Читать онлайн Рождественское обещание, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.13 (Голосов: 79)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рождественское обещание - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Рождественское обещание

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 16

Боль вернулась, а с нею подавленное состояние и новая горечь утраты, тем более ужасной, что Элинор не могла облегчить ее слезами. Она надеялась, что расплачется, когда покинет гостиную, и даже закрыла лицо руками в ожидании слез, но их не было. Поздно ждать их. Она сдержала слезы тогда, когда умер отец, она не оплакивала его так, как оплакивают дорогих и близких, а теперь уже поздно. Она не могла плакать.
Самый лучший из отцов, как сказал о нем дядя Сэм. Да, он был необыкновенным отцом. Для него, бесконечно занятого делами, поставившего себе целью сколотить состояние, дочь тем не менее была всегда средоточием всех его жизненных интересов. Он неизменно находил для нее время. Она помнила его добрую улыбку, отеческую заботу, ласку и любовь.
«Нам недостает тебя, Джо. Мне недостает тебя, папа! О, как мне тебя недостает!»
Элинор не могла плакать. Повернувшись к лестнице, ведущей в ее комнаты, она вдруг почувствовала, что не хочет уходить к себе, поэтому спустилась в холл и, чуть помедлив у дверей библиотеки, прошла дальше, в оранжерею. Теплая зелень растений, темное звездное небо за стеклом, возможно, помогут ей расслабиться, и она поплачет.
Но от мерцающего неверного света свечей растения казались уныло поникшими, а ночное звездное небо за стеклянным потолком лишь усугубило чувство одиночества. Поставив подсвечник, она обхватила себя руками. Ей было холодно.
Как ей хотелось, чтобы чьи-то теплые руки согрели ее! Элинор невольно снова вспомнила, как того же хотела и ждала, когда умер отец. Но таких рук не нашлось, были они разве что у далеких дяди Сэма или дяди Бена. Любой из них крепко обнял бы свою племянницу, если бы узнал, как ей это нужно. Но она мечтала о других руках. Они, без сомнения, обнимут ее позднее, когда она будет в постели. Тогда будут и успокаивающее ощущение тяжести его тела, и их близость. Но он был нужен ей сейчас.
Элинор горько сожалела о той игре в догадки, которую невольно затеяла на обратном пути из церкви, если это можно назвать игрой. Это не было чем-то продуманным, все получилось совершенно случайно. Вначале она почувствовала облегчение, даже радость, узнав, что никто из них, вступая в брак, не помышлял о какой-либо циничной выгоде, как поначалу думала она. Затем у нее возникло подозрение, что граф намерен во всем винить ее отца и, возможно, даже ненавидит его. И тут она пришла к выводу, что, несмотря на все, это был приемлемый брак, хотя лучше бы его не было.
Однако она все больше начинала ценить его, понимала, что именно этого хотела более всего в своей жизни. Граф – это тот, кого она мечтала встретить. Она почти сразу влюбилась в него, несмотря на ненависть, которую испытывала вначале. Теперь он для нее – все, весь ее мир, и это Рождество, и ее Вифлеемская звезда на ночном небе.
И вдруг эта игра. Она высказала сомнения и ожидала, что он подтвердит их, но в душе хотела, чтобы он возразил ей, сказал, что этот брак тоже очень важен для него, даже стал бы убеждать ее, что он ему необходим. Но он всего лишь согласился с ней. Правда, в этот момент их прервали тетушки Берил и Рут. Он что-то еще собирался сказать ей. Но тех нескольких слов, что сказал, было достаточно.
Их брак для него по-прежнему остается чем-то, что надо терпеть, и оставляет желать лучшего. У него это неплохо получилось. Врожденное чувство благородства, думала она, помогло ему найти приемлемые формы для их отношений, но не более. Никакой настоящей привязанности и, разумеется, любви.
Ей хотелось остаться одной. Элинор не желала более вспоминать о своих мечтах. Сев на стул, она по привычке положила руки на колени. Внутри нее были холод и свинцовая тяжесть. Праздник Рождества закончился.
