Читать онлайн Фабрика грез, автора - Бэгшоу Луиза, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Фабрика грез - Бэгшоу Луиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.44 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Фабрика грез - Бэгшоу Луиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Фабрика грез - Бэгшоу Луиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бэгшоу Луиза

Фабрика грез

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Элеонор. Маршалл — самая могущественная женщина в Лос-Анджелесе.
Эта мысль билась на задворках сознания, когда Сэм Кендрик заворачивал свой серо-голубой «мазератти» на стоянку при агентстве. Как всегда, грациозно и мягко его большая машина заняла свое место. Стоянка уже почти заполнена, отметил Сэм. Сейчас половина восьмого утра, но не важно, что по контракту рабочий день сотрудников начинается в девять. Если вы хотите работать на «Сэм Кендрик интернэшнл», одно из самых влиятельных агентств в Голливуде, вам лучше приходить в офис к семи утра и уходить не раньше десяти вечера.
Краем глаза Сэм заметил, и узнал аккуратный «ламборгини» Дэвида Таубера, припаркованный прямо напротив его машины. Лучшее из незарезервированных мест на стоянке, и это означает, что Дэвид приехал на работу первым. Может, даже в половине шестого утра. Сэм улыбнулся. Таубер хотел, чтобы хозяин это заметил. И он заметил. Конечно.
После двадцати пяти лет работы агентом Сэмюэл Дж. Кендрик II усвоил привычку замечать все. Итак, Таубер, молодой, голодный, с амбициями, быстро освоил секретный код Голливуда. Смотри, босс, я первый. Ну хорошо, детка, подумал Сэм и тут же забыл об этом парне. Дэвид Таубер сейчас не представляет для него никакого интереса. А Элеонор-Маршалл представляет.
Не расстраивайся из-за мелочей. И помни: все это мелочи.
Расхожее выражение девяностых, с помощью которого и предлагалось снимать стресс. Он хмыкнул. Сразу две ошибки. Первая: «не расстраивайся из-за мелочей» — это не клапан от давления. Просто заповедь. Если ты тревожишься по пустякам, ты мертвяк. Ты утонул. Вторая ошибка: не все можно отнести к мелочам. Некоторые веши очень важны.
И если уж ты собираешься вступать в игру по-крупному, очень неплохо понимать разницу.
Внимание, внимание, внимание. Это еще одно, чему он научился. В городе, где у каждого возникает миллион проектов в день, внимание, сосредоточенное на чем-то одном, — необходимый ключ к успеху. Если ты ухватил настоящую звезду, первым делом думай о ней. Если идет война за собственность, на которую ты нацелился, — будь то сценарий, актер или режиссер, — направляй на победу весь свой пыл, пока противники не лопнут. Может, он и не ответил на пару звонков в последние два дня, ну и что? Для этого есть парни вроде Таубера. Если у тебя серьезная проблема, ты не должен размышлять ни о чем другом, а концентрироваться только на ней одной. Пока не решишь.
У «Сэм Кендрик интернэшнл» была серьезная проблема, Но после пяти дней мозговой атаки подсознание, на которое он всегда надеялся, наконец начало выдавать предложения. Первое имя, которое возникло у него в голове, было имя Элеонор Маршалл.


— Мистер Кендрик, звонила миссис Кендрик из клуба насчет вашего приема на следующей неделе. Десять минут назад был звонок из офиса мистера Овитца. Фред Флореску звонил в семь пятнадцать, — коротко доложила Карен, его помощница. Карен давно научилась не отнимать у Сэма время на «доброе утро» и прочие слова приветствия. — Ну и еще тридцать или чуть больше звонков, список я оставила у вас на столе. Дэбби приготовила вырезки из газет. Джони разобрала большую часть почты, там есть контракт Зака Мэйсона. Статья в «Хеллз дотер»
type="note" l:href="#FbAutId_3">3
, которую, может, вы захотите прочитать. Да, все готовы к совещанию в восемь.
Кендрик с отсутствующим видом кивнул.
