Читать онлайн Незнакомка из Пейроля, автора - Бурден Француаза, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Незнакомка из Пейроля - Бурден Француаза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.47 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Незнакомка из Пейроля - Бурден Француаза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Незнакомка из Пейроля - Бурден Француаза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бурден Француаза

Незнакомка из Пейроля

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Самюэль и Марианна приехали последними, около девяти вечера. Шампанское, поданное в качестве аперитива в зимнем саду, сопровождалось тостами с жареным беконом и кровяными колбасками. Адриан, очень элегантный в своем темно-синем костюме, раздавал тарелки и следил за тем, чтобы бокалы были полными.
Паскаль сделала над собой усилие, преодолевая отрицательные эмоции, вызванные разговором с отцом, и решив, что, несмотря ни на что, не станет портить себе рождественский вечер. Она тщательно нанесла макияж с блестками, спрятала волосы под шиньон и надела короткое атласное платье цвета слоновой кости.
– Ты выглядишь как настоящая женщина, не то что в джинсах! – воскликнул Анри, увидев ее.
Лоран пытался быть сдержанным, но и он не смог скрыть своего восхищения.
– Тебе удалось украсить этот дом почти так же, как это было в нашем детстве, – сказал Адриан, останавливаясь рядом с ней. – Я так любил встречать здесь Рождество…
– Предлагаю тебе абонемент на все будущие рождественские праздники, – смеясь, ответила Паскаль. – Я рассчитываю долго прожить в Пейроле!
– По крайней мере, до того времени, пока вернешь долг банку и своему спонсору, – иронично ответил брат.
Самюэль, стоявший рядом с ними, поднял глаза к небу.
– Обещаю, я не буду придирчивым кредитором при условии, что мне тоже дадут абонемент. Чем чаще я бываю в этом доме, тем больше люблю его.
– И это меня не удивляет! – сказала Аврора. – Жить в Пейроле – настоящее счастье, и здесь можно развлекаться на славу.
– Разве вам не страшно здесь одним зимними вечерами? – с любопытством спросила Марианна.
– Конечно страшно! Например, вчера вечером, когда мы пошли в парк за остролистом, то в полной мере ощутили, что такое мурашки по спине!
– Как далеко живут ваши ближайшие соседи?
– Если мы будем кричать, то они все равно не услышат. Аврора рассмеялась и похлопала Марианну по плечу.
– Но нас не так-то легко напугать, Паскаль и меня… Паскаль знала, что Авроре не нравится Марианна. «У нее есть противная манера рассматривать тебя, когда ей кажется, что ты на нее не смотришь… Она явно ревнует, и если у нее появится возможность, она непременно поссорит тебя с Самюэлем». Паскаль была менее строга к Марианне, понимая ее чувства, особенно после того, как снова очутилась в объятиях бывшего мужа.
– Проблема старинных особняков состоит в том, – вмешался Анри, – что в них никогда не прекращаются ремонтные работы.
– Ты преувеличиваешь, папа – возразила Паскаль.
– Нет, дорогая, скоро ты сама столкнешься с этим. Этот дом сдавался внаем в течение двадцати лет, электропроводка износилась, о системе отопления и говорить нечего…
– Да, это все правда, но не будем говорить об этом сегодня.
Анри нарочито глубоко вздохнул и протянул свой бокал Адриану.
– Не забывай про меня.
В зимнем саду благодаря электрообогревателям и множеству зажженных красных и зеленых свечей царило приятное тепло.
– А где Жорж? – спросила Паскаль у Авроры.
– Он разводит огонь в камине столовой, чтобы мы во время обеда не превратились там в снеговиков.
– Кстати, что будет на обед? – поинтересовался Адриан.
– Филе барашка с анчоусами и чесноком. Мы его подадим с запеченными грибами.
– О, какая замечательная мысль! – воскликнул Лоран. – Вы готовите их с маленькими ломтиками бекона?
– Да, завернутым в фольгу, как в рецепте.
– Где вы нашли этот рецепт?
– У нас есть соседка, она живет в километре отсюда, вот она и дала нам его.
– О ком ты говоришь? – удивился Анри. – Надеюсь, это не старая зануда Леони Бертен?
– Почему ты считаешь ее занудой? Она очень славная женщина.
– И очень болтливая.
– Она нам дала печенье с засахаренными фиалками, вы его попробуете на десерт.
Анри недовольно пожал плечами, на что Паскаль не обратила внимания.
– А сыр будет? – воскликнул Адриан.
– Конечно, будет. Специально для тебя я выбрала гатисский.
– Правда? О, я обожаю тебя!
– Мама любила готовить именно такие блюда на Рождество, – вспомнил Адриан. – У нас никогда не было индеек и пирогов в форме полена. Помню, как однажды она немного поджарила бекон со светлым изюмом…
На лице его промелькнуло грустное выражение, но он быстро совладал с собой, чтобы не расстраивать отца.
– Да у вас роскошное меню, девочки!
Анри, одолеваемый печальными мыслями, несколько отвлекся от общего разговора. Лоран воспользовался паузой и предложил сделать несколько снимков на память.
– Аппарат цифровой. Если фото вам не понравятся, я их сотру, но думаю, что все будет в лучшем виде. О, какая у вас оригинальная пихта, я такой никогда не видел!
– Это Аврора украшала, – сказала Паскаль.
– При таких ее талантах Пюрпан мог лишиться прекрасной медсестры, – заметил Лоран со своей неповторимой очаровательной улыбкой.