Но кто-то тихо открыл дверь и, войдя, закрыл ее за собой. Граф поставил свою свечу и подошел к Элинор. Она не подняла глаз.
Но в оранжерее стало чуть светлее и даже теплее.
Граф был уверен, что найдет ее в слезах, однако не удивился, увидев ее застывшей и неподвижной. Она не посмотрела на него и ничем не выдала, что чувствует его присутствие. Она просто сидела и смотрела на свои руки, лежащие на коленях.
Граф вспомнил свою нерешительность в тот вечер, когда умер отец Элинор, а она спустилась в гостиную и сообщила ему об этом. Тогда он подумал, что будет, если он подойдет и обнимет ее. Но теперь он не такой глупец и не столь глух к чужому горю. Тогда он решил, что Элинор бесчувственна и не позволит прикоснуться к себе. Поэтому он не подошел к ней и не обнял ее.
Теперь он понимал, что должен сделать это, какой бы враждебной она ему ни казалась. Элинор нуждалась в человеческом участии. Отказав ей в этом тогда, он совершил непоправимую ошибку и глубоко ранил ее. Он не помог ей дать выход своему горю. Он знал, что это было горе. Знает это и сейчас.
Граф, присев на корточки перед Элинор, взял ее холодные руки в свои. Они были как лед. Он потер их, пытаясь согреть.
– Он был хорошим отцом, Элинор? – спросил он.
– Он любил меня, – ответила она ровным голосом. – А когда тебя все время любят, принимаешь это как должное. Я знала, что отец любил меня так же, как я любила его, но огромность этой любви я по-настоящему поняла лишь тогда, когда лишилась ее.
Граф почувствовал, что сердце в его груди стало тяжелой гирей.
– Вот почему я хотела ребенка, – промолвила Элинор.
Руки ее потеплели в его ладонях.
– У нас будет ребенок, – прошептал он. – У нас будут дети, и в нашем доме будет любовь, Элинор.
– Да, – согласилась она.
– Вам не удалось поплакать? – тихо произнес он.
Элинор впервые посмотрела на него – как-то мимолетно, не остановив взгляда.
– Нет, не удалось.
– В этом виноват я, – быстро сказал он. – Если бы я обнял вас в тот вечер, когда умер ваш отец, вы бы выплакали свое горе и вам стало бы намного легче.
– Мы ненавидели друг друга, – тихо промолвила Элинор.
– Возможно, – согласился граф. – Но если бы я держал вас в своих руках, а вы плакали на моем плече, мы бы меньше ненавидели друг друга. Это помогло бы нам сблизиться и понравиться друг другу.
– А мы нравимся друг другу?
– Да, – ответил граф. – Нравимся. Элинор пожала плечами и снова бросила на него короткий взгляд.
– Видимо, ваш отец понимал, как трудно вам будет в рождественские дни без него. Он и здесь постарался смягчить ваше горе. Он был умным человеком, умел многое предвосхитить, мне кажется.
Элинор снова подняла глаза на него, но на этот раз не отвела их.
– Ваш отец оставил вам подарок, – сообщил ей граф, – и письмо. Он попросил меня вручить их вам в первый день Рождества. Время пришло.
Губы ее дрогнули, но она ничего не сказала. В глазах были страдание и печаль.
– Что мне вручить вам первым? – осторожно поинтересовался граф. Элинор глотнула воздух.
– Письмо, – прошептала она.
Он протянул ей конверт и смотрел, как она распечатывала его. Руки ее дрожали. Граф не сводил глаз с жены, пока она читала письмо. Наконец Элинор опустила руки с письмом на колени и подняла глаза на мужа. Помолчав немного, она отдала ему письмо. "Моя дорогая девочка, – читал граф, – возможно, ты возненавидишь меня, даже не дочитав это письмо до конца, но я должен оправдаться перед тобой, пока жив. У меня очень мало времени, Элли, и одна теперь забота – твое счастье, оно мне дороже всего на свете. Я хочу, чтобы твоя жизнь была связана с достойным человеком. В свое время я сам женился на достойной женщине, твоей матери. Тебе кажется, что таким достойным человеком является Уилфред. Это не так, Элли. Будь это так, я сам вручил бы ему твою судьбу и благословил ваш брак. Не скрою, меня мучили сомнения, что я, возможно, несправедлив, оценивая его характер, что во мне говорит ревность к тому, кто может отнять у меня дочь. И тогда я решил испытать его. Прости меня, Элли, за это! Я предложил купить ему пай в той компании, где он работал клерком, и таким образом сделать его партнером. Но при одном условии: он откажется от своих намерений относительно тебя. Если бы он отверг мое предложение, он получил бы партнерство в судоходной компании и тебя в жены. Но как видишь, он предпочел стать богатым человеком.
