Читать онлайн Месть женщины среднего возраста, автора - Бушан Элизабет, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 53)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бушан Элизабет

Месть женщины среднего возраста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Дорога, которую мы знали как свои пять пальцев, далась тяжело: лента машин протянулась от Лондона до Корнуэлла, но наконец наш набитый под завязку автомобиль выехал на мыс. От самого Лонсестона Натан что-то мурлыкал себе под нос и на все мои вопросы неизменно отвечал: «Да, сэрррр». Сэму было двадцать, Поппи – восемнадцать, оба прогуляли на вечеринках до утра и вот теперь проснулись. Поппи надела очки и легонько толкнула Сэма в плечо.
– С тебя бутылка пива.
Машина везла проголодавшихся, мучимых жаждой пилигримов по неезженой дороге. И вот – наконец-то: долгожданный дом, окна сверкают на солнце. Расположенный во впадине с видом на море, служившей укрытием, коттедж находился в уединенном месте – для нашей семьи уединение было всего важнее.
С годами мы стали экспертами по освещенности и климату прибрежной территории: серые грозы, вечера, пропитанные розово-золотым солнцем, подходящие для медитаций синие ясные дни. Иногда берег окутывал туман, и пляжа не было не видно. Над горизонтом часто повисали облака: забавно, что он при этом казался ближе. Иногда я представляла, как иду по воде и забираюсь на горизонт. Если небо было голубое, мы отправлялись на рыбалку. В дождь отыскивали ресторанчик, где можно перекусить рыбой с жареной картошкой, или прогуливались по мысу в деревню и там ели десерт миссис Треско со сливками и патокой, пили травяные чаи, согревающие в плохую погоду, и пиво в местном пабе.
– Да, сэрррр. Небо синее и чудесное. – Натан остановил машину. – Я сразу пойду гулять.
Я сложила руки на коленях и ласково спросила:
– А кто будет распаковывать вещи?
Он обошел машину и открыл мою дверцу.
– К черту вещи. Пусть дети этим займутся. Ты тоже идешь гулять.
– К черту вещи. – Я вышла из машины, заваленной чемоданами, бумагами, пустыми стаканчиками из-под напитков и коробками с едой.
Сэм вздохнул:
– А что нам за это будет?
– Много чего, – ответила я. – О расценках договоримся позже.
Натан взял сумку с рыболовными снастями и схватил меня за руку. Я успела лишь достать свитер. Мы спустились вниз, к пляжу, как взволнованные дети. Мои ноги в резиновых туфлях скользили по дерну, прыгали по камням, зарывались в сухой белый песок.
Моряк Джонни отбуксировал лодку на пляж и оставил ее там, где обычно, просмолив и приготовив к отплытию. Натан отцепил твердый, сырой брезент, уложил его, бросил на дно сумку и стал заводить мотор. Я оттащила прицеп на пляж и побрела к лодке по шелковистой водной ряби.
– Поспеши, – Натан протянул руку. – Ты так целый день проваландаешься.
Гордясь приобретенной с годами сноровкой, я продела весла в уключины; они погрузились в воду, и я начала мерно, медленно грести, чувствуя напряжение мышц в спине и руках и сопротивление течения. Я принялась грести энергичнее и вскоре перестала дрожать.
Возле утеса ветер усилился, и я осторожно обогнула скопление плоских, дурно пахнущих водорослей, скрывавших камни с острыми отточенными зубцами, которые любили полакомиться лодками на завтрак.
– Хватит, – сказал Натан, и я прекратила грести.
Сразу же повисла тишина, лишь вода плескалась об обшивку лодки. Натан дернул веревку: мотор зашумел, взревел и успокоился: мы поплыли по волнам к тому месту, где в обилии водилась макрель.
Я принялась разматывать леску. Как бы осторожно ее ни сматывали в конце сезона, при хранении она всегда путалась, и мне пришлось следить, чтобы крючья не зацепились за пальцы. Натан выключил мотор и снова завел его, чтобы при необходимости быстро сорваться с места.
– Ты первая.
Я бросила леску за борт, глядя, как яркие перышки наживки разбухают при соприкосновении с водой. Солнце обжигало мои голые руки, согревая кожу, которая в городе оставалась закрытой. Я подняла голову. Натан смотрел на меня.
– В этом году мы проведем время вместе, – сказал он, – правда?
Леска в руках натянулась, вода зашлепала о лодку, солнце ударило в глаза. Меня охватил восторг. Это был восторг оттого, что я живу, что я – часть тайны существования, просто оттого, что Натан меня любит.
Примерно через час мы карабкались обратно по тропинке к пляжному коттеджу. Я несла сумку со снастями, Натан нес наш ужин – три макрели, лучший улов первого дня.
У начала тропинки стоял Сэм и изучал утес, прикрыв ладонью глаза. Заметив нас, он двинулся навстречу. Я нехотя представила, что он скажет: «Все готово, постели застелены, еда разгружена – платите».
Но когда Сэм, задыхаясь, добежал до уступа, где мы остановились, чтобы полюбоваться морем, и Натан обнял меня за плечи, сын произнес:
– Папа, звонили из Лондона. Они хотят, чтобы ты вернулся.


