Читать онлайн Сети соблазна, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сети соблазна - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.98 (Голосов: 105)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сети соблазна - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сети соблазна - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Сети соблазна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

В одной из гостиных лондонского особняка лорда Хэрроуби лорд и леди Иден только что опустились рядом на софу. Они смеялись.
– Я только сейчас по-настоящему оценил свою мать, – сказал лорд Иден, кладя руку на спинку софы за плечами жены. – Как она может оставаться нормальной и безмятежной после того, как вырастила Мэдлин и меня? Я, наверное, окажусь в Бедламе задолго до того, как Чарльз и Оливия станут взрослыми. Эллен засмеялась.
– Я слышала, что когда дети достигают четырех или пяти лет, тогда-то они наконец и начинают ходить, а не бегать.
Он посмотрел на нее насмешливо-угрюмо.
– То есть нам остается подождать всего лишь три-четыре года?
– Конечно, – сказала она, – сейчас мы могли бы оставить их на попечение няни и просто входить на цыпочках в детскую, когда они спят, чтобы бросить на них обожающий взгляд. Ведь вовсе не обязательно, Доминик, каждый день брать детей на прогулку в Гайд-парк.
– Тогда меня обвинили бы в том, что я жестоко поступаю по отношению к слугам, – отозвался с усмешкой лорд Иден. – Почему, Эллен, Чарльз должен не просто бежать бегом, но неизменно двигаться в направлении, прямо противоположном тому, в котором двигаются все остальные? Не уродился ли он в кого-либо из членов вашей семьи?
Она повернула голову и легко коснулась его губ.
– Нам еще повезло, что в парке хватает маргариток, чтобы занять Оливию, – весело проговорила она. – Пока девочка собирает цветы, она, в общем, остается на одном месте. И кроме того, Доминик, вы же знаете, что вы просто раздуваетесь от отцовской гордости, когда какая-либо знатная вдовица останавливается, чтобы восхититься близнецами.
– Хм! – отозвался он, кладя свободную руку ей под подбородок, чтобы вернуть ей поцелуй и продлить его. – Вы собираетесь пробыть здесь еще какое-то время, любовь моя, или мы поедем домой?
– Я скучаю по дому, – улыбнулась она. – Я всегда говорила, что буду счастлива, если смогу жить в деревне, и теперь, когда мои мечты осуществились, мои намерения не изменились. Просто мне хочется устроить Дженнифер. Она не счастлива теперь.
– Ей всего лишь двадцать лет, – сказал он, – и у нее столько поклонников, что голова пойдет кругом, если станешь припоминать их имена. Но я понимаю, что вы имеете в виду. Вы думаете, она все еще вздыхает по Пенворту?
– Да, конечно, в этом не может быть никакого сомнения, – ответила Эллен. – Но он слишком горд, чтобы просить ее руки у ее деда, а она слишком горда, чтобы просить его сделать это. Положение просто безвыходное. Может быть, в этом году он вернется. Но ведь не имеет смысла ждать его приезда, верно? Наверное, нам нужно ехать домой.
– Поживем здесь еще недельку, – предложил он. – Поцелуйте меня еще раз, Эллен. В эти дни мы могли так мало быть вместе.
– М-м, – сказала она, откидывая голову на его руку и подставляя губы для поцелуя.
Но прежде чем они успели как следует обнять друг друга, в дверь постучали. Доминик тихонько выругался, прежде чем дворецкий растворил дверь.
– От мамы, – сказал он, хмуро глядя на поданное письмо. – Наверное, она все-таки хочет, чтобы мы отвезли ее сегодня вечером в своей карете.
– Что случилось? – спросила Эллен спустя некоторое время, глядя на его лицо, пока он читал письмо.
– Мэдлин приехала, – ответил он.
Эллен с сияющим видом прижала руки к груди.
– Ах, они приехали! Как я рада за вас, Доминик. Я же знаю, что вы по ней соскучились. Ах, как чудесно! Когда мы с ними увидимся?
