Читать онлайн Рождественское обещание, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.13 (Голосов: 79)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Рождественское обещание

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Со старыми привычками нелегко расставаться, подумал граф, когда рано утром Элинор снова вернулась в дом отца, решив именно здесь написать письма родственникам. Однако когда граф заметил, что лучше бы сделать это на Гросвенор-сквер; она не возразила и, подняв застывший взгляд на мужа, безмолвно согласилась вернуться вместе с ним. Казалось, все здесь стало ей чужим.
Граф устал после бессонной ночи, Элинор тоже не выглядела отдохнувшей, хотя накануне он велел ей немедленно лечь в постель. Сейчас Фаллоден находил ее бледной, вялой, апатичной. Графу снова пришла в голову беспокойная мысль: как бы она повела себя, если бы он подошел и обнял ее? Приняла бы она его сочувствие? Он не был в этом уверен. До сих пор он не мог понять, чем объясняется замкнутость и холодность Элинор – выдержкой и силой воли или же чертами характера? Как граф ни старался, но под застывшей маской не мог угадать человеческих чувств.
– Тело приготовлено к погребению, – тихо промолвил он. – Но пока находится в спальне. Возможно, вы хотите подняться туда?
Элинор ответила не сразу.
– Нет, – наконец сказала она. Ей, видимо, страшно, понял ее чувства граф. Она боится мертвых.
– Если хотите, я поднимусь с вами. Она с испугом посмотрела на него:
– Нет, не надо. Благодарю вас.
– Я пригласил для вас портниху, – сообщил муж Элинор, когда они ехали в экипаже. – Вам не надо будет никуда выходить за покупками. Она сошьет вам все, что положено для похорон и траура. Или, возможно, у вас есть своя портниха?
– Нет, – коротко ответила Элинор. – Мне много не нужно. Несколько платьев на оставшиеся до Рождества недели. В сочельник я сниму траур. И вы тоже должны это сделать, милорд, если вы вообще собираетесь носить траур. Я полагаю, вы не питали особых чувств к моему отцу.
– Вы собираетесь снять траур до Рождества?! – негодующе воскликнул граф. – Ведь и месяца еще не минет! – На последнюю фразу Элинор он предпочел не отвечать.
– Зачем долго носить траур? – спросила она. – Чтобы кому-то что-то доказать? Мне безразлично, что обо мне подумают в высшем свете.
– Уверен, что вам это далеко не безразлично. Иначе зачем вы искали титулованного жениха? Ведь никто не скажет, что вы вышли за меня из-за моих денег?
– Или из-за любви к вам, – отрезала Элинор. – А как вам понравится, если я скажу, что вышла за вас замуж потому, что вы красивы, милорд? Ведь вы знаете, что красивы, не так ли?
– Сейчас не время и не место затевать ссору, – произнес граф, недовольно хмурясь. – Боюсь, я должен настаивать на том, чтобы вы оставались в трауре не менее года, миледи. Я чту память о мертвых. Жаль, что вам этого не дано.
– Отец так хотел, – пояснила Элинор, глядя на него с презрением. – Это его последняя просьба, милорд. Он просил не оплакивать его долго и снять траур до Рождества.
Но теперь, кажется, я должна слушаться только мужа, не так ли? А не отца, к тому же мертвого.
Графу послышалась горечь в словах Элинор. Какие еще доказательства ему нужны, чтобы убедиться в том, что ей безразлично все, кроме нее самой? Он не верил Элинор. Но следует ли возражать ей сейчас? Ведь у нее на всю жизнь останется обида на него за то, что он не позволил ей выполнить предсмертную просьбу отца.
– Что ж, хорошо, – сухо согласился он. – В следующем году у вас не будет ^ выездов в свет, миледи. Во всяком случае, в Лондоне. Мы уедем в Гресвелл-Парк, в наше поместье, и какое-то время поживем там. Боюсь, вам не удастся участвовать в открытии сезона балов будущей весной. Уверен, вы уже строили планы ваших развлечений, не так ли?
Рассерженный, он ничуть не сомневался в том, что угадал ее намерения. Если он не вмешается, Элинор способна хоть сейчас танцевать и веселиться вопреки трауру по отцу.
