Читать онлайн Неотразимый, автора - Бэлоу Мэри, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неотразимый - Бэлоу Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неотразимый - Бэлоу Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неотразимый - Бэлоу Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэлоу Мэри

Неотразимый

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Все-таки Натаниель испытывал какое-то замешательство. Раньше у него бывали любовницы, которых он навещал у них на квартире. И при этом не чувствовал ни малейшей неловкости. Он приходил к ним с единственной целью, и ни он, ни его партнерши ничего больше не ожидали от этих встреч.
Другое дело – Софи. Для него она была не любовницей, а другом. Ночью она сама впустила его в дом, не дожидаясь, пока он постучит. К удивлению Натаниеля, она была не в строгом платье, а в халате свободного покроя, в разрезе которого виднелась ночная сорочка, а ее пышные волосы волной падали на спину, хотя на затылке были схвачены ленточкой. Но на его приветствие она ответила своей обычной спокойной улыбкой и стала подниматься наверх, освещая лестницу одной свечой.
Натаниель не решился поцеловать ее в щеку: ему показалось, что и она этого не ожидает. Он думал, что на первой площадке она остановится и пригласит его в гостиную, но она продолжала подниматься и привела его в свою спальню. Ее собака, дремавшая на коврике у камина, в знак приветствия несколько раз повиляла хвостом, очевидно, не возражая против его присутствия. Этой колли не видать приза ни в качестве сторожевой собаки, ни в качестве пастушьей – она впустит в дверь и самого волка.
На туалетном столике горела еще одна свеча – Софи поставила рядом свою. Покрывало было аккуратно свернуто и лежало в стороне. Сцена была тщательно подготовлена.
В первое его посещение этой неловкости не было – все произошло так неожиданно. Но на этот раз они договорились о встрече. И Натаниелю было чертовски неловко. Он не знал, вовлечь ли Софи в пустяковый разговор или сразу приступить к делу. После встречи внизу они не обменялись ни одним словом.
– По-моему, мы поступаем неправильно, Софи, – сказал он, проведя рукой по волосам, после того как снял шляпу, поставил трость и сбросил плащ. В его улыбке проскользнуло сожаление.
– Значит, ты предпочитаешь уйти? – спросила она совершенно спокойно. – Можешь это сделать, Натаниель, я не стану возражать.
Она подумала, что он ее не хочет.
Он взял Софи за руку и притянул к себе. Она невозмутимо наблюдала за ним. Он развязал ленту, сдерживавшую массу ее волос, и бросил ее на пол.
– Мне трудно относиться к тебе только как к женщине, которую я хочу, – пояснил он, – хотя я действительно очень тебя хочу. Прежде всего я вижу в тебе Софи – женщину, которую я много лет любил и уважал.
Она просветлела лицом, приникла к его груди и глубоко, облегченно вздохнула. От ее густых, упругих локонов исходил приятный аромат, очевидно, она вымыла их своим любимым мылом.
Сегодня она казалась Натаниелю особенно красивой. И дело не только в отпущенных на свободу роскошных волосах. Наконец Натаниель сообразил, в чем дело. Халат ее был светло-голубым, ночная рубашка под ним – белой. Светлые тона совершенно преобразили ее, она стала выглядеть нежной и очень женственной. Не то чтобы она была вовсе лишена женственности, но…
Он нагнул голову и потерся щекой о ее макушку, а руки положил ей на плечи.
– Чего тебе хочется? Сразу лечь в постель? Так сказать, приступить к делу? – грубовато выразился Натаниель, скрывая свое замешательство.
Сам он не был уверен, что сможет сразу «приступить к делу», если она ответит утвердительно. Пожалуй, он был смущен больше прежнего.
Она подняла голову и посмотрела на него.
– Мы допустили какую-то ошибку, да? – спросила она тем деловитым и практичным тоном, который был ему так знаком. – Я думала, все будет как в ту ночь. Но нет, все не так. Я не хочу, чтобы ты ушел.
Он тоже не хотел уходить, хотя был не настолько возбужден, чтобы заняться с ней любовью. Черт побери, она же ему не любовница!
Он коснулся ее губ своими. Она не ответила, но и не отвернулась.
– Тогда давай просто полежим, хорошо? – предложил он. – Для взаимоотношений такого рода, как наши, не существует правил, ты согласна? Мы же не обязаны сразу заняться любовью.