Почему я не настояла на своем тогда, подумалось мне, и в других случаях тоже? Почему я не могу настоять на своем сейчас?
– Извините, – сказала Джин. – Я знаю, вам с Натаном надо о многом поговорить, но я не могла не вмешаться. – У нее был расстроенный вид, и я поняла, что девушка все знает.
– Так было всегда, Джин.
– Я знаю, – печально проговорила она. Жене министра было всего тридцать семь лет. Судя по ее фотографии (в офисе был телевизор, по которому передавали непрерывный поток новостей), она была красавицей, настоящей английской красавицей – светловолосой, статной. На снимке она была в брюках и свитере с воротником поло: непритязательная униформа Хорошей Жены. У них было двое детей-подростков: младшая дочь обнаружила ее повесившейся на перилах.
Хорошие Жены совершают самоубийства, как и все остальные.
Ее лицо оставалось в рамочке в правом верхнем углу экрана, в то время как комментаторы, обсуждавшие сенсацию, сменяли один другого. Под звук их приглушенных голосов я освободила свой рабочий стол и собрала сумку, разложила стопки книг в порядке публикации и стерла из компьютера свои файлы. Потом позвонила Стивену, предупредить, что рубрика запаздывает.
– Пусть Минти разбирается. – Мэйв была в бешенстве. Разведка уже поработала, и она явилась, чтобы стать свидетелем моего карьерного краха и выведать подробности. Ее подведенные карандашиком брови сошлись на переносице.
– Не представляю, о чем только думает Таймон. Это возмутительно. – Но ее негодование смешивалось с беспокойством. – Не сомневаюсь, я буду следующей, я тоже уже не девочка. – Она наклонилась ко мне и добавила: – Отправляйся в суд. Борись за права пожилых женщин: ведь проблема именно в возрасте.
Меня трясло от злобы и шока, но я продолжила разбирать стопки книг.
– Не думаю, что все так просто, Мэйв.
– Очнись, Роуз. – Она выхватила у меня из рук пару книг. – Прекрати. Не трать на них больше ни минуты. Ты им ничего не должна.
Телевизионный комментатор стоял у входа в дом министра, который находился под осадой, и рассказывал о благотворительной и спонсорской деятельности жены министра, о том шоке, который испытали друзья, о том, что дети попрятались.
Помня о смерти той женщины и о горе детей министра, я не могла оставить все эти последние необязательные дела незаконченными. Мы с Мэйв вместе собрали коробку с моими канцелярскими принадлежностями, мои папки, фотографию – все это впоследствии должны были доставить на Лейки-стрит.
Мэйв взглянула на экран: адвокат министра призывал не вмешиваться в личные дела семьи.
– Вот идиоты, – горячо проговорила она, и я удивилась. – Разве можно позволять другим так себя задеть?
Я поцеловала Мэйв, пообещала держать связь, подарила ей свою кружку с шутливой надписью «Я абразованая» и отправилась к Дженни в отдел кадров. Нам обеим были одинаково неприятны те пятнадцать минут, что я провела в ее офисе, и я вышла оттуда с папкой документов, которые отказалась подписать, не проконсультировавшись сперва с адвокатом. «Таймону это не понравится», – пролепетала Дженни и покраснела, а я подумала, не сказать ли ей, что она занимается не своим делом.
У стойки охраны я отдала Чарли свой пропуск.