– Не с ними, – ответил он, все еще глядя на письмо. – С Мэдлин. Она одна. Она приехала сегодня в почтовой карете. И тут же легла спать и спит до сих пор.
– В почтовой карете? – переспросила Эллен. – И без Джеймса?
Доминик сглотнул и посмотрел на жену.
– Она оставила его, – сказал он.
– Ах, Доминик… – Эллен шагнула к нему и поднесла к своей щеке его свободную руку.
* * *
– Я действительно не могу встать, мама. – Мэдлин перевернулась на живот и зарылась лицом в подушку. – Я очень устала. Мне хочется спать.
– Сойдите по крайней мере вниз к обеду, – убеждала ее мать. – А потом пораньше ляжете спать.
– Я не голодна, – ответила Мэдлин. – Я хочу лежать. Я хочу умереть.
Мать присела на краешек кровати и вздохнула. Потом ласково положила руку на голову дочери.
– Понятно, – сказала она. – Я не знаю, что именно вы чувствуете, Мэдлин. Я ведь не теряла мужа именно таким способом. Но я помню, что чувствовала, когда умер ваш отец. Ужаснее ничего нельзя даже представить. Плохо то, что жизнь при этом продолжается. Хорошее же заключается в том, что боль проходит.
– Она никогда не пройдет, – отозвалась Мэдлин, чей голос был приглушен подушкой.
– Сойдите вниз, поговорите со мной, – сказала леди Эмберли. – Я послала предупредить Седрика, чтобы он не приходил сегодня. Мы побудем одни. Пойдемте, вы расскажете мне, что произошло. Иногда поговоришь, и станет легче.
– Я его ненавижу, и я оставила его навсегда, – сказала Мэдлин.
– Да, дорогая. – Мать ласково взъерошила ей волосы. – Это вы мне уже сообщили, когда приехали. Но наверное, можно рассказать и побольше. Я не собираюсь тянуть из вас слова насильно. Если хотите, можете спать всю ночь и весь завтрашний день. Но если вам захочется поговорить со мной – сегодня я обедаю одна. Обед будет подан меньше чем через час.
Она встала и вышла.
Как ни странно, но Мэдлин показалось, будто ее бросили. Она перевернулась на спину и уставилась в потолок. Ей было страшно одиноко. Она в Лондоне, мама внизу, Домми тоже в Лондоне. А впереди ее ждут визиты к многочисленным друзьям.
Скоро все изменится. Вокруг люди, с которыми можно разговаривать не замолкая, если ей того захочется. Люди, которые любят ее и станут слушать ее и принимать участие в разговоре. Одиночество кончилось. Больше не будет молчания Джеймса и его угрюмого настроения.
Но ей так одиноко, что у нее болит живот, и горло болит, и ее охватила такая вялость, что она даже пошевелиться не может. Пока она не сняла обручальное кольцо, она не сознавала, до чего привыкла вертеть его на пальце. Палец казался теперь просто голым.
И хотя после того, как он завершал свое дело с ней, они никогда не прикасались друг к яругу в постели, сейчас кровать, в которой она лежала, казалась ей без него огромной, холодной и пустой. Она повернулась на бок и положила руку на несмятую подушку подле себя.
Его здесь нет. Его не было здесь никогда и никогда не будет. Она вернулась домой, где прожила вместе с матерью столько лет. Она снова дома. Где ее любят, где она нужна. И наверное, завтра придет Домми – или она пойдет повидаться с ним. И с Эллен, и с младенцами. Нет, какие там младенцы!
Им уже больше годика.
Она снова дома. Можно забыть о кошмаре этих восьми месяцев. Можно расслабиться и начать выздоравливать.
Но постель такая пустая. Она сделала бы что угодно, подумала Мэдлин, крепко зажмурив глаза и сжав руку, лежащую на пустой подушке, в кулак – что угодно! – лишь бы открыть глаза и увидеть его рядом с собой, с его угрюмым лицом, непроницаемым взглядом и всем остальным. И завитком темных волос, который обязательно упадет ему на лоб, чтобы она могла откинуть его назад.
