Читать онлайн Просто незабываемая, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Просто незабываемая - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.18 (Голосов: 39)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Просто незабываемая - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Просто незабываемая - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Просто незабываемая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Лусиус поднимался по лестнице с двумя свечами в высоких подсвечниках, а Фрэнсис, взяв с собой одну, забежала к себе в комнату, чтобы найти в дорожной сумке шаль.
Накинув шаль на плечи, она со свечой пошла в танцевальный зал.
«Все это ужасно глупо», – думала Фрэнсис. Неужели они действительно будут танцевать? Без общества, без музыки, без тепла?
Нет, тепла было предостаточно, а безрассудство порой может действовать удивительно возбуждающе. Держась за концы шали, Фрэнсис старалась унять сердцебиение, пока Лусиус, не сводя с нее глаз, снова пересекал комнату.
– Сударыня? – Он повторил тот же галантный, чрезвычайно артистичный поклон, который сделал внизу, и поднял одну бровь. – Я уверен, этот танец мой.
– Несомненно, сэр. – Низко присев в реверансе, она вложила свою руку в его и почувствовала, как теплые пальцы снова крепко сжали ее ладони.
Они оба разговаривали и вели себя легкомысленно, словно это была какая-то забавная проделка.
Но в ней не было ничего забавного.
Она воспринималась как откровенный грех.
Но ей-богу, они же всего лишь собирались просто танцевать вместе.
Лусиус провел Фрэнсис на середину зала и остановился лицом к ней.
– Признаюсь, я не слишком силен в исполнении вальса. Ну-ка посмотрим. По-моему, правая рука идет сюда.
Не отпуская взгляда Фрэнсис, он скользнул рукой по ее талии и остановился на спине. Даже сквозь шерстяное платье и белье Фрэнсис почувствовала тепло его руки – и у нее снова началось сердцебиение.
– А моя левая рука идет сюда. – Она положила руку на его широкое плечо, на несколько дюймов возвышавшееся над ее собственным – и у нее задрожали коленки.
– И... – Он поднял левую руку и обе брови.
– Вот. – Она вложила руку в его ладонь.
Внезапно шаль показалась Фрэнсис совершенно лишней, хотя вдыхаемый воздух был прохладным. Фрэнсис с ужасом осознала, что широкая грудь мистера Маршалла, скрывающаяся под великолепно пошитым сюртуком, белоснежной рубашкой и модно завязанным шейным платком, находится всего в нескольких дюймах от ее груди и что его лицо так близко от нее, что она чувствует тепло его дыхания. .
Неудивительно, что кое-кто все еще считает вальс непристойным танцем – хотя в школе он таким не казался.
А ведь они еще даже не начали танцевать.
– Музыка, сударыня? – Его голос был низким и даже немного хриплым.
– О Господи! – Фрэнсис не была уверена, хватит ли у нее дыхания.
Ей приходилось петь, когда она нервничала, – конечно, не так нервничала, но все же... Важно глубоко дышать диафрагмой, постепенно выпуская накопленный воздух, а не горлом, откуда мышцы вытолкнут его одним коротким свистом.
Фрэнсис закрыла глаза, чтобы хоть немного избавиться от напряжения, и вспомнила ритм и то удовольствие, которое получала, вальсируя с мистером Хакерби, великолепным танцором, несмотря на то что он был весьма беспокойным человеком и от него всегда сильно пахло ландышем.
Некоторое время Фрэнсис тихо напевала для самой себя, а потом открыла глаза, улыбнулась мистеру Маршаллу и запела в полный голос, выделяя начало каждого такта.
Правая рука Лусиуса в ритм слегка похлопала Фрэнсис по спине, а потом замерла, и он повел Фрэнсис в вальсе – сначала короткими, несмелыми шагами, а затем все более решительно, и уже через минуту они двигались плавно и уверенно, кружась до тех пор, пока Фрэнсис не стало казаться, что горит дюжина свечей, хотя их было только три.