– Да? Но в моем распоряжении будет Гресвелл-Парк, милорд, а быть его хозяйкой разве не увлекательное занятие? Я имею право всем приказывать, не так ли, милорд? Надеюсь, в местной церкви скамьи вашей семьи с мягкими сиденьями? Я уже предвкушаю, как благосклонно раскланиваюсь с соседями и прохожу у всех на виду к нашим скамьям.
– У вас злой язык, – сердито буркнул граф. – Кто-либо из вашей семьи будет на похоронах, как вы считаете?
– Нет, никого из них не будет, – ответила Элинор. – Большинство родственников отца живут в Бристоле или недалеко от него. Письма не успеют дойти до них, да и до Лондона немалый путь. Можете успокоиться, милорд. Вам не грозит оказаться в окружении вульгарных коммерсантов и фермеров. На похоронах будем лишь я и деловые партнеры моего отца. Все они из Лондона. Думаю, милорд, этого испытания для вас достаточно.
Граф хотел было промолчать, поскольку они подъезжали к дому, но потом решил, что когда-нибудь надо поставить все на свои места, если он намерен чего-либо добиться.
Он не собирался отмалчиваться и выслушивать колкости этой строптивой особы.
– Я думаю, миледи, нам следует прийти к разумному соглашению, – начал он суровым голосом, глядя в лицо Элинор, – нам пора с уважением относиться друг к другу. Мы с вами вступили в брак отнюдь не по взаимному влечению, без обоюдной симпатии, Но мы женаты и останемся вместе до конца жизни. Поэтому будем взаимно вежливы как на словах, так и на деле. Давайте откажемся от обидного сарказма и демонстративных выходок.
Он заметил, как понемногу из глаз Элинор исчезла прежняя враждебность, уступая место настороженности.
– Очень хорошо, – наконец согласилась Элинор.
Любая возможность утешить ее, если она в этом нуждалась, была безнадежно потеряна. Когда они прибыли на Гросвенор-сквер, он помог ей выйти из экипажа, и она тут же поспешила в малую гостиную, чтобы написать письма, а граф поднялся в свою спальню, чтобы поспать хотя бы пару часов. Но он слишком устал. Сна не было.
Ему вдруг захотелось снова пережить последние несколько дней. Жаль, что он раньше не последовал собственному совету и немедленно не установил с женой нормальных отношений, основанных на взаимном уважении. Ему хотелось вновь пережить брачную ночь. На этот раз проявить больше внимания и деликатности к Элинор. Возможно, это ничего не изменило бы в их отношениях. Его жена холодна и сварлива, насколько он может судить по этим нескольким дням их знакомства.
Однако он не забыл, как она неожиданно проявила свой темперамент. Он вспомнил ее неистовство и смелость в любви в ту первую ночь и готов был поклясться, что это женщина, искушенная в любовных ласках, если бы не знал, что Элинор была девственницей. В этом он сам, бесспорно, убедился, вспомнив ее сопротивление, кровь на простынях, а затем сладостное опустошение, когда он окончательно потерял контроль над собой.
Он глубоко вздохнул. Не то чтобы он был доволен тем, как все закончилось, или тем, что это уже случалось с ним и прежде. В близости с женщинами он предпочитал разумность действий, приятный уют и тепло постели. Он раздраженно повернулся на бок и попытался уснуть. Но воспоминания, возбудив его, окончательно прогнали сон.
Все, что говорил граф в экипаже, когда утром после смерти отца они возвращались домой, было разумным. Элинор все больше убеждалась в этом во все последующие дни и недели. Она была рада, что он это предложил, хотя его голос и взгляд могли бы превратить ее в сосульку, как, впрочем, и мысли о том, что отныне она до конца жизни должна подчиняться желаниям этого человека.
И все же она была довольна, что он предложил согласие. Дни, которые им пришлось пережить, были бы трудными при всех обстоятельствах, но они показались бы адом, если бы граф не положил конец откровенной вражде между ними. Теперь она вынуждена видеть его гораздо чаще, чем прежде видела своего отца.