— Значит, Фред звонил? Это хорошо. Я сейчас ему перезвоню, а ты можешь связаться с моей женой и сказать, что я даю ей карт-бланш. Меня все устроит.
Он попытался скрыть раздражение. Сколько раз он просил Изабель не беспокоить его на работе своими глупостями? Как будто ему не наплевать, что придумает дизайнер или какие идиотские кулинарные изыски будут на столах?, Изабель живет всем этим. А звонки, конечно, это игра.
Простая и четкая. Она любит продемонстрировать свое положение. Она понимает, что, какая бы суперзвезда ни позвонила ему, руководитель какой бы студии ни горел желанием поговорить с ним, сообщение о ее звонке всегда будет в самом начале списка.
Кендрик шагал по мягкому серому ковру, устилавшему коридор. Надо пройти через три комнаты. В каждой сидит секретарша и личный помощник, а потом он попадет в свой кабинет, в свое святилище. Это издержки, обязательные для суперагента. К тому же сейчас это необходимо. Только половина восьмого, а ему уже позвонили тридцать раз.
— Доброе утро, мистер Кендрик.
— Доброе утро, Сэм, хорошо выглядите.
— Рад видеть вас, босс.
Агенты и помощники проходили мимо него, улыбались, делая приветственные жесты, — в общем, мели хвостом, если уж быть точным. В «Эс-Кей-ай» Сэм Кендрик был королем. Он давно перестал развлекаться, наблюдая, как во время таких утренних встреч сотрудники соревновались, кто перехватит его взгляд.
Войдя в кабинет, Кендрик погрузился в черное кожаное кресло и не глядя потянулся к телефону. Он оставил послание Майклу Овитцу — одному Богу известно, когда они одновременно найдут пять свободных минут и поговорят наконец. Он попытался застать Фреда Флореску дома. Лучший молодой режиссер Голливуда, и он же — новый клиент «Эс-Кей-ай». Контракт с Фредом — один из наиболее ярких моментов нынешней унылой осенью.
Флореску поднял трубку после третьего гудка.
— Фред Флореску.
— Привет, Фред. Это Сэм.
Раздался довольный смешок:
— Быстро.
— Тебе первому звоню, — с легкостью соврал Сэм. Он был не последним в мастерстве лести, как и во многом другом. Он давно понял, как расположить к себе людей, не пресмыкаясь перед ними. В кинобизнесе это полезный навык.
— А почему? Что, искусство на первом месте?
Кендрик довольно грубо хмыкнул:
— Это ты художник, а я-то бизнесмен. Единственный вид искусства, который меня завораживает, — это красивая роспись на стодолларовой бумажке.
Флореску довольно рассмеялся:
— Сэм, ты бесстыдник.
— А ты разве нанял меня краснеть, как сама невинность?
Еще чуток польстил. Суперагент как бы смиряет себя перед талантом. Я работаю на тебя. Ты босс.
Да, но вообще-то, если ты не Джулия Робертс или Джон Гришем, то приходится подчиняться своему агенту. Талант, забывающий такое простое правило, обречен на очень короткую карьеру.
— Ты звонил мне по поводу…
— Ты намекал на какие-то переговоры с бывшей рок-звездой. Не так ли? Я бы хотел с ним поработать, если это правда.
Первое истинное удовлетворение за всю неделю Сэм испытал сейчас. Оно охватило всего Кендрика. Его система отлично работает, его звезды стали сами соединяться в созвездия!
Соединяться. Концепция восьмидесятых. И какая замечательная концепция! Каждый претендует на право первой ночи. «Си-эй-эй», «Ай-си-эм», Уильям Моррис и так далее.
Будто они это придумали. Правда заключается в том, что только сейчас эта идея начинает раскрываться по-настоящему, она словно Венера, восставшая из вод морских, словно Афина Паллада, вышедшая из головы Зевса. «Соединение» означало, что агентство берет одну из своих звезд, актера или актрису, а лучше всего обоих, связывает их с режиссером которого представляет это же агентство, литературный отдел находит автора сценария, и, таким образом, агентство представляет и автора. А потом весь проект целиком, или, можно сказать, пакетом, продается. Такой метод продажи приносит агентству максимальные комиссионные и, случается кому-то из клиентов, которого ты хотел бы пробить.
