Читать онлайн Неотразимый, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неотразимый - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неотразимый - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неотразимый - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Неотразимый

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 23

– Что ж, – заговорила наконец Лавиния после того, как они с Иденом какое-то время шли молча, держась друг от друга на почтительном расстоянии, – могу только сказать, что сегодня получилось лучше, чем вчера. Вчера точно ничего не вышло. Софи вернулась в коттедж спокойная и веселая. И за весь вечер ни разу не упомянула о Натаниеле.
– А это обнадеживающий знак? – спросил Иден. Лавиния подняла глаза к небу.
– Очевидно, вы исходите из убеждения, что женщины – взбалмошные создания, поэтому часто сами себе противоречат?
– Должен признаться, это довольно нервирует. Никогда не знаешь, чего ожидать от женщины.
– Может, если бы мужчины были более искренними, и женщинам не было бы нужды так поступать.
Они продолжали идти вперед, вынужденные сократить расстояние между собой до двух футов, когда дорожка сузилась. В лесу царили восхитительная прохлада и благодатная тишина.
– Следовательно, нам лучше всегда говорить открыто, рискуя заработать звонкую оплеуху? – поинтересовался Иден.
– Кажется, вы опасаетесь, что подобное может случиться с вами, лорд Пелем. Возможно ли, чтобы вы утратили так свойственную вам уверенность в своей способности очаровывать женщин?
– Возможно другое, – осторожно сказал он, поглядывая на нее сбоку, – а именно что у меня имеются кое-какие не очень приличные мысли, которые ни одна настоящая леди не пожелала бы выслушать.
– О Боже, прости мне эти приступы негодования! – приложив руку к груди, воскликнула Лавиния. – Но я забыла… Кажется, сэр, мы с вами уже установили, что я ненастоящая леди. Во всяком случае, вы уже не однажды дали мне это понять.
– Разве? – Он поднял брови и коснулся ленточки монокля. – Неужели я позволил себе настолько неджентльменский поступок?
– Полагаю, вы настолько же не джентльмен, насколько я не леди.
– Боже, даже не верится! Сегодня мы с вами прямо высказываем свое мнение. Так вы довольны своей ролью деревенской старой девы?
Она насмешливо взглянула на него:
– А вы довольны своей ролью светского холостяка?
– Туше! – Он повертел монокль на ленточке и осмотрелся вокруг: – Это место как будто создано для флирта, не правда ли?
– О, безусловно, – согласилась она. – Господь Бог создал все эти деревья и поляны исключительно для этой цели.
– Постыдно нарушать планы Всемогущего. Теперь уже Лавиния искоса посмотрела на него.
– Скоро нас нагонит Нат, – сказала она. – Он наставит вам синяков, если застанет вас на шесть дюймов ближе ко мне.
– О, не думаю! То есть я хочу сказать, что он не скоро еще нас нагонит. Он будет слишком занят Софи. И на вашем месте я бы не очень ждал быстрого появления Кена и Мойры. Они нарочно оставили нас с вами наедине. Это был двойной заговор. Они думали, что я ни о чем не догадаюсь, но уж своих-то друзей я вижу насквозь.
Лавиния остановилась и возмущенно воззрилась на него.
– Значит, они специально оставили нас наедине? – с негодованием переспросила она.
– Ну да, – сказал он. – Вам следовало бы приучить себя смущаться не так сильно. Вот теперь лицо у вас стало таким же, как и волосы.
– Я вовсе не смущена, сэр! – Она метнула на него гневный взгляд. – Я в бешенстве. Кто это придумал оставить меня с вами наедине?
– Очевидно, Кен и Нат, – сказал он. – Ну и, конечно, Мойра. Все это затеяно не без ее участия. Больше того, может, этот план принадлежит полностью ей одной. Интересно, под каким предлогом ей удалось заставить Кена вернуться домой?
– В таком случае, – Лавиния едва дышала от возмущения, – в таком случае, сэр, я возвращаюсь в свой коттедж. И предлагаю вам тоже вернуться в дом. До свидания.
– Лавиния, – сказал он и поднял к глазу монокль.
– Не припоминаю, сэр, чтобы я давала вам право называть меня по имени!
– Пользуясь вашим же выражением, скажу лишь: «Постарайтесь не быть смешной, Лавиния», – лениво протянул он.
