клавдия подошла к одной из конюшен. Прежде чем войти в темную постройку, она остановилась, чтобы еще раз порадоваться утреннему теплу. Она обошла конюшню, чтобы убедиться, что все ее обитатели находятся в добром здравии, взяла в руки вилы и начала ежедневную работу.
Она занималась этим самым нелюбимым делом уже несколько минут, когда вдруг почувствовала, что не одна. Обернувшись, она увидела мужчину, который стоял в дверях, опершись о косяк, и, судя по всему, чувствовал себя абсолютно спокойно.
В то же мгновение, сама не зная почему, она поняла, что это был тот самый незнакомец, о котором говорил ей Лукас: «Он торчит в «Трех перьях» и делает вид, что ему абсолютно нечего делать, кроме как пропустить кружечку-другую средь бела дня».
Она оценивающе посмотрела на незнакомца, отметив, что он был одет в дешевую куртку и бриджи. Он был высокого роста, и солнце освещало его изящную фигуру. У него были черные волосы. «Такие же, как шерсть Ворлока», – подумала она некстати. Но его глаза были, как это ни странно, светло-серые. В полумраке конюшни казалось, что от них исходит сияние.
– Кто вы и что вам нужно? – быстро спросила она, нарочно стараясь говорить с грубым деревенским акцентом. Джона был где-то поблизости, на улице, да и Лукас, наверное, уже пришел. И все-таки она чувствовала себя неуютно, когда он начал надвигаться на нее, как хищник. Он двигался с каким-то естественным изяществом, которое раздражало Клавдию.
– Извини меня, приятель, – сказал он с чувством превосходства, которое совершенно не вязалось с его дешевым костюмом, – я ищу владельца этой конюшни. – Улыбка, появившаяся на его казавшемся странным лице, неожиданно сделала его гораздо привлекательнее. Он был моложе, чем показалось Клавдии вначале, – скорее всего ему было чуть больше двадцати.
Неожиданно он остановился и удивленно посмотрел на нее.
– Извините… – Он говорил с мягким акцентом, характерным для жителей Котсволда. Так, значит, он был из этой местности? Он вовсе не приезжий? – Мне надо было обратиться к вам «подружка»?
– Вот именно, – сказала она вызывающе.
Ей уже не раз приходилось слышать от мужчин что-то не совсем вежливое, когда она была в своей рабочей одежде. Нельзя сказать, что она выглядела в своих бриджах и рубашке нескромно, поскольку они были бесформенными, большими и мешковатыми. Просто мужчинам свойственно, подумала Клавдия, считать, что женщина в мужском костюме готова выслушать любую грубость.
Однако лицо незнакомца не выражало ничего, кроме вежливого любопытства.
– А что вам нужно от владельца конюшни? – спросила Клавдия, все еще сжимая вилы.
– Я ищу работу, мисс. В деревне мне сказали, что здесь разводят лошадей. Я работал раньше с лошадьми и, может быть, смог бы быть полезным здесь.
Некоторое время она смотрела на него, слегка прикрыв глаза. Сначала он расспрашивал про Рейвенкрофт, а теперь пришел сюда, чтобы найти работу. Кто был этот человек и откуда он взялся? А самое главное, что он здесь делает? Вообще-то он ничем ей не угрожал, но Клавдия чувствовала какое-то напряжение, исходящее от него, а в его фигуре была твердость стали, хотя сейчас он небрежно опирался о косяк двери. Она наблюдала, как он повернулся и погладил своими длинными нежными пальцами ближайшую к нему лошадь по носу.
– А как вас зовут? – резко спросила Клавдия, забыв про свой деревенский акцент.
– Джем, – ответил незнакомец, подняв брови. – Джем Дженуари. И хотя мне очень приятно разговаривать с вами, девушка, не могли бы вы сказать мне, где находится владелец конюшни?
Клавдия почувствовала некоторую надменность в его голосе. Скорее всего, подумала она с растущим возмущением, он решил, что перед ним простушка, причем настолько непривлекательная, что не может выйти замуж и, одевшись в лохмотья, обречена на чистку конюшен, пропавших навозом.
На самом деле Джем Дженуари ни о чем таком не думал. Сначала он просто принял ее за помощника конюха, но потом понял, что ошибся, заметив характерный изгиб под плотной рубашкой и мелодичный голос, в котором слышалось раздражение. Он подавил в себе свойственное ему любопытство, а когда это злобное существо начало говорить как хорошо образованная женщина, его самолюбие было уязвлено.
Он захотел было приоткрыть эту маленькую тайну, но потом напомнил себе, что приехал сюда совершенно не за этим. Он должен был пробраться в Рейвенкрофт, а поскольку в деревне говорили, что теперешний хозяин хочет восстановить репутацию поместья как конного завода, то работа в конюшне казалась Джему весьма подходящим предлогом для этого. Почему, думал он, эта девица так не хочет познакомить его с хозяином?
– Я сомневаюсь, – сказала она, краснея, – что…
Она запнулась, и Джем проследил за ее взглядом, который был обращен на появившегося в дверях сутулого старика. За ним вошел молодой коренастый парень с весьма недружелюбным выражением лица.