Он сделал знак Паскаль, чтобы та стала рядом с пихтой, и она, повинуясь, замерла в грациозной позе.
– Вы просто обворожительны в этом платье, – прошептал Лоран, опуская объектив.
Без сомнения, ему хотелось сфотографировать Паскаль, а не пихту.
– Мой рождественский подарок для вас, Паскаль, можно сказать, виртуальный, поэтому его невозможно было упаковать.
– Что же это?
– Альбийской больнице с февраля будет нужен врач-пневмолог. Если вы все еще заинтересованы, я могу вас устроить на это место.
Удивленная, она словно застыла на месте, но затем, не скрывая радости, подошла и поцеловала его в щеку. Это был совершенно невинный поцелуй, но Самюэль тут же расхохотался.
– Ты называешь это подарком? Поменять Пюрпан на Альби?
Лоран, взволнованный прикосновением Паскаль и неожиданной реакцией Самюэля, пробормотал:
– Я лишь хочу помочь Паскаль, это был ее выбор.
– Да тебе нужно уши оторвать после этого! – с некоторой агрессией произнес Самюэль. – Конечно, если ты не будешь работать в Пюрпане, то у тебя появится время, чтобы…
– Самюэль, пожалуйста, замолчи! – робко вмешалась Марианна.
– Хорошо, я пошутил.
Лоран пристально посмотрел на него, не отпуская талию Паскаль.
– Это неплохая идея, дочь моя, тем более что не придется так рисковать, добираясь на работу. Но главное, что Фонтанелей в Альби хорошо знают, и эта больница за последнее время вышла на новый уровень.
Довольный собой, Анри посмотрел сначала на Лорана, потом на Самюэля. Уж не хочет ли он поссорить их?
– Трюфели будут готовы через десять минут, – провозгласил Жорж.
– Филе барашка тоже, мы работаем синхронно! – одарила его нежной улыбкой Аврора.
Паскаль знала, что у них были прекрасные отношения, любовь заполняла их души, но все же они сохраняли определенную независимость. Может, в этом и есть рецепт счастья? Она заметила, что Лоран по-прежнему обнимает ее, и это ей нравилось, но Самюэль, судя по его хмурому лицу, был не в восторге.
– Прошу всех к столу, – весело сказала Паскаль, освобождаясь от объятий Лорана.
Ей пришлось изрядно поломать голову над тем, как рассадить гостей. Адриана она усадила между Авророй и Марианной, с другой стороны рядом с Авророй сел Жорж. Отца Паскаль посадила слева от себя, а Лорана справа; Самюэль оказался напротив нее. Стол был украшен сосновыми шишками, серебряными звездами, свечками в виде Деда Мороза. Воспользовавшись радостным оживлением по поводу вносимого на блюде филе барашка, Паскаль склонилась к Лорану и прошептала:
– Спасибо за подарок, это лучшее, что можно было сделать для меня.
– Вас радует перспектива больше не видеться с Надин Клеман?
Смеясь, она резко кивнула, из-за чего ее шиньон немного сдвинулся. Пока она поправляла волосы, закалывая шпильки, Лоран, словно пытаясь ей помочь, слегка прикоснулся к ее затылку.
– Профессор Клеман не будет по мне скучать, – не без иронии признала Паскаль.
– Тем лучше. Думаю, что и Самюэль не станет возражать, если я приглашу вас на свидание. С переходом в Альби никакие пересуды нам не страшны.
На другом конце стола Адриан из кожи вон лез, стараясь втянуть Марианну в разговор. Молодая женщина наконец-то повеселела, и у Паскаль появилась надежда, что она хорошо проведет этот вечер, несмотря на явное равнодушие к ней Самюэля. Несколько дней назад он говорил, что приедет один, но сегодня утром он позвонил и спросил, можно ли Марианне приехать вместе с ним. При этом он никак не объяснил, почему изменил свои намерения.
Паскаль поймала на себе взгляд Самюэля и улыбнулась ему.
– Ты разольешь вино? – спросила она и тут же пожалела о сказанном. В пору их совместной жизни Самюэль всегда разливал вино гостям. Они часто приглашали друзей и угощали их хорошим бордоским.
Самюэль встал и осторожно разлил вино в бокалы. Будучи ценителем и знатоком вин, делал он это, как и полагалось, без излишней спешки. Когда он наклонился над ее плечом, ее вновь охватило странное чувство, похожее на сожаление. Если бы она забеременела, они никогда бы не расстались. Никогда!
Почему она думала об этом, ведь Самюэль собирался жениться, да и сама она была на пороге романа с Лораном, который, как она успела заметить, не сводил с нее вопросительного взгляда.
– Паскаль, дорогая, вино божественное! – раздался восхищенный голос отца.
– Это комплимент Авроре, она выбирала.
– К счастью для нас, – заметил Самюэль, – поскольку, если мне не изменяет память, сомелье из тебя был неважный.
– Попытайся хотя бы во время обеда быть хорошим мальчиком, – поморщившись, ответила Паскаль.
– У него не получится, уж такой он есть! – смеясь, сказала Марианна, полагая, что ее слова попали в цель.
По выражению лица Самюэля Паскаль заметила, что эта реплика вызвала у него раздражение. Она молча встала, взяла корзинку для хлеба и отправилась на кухню.
– Пойду порежу остаток филе, думаю, никто не против дополнительной порции? – спросил Жорж.
– Пожалуй, я сам займусь этим, ты и так уже достаточно потрудился!
Самюэль перехватил блюдо и вышел вслед за Паскаль.
– Ты действительно считаешь, что я невыносим? – спросил он, когда они остались одни.