Это оказалось неизбежным. Высокие гости шли непрерывным потоком в течение пяти дней до похорон, да и потом. Всем хотелось увидеть избранницу графа Фаллодена, поздравить молодоженов и выразить соболезнование в постигшем их горе – смерти отца графини Фаллоден. Многими, как догадывалась Элинор, двигало просто любопытство. Им интересно было посмотреть на «мещаночку», поймавшую в свои сети во всех отношениях завидного жениха. Посмотреть на нее, посудачить, раскритиковать ее внешность и манеры и убедиться, насколько она вульгарна.
Иногда Элинор была готова доставить им такое удовольствие, как сделала это на вечеринке у Памелы два года назад, если бы не их с мужем соглашение и его постоянное присутствие рядом. Кажется, он сознательно не оставлял ее одну с гостями, чтобы предупредить возможные неловкие ситуации. Но какими бы ни были его соображения, он всегда был с ней, и иногда она чувствовала, как его рука обхватывает ее талию, когда он представлял молодую жену.
Граф вместе с ней выслушивал слова соболезнования от друзей и деловых компаньонов ее отца, тоже наносивших им визиты. Он даже вежливо беседовал со всеми этими людьми, включая и мистера Симмса с его ужасающим кокни. Ее муж свято соблюдал правила соглашения, как делала это и Элинор.
Это странно успокаивало ее, пока в тиши своей спальни она не задумывалась над реальной стороной создавшейся ситуации. Все это было фасадом, данью светским законам вежливости, способом избежать конфронтации и жить в относительном мире. Это приемлемо и удобно для нескольких дней перед похоронами отца и нескольких недель после. Но Элинор хотелось вернуться к нормальному образу жизни, она ждала того дня, когда сможет возвратиться в отцовский дом. Порой ей казалась невыносимой сама мысль, что все происходящее станет нормой и дом графа будет ее домом. Отца нет, и с графом Фаллоденом ей суждено провести всю жизнь. Рэндольф. Она никак не могла связать это имя с личностью графа. Он навсегда останется для нее графом Фаллоденом.
В их отношениях нет и грана каких-либо чувств, предупредил ее муж. И это была сущая правда! Чувств не было. И все же такая реальность пугала ее. Она выросла в любви и ласке, ее любили все: отец и многочисленные родственники из его семейства. Это особенно проявлялось, когда семья собиралась вместе. А происходило это довольно часто. Но отца больше нет, с его смертью она потеряла и семью. Ее муж никогда не захочет общаться с родственниками отца, ибо сочтет это для себя недостойным. Неужели ее жизнь пройдет без любви и привязанности? Отсутствие их она уже ощутила в эти последние недели и жаждала любви и внимания.
Ее привело в гнев и до боли огорчило страстное письмо Уилфреда, которое он прислал ей как бы в ответ на то, что она написала его отцу. В письме Уилфреда была любовь, которой так жаждало ее истосковавшееся сердце. Но это была запретная любовь.
Возможно, поначалу думала Элинор, если она будет послушной и терпеливой, через год у нее родится ребенок, которому она отдаст переполнявшие ее чувства. Пусть это будет ребенок графа, но и ее ребенок, и маленькая личность сам по себе. Однако эта надежда постепенно угасала: шли дни, а затем недели, но граф не появлялся в ее спальне. Если говорить только о ней, то она была рада этому, так как первые две недели, когда она ложилась спать, ей становилось почти дурно от страха, что в любую минуту он может войти в ее спальню. Разумом она понимала, что без этих до ужаса пугающих ее встреч у них не может быть ребенка.
Ее ждет пустая и бессмысленная жизнь в браке без детей. Будучи в семье единственным ребенком, Элинор всегда мечтала о братьях и сестрах, о большой шумной семье, где было бы пять, а то и шесть детей и много кошек и собак. А еще были бы любовь, веселье и смех!
Первые две недели после похорон отца у нее хотя бы были свободными вечера. После ужина, за которым они с мужем обменивались вежливыми фразами о событиях дня, она уединялась в своей гостиной. Чем занимался в это время граф, оставался он дома или уезжал, она не знала, да это и не интересовало ее. Муж никогда не входил в ее гостиную, расположенную напротив ее спальни и гардеробной. Элинор удалось по-своему обустроить свое маленькое убежище, переставить и заменить кое-что из мебели и добавить то, что она перевезла из родительского дома. Она собрала все свои любимые вещицы.