– Ну и ну! – только и смогла она сказать. Казалось, девушка забыла, что уже распрощалась с ним и теперь могла быстро уйти. Ведь он не удерживал ее силой.
– Вот именно, – сказал он. – Если наши друзья, включая вашего опекуна, считают, что мы можем составить пару, не кажется ли вам, что мы должны более внимательно обдумать этот вопрос? Например, попытаться выяснить, что навело их на эту мысль?
– Я скорее составила бы пару с жабой! – отрезала Лавиния.
Он пожевал губами, обдумывая ее слова.
– Честно говоря, сомневаюсь, – сказал он наконец. – Полагаю, вы хотели бы, чтобы вас убедили.
– Можете полагать все, что вам угодно, сэр. А я завтра серьезно поговорю с Натом.
– Поцелуйте меня, – неожиданно попросил Иден.
Лавиния хотела что-то сказать, но передумала.
– Зачем? – настороженно спросила она.
– Потому что я мечтаю об этом с того, последнего раза, – признался он, – потому что если завтра я уеду, не обговорив с вами одно дело, ваш образ будет меня преследовать всю жизнь. Потому что вы – единственная женщина в мире, которая приручила меня. И если кому-то и суждено приручить вас, то, подозреваю, это буду я. Потому что я лю… О черт, я и так сказал слишком много. Поцелуйте же меня!
– И скольким же женщинам вы произносили эту речь? – спросила она, прищурив глаза.
– Одной, только вам.
– Я вам не дикое животное, чтобы меня приручать.
– Я тоже, – сказал он. – Вы намерены меня поцеловать?
– Не знаю.
– В чем вы так не уверены? – Он сделал шаг к ней, она отступила на шаг назад, затем спохватилась, шагнула вперед, так что они оказались почти лицом к лицу.
– Я не доверяю вам – потом вы станете насмехаться надо мной за то, что я попала в западню. Если вы хотите целоваться, тогда сами меня поцелуйте.
Он исполнил ее желание. А затем, когда они оторвались друг от друга, чтобы не задохнуться, снова приник к ее губам.
А потом, когда чуть позднее они откинули головы и посмотрели друг на друга так, словно хотели удостовериться в том, что это именно они, она поцеловала его.
– Вот это другое дело, – сказал Иден, когда они снова смогли дышать. – Теперь вы не скажете, что безразличны ко мне.
– Это был обыкновенный поцелуй, – дрожащим голосом произнесла она.
– Нет уж, Лавиния! Я неплохо разбираюсь в таких делах. Это необыкновенный поцелуй. Вы готовы уехать завтра со мной и никогда уже сюда не возвращаться?
Она не сводила с него изумленного взгляда.
– Я и сам не могу свыкнуться с этой мыслью, – признался он. – Я с ужасом думаю о том, что должен буду вернуться в свое поместье, в котором впервые оказался всего месяц назад, и устроить там дом. У меня возникла еще более головокружительная идея привезти туда жену и остепениться всерьез – и даже, если поможет Бог, устроить в собственном доме детскую. И я сделаю это, если вы поедете со мной. Помогите мне все это устроить.
– Как смешно! – проговорила Лавиния без обычного пыла.
– Да, – не стал он спорить, а просто снова ее поцеловал. – Ну что ж, – сказал он наконец. – Мы перейдем к делу или так и будем стоять да целоваться?
– О, – сказала она, – мы перейдем к делу, милорд. Только не надейтесь, что я буду вам покорной женой.
– Покорной женой? – произнес он с отвращением. – Что за ужасная мысль! Я ожидаю… Нет, я настаиваю хотя бы на одной ссоре в день. Начинать будем за завтраком. И назови меня Иденом.
– Иден, – сказала она.
– Какая покорная у меня жена! – Он усмехнулся и заглушил ее возражения поцелуем. – А теперь, думаю, нам пора спуститься к озеру и посмотреть, не закончили ли свое свидание Нат и Софи. Если они уже освободились, пожалуй, я намекну Нату, что завтра утром явлюсь к нему в библиотеку с официальным визитом. Думаю, он будет так ошеломлен, что лишится дара речи.
– Иден, – сказала Лавиния, придержав его, когда он двинулся с места, – скажи мне это.
– Что? – Он сделал недовольную гримасу.
– То, что ты еще не сказал. Скажи. Я хочу это услышать.
– Ты все-таки решила настоять на своем, – нахмурившись, заметил он.
