Читать онлайн Рождественское обещание, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.13 (Голосов: 79)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Рождественское обещание

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Гостей ждали за четыре дня до Рождества. Друзья графа собирались пожаловать раньше, но он предупредил их о дате своего приезда и этим дал им шанс передумать и вообще отказаться от встречи, объяснив, что Рождество в Гресвелл-Парке будет большим семейным праздником родственников его жены. Странно, но его друзья все равно изъявили желание приехать.
– В конце концов, Фаллоден, – заявил лорд Чарльз Райт, один из самых откровенных из четверых, – нам все равно некуда податься на Рождество, а это самый занудный праздник в году, да если еще в одиночестве торчать дома.
Он был прав. Это действительно пренеприятнейшее время года. У лорда Чарльза не было семьи и родственников, во всяком случае, таких, кто с радостью приветствовал бы его появление в праздничные дни. У Берти были мать и сестра, но вся их жизнь сосредоточилась на воспитании младших детей, как утверждал Берти, и он чувствовал себя лишним. К тому же они осуждали его холостяцкий образ жизни и подбирали ему невест. Бедкомб давно разругался с отцом и братом, и ему было запрещено переступать порог отчего дома. Созерби овдовел два года назад, его жена умерла во время родов. А родители жили далеко, на границе с Шотландией.
Только Берти выразил некоторое опасение в том, стоит ли приезжать в Гресвелл-Парк.
– Твоей жене это может не понравиться, Рэндольф, – сказал он графу. – Вы ведь молодожены.
– Она знает, что я пригласил четверых своих друзей, – ответил граф, – и поэтому пригласила двадцать своих.
Сэр Берти оторопел:
– Право, не знаю. Может, мне лучше положить голову на мамину плаху и ждать невест?
– Берти, – взмолился граф, – не бросай меня в беде! Четверо против двадцати! Только подумай! Ведь ты мой лучший друг! – Это было единственной откровенностью, которую позволил себе граф и как бы намекнул другу, что не все ладно в его новой жизни. – Кстати, она не та вульгарная девчонка, которую ты видел на вечеринке в поместье Памелы Хатчинс? Скажи, не та?
– Нет, – как-то неопределенно произнес Берти. – Эти двадцать гостей, они все родственники твоей жены, Рэндольф? Не знал, что у нее столько братьев и сестер.
– Скорее это тетки, дядья и еще кузены, мне кажется, – пояснил граф. – Должно быть, это дружная семейка, Берти. Всегда по праздникам собираются вместе. Не дождусь, когда познакомлюсь с ними, – слукавил он. – Со всеми двадцатью, включая еще двоих детей.
– Господи! – воскликнул сэр Альберт и, поморщившись, почесал затылок. – Что, если они все станут просить тебя облагодетельствовать их, Рэндольф? Видимо, они рады-радешеньки, что кто-то из них пробился в высший свет. В семье немало девиц на выданье, кузин и прочих.
Граф насторожился.
– Я не должен забывать о том, – сказал он, – что отец моей жены вернул мне Гресвелл-Парк, Берти, и многое другое.
– Ха! – Его друг с любопытством посмотрел на графа. – Ты стал обидчивым, не так ли, Рэндольф? Тебе неприятна эта тема? Прости, старина.
– Элинор – моя жена, – промолвил граф. – Моя графиня, Берти. Сэр Альберт шумно выдохнул.
– Для тебя важно, чтобы я приехал, Рэндольф? – прямо спросил он. – Я тебе обещал, не так ли? Что ж, пусть будет еще одно испытание.
Согласие было принято, но без особого энтузиазма. Однако друзья были нужны графу, а Берти особенно – как наиболее близкий. В том, что это будет настоящим испытанием, граф убеждался все больше по мере того, как близились Рождество и день приезда гостей. Шумные и необузданные – так охарактеризовала свою родню Элинор. И вульгарные. Иногда графа охватывала паника.
Но времени предаваться мрачным размышлениям не было. Пока же в те дни, что остались до прибытия гостей и наступления Рождества, граф старался просмотреть конторские книги и познакомиться с арендаторами. Неожиданно для себя он делал это с интересом и удовольствием, ибо все отныне принадлежало ему без какого-либо страха потери.