Здесь она занималась рукоделием и читала, чувствуя себя почти счастливой. Но это длилось недолго.
– Что вы делаете по вечерам? – однажды совсем неожиданно для нее спросил за ужином граф.
– Читаю, – ответила Элинор, – вышиваю или вяжу. Занимаюсь тем, чем положено заниматься настоящей леди, милорд. – Элинор невольно покраснела под его пристальным взглядом. Она редко позволяла себе забывать об их мирном соглашении. – Простите, милорд, – извинилась она.
– В таком случае приносите ваши книги, вышивание или что другое, чем вы занимаетесь, в библиотеку, – сказал граф. – Теперь, когда мы, кажется, научились более терпимо относиться друг к другу, почему бы нам не проводить вечера вместе?
– Хорошо, милорд, – с упавшим сердцем согласилась Элинор, почувствовав отчаяние от одной только мысли, что должна исполнять любой каприз мужа. Жизнь несправедлива к женщинам. Подумав это, она поняла, что явно все сгладила. Как бы реагировал граф, если бы она отказалась от его предложения или согласилась, но с явной неохотой?
Глядя на то, как он кивком велел лакею снова наполнить его бокал, она почему-то подумала, что, во всяком случае, ему не чужды и человеческие порывы, ибо вечера вдвоем создадут хотя бы иллюзию их близости и уменьшат ее чувство полного одиночества.
Она пришла в библиотеку, взяв с собой вышивание, посчитав, что бессмысленно брать книгу, если все равно не сможет сосредоточиться на чтении. Элинор опустилась в глубокое кожаное кресло по одну сторону гудящего, жарко растопленного камина, по другую же сидел граф с открытой книгой на коленях. Склонившись над вышиванием, она тут же поняла, как глубоко ошибалась в своих надеждах. Ее охватило еще большее чувство одиночества, чем в своей гостиной, хотя она сидела в уютной, теплой комнате, а за окнами были первые декабрьские морозы. Ее муж был с ней и удобно растянулся в кресле. Чем не семейная идиллия?
Но все это осталось иллюзией. Они были чужими друг другу, два несчастных одиноких человека, которые, однако, решили во имя здравого смысла вести себя благоразумно и взаимно вежливо. Между ними не было чувств или хотя бы простой человеческой близости. Ей бы и в голову не пришло, даже если бы она захотела, поднять глаза от вышивания и поделиться с мужем чем-то важным и сокровенным или же просто по-женски сболтнуть какую-нибудь глупость.
Однако Элинор все-таки пришлось поднять голову и посмотреть на мужа. Она почувствовала на себе его пристальный, изучающий взгляд. Граф даже забыл о раскрытой книге, лежавшей на коленях.
– Красиво, – промолвил он, указывая взглядом на вышивание в ее руках.
– Спасибо. – Элинор снова опустила голову.
– На Рождество я жду приезда в Гресвелл-Парк четырех своих друзей, – помолчав, сказал граф. – Я пригласил их поохотиться еще до нашей свадьбы. На несколько дней. Возможно, вам угодно, чтобы я отменил приглашение. Это нетрудно сделать, учитывая события – мою женитьбу и то, что вы в трауре по отцу.
Четырех джентльменов! На Рождество повеселиться! Элинор похолодела. Одним из них, конечно, будет сэр Альберт Хэгли.
– Нет, не стоит, – спокойно произнесла она. – Это было бы неприлично, милорд.
– В таком случае, возможно, вы тоже хотите кого-либо пригласить? Подругу или друзей? Вы ни с кем не общались после нашей свадьбы, но у вас, очевидно, есть друзья, не так ли?
– Но никого, кто был бы из вашего круга, милорд, – ответила Элинор. – Никого, с кем ваши друзья пожелали бы общаться.
– Не имеет значения, вы можете их пригласить, – решил граф. – Оставляю это на ваше усмотрение, миледи, приглашайте всех, кто не будет чувствовать себя стесненно в нашем доме.
Это были хорошие слова, и она оценила их. Вежливые. Но в то же время в них звучало бесспорное снисхождение. Она может пригласить друзей при условии, что никто из них, открыв рот, не станет убийцей великого английского языка. Не будет неприлично громко смеяться при каждой шутке и не станет окунать пальцы в соус.