Лучше, если ты узнаешь об этом от меня, пока я еще жив. Понимаю, какую боль это тебе причинит, как, пожалуй, и все мое письмо. Я надеюсь лишь на то, что к этому времени ты уже почувствуешь привязанность и нежность к своему супругу, и это позволит тебе забыть детское увлечение Уилфредом. Я выбирал тебе мужа с великим тщанием, Элли, и очень сожалею, что пришлось прибегнуть к принуждению, но беспощадное время заставило меня сделать это. Граф хороший человек, и у него добрые намерения. Он будет заботиться о тебе, хотя бы даже потому, что совестлив и является человеком чести. Но я верю, что к тому времени, как ты прочтешь это письмо, между вами появится и что-то другое. Я уверен, что так будет".
Граф посмотрел на жену. Она молчала, глядя на свои руки, сложенные на коленях.
«Не оплакивай меня так горько, Элли, – заканчивалось письмо. – Я не буду лукавить, мне не хочется умирать. Но время все решает, и мне кажется, что я хочу побыстрее встретиться с твоей дорогой матушкой, которая так мне нужна. Мне не хватает ее. Я словно лишился половины себя, и хочется, чтобы мы с ней опять стали единым целым. Счастливого Рождества, моя дорогая девочка. Среди других звезд с небес на тебя будут глядеть твои мама и папа».
Прочитав письмо, граф положил его на колени Элинор.
– Вас потрясло это письмо? – тихо спросил он.
– Вы об Уилфреде? – промолвила Элинор. – Возможно, это ранило бы меня сильнее, если бы Уилфред не приехал сюда. Так бы и было, если бы он не явился в поместье. Он показал, как дурно воспитан, приехав без приглашения и рассчитывая на мое постоянное внимание, на наши беседы с ним и мою любовь, как это когда-то было. Я разочарована в нем и зла на него.
– Но по-прежнему любите его? – не удержался от вопроса граф.
Наступила недолгая пауза, затем Элинор отрицательно покачала головой.
– Теперь я рада этому. Папа был прав относительно Уилфреда. У моего отца была раздражающая многих черта: он всегда оказывался прав.
– Всегда? – Граф не хотел, чтобы Элинор уловила нотки надежды в его голосе. Это было ее время, а не его. Он перед ней в долгу и обязан вернуть ей то, чего лишил в день смерти отца. Вынув небольшой, обернутый бумагой пакет, он вручил его Элинор.
– Это какое-то ювелирное изделие, – промолвила она, вынув из бумаги небольшую коробочку. – Золото. Медальон на цепочке. Она нажала на кнопку сбоку, и медальон открылся. В нем было две миниатюры.
У графа защемило сердце от тревожного ожидания, как дальше поведет себя Элинор.
– Это портрет моей матери. Отец постоянно носил этот медальон, – взволнованно произнесла Элинор. – После смерти папы я искала его, но не нашла. А это портрет отца, видимо, сделанный недавно, но еще до того, как он стал худеть.
Граф попытался улыбнуться ей, но она, разглядывая портрет отца, даже не подняла голову.
– Папа, – тихо прошептала Элинор. – Ужасно было видеть, как быстро он терял в весе. Глаза его казались такими огромными. – Наконец она подняла взгляд на мужа, в глазах ее блестели слезы. – Как, по-вашему, они уже встретились? Вы верите в загробную жизнь?
– Да, верю, – кивнул граф.
– Папа. – Рука Элинор, державшая медальон, дрожала. Она не отрывала глаз от миниатюры.
Граф взял ее руку, разжав пальцы, вынул из них медальон и надел его ей на шею. Он не взглянул на портрет ее матери, ибо не сомневался, что Элинор похожа на нее. Ни у кого из Трэнсомов не было таких темно-бронзовых волос, разве что у дочери дяди Гарри Джейн, и таких зеленых глаз.