Боже! О Боже, ей действительно хочется умереть. Ей не для чего больше жить. На соседней подушке лежит ее рука. Левая рука, на которой больше нет кольца.
Джеймс.
– Джеймс, Джеймс, – шептала она снова и снова.
Джеймс и Дора Драммонд. И их сын Джонатан.
Она резко откинула одеяло и села на краю кровати. Господи, что это она делает? Мучиться из-за неверного мужа? Купаться в жалости к самой себе, потому что оказалась настолько глупой, что стала его женой?
Хватит! Она – леди Мэдлин Рейни, а не какая-то плаксивая меланхоличная особа, которая гибнет при первом же ударе судьбы.
Нет. Она принялась снимать ночную сорочку, но остановилась. Она не леди Мэдлин Рейни. Она леди Мэдлин Парнелл, леди Бэкворт. Но как бы ее ни звали, она не принадлежит к тем, кто покоряется судьбе. Если Джеймсу когда-нибудь захочется расспросить кого-то о ней, он не услышит рассказа о бедном покорном создании, которое погибло из-за его неверности.
Ни в коем случае. Она накинула пеньюар и позвонила, вызывая горничную.
Ее матери пришлось провести обед в обществе веселой дочери, без умолку болтающей на всевозможные темы, из которых ни одна не носила даже отдаленно личного характера.
Когда прибыли лорд и леди Идеи, вдовствующая графиня вздохнула с огромным облегчением, потому что монолог дочери на время прервался.
– Эллен! – Мэдлин бросилась через всю комнату, чтобы обнять невестку. – Как я рада снова видеть вас! Вы прекрасно выглядите. А что, Чарльз и Оливия сильно выросли с тех пор, как я видела их? Они уже ходят? Наверное, ходят. Им ведь уже больше года?
И, не дожидаясь ответа ни на один из вопросов, она повернулась к брату.
– Домми, – сказала она, – Домми. – И прижалась к высокому, сильному, надежному телу брата-близнеца, чувствуя при этом, что вся ее решимость тает.
– Мы не были уверены, что вы встанете, – улыбнулся он, целуя сестру в макушку. – Вы что же, проделали всю дорогу в почтовой карете и даже не остановились, чтобы поспать?
Она посмотрела на него несколько ошеломленно.
– Нет, мне кажется, я не останавливалась, – ответила она. – Я не помню никаких постоялых дворов. Кажется, я проделала весь путь без остановки.
– Вы даже не помните наверняка? – спросил он.
Она отодвинулась от него и весело улыбнулась остальным находившимся в комнате.
– Во время такого путешествия видишь столько разных вещей, – сказала она. – И столько разных характеров. Когда едешь в своем экипаже, многое пропускаешь.
И она пустилась в описание своего путешествия, сама удивляясь, сколько всего она запомнила. Единственная подробность, которую она помнила, начиная свой рассказ, было кольцо, выброшенное за окно кареты, а час спустя – попытка преодолеть желание во что бы то ни стало остановить карету и выпрыгнуть из нее.
– Мама, – сказала Эллен, вставая после того, как прошел час и было выпито множество чашек чаю, – вы хотели показать мне ваше новое бальное платье. Вчера, как вы помните, времени на это не было.
– Совершенно верно, – отозвалась вдовствующая графиня, улыбнувшись невестке и также вставая. – Как хорошо, что вы мне напомнили, милочка. Если бы я вспомнила после вашего ухода, это было бы досадно.
И леди отправились наверх посмотреть на несуществующее платье.
– Мне тоже понадобятся новые бальные платья, – сказала Мэдлин брату. – Те, что у меня есть, конечно, совсем уже немодны в этом сезоне. Завтра я поеду за покупками. Интересно, будет ли мама свободна, чтобы поехать сонной? Или, может быть, Эллен захочется поехать? То есть если она не занята. Если у вас с ней нет других планов. У вас ведь много всяких приглашений. Верно?
– Эй! – тихо окликнул ее Доминик, вынуждая посмотреть себе в глаза – впервые за весь вечер. – Я ведь ваш близнец, Мэдлин.