– Ты немного напряжен сегодня.
– Мне очень жаль. Марианна действует мне на нервы. Она слишком много выпила, а алкоголь ей противопоказан.
– Лоран тоже действует тебе на нервы!
– Здесь другое. Я его очень люблю, но когда я вижу, как он смотрит на тебя, то…
– И что же?
Она повернулась, оглядев его долгим многозначительным взглядом.
– Ничего. Ты права, прости меня.
Когда Самюэль бывал виноват, он умел признавать это и мириться.
– У меня вид, наверное, еще хуже, чем у него. Ты сегодня просто восхитительна. Ты всегда…
Он положил нож и посмотрел на нее. Их взгляды встретились.
– Пойдем, пока это не остыло, – смущенно прошептала Паскаль.
Каждый раз ему удавалось вызывать в ней самые разные чувства. Неужели она так и не освободилась от него по-настоящему? В таком случае, ей больше не следует смотреть ему в глаза. А для Марианны эта ситуация, должно быть, вообще невыносима и недопустима…
Они вернулись в столовую, где велась оживленная беседа. Паскаль, улыбаясь, направилась к Лорану и завела с ним разговор о предстоящем переходе на новое место работы.
– Понимаете, я чувствую себя под неусыпным надзором Надин Клеман, словно вернулась в те времена, когда проходила интернатуру. Она меня терпеть не может и контролирует все, что я делаю, – мои диагнозы, назначения, обследования! Стоит мне задержаться возле больного, как тут же является она и придумывает что-то, чтобы увести меня из палаты. Возможно, таким образом она заботится о том, чтобы я эффективно работала, но я ведь чувствую, что мне попросту не доверяют. С другой стороны, ее опыт и профессионализм заслуживают всяческого уважения, и если бы не ее сварливость, работать с ней было бы просто замечательно.
Лоран улыбнулся, мысленно радуясь, что может предложить ей место получше.
– Больница Альби, конечно, очень мала по сравнению с Пюрпаном, но, как мне кажется, там никто не станет отнимать у вас инициативу, которой вам так не хватает, да и вообще, мне кажется, что вам там понравится.
– Не беспокойтесь, я никогда не упрекну вас в том, что вы предложили мне это место! – сказала она, смеясь.
После того как все насытились филе барашка, Аврора предложила перейти в зимний сад, где намеревалась подать кофе и печенье с засахаренными фиалками.
– О, там мы откроем подарки! – взвизгнула Марианна. Было заметно, что она несколько перебрала, и Паскаль бросила вопросительный взгляд на Самюэля. Тот с обреченным видом подошел к Марианне и, взяв под руку, прошептал ей что-то на ухо, после чего вместе они вышли из столовой.


Часы, которые Самюэль положил на подоконник, показывали без четверти шесть. Он еще раз огляделся, убедился, что грязной посуды больше не осталось, отжал и положил губку на место.
Это был ужасный для него вечер, хотя остальным было весело. Анри был с ним ласков, будто Самюэль по-прежнему оставался его зятем.
Почему он занялся этой горой посуды, а не пошел спать? Чтобы наказать себя? Да нет, просто перспектива лечь рядом с Марианной уж как-то совсем его не привлекала. Паскаль отвела им одну комнату, полагая, что они по-прежнему были любовниками. Самюэль раздел Марианну, побыл с ней, пока она не заснула, и спустился вниз. Все уже спали, кроме Лорана и Паскаль. Эти двое сидели в зимнем саду и тихо разговаривали. Самюэль не стал им мешать и отправился в библиотеку, где стал просматривать книги по медицине. Некоторые из них, с пометками Паскаль, относились к тому времени, когда она готовилась к поступлению в интернатуру. Самюэль снова погрузился в воспоминания, не обращая внимания на время. Когда он вышел из библиотеки, везде было тихо и темно. Он, конечно, не смог удержаться от того, чтобы не удостовериться, что машины Лорана нет. Удивляясь собственному скудоумию, он даже рассмеялся.
Провести Рождество рядом с Паскаль, чувствуя, что он больше ничего для нее не значит, было для него истинным мучением. Ему никогда не хотелось создать семью с какой-то другой женщиной, однако он вступал в возраст, когда этот вопрос становился актуальным. Конечно, ему хотелось иметь детей, и лучше девочек с огромными черными глазами, как у Паскаль…
Во время обеда, когда Паскаль поправляла шиньон, ему отчаянно захотелось прикоснуться к ее волосам – блестящим и шелковистым, и, увидев, как это сделал Лоран, он чуть не задохнулся от жгучей ревности. Эта женщина была его женщиной, как же он смог позволить ей уйти?
Самюэль открыл кухонный шкаф, чтобы поставить тарелки и стаканы. В этом доме даже шкафы были полны очарования – большие и вместительные, с медными крючками на дверцах старого дерева.
Бедная Марианна! Он знал, почему она так напилась сегодня, и обвинял себя в том, что заставил ее страдать. Но что он мог поделать? Показать характер и держать ее на расстоянии? Это было бы самым простым решением, если бы он сам не страдал так же, как она.
– Ты как сказочная фея этого дома! – воскликнул Адриан, войдя в кухню. – Я не верю своим глазам…
На нем была голубая фланелевая пижама, усыпанная розовыми слониками.
– Да, выглядишь ты что надо, – иронично заметил Самюэль. – Хочешь, Золушка приготовит тебе кофе?
– Было бы неплохо.
Адриан рухнул в кресло, провел рукой по волосам и потянулся.