Встав, он взял ее за локоть, привлек к себе и заключил в объятия, словно хотел согреть. Трепет ее тела перешел в дрожь, и Элинор громко и безудержно разрыдалась. Рыдания ее были мучительно горькими и ранили его душу. Он чувствовал, как глаза пощипывает от навернувшихся слез и перехватило горло. Он тихонько качал ее, как мать качает дитя, бормотал что-то успокаивающее, произносил слова, которые потом не мог вспомнить. Он словно пытался каплю по капле передать ей свою любовь и свои жизненные силы.
* *
Элинор казалось, что боль разорвет ее сердце надвое. Невыносимо было видеть живое лицо отца на портрете, каким он был до того, как роковая болезнь стала разрушать его. Невыносимо было сознавать, что он ушел навсегда и никогда больше она не увидит его, не поговорит с ним, не услышит его голос.
Боль, однако, постепенно отпускала ее, словно уходила, смытая слезами. Элинор чувствовала, как успокоение и тепло наполняют ее сердце. Что-то настойчиво возвращало ее к жизни, говорило ей, что она должна позволить уйти горьким воспоминаниям, что у нее теперь есть ради кого жить и кому отдавать свою любовь. Последние всхлипы затихли, Элинор прижалась щекой к влажному от ее слез плечу мужа и закрыла глаза, ощущая покой, которого так давно уже не знала.
– Хорошо же я веду себя в первый день Рождества, – наконец прошептала она.
– Только так вы и должны были встретить этот день, – успокоил ее граф. – Проститься с отцом, которого вы так любили. Лучше всего было сделать это в Рождество.
Элинор подняла голову, вытерла ладонью мокрый нос и посмотрела на мужа.
– Вы так хорошо все понимаете и так добры, – промолвила она. – А ведь вы должны меня ненавидеть. О, как я, должно быть, ужасно выгляжу! И нос красный и мокрый.
Граф вынул свой носовой платок и, отстранив ее протянутую руку, сам осторожно промокнул платком ее заплаканное лицо, а затем отдал платок ей, чтобы она хорошенько высморкалась.
– Носик действительно покраснел, – проговорил он и, склонив голову набок, лукаво посмотрел на жену. На его лице играла добрая улыбка. – И все же вы по-прежнему красивы. Вам уже лучше?
Элинор кивнула:
– Да, лучше. – Но ей стало неуютно, когда он отнял руки. Она с надеждой посмотрела на него. – Вы действительно верите в то, что мы нравимся друг другу?
Граф утвердительно кивнул и еще раз улыбнулся.
– Вначале было ужасно, не правда ли?! – воскликнула она.
– Тут мы оба виноваты, – рассудительно сказал граф. – Помимо того, что мы ничего не знали друг о друге да и не хотели этого брака, мы вдобавок ко всему были еще ужасно предвзяты друг к другу, и Бог знает что каждый думал о другом. Словно все аристократы и люди торгового сословия совершенно одинаковы, как горошины в стручке. Какими глупыми мы были, вам не кажется?
– Да, – несколько неуверенно согласилась Элинор. – Но Доротея Лавстоун…
– …хорошенькая, избалованная и немного глуповатая светская барышня, – перебив ее, добавил граф. – Сейчас я даже не вспоминаю о том, что когда-то она мне нравилась.
– О! – вздохнула Элинор.
– Кто-то, кажется, дядя Сэм, категорически запретил открывать рождественские подарки до завтрашнего утра. Но я хочу сейчас, сегодня же, вручить вам свой подарок. Это, в сущности, совсем не рождественский подарок, потому что я купил его для вас сразу же после свадьбы, желая, как мне в то время казалось, искупить свою вину перед вами, но так и не осмелился вручить его вам. Теперь я рад, что не сделал этого, ибо тогда он не значил бы столько, сколько значит сейчас.
Он достал из кармана совсем небольшую бархатную коробочку, гораздо меньше той, в которой был отцовский медальон, и протянул его Элинор. Открыв ее, она увидела кольцо с бриллиантом.
– Всего один драгоценный камень в золотой оправе, – сказал граф. – Мне он показался таким, прекрасным, и я не захотел, чтобы его обрамляли другие камни. Тогда я еще не сознавал, что он будет похож на мою жену, одну и единственную.
Когда Элинор подняла глаза на мужа, они были полны слез. Взяв кольцо, граф надел его на ее палец рядом с обручальным, которое, как он помнил, так неохотно надевал на непокорный палец невесты при венчании в церкви.
– Спасибо, – прошептала Элинор, не зная, благодарит она его за кольцо или за добрые слова. – Оно так красиво.