– Благодарю, милорд. Как много друзей я могу пригласить? – спросила Элинор.
– Сколько вам угодно.
Она снова склонилась над вышиванием. Граф молчал. Мысленно она прикидывала, кого же ей пригласить. Ее друзья, наверное, все откажутся от приглашения, предпочитая провести Рождество в кругу семьи. Но должна же она кого-нибудь пригласить, она обязательно это сделает. Элинор вспомнила, что обещала отцу сделать Рождество веселым и радостным праздником. Это едва ли ей удастся, если в гостях будут всего четыре джентльмена.
Да, она найдет кого-нибудь из своих друзей, даже нескольких из них, и сможет пригласить их. А если друзьям ее мужа не понравится общество торговцев и прочих представителей третьего сословия, что ж, она сделает свои выводы. Обещание относительно вежливого поведения касается лишь ее мужа.
Она посмотрела на графа, готовая к военным действиям, если он еще раз проявит обидную снисходительность. Но он углубился в книгу и, кажется, с особым интересом.
На следующий день Элинор все уже решила: на Рождество в Гресвелл-Парк она пригласит двух своих теток, сестер отца, и двух незамужних дочерей одной из них. Тетушка Берил была замужем за фермером, который умер пять лет назад. Он прилежно и много трудился и неплохо обеспечил жену и дочерей, Мюриель и Мейбл. Тетушка Рут жила с ними. Она осталась старой девой.
У них неплохие манеры, подумала Элинор. Они не раз ужинали с лордом Шарплсом, который жил у них на квартире. Тетушка Берил любила похвастаться этим. Элинор стало стыдно, что из всей родни она выбрала самых воспитанных и образованных. Будто это имело какое-то значение и ее беспокоило, что подумают о ней ее муж и его четыре друга. Она искренне любила всех своих родственников. Когда они собирались всей семьей, это всегда было для нее праздником.
Элинор намеревалась уже утром написать им письма, но экономка попросила ее проверить счета. Мужа не было дома и не будет весь день, он предупредил ее об этом за завтраком. Вместе с поверенным отца он завершал его дела.
Элинор решила, что письмами займется после полудня, но опять кто-то приехал. Визитов теперь было не так много, всего один или два в день. Например, приехал мистер Симмс, на сей раз с женой, которая в первый визит мужа не сопровождала его из-за недомогания. Она со священным трепетом оглядывалась вокруг, хотя ее муж был столь же богат, как и отец Элинор. Гостья с облегчением вздохнула, когда узнала, что графа нет дома. Отбыла она лишь тогда, когда доложили о приезде леди Лавстоун с дочерью. Элинор не была с ними знакома.
Леди Лавстоун и ее дочь принесли свои извинения, что не смогли нанести визита раньше… Далее следовал перечень причин, почему они запоздали. Элинор выслушивала все это, улыбаясь то матери, то ее красивой белокурой дочери, которая молча разглядывала Элинор.
– Я была поражена, – щебетала леди Лавстоун, – когда узнала о неожиданной помолвке Фаллодена и его поспешном браке. Разумеется, он был в весьма стесненных обстоятельствах, а ваш отец…
– Мистер Джозеф Трэнсом, – подсказала ей Элинор. Она остро ощущала отсутствие мужа, который обычно помогал ей сдерживать себя. А это было нелегко под взглядом двух пар недружелюбных глаз, не прячущих своего презрения. – Торговец углем, – добавила она для полной ясности.
– Да, да, – кивнула леди Лавстоун. – Надеюсь, вы будете счастливы. Я уверена в этом, леди Фаллоден. Не понимаю, как можно на вашем месте не быть счастливой. Сэра Гектора можно было бы убедить не противиться ухаживаниям Фаллодена за Доротеей, но граф был так стеснен долгами. Кажется, теперь ситуация изменилась к лучшему.
– Да, улучшилась, – согласилась Элинор. – Мой папа был очень богат. – Она опять улыбнулась Доротее Лавстоун и подумала с интересом, любила ли эта девушка ее мужа и любил ли он ее.
– Конечно, – продолжала леди Лавстоун, – были и другие обстоятельства, но они могли бы измениться, если бы граф женился на Доротее. Но это вас не может интересовать, я уверена, леди Фаллоден. Одно из преимуществ людей малообразованных и без должного воспитания – их нечувствительность. Ужасно тяжело, если у тебя чувствительное сердце.