– Не надо, – ответила она, коротко засмеявшись и вытянув руки, словно защищаясь. – Я еще не готова к этому, Домми.
– Это просто ссора? – спросил он. – Вы действовали, как это часто с вами бывает, под влиянием момента?
Она посмотрела на него широко открытыми глазами. И покачала головой.
– Что-то поважнее? – спросил он.
– Я никогда его не любила, – проговорила она почти шепотом. – Я всегда его ненавидела. Это была просто одержимость. Теперь все прошло.
Он откинулся на спинку стула и испытующе посмотрел на нее.
– Вы любили его, – сказал он. – И сейчас любите.
– Не будьте чересчур умным, Домми! – Она взволнованно встала и подошла к окну. – Я замужем с прошлого августа. С тех пор вы не видели ни Джеймса, ни меня. Вы не знаете. Я питаю к нему отвращение, и если мы увидимся через сто лет, этот срок не покажется мне слишком долгим.
Она не услышала, как он подошел к ней. И вздрогнула, когда его руки опустились ей на плечи.
– Расскажите мне, что произошло, – попросил он. Пожав плечами, она устремила невидящий взгляд в темноту.
– Я совершенно его не знаю, – начала она. – Глупо звучит, не правда ли, после восьми месяцев совместной семейной жизни. Он не разговаривает со мной, никогда не улыбается мне. Я никогда не знаю, что выражают его глаза. У него замашки собственника и диктатора. Разговариваем мы только тогда, когда ссоримся.
– Собственника? – переспросил Домми. – Значит, какие-то чувства к вам у него есть.
– Нет, никаких, – возразила она. – Я просто собственность.
– Но всех этих неприятностей еще недостаточно, чтобы броситься стремглав в почтовую карету, – резонно заметил он. – Что случилось, Мэд?
Она опустила голову ему на плечо и закрыла глаза.
– Случился конец света, вот и все.
– Мелодрама? – Он погладил ее по плечам. – Нет, прошу прощения. У вас нет сил, чтобы актерствовать передо мной. Вы говорите серьезно. Что же привело к концу света?
– Эллен увела маму нарочно, да? – спросила Мэдлин. Он тихо засмеялся:
– Вы, наверное, были вне себя, если вам приходится спрашивать об этом. Это было сделано не очень-то тонко.
– Вы выбрали себе чудесную жену, Домми. Я рада за вас.
– Спасибо, Я тоже рад за себя. Что привело к концу света?
– У него есть любовница, – сказала она. – И девятилетний сын от нее. Мальчик даже внешне похож на него. И однако, когда я подружилась с другим мужчиной, это вызвало ярость.
– Что-нибудь особенное?
– Управляющий герцога Питерли, – сказала она. – Приятный человек, который был добр ко мне. Его сестра и есть любовница Джеймса. Ему было больно говорить мне об этом.
– Кому – ему? Джеймсу или управляющему?
– Карлу, – пояснила она. – Карлу Бисли.
– Он рассказал вам?
– Только когда я увидела достаточно для того, чтобы у меня появились серьезные подозрения.
– И этот человек ваш друг? – спросил Доминик. – И ваш муж возражает против этой дружбы?
– Да, – вяло ответила она. – Наверное, он решил, что мы обнимаемся, но Карл просто держал меня за руки после того, как ему пришлось все мне рассказать.
Доминик пробормотал какое-то ругательство, возразить против чего у Мэдлин недостало сил.
– Вы вполне уверены, что рассказанное им, правда?
– Да, вполне. – Голос ее звучал монотонно. – Они были наедине в комнате незадолго до того, как Карл вывел меня из дому.
– Не всегда можно доверять глазам, – наставительно заметил Доминик. – Ведь то, что видел ваш муж, на деле было не тем, что ему показалось.
– Вы хотите сказать, что пребывание Джеймса наедине с миссис Драммонд было невинно? – невесело усмехнулась она, поднимая голову, и, обернувшись, взглянула на него усталыми глазами. – Вряд ли это так, Домми. И потом, у них есть ребенок.