– Помните, Элинор, как совсем недавно я говорил вам, что любовь придет, если у нас будет ребенок. Если у нас будут дети. Но это не все. Любовь уже пришла, я влюбился в злючку-колючку и хочу, чтобы она это знала. Но пусть вас это не пугает. Мне кажется, что и я тоже немножко вам нравлюсь и вы захотите иметь от меня детей, наших детей, и полюбите их. А этого мне будет вполне достаточно. Поверьте, я буду этим удовлетворен.
Элинор с трудом верила своим ушам, но, посмотрев мужу в глаза, поняла, что он говорит чистую правду.
– В таком случае скажите, как вы любите меня, – не выдержав, попросила она.
– О, разве для любви есть какая-то мера? Ее можно выразить в словах? Как я люблю вас? Люблю всем телом, сердцем и душой. Звучит глупо, не так ли?
– И вы будете удовлетворены, получая от меня гораздо меньше?
Граф улыбнулся и, наклонившись, поцеловал ее.
– Да, буду удовлетворен.
– Лжец! – не выдержала Элинор. – Я же этим никогда не удовлетворюсь. Я останусь самой острой колючкой для вас на весь остаток жизни. Я не дам вам покоя. Я буду ссориться с вами каждый день и каждую ночь до конца нашей совместной жизни, если вы не полюбите меня так, как я люблю вас. Мне нравится, какие вы нашли слова для любви. Всем своим телом, сердцем и душой я тоже люблю вас, Рэн… О, как трудно произнести имя, которое я не произносила со дня венчания, почти целых полтора месяца! Я люблю вас, Рэндольф. Ну вот, наконец я вам все сказала. Я люблю вас.
Они смотрели друг на друга с глупейшими растерянными улыбками на лицах, какие бывают от неожиданно сделанного открытия. Наконец Элинор звонко и счастливо рассмеялась. Ее переполняла такая радость, что она едва удерживала себя от какого-нибудь неблагоразумия.
Те же чувства испытывал и граф, но он нашел им иной выход. Он закружил Элинор в бешеном вихре танца, осыпая ее лицо страстными поцелуями.
Наконец они остановились и подождали, когда пройдет головокружение и земля станет твердой под их ногами. Граф для большего равновесия уткнулся лбом в лоб Элинор.
– Видите?! – воскликнул он. – Ваш отец и здесь оказался прав. Невероятно, вам не кажется?
– Да, – радостно согласилась Элинор. – Но как он мог все это предвидеть? Ведь мы с вами с первого взгляда возненавидели друг друга.
– Я подозреваю, – загадочно промолвил граф, – что ваш отец впервые решил рискнуть. И выиграл. Мне кажется, что он был как царь Мидас, от одного прикосновения которого все превращалось в чистое золото.
– Рэндольф, – промолвила Элинор, легонько касаясь пальцами его волос. – Как вы думаете, наша звезда все еще светит нам сегодня? Или она уже где-то над яслями с младенцем Христом?
Они подошли к широкому окну оранжереи. Мириады звезд смотрели на них с ночного неба, и все они были яркими. Как найти среди них ту, что светила им вчера? Граф указал на одну из них, которая сияла совсем не над ними.
– Вот она, – показал он. – Теперь она не над нами, Элинор, как была вчера. Но она все же привела нас в Вифлеем. Помните, как об этом сказал вчера ваш дядя Бен? Звезда, которая приведет вас к миру и надежде. И любви.
– Папа хотел, чтобы у нас было счастливое Рождество, – тихо сказала Элинор. – Вы думаете, он предвидел, что так и будет?
– Не сомневаюсь, – ответил граф. – Кстати, который сейчас час? Половина первого ночи? Два? Еще позднее? Если мне удалось убедить вас, во-первых, в том, что я люблю вас сердцем, во-вторых, в том, что люблю вас всей душой, то позвольте мне убедить вас в том, как я люблю вас, и, в-третьих…
– Только в том случае, если вы и мне позволите это доказать вам. Отныне, Рэндольф, я не буду оставаться безучастной, когда вы будете любить меня!
Граф тихонько хмыкнул.
– Счастливого Рождества, моя любовь! – произнес он.
– Счастливого Рождества, – ответила Элинор, – моя любовь. – Улыбаясь, она протянула мужу руку.
– К тому же мы не должны забывать о рождественском обещании. Разве не самый удобный случай выполнить его сейчас?
Сказав это, он сжал ее пальцы своей теплой рукой.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Рождественское обещание - Бэлоу Мэри