Теперь он мог спокойно и объективно выслушивать жалобы и предложения управляющего, а также фермеров-арендаторов. Он дал согласие что-то исправить там, где это нужно, и знал, что для этого у него найдутся деньги. Он даже внес несколько своих предложений. А когда проверил, как поступает арендная плата от самых бедных из его арендаторов, он согласился с необходимостью уменьшить ее.
Графу приходилось наносить визиты и самому принимать, иногда одному, а иногда и с женой. Он и Элинор редко оставались наедине, и не потому, что избегали друг друга. Граф знал, что жена занята не меньше его. Учительница просила ее посетить школу и послушать, как читают дети. Соседи приглашали на чай и сами наносили визиты. Супруге викария требовалась помощь в проведении детского рождественского утренника.
А Элинор, кроме всего, нужно было встречаться с экономкой, если она хотела научиться вести дом и хозяйство. Ее тревожили престарелые и больные в деревне, которых приходилось навещать. Кроме того, ей нужно было приготовить им подарки к Рождеству. Элинор не забывала и о подарках семьям фермеров-арендаторов.
Граф был поражен, узнав все это. Элинор вела себя так, будто ей, как настоящей леди, с детства привили понятия о жизни и долге. Его радовало и удивляло, что в доме и поместье ее хорошо приняли. Слуги стали боготворить ее после того, как она в течение полутора часов побеседовала с каждым из них, даже с кухонной девушкой-хромоножкой Салли, которая заикалась. Его жена была ласкова и не переставала улыбаться. Он не помнит, чтобы Элинор когда-нибудь столько улыбалась. И это ей чертовски шло, она похорошела еще больше.
Граф был доволен, что они приехали в поместье. Здесь каждому из них было хорошо. Он опасался, что такая городская барышня, как Элинор, не сможет прижиться в Гресвелл-Парке. Но ежедневные поездки и пешеходные прогулки вызвали здоровый румянец на ее щеках, что невольно напоминало ему о ее вынужденном затворничестве в городе после смерти отца.
Конечно, думал он, Элинор совсем мало оплакивала кончину отца. Однако он старался гнать от себя эти мысли и робко надеялся на то, что этот год они проживут почти в дружбе. Лишь бы приезд ее семьи и его друзей не нарушил установившегося хрупкого равновесия. По правде сказать, он побаивался этого дня.
В день их приезда в Гресвелл-Парк он готов был прийти к Элинор в спальню, ибо считал, что это самое подходящее время перевернуть страницу и начать их супружескую жизнь в полном смысле этого слова. Не будет ничего странного, если он придет к ней, когда вокруг них все незнакомое и не похожее на то, что было после свадьбы. Мысль оказаться в ее постели не показалась ему отталкивающей. Совсем наоборот. Он хочет этого, с удивлением понял он. Ему хотелось любить свою жену. Он вспомнил ее страстные порывы, прерывистое дыхание.
Вспомнил и то, как уже стоял перед ее спальней, взявшись за ручку двери и собираясь постучать в нее, как услышал ее разговор с горничной и смех. Он показался ему счастливым и произвел какое-то странное впечатление на него, так как он еще не видел свою жену смеющейся и счастливой. Неужели она была такой до того, как вышла за него замуж, неожиданно подумал граф. Возможно, он отнял у нее теплоту, радостный смех? Или это сделали ее тщеславие, желание выйти замуж за какого-нибудь титулованного аристократа?
Сначала он решил подождать, когда уйдет горничная, поэтому уперся лбом в дверь и, закрыв глаза, попытался представить, как она встретит его. С радостью? Едва ли. Равнодушно? Она заморозит его своим безразличием. С враждебностью? Вскинет подбородок, и в ее глазах блеснет боевой огонь? И тогда он поймет, что она ждет лишь возможности, чтобы сказать что-то резкое, ранящее, затеять ссору и довести его до того, чтобы он сам вел себя с ней холодно и оскорбительно? Неужели это будет повторением их первой ночи, когда он пытался силой утвердить свою власть над ней, а чего хотела она, он так и не узнал?