Она смеялась.
Он тоже.
И в конце концов они, конечно, сбились с ритма, потому что Фрэнсис на мгновение перестала напевать.
Потом она снова запела, и вскоре ей стало совершенно ясно, что Лусиус, должно быть, покривил душой, заявив, что не слишком силен в вальсе. На самом деле он прекрасно знал танец и, более того, чувствовал его красоту и ритм. Его левая рука, сжимавшая руку Фрэнсис, держала ее высоко поднятой, а правая, сместившись к выемке на спине, с такой уверенностью направляла партнершу в замысловатые па и головокружительные повороты, что Фрэнсис казалось, будто ее ноги двигаются сами по себе, едва касаясь деревянного пола.
Фрэнсис подумала, что их танец не мог бы быть более возбуждающим, даже если бы они находились в теплом, ярко освещенном парадном зале, полном гостей в пышных вечерних нарядах, а музыку исполнял бы большой оркестр.
К тому времени, когда мелодия подошла к концу, Фрэнсис едва дышала. Она чувствовала, что раскраснелась, что улыбается, что счастлива, и ей было жаль, что танец закончился. Лусиус не отрываясь смотрел ей прямо в глаза. Его глаза блестели странным блеском, а губы были плотно сжаты, придавая подбородку еще более мужественный и волевой вид. Фрэнсис чувствовала жар его тела и запах мужского одеколона.
– Ну вот, теперь вы не можете сказать, что на рождественские праздники не посетили бальный зал или что вам не удалось повальсировать.
– Что, я больше не смогу упиваться жалостью к себе?
– Нет, если я, конечно, соответствую вашим представлениям о хорошем танцоре.
– О, вы намного превосходите мистера Хакерби, – заверила его Фрэнсис.
– Подхалимство вас далеко заведет, мисс Аллард. – Его обе брови дугой выгнулись вверх. – Отдышались? Уверен, что тур состоит более чем из одного танца, а я, если помните, получил ваше согласие на целый тур. Быть может, на этот раз что-нибудь более медленное?
Внезапно она с пугающей ясностью поняла, что это приключение почти подошло к концу. Завтра в это время их уже не будет в гостинице: она, вероятно, уже вернется в школу, а он отправится куда-то в Гэмпшир, как он сказал.
Она больше никогда его не увидит.
Но они должны станцевать вальс еще раз – последний раз. Фрэнсис абсолютно точно знала, что воспоминаниями об этом дне и об этом вечере будет жить еще долго – возможно, всю оставшуюся жизнь, и почти не сомневалась, что сначала эти воспоминания будут причинять боль, хотя, несомненно, по прошествии некоторого времени станут доставлять радость.
Она вспомнила мелодию еще одного вальса, более медленного, которую мистер Хакерби использовал в начале обучения. Прежде Фрэнсис не понимала всей ее красоты, и только когда начала напевать ее, сначала потихоньку, а потом все громче, почувствовала, как она мучительно красива, как бесконечно романтична, как западает в душу.
Фрэнсис поняла, что так же безрассудна, как ее подопечные школьницы, – она по уши влюбилась в мистера Маршалла.
На этот раз она танцевала, закрыв глаза. Они двигались более медленными, длинными шагами, их вращения были более плавными, и Фрэнсис в конце концов стало казаться совершенно естественным, что пальцы правой руки Лусиуса передвинулись выше, чтобы привлечь ее ближе, и что ее собственная рука, скользнув по его плечу, легла ему на затылок. Фрэнсис сочла, что будет удобнее положить свою правую руку на теплую ткань его сюртука выше сердца и держать ее там, касаясь щекой его щеки и приглушив голос до тихого мурлыканья. Прижавшись к груди Лусиуса, Фрэнсис животом почувствовала его карманные часы и ощутила исходившее от него тепло.
А затем они остановились, и Фрэнсис перестала напевать.