– Мне очень жаль, Роуз, – проговорил он, аннулируя мой документ. Чарли недавно подписал открытку на мое сорокапятилетие, это придумала Джин: более сорока подписей и офисных шуток (вспомню ли я, что они означают?) с пожеланиями долголетия.
– Мне нравилось работать вместе с тобой, – сказала я, но внимание Чарли уже переключилось на курьера.
Я вышла из здания и замерла на месте. Первый раз в жизни я не имела понятия, что делать и куда идти, первый раз чувствовала себя такой беззащитной, просто раздавленной гнетом горя и отчаяния.
Я вдыхала выхлопы машин, вонь гниющего мусора и понимала, что потеряла почву под ногами. Сумка для книг безжизненно свисала с плеча как символ моей опустошенности.
Какая-то женщина налетела на меня и, не извинившись, поспешила дальше; мать везла ребенка в коляске; мужчина в черном пальто что-то кричал вслед автобусу. Жизнь продолжалась.
Мои ноги автоматически двинулись вперед. Я шла по улице и в то время словно с большой высоты наблюдала за женщиной, бредущей куда-то с пустой сумкой. Я чувствовала огромную отчужденность и странное желание рассмеяться. Во всем надо видеть хорошее, Роуз. По крайней мере теперь не придется волноваться, что все на работе узнают про Натана.
Я остановилась у входа в спортивный клуб, который посещали работники нашего издательства. Всем, кто хоть что-то из себя представлял, было известно, что это самое модное место. В женской раздевалке велись сплетни и пересуды почище, чем в офисной столовой. В уединенной, интимной обстановке до сути дела докапывались быстро. Тут горячо обсуждались фруктовые коктейли в баре, воздействие тех или иных тренажеров на анатомию, в особенности – вентиляция воздуха. Вообще-то дышать здесь было можно, но часто воздух пропитывался запахом пота от работающих тел. Говорили даже, что по трубам передаются вирусы.
Именно такое место Минти могла бы сделать своим вторым домом.
Толстая стеклянная дверь поминутно распахивалась и закрывалась, открывая взору администраторшу в облегающей ядовито-зеленой футболке. В клуб вошла группка женщин со спортивными сумками, они оживленно болтали.
Я толкнула толстую дверь и вошла.
Минти не оказалось ни в баре, ни у киоска с прохладительными напитками, ни на тренажерах. Я нашла ее в раздевалке. Сгорбившись, она сидела на скамейке обнаженная, погрузившись в себя, не замечая ничего вокруг, обсыхая после душа. Потом она встала и принялась натирать лосьоном свое упругое тело, за которым так хорошо ухаживала.
Комната гудела: женщины передвигались от шкафчиков к душевым, ревели фены, хлопали дверцы. Розовые, белые, цвета слоновой кости и черные упругие тела; струящиеся волосы, длинные ноги, накачанные животы – все они были молоды. Их тела еще не ослабели, не стали непослушными, и пропасть между их желаниями и тем, что они получали взамен, не разверзлась до невозможных размеров. Может, именно это Натан надеялся вернуть, только не мог мне признаться.
Минти продолжала гладить и лелеять тело, которое он предпочел моему. Дрожащей рукой я вытерла капли пота с лица. Мне хотелось посмотреть Минти в лицо, призвать ее к ответу. Но, подавленная и испуганная, я убежала.