Это было бы плохим началом их новой жизни в поместье и ужасной встречей рождественских праздников. Возможно, после этой ссоры они уже не смогут прийти в себя настолько, чтобы вместе встречать гостей, быть гостеприимными хозяевами. Это будет невыносимо. Не дай Бог! Нет, он должен отложить попытку примирения, наконец решил он. Лучше попробовать после Рождества. Когда гости разъедутся, наступит тишина и они с Элинор останутся одни. Их сближение будет совершенно естественным. Он неохотно вернулся к себе в спальню и долго ворочался, прежде чем уснул.
И все же, думал он, ожидая приезда гостей, все не так уж плохо. Его женитьба не стала кошмаром, каким казалась вначале.
Гости прибыли до того, как пошел снег, и это явилось для них приятным сюрпризом.
– Посмотрите, – сказал жене граф, глядя в окно, когда они сидели за завтраком. – Эти тучи предвещают снег. Я более чем уверен. Рождество у нас будет со снегом.
– О! – недоверчиво произнесла Элинор, проследив за его взглядом. – Вы так полагаете? На Рождество никогда не бывает снега. Снег выпадает в начале декабря и, разумеется, в январе. Но не на Рождество.
– Этот год будет особенным, – пошутил граф. – Готов поспорить. Но я не надеюсь, что гости прибудут до снегопада.
– Завтра снег превратится в коричневое месиво, – упорствовала Элинор.
Он посмотрел на нее и улыбнулся.
– Это сельская местность, миледи, а не Лондон, – ответил он. – Здесь снег остается белым, каким ему и положено быть. Он лежит на деревьях, образует сугробы, к великой радости детей всех возрастов, и, конечно, вызывает желание прокатиться на санях с бубенцами.
– Как хорошо, – печально проговорила Элинор. – Вы уверены, милорд, что эти тучи не предвещают дождь? Вы когда-нибудь ошибались в своих прогнозах?
– Я непогрешим, – заявил граф. – Как сам Господь Бог.
Впервые он сказал ей что-то похожее на шутку. Элинор неуверенно улыбнулась.
Гости стали прибывать после полудня, а первые снежинки закружились в воздухе ближе к вечеру. Снег стал сильнее и шел до поздней ночи.
Первыми прибыли сэр Альберт Хэгли и виконт Созерби. После того как граф представил ему свою жену, виконт, взяв руку Элинор, улыбаясь, поднес ее к губам.
– Как великодушно с вашей стороны, леди Фаллоден, пригласить нас встретить Рождество в кругу вашей семьи, – промолвил он. – Боюсь, моя семья слишком далеко отсюда.
Он сразу понравился Элинор, и она облегченно вздохнула. По крайней мере один из аристократических друзей ее мужа не посмотрел на нее свысока. Хотя сэр Альберт тоже не позволял себе этого, но, возможно, они оба помнят тот злополучный случай в поместье ее подруги Памелы, когда он вздумал приударить за ней, даже бесцеремонно задел рукой ее грудь во время прогулки. И тогда, как бы в назидание, она поведала ему о том, какими словами ее отец отчитал своего компаньона, посмевшего позабавить его скабрезным анекдотом в ее присутствии. Рассказывала она это нарочито громким голосом, на чистейшем кокни и при этом непозволительно громко хохотала. После этого сэр Альберт старался держаться от нее на возможно большем расстоянии, но она продолжала отпугивать всех своим акцентом и громким смехом. Сэр Альберт был не единственным в этом светском обществе джентльменом, пытавшимся позволить себе вольности по отношению к ней.
Сейчас сэр Альберт поздоровался с ней так, как сделал это в день ее свадьбы, – изысканно вежливо и пряча глаза. Он с облегчением повернулся к графу и тут был более искренним, здороваясь с другом. Элинор пожалела, что сэр Альберт не нашел предлога, чтобы не приехать. Но он был другом ее мужа, и она сделает все, чтобы никто не заметил, сколь неприятно ей его присутствие. Разумеется, она постарается. Элинор упрямо подняла подбородок.
Дядюшка Сэм Трэнсом, старший брат отца, прибыл вместе с тетей Айрин, кузеном Томом, его женой Бесси и двумя детьми, Дэйви и Дженни. Каждый раз, когда она встречалась с дядей Сэмом, ей казалось, что он стал еще выше и толще, а румянец на его лице еще ярче. Элинор приветствовала их появление искренними возгласами радости. Они поднялись по ступеням крыльца, вошли в дом, а затем проследовали в холл. Здесь дядя наконец смог заключить ее в свои объятия и стиснул так крепко, что ей показалось, будто ни глотка воздуха не осталось в ее сжатых легких.