И это воспринялось ею как самая естественная вещь на свете, как будто то, что произошло вчера, неминуемо должно было случиться, как будто все было заранее предрешено. Фрэнсис чувствовала себя так, словно находится там, где ей положено быть, где она всегда будет. И не имело значения, что более здравомыслящая, более практичная часть ее натуры протестовала, требуя, чтобы ее услышали, – Фрэнсис ничего не желала слушать. Вся остальная ее жизнь будет разумной, но сейчас, в данный момент, Фрэнсис нашла кое-что поважнее, чем рассудок, – она нашла себя, нашла то, что искала всю свою жизнь, о чем мечтала и в реальном существовании чего сомневалась.
– Фрэнсис, – глухо пробормотал Лусиус у самого ее уха. От звука ее имени, слетевшего с его губ, у Фрэнсис по спине побежали мурашки, и ее всю, с головы до пят, обдало жаром.
– Да. – Повернув голову, она улыбнулась ему и убрала руку с его затылка, чтобы погрузить пальцы в его короткие кудрявые волосы. И тогда она поняла, что означает тот странный, яркий блеск его глаз, хотя, конечно, никогда раньше этого не знала. Это было желание – откровенное, необузданное желание.
А потом он нагнул к ней голову, закрыл глаза и поцеловал ее.
Прежде Фрэнсис уже целовали, целовал мужчина, которого, как ей казалось, она любит. Но это было совсем не то, что сейчас, ах, безусловно, совершенно не то. Обняв ее, Лусиус пальцами одной руки стиснул пучок волос у нее на затылке, а другой рукой, опустившейся ниже талии, интимно прижал Фрэнсис к себе. Своими губами он попытался раскрыть ее губы, приглашая ее к большей близости, и, когда она открыла рот, его язык скользнул внутрь, погладил ее язык и коснулся неба.
Фрэнсис прильнула к нему, обхватив руками его мускулистый торс; она вся горела – от волос на макушке до ногтей на пальцах ног, и если бы можно было еще ближе притянуть его к себе, она это сделала бы. Фрэнсис нисколько не сомневалась, что он искусный и опытный любовник, но, как ни странно, это совсем не отпугнуло ее, а только вызвало в ней трепет.
– Лусиус.
Опустив голову, он коснулся губами впадинки у ее ключицы, а его руки сквозь шерсть платья и шаль накрыли ей груди, слегка сдавив их и вызвав в них боль желания.
– Я хочу вас, – подняв голову, сказал он у самых ее губ. Его волосы слегка растрепались, а светло-карие глаза были полны страсти. – Я хочу уложить вас в постель, хочу сорвать с вас эту одежду.
Фрэнсис не так далеко зашла в своем безумии, чтобы такое прямое заявление не оскорбило ее. Наступил момент окончательного решения – она это понимала. Лусиус не станет ее насиловать – это она тоже понимала. Существовали всяческие возможные опасности и моральные аспекты, способные удержать ее от последнего шага, и мистер Маршалл в конечном счете был немногим больше, чем незнакомец. Она почти ничего о нем не знала и, несомненно, будет горько раскаиваться, что поддалась искушению, с которым героически боролась начиная с прошлого вечера.
Но за те несколько секунд, которые прошли, прежде чем она ответила, Фрэнсис поняла, что пожалеет и всегда будет жалеть, если ей не хватит смелости довести это приключение до его логичного конца. Либо она решится и попробует запретный плод, либо всю ночь будет целомудренно метаться и ворочаться в своей одинокой постели и потом вечно сожалеть о том, что сказала «нет».
Кроме того, сказав «нет», она превратится в обманщицу. Она зашла далеко – слишком далеко, – чтобы делать вид, будто их обоих удовлетворил всего лишь поцелуй.
– Да. – Ей показалось, что этот хриплый голос принадлежит не ей, а кому-то другому. – Я тоже этого хочу.
Так было легче: произнести эти слова, иметь собственное желание, собственную свободу выбора – это и ее собственное безумие.