Он получает первый крупный кредит за счет твоих главных звезд. Но этот пакет требует унижений, заискиваний, угодничества. Студии ненавидят покупать пакет, потому что им приходится выкладывать сразу очень много денег. Не нравится им это еще и по другой причине: каждая крупная сделка делает агентство более мощным. С другой стороны, подобный способ сводит риск до минимума — студия получает к столу все готовенькое. Дело в том, что даже самое большое число талантов, собранных в одном фильме, не гарантирует битком набитых кинотеатров. Посмотрите на Стивена Спилберга, Джулию Робертс, Робина Уильямса в фильме «Ловушка». Кендрик поморщился. По крайней мере в этом провале он не участвовал, Нет, Сэм никогда не пытался претендовать на отцовство идеи продажи пакетов. Да его и не волновало, первый ли он. Он беспокоился лишь об одном — как стать лучшим.
Пятнадцать лет назад он понял гениальность этой идеи. И начал собирать свою маленькую компанию первоклассных талантов с прицелом на это. Через десять месяцев агентство Сэма Кендрика поднялось до среднего уровня, потом стали преуспевающим и ему не было равных в оплате клиентов. А еще через десять месяцев с «Сэм Кендрик интернэшнл» стало работать множество звезд. Среди них обладатели «Оскара».
Открылись офисы в Риме и в Лондоне. Сэму все это очень нравилось. Он никогда не оглядывался назад.
Именно умение создать пакет сделало его самого звездой. Не такой, каких он покупал и продавал и чьи кассовые сборы уменьшались по мере того, как бледнел их звездный свет, а настоящей звездой, человеком, которого популярные журналы с огромными тиражами предпочитают называть просто по имени. Он был из тех звезд, которые поддерживают небесный свод, а не просто блистают на нем. Пакет принес Сэму первый миллион, потом его первые десять.
Но сейчас, в данный момент из-за пакета возникли и некоторые проблемы.
Времена наступили бедные, прибыли получались небольшие, даже у крупных киностудий дела шли хуже, и они предлагали не такие условия, к которым привыкли крупные актеры. После экономического спада начала девяностых расходы на досуг сильно сократились. И те, кто уверял, что индустрия развлечений устойчива к депрессии, страшно ошибались. Страдали все — и фирмы звукозаписи, и телевидение, и журналы, и кинопроизводство. Кендрик все еще помнил, как волна за волной шли сокращения и съемки крупнобюджетных фильмов замирали на все лето. В то же самое время пришли к власти звезды. Студии отчаянно искали способы обеспечить вложения в свой бизнес. И конечно, постепенно стало ясно, что даже самая крупная звезда и самый привычный рецепт не могут гарантировать успеха.
То были трудные годы для «Эс-Кей-ай». Никто, правда, не голодал, они представляли слишком много крупных имен, чтобы такое могло случиться. Но студии отмахивались от пакетов, подписывая контракты лишь со звездами мировой величины. Никаких пакетов. Никаких дорогостоящих фильмов со словами «Собственность Сэмюэла Джека Кендрика» золотыми буквами. Нельзя сказать, что в других агентствах не было проблем, по крайней мере им пришлось одну-другую крупную сделку объединить. «Эс-Кей-ай» держалось на плаву. А знаете, что говорят про акул в Лос-Анджелесе? Если они не плывут вперед, то умирают. Что касается Сэма Кендрика, про него лучше и не скажешь.
Ему надо добыть один пакет, большое кино, название которого мелькало бы в каждом заголовке в «Вэрайэти». И нужно сделать это очень быстро. Только на прошлой неделе Джеймс Фэлкон, суперзвезда сорока с небольшим лет, который знаком с Сэмом уже десять лет, через своих юристов сообщил, что теперь его представляет Джефф Берг из «Ай-си-эм».