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16

Ваши комментарии
к роману Рождественское обещание - Бэлоу Мэри



Класс!!!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнара
29.03.2012, 7.40





Очень понравился роман!
Рождественское обещание - Бэлоу МэриАнастасия
29.03.2012, 13.05





неплохо
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриарина
5.04.2012, 15.47





Очень хороший роман. Показано соприкосновение аристократов и простолюдимнов. И как в жизни -чем проще, тем интереснее. Советую почитать.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриВ.З.-64г.
29.06.2012, 15.47





На эту же тему есть роман в Картленд, но здесь более жизненно и чувственно представлены герои, нет праздной бравады или легкого решения проблем героев...
Рождественское обещание - Бэлоу МэриItis
15.08.2012, 20.50





Очень милый, трогательный, душевный сентиментальный роман!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрикуся
16.11.2012, 8.15





Мне понравилось. Читайте.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКэт
19.10.2013, 16.41





Неплохо.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриКетрин
22.10.2013, 15.57





Тяжеловато читалось. Всё как-то грустно у них началось.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриПсихолог
5.11.2013, 11.11





Я уже несколько раз читала этот роман и каждый раз с удовольствием!
Рождественское обещание - Бэлоу Мэрилилия
27.01.2014, 19.47





Хороший и добрый роман.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриН. Т.
15.03.2014, 21.23





согласна. хороший и добрый роман. 10 балов.
Рождественское обещание - Бэлоу Мэритатьяна
16.04.2015, 21.19





Душещипательно
Рождественское обещание - Бэлоу МэриElen
21.04.2015, 12.21





Мне больше импонирует гл. герой, героиня постоянно провоцирует ссоры, а он идет на компромисс, и так весь роман, пока он не признается в своих чувствах. Понравились родственники героини, зажигательные, умеющие жизнь наполнить праздником.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриТаня Д
31.08.2015, 22.35





Не понравилось-чувства ггероев не понятны,все выглядит серо и уныло...
Рождественское обещание - Бэлоу Мэриелена:-)
3.09.2015, 19.10





Понравился роман. Нет ни серого, ни унылого. Есть два одиночества, которым надо преодолеть гордость, унижение, потерю любимого человека. Им это удалось! И чувства к ним приходят через непонимание, озлобление, примирение. Им опять это удалось! Жаль что молодежь нынче не может прийти к такому пониманию, и браки распадаются.
Рождественское обещание - Бэлоу МэриЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
10.05.2016, 22.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100