– Будет хорошо, – пообещал он и, снова притянув ее к себе, накрыл губами ее губы. – Фрэнсис, это будет незабываемая ночь.
В этом Фрэнсис ни мгновения не сомневалась.
Уходя в комнату Фрэнсис, они не взяли с собой свечу, но Уолли проявил редкую инициативу и без приказания зажег в камине спальни огонь, который бросал теплые отсветы на стены, на потолок – и на кровать. И только войдя в спальню и закрыв дверь, Лусиус понял, как было холодно в танцевальном зале.
С потемневшими от желания глазами, впившись зубами в нижнюю губу, Фрэнсис повернулась к нему лицом и, вскинув руки, обняла его за шею. Лусиус дотянулся до пучка волос на затылке чопорной школьной учительницы и, нагнув голову, с жадностью поцеловал ее.
Он говорил себе, что это не соблазнение и даже не похоже на соблазнение, что она сама того желает. Но это не было и простым плотским развлечением с добровольным партнером, чтобы скоротать одинокую ночь. Он желал ее, однако если бы его заставили выразить словами то чувство, которое он испытывал к Фрэнсис, Лусиус затруднился бы. Как правило, ему не нравились ни высокие, ни темноволосые женщины, он восхищался миниатюрными блондинками и любил, чтобы у них были мягкие, округлые, женственные формы и кожа цвета английской розы. Фрэнсис Аллард не обладала ни одним из этих качеств.
Но он хотел ее так, как до нее редко хотел какую-нибудь женщину.
Его пальцы умело вытащили шпильки, и волосы, густые, прямые, длиной почти до талии, каскадом рассыпались по плечам Фрэнсис, блестя в свете камина. Обрамляя ее лицо, они делали девушку похожей на мадонну эпохи Возрождения. В этот момент для Лусиуса не существовало женщины прекраснее и желаннее. Погрузив пальцы в ее волосы, он стиснул ее затылок и повернул Фрэнсис к себе лицом.
– Они великолепны, а вы так безжалостно прячете их, – сказал он. – Это преступление против человечества.
– Я школьная учительница, – ответила она, легонько целуя его в щеку и подбородок.
– Только не в эту ночь. – Склонившись, он снова завладел ее губами. – Сегодня вы моя женщина.
– А вы сегодня мой мужчина. – Запрокинув голову, Фрэнсис посмотрела ему в глаза. Ее взгляд был полон желания.
Что ж, он тоже чувствовал себя возбужденным до предела.
– Да, сегодня. – Он поцеловал ее в веки, потом снова в губы и в ямочку у основания шеи. – На эту ночь, Фрэнсис.
Сняв с нее шаль и отбросив ее в сторону, он расстегнул платье Фрэнсис и почувствовал, как задрожали – но совсем не от холода – ее пальцы, сжимавшие его волосы.
Лусиус коснулся ее теплой гладкой кожи, слегка влажной от желания, и стал спускать платье с плеч и дальше с рук, пока оно не упало на пол. Тогда, чуть отодвинув Фрэнсис от себя, он взглянул на нее сверху вниз. Девушка носила нижнее белье, но на ней не было корсета – этим, вероятно, и объяснялось то, что он считал ее груди маленькими, пока не накрыл их руками в бальном зале; они не были чересчур пышными, но, несмотря на это, казались чрезвычайно соблазнительными. Фрэнсис была прекрасно сложенной, стройной, с длинными руками и ногами, а распущенные густые, очень темные волосы делали ее гораздо моложе.
Лусиус медленно вдохнул и, повернувшись к кровати, откинул одеяла.
– Садитесь.
Когда Фрэнсис села, он обнял ее за голые плечи и, склонив голову, поцеловал в плечо у самой шеи – от нее исходил волнующий запах мыла и женщины. Затем он опустился перед ней на одно колено, а на другое поставил ее ногу, чтобы скатать и снять чулок, и, сделав это, наклонился вперед и поцеловал внутреннюю часть ноги у колена, потом красивой формы икру, потом пятку и подъем.