В мозгу Сэма зажегся желтый свет тревоги. Не пройдет и недели, как эта новость просочится в газеты. Воды, которые кишмя кишат акулами, оживут от движения, хищники примутся ходить кругами, фирмы-конкуренты почуют запах крови и бросятся в атаку, желая нанести смертельный удар.
Сэм прекрасно понимал что к чему. Он нередко и сам поступал так же. Именно поэтому он назначил сегодняшнее совещание для всех сотрудников на восемь утра.
Отсюда и его искреннее удовлетворение от слов Фреда Флореску — этот парень захотел работать с новым клиентом Дэвида Таубера.
Здесь кроется и причина того, что первым именем, пришедшим ему в голову сегодня утром, едва он открыл глаза, было имя Элеонор Маршалл.
— Я бы так не сказал. Конфиденциальность прежде всего, — ответил Сэм Фреду, сдерживая бурную радость. Нельзя позволить голосу выдать ее.
— Черт побери, Сэм, во всяком случае, я правда хочу.
— Но как ты догадался, Фред?
— У тебя не может быть секретов от того, кого ты представляешь.
Сэм хихикнул.
— Погоди минутку. — Он поставил свое имя под контрактом Зака Мэйсона, держа трубку поближе к перу. — Ты слышишь этот звук? Ты знаешь, что это?
— Нет. А что это такое?
— Звук высыхающих чернил на нашем контракте с Заком Мэйсоном, — пояснил Сэм, чувствуя, как к нему возвращается приятное чувство удовлетворения.
В трубке послышался шум — это Фред Флореску глубоко вздохнул.
— Думаешь, тебе удастся свести нас вместе?
— А как же? Я думаю, ты для него единственный возможный режиссер.
— Я ценю это. Фильм «К западу от Луны» стал действительно настоящим успехом в моей жизни.
Это заявление смутило Кендрика на секунду. Он в общем-то забыл, что Флореску только двадцать девять лет. В свое время он сам был поклонником музыкальной группы Мэйсона. Боже, кто бы мог подумать, что он, Сэм Кендрик, доживет до того времени, когда режиссер с именем задыхается от нетерпения работать с рок-звездой только из-за музыки? Да он мне просто-напросто лижет зад, подумал Сэм. Нынешние молодые — самые наглые ублюдки со времен пятидесятых.
— Ты знаешь, что я тебе скажу? Зак Мэйсон стал кем-то вроде пророка для своего поколения. Правда, он на таком уровне. То дерьмо, которое он пел, было важно, Сэм. «Дарк энджел» — для нас большая потеря. Я очень хочу сделать с ним фильм.
Внутри Кендрика что-то дрогнуло. Не только потому, что Флореску молол чушь, нет, просто он услышал в его голосе какую-то покорность. Фред Флореску, режиссер, который, делая свою картину, мог послать директора студии ко всем чертям, сейчас говорил о каком-то малозначащем певце, будто тот лично для него настоящий Бог.
Сэм подумал: а каково было бы Флореску, узнай он об истинной причине развала «Дарк энджел»? О том, что рассказал ему Дэвид Таубер? Произошла ссора из-за майки.
Зак Мэйсон — вообще испорченный негодяй, он впадал в истерику, если минеральная вода в его уборной была не той марки. Ну прямо примадонна, чьей единственной заботой являлась карьера, осыпающая денежным дождем. Дэвид — умница, он это сразу увидел.
Иоланда Хенри, менеджер группы с первого дня ее существования, не собиралась лизать задницу Мэйсону, хотя его пластинки и разлетались тиражом в двенадцать миллионов. Она думала, что ему незачем сниматься в кино. Глупая мысль, уверяла она. Эта женщина поклонялась музыке как таковой, она считала, что время, проведенное за пределами музыкальной студии или сцены, — зря потраченное время. Неудивительно, что ее маленькая канарейка готова была запеть новую песенку. Дэвиду Тауберу было поручено проверить все, связанное с Закарием Мэйсоном. Он подъезжал к Заку, как будто это была сама Роксана Феликс. Он пообещал ему Солнце, Луну и звезды, и «пророку своего поколения» понадобилось ровно десять дней, чтобы распустить группу и выкинуть женщину, которая его открыла, когда он еще жил в Майами, спал на улице и там же, на улице, зарабатывал деньги. Иоланда и перевезла Мэйсона в свое время из Нью-Йорка в Лос-Анджелес. Таубер сказал, что захватил с собой последний удачный фильм Флореску «Падающий свет», чтобы посмотреть по дороге.