– Я тоже хотел все это сделать сам, чтобы девочкам не пришлось возиться. Спасибо, что опередил меня, ты настоящий брат.
Еще одно выражение из прошлого, из того времени, когда Адриан был шурином Самюэля.
– Как хорошо здесь завтракать, чувствую себя так, будто помолодел на двадцать лет!
– Если я правильно все помню, ты был против того, чтобы твоя сестра выкупила Пейроль?
Адриан нахмурился и, казалось, всерьез задумался над этим вопросом.
– Уже и не знаю… Этот дом полон чудесных и ужасных воспоминаний.
– И по этой причине ты вместе с Анри так сопротивлялся переезду сюда Паскаль?
– Как только речь заходит о Паскаль, ты становишься невыносим! Ты думаешь, что она нуждается в чьей-то защите? У нее своя голова на плечах, притом упрямая, и ты это должен знать лучше меня.
– Не зли меня, а то я тебе такой кофе сделаю, что больше не захочется.
Адриан засмеялся и поднял руки в знак примирения.
– Как твоя подруга?
– Она спит.
– Как мне кажется, проспит она долго! Когда проснется, дай ей аспирин, пусть выпьет вместе с кофе. Она очень мила и очень соблазнительна. Тебе стоит уделять ей больше внимания, не то она тебя бросит.
– Это уже случилось, мы с ней расстались.
Адриан сделал большие глаза.
– Я думал, у вас любовь и ты собираешься жениться на ней…
– Нет, вовсе нет.
– Ты хочешь остаться старым холостяком, Самюэль?
– А ты? Мы с тобой можем организовать клуб!
К нему вернулось плохое настроение, но Адриан был безжалостен.
– Держу пари, что ты имеешь виды на Паскаль.
– Не то чтобы я особенно надеюсь, но…
Адриан с сочувствием закивал головой, но ничего не сказал. Он добавил два кусочка сахара в кофе и подлил немного молока.
– Что ж, – наконец произнес он, – моя сестра – прекрасная женщина, да и вообще подобные истории не забываются.
– Откуда ты знаешь? Разве у тебя был опыт несчастной любви?
– Был, и серьезнее, чем ты думаешь.
Самюэль в замешательстве смотрел на него. Никому так не удавалось держать свою личную жизнь в тайне, как Адриану. Даже Паскаль ничего не знала и сама этому удивлялась, хотя у них были доверительные отношения.
– Не смотри на меня так и оставь свои выводы при себе, – неожиданно резко произнес Адриан.
Какие выводы? Неужели у Адриана могли быть такие проблемы, о которых он даже говорить не хотел? Самюэль взял кофейник и поставил на стол между ними.
– Ты знаешь, что Паскаль интересуется прошлым своей матери?
– Да. Папа мне сказал пару слов об этом, перед тем как идти спать. Меня удивляет то, что ты тоже в курсе.
– Она была так поражена тем, что узнала, что позвала меня на помощь.
– Конечно… Кому же ей еще довериться, как не тебе? Через некоторое время Лоран Вийнев станет для нее опорой, но пока она рассчитывает на тебя. Ты всегда под рукой.
Его насмешливый тон был невыносим, и Самюэль жестко парировал:
– Тем лучше для нее! Ты и твой отец не помогли ей, когда она пожелала изменить свою жизнь. Можно подумать, что она совершала какое-то преступление. То же самое происходит и теперь, когда она просит вас рассказать о том, что произошло в вашей семье много лет назад. Значит, есть вещи, которые вы предпочитаете скрывать?
– Не говори того, чего не знаешь! – взбеленился Адриан, стукнув кулаком по столу.
Гневно глядя друг на друга, они оба вскочили из-за стола и внезапно услышали голос Паскаль.
– Вы что, заболели или как? Что это еще за ссора?
Самюэль повернулся к ней, и его гнев мгновенно рассеялся. Она была одета в голубой бархатный пеньюар, ее волосы струились по плечам, и, несмотря на то что она почти не спала, лицо ее сияло. Откуда только она черпала энергию и безмятежность?..
– О… Вы здесь все привели в порядок! – весело воскликнула она.
– Это все он сделал, – пробурчал Адриан.
Она подошла к брату, обняла его за шею и поцеловала.
– У тебя сегодня вид старого брюзги.
– Пока я еще не знаю, что где находится, из чего ты будешь пить – из чашки или стакана? – спросил Самюэль.
Зная ее вкусы, он достал чашку, и она одарила его благодарным взглядом.
– Ты избавил меня от удовольствия мыть всю эту посуду. Я хотела сделать сюрприз Авроре и не ожидала, что в кухне идет такое оживленное заседание…
Никто из них не счел нужным что-то ответить, и Паскаль продолжила:
– Этой ночью шел снег. Вы видели?
Самюэль подошел к окну и прижался лбом к стеклу. Солнце еще не взошло, но было видно, что повсюду белел снег.
– Невероятно…
Там, в библиотеке, ставни были закрыты, и он ничего не заметил.
– Шоссе, должно быть, посыпали солью, но вряд ли кто-нибудь сделал это на проселочной дороге, что ведет сюда. Тем более 25 декабря!
– В любом случае, снег здесь довольно редкое явление, и работы привалило немало, – подтвердил Самюэль.
Ему было бы не в тягость побыть еще немного в Пейроле, если бы он был один, но Марианна скоро проснется, и он не представлял себе, как проведет с ней вместе целый день.
– Я не смогу выехать отсюда, – сказал он с сожалением.