– Нет, не обязаны. – Она прикусила губу. – Значит, ты не собираешься уходить, Натаниель? И ты остаешься не потому, что я этого не хочу?
– Давай приляжем, – сказал Натаниель, шутливо поцеловав ее в кончик носа. – Я задую свечи и кое-что сброшу с себя.
В этом есть что-то странное и смешное, подумал Натаниель, стягивая с себя узкие панталоны и задувая свечи. София сняла халат, и они улеглись в кровать. Лежа рядом и держа друг друга за руку, они были похожи на смущенных новобрачных. У камина глубоко вздохнула во сне Лесси.
– Расскажи мне, как ты провела день, – сказал он и тут же пожалел, что начал именно с этой просьбы. Теперь она подумает, что он интересуется визитом Пинтера. Уж об этом он мог спросить и позже.
Но Софи заговорила о прогулке в парке с Лавинией – сама Лавиния по возвращении домой только сказала, что за все пребывание в городе это был самый замечательный день, – и призналась, что его кузина ей очень понравилась.
– А у меня, Софи, было такое ощущение, что я тебе ее навязал, – признался Натаниель. – Мне казалось, она не из тех любезных компаньонок, с кем было бы приятно провести целый день.
– Но она просто удивительная, чудесная девушка! – совершенно искренне возразила София. – Я очень рада, что познакомилась с ней, и надеюсь, наше знакомство перерастет в дружбу. У нас с ней разница в возрасте всего четыре года, представляешь? И как выяснилось, наши взгляды на жизнь во многом сходятся.
– Скажи, Софи, – начал он, машинально похлопывая ее по руке, – что мне с ней делать? Ей уже двадцать четыре, возраст для замужества вот-вот пройдет, а она и слышать не желает о браке. Признаюсь, отчасти я забочусь и о самом себе – не знаю, как я вынесу ее еще шесть лет! Но все-таки прежде всего меня волнует ее судьба. Сможет ли она стать счастливой, если так и не выйдет замуж? Остаться в старых девах – незавидный удел для женщины, а при ее данных в этом нет нужды. Она благородного происхождения, богата и хороша собой для сделки – прости за выражение. Я забылся.
– Что тебе с ней делать, Натаниель? А тебе и не нужно что-то делать. Лавиния – взрослая и умная девушка. Она знает, что ей нужно в жизни. Пока что она не может этого осуществить, потому что отец лишил ее права распоряжаться своим наследством, но она знает. Может, тебе просто довериться ей?
– Довериться и разрешить ей отвергнуть все респектабельные предложения, пока во всей Англии не останется ни одного неженатого мужчины, который мог бы за нее посвататься?
София тихо засмеялась.
– Да, если придется.
– И что же это за совет? – сокрушенно спросил Натаниель.
– Думаю, достаточно мудрый совет, – сказала София. – Большинство девушек ко времени своего совершеннолетия мечтают только о том, чтобы выйти замуж, завести детей и жить своим домом. По-моему, такова твоя сестра Джорджина. Рискну предсказать, что еще до Рождества она очень удачно выйдет замуж. И я была такой же. Встретила Уолтера, он сделал мне предложение, я его приняла, и мне казалось, что в восемнадцать лет я достигла всего, что нужно для счастья. Но существует и другой тип женщин, которые чувствуют, что в жизни должны быть вещи и поважнее, чем супружество с первым же мужчиной, который сделал предложение, или хоть с сотым. Такова Лавиния. Доверься ей, предоставь ей самой решать свою судьбу.
Совет был настолько разумным, что странно, как это он сам до такого не додумался. Но разве можно довериться Лавинии? Да ведь она сделает себя несчастной на всю жизнь, если предоставить ее самой себе. Вместе с тем он уважал мнение Софии. Однако в ее рассуждениях ему послышалось нечто, что отвлекло его от проблем Лавинии. Он лег на бок, подпер голову рукой и посмотрел на Софи – глаза его уже привыкли к сгущающейся темноте.
– Бедная Софи, – сказал он. – Ты думала, что у тебя впереди долгая и счастливая жизнь с Уолтером, а вместо этого вы прожили вместе… Сколько? Шесть или семь лет?
– Семь.
– И детей у вас не было. – До сих пор он никогда об этом не думал. Он погладил завитки у нее на виске. – Ты хотела иметь детей?
– Сначала да, но мы не могли себе этого позволить при той походной жизни, а было очень важно, чтобы я всегда была рядом с Уолтером.