– О да. – Ее голос прозвучал низко и хрипло. Лусиус взглянул вверх, чтобы улыбнуться Фрэнсис, но она сидела, упершись обеими руками в кровать, откинув назад голову и закрыв глаза, а ее восхитительные волосы спадали позади нее на постель, рассыпаясь по белой простыне.
Когда он встал, чтобы снять с себя одежду, Фрэнсис легла на кровать, но глаз не открыла и не отвернулась. Она лежала, свободно вытянув руки вдоль тела и чуть повернув голову к Лусиусу, слегка согнув одну ногу и поставив ступню на простыню.
Он не мог понять, как еще вчера считал ее худой и непривлекательной. Сегодня ее красота была столь совершенной до последней мелочи, что у него перехватило дыхание.
– Кровать очень узкая. – Фрэнсис протянула к нему руки.
– А зачем нам нужна широкая? – Он склонился к ней и, обхватив Фрэнсис за талию, поцеловал. – Половина ее пустовала бы.
– Повторю то, что вы сказали недавно о вальсе. – Она запустила пальцы ему в волосы. – Должна сознаться, мой опыт в такого рода занятиях весьма ограничен.
– Или, возможно, его вообще не существует? – Поцеловав Фрэнсис в кончик носа, Лусиус заглянул ей в глаза.
– Что-то вроде этого, – согласилась Фрэнсис.
– А у меня не было опыта чистить картошку. – Он потерся носом об ухо Фрэнсис и почувствовал, как она задрожала.
– Но в конечном счете она получилась изумительно вкусной.
– Я думаю точно так же, – тихо шепнул он ей в ухо. Фрэнсис снова приблизила его губы к своим губам, и страсть, которая раньше времени положила конец их вальсу и привела их к этому моменту, мгновенно вспыхнула с удвоенной силой. Он целовал ее, глубоко проникая языком в тепло ее рта, лаская, поддразнивая и возбуждая Фрэнсис. Ее изящные руки с длинными пальцами коснулись его, сначала легко и несмело, а потом дерзко, настойчиво, жадно.
Они начали занятие любовью горячей, страстной, неистовой прелюдией. Когда губы Лусиуса, сомкнувшись вокруг соска Фрэнсис, вобрали его в себя, а его рука, скользнув между ее бедрами, добралась до горячего влажного лона и пальцы стали ощупывать и поглаживать его, Фрэнсис перевернулась на спину, а он лег сверху, придавив ее к кровати своим не таким уж маленьким весом. Фрэнсис не нужно было упрашивать раздвинуть ноги; она подняла их вверх, стройные и мускулистые, и, обхватив ими его бедра, сплела их с его ногами. Просунув под нее руки, Лусиус расположился удобнее и решительно, но как мог медленно вошел в нее.
Однако Фрэнсис не позволила ему сделать скидку на ее неопытность и прижалась к нему, так что он прорвал барьер и погрузился в нее гораздо глубже и быстрее, чем намеревался. Напряженная, горячая и влажная, она, обхватив его руками за ягодицы и хватая ртом воздух, притянула Лусиуса к себе.
Кровь стремительно бежала по его венам, и Лусиусу казалось, что его сердце, как барабан, громко стучит у него в ушах.
– Спокойно, – прошептал он и замер внутри ее, стараясь обрести контроль над собой, а потом склонился к ее губам: – Расслабьтесь. Я доставлю вам удовольствие, Фрэнсис, и не как школьник на своем первом свидании.
К его изумлению – и восхищению, – она рассмеялась, и он почувствовал, как ее тело содрогнулось от смеха и внутренние мышцы сжались вокруг него.