Лавиния ослепительно улыбнулась.
– Боже! – воскликнул он. – Не делай этого слишком часто, пока мы не встанем рядом перед алтарем – или не ляжем в постель для новобрачных. С меня достаточно. А теперь посмотрим, как это получится. – Он откашлялся. – Значит, начинаем. Я тебя люблю. Ты это хотела услышать? Надеюсь, я не напрасно прошел через эти мучения только для того, чтобы узнать, что тебе нужно было услышать совершенно другое.
– Нет, именно это, Иден. Это звучало великолепно. Можешь повторять это каждый день после того, как мы поженимся, чтобы твой язык привык к этой фразе – лучше каждое утро за завтраком. Я тоже тебя люблю.
– Несправедливо, – возмутился он. – Ты это так легко выговорила!
Лавиния положила голову ему на плечо, и он обнял ее за талию.
– Да, легко, – засмеялась Лавиния. – Очень легко. Знаешь, Иден, я всегда боялась любви. И никогда не мечтала просто выйти замуж, как этого хотят почти все женщины. Я жила в мире поэтических грез, мечтала о настоящей, глубокой любви. Наше чувство будет настоящим, оно должно быть таким. Скажи мне сейчас, что это не так, и мы с тобой расстанемся и дальше пойдем каждый своим путем. Только никогда не возвращайся, даже чтобы увидеться с Натом. Если ты сейчас уйдешь, то уходи навсегда.
Иден долго держал ее в своих объятиях и ничего не говорил.
– Вот сейчас ты действительно заставила меня растрогаться, – наконец признался он. – Для меня это тоже настоящее чувство, Лавиния. Я никогда не думал, что такое может произойти со мной. И даже не хотел этого. Не думай, что я вообразил свою любовь, потому что решил завести жену. Я никогда и не хотел жениться. Да, мое чувство к тебе настоящее, подлинное. Я очень тебя люблю.
– Я знала, – сказала она, уткнувшись в его плечо, – что заставлю тебя повторить это, если постараюсь.
Они рассмеялись. Но оба понимали, что ее слова шли от самого сердца, и так же понимали, что Иден не променял бы свою свободу ни на что иное, кроме глубокой и верной любви.
– Пойдем попробуем найти Ната, – сказал он.
– Хорошо. – Она отодвинулась и разгладила платье, потом робко посмотрела на него. – Неужели это ты? И все это я проделала с тобой?
– Это я, – подтвердил Иден смущенно, предлагая ей опереться на его руку. – Нужно будет как можно скорее разделаться с нашей свадьбой. Ты еще ничего не знаешь, дорогая моя, об интимных вещах. Ну вот, я так и знал, что опять заставлю тебя краснеть.
– М-да, попал в собственную ловушку, – пробормотал себе под нос Натаниель.
– Что? – обернулась к нему София, смотревшая вслед Кеннету и Мойре.
– Да нет, это я так просто… Пойдем, я покажу тебе озеро и беседку. Это мой самый любимый уголок в парке. Там можно и поплавать, и покататься на лодке. А еще мне очень нравится просто сидеть в беседке, смотреть на воду и о чем-нибудь мечтать.
Они приближались к берегу озера, затененному свисавшими над водой гибкими ветвями ив.
– Да, здесь действительно очень красиво, – согласилась София. – У тебя замечательный дом и поместье, Натаниель.
И отныне Боувуд будет принадлежать только ему. Он так ждал этого дня, мечтал о полной свободе. Но сегодня достижение мечты казалось ему бесплодной победой.
И он боялся надеяться.
– А вон и беседка! – Натаниель указал вправо, на небольшое строение из серого камня в стиле греческого храма, окруженное колоннами и украшенное резным фронтоном. – Не правда ли, есть что-то смехотворно-помпезное в том, что этот величественный архитектурный стиль приложен к столь незначительному по размеру сооружению? Недаром такие беседки называют «глупостями».
– Но она очаровательно смотрится на фоне озера и деревьев, – с улыбкой сказала София.
Натаниель повел Софию к беседке. От дома ее целиком скрывал холм, густо поросший деревьями. А с каменной скамьи внутри беседки были видны только берег, гладь озера и лес за ним, так что человек чувствовал себя здесь в уединении.