И вдруг его осенило. Правду сказать, эта мысль все время мелькала у него в подсознании еще с первой ночи их близости.
– Следовательно, тебе известен способ предохраняться от детей?
– Жены военных знают десятки способов, – с улыбкой ответила она, – хотя при нормальных обстоятельствах большинство из них не признались бы в этом даже под пытками.
– Мне не хотелось бы наградить тебя ребенком.
– Этого не случится. – Она спокойно встретила его изучающий взгляд.
– Но если я это сделаю, Софи, ты должна будешь выйти за меня замуж, нравится тебе это или нет. И я не потерплю никаких возражений.
– Говорю тебе, этого не произойдет.
Тогда он задумался над тем, почему она снова не вышла замуж после смерти Уолтера, почему сказала ему, что вообще не хочет замуж. Значит, ее мечты восемнадцатилетней давности развеялись за следующие десять лет? И больше она не мечтает о семейной жизни с мужем и детьми? Или она не рассчитывает на осуществление мечты теперь, когда Уолтера больше нет? Она считала невозможным родить ребенка за время своего брака с Уолтером, потому что ей было важно постоянно находиться рядом с ним. Не жалеет ли она теперь, что у нее нет хотя бы одного ребенка?
Но Натаниель не решался спросить об этом. Это был слишком личный вопрос, и он не имел права задавать его. В конце концов, он был только ее другом и временным любовником.
Он наклонился и поцеловал ее, сначала легко, не уверенный, что она уже готова к близости. Но ее губы стали податливыми и слегка приоткрылись навстречу ему. Он скользнул языком в глубь ее рта. Она коснулась его языка своим, и он почувствовал, как стремительно возросло его возбуждение.
– Наверное, стоит окончательно освободиться от одежды, – сказал он.
– Да.
София помогала ему снять с нее ночную рубашку, приподняв сначала бедра, а потом руки. Потом он и сам разделся.
Чувство неловкости совершенно исчезло. Они разговаривали почти полчаса, и Натаниелю все казалось, что потом они будут смущаться еще больше. Но нет! Казалось совершенно естественным, что теперь они повернулись друг к другу и начали игру, которая должна была принести обоим сексуальное удовольствие.
Правда, София мало что знала о самой игре. Он не видел в этом ничего странного – респектабельная замужняя женщина не должна очень в этом разбираться, даже если пробыла замужем семь лет. Мужчина и не думает учить жену, как получать или доставлять удовольствие. В конце концов, супружеская постель рассматривается мужьями лишь как место для зачатия детей. И как правило, развлекаются мужчины где-нибудь в другом месте. Но постель Софи не была использована для зачатия детей – Уолтер умер раньше, чем они успели обзавестись постоянным жилищем. А сам Уолтер определенно не страдал избытком фантазии.
Да что это он все про Уолтера?! Он вообше не был настроен думать о чем-либо в настоящий момент. Нежно и горячо Натаниель ласкал ее тело. Вскоре по ее напрягшимся соскам, тихим вздохам и влажности между бедер он понял, что ей очень приятно. Сегодня он не будет требовательным, не будет ее смущать, решил он. Он научит ее в следующий раз, как доставить обоим острое наслаждение.
– Ты готова меня принять? – наконец спросил он, касаясь ее рта губами.
Раздвинув нежные складки кончиками пальцев, он слегка ввел палец и почувствовал, как она сжала его.
– Ты хочешь меня, Софи? Здесь? Чтобы я вошел в тебя?
– Да.
Она пошевелилась под ним, без уговоров раздвинула бедра, когда он лег сверху, и обвила его ногами. Прижавшись к нему покрепче, она потерлась затвердевшими сосками о его грудь. Глаза ее были закрыты, а губы приоткрылись в нетерпении момента слияния.
В это мгновение Натаниель понял, что дает ей больше, чем удовольствие. Он возбуждает в ней желание и жажду. Он видел, как многие женщины симулируют это. В данном случае все было непритворным, настоящим. Резким толчком он проник в ее влажную глубину, не отрывая взгляда от ее лица. Застонав, она запрокинула голову на подушке.
Софи, дорогая Софи!
Натаниель хотел ласкать ее медленно и долго, как и раньше, чтобы дать ей как можно дольше насладиться, прежде чем выплеснуть свою энергию. Но вдруг понял, что она вот-вот достигнет высшей точки – если он слегка ей поможет. Однако для этого он недостаточно ее знал.