– Миссис Драммонд? А какова же роль мистера Драммонда во всем этом?
– Я думаю, что он скорее всего ничего не знает. Хотя он должен знать, что это сын Джеймса. Мальчик так не похож на остальных детей Драммонда. Но его братья застали Джеймса с ней наедине и пришли в бешенство. Они даже угрожали ему.
Доминик вздохнул и поднес руку ко лбу.
– Вы уличили его во всем этом, Мэд? – спросил он. – Или вы просто испугались и умчались – именно в такой последовательности?
– Он обрушился на меня из-за Карла, – ответила она. – Я уехала на другое утро.
– А что произошло ночью? – спросил он и увидел, что она густо покраснела и закусила губу. Он поднял брови. – Очередное сражение, да? Не знаю, Мэд. Наверное, мне следует отправиться туда, да? Разузнать правду и убить его, если то, что вы говорите, окажется правдой.
Она возмущенно взглянула на него.
– Вы не сделаете ничего подобного, – заявила она. – Я рассталась с ним, Домми. Навсегда. В записке, которую я ему оставила, я написала, что он может убираться ко всем чертям – мне это безразлично. И это действительно так. Джеймс Парнелл, лорд Бэкворт, больше меня не интересует. Это был неудачный, неприятный эпизод в моей жизни. Теперь мне нужно жить дальше. Видите? – Она подняла левую руку, обращенную ладонью к себе. – Я выбросила его обручальное кольцо.
– Мэд! – ласково проговорил он, беря ее за плечи и привлекая к себе; лицо ее сморщилось, и она заплакала. – Мэд!
– Какое унижение! – всхлипнула она. – Какое смертельное оскорбление! И это целиком ваша вина. Я не собиралась никому ничего рассказывать. Это касается только меня. И конечно, вас, Доминик, это не касается. У вас есть семья, и вы прекрасно ею руководите. Или вы думаете, что это не унижение – вот так приползти домой после того, как твой брак рухнул, а муж предпочел тебе другую? А он всегда ее предпочитал. Мальчику девять лет. – Она стукнула его в грудь кулачками.
– Тише, – прошептал он ей на ухо, – тише же.
И она обмякла, прижимаясь к нему, и резко оборвала свою тираду. Она слышала, как чей-то голос, звучащий у самого ее уха, велит ей замолчать. И чувствовала, как ее обнимают при этом чьи-то руки. И она успокоилась, потому что он любил ее и успокоил и не отвернулся от нее. Она отодвинулась от брата.
– Помните, тогда в Брюсселе? – спросила она. – После того как вы с Эллен рассорились? И вы начали бороться за жизнь, решив, что вы выкарабкаетесь и не позволите никому разрушить себя, хотя вы и любили ее. Вы помните, Домми?
Он кивнул:
– Это одна из самых трудных вещей на свете.
– Но вам она удалась, – напомнила она. – И даже если бы вы не женились на ней в конце концов, вам все равно удалось бы наполнить свою жизнь смыслом, не так ли?
– Да, – ответил он, – думаю, я вернулся бы к жизни, даже если бы мне никто не помог. Я жил бы, а не выживал.
– Ну вот. А я недаром ваш близнец, Домми. Я тоже хочу большего, чем просто выжить. Я люблю Джеймса. От вас я ведь не могу этого скрыть, да? И в данный момент я испугана и уверена в том, что в жизни у меня ничего не будет, если не будет его. Но его у меня нет и не будет никогда, потому что я слишком горда, чтобы делить его с другой женщиной. И стало быть, мне нужно научиться жить без него. И я научусь. Не думайте, я больше никогда не стану плакаться перед вами.
– Очень рад слышать это. – Он дружески обнял сестру и подвел ее к дивану. – Мой камердинер вспотел кровавым потом, завязывая шейный платок, а теперь он похож на жеваную тряпку. Камердинер целую неделю будет не в духе.
– Ах, Домми! Я так соскучилась.
– Мы надеялись увидеть вас на Рождество.