– Элли! – гудел он басом. – Хороша, как картинка, и элегантна, как леди. Но ты теперь и вправду леди. Я должен говорить тебе «миледи» и не иначе и делать реверансы. Эй, Айрин, я что-то не так сказал? Что же? Говори. А-а, «кланяться», не так ли? Я буду кланяться тебе, Элли. Мне жаль, что ты потеряла отца, девочка. Не представляешь, как жаль. Джо был хорошим человеком и самым удачливым из нас. У него была щедрая душа, Элли. Да, щедрая. Мне очень не хватает его. – Он снова стиснул Элли своими ручищами.
Дядина семья не была в трауре, с облегчением заметила Элинор, когда наконец объятия дяди ослабели и она смогла сделать вдох, уловив исходивший от него знакомый запах хорошей кожи и дорогого табака. Ее родственники исполнили ее просьбу и пожелание отца.
Наконец Элинор освободилась из дядиных объятий и повернула свое раскрасневшееся лицо к мужу. Что он сейчас думает? Она стала представлять ему родственников:
– Это мой дядя Сэмюэль. Он мясник, милорд, – добавила она, вскинув подбородок. – Один из самых преуспевающих мясников в Бристоле.
– Что верно, то верно, мой мальчик, – скромно подтвердил дядя Сэм и, сжав руку графа в своей огромной ладони, энергично тряхнул ее. – И разумеется, милорд, не так ли? – Он лукаво подмигнул. – Но не так уж обязательно, если мы одни и накоротке, мой мальчик, а?
Элинор с трудом подавила неуместный смех и подумала: кто бы посмел в последнее время так обратиться к графу и назвать его мальчиком? Граф вежливо перекинулся словами с тетей Айрин и с Бесси, что-то сказал детям и наконец обратился к миссис Тернер, няньке, в срочном порядке нанятой в деревне.
Вскоре один за другим стали прибывать и все остальные. Немалое время дня ушло на приветствия, знакомство, пожатие рук и распределение под руководством экономки по комнатам. Наконец все спустились в нижнюю гостиную на чай.
Почтенный мистер Тимоти Бедкомб оказался худощавым и серьезным молодым человеком, которого ничуть не обескуражило или смутило то, что он очутился в холле одновременно с только что прибывшими Беном Трэнсомом и тетей Юнис, а также с их дочерью Речел. Дядя Бен был столь же огромен и громогласен, как дядя Сэм, хотя всегда жаловался, что ему и повернуться негде, если рядом находится тетя Юнис. Он был смотрителем почтовой станции и владельцем гостиницы при въезде в Бристоль. Дела его шли неплохо.
Он обнял Элинор, так же крепко, до хруста костей, стиснул ее и прошептал на ушко слова соболезнования в связи со смертью отца. Тетушка Юнис расцеловала ее, а Речел сочувственно сжала ей руку.
– Папа так плакал, узнав о смерти дяди, – шепнула она Элинор. – И мы с мамой тоже. Дядя Джо был моим любимым дядей, хотя я люблю и дядю Сэма. Бедняжка Элли. Но ты удачно вышла замуж.
Элинор тоже ответила ей пожатием руки. У нее не было возможности дольше пообщаться со своей любимой кузиной.
Почти в одно и то же время приехали лорд Чарльз Райт и сестры отца, тетя Берил Уикс и тетя Рут Трэнсом, а с ними кузины Мюриель и Мейбл Уикс. Тетушка Рут, переполненная сознанием того, что она гостья графа, приняла лорда Чарльза за хозяина дома, и понадобилось много шумных восклицаний, каждое из которых было эмоциональнее и тоном выше предыдущих, чтобы выправить положение, пока наконец тетя Рут поняла, кто настоящий граф Шаллоден и муж ее дорогой племянницы Элли. Затем она поплакала в объятиях Элинор, вспоминая лучшего брата на свете.
– И должна сказать, дорогая Элли, лучшего отца тоже, – добавила она и успокоилась..
Тетушка Берил сердито объяснила всем, что тетя Рут довела себя утром до сердцебиения оттого, что едет в Гресвелл-Парк, как будто они с ней не обедали в обществе самого лорда Шарпса и покойный мистер Уикс не был одним из уважаемых арендаторов в округе. Всего этого тетя Берил просто не могла понять.
Элинор то и дело бросала взгляды на мужа и, держа высоко голову, была готова к его надменным взглядам. Но ничего, кроме исключительной вежливости, его лицо не выражало.