Ритм его движений был глубоким и энергичным, она всем телом поддерживала его, исступленно гладя по спине, но желанный момент все не наступал, а он не знал, как ей помочь. И вдруг сообразил.
Просунув руку между их тесно слившимися телами, Натаниель нащупал у нее определенную точку и слегка ее погладил.
Агония наступила мгновенно. София выкрикивала его имя и содрогалась под ним, полностью потеряв над собой контроль. Он прижимал ее всем своим весом, оставаясь в ее нежном тепле, крепко стиснув ей руки и щекой прижавшись к ее душистым волосам.
«И это Софи? – спрашивал он себя. – Неужели это Софи?»
Колли фыркала и жалобно скулила рядом с кроватью.
Когда София успокоилась, расслабилась и задремала, он приподнялся на руках и вскоре достиг собственного более тихого, но в высшей степени удовлетворившего его освобождения. Перед тем как лечь рядом, он взглянул ей в лицо и увидел, что она смотрит на него сонными глазами.
– Софи! – Он поднес ее руку к губам. – Тебе было хорошо?
Она ответила ему тем, что уютно уткнулась лицом в его плечо и опять заснула.
Осторожно, чтобы ее не потревожить, он приподнял одной рукой и ногой одеяло и прикрыл ее. Нет, это целиком отличалось от того, чего он ожидал от их отношений. Соответственно своему возрасту и настоящему положению респектабельного сельского джентльмена, обремененного семейными обязанностями, он ожидал спокойной любовной связи, не столько страстной, сколько приносящей уютное и обоюдное удовлетворение. Тем более в отношениях с Софи.
Когда он думал, что Софи не способна на глубокую страсть? После первой их ночи или раньше? Так или иначе, именно с этим убеждением он пришел к ней сегодня. Да, его тянуло к ней, он хотел ее, но такого взрыва страсти не предвидел. Больше того, он и не был уверен, что хотел его. В нем было что-то тревожное и даже пугающее. Что-то незнакомое. Рассуждая таким образом, Натаниель чувствовал, что все его тело словно гудит от испытанного удовлетворения. Он повернулся к ней лицом и поцеловал ее в макушку. Не просыпаясь, она чуть сжала его пальцы и придвинулась к нему, что-то тихо и довольно пробормотав.
Собака опять ретировалась на коврик, где улеглась и вздохнула чуть ли не в унисон с хозяйкой.
Хорошо, думал Натаниель, просто лежать вот так, расслабленным и сонным, после спокойного разговора и после того, как ты достиг столь полного удовлетворения… со своим другом – он слегка улыбнулся. Натаниель чувствовал такой душевный покой, какого не знал много месяцев, а может, и лет. Вот только это было совсем не то, чего он ожидал. Между ними на самом деле возникли определенные отношения. И мысль об этом слегка тревожила его. Но он слишком устал и чувствовал себя слишком удовлетворенным, чтобы копаться в своих мыслях. Он подумает об этом завтра.
– Поди сюда, Софи.
Это не было приказом, хотя он протянул к ней руку, а скорее просьбой.
Пока он одевался, она тоже надела ночную рубашку и халат, не успев еще связать волосы лентой, они так и остались спадать по спине густыми спутанными прядями. Натаниель же снова выглядел безукоризненно свежим и слегка отчужденным, как будто не провел с ней в постели большую часть ночи.
Он стоял у окна спальни, уже полностью одетый, хотя всего несколько минут назад они опять наслаждались близостью – он привел ее к наслаждению медленно и искусно. Софи не очень хорошо поняла, что произошло. Это было в тысячу раз лучше, чем можно было вообразить, но вспоминала об этом со смущением. Что он о ней подумал? Кажется, она совершенно потеряла над собой контроль. Он намерен поговорить именно об этом или просто хочет поцеловать на прощание? София терялась в догадках.
Подойдя к нему, она взяла его за руку, подняла к нему лицо и улыбнулась. Они не стали зажигать свечи, хотя было еще темно, но она прекрасно видела его лицо. Он смотрел на нее своими неподражаемыми глазами.
– Софи, – сказал он, – расскажи мне о вчерашнем визите Бориса Пинтера.
Ах! У нее все сжалось внутри. Значит, он его видел! Ну конечно! Могло ли быть иначе? И зачем только она солгала? В этом не было необходимости.