Сэм откинулся на спинку мягкого кожаного кресла. У него тоже в голове звучала музыка. Это был сладостный звон монет.
— Я все очень хорошо понимаю, Фред. Ты не поверишь, но я тоже когда-то был молодым. Я думаю, вы ребята на самом деле сможете сотворить на экране что-то волшебное. Забудь «Жизнь кусается»…
— А, это дерьмо.
— ..и только подумай о том, какое чудо вы сможете создать вместе с Заком. Я думаю, твое поколение заслуживает своего глашатая.
— Глашатая, — благоговейно повторил Флореску. .Кендрик возвел глаза к потолку.
— Вот именно. — Он посмотрел на часы. Без пяти восемь. — Эй, слушай, мне пора идти. Дай-ка мне перекинуться словечком с Заком и назначить время встречи. О'кей?
— Договорились, — сказал режиссер и, довольный, повесил трубку.


Конференц-зал «Эс-Кей-ай» был забит до отказа. Все нервничали. Волнение пропитывало воздух, как влага, можно было почти на вкус ощутить напряжение, исходившее от согбенных агентов, сидевших вокруг стола и стоявших вдоль стен. Никто не знал, чего ждать. Кендрик лично созвал совещание, это было равносильно гласу Божьему, призвавшему несчастных грешников отчитаться в содеянном пред Его очами. Все понимали: Сэм подавлен. Несмотря на то что поток комиссионных не иссякал. Но они как бы уходили из света рампы. А это не самая лучшая позиция для обитателей Тинселтауна
type="note" l:href="#FbAutId_4">4
. К тому же в прошлую пятницу от них в другое агентство переметнулся Джеймс Фэлкон. А это уже серьезная причина для беспокойства. Состояние Сэма магическим образом передавалось его подчиненным.
Новички стояли вдоль стены. Они здесь уже два часа — большинство, во всяком случае, — но никто даже не подумал усесться на стул или в кресло. Эти места для начальства, которое может появиться в любой момент. Новенькие стояли, держа в руках потрепанные номера «Вэрайэти» и «Голливуд репортер», лихорадочно пытались вспомнить цифры доходов за выходные, комиссионные отчеты по звездам «Эс-Кей-ай», по тем, которых представляли их отделы.
Они мысленно перебирали данные о финансовых успехах агентства на этой неделе, старались удержать в памяти обменный курс доллара к фунту, марке, йене и швейцарскому франку. Ведь никогда не знаешь, что у тебя спросят. Настоящее мучение от этого бессмысленного натаскивания. Но ничего не попишешь — такова наука. Они, новички, и существуют для того, чтобы их мучили старшие. А если вдруг Сэм Кендрик или кто-то из начальников отделов позвонит тебе и задаст вопрос, а ты не сможешь ответить? Они настоящие рабочие муравьи. Но каждый из них, мужчина или женщина, мечтает о светлом будущем, когда сам сможет мучить таких муравьев.
Место у стены позволяло им, мелкой сошке, увидеть могущественных, крупных торговцев, начальников отделов и старших агентов. Их должно быть человек тридцать, судя по числу стульев вокруг длинного стола из красного дерева.
Лиза Кепке, элегантная начальница телевизионного отдела. Ответственная за такие хиты, как «Залы из букового дерева», «Американская больница», «Принцесса Джо».
Фил Роббинс и Майкл Кэмпбелл, один — глава международного отдела, другой — отдела отечественного кино.
Филу, стройному, красивому блондину за тридцать, по слухам, обладателю черного пояса по карате, не о чем было волноваться. Его мальчики и девочки энергично продавали права показа за рубеж в последнем квартале, комиссионные «Эс-Кей-ай» в Юго-Восточной Азии никогда не были выше, чем сейчас.