– В чем дело, мэм? – спросил старик. – Мы услышали голоса. Все в порядке?
«Мэм? – подумал Джем. – Это еще что такое?»
– Все в порядке, Джона. Этот молодой человек просто ищет работу.
Джона! Джем внимательно вгляделся в лицо старика, обрамленное шапкой седых волос. Боже, это был Джона! Джона Гибз! Он и не представлял, что встретит тут кого-нибудь, кого знал раньше. Ну что ж, оставалось только надеяться, что старик не узнает его. Все-таки прошло уже двенадцать лет. Он вежливо улыбнулся, глядя на морщинистое лицо старика.
– Работу ищет… – проворчал Джона. – А чем мы будем платить ему? За спасибо он ведь работать не будет.
Он повернулся к Джему и хотел добавить что-то еще, но вдруг замолчал и уставился в лицо незнакомца. Прежде чем он успел сказать еще что-то, молодой парень шагнул вперед и произнес:
– Это он, миссис Кастерс. Тот самый, о ком я вам говорил. Он вынюхивал в деревне про Рейвенкрофт.
Миссис Кастерс! Брови Джема опять поднялись, выдавая молчаливое удивление. Сегодня утром сюрпризы преследовали его. Эта девушка действительно была вдовой Эмануэля Кастерса. Он ожидал, что она будет выглядеть более респектабельно. Джем посмотрел на нее невинным взглядом.
– Вынюхивал? – переспросил он с выражением абсолютного простодушия на лице. – Ну, может быть, можно сказать и так. Мне просто очень нужна работа, мэм. А что касается Рейвенкрофта – так, кажется, называется это поместье? – я просто решил выяснить, где именно могут нуждаться в работнике, и все указывали мне на это место. – Он снял кепку и стоял, держа ее в обеих руках. – Значит, вы и есть миссис Кастерс? Вы та леди, которой принадлежит поместье?
Смиренный тон, которым он это говорил, показался Клавдии абсолютно фальшивым, и она кивнула ему, как ей казалось, по-королевски, хотя сейчас ей очень хотелось, чтобы она выглядела получше и от нее не пахло так ужасно.
– Да, это я, – ответила она, – и я боюсь, что Джона прав: мы не можем нанять вас сейчас.
Глаза Джема широко раскрылись.
– Но такая леди, как вы, не должна чистить конюшню. Это не ваше занятие. Вам нужен еще один работник.
– Вполне возможно, – резко ответила Клавдия. – У нас, однако, совсем небольшое предприятие и, честно говоря, молодой человек, у нас нет возможности нанять сейчас еще одного работника.
– Я могу работать только за еду. – Джем постарался, чтобы в его голосе прозвучало отчаяние. – И я могу выполнять несколько обязанностей – лакея, посыльного… или даже дворецкого.
– Дворецкого? – Она посмотрела на него подозрительно. – Но вы не похожи на дворецкого.
И вдруг разительная перемена произошла с незнакомцем. Он вытянулся так, будто кто-то вставил кочергу ему в спину, и пригладил свои растрепанные волосы. Он поклонился, и в этом поклоне была и определенная покорность, и высокомерие слуги настоящего джентльмена, а когда он заговорил, то это был абсолютно другой тон.
– Вы правы, мадам, но мой опыт подсказывает, что внешность может быть весьма обманчива.
– Все это так, – сурово сказала Клавдия и, закусив губу, посмотрела на Джону.
– Томас и Роза приедут через несколько дней, – напомнила она ему, – а я до сих пор не заменила Моргана. Тетушку это очень беспокоит.
Морган. Джем поморщился, услышав это имя. Что случилось с Морганом? Умер? Ему было довольно много лет, когда Джем видел его в последний раз. Он покачал головой и продолжал слушать миссис Кастерс.
– Томасу очень не понравится, если его встретит какая-нибудь служанка, – продолжала Клавдия. – У нас нет никого, кто бы мог даже выполнять функции лакея.
– Но у вас есть я, – сказал Джем, улыбнувшись самой очаровательной улыбкой, какая была в его распоряжении. На него тут же уставились три пары подозрительных глаз. Молодая вдова молчала, явно сомневаясь.
Клавдия абсолютно не доверяла этому красивому незнакомцу. Хотя он не скрывал своих намерений, но почему-то задавал вопросы про поместье. С другой стороны, лучше было держать его под рукой, чтобы контролировать его самого и его намерение.
– Если вы действительно готовы работать за постель и еду, мы берем вас. Джона покажет вам, где вы будете спать. – Она отдала ему вилы. – После того как вы закончите здесь, Джона покажет вам, что еще нужно сделать.
Джем ощутил одновременно легкое разочарование и надежду. А он надеялся, что ему не придется заниматься тем, что действительно требовало знания лошадей. Хоть он и сказал, что имеет опыт такой работы, но этот опыт сводился лишь к тому, что пару лет назад он несколько недель работал чистильщиком конюшни, и он сомневался, что сможет справиться с чем-то более сложным, чем махать вилами или таскать воду. Значит, нужно было надеяться, что судьба предоставит ему возможность стать дворецким. Жаль, конечно, Моргана. Однако, подумал он, не хватало только, чтобы здесь оказался еще один старожил, который мог бы узнать его.