София вошла внутрь беседки и присела на скамью. Натаниель остановился снаружи, заложив руки за спину, и смотрел на Софи, откровенно любуясь ею. Она тем временем с восхищенной улыбкой осматривалась вокруг, отметив расставленные вдоль низких каменных стен беседки вьющиеся и ярко цветущие растения в горшках.
– Софи, дорогая моя, – сказал Натаниель, – ты замечательно выглядишь. Тебе удивительно идет это светлое платье, и, кажется, ты немного подстригла волосы и теперь иначе их укладываешь. Хотя должен признаться, мне очень нравилось, когда они такой роскошной густой массой спадали ниже талии.
Она на минутку повернулась к нему и улыбнулась.
– И ты немного поправилась, – сказал он и смущенно засмеялся. – Вообще-то для женщины это не комплимент, но тебе это очень идет.
И снова по губам Софии пробежала легкая улыбка, и она перевела взгляд на озеро.
– Замечательная была свадьба, не правда ли? – проговорила она. – Джорджина выглядела такой красивой и счастливой. Ты должен радоваться за нее. И наконец-то все праздничные хлопоты остались позади.
– Да, завтра к этому времени уже разъедутся почти все гости. А через несколько дней Боувуд будет принадлежать мне одному.
– Наверное, думать об этом очень приятно.
– Софи, – он прислонился к одной из колонн, – скажи, ты счастлива? Тебе в самом деле так хочется уехать в Глостершир или в любое другое место, где тебя никто не знает, и начать новую жизнь?
– Конечно, – не оборачиваясь, проговорила она. Тот же вопрос и тот же ответ, которыми они обменялись вчера.
– А ты знаешь, зачем я привел тебя сюда? И почему вчера познакомил со всем домом?
Она настороженно повернула к нему голову, но промолчала.
– Честно говоря, я не хотел, чтобы ты приезжала. И послал тебе приглашение, зная, что ради своих родственников ты сочтешь себя обязанной его принять. Но в глубине души надеялся, что ты найдешь какой-нибудь удобный предлог и откажешься.
София стремительно поднялась со скамьи.
– Мне не хотелось видеть тебя у Лавинии, приглашать тебя вчера на чай, я не хотел даже, чтобы ты входила в дом.
– Дай мне уйти, – сказала София. – Мне нужно возвращаться к Лавинии и упаковать свои вещи. Эдвин намерен уехать завтра с самого утра.
Она шагнула к выходу, но он не двинулся с места.
– Но когда ты здесь оказалась, я понял, что все это время думал о тебе. И мне захотелось, чтобы весь дом наполнился воспоминаниями о твоем посещении, чтобы после отъезда твой образ представал передо мной в каждой комнате, в каждом его уголке. В библиотеке ты коснулась спинки моего кресла, провела рукой по моему столу, стояла у окна и любовалась открывающимся оттуда видом. Эти картины будут вечно жить в моей памяти.
София снова опустилась на скамью.
– Мне захотелось привести тебя в эту беседку, чтобы потом я мог садиться на то место, где сегодня сидела ты, и представлять, что ты все еще здесь.
– Натаниель, пожалуйста…
– Да, да, я понимаю. Я веду себя не очень благородно, отягощая твою душу своими признаниями. Я буду чувствовать себя виноватым, зная, что расстроил тебя. Но кажется, мне будет еще хуже, если позволю тебе уехать, так и не признавшись, что всегда буду благодарен тебе за то, что ты все-таки приехала.
Низко опустив голову, София молчала, но он заметил, как на ее сложенные на коленях руки упала слеза, затем другая. Она поспешно смахнула слезы со щеки. Нагнувшись, чтобы не удариться о низкий дверной проем, Натаниель шагнул в волшебную полутьму беседки, наполненную игрой света и тени от отраженного озерной гладью солнечного света, пронизанную ароматом цветов, в котором преобладал запах душистого табака.
– Я тебя огорчил… Прости меня. – Он поставил ногу на край скамьи и оперся о колено рукой, близко склонившись к Софии.
– Натаниель… Что ты хочешь мне сказать… всем этим?
– Что я тебя люблю!
– В тебе говорят всего лишь сочувствие, жалость, давняя привязанность, – с горечью сказала София. – Подумай о том, кто я такая, Натаниель. Я дочь простого торговца углем и сестра такого же торговца. Я никогда не отличалась ни красотой, ни элегантностью, ни остроумием. Тогда как ты… У тебя есть все – родовитость, богатство, имение, элегантность, шарм, красивая внешность. Ты можешь иметь… Разве ты не замечал, как на тебя смотрят женщины… леди? Очень красивые женщины, равные тебе по положению.