У задней стены пробежал шепоток, что возможен совместный фильм Дэвида Путтнама и Хью Гранта Брита. Эта новость, без сомнения, станет поводом для улыбки мистера Кендрика.
У Майка, коротко стриженного брюнета в темных очках на заказ и в темном костюме с Сэвил-роу, явно были серьезные проблемы. А если бы их не было, то зачем бы всех здесь собрали?
И наконец, среди начальников был Кевин Скотт, мужчина за пятьдесят, отвечающий за литературный отдел вот уже пятнадцать лет. Это именно он выступил брокером на четыре миллиона долларов для фильма «Сладкий огонь» в 1989 году. В то время это была рекордная цифра в кинопромышленности. Кевин Скотт открыл восемь авторов, которые в «Нью-Йорк тайме» возглавляли списки бестселлеров.
Но, как говорится, тогда — это тогда, а сейчас — это сейчас. Было да прошло.
Но Кевин Скотт этого не понимал. Литературный мир и торговля правами изменились, теперь ничего не сделаешь с помощью вежливых рукопожатий — метода, к которому он привык. Больше нет мира, где слово джентльмена является непреложным. Сейчас все дела проворачиваются неприлично быстро. Цены, кажется, растут обратно пропорционально качеству. Неторопливые, с большим количеством выпивки. ленчи в присутствии окололитературной публики, во время которых обсуждались дела, канули в Лету. А вместо старой школы чопорных интеллигентных литературных агентов, получивших образование и степени в Англии и обладавших страстью к слову, на сцену явились другие — самодовольные нахалы и щеголи двадцати — тридцати лет в джинсах, с мобильными телефонами, словно приклеенными к ушам, и вертушками для компакт-дисков, вопящими у них в машинах. Кевин вздрагивал от одной мысли об этом. Большинство из них за год, может, и осиливают полдесятка книг, но все это наверняка триллеры. Однако несмотря на его протесты, Сэм и Майк заставили Кевина Скотта набрать в его отдел именно этих несносных типов.
Весь мир Кевина Скотта будто перевернулся, он чувствовал себя совершенно подавленным.
И к тому же его отдел не продал ни одного сценария.
Взгляды большинства новичков были устремлены сегодня на четверых. Это были не главы отделов. Старшие агенты. Ветераны с двухлетним стажем, бившиеся за признание со стороны своих боссов. Джоан Делфи и Сью Сабмэн из отдела международных прав. Питер Мерфи из отдела международного телевещания и Джон Картер из отдела телевидения Восточного побережья. Но особенно всех интересовал Дэвид Таубер, сделавший головокружительную карьеру в отделе кино США. Это был самый важный отдел их компании.
Таубер развалился в кресле на почетном месте по правую руку от Фила. Если он и замечал жадные взгляды, устремленные на его мускулистое тело, то не подавал вида. В двадцать шесть лет Дэвид Таубер был потрясающим созданием природы. Сексуальная энергия исходила из каждой его клеточки Густые светлые волосы, коротко, почти по-военному подстриженные, оттеняли загар и глубокие карие с крапинками глаза; тело свидетельствовало об упорных занятиях с личным тренером и точном следовании указаниям диетолога. Это хорошие игрушки, если можешь себе их позволить, а Таубер мог позволить, и даже с легкостью. Он уже трижды сумел получить комиссионные в прошлом году и заработал вдвое больше денег, чем его коллеги. Он ездил на красном «ламборгини», и у него был хороший столик в «Спаго».
Голливуд мог похвастаться тем, что у всех его обитателей прекрасный нюх на крупное дело. А Дэвид Таубер просто источал аромат роз. На прошлой неделе все видели великий внезапный взлет его юной сверкающей карьеры: бегство Зака Мэйсона, экс-солиста группы «Дарк энджел», из конюшни Иоланды Хенри к дверям красного дерева компании «Эс-Кей-ай».
Коллеги ненавидели его.
— Леди, джентльмены, доброе утро! — рявкнул Сэм Кендрик, широко прошагав по залу и резко выдвинув кресло, стоявшее во главе стола.