Затем, позднее, прибыли тетушка Катерина Галлис, сестра матери Элинор, и дядя Гарри с кузенами Джорджем и Гарвеем и кузинами Сьюзан и Джейн. Дядя Гарри был преуспевающим торговцем тканями в Бристоле и не менее богатым, чем отец Элинор. Его дед был баронетом, и дядя Гарри в свое время натерпелся от шуток и подковырок своих братьев на сей счет. Тетя Катерина молча обняла племянницу.
– Бедняжка Элли, – промолвила она. – Прекрасный брак и смерть отца – и все это одновременно, дорогая. Это очень нелегко.
Вслед за ними пожаловал кузен Обри Эл-лис, арендатор. Собственно, он был кузеном отца Элинор, но они выросли вместе и были как братья. Кузен Обри был вдовцом, но приехал не один. Таким образом, гостей Элинор стало на одного человека больше. Сын Обри прибыл без приглашения.
Уилфред. Высокий, стройный, белокурый. Глаза его засветились радостью, когда он взял Элинор за руку и нежно поцеловал в щеку.
– Я подумал, что ты не будешь возражать, Элли, если я приеду, – сказал он довольно громко. – Ведь наша семья всегда вместе. В радости или в горе. Поэтому, получив твое приглашение, мы с папой решили, что оно для нас обоих.
– Разумеется, – вмешался граф, протягивая ему руку. – Мы хотели, чтобы к нам на Рождество приехали все члены семьи моей жены. – Он вопросительно посмотрел на Элинор.
– Уилфред Эллис, милорд, – представила она его мужу. – Мой троюродный брат. Работает торговым клерком в Бристоле.
– О, теперь я уже не мелкий клерк, Элли, – подавая графу руку, произнес Уилфред. – Я стал компаньоном фирмы. Ты этого не знала?
– Нет, – призналась Элинор. – Я не знала об этом. Поздравляю, Уилфред.
Опоздал. Почти на два месяца. Случись это чуть раньше, он написал бы ей совсем другое письмо. Если бы он теперь попросил ее руки, у него были бы и положение, и доход. Ей показалось, что она задыхается. Элинор вспомнила их встречи и клятвы, которыми они обменялись летом. Тогда семья собралась, чтобы отпраздновать совершеннолетие Мюриель Уикс. Она попробовала прогнать все воспоминания и посмотрела на мужа. Но граф встречал последних из прибывших и был занят тем, что давал указания экономке, как разместить их.
Внезапно Элинор с графом остались одни в пустом холле, а из гостиной уже доносились оживленные разговоры. Элинор прямо посмотрела мужу в глаза и еще выше подняла подбородок.
– Все успели приехать до того, как пошел снег. Нас это должно радовать, не так ли? – заметил граф.
Он элегантен, спокоен, воспитан, думала она, наслаждаясь тишиной холла после сумбурных и шумных семейных встреч и приветствий. И все же она приготовилась к обороне. Нет, она не стыдилась своей семьи, убеждала она себя. Разумеется, нет. Она нежно всех их любила, и так было всегда. Это теперь они как бы совсем из другого мира, чем мир ее мужа. А она не хотела их видеть его глазами. Лучше бы она никого не приглашала.
– Я не стыжусь их, – почти прошипела она. – И не ждите от меня этого.
Он высоко поднял брови, глаза его стали холодными, и он тоже посмотрел на нее в упор.
– Разве в этом есть необходимость, миледи? – спросил он. – Разве я вел себя с ними как надменный аристократ? Был снисходителен или высокомерен?
– Нет, – согласилась она. – Конечно, нет. Вы джентльмен и умеете скрывать свои истинные чувства.
– А, вот оно что, – промолвил граф. – Значит, именно это качество помогло мне скрыть свое пренебрежение, не так ли?
Элинор ничего не ответила. Она проклинала себя за то, что начала этот разговор. Зачем ей его мнение?
– Что ж, пусть это вас утешает в будущем, миледи. Во всяком случае, вы будете знать, что я достаточно благовоспитан, чтобы не показывать свое отвращение оттого, что мой дом полон вульгарных торговцев и прочих. Владелец таверны? Храни меня Господь! Мясник? Мое сознание шокировано! Но только сознание. Поведение и голос остаются безукоризненно учтивыми.
Она все это сама начала и едва ли может винить его. Но она не попросит у него прощения. А если все, что он сказал, правда и он действительно презирает ее семью, всех тех, кто составляет ее мир? Да, презирает. Что тогда? Она сама сделала себя несчастной, она это знала, но ничего не могла поделать с собой.