– О, Лусиус, вы уже доставляете мне удовольствие, уже! Он молча поцеловал ее, их исступленное слияние на мгновение ослабло, Фрэнсис закрыла глаза, откинула назад голову, расслабила мышцы, и он смог перейти к медленным размеренным движениям. Вскоре он ощутил, что она внутри становится все жарче и податливее, и почувствовал, что подходит все ближе и ближе к собственным пределам.
Но он не менял темпа. Предвкушение наслаждения доставляло огромное удовольствие, а Фрэнсис оказалась великолепным, чутким и страстным партнером. После нескольких первых минут она начала двигаться вместе с ним, ее внутренние мышцы уловили ритм и отвечали его толчкам, а бедра медленно покачивались, доставляя наслаждение, граничащее с болью, – даже опытные куртизанки, с которыми ему доводилось иметь дело, были менее искусны.
Но в конце концов она перестала себя контролировать и только тихо стонала при каждом его проникновении, конвульсивно сжимая мышцы. Лусиус почувствовал, что она становится все горячее, услышал ее прерывистое дыхание, ощутил, как ее руки и ноги крепче сжимают его, и стал двигаться быстрее и погружаться глубже.
Невероятно, чтобы девственница в первый же раз ощутила оргазм, женщины вообще редко достигают оргазма – оба эти утверждения он, конечно, слышал от других мужчин, но Фрэнсис Аллард доказала, что они были абсолютно не правы.
Она стремительно пришла к сокрушительному завершению, каждый мускул ее тела напрягся, она кричала и содрогалась у Лусиуса в объятиях. Ее взлет на вершину волны страсти, а потом бурное окончание явились для Лусиуса настоящим чудесным подарком. Прежде с ним редко случалось такое, хотя он знал многих женщин, которые геройски шли на притворство.
Дождавшись, пока Фрэнсис затихнет, еще лежа под ним, он получил собственное удовольствие, снова и снова погружаясь в нее, пока не наступил блаженный момент освобождения, а потом, вздохнув у ее щеки, расслабленно опустился на теплое мягкое тело Фрэнсис.
«Что ж, это подходящий конец для приключения – используя ее выражение, – которое было странным и непредсказуемым с самого начала», – подумал Лусиус, через несколько минут перекатившись на спину и притянув Фрэнсис к себе, но мысли у него путались, не желая мириться с тем, что это был конец, и он решил подумать обо всем утром.
Фрэнсис поняла, что даже не по уши, а с головой влюблена в Лусиуса Маршалла – еще вчера самого отвратительного и вздорного джентльмена на свете. Едва не засмеявшись вслух, она улыбнулась ему в плечо.
Конечно, Фрэнсис давала себе отчет в том, что это не настоящее чувство. Здесь не было никаких прочных, долгих любовных отношений, о которых подчас можно услышать или прочитать, ведь она только что познакомилась с Лусиусом и на самом деле совсем его не знает. Ему каким-то образом удалось выведать несколько деталей ее жизни, но о своей собственной он рассказал удивительно мало. То, что произошло между ними сегодня ночью, было всего лишь примитивным плотским желанием. Фрэнсис не строила на этот счет никаких иллюзий и не стыдилась в этом признаться. Возможно, позже и придет стыд, но не сейчас, потому что сейчас она была слишком счастлива.
Они лежали на узкой кровати, сплетя руки и ноги; Лусиус спал, а Фрэнсис изо всех сил пыталась уснуть.
Она старалась, отчаянно старалась удержать мгновение, насладиться ощущением влюбленности и физической близости, более восхитительным, чем все, что она могла бы себе представить.
Фрэнсис ожидала, что потеря невинности причинит боль, – так и было, когда Лусиус первый раз вошел в нее, и в течение нескольких минут после того, как начал двигаться внутри ее. И еще она ожидала, что будет ужасно смущена. Как можно не смутиться, если задуматься над тем, что на самом деле происходит? Однако же не случилось ни того ни другого.
Это было намного чудеснее всего, что она испытала в своей жизни, и до сих пор оставалось чудесным.