– Полагаю, вы правы, миледи, – ответила Элинор с не сходившей с губ улыбкой. – Поскольку я не получила должного воспитания, то не могу этого утверждать с той же уверенностью, что и вы.
– Поскольку вы в трауре по вашему бедному батюшке, – быстро проговорила леди Лавстоун, – вы не очень страдаете от того, что граф каждый вечер оставляет вас одну. Доротея привыкла к выездам в свет, любит развлекаться. Граф, разумеется, очень осторожен, и это успокаивает. Я слышала, что его… пассия, предмет его интереса на стороне, вполне утонченная особа, хотя, разумеется, я ничего не знаю о женщинах такого сорта…
– Разумеется, – снова с улыбкой согласилась с ней Элинор. – Вы знаете лишь то, о чем делятся между собой жены, и это вполне понятно. Если бы вы знали слишком много и в подробностях, это могло бы только задеть кого-нибудь. Например, если бы стало известно, что любовница намного привлекательнее жены, у нее прекрасная фигура и к тому же она куда лучше в постели, чем жена…
– Доротея, дорогая! – в ужасе воскликнула леди Лавстоун, схватившись за сердце, а у ее дочери глаза стали круглыми, как плошки, и она неловко заерзала на стуле.
– Я отнюдь не уязвлена вашим сообщением, миледи, наоборот, очень довольна, что у моего мужа в этом случае оказался изысканный вкус. Если бы его предметом на стороне оказалась вульгарная особа, это было бы неприлично и унизительно.
– Леди Фаллоден! – вскричала гостья. – Не забывайте, что нас слушает моя дочь.
– Прошу извинить меня, – сказала Элинор, обращаясь и к той, и к другой почти с дружеской улыбкой. – Но поскольку разговор на эту тему начала не я, то, полагаю, миледи, вы сочли его отнюдь не оскорбительным для ушей вашей дочери.
Затем разговор сам собой перешел на погоду, а через пять минут леди Лавстоун поднялась и сделала дочери знак следовать за ней. Визит закончился десятью минутами раньше, чем положено по этикету.
Они ушли явно удовлетворенные, как показалось Элинор. Проводив гостей, она снова села на стул с прямой спинкой. Все их подозрения подтвердились. Граф Фаллоден женился на невыносимо вульгарной дочери торговца… ради денег. Теперь можно всем говорить о том, что он мог бы жениться на Доротее, если бы удалось уговорить сэра Гектора смириться с тем, что у графа ни гроша в кармане и огромные долги. А они могут поздравить себя с победой. Она дала им возможность успешно завершить день визитов.
Элинор поднесла к губам чашку с недопитым чаем, но, не притронувшись, снова поставила ее на блюдце. Рука ее дрожала. Значит, у него есть любовница? Она должна была сама об этом догадаться, ведь он достойный представитель разложившейся аристократии. У него нет строгих нравственных принципов, и он не придерживается правил, которым неукоснительно следуют те, кто принадлежит к ее сословию. Он не станет искать удовлетворения своих желаний в спальне жены.
Но это ей безразлично. Действительно безразлично. Пусть это причиняет боль кому-то другому и оскорбляет того, кому платят за то, чтобы все это терпеть. Пусть проводит свои вечера у любовницы, если ему так хочется. Это позволит ей быть свободной в своем одиночестве. Ей все равно.
Но Элинор тут же вспомнила о тетушке Берил и тетушке Рут, о своих кузинах и причинах, почему именно их она решила пригласить на Рождество в Гресвелл-Парк. Провалиться ей на этом месте, поклялась она себе, чувствуя, как в ней закипает гнев, если она станет подбирать своих гостей по принципу, как бы меньше шокировать графа и его благородных гостей! Будь она проклята, если сделает это!
Она спросила у мужа, сколько гостей ей можно пригласить. Столько, сколько хочет, разрешил он. Что ж, она так и поступит. Он мог бы ее ограничить, но неразумно дал ей волю решать самой.
Элинор недобро улыбнулась и поднялась со стула. Бумага и письменные принадлежности ждут ее в малой гостиной. Впереди у нее много дел.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16