Граф с поклоном протянул ей руку.
– Не присоединиться ли нам к гостям, миледи? – вежливо спросил он.
Она приняла его руку, и они проследовали в гостиную. Супруги улыбались. Но только не друг другу.
Уилфред приехал, он здесь, в ее доме. Сердце ее упало. Он сейчас наверху и скоро спустится вниз. Она вынуждена будет смотреть ему в глаза и улыбаться так, словно он всегда был для нее только кузеном, так, словно она забыла обо всем.
Впервые после приезда в Гресвелл-Парк радость жизни окончательно покинула Элинор, уступив место свинцовой тяжести отчаяния. Ей так не хватало отца, и сознание этого было подобно удару в грудь, способному прервать дыхание.
Роль вежливого и общительного хозяина давалась графу нелегко, он понял это, сидя за чаем после ужина. Граф ожидал, что родственники Элинор будут полны благоговейного страха, ведь их пригласили на Рождество в Гресвелл-Парк, имение родовитого графа. Он думал, что ему придется использовать весь свой опыт светского обхождения, чтобы гости не чувствовали себя скованно и неловко. Даже шумный приезд, а потом веселое чаепитие и не умолкающие за столом разговоры не насторожили графа. И когда за ужином он увидел их в более официальной обстановке, он опасался, что все они превратятся в неподвижные манекены.
Каково же было его изумление, когда за столом завязалась оживленная и шумная беседа, было много смеха и возгласов. Большинство из гостей предпочитали забыть о правиле этикета – за столом беседовать лишь с ближайшим соседом. Дядя Сэм и дядя Бен в особенности, сидевшие довольно далеко друг от друга, громко обменивались остроумными замечаниями, вызывавшими общий смех.
Его друзей, как показалось графу, это скорее забавляло, и они бросали на него вопросительные взгляды. Кроме Берти, который был поглощен беседой с Речел Трэнсом, дочкой дяди Бена. Да, у дяди Сэма есть сын, Том. Граф старательно попытался угадать, кем тот ему приходится теперь. Ведь, женившись на Элинор, он породнился со всеми ними, ошеломленно думал он и никак не мог осознать это.
Он посмотрел на жену на другом конце длинного стола. Она улыбалась, но, как только их взгляды встретились, улыбка сошла с ее лица, а в глазах появилась враждебность.
Неужели она все делала намеренно, думал граф. И родственников пригласила на Рождество с одной целью – причинить ему неприятность? Или же она сделала это потому, что у нее есть семья и это первое Рождество без отца? Ответ, однако, был очевиден. Судя по ее поведению, трудно сказать, что она все еще печалится, а вот дерзкий подбородок свидетельствует о том, что она бросила ему вызов.
Граф с удовольствием задал бы ей трепку. Он ничего не имел против ее родственников. Они были удивительно жизнерадостные, жизнелюбивые люди. Он просто не знал, что теперь с ними делать и как их развлекать. Одно было ясно: традиционные в его кругах развлечения им едва ли подходили.
А он так ждал этого Рождества, ждал, пожалуй, впервые в своей жизни!
Однако после ужина в гостиной все само собой образовалось, никого развлекать не пришлось. Он собрался распорядиться о том, чтобы расставили карточные столы для старшего поколения, а молодежь собрать у фортепьяно.
Но дядя Сэм вдруг громким голосом спросил свою племянницу, когда же начнется подготовка к сочельнику и к Рождеству. Этого было достаточно, чтобы все стали строить планы, как это сделать. Завтра надо принести из парка все, что там есть зеленого.
– Омелу! – с готовностью подсказала его жена. – У вас растет омела, милорд?
В день рождественского праздника, вспомнил граф, у них на доме всегда появлялся венок из омелы.
– В северной части парка растут дубы, – сказал он, – кажется, там есть и омела.
На этом порешили. Завтра они осмотрят рощу и парк. А заодно выберут рождественское полено для того, чтобы в сочельник торжественно сжечь в камине.
– Нельзя встречать Рождество без полена, – авторитетно подтвердил дядя Бен. – Как вы считаете, Рэнди?