Наконец он решился, положил руку ей на плечо и начал ласково ее поглаживать.
– Софи, тебе причинили страшный вред, – заговорил он. – Жаль, что я не встретил тебя, когда тебе было всего восемнадцать лет. Я нашел бы в тебе красивую девушку, с наивным восторгом ожидающую от жизни только прекрасного. Я нашел бы в тебе девушку, которая верит, что у нее есть все, чтобы отдать это человеку, который ее полюбит. И уже тогда я бы понял, какую бесценную драгоценность я нашел. А может, и нет, может, тогда мне не хватало бы жизненного опыта и я не смог бы все это оценить. И может быть, тебе тоже нужно было перенести все те страдания, которые выпали потом на твою долю. Доверься самой себе, доверься любви. Может статься, ты так и не сможешь меня полюбить. Что же делать? Но я уверен, что когда-нибудь найдется человек, который будет тебя достоин, и ты полюбишь его. Я желаю тебе этого от всей души.
Она коснулась его руки, которая лежала у нее на плече.
– Натаниель, – проговорила она голосом, звенящим от сдерживаемых слез. – Мне нужно кое-что сказать тебе… Нечто, что покажется тебе неприятным и обременительным… Хотя я поклялась себе, что никогда тебе об этом не скажу. О, прости меня, Натаниель!
Он поднял ее лицо и долго смотрел в подернутые слезами глаза.
– Софи? – прошептал он.
– Я говорила, что знаю, как… этому помешать… говорила, что этого никогда не произойдет. Но в ту, последнюю ночь – я знала, что она будет нашей последней ночью, – я решила, что это будет самая замечательная ночь за всю мою жизнь. Так оно и было… Но я… я забыла о… практических мерах. Натаниель…
Он не дал ей договорить, приникнув к ее губам своими. – Господи! – выдохнул он. – Господи, Софи! Ты ждешь ребенка?
– Это не имеет значения, – торопливо заговорила она. – Я поеду куда-нибудь, где могу сказать, что я вдова достойного человека. Ты не думай, я очень рада будущему ребенку и действительно очень счастлива, потому что на всю жизнь у меня останутся незабываемые воспоминания. Но что ты делаешь?!
Натаниель подхватил ее на руки и вышел с ней из беседки на солнечный свет. Там он усадил ее на берег, затененный низко склонившимися ивами, в уютном местечке дальнего уголка сада, где воздух был напоен ароматами трав и цветов, согретыми мягким августовским солнцем, где неумолчно гомонили птицы и стрекотали насекомые. Сам же встал рядом и устремил взгляд за озеро.
– Я хочу кое-что знать, – сказал он. – Теперь ты, конечно, выйдешь за меня замуж, как только я получу лицензию. Я сказал, когда у нас завязались интимные отношения в Лондоне, что ты станешь моей женой, если у тебя будет ребенок. Но я хочу знать о твоих чувствах ко мне. Мне нужно это знать. Скажи мне правду, умоляю, Софи!
Она долго молчала. С замиранием сердца он ждал ее ответа, понимая, что она будет с ним честной и откровенной. Вместе с тем он знал, что Софи чужда эгоистичность, знал, что у нее особое к нему отношение, и поэтому она постарается найти слова, чтобы как можно меньше его ранить.
– Я помню, как впервые тебя увидела, – наконец заговорила она. – Это было на вечере в Лиссабоне, который давал полковник Портер. Уолтер представил меня всем офицерам. Я подумала, что из них Кеннет, Рекс и Иден – самые красивые и обаятельные. Ты в это время стоял ко мне спиной и с кем-то разговаривал. Но когда Уолтер произнес твое имя, ты обернулся, поклонился мне, когда он представил нас друг другу, и улыбнулся. Наверняка тебе говорили, что перед твоей улыбкой невозможно устоять. В тот же момент и на всю жизнь ты покорил мое сердце, с тех пор оно принадлежит тебе. Однажды ты одолжил мне свой платок, и я оставила его у себя. Я хранила его между веточками лаванды и часто доставала, чтобы посмотреть на него и прижать его к лицу. Это было, как ты понимаешь, изменой по отношению к Уолтеру. После его смерти я спрятала платок подальше. Я думала, что больше никогда тебя не увижу. Я думала, что всю жизнь мне придется только с тоской вспоминать о тебе, пока два года назад не получила твое письмо, а этой весной не встретилась с тобой в Гайд-парке.