Ей было тепло и уютно. Фрэнсис ощущала обнимавшую ее сильную руку Лусиуса и его крепкую ногу, просунутую между ее ногами, чувствовала рядом с собой его мускулистое тело, и ее грудь прижималась к его груди, покрытой легкой порослью волос. Вдохнув запах одеколона, смешанный с его особенным мужским запахом, Фрэнсис подумала, что ни один аромат не может быть и вполовину так притягателен.
Странная мысль!
«Хорошо, – подумала она, придвинувшись ближе к нему и пристроив голову у него под подбородком, вызвав у Лусиуса протестующее сонное ворчанье, – что у меня никогда не будет никого, кого я могла бы сравнить с ним». Возможность выйти замуж – или хотя бы возможность случайной любовной связи, коли на то пошло, – не так часто выпадает на долю школьных учительниц. Когда-то у нее был шанс заключить удачный брак, даже счастливый, но те времена давно прошли.
Фрэнсис смертельно устала, но продолжала бороться со сном. Ведь эта ночь была тем, что должно остаться у нее на всю будущую жизнь. Каждый раз, когда она вспоминала, что на следующий день она окажется в собственной постели на Дэниел-стрит в Бате, она чувствовала приступ паники.
Может быть, если она не уснет, эта ночь никогда не кончится.
Какая глупость!
Несчастье – предчувствие неизбежно ожидающей Фрэнсис чудовищной, безутешной боли – неясно вырисовывалось под покровом усыпляющего счастья.
Но она подумает обо всем на следующий день, когда у нее не будет выбора.
– Холодно? – раздался низкий, сонный голос.
Огонь в камине уже погас, но Фрэнсис было уютно, как никогда.
– Нет.
– Очень жаль. Я бы придумал, как вас согреть, если бы вы замерзли.
– Я замерзла, – заверила его Фрэнсис, тихо усмехнувшись.
– Вы бессовестно лжете, сударыня, но мне это нравится. Итак, мне нужно придумать какой-то способ согреть вас – и себя. Несомненно, вы можете сказать, что я тоже дрожу. Есть предложения?
Убрав голову из теплой норки, Фрэнсис поцеловала его в губы – у него был восхитительный рот, большой и решительный, обещавший все удовольствия.
– М-м... – протянул Лусиус. – Продолжайте думать. «Дело не просто в его физической привлекательности, – решила Фрэнсис, – хотя в этом ему не откажешь». Но сегодня она открыла в нем ум, чувство юмора и образованность и в результате смогла почувствовать симпатию к нему как к человеку, а не только как к мужчине. При других обстоятельствах – если бы они имели побольше времени – они, вероятно, могли бы стать друзьями. Но время – это то, чего у них не было. Во всяком случае, его было не много – всего лишь остаток ночи.
Фрэнсис приподнялась на локте, чтобы горячее поцеловать его, но неожиданно две сильные руки подхватили ее за талию и подняли вверх, а потом Лусиус, перевернувшись на спину и подвинувшись на середину кровати, опустил ее прямо на себя.
– Вот так лучше. Вы как хорошее теплое одеяло. – Он накрыл их обоих с головами настоящими одеялами и поцеловал ее долгим, уверенным поцелуем.
О да, еще оставалась часть ночи.
Высвободив голову, Фрэнсис потерлась губами о его шею, слегка прикусила кожу, а потом уперлась руками ему в плечи и приподнялась, скользнув сосками по его груди.
Она широко раздвинула ноги, чтобы можно было поставить колени по обе стороны его бедер и таким образом получить большую свободу двигаться, касаться Лусиуса, ласкать его, исследовать его тело ладонями, пальцами, ногтями, губами, зубами и языком. Он лежал неподвижно и позволял ей делать все это, изредка отзываясь глухим довольным мычанием. А потом она животом ощутила, что его естество становится больше и тверже, и принялась тереться об него, пока ей не стало казаться, что кто-то, должно быть, зажег в комнате дюжину огней.