– Нет, это абсолютно исключено! – запротестовала Паскаль. – Вы позавтракаете с нами, а днем снег растает. Ты хороший пилот, Самюэль, и я не хочу, чтобы ты зря рисковал. Ты ведь не спешишь?
Он еще не почувствовал усталости от бессонной ночи, да и уезжать на самом деле ему не хотелось. Адриан провозгласил:
– Ладно, пойду одеваться, будем играть в снежки! Самюэль подождал, пока Адриан выйдет, и налил себе кофе.
– Почему вы поссорились? – спросила Паскаль.
– По поводу тайн семьи Фонтанель. Ты права, твой брат очень злится, когда говоришь с ним о прошлом.
– Папа тоже начинает сильно нервничать, когда с ним заводишь об этом разговор. Вчера он уверял меня, что Юлия умерла, и, по-моему, в свое время он всех в этом убедил.
– Без сомнения, он боялся, чтобы не стали осуждать Камиллу. К женщине, потерявшей ребенка, отношение совсем другое, чем к той, что бросила его. И тебе отец не позволит осуждать свою мать…
– Почему ты его защищаешь? – удивилась она.
– Потому что он хороший человек. По крайней мере, мне так кажется, несмотря даже на то, что не понимаю, почему он продал тебе Пейроль, а не подарил.
Паскаль задумчиво покачала головой. Самюэль достаточно хорошо ее знал, чтобы догадаться: она не отступит и сделает все, чтобы увидеть свою сводную сестру, даже если Анри с этим не согласен. Как пройдет ее встреча с этой сорокалетней женщиной, с рождения обреченной на жалкое существование? Как Паскаль собирается восстановить справедливость?
– Здесь холодно, я тоже пойду оденусь, – решила она. – А тебе следует принять душ, Самюэль, у тебя усталый вид, ты ведь сегодня не спал.
– Подожди! – окликнул он ее, когда она уже собиралась выйти. – Как у тебя… с Лораном?
Она повернулась к нему и оперлась спиной о стену.
– У меня с Лораном?
– Да, я имею в виду ваш флирт…
– Что именно тебя интересует?
– Мне просто любопытно, – ответил он хмуро.
– Что ж, я удовлетворю твое любопытство и признаюсь, что Лоран чувствует себя неловко в твоем присутствии! Мне приходится напоминать, что я больше не являюсь твоей женой, мы просто друзья. Почему ты пытаешься с ним соперничать?
– Нет, я не…
– О, прекрати, Самюэль! Ты не хочешь, чтобы я снова устроила свою жизнь? Или же ты считаешь, что Лоран мне не подходит?
Захваченный врасплох, запутавшийся в противоречиях, Самюэль пытался найти нужные слова.
– Если… Лоран тебе нравится… Я очень хорошо к нему отношусь.
Он пытался сказать что-то более убедительное, но не смог. Паскаль не знала, сердиться ей или смеяться; наконец она подошла к нему, обняла за плечи и произнесла, глядя ему в глаза:
– Храни свою нежность ко мне, Самюэль.
Он беспомощно улыбнулся, не в силах понять эту загадочную фразу.


После веселого позднего завтрака на кухне Паскаль пригласила Адриана нанести дружеский визит Леони Бертен.
Снег на дороге слегка подтаял, а на обочине покрылся ледяной коркой. Адриан, следуя за Паскаль, скользил, увязал и чертыхался.
– И ты называешь это небольшой прогулкой, полезной для пищеварения! Погибла моя бедная обувь…
– Иди по дороге, машин ведь нет.
– Потому что люди не дураки и сидят дома! Сколько еще?
– Вон этот дом. Видишь ту крышу?
Паскаль тепло оделась, и после вчерашней вечеринки с наслаждением вдыхала свежий морозный воздух.
– А зачем я тащу этот пакет? – негодовал Адриан, едва не шлепнувшись на землю. – Я даже понятия не имею, что в нем лежит!
– Там шерстяная шаль, она совсем не тяжелая, так что не жалуйся.
– Шаль… Ты могла бы взять эту старушку под свою опеку, если, конечно, твои поклонники не взбунтуются.
– Кого ты имеешь в виду?
– Да всех! Твой бывший муж, твой директор… даже дружок Авроры поглядывает на твои ножки, когда ты проходишь мимо.
– Жорж? Ты говоришь такую чепуху, он любит Аврору, это видно за километр.
– Одно другому не мешает, блошка, ты, похоже, не знаешь мужчин!
Паскаль остановилась и посмотрела на брата.
– Ну ты и циник, Адриан. Что с тобой?
Она была уверена, что он отшутится, но, видимо, что-то его задело за живое.
– Ничего. Просто мне все надоело… и все эти праздники, и моя холостая жизнь.
– Правда? Адриан, если я могу тебе чем-то помочь… Но мгновение искренности прошло.
– Ничем ты мне помочь не можешь, дорогая моя! – отрезал он.
Она смутилась и, не решаясь более о чем-либо спрашивать, ускорила шаг. Он никогда не говорил с ней о своих проблемах и, несмотря на всю свою колкую ироничность, почти всегда был в хорошем настроении. Какая муха его укусила? Может, это следствие утренней ссоры с Самюэлем?
Через некоторое время она услышала хруст льда за спиной. Он догнал ее.
– Не обижайся, – сказал он вкрадчиво. – Просто мне плохо.
– Из-за отца?
– Нет, я забочусь о нем и думаю, что у него все в порядке. В клинике тоже все нормально: все места заняты, счета оплачены… в наше время это можно считать просто подарком небес!
– Тогда что же не так, Адриан? Любовные муки?