Вернувшись на Лейки-стрит, я обнаружила в прихожей рюкзак. Я шагнула за порог, и из кухни вылетела Поппи.
– Мам, я приехала!
Я обняла дочь. Она уткнулась мне в плечо, и облегчение от того, что она рядом, было похоже на сноп солнечного света. Я подумала: вот это и есть самое главное. Наконец Поппи высвободилась, обвила меня рукой за талию и проводила на кухню.
– Мам, ты выглядишь ужасно. – Она сняла очки и протерла их муслиновой юбкой; зрачки расширились, силясь сфокусировать взгляд. Поппи была очень близорука, ненавидела очки и стеснялась их; однако мысль об использовании контактных линз была ей еще более ненавистна.
Я попыталась улыбнуться, но ничего не вышло. Я объяснила дочери, почему потеряла работу и почему Минти заняла мое место.
Ее лицо напряглось от злобы и боли. Поппи и в лучшие времена жилось нелегко: у нее еще не развилось чувство иронии, которое бы ее защищало. Предстоящие девочке невзгоды отличались от тех, с которыми сталкивался Сэм, но оба они могли получить серьезные душевные травмы. Это была одна из причин, мешавших мне уснуть по ночам.
– Папа не может жить с женщиной, которая сделала такое. – Дочка с трудом выговаривала слова, и ее растерянность ударила меня копьем в сердце. – Не может, правда?
Я попыталась объяснить, что Натан не хотел, чтобы так получилось, и эти события необязательно взаимосвязаны, хоть и может показаться иначе.
– Решение Таймона было совпадением, папа ничего не знал. Я проработала там очень долго, Поппи, и им захотелось применить свежий подход.
– Черта с два. – Глаза Поппи наполнились слезами. – Таймон не сделал бы этого, если бы папа от тебя не ушел. Не посмел бы. О господи, – она вытерла слезы краем юбки, – я чувствую себя такой несчастной.
– Наверняка ты не ела. – Я ринулась на кухню: забота о ком-то была для меня сейчас спасением.
Поппи подошла погладить Петрушку, которая сидела на своем обычном месте.
– Петрушка постарела, – заметила она.
– Да, Петрушка уже старенькая, – торопливо ответила я. – Послушай, давай я приготовлю тебе омлет.
– Пойду позвоню Ричарду.
Через пятнадцать минут я отправилась искать Поппи и обнаружила, что та крепко спит на диване в гостиной, сжимая в вытянутой руке мобильный телефон. Когда я поцеловала дочку, чтобы разбудить, она повернулась ко мне, как в детстве, и у меня перехватило дыхание.
Съев половину омлета, она опустила вилку.
– Мы с Сэмом ничего не можем поделать, не так ли?
– Не думаю. Это наши с папой дела.
Поппи пыталась переварить произошедшее.
– Как он мог тебя бросить?
К горлу подкатил комок. Разве я могла быстро выработать правила поведения в ситуации, с которой раньше не сталкивалась? Я села рядом с Поппи и попыталась говорить бесстрастно и убедительно:
– Мы постараемся разобраться как можно цивилизованней. Вам с Сэмом не придется наблюдать сцены.
– Почему бы и нет? Ведь ты не хочешь разговаривать цивилизованно, не так ли?
Иногда я забывала, какой проницательной может быть Поппи. Заметив на ореховой столешнице дымчатое пятно, я вытерла его.
– Нет, не хочу. У меня такое чувство, как будто мне отрезали руку.
– Не могу поверить, что это случилось.
В кухне стало очень тихо.
– Я тоже.
Без всякого энтузиазма Поппи доела омлет.
– Папино поведение никуда не годится, и мне за него стыдно. Кем он себя возомнил, когда стал увиваться за молоденькой? Это так… банально.
Ее горячность меня обеспокоила.
– Уверена, он поговорит с тобой о своих чувствах. Ты должна с ним повидаться.
Дочка нетерпеливо щелкнула языком.
– Я не уверена, что хочу его видеть. Он разрушил нашу семью. Подвел нас.
– Поппи, ты взрослая, а он все еще твой отец.
Она прервала меня:
– Как ты будешь жить? Где будешь жить? И где теперь мой дом? – Поппи закрыла ладонями лицо. – Дом на Лейки-стрит продадут. Только представь, мам. Одни выходные с тобой, вторые с папой. Ужасные встречи на свадьбах и похоронах… – Она совсем притихла. – Все разрушено – наша жизнь, Наша жизнь, какой я ее себе представляла.
Если излучина реки слишком велика, течение пойдет коротким путем, и образуется заводь с зарослями мокрой травы и камышей и суетливой, тайной жизнью – так меня учили на уроках географии. У Поппи была такая же особенность срезать петли и утлы, как и у реки: я недоумевала, откуда в ней это упрямство, стремление перескочить препятствия разом; из-за этого она игнорировала все правила и неудобства, вроде экзаменов и необходимости зарабатывать на жизнь.