Чувствовать свою власть над ним, знать, что они снова займутся любовью, что она играет ведущую роль, – все это необычайно возбуждало Фрэнсис, но в конце концов Лусиус взял все на себя. Положив руки ей на бедра, он задержал ее над своей восставшей плотью, а потом направил вниз, хотя в этом не было необходимости. Фрэнсис опускалась на него все ниже, пока не почувствовала, что снова наполнена им – удивительно, восхитительно наполнена.
Она склонилась над Лусиусом, так что ее волосы рассыпались по ним обоим, и заглянула ему в глаза, едва различимые в слабом свете, падавшем сквозь окно, а потом, снова перенеся вес на колени и упершись руками ему в грудь, начала двигаться, поднимаясь, опускаясь и задавая пьянящий ритм любви.
– О да, – шепнул он Фрэнсис, – оседлай меня.
Это была пугающая и эротическая картина. Фрэнсис снова и снова садилась на него верхом, а когда у нее уже не осталось сил, она отдалась его рукам, вернувшимся к ней на бедра. Удерживая ее неподвижно, Лусиус глубоко вошел в нее и оставался там до тех пор, пока что-то внутри Фрэнсис не раскрылось ему навстречу, вспыхнув миллиардами разноцветных искр, а затем превратилось в совершенное умиротворение.
Она оставалась на коленях, пока он не кончил, а потом опустилась на него, вытянув ноги вдоль его тела. Он заботливо натянул на нее одеяло и обнял – они все еще не разъединились.
«Так вот что такое счастье, – сонно подумала Фрэнсис. – Не удовлетворенность, а счастье».
А завтра...
Но слава Богу, Фрэнсис уснула.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Просто незабываемая - Бэлоу Мэри



Бред, скукотень, еле дочитала, герои идиоты
Просто незабываемая - Бэлоу Мэриокс
1.02.2012, 10.07





Не согласна. Роман интересен.Хорошо показано развитие любви. Советую почитать.
Просто незабываемая - Бэлоу МэриВ.З.64г.
28.06.2012, 16.01





Интересный роман, гг-ю в напористости и наглости не откажешь, а вот гг-ня под конец начала утомлять своим упрямством.
Просто незабываемая - Бэлоу Мэрикуся
12.11.2012, 11.47





Роман хорош и поучителен.Прочтите и научитесь добиваться своей цели.
Просто незабываемая - Бэлоу МэриТатия
23.04.2014, 0.22





Просто бред.Не советую читать.Ни сколько не захватывает.Герои раздражают.
Просто незабываемая - Бэлоу МэриКира
1.05.2014, 18.20





А мне понравился!
Просто незабываемая - Бэлоу МэриНаталья 66
7.05.2014, 13.40





Главная героиня дура ей богу)))бесит((( была бы у меня перед глазами вокзала не пожалев сил))ДУРАААААААА больше не чего сказать))
Просто незабываемая - Бэлоу Мэришушан
6.05.2015, 14.27





Герой, нет слов бесподобен,,а героиня , как писали читали дура...
Просто незабываемая - Бэлоу МэриМилена
10.12.2015, 16.08





Очень понравился роман. Ггерой-молодец! Добился таки своего!
Просто незабываемая - Бэлоу МэриНа-та-лья
12.12.2015, 19.52





Мне роман не понравился 6/10. Проблемы высосаны из пальца - сама придумала, сама обиделась, сама решила, сама передумала. Скучно, затянуто.
Просто незабываемая - Бэлоу МэриНюша
14.12.2015, 22.54





Мне роман не понравился 6/10. Проблемы высосаны из пальца - сама придумала, сама обиделась, сама решила, сама передумала. Скучно, затянуто.
Просто незабываемая - Бэлоу МэриНюша
14.12.2015, 22.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100