– Джеймс сказал, что мы могли бы поехать, но я не захотела. Все увидели бы, что мы не очень-то счастливы. Это ни к чему. Смешные притязания при сложившихся обстоятельствах, да? А как вы относитесь к тому, что Александра и Эдмунд ждут еще одного ребенка?
– Я восхищен, – сказал он, – поскольку сами они очень рады этому.
– Мне так завидно, – призналась она. – Жаль, что у меня не появился ребенок до того, как все это произошло.
Впрочем, какие глупости! В таком случае я не смогла бы уехать, а он не отпустил бы меня. Как вы думаете, мама с Эллен – они что, пересчитывают блестки на платье?
– На каком платье? – спросил он, и оба фыркнули.
* * *
Граф Эмберли стоял в дверях музыкальной гостиной и смотрел на жену. Алекс играла на фортепьяно пьесу собственного сочинения, как она делала часто, при этом рядом с ней стояла Кэролайн, опираясь локтями о табурет, положив подбородок на руки и глядя на мать. В другом конце комнаты Кристофер лежал на животе и рисовал. Няня Рей выбранила бы всех их непременно. По ее мнению, краскам место исключительно в детской.
Все они увидели его одновременно. Кэролайн прыжками пересекла комнату и обняла отцовскую ногу. Кристофер собрал рисунки и принес показать их. Александра улыбнулась ему и прекратила игру.
– Вы уже вернулись! Я думала, Эдмунд, вы пробудете в городе все утро.
– Я решил вернуться пораньше, – объяснил он, подхватив дочь на руки, потрепав сына по волосам и входя в комнату. – Поцелуй, принцесса? – И он повернул голову к дочери, уже наморщившей губки.
– Пошли, – сказала Александра, подходя к сыну и кладя руки ему на плечи, после того как внимательно просмотрела его рисунки, – вам пора к няне Рей. Я поиграю тебе еще завтра, хорошо, Кэролайн? А ты, Кристофер, намерен ли самолично вымыть свои кисточки, чтобы няня Рей тебя не бранила?
Вскоре она вернулась, отведя детей наверх и передав их няне. Войдя, она взяла мужа под руку.
– Что случилось? – спросила она, увлекая его в гостиную.
– Откуда вы знаете, что что-то случилось? – улыбнулся он.
– Эдмунд! Я почти пять лет как замужем за вами. Хорошей я была бы женой, если бы не могла сразу же понять, что у моего мужа что-то на уме.
– Меня всегда удивляло, – отозвался он, – как это Мэдлин и Доминик прекрасно понимали друг друга, даже не прибегая к помощи слов. Теперь то же происходит у нас с вами.
Он наклонился, поцеловал ее в нос, а потом отступил в сторону, уступая ей дорогу в гостиную.
– Итак, – сказала она, оборачиваясь к нему, когда он закрыл дверь. – В чем дело?
– Я перехватил наши письма на почте, – ответил он. – Есть письмо от Доминика. Мэдлин в Лондоне.
Лицо Александры просветлело.
– А сюда они приедут? – спросила она. – Или мы съездим в Лондон? Съездим, Эдмунд?
– Она одна.
Алекс, не понимая, взглянула на мужа.
– Она оставила Джеймса, – пояснил он и увидел, как жена, держась очень прямо, опустилась на ближайший стул. – Доминик не сообщает подробностей, но не похоже, что это обычная ссора. Она действительно уехала от него. Вам нехорошо, Алекс?
Она сидела бледная и смотрела на него.
– Так я и знала, что ничего не получится, – печально проговорила Алекс. – Все было слишком хорошо, а так не бывает. Он пожертвовал столькими годами, чтобы быть со мной, пока я не обрету счастье. А мне хотелось для него только одного – счастья. Я думала, что он, может быть, найдет его. Я думала, что Мэдлин окажется именно той, кто ему нужен. А он – тем, кто нужен ей. Но все это было слишком хорошо, а так не бывает.