– Думаю, что это именно так и называется, – процедил он сквозь зубы, – но, прости, у меня нет никакого желания рассказывать тебе о своих несчастьях. Я твой старший брат, это я должен опекать тебя, давать советы, утешать, а не наоборот. Когда-то мне это так часто повторяли!
Она была поражена тем, что услышала, но ничего не ответила. И он продолжил:
– Конечно, ты права, мы могли бы поговорить о прошлом нашей семьи. Мама – я обожал ее, не будем забывать об этом – считала тебя восьмым чудом света. Не потому, что ты была ее дочерью, а я не ее сын, а потому, что ты была девочкой. Чудесной малышкой, которой она восхищалась и которую оберегала как священную реликвию. Чтобы утешить меня, папа объяснил, что когда-то давно мама потеряла свою первую дочь… В течение многих лет я был знаком именно с этой версией. И только потом, когда мама заболела, отец признался, что этот ребенок не умер, что мама оставила его в больнице из-за того, что у него была болезнь Дауна.
– Почему он рассказал об этом только тебе?
– Зная тебя, мы были уверены, что ты не удержишься и станешь расспрашивать об этом маму. Незачем было подвергать ее таким мучениям.
– Но ведь речь не просто о печальных воспоминаниях, а о человеке!
Паскаль снова охватил гнев, двойные стандарты были ей отвратительны, она внезапно осознала, что сильно отличается от членов своей семьи, что она чужая для них.
Приблизившись к калитке Леони Бертен, она остановилась, чтобы отдышаться.
– Это очень милая пожилая женщина, она помнит нас детьми. Она хорошо слышит, поэтому можно не кричать.
Адриан неожиданно рассмеялся.
– Ах, блошка, ты неподражаема, когда начинаешь читать мораль…
Глядя на него, Паскаль тоже рассмеялась, понимая, что Адриан вернулся к своему обычному беззаботно веселому состоянию.


Дороги так никто и не чистил, и только сосед вывел свой трактор и кое-где разбросал песок. К пяти вечера, когда начали опускаться сумерки, Самюэль решил, что ему пора ехать. Раньше не удалось, потому что Марианна отказывалась уезжать, не попрощавшись с Паскаль и Адрианом.
Когда они вернулись от Леони Бертен, с раскрасневшимися от мороза щеками и в прекрасном настроении, Самюэль уже готов был откланяться, но Марианна опередила его.
– Это был прекрасный рождественский праздник, Паскаль! Спасибо, что пригласили нас, просим прощения, что несколько увлеклись вашим вином. Я уснула, как ребенок, а когда проснулась, везде лежал снег, ну прямо как в сказке!
Ее улыбка и благодарственная тирада выглядели вполне натурально, но Самюэль знал, что этот вечер был очень тяжелым для Марианны по многим причинам.
– Я была рада принимать вас у себя дома, – ответила Паскаль.
– Самюэль был вне себя от радости, когда узнал, что сможет встретить здесь Рождество, и не зря! Спасибо вам еще раз.
Самюэль взял Марианну за руку, пытаясь прервать этот нескончаемый поток слов.
– Отдыхай, ты заслужила это, – сказал он, наклоняясь к Паскаль.
– Ты правда был «вне себя от радости»? – прошептала она, когда он целовал ее в шею.
Они обменялись многозначительным взглядом, и уже более громко Паскаль добавила:
– Будьте осторожны на дороге.
Она проводила их к выходу и помахала рукой, отвечая на прощальные жесты Марианны.
– Ну все, можешь прекращать очаровывать собравшихся, – пробурчал Самюэль, подъезжая к воротам.
– Все-таки она очень мила, твоя бывшая жена…
– Согласен.
– Но отопление в Пейроле никуда не годится, ночью мне было очень холодно.
– По-моему, ты спала так крепко, что не могла отдавать себе отчет об окружающей температуре, – заметил он.
– Не будь занудой, я же извинилась. Ну перебрала, ну и что? Это же Рождество, разве не так? И, по-моему, это никому не помешало. И потом, мы с тобой просто друзья, а друзья имеют право напиваться!
То, что она помнила об их соглашении, несколько утешило его. Он сможет отвезти ее домой и потом вернуться к себе.
– Не обижайся, – сказал он примирительно, – ничего страшного не произошло.
Их больше ничего не объединяло, их пути разошлись. Он развернул машину и почувствовал, как колеса скользят на льду. Сосед Паскаль посыпал песком только подъездные дорожки, главная же дорога была скользкой и опасной. Сам-то он был опытным водителем и очень надеялся, что на дороге им не встретится какой-нибудь новичок.
– Знаешь, что во всем этом самое грустное, Самюэль? Не отрываясь, он смотрел на дорогу и лишь отрицательно мотнул головой.
– То, что ты бессмысленно тратишь свою жизнь, оплакивая развод с Паскаль. Ты не можешь смириться с тем, что утратил ее, цепляешься неизвестно за что, чтобы постоянно находиться рядом. Но у нее есть отец, брат и поклонник, который ей, похоже, небезразличен. Вчера вечером, когда нас с тобой рассадили по разным концам стола, я наблюдала за тобой, и мне было больно оттого, что ты пытался играть роль ее возлюбленного… Согласна, она красива, мила, возможно, очень умна – все, что хочешь, но проблема состоит в том, что она тебя больше не любит; однажды тебе придется признать это и воспользоваться другой возможностью, чтобы обрести счастье.