Графу потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что вопрос задан ему. Он крепко сжал губы, чтобы не расхохотаться. Рэнди? Он хотел встретиться взглядом с другом Берти, вернее, попытался сделать это, но тот снова был увлечен беседой с Речел.
– Не означает ли это, что мы все можем теперь называть вас так, милорд? – тут же справилась тетушка Юнис, что-то обсуждавшая с дамами у камина. – Где у вас хранятся рождественские украшения и игрушки, Рэнди? Те, кто завтра предпочтет остаться дома, могут заняться ими.
Боже милостивый! Какие украшения? Ленты, колокольчики и прочая мишура? Где они? Ведь было у них что-то во времена его детства.
– Думаю, на чердаке, миссис, – наконец сообразил граф. – Завтра я велю их достать.
– Нет необходимости занимать этим слуг, – решительно сказала тетя Юнис. – Мы сами их достанем, не так ли, Берил?
Как ты считаешь, Айрин? Зовите меня просто тетя Юнис. Ты пойдешь с нами, Катерина? А ты, Рут? Или боитесь, что начнете чихать от пыли? На чердаках ее всегда много.
Завтра граф с друзьями собирался на охоту и готов был пригласить всех желающих, включая дам. Но тут вдруг выяснилось, что виконт Созерби изъявил желание присоединиться к Тому, Бесси и их детишкам и отправится собирать в лесу остролист для венков. Райт и Бедкомб охотно согласились сопровождать дядю Сэма в поисках рождественского полена. Эта затея привела их в восторг. Знакомый графу мир, кажется, сошел с ума. Боже правый, его дом и парк захватили Трэнсомы, а он, лишившись дара речи, беспомощно наблюдает за этим!
Ему пришла в голову дикая мысль, что после Рождества и отъезда гостей он уже не будет считать этот дом своим. Оглядываясь вокруг, он чувствовал себя как во сне. У Трэнсомов, Уиксов и Галлисов была необычная способность говорить и слушать одновременно. Юный Джордж Галлис, как ему показалось, уже положил глаз на Мейбл Уикс, а та тоже отнюдь не безразлична к нему. Очень интересно.
Когда граф все же решил хотя бы на остаток вечера взять в свои руки организацию досуга, молодые люди сами собрались вокруг фортепьяно, и Сьюзан Галлис охотно согласилась что-нибудь сыграть. И не успел он опомниться, как гостиная наполнилась музыкой, если не быть слишком строгим ее критиком, и пением, ибо все семейство Элинор с энтузиазмом исполняло рождественские песнопения. Созерби и Бедкомб тоже в этом охотно участвовали, как заметил граф. Оказавшись не у дел и чтобы не быть единственным, у кого закрыт рот, он тоже присоединил свой голос к общему хору.
Это Рождество действительно обещало быть самым необычным в его жизни, думал он, обводя взглядом гостиную. Невольно он засмотрелся на свою жену. Она стояла у фортепьяно рядом с Мюриель и Мейбл Уикс, младшей из Галлисов, кажется, Джейн и незваным Уилфредом. Элинор пела. Фаллодену вдруг вспомнились тихие и чинные святки в доме его деда.
Что ж, это семья его жены. Это ее образ жизни. Собираться вместе у таких людей в обычае. И Элинор – частица этих живых, радостных и шумных сборищ, она с ними и одна из них. Только сейчас он стал понимать, какой незнакомой и чужой для нее оказалась ее новая жизнь. Такой же странной, какой кажется ему ее жизнь. Но что-то в ней есть, в этой ее жизни. Что-то влекущее его. И надо признаться себе, Элинор в немалой степени тому причиной.
Он так мало знает о ней, размышлял граф. Очень мало. Думая об этом, он понял, что жаждет узнать ее получше. Ведь она его жена. Они были близки в первую ночь. Но она по-прежнему осталась для него незнакомкой.
Одинокой незнакомкой. К тому же гордой недотрогой и злючкой. Это вызов ему по меньшей мере. Глядя на нее, стоявшую в другом конце гостиной, он почувствовал не просто волнение плоти, но что-то дрогнуло в его сердце. Сегодня утром они повздорили и повздорят, должно быть, и завтра. Но он знал, что все-таки вновь попробует добиться своего. Несмотря на все. Несмотря на ее семью.
Это решение несколько взбодрило его, он даже улыбнулся тетушке Рут и привел ее в трепет, присоединившись к ней и сев рядом.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16