Натаниель обернулся и пристально посмотрел на Софию, которая ответила ему открытым взглядом.
– Я пыталась убедить себя, – продолжала она, – что любовная связь с тобой поможет избавиться от наваждения. Но наверное, с самого начала понимала, что, решившись на нее, я тем самым полностью переверну свою прежде такую спокойную и размеренную жизнь. Я боялась сюда приехать, Натаниель, боялась увидеть тебя. Хотя с первого же момента приезда бережно собирала каждую крупицу впечатлений, чтобы потом всю жизнь представлять тебя в той обстановке, в которой ты живешь. И нарочно дотрагивалась до изголовья твоего кресла, до стола, за которым ты работаешь. Я сидела в беседке, где сидел ты, и смотрела на озеро, которым ты так часто любуешься.
Его лицо осветилось медленной счастливой улыбкой, и он протянул ей руки:
– Иди ко мне, любовь моя.
Она подала ему руку, он помог ей встать и притянул к себе. Потом положил руки на ее талию и провел вниз по телу, глядя ей в лицо. Под руками чувствовалось легкое округление ее живота. Он провел руками выше, коснулся ее грудей. Они стали полнее, тяжелее: им предстоит вскармливать его сына.
Наконец она мягко, мечтательно улыбнулась:
– Хорошо, что тебе понравилась моя полнота. Боюсь, я поправлюсь еще больше.
– О да, мне она очень понравилась, – радостно смеясь, заверил он Софи. – И эта реакция меня ужасает. Что такого я тебе сделал?
– Ты дал мне возможность снова почувствовать себя женщиной, – серьезно ответила она. – Желанной, даже красивой женщиной. Много лет назад благодаря тебе я могла мечтать, и эти мечты скрашивали мою неудачную серую жизнь. А сейчас эта мечта стала реальностью. Ты помог мне избавиться от ощущения своей никчемности, от пустоты… Я очень тебя люблю, Натаниель! Но ты действительно любишь меня, а не…
Он крепко ее поцеловал.
– У меня такое ощущение, Софи, что на твое выздоровление уйдет уйма времени, потому что ты еще долго будешь в себе сомневаться. Но я стану твоим целителем, любовь моя, а мои поцелуи будут лекарством, которое ты должна будешь принимать каждый раз, когда в тебе проснутся сомнения. – Он опять поцеловал ее. – Я люблю тебя.
Она обняла его за шею и засмеялась, когда он поднял ее на руки и закружил вокруг себя, что было довольно опрометчиво: они стояли у самого края воды. Он вторил ее радостному смеху.
Неподалеку послышалось чье-то деликатное покашливание.
– Мы не прервали что-нибудь… э… важное? – спросил Иден.
Натаниель с интересом отметил, что он держит за руку Лавинию и что их пальцы тесно переплетены.
– Когда мужчина и женщина уединяются в отдаленном месте, – сухо сказал Натаниель, – вряд ли они ждут чьего-либо появления.
– Вот именно. – Иден усмехнулся. – Имейте в виду, Софи, у вас целых два свидетеля. На вашем месте я бы потребовал, чтобы Нат сделал вас честной женщиной.
– Она никогда и не была бесчестной, – нахмурился Натаниель. – Кстати, Иден, позволь тебе напомнить, что молодая леди, которую ты так бесцеремонно схватил за руку, является мой подопечной! Иден продолжал беспечно усмехаться.
– Я знаю. Слушай, Нат, может, я и опережаю события, но что, если нам сэкономить время и силы и одновременно сыграть две свадьбы? Скажем, в течение одной недели?
– Что-то я не слышал, чтобы кто-нибудь просил у меня руки Лавинии, – сдержанно заметил Натаниель.
– Нат! – Лавиния покраснела, что прежде с ней случалось крайне редко. – Постарайся не быть таким смешным.
– Я тоже не слышал, чтобы ты просил руки Софи, – сказал Иден. – В качестве ее друга я, кажется, имею право спросить об этом. Итак, Софи, он просил вас стать его женой? Должным образом, стоя на коленях?
– Но вы, Иден, не опускались на колено! – с укором заметила Лавиния.