Все встали.
— Садитесь, — мрачно разрешил Кендрик.
Все сели.
— О'кей. Так вот, — грубо начал Сэм. Хотя настроение стало чуть-чуть лучше, это не означало, что он должен дать хоть малейший повод расслабиться этим хнычущим бездельникам. — В этом году агентство переживает самые худшие времена со дня основания. Мы сумели засунуть пару больших имен в художественные фильмы, и все. Ничего не получается с этим чертовым пакетом, и я не думаю, что это просто случайность. Я хочу, во-первых, убедительного отчета каждого за последний квартал. Во-вторых, получить от каждого присутствующего список тех, кого он представляет. Что он с ними делает. И что намерен принести в агентство в следующем месяце.
Лица некоторых побледнели.
— Это для начала. Потом мы поговорим о студиях. И я жду, что у каждого из вас есть чем поделиться с остальными есть соображения, как решить наши проблемы Я хочу, чтобы агентство перешло к работе пакетом. Именно сейчас.
Если не вчера. Вам ясно?
Все закивали: еще бы не ясно.
Краем глаза Сэм заметил, что бесполезный уже Кевин Скотт незаметно кинул в рот таблетку валиума. Какой жалкий. Надо его уволить. Но ведь прежде он был хорош. И к тому же они когда-то дружили. Он заметил и парнишку Таубера. В итальянском костюме он выглядел абсолютно уверенно. Он не стал кивать вместе с другими.
У Кендрика было хорошее предчувствие насчет Таубера.
— Ладно, давайте начинать, — приказал он и сел, готовый наблюдать за рукопашным боем.


— Дэвид, я думаю, ты не понял. — Кевин Скотт краснел все сильнее.
— Думаю, я понял, Кевин. Джейсон написал этот сценарий для телевизионного фильма…
— «За пределами любви».
— Да, правильно. «За пределами любви». Продалось очень хорошо. Семьдесят тысяч долларов. Что? Две недели работы?
А я думаю, что с этим проектом хорошо поработали Скотт чуть не задохнулся от ярости. Черт побери, сопляк из отдела фильмов, который совал нос в отчеты каждого, пытается учить его, как вести дела? Мальчишка, который только вчера впервые побрился?
— Джейсон — серьезный романист, — сказал он, желая пристыдить Таубера и заткнуть ему рот. — Ему просто надо было заплатить ренту.
( Дэвид элегантно пожал плечами.
— Так объясните Джейсону, что если он пишет сценарий этого фильма, то ему не надо беспокоиться о ренте. Он может купить собственный дом. — При этом Таубер взглянул на Сэма Кендрика. — Поглядите за окно, Кевин, на дворе девяностые годы. Голодать на чердаке уже немодно.
Скотт со злобой взглянул на него:
— Благодарю за советы, Дэвид.
— Пожалуйста.
— Но литературный отдел не нуждается в вашей заботе.
Это уже прямой выпад! Все агенты в комнате затаили дыхание, ожидая, когда вмешается Кендрик.
Дэвид Таубер вздохнул:
— Я бы хотел, чтобы это было так на самом деле, но, к несчастью, это не… Я представляю интересы некоторых новых клиентов.
— Клиенты нашего отдела получили самое большое число наград Академии по сравнению с другими сценарными отделами Голливуда, — засопел Скотт, и маленькие лопнувшие капилляры выступили на носу.
— Нас все-таки интересует качество, Дэвид, — сказал Кэмпбелл. Его протеже зашел уж слишком далеко. Нельзя позволять парню с двухлетним стажем отчитывать главу отдела.
Но Таубера не обескуражило и то, что на лицах зрителей появилось выражение удовольствия. Он снова воинственно уставился на Скотта.
— А что вы имеете в виду под словосочетанием «новые клиенты»? — спросил Кевин с вызовом; самообладание покинуло его. — У вас всего один новый парень. Мэйсон.