Остаток дня прошел без особых событий. Надев единственную пару бриджей, которую он захватил с собой, и рубашку, которую дал ему Лукас, все еще смотревший на него с подозрением, Джем хорошо поработал вилами. После этого он натаскал воды и накормил лошадей. Все остальное было тоже не так сложно – смазать жиром и вычесать шерсть животных. Ему начало казаться, что он без труда сможет продолжить свой маскарад.
Однако самообладание чуть не покинуло его, когда он в первый раз вошел в складские помещения. В одном углу стоял большой исцарапанный рабочий стол, а дальше были расположены шкафы, темные от времени, в которых хранились все записи, собранные за многие годы. С другой стороны ряд за рядом располагались ленты и другие награды в стеклянных ящичках и даже… Там все еще висел его рисунок, на котором была изображена Трасти – его первая пони. Он был заключен в рамку и висел между портретами двух лучших кобыл конюшни.
Он почувствовал незнакомое ему до того ощущение покалывания между глаз и схватился за спинку стула. Звук за его спиной заставил его повернуться.
– Вы уже устали, мистер Дженуари? – спросил Джона с усмешкой. Он не стал ждать ответа, а бесцеремонно продолжил: – В соседней комнате вы найдете кое-что, что нужно починить.
Не говоря ни слова, Джем повернулся и выбежал из комнаты.
Еще один неприятный момент он пережил, когда пришел час ужина. Следуя за Джоной и Лукасом, он вошел в главное здание. Когда он проходил через кухню, воспоминания буквально поглотили его. Он не так уж много времени проводил в рабочих комнатах Рейвенкрофта, но воспоминания о том, как он ел пряники на теплой кухне, были очень яркими. Как-то декабрьским днем он сидел вот здесь, поглаживая разбитую коленку, а повар смазывал ее бальзамом и потчевал Джема лепешками с черносливом.
Ужинали они в комнате для слуг. Джем сидел молча, слушая болтовню остальных. Было заметно, что слуг в поместье не хватало. Он размышлял о том, что какое-то число работников может работать в поле. В деревне он слышал, что вдова Кастерс разводила овец, хотя ее стадо было не таким большим, как в былые времена.
По крайней мере стол был сытным, отметил он про себя, заглатывая вкусного цыпленка, – она не экономила на своих слугах. Похоже, вся прислуга боготворит ее. Он заметил, что все с любовью произносят ее имя. Он вспомнил маленькую фигурку в больших не по росту бриджах и рубашке. Как, черт возьми, ей удалось выйти замуж за Кастерса? Это было удивительно. Трудно представить, как она может выглядеть в такой же безразмерной шляпе. Но вообще-то она казалась порядочной девушкой.
Джем вздрогнул. Он не хотел думать о том, насколько порядочна миссис Кастерс. Месть – вот одна из причин, по которым он приехал в Рейвенкрофт. Он так долго жаждал мести. Он вспомнил о ярости, охватившей его в тот момент, когда он узнал, что новый хозяин Рейвенкрофта уже год как умер. Он разжал непроизвольно сжавшиеся кулаки. Возможно, ему не удастся свершить возмездие, но тогда он добьется другой цели. А когда он ее добьется, то молодой вдове придется чистить еще чьи-то конюшни.
Он слегка устыдился своих мыслей о мести, закончил есть и поспешил на конюшню, чтобы заняться тем, что Джона уготовил ему на вечер.
Через несколько часов он был свободен. Помывшись под колонкой в углу загона, он подошел к главному зданию и несколько минут просто смотрел на его фасад, выложенный из местного камня, который блестел в лучах заходящего солнца. «Это прекрасное старое строение», – думал он о нем с любовью. Изначально это была лишь небольшая прямоугольная постройка, но последующие поколения, которые весьма процветали, продолжали надстраивать ее. Теперь у дома были два изогнутых крыла, которые как бы обнимали подъезд к нему, а за главным зданием были другие постройки, невидимые с того места, где он стоял. «Как вдове удается поддерживать все это?» – подумал он, поворачиваясь и разглядывая неухоженные газоны вокруг себя. Ему казалось, что каждое дерево, каждый куст, каждая впадина связаны у него с каким-то воспоминанием.
«Скоро, – подумал он возбужденно, – скоро…»
Он вернулся в загон и стоял в подступающей темноте, опершись на перила перед одной из конюшен. Он вдыхал запахи лета. И дома. Эти слова радостно стучали в его мозгу.
Он заметил, что к нему шел Джона, и подвинулся, чтобы тот мог встать рядом.
– Ты неплохо поработал сегодня, приятель, – ворчливо заметил Джона, – особенно если учесть, что для тебя такая работа в новинку. – Он несколько минут смотрел в темноту, пожевывая травинку. Даже не взглянув на Джема, он продолжил: – И как себя чувствует лорд Гленрейвен, вернувшись домой?




Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн


Комментарии к роману "Возвращение лорда Гленрейвена - Бэрбор Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100