– Судя по словам Доминика, она в полном смятении, – продолжал Эдмунд. – Храбрится, чего и следовало ожидать от Мэдлин, улыбается, болтает, утверждает, что начнет новую жизнь. Но совершенно сломлена и готова рассыпаться на кусочки при малейшем раздражении.
Александра закусила губу.
– Но почему же Джеймс позволил ей уехать? – спросила она. – И где он сейчас, Эдмунд?
Тот покачал головой:
– Во всяком случае, когда Доминик писал это письмо, в Лондоне его не было. Что вы хотите, чтобы я сделал, Алекс? Написал ему? Отправился к нему? Вам не будет неприятно, если я поеду в Лондон повидаться с Мэдлин?
– Неприятно? – нахмурилась она. – Почему это должно быть мне неприятно?
Он сел напротив нее и грустно улыбнулся.
– По дороге домой, – начал он, – мне вдруг пришло в голову, что в этом вопросе мы с вами можем оказаться по разные стороны изгороди. Что бы ни было между ними, для вас будет естественно стать на сторону Джеймса, а для меня так же естественно – на сторону Мэдлин. Не могли ли бы мы поговорить сейчас разумно и сделать так, чтобы этого не произошло?
Она вскочила.
– Ах нет! – воскликнула она. – Это абсурдно, Эдмунд. Я люблю Мэдлин, она мне приходится дважды сестрой. Я не могу быть против нее. Что же до разных сторон изгороди, это самое глупое, что мы можем сделать. У них затруднения, и, без сомнения, затруднения эти сопровождаются глупостью и непониманием и упрямством, которые легко возникают, когда люди живут рядом. Вы научили меня в самом начале нашей семейной жизни, как справляться с подобными вещами. Вы всегда заставляли меня разговаривать с вами и сами всегда разговаривали со мной. Неужели мы будем ссориться из-за чужой ссоры, когда мы научились избегать ссор между собой?
Он откинулся на спинку стула и улыбнулся.
– Вы сердитесь на меня.
– Конечно! – Глаза ее сверкали. – Вы что же, не верите, что я так же предана вашей семье, как и своей собственной? Мои дети принадлежат к вашей семье. Они носят ваше имя.
Он мгновенно вскочил со стула и заключил ее в объятия.
– Я очень виноват, дорогая, – сказал он. – Вы меня простите? Я просто очень испугался, что ваша привязанность к брату заставит вас разгневаться на Мэдлин. Наверное, я хуже знаю вас, чем вы – меня. Вы меня простите?
Она пригладила лацканы его сюртука и подняла лицо, чтобы он ее поцеловал. Потом обвила руками шею мужа и положила голову ему на плечо.
– Что там могло случиться? – проговорила она. – Мне так хотелось, чтобы оба они были счастливы, Эдмунд. Что могло заставить ее совершить столь решительный шаг? Она оставила его. Что он ей сделал, что вынудил ее уехать? В Джеймсе столько любви! Эта любовь поддерживала меня многие годы. Но каким-то образом он сделал так, что она уехала.
– Если вы сможете обойтись без меня в течение нескольких дней, – сказал он, – я съезжу в Лондон и посмотрю, что можно узнать. Может статься, это просто-напросто глупая ссора, которую можно уладить, поразмыслив спокойно. Хотя эти несколько дней могут растянуться, если мне придется поехать в Йоркшир.
– Нет, без вас я не обойдусь, – возразила она. – И я не могу оставаться здесь, Эдмунд, и терять время в ваших объятиях, как бы ни успокаивали они меня. Если мы оба с детьми должны быть готовы выехать в Лондон завтра или послезавтра, нужно немедленно начинать сборы. Вы послали сообщение в Лондон, чтобы дом приготовили к нашему приезду?
– Нет, – ответил он. – Но если вы отпустите мою шею, Алекс, я пошлю кого-нибудь с запиской сегодня же утром. Вы уверены, что эта поездка вам по силам?
– Вы же знаете, что я не могу сидеть без дела, когда я в положении, – ответила она. – И уж конечно, я не намерена оставаться здесь без вас. Что за ерунда!