Ваши комментарии
к роману Рождественское обещание - Бэлоу Мэри



Класс!!!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнара
29.03.2012, 7.40





Очень понравился роман!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнастасия
29.03.2012, 13.05





неплохо
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриарина
5.04.2012, 15.47





Очень хороший роман. Показано соприкосновение аристократов и простолюдимнов. И как в жизни -чем проще, тем интереснее. Советую почитать.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриВ.З.-64г.
29.06.2012, 15.47





На эту же тему есть роман в Картленд, но здесь более жизненно и чувственно представлены герои, нет праздной бравады или легкого решения проблем героев...
Рождественское обещание - Бэлоу МэриItis
15.08.2012, 20.50





Очень милый, трогательный, душевный сентиментальный роман!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрикуся
16.11.2012, 8.15





Мне понравилось. Читайте.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКэт
19.10.2013, 16.41





Неплохо.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКетрин
22.10.2013, 15.57





Тяжеловато читалось. Всё как-то грустно у них началось.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриПсихолог
5.11.2013, 11.11





Я уже несколько раз читала этот роман и каждый раз с удовольствием!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрилилия
27.01.2014, 19.47





Хороший и добрый роман.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриН. Т.
15.03.2014, 21.23





согласна. хороший и добрый роман. 10 балов.
Рождественское обещание - Бэлоу Мэритатьяна
16.04.2015, 21.19





Душещипательно
Рождественское обещание - Бэлоу МэриElen
21.04.2015, 12.21





Мне больше импонирует гл. герой, героиня постоянно провоцирует ссоры, а он идет на компромисс, и так весь роман, пока он не признается в своих чувствах. Понравились родственники героини, зажигательные, умеющие жизнь наполнить праздником.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриТаня Д
31.08.2015, 22.35





Не понравилось-чувства ггероев не понятны,все выглядит серо и уныло...
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриелена:-)
3.09.2015, 19.10





Понравился роман. Нет ни серого, ни унылого. Есть два одиночества, которым надо преодолеть гордость, унижение, потерю любимого человека. Им это удалось! И чувства к ним приходят через непонимание, озлобление, примирение. Им опять это удалось! Жаль что молодежь нынче не может прийти к такому пониманию, и браки распадаются.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
10.05.2016, 22.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100