Ему наскучило слушать ее нравоучительную болтовню, и он даже открыл рот, чтобы возразить, но промолчал. Как он мог убеждать ее в том, что она никогда не сможет стать его возлюбленной, что бы она ни сделала или ни сказала? Может, она надеялась победить его силой своих доводов и ее аргументы казались ей неопровержимыми? Но он-то знал, что Марианна со всеми своими предположениями очень далека от настоящего понимания его странных и запутанных отношений с Паскаль.
– Спасибо за твой… дружеский совет, – проговорил он.
Почему он проявил слабость и позволил ей поехать вместе с ним? Потому что он не хотел причинить ей боль? Но это же смешно! Их разрыв был мучителен для них обоих, и он один был виноват в этом.
Она еще что-то говорила, но он не обращал внимания, поскольку навстречу им на большой скорости спускался грузовик. В течение доли секунды Самюэль понял, что шофер грузовика потерял контроль над управлением и его просто несло по оледеневшему склону.
– Самюэль! Он сейчас собьет нас! – закричала Марианна. Ее крик смешался с отчаянными сигналами клаксона грузовика. Самюэль взял назад, он не мог резко затормозить, чтобы самому не потерять управление машиной. Слева и справа от дороги росли деревья, и он молился, чтобы не врезаться в одно из них.


26 декабря Надин Клеман, как обычно, ровно в восемь утра вошла в свой кабинет. Через несколько минут она подошла к столику дежурной медсестры и положила на него огромную коробку шоколадных конфет для персонала. От нее не ускользнул озадаченный взгляд девушки, однако Надин не удосужилась дополнить свой жест словами. Она также проигнорировала любопытные взгляды сотрудников, направленные на жемчужный браслет, подаренный ей Бенжаменом.
Каждое Рождество она испытывала меланхолию, которую быстро гасила работой, но в этом году ей было особенно грустно. Ее брат Эммануэль говорил лишь об аэронавтике, он был таким же скучным, как и его друзья. С возрастом он становился все более раздражительным, выход на пенсию не пошел ему на пользу.
Надин, выйдя замуж за Луи Клемана, все время откладывала рождение детей на потом, пока не овдовела. Несколько раз ей приходила в голову мысль выйти замуж еще раз, но в больнице было так много работы, и стремление получить должность профессора отнимало у нее все время и силы. Она не жалела об этом и ни на что бы не променяла свой пост, но иметь племянниц или племянников была не против.
Накануне, делая покупки, она зашла в магазин «Оливье», что на улице Лафайет – лучший магазин шоколадных изделий в Тулузе, и купила себе изюм в арманьяке, покрытый черным шоколадом, а также шоколадные конфеты с апельсиновой цедрой и имбирем. Затем ей пришло в голову взять большую коробку конфет для своих сотрудников в Пюрпане. В этом не было никакого душевного порыва. Ее забавляла лишь мысль о том, как удивятся ее подчиненные. Никто в отделении не любил ее, и она не строила на этот счет никаких иллюзий.
Ложась спать после невеселой встречи Рождества, она удивилась тому, что мысль о браслете Бенжамена все-таки волновала ее. Тут же, совсем не к месту, ей вспомнилась Камилла.
Она терпеть не могла даже думать о ней… Холерическая натура… Отец часто употреблял это выражение по отношению к ней, чем очень ее расстраивал. Да, она была некрасивой, но она была умной и сумела сделать карьеру! А Камилла, которая…
Боже мой, дай покой моей душе.
– Добрый день, мадам! – раздался веселый голос Паскаль.
В течение секунды Надин оставалась неподвижной. Моментом своей душевной слабости она была обязана этой женщине в белой блузе, так похожей на свою мать. Почему она до сих пор не избавилась от нее?
– Хочу поставить вас в известность, что с начала будущего года я буду работать в больнице Альби, – объявила Паскаль. – Мой уход связан с личными мотивами, поскольку мне очень далеко добираться до Тулузы.
– Прекрасно, – сухо ответила Надин.
Это было самой лучшей новостью уходящего года. Неужели Паскаль Фонтанель уйдет из ее отделения? Настоящий подарок небес!


Самюэль внимательно слушал объяснения хирурга-ортопеда, стоявшего рядом с кроватью.
– При переломе бедра произошло сильное смещение, но нам удалось вставить спицу и исправить ситуацию.
Он взглянул на Марианну и улыбнулся ей.
– Сейчас вам нельзя двигаться. Передаю вас в надежные руки. Пока, Самюэль.
Бледная и осунувшаяся Марианна согласно кивнула и, подождав, пока хирург выйдет, взяла Самюэля за руку.
– Сколько времени мне нельзя будет двигаться?
– Несколько дней. Когда будет можно, они поднимут тебя.
– Ты не посидишь со мной пару минут?
– Конечно, но потом мне нужно будет идти, меня уже ждут в операционном блоке.
Он не пострадал в результате аварии на дороге, у него остались лишь неприятные воспоминания и стоящий в ушах крик Марианны, в котором ужас сменился страданием. Он сам определил перелом и вызвал по мобильному «скорую помощь». Все случилось так быстро, что сперва он даже не успел ничего понять.
– Перелом будет долго заживать?
– Все будет зависеть от того, насколько быстро произойдет образование новой костной ткани.
Превозмогая желание поскорее уйти, он сел на единственный в палате стул и напустил на себя непринужденный вид.
– Тебе еще что-нибудь нужно? Я мог бы заехать сегодня вечером к тебе домой и привезти все, что требуется.
Он позаботился о том, чтобы ей отвели отдельную палату, проследил, чтобы у нее было все необходимое, даже зашел в продуктовый магазин и купил ей экзотических фруктов.