Дэвид Таубер, вытянул под столом ноги, изогнулся по-кошачьи и, глядя прямо на Сэма Кендрика, сказал:
— Да, Кевин, но это было вчера. А сегодня утром я заключил сделку с новым клиентом.
— Кто же это? — с едким скептицизмом поинтересовался старший коллега.
Таубер изучал свои ногти.
— Манекенщица, модель, которая хочет быть актрисой.
Все сидевшие в зале застонали.
— Десять долларов против двух центов, — резко парировал довольный Кевин.
Дэвид пожал плечами:
— Может быть. Но я не думаю, что Роксана Феликс останется довольна выигрышем.
Внезапно все зашевелились. Кевин Скотт побагровел от ярости, Майк Кэмпбелл развернулся в кресле, желая взглянуть на своего заместителя. Лиза Кепке тихо засмеялась, и даже новички потеряли самообладание: одни захлопали, а другие засвистели. Таубер на минуту опустил голову, скрывая выражение триумфа на лице.
Со своего трона Сэм Кендрик внимательно наблюдал за происходящей перед ним дуэлью. До этого момента он ничего не знал о супермодели, но ничуть не удивился. Да, этот парнишка Таубер очень энергичный.
И все-таки, наверное, пора показать, кто король в этих джунглях.
— Замечательно, Дэвид, — начал он, и все сразу умолкли. — Когда мы возьмемся за демонстрацию моделей?
Таубер с нарочито скучающим видом сообщил:
— Я заключил с ней контракт относительно роли в кино.
А как моделью ею продолжает заниматься агентство «Юник» в Нью-Йорке.
Кендрик пожал плечами:
— Очень жаль. Хотя, я думаю, с ней можно было бы сделать удачный ход.
— Никогда раньше она не играла.
— Так, может, она вообще не способна играть? — Голос Кендрика прозвучал как щелчок кнута. — Так что вы мне намерены сказать? Что она хороша собой и только этим обеспечит большие сборы? Разве это сработало с Изабеллой Росселини, с Паулиной… как там ее фамилия? Или с Мадонной?
В комнате все застыли. Таубер поерзал в кресле, но, что делает ему честь, удачно скрыл смущение, а на лице Кевина Скотта вдруг появилась злорадная улыбка.
— Надо посмотреть. Но все же хорошо, что ты договорился с ней, Дэвид, — продолжал Сэм чуть мягче. — Только давай не будем спешить. Ас твоим другим клиентом я хотел бы скомпоновать пакет. Мы видели пробы Зака Мэйсона, он так горяч, что на нем можно жарить завтрак.
Теперь внимание всех присутствующих переключилось на босса. Сейчас Сэм казался им дельфийским оракулом.
Они ждали, они жаждали, чтобы наконец Кендрик раскрыл им свою идею. Они не сомневались: что бы он ни предложил, это непременно прибавит блеска тускнеющей звезде «Эс-Кей-ай». И стало быть, им тоже.
— В общем-то я думаю, нашу проблему поможет решить женщина, — сказал Кендрик. — Но ее зовут не Роксана Феликс. — Он подождал, позволяя своей идее повисеть в воздухе несколько секунд. — Это Элеонор Маршалл, — раскрыл он наконец свою карту.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Фабрика грез - Бэгшоу Луиза



очень понравился!
Фабрика грез - Бэгшоу Луизаполина
16.11.2013, 22.43





Здорово, ненавидишь и радуешься вместе с героями. 10!
Фабрика грез - Бэгшоу ЛуизаЛюся
24.12.2013, 15.03





если очень коротко - разразилась буря и отделила шелуху от зерен. 10/10!
Фабрика грез - Бэгшоу ЛуизаЭля
29.10.2015, 11.58





Замечательная книга! Без непонятной нудятины, надуманных обид и бестолковости!
Фабрика грез - Бэгшоу ЛуизаЮрьевна
23.01.2016, 1.34





Не могла оторваться, настолько мне было интересно следить за героями. Интересно. Рекомендую к прочтению однозначно!!!
Фабрика грез - Бэгшоу ЛуизаAnna
24.01.2016, 7.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100