– Ах, ты об этом! – Она засмеялась. – Он пришел засвидетельствовать свое почтение. Время от времени он это делает, но никогда не задерживается, я даже чаем его не угощаю.
– Но почему ты вообще его принимаешь? Она удивленно подняла брови.
– Ты считаешь себя обязанной принимать его из-за того, что в прошлом году он так нелепо лгал, чтобы еще больше прославить Уолтера? Но пойми, Софи, он сделал это только ради того, чтобы проникнуть в высший свет!
– Ты говоришь, ложь?
– Да, когда Пинтер приехал на полуостров, он уже был лейтенантом, Софи, а не прапорщиком.
Этого она не знала.
– Следовательно, Уолтер спас лейтенанта Пинтера, а не прапорщика Пинтера, – спокойно отметила Софи. – Какое это имеет значение?
– А то, что ты ничем ему не обязана! Он никогда не был приятным типом, а на Уолтера положительно имел зуб. Ты должна держаться от него подальше и уж тем более не принимать его дома. Вчера Кен сказал тебе, и совершенно верно, что любой из нас четверых защитит тебя в любое время, если Пинтер станет тебе досаждать. Мы с удовольствием защитим тебя, а особенно я.
«Защита» Кеннета стоила ей обручального кольца. Без нее цена за очередное письмо не была бы такой высокой. А в следующий раз он назначит еще более высокую цену – такую, что она не сможет ее заплатить.
Она высвободила свою руку.
– И с каких это пор, Натаниель, ты взял на себя право руководить моими поступками? Указывать мне, кого я могу принимать в своем доме, а кого нет? Уж не считаешь ли ты меня своей содержанкой, хотя раньше отрицал это? Я не твоя содержанка и не родственница, чтобы ты мог отдавать мне распоряжения, которые я обязана исполнять немедленно и беспрекословно! Не слишком ли много ты на себя берешь?
Она никогда не выходила из себя, ни разу, ни с кем не разговаривала таким возмущенным тоном. Слыша свой ледяной голос, она прекрасно понимала, что происходит. Ужасная злость, бурлившая в ней, находит выход. И под ударом оказался Натаниель, который хотел только защитить ее. Испугавшись последствий своего взрыва, она даже надеялась, что он начнет возражать ей. Но он не стал этого делать.
Он слегка склонил голову и испытующе посмотрел ей в лицо, затем на стиснутые в кулаки руки.
– Разумеется, ты совершенно права, Софи, – сказал он, и в голосе его не было ни злости, ни высокомерия, ни дрожи от оскорбленного самолюбия. – Я прошу простить меня, Софи. Ты простишь?
Она кивнула и на мгновение закрыла глаза. Вся ее злость мгновенно улетучилась.
– Я не считаю тебя своей содержанкой, Софи, – тихо сказал он. – Вот почему я… я не мог заниматься с тобой любовью, когда впервые пришел сюда. Ты мой друг и моя возлюбленная.
Черт его побери! Она хотела, чтобы между ними завязалась настоящая ссора, но что она может противопоставить этому рассудительному спокойному тону? Сейчас же ей хотелось только приникнуть к нему и спрятать лицо у него на груди. Иногда независимость может показаться слишком тяжелым бременем, а нежное участие порой может принести облегчение гораздо быстрее, чем злость или высокомерие.
София улыбнулась ему.
– Ты можешь мне кое-что обещать? – спросил он ее. Она пожала плечами.
– Обещай обратиться ко мне, если тебе что-нибудь понадобится. Обещай, что не будешь слишком гордой и самостоятельной, чтобы попросить о помощи.
– Это целых два обещания, – резонно заметила она.
– Но ты обещаешь? – настаивал он.
«Не можешь ли ты одолжить мне довольно крупную сумму денег, чтобы выкупить любовные письма Уолтера, которые он писал одному человеку? Разумеется, при том условии, что я верну тебе все до последнего пенни, хотя бы мне на это понадобилось лет шестьдесят».
– Софи? – У него дрогнул голос. – Ты не можешь сделать ради моего спокойствия даже такую малость? Если предпочитаешь, можешь обратиться к Кену, Рексу или Идену. Но обязательно к одному из нас, Софи.
– Тебе нечего тревожиться за меня, Натаниель, – сказала она. – Обещаю, что обращусь к тебе в любом случае, если буду считать, что ты сможешь мне помочь. Это тебя устраивает?