«Пусть он – то есть ребенок – поведает вам о своих нуждах», – писал один ученый муж, словам которого мы поначалу верили. Натан читал книгу вслух, а я ходила взад-вперед по комнате, держа на руках вопящую трехмесячную Поппи, которая решила, будто сон – это скучно. Эти размышления соответствовали духу общества, которое стремилось измениться и изменить ход мыслей женщин. Когда же мы наконец обнаружили, что слова ученого в действительности означали: «Мы должны позволять нашим чертовым детям вытирать об нас ноги» (интерпретация Натана после скандала), Сэм с Поппи уже выросли и много чему научились.
Я поставила тарелку Поппи в посудомоечную машину и положила перед ней яблоко.
– Вот, съешь.
Она подняла голову.
– Ведь это произошло не из-за нас с Сэмом, правда? Раньше я думала, что мы выкачиваем из тебя все силы, и времени на папу у тебя уже не остается. И еще была твоя работа. – Дочка сняла очки и положила их перед собой на стол. – Не поэтому все так вышло?
– Нет.
– Поклянись.
– Обещаю.
Поппи откусила яблоко. Кажется, она расслабилась и успокоилась.
– Я папе такого по телефону наговорила. По-моему, он просто взбесился.
Мне не хотелось смотреть в ее растерянные близорукие глаза, и я стала возиться у раковины.
– Поппи, когда-нибудь… все встанет на свои места, и нам придется строить мосты. Ты знаешь, о чем я говорю? Ты понимаешь?
– Конечно. – Поппи взяла мобильник, который всегда держала поблизости, и стала играть с кнопочками. – Сообщение от Ричарда. Он меня любит. – Она хихикнула. – И я его люблю. В нем столько жизни. Он так любит приключения. И очень щедрый. Не думаю, что Ричард когда-нибудь станет занудой. Кстати, сразу после экзаменов мы оправляемся в путешествие на Восток.
– А как же Джилли? – Джилли была лучшей подругой Поппи. Они познакомились в университете, и между ними сразу же возникла та затягивающая близость, которая существует лишь до вступления в реальную жизнь.
– Джилли уезжает в Новую Зеландию – повидаться с тетушкой или что-то вроде того.
Поппи говорила беззаботным тоном, но я поняла, что она считает, что ее предали. Я вытерла раковину и повесила тряпку на кран. В груди заныло, как в тот раз, когда Сэм заявил, что после школы собирается год работать в Мозамбике учителем. А может быть, от тревоги, но скорее оттого, что птенцы расправляют крылья и улетают.
– Куда вы поедете? И на какие деньги?
Как обычно, последнюю часть вопроса Поппи проигнорировала.
– В Индию, наверное. Может, в Таиланд. Пока не знаю. Это наше последнее сумасбродство, мам, а потом мы станем скучными и серьезными. Не переживай, Ричард обо мне позаботится.
Меня это не успокоило. Последний раз, когда мы с Натаном видели Ричарда, у него были свисающие на плечи волосы, а одет он был в пакистанский национальный костюм: длинную тунику, надеваемую поверх шароваров на кулиске. «Шальвар-камиз», – объяснил он, и Ричард прочитал нам лекцию о зловредности экономики западного империализма, используя при этом выражения вроде «дико круто» и «угнетатели». Я до сих пор не уверена, дразнил он нас или говорил искренне.
Я прекрасно знала, о чем мне говорить не следует, но все же спросила:
– Как насчет того, чтобы найти работу? Поппи надулась:
– Я не хочу себя связывать и впадать в отчаяние, раз пока в этом нет необходимости, мам. Не хочу поступать, как ты.
– А что думают родители Ричарда? – Они жили в Нортумберленде и, как мы поняли, играли в его жизни довольно незаметную роль. – Ричард думает о будущем?
Всем движением тела Поппи изобразила скуку.
– Понятия не имею. Возможно. – Она выглянула в окно. – Всем обязательно надо поговорить со мной о будущем – ну всем, кто старше двадцати пяти: похоже, именно в этом возрасте начинается серьезная деградация мозга. Это как болезнь. Людям не терпится загнать меня в одну из тех категорий, которые им понятны. «Это так интересно», – говорят они. Если бы они знали, как это выглядит со стороны!
Я оглядела кухню, в которой все еще жили отголоски прошлого.
– Помнишь красные туфли?
Поппи гоняла по тарелке яблочное зернышко.
– Это старая история.
На семилетие Поппи мы отвели ее в магазин, чтобы купить те самые красные туфельки, которые, если верить рекламе, превратят девочку в принцессу. Поскольку превращения в члена королевской семьи не произошло (и даже бальное платье не материализовалось ниоткуда), своими воплями Поппи разогнала всех посетителей магазина. «Но они же обещали, а это оказалось неправдой! – рыдала она. – Они же обещали!»
– Редкий случай, когда папа сказал: «Сама ее успокаивай». Ведь обычно лишь ему удавалось тебя утихомирить.
Лицо Поппи съежилось.
– Ох, мама, – сдавленно проговорила она, – это так ужасно. Все изменилось. Я думала, единственное, что никогда не изменится, – это вы с папой. Просто кошмар.