– Я не привык выставлять себя на посмешище. Так как же, Софи?
– Знаете что, Иден, – улыбнулась она и погрозила ему пальцем, – занимайтесь-ка лучше своими делами.
Стоя рядом с Софи, Натаниель обнял ее за талию.
– Как ты думаешь, разрешить ему взять Лавинию в жены? – спросил он у нее. – И может, правда имеет смысл устроить сразу две свадьбы? Тогда наши родственники могут оставаться здесь, вместо того чтобы снова тащиться сюда через несколько месяцев. Мы попросим твоего брата срочно приехать к нам… Да! Он же может захватить с собой Лесси, ведь она наверняка у них, а вы с ней так соскучились друг по другу… И пригласим кого-нибудь из членов семьи Идена, про которую он почти не рассказывает. Кеннет с Мойрой, наверное, останутся, хотя могу себе представить, как они мечтают поскорее вернуться к себе в Корнуолл. Но им придется остаться – ведь так или иначе, а наши свадьбы – прямой результат их происков! Что скажешь, любовь моя? София и Лавиния улыбнулись друг другу.
– Я согласна, – сказала София и прислонилась головой к его плечу. – Да, да, да! – И она мягко засмеялась.
– Я думаю, Лавиния, – сказал Иден, – наше присутствие здесь совершенно излишне. Мы помешали им целоваться. Может, нам потихоньку удалиться и пойти посмотреть, оправилась ли Мойра от боли в ноге, когда растянула лодыжку, или от головной боли, или что там она напридумывала, чтобы оставить нас наедине?
– Солнечный удар, – подсказал Натаниель.
– Какой ужас! – Иден увлек Лавинию прочь.
– Знаешь, я не очень уверен на их счет, – поделился Натаниель с Софией своими сомнениями.
– А тебе и не нужно об этом думать, – сказала она, обнимая его. – У них своя жизиь, Натаниель, как и у нас. Пора тебе перестать беспокоиться о людях, которые уже достаточно взрослые, чтобы самим позаботиться о своем будущем.
– Верно! Скоро у меня появятся новые существа, о которых я стану заботиться, во всяком случае, хоть один крошечный и беспомощный человечек. Может, это будет дочка, как ты думаешь?
– Да поможет ей Бог! У нее будет слишком заботливый отец, – засмеялась София. – А может, у нас родится сын, и тогда ты передашь ему свою улыбку.
Они оба счастливо рассмеялись, потом затихли, задумавшись о чуде открывшейся им любви, которую они разделяли, долгое время не зная об этом, и будут делить всю оставшуюся жизнь.
Они потянулись друг к другу, и их уста слились в поцелуе.



загрузка...

Предыдущая страница

Ваши комментарии
к роману Неотразимый - Бэлоу Мэри



Очень красивая история любви
Неотразимый - Бэлоу Мэрилиля
22.07.2011, 21.48





Достойное чтиво, но, на мой взгляд, слишком уж сильно терзается главная героиня и часто повторяются одни и те же мысли. 8 баллов.
Неотразимый - Бэлоу МэриСветлана
23.10.2011, 16.30





как то не очень,еле домучила,местами пропускала целые абзацы.
Неотразимый - Бэлоу Мэриангелок
8.01.2012, 21.30





В те времена голубизна уже не была так уж редка. А уж среди аристократов ее было достаточно много. Согласна, что героини не следовало уж так бороться с этим шантажистом. Ее вины нет, что ее погибший муж оказался голубым. Передала бы эту проблему его родне- и дело с концом.
Неотразимый - Бэлоу МэриВ.З.-64Г.
28.06.2012, 15.35





Ну, это роман по лучше истории про Кенета и Мойры, тут нашли свою любовь сращу два друга,так четвертого романа в этой серии не будет)) Хороший эпилог был бы к месту, и серии можно было б считать удавшейся....
Неотразимый - Бэлоу МэриМилена
26.10.2015, 20.17





Не согласна с теми, кто пишет, что голубизна пустяк. Её мужа прославили как героя, а оказалось, что он любовника спасал - какой позор.. Вобщем, меня убедила Бэлоу и не показалась проблема героини высосанной из пальца.
Неотразимый - Бэлоу МэриВаджра
2.06.2016, 21.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100