Прежде чем выйти из комнаты, Эдмунд поцеловал жену в губы и пристально посмотрел ей в глаза.
– Постарайтесь не волноваться, – сказал он. – У меня такое ощущение, что эти двое созданы друг для друга. Однако они слишком упрямы и вспыльчивы, чтобы просто перейти от холостой жизни к семейной. Дайте время, и они будут так же счастливы, как мы с вами.
Алекс прикоснулась к его щеке.
– Лучшего я и пожелать им не могу, – сказала она. – Ступайте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сети соблазна - Бэлоу Мэри



Интересно. Еще раз показывает, как неискушенный мальчик может быть обманут в вопросе чей этот ребенок. Советую почитать в продолжении проендъидущего романа СЕТИ ЛЮБВИ
Сети соблазна - Бэлоу МэриВ.З.-64г.
29.06.2012, 14.12





Рекомендую вначале прочесть «Обещание весны», потом «Золотая сеть», «Сети любви» и «Сети соблазна».
Сети соблазна - Бэлоу МэриВиола
11.01.2013, 17.44





Роман чудесный! Эмоционально окрашенный,интересный и красивый.
Сети соблазна - Бэлоу МэриЛеди
2.07.2013, 15.05





Это один из немногих моих САМЫХ любимых романов. Люблю такие романы,когда именно г.г-ой из-за своей гордости не может признаться даже самому себе, что давно влюблён в г-ню и делает это только в конце книги. Кому нравится то-же самое, читайте, думаю не пожалеете.
Сети соблазна - Бэлоу МэриИванна
18.12.2013, 10.04





8 из 10 .Такая оценка только из-за описания отношений других пар. Гг-ю и гг-е твердое 2.
Сети соблазна - Бэлоу МэриЕЛЕНА
17.02.2014, 23.51





Хороший рассказ, столько трудностей пришлось пройти героям чтоб понять свою любовь.Да тяжело таким людям приходится в жизни когда детство было тяделое,да и друг был большой мразью,не мог из зависти спокойно жизнь чтоб хорошим людям не напакостить.Читайте эту серию,но мне больше понравилось "Золотая сеть""Сети любви" и "Сети соблазна".
Сети соблазна - Бэлоу МэриАнна Г.
22.09.2014, 14.49





Мне очень нравятся романы Бэлоу Мэри. Этот особенный,красивый,трогательный, чувственный,цепляющий.
Сети соблазна - Бэлоу МэриАнна
4.06.2015, 15.10





Из всех романов серии этот самый неудачный. Сплошное насилие и непонимание, в конце и не верится, что он,т.п главный герой ,изменился...
Сети соблазна - Бэлоу МэриЧитательница
10.08.2015, 18.43





Я рада , что прочитала, чтобы завершить серии, но не очень)))
Сети соблазна - Бэлоу МэриМилена
29.11.2015, 18.36





Немного затянут, но мне понравился.
Сети соблазна - Бэлоу МэриЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
14.12.2015, 21.33





На мой взгляд вся серия не плохая, но за этот роман я бы поставила 11. Напомнил фильм "Любовный недуг"rn..
Сети соблазна - Бэлоу МэриЯна
26.01.2016, 19.42





Какой-то сплошной садомазохизм и нездоровые отношения. Дочитала только из упорства. Главный герой злобный, угрбмый, замкнутый и тупой мужлан, не вести себя не умеет, не сопереживать. Героиня тоже весьма странная особа с комплексом жертвы.
Сети соблазна - Бэлоу МэриАня
22.09.2016, 10.39





Какой-то сплошной садомазохизм и нездоровые отношения. Дочитала только из упорства. Главный герой злобный, угрбмый, замкнутый и тупой мужлан, не вести себя не умеет, не сопереживать. Героиня тоже весьма странная особа с комплексом жертвы.
Сети соблазна - Бэлоу МэриАня
22.09.2016, 10.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100