Ваши комментарии
к роману Рождественское обещание - Бэлоу Мэри



Класс!!!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнара
29.03.2012, 7.40





Очень понравился роман!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнастасия
29.03.2012, 13.05





неплохо
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриарина
5.04.2012, 15.47





Очень хороший роман. Показано соприкосновение аристократов и простолюдимнов. И как в жизни -чем проще, тем интереснее. Советую почитать.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриВ.З.-64г.
29.06.2012, 15.47





На эту же тему есть роман в Картленд, но здесь более жизненно и чувственно представлены герои, нет праздной бравады или легкого решения проблем героев...
Рождественское обещание - Бэлоу МэриItis
15.08.2012, 20.50





Очень милый, трогательный, душевный сентиментальный роман!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрикуся
16.11.2012, 8.15





Мне понравилось. Читайте.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКэт
19.10.2013, 16.41





Неплохо.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКетрин
22.10.2013, 15.57





Тяжеловато читалось. Всё как-то грустно у них началось.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриПсихолог
5.11.2013, 11.11





Я уже несколько раз читала этот роман и каждый раз с удовольствием!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрилилия
27.01.2014, 19.47





Хороший и добрый роман.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриН. Т.
15.03.2014, 21.23





согласна. хороший и добрый роман. 10 балов.
Рождественское обещание - Бэлоу Мэритатьяна
16.04.2015, 21.19





Душещипательно
Рождественское обещание - Бэлоу МэриElen
21.04.2015, 12.21





Мне больше импонирует гл. герой, героиня постоянно провоцирует ссоры, а он идет на компромисс, и так весь роман, пока он не признается в своих чувствах. Понравились родственники героини, зажигательные, умеющие жизнь наполнить праздником.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриТаня Д
31.08.2015, 22.35





Не понравилось-чувства ггероев не понятны,все выглядит серо и уныло...
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриелена:-)
3.09.2015, 19.10





Понравился роман. Нет ни серого, ни унылого. Есть два одиночества, которым надо преодолеть гордость, унижение, потерю любимого человека. Им это удалось! И чувства к ним приходят через непонимание, озлобление, примирение. Им опять это удалось! Жаль что молодежь нынче не может прийти к такому пониманию, и браки распадаются.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
10.05.2016, 22.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100