Он взял ее руки и крепко стиснул их.
– Ты хитрый лисенок, Софи. По существу ты ничего мне не обещаешь. Ты хотела бы, чтобы наша договоренность продолжалась?
– А ты? – еле выговорила она, вся заледенев от страха потерять его.
– Да. – Он наклонился к ней. – Но не давай мне забыть, Софи, что это отношения равных партнеров, а значит, я ничего не могу сделать без твоего согласия. Так могу я прийти к тебе еще раз?
– Да! – Она улыбнулась. – Это так приятно, Натаниель. Я хотела бы продолжить наши отношения.
– Хорошо.
Он поцеловал ее. Через несколько минут она проводила его вниз, за ними плелась сонная Лесси. Он потихоньку отодвинул засов.
– Спокойной ночи, Софи, – сказал он, прежде чем открыть дверь. – И благодарю тебя, дорогая.
– Я благодарю тебя, Натаниель.
Она видела при свете, падавшем в открытую дверь, его замечательную улыбку.
– И тебе спокойной ночи, Лесси, – сказал он. Потом она закрыла за ним дверь и, стараясь не шуметь, потихоньку заперла се на засов.
– Скорее назад, Лесси! – позвала она.
Скорее опять в постель, чтобы удержать его тепло и запах, чтобы снова пережить все события этой ночи – и не только физические ощущения.
Забравшись на кровать, София легла на то место, где лежал Натаниель, накрылась с головой, не переставая думать, что вряд ли решилась бы предложить ему встречаться, если бы знала, что это будут не просто встречи для удовлетворения требований плоти. Без них она как-нибудь прожила бы – ведь жила же она без всего этого всю свою жизнь, кроме той страшной недели после свадьбы.
Но сегодня между ними появилось нечто более значительное. Они лежали рядом, взявшись за руки, и просто разговаривали как друзья. А потом, после замечательного слияния, несколько часов спали рядом. Кажется, она и во сне чувствовала его уютное теплое тело.
«И у тебя нет детей. А ты хотела их иметь?»
Почему-то именно эти слова все время вспоминались ей. Да, детей у нее нет. Хотела ли она их иметь? Не очень – при тех обстоятельствах. Она так безжалостно подавляла в себе женские инстинкты, что практически забыла о смысле жизни женщины. А сейчас? Хотела бы она сейчас иметь детей? Ей только двадцать восемь. Порой она забывала, что еще молода.
«Если от меня у тебя будет ребенок, Софи, ты должна будешь выйти за меня замуж, нравится тебе это или нет. Я не потерплю никаких возражений».
О, Натаниель! Сердце у нее разрывалось от боли.
Лесси вспрыгнула на кровать и положила голову ей на ноги. Но Софи не прогнала ее, как обычно. Ей было так уютно чувствовать тепло любимой собаки!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неотразимый - Бэлоу Мэри



Очень красивая история любви
Неотразимый - Бэлоу Мэрилиля
22.07.2011, 21.48





Достойное чтиво, но, на мой взгляд, слишком уж сильно терзается главная героиня и часто повторяются одни и те же мысли. 8 баллов.
Неотразимый - Бэлоу МэриСветлана
23.10.2011, 16.30





как то не очень,еле домучила,местами пропускала целые абзацы.
Неотразимый - Бэлоу Мэриангелок
8.01.2012, 21.30





В те времена голубизна уже не была так уж редка. А уж среди аристократов ее было достаточно много. Согласна, что героини не следовало уж так бороться с этим шантажистом. Ее вины нет, что ее погибший муж оказался голубым. Передала бы эту проблему его родне- и дело с концом.
Неотразимый - Бэлоу МэриВ.З.-64Г.
28.06.2012, 15.35





Ну, это роман по лучше истории про Кенета и Мойры, тут нашли свою любовь сращу два друга,так четвертого романа в этой серии не будет)) Хороший эпилог был бы к месту, и серии можно было б считать удавшейся....
Неотразимый - Бэлоу МэриМилена
26.10.2015, 20.17





Не согласна с теми, кто пишет, что голубизна пустяк. Её мужа прославили как героя, а оказалось, что он любовника спасал - какой позор.. Вобщем, меня убедила Бэлоу и не показалась проблема героини высосанной из пальца.
Неотразимый - Бэлоу МэриВаджра
2.06.2016, 21.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100