– Я люблю читать журналы. Женские журналы, а не про политику.
– Я куплю их для тебя, здесь в холле есть киоск.
Он убедился, что телефон работает, затем взял дистанционный пульт телевизора и подключил несколько каналов.
– Хорошо, все работает… Ну что ж, отдыхай, а я пойду.
Несмотря на то что ему было безмерно жаль ее и он испытывал чувство вины перед ней, говорить им было не о чем.
– Я потом еще зайду, – прошептал он, вставая. После недолгого раздумья он наклонился и поцеловал ее в щеку.
– Не беспокойся, я взял для тебя больничный и передам его твоему отцу.
Он познакомился с ее родителями здесь, в клинике. Простые и радушные люди, они, казалось, не сердились на него из-за того, что произошло. Ему было неловко разговаривать с ними, он был уверен, что Марианна описала его в чересчур оптимистических тонах. Может, они считают его женихом своей единственной дочери? От этой мысли его бросало в дрожь.
Он покинул отделение ортопедии с чувством облегчения. Пока что он ничего не говорил Паскаль, тем не менее ему хотелось рассказать ей о случившемся до того, как она узнает об этом от других. Поскольку он торопился не так уж сильно, как говорил Марианне, он набрал номер Паскаль.
Через десять минут он встретился с ней в кафетерии. Как он и предполагал, она пришла в ужас, узнав, что Марианна лежит в больнице с переломом, и пообещала, что зайдет к ней в течение дня.
– О, Самюэль, я не перенесу, если с тобой что-нибудь произойдет!
Его поразила эта фраза, невольно вырвавшаяся у Паскаль, но она поспешила добавить:
– Ты, должно быть, так напугал Марианну! Почему ты не позвонил в Пейроль? Мы бы помогли вам.
– Нам могла помочь только «скорая помощь».
– Ехать по такой дороге вечером было чистым безумием! Вы могли бы остаться еще на одну ночь!
– Если бы не тот грузовик, если бы не снег, выпавший накануне, если бы мы никогда с тобой не расставались…
Она молча смотрела на него в течение нескольких мгновений.
– Знаешь, – сказала она наконец, – поведение Марианны изменилось. Что произошло между вами?
– Ничего. Вообще-то, мы расстались вчера утром, но она все равно захотела поехать со мной. Это была плохая мысль.
– Почему ты согласился?
– Потому что у мужчин слабая воля, и еще потому, что ей было очень грустно.
– Что ты собираешься теперь делать?
– Ты имеешь в виду, что теперь я в долгу перед ней? Ничего я не буду делать. Я буду заботиться о ней, пока она не вернется домой. У нее есть родители, друзья.
Паскаль покачала головой. Считала ли она его равнодушным эгоистом? Он был готов сделать все что угодно, чтобы скрасить пребывание Марианны в больнице, но его чувства этим и ограничивались. Он взглянул на часы и понял, что опаздывает.
– Мне пора идти. Позавтракаем вместе на этой неделе? Если ты ничего не наметила на субботу, приезжай в клуб, полетаем на вертолете.
Немного смутившись, она созналась:
– Я пообещала Лорану, что в субботу позавтракаю с ним в клубе.
– А… Отлично. Тогда увидимся там.
Он не был уверен, что, произнося это, он не выдал своих чувств. Аэроклуб был его территорией; если он увидит там Лорана и Паскаль вместе, он не сможет этого перенести. Выдавив из себя дружескую улыбку, он вышел из кафетерия и направился к лифту. Из-за дикой ревности ему хотелось объявить Лорану войну. Надо же, человек, который был его другом, его директором, его учеником… теперь стал его соперником.
Он чувствовал себя раздавленным, уничтоженным, он спрашивал себя, не было ли с его стороны несусветной глупостью содействовать переезду Паскаль в Пейроль. Без него она бы не смогла осуществить эту идею, он сам накликал на свою голову несчастье… Так ему и надо!
На этаже общей хирургии он вышел и отправился готовиться к операции. Ему надоела его работа, надоела зима, из-за которой он не мог летать туда, куда хотел, надоели тщетные попытки вернуть утраченную любовь. Он тер руки щеткой и вспоминал историю болезни пациента, которого ему предстояло анестезировать. В общем-то, работа всегда помогала ему отвлечься от проблем, но сейчас этого было явно недостаточно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Незнакомка из Пейроля - Бурден Француаза

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Незнакомка из Пейроля - Бурден Француаза



Очень, очень понравилось...Даже всплакнула.Но как всегда - счастливыи конец ,все прекрасно.Читаите и поверьте мне,вы не пожалеете.
Незнакомка из Пейроля - Бурден Француазавера0605
12.01.2015, 14.02





А мне роман показался скучным, никакой искры, никакой страсти, никакой интриги....
Незнакомка из Пейроля - Бурден ФранцуазаЕлена
28.01.2015, 6.18





Интересный роман,немного интригующий.И хороший конец,вообщем книга хорошая.
Незнакомка из Пейроля - Бурден ФранцуазаИнга06715
30.06.2015, 17.29





Мне понравился.
Незнакомка из Пейроля - Бурден Француазасалихова
15.11.2015, 2.16





Прекрасный роман! Конец отличный.Да, люди есть люди- они живут, чувствуют, совершают ошибки , которые трудно исправить.rnУ всех своя судьба и как трудно прощать близких людей.
Незнакомка из Пейроля - Бурден Француазаsasha
13.01.2016, 12.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100