Поппи пробыла у меня три дня, делала вид, что занимается, и отказывалась видеться с Натаном. Не хотела даже говорить с отцом. Наверное, его это задело.
«Мой папа, – призналась Поппи подружке на празднике в честь своего девятилетия, – никогда на меня не сердится». Зато он сердился на Сэма, от которого ожидал другого, более мужественного поведения. Не считая сада, Сэм был одной из немногих причин, по которой мы с Натаном ссорились. Сэм стал таким серьезным, осознав, что жизнь по сути своей несправедлива. Завоевав сердце Натана в единоличное владение – при помощи колдовства, пары больших глаз и пухлых алых губок – Поппи преподала своему брату ранний, жестокий и полезный урок.
Нагруженная едой и витаминами, Поппи села в автобус до Ноттингема. Я предложила купить ей билет на поезд, но она отказалась:
– Мне нравится жить по-студенчески.
Упрямая и настойчивая. «Не считая этого семестра, у меня остался всего один».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабет



хорошая книга, вполне жизненная.
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетЕлена
9.07.2011, 10.21





бред полный,муж уходит к молодой любовнице,любовница отнимает к тому же еще и работу и дом,а героиня поплакав все прощает.А в чем тогда месть?Жалко потраченое время.
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетЕлена
11.12.2011, 3.12





книга кажется не законченной... не совсем понятно к чему дано такое название, героиня испытывала жалость к мужу и любовнице а мести она не осуществляла как таковой.... возможно за нее отомстила судьба и именно это имел ввиду автор так называя роман..
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетчитатель
17.02.2012, 21.29





хорошая книга!именно так и надо мстить!надо просто после предательства и развода снова жить и стать счастливой.И пусть предателям и изменникам станет тошно от этого. Такая месть- высший класс!
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетирина
12.11.2012, 15.31





Так всё растянуто,что не знаю,смогу ли дочитать.По десятибальной шкале "6"
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетТатьяна
16.12.2012, 23.57





Так всё растянуто,что не знаю,смогу ли дочитать.По десятибальной шкале "6"Жалко потраченное время.
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетТатьяна
16.12.2012, 23.57





такой книги,я еще не читала,просто заработала деприсняк, так было обидно за героиню,муж сволота с подругой сучкой отобрали у женщины все,и где тут месть,мне хотелось задушить этих предателей,хеппи эндом тут не пахнет,одно расстройство
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетatevs17
25.04.2013, 7.28





Прочитала книгу, сначала печально, постепенно радостно и обнадеживающе, так и сделает разумная добрая женщина в подобной ситуации -простит и пожалеет, а эта жалость- она и есть месть, ведь героиня ожила, похорошела, нашла новые интересы и стала всем очень нужна. прочитала комменты, а их как обычно писали дуры :)
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетkato
19.07.2013, 19.44





Замечательный искренний роман, героиня принимает чудесное решение. Испытала удовольствие от прочтения!
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетСветлана
15.08.2013, 18.54





интересный
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетирина
19.09.2013, 11.49





интересный
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетирина
19.09.2013, 11.49





Книга интересная .местами немного нудновата.но больше мне понравилось продолжение этого романа называется вторая жена и повествует уже от лица минти.
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетелена к.
24.05.2014, 22.04





интересно, жизненно. кто не проходил через предательство мужа, не поймет. главное- не опускать руки, продолжать жить, как сделала героиня. любить себя!хорошая книга.
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетлюдмила
26.09.2014, 22.11





Бинго!!! Только за уверенной в себе женщиной тянется шлейф нового счастья, только к такой женщине готов вернуться бывший истрепанный муж, и только у такой,всепрощающей женщины все получается.
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетАННА
13.10.2014, 23.40





Нашла эту книгу чисто случайно. Когда её читала переживала вместе с ней. Как будтопережила занова свой развод. Я её так понимаю,хорошая книга. А месть здесь заключается в том, что вопреки им или на зло она освободилась от этого и стала счастлива. Хотя ощущение что книга не закончена. Охото знать что случилось с ней потом. Хотя автор так и задумал чтоб мы дальше додумали. Книгу тяжеловато читать оставляет послевкусие. Прочитать можно
Месть женщины среднего возраста - Бушан Элизабетлюлеко
26.11.2014, 19.10





Чудесная книга, очень советую прочесть
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетМарина
1.02.2015, 17.21





Книга понравилась. Продолжение"Вторая жена" тоже понравилась
Месть женщины среднего возраста - Бушан ЭлизабетЛена
25.05.2015, 16.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100