Читать онлайн Пробуждение сердца, автора - Брэнтли Пейдж, Раздел - 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пробуждение сердца - Брэнтли Пейдж бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пробуждение сердца - Брэнтли Пейдж - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пробуждение сердца - Брэнтли Пейдж - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэнтли Пейдж

Пробуждение сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

21

Когда Хью поравнялся с храмом, гул колоколов, зазвонивших к вечерне, вспугнул стаю голубей, поднявшихся, трепеща крыльями, в розоватое вечереющее небо.
От шатров, раскинутых у турнирного поля, до башен было рукой подать. В этот день он уже проходил мимо трех высоких строений, после того как участников турнира благословили перед храмом. Путь лежал по лабиринту улочек и переулков позади храма, пустынных в этот час. Солнце еще касалось островерхих сланцевых крыш, но внизу уже было сумрачно. Тишину проулка нарушал только звук его шагов, отражавшийся эхом от отвесных каменных стен.
Достигнув места встречи, Хью осмотрелся и, никого не обнаружив, заглянул в двери одной из башен. Резкий запах перьев и птичьего помета ударил ему в ноздри, заставив поморщиться. В полутьме трудно было различить, сколько птиц, нахохлившись, сидели на жердочках, но ни сокольничего, ни своего брата он не увидел.
– Я здесь, – неожиданно раздался голос за спиной.
Хью вздрогнул и прыгнул вперед, резко повернулся, сжимая рукоятку ножа, и увидел брата. Гилберт стоял в тени у входа в башню.
– Ты чертовски напугал меня, – сказал Хью, отступая в тень.
– Я уж подумал, что ты не придешь.
– Могло быть и так. Чего ты хочешь?
– Мира, преуспеяния – того, что хотят все, – ответил Гилберт и, не дав Хью вставить слово, торопливо продолжил: – Погоди, послушай, что я скажу. Французы послали графа де Северье за королевой, женой Ричарда, чтобы отвезти ее назад во Францию. Сейчас они находятся в аббатстве святого Болдуина, недалеко от Челфордского монастыря. Но через два дня Томас Суинфорд передаст им дочь французского короля. Они отправятся на юг, и сопровождать их будут всего лишь двадцать солдат Болинброка и полдюжины французских рыцарей. У Хэвуда есть горбатый мост через Тайн. Там сорок солдат моего тестя устроят им засаду.
– Нет. Я не пойду на это. – Хью сделал шаг назад, словно собираясь уходить. Гилберт схватил его за руку:
– Ты хоть понимаешь, что произойдет, когда французы узнают, что их дорогую принцессу, завидную партию для любого претендента королевской крови, похитили? Об убийстве их придворных и рыцарей я уже не говорю.
Хью высвободил руку:
– Это означает войну. Но даже Нортумберленд не рискнет…
– О, еще как рискнет! Он хочет покончить с Генри Болинброком любым способом.
– Даже война с Францией его не испугает? – недоверчиво спросил Хью.
– Она ему только на руку. Генри очень сложно будет удержаться на троне, когда французы обрушат на него всю свою мощь, а Нортумберленд поднимет восстание у него в тылу. Гражданской войны не миновать, ведь Генри не уступит корону без драки. Пусть французы займут Кале, но, если Англия останется в руках Генри, он раздавит Нортумберленда. А тех из нас, кто уцелеет на поле брани, повесит или обезглавит.
– А как Уэльс? Что предпримет Оуэн Гендоуэр?
– Уэльс? – Герберт презрительно усмехнулся. – Валлийцы помогут Нортумберленду так же, как помогли Ричарду. Они как змея, разрубленная на куски, у них нет единства, а значит, и силы. Подумай об этом, брат. Ты можешь разделить судьбу каждого из нас. Нортумберленд призовет тебя под свои знамена. Тебе придется выбирать: сражаться на его стороне или умереть. Подумай об этом хорошенько, стоит ли овчинка выделки.
– Этого никогда не случится!
– Случится, вот увидишь!
– Тогда почему ты не предупредишь Суинфорда? Почему колеблешься? Ведь это ты хочешь отступиться от Нортумберленда.
– Неужели ты думаешь, что Суинфорд поверит мне, зятю своего врага? Тогда ты еще глупей, чем Уолтер!
– Не стану я ничего делать для тебя!
Гилберт поднял кулак, в котором что-то было зажато.
– На, бери!
– Что это?
– Ключи от Обри. Возьми их, черт тебя дери! Обри твое, дарю его тебе! Если придется предстать пред Высшим судом, по крайней мере, этого греха не будет на моей душе. Видит Бог, я не желаю тебе зла! – Гилберт повернулся, чтобы уйти, и, оглянувшись через плечо, добавил напоследок: – Хочу предупредить тебя, брат. Не выходи завтра на ристалище. Де Лаке зарится на Эвистоун и, судя по его словам, на твою жену тоже: обещает сделать ее вдовой.
Хью остался стоять в тени. Он подождал некоторое время, проверяя, не последует ли кто за Гилбертом, и только тогда отправился обратно в замок. Слова брата встревожили его, но он решил ничего не предпринимать. Игра была слишком опасной.
Позже, когда в своей комнате в гостевом крыле замка они с Санчей одевались к вечернему продолжению празднества, Санча заметила черно-лиловый синяк у него на боку. Она коснулась синяка пальцами, и Хью поморщился от боли. На ее вопрос он небрежно ответил:
– Думаю, ребро сломано, только и всего.
– Хорошо, не шея, – поддела его Санча и посмотрела сурово. Вернувшись с турнира, она несколько часов ждала, пока он наконец придет, теперь снова сидела и ждала, изредка поглядывая на него, когда он умоется и побреется.
Хью был молчалив и, казалось, чем-то озабочен. Санча забеспокоилась. А вдруг кто-то видел, как она разговаривала с Ги, и сказал ему?
Из зала доносился стук тарелок. Когда в комнату проник запах жареного мяса, Санчу опять стало мутить. Сейчас она не смогла бы проглотить и кусочка.
Когда заиграли музыканты, Хью повел ее танцевать. Через минуту он озабоченно спросил:
– Что с тобой?
– Ничего страшного, – как он и предвидел, ответила Санча, и Хью шепнул:
– Я знаю верное средство от этого «ничего».
– У тебя ведь ребро сломано, – напомнила она с досадой. Но это, казалось, только раззадорило его, и, касаясь губами ее уха, он прошептал:
– Так ведь только ребро.
За столом было не до игривых намеков – де Энфранвиль продолжал праздновать победу на рыцарском поединке. А позже, несмотря на все любовные речи, Хью уснул, едва его голова коснулась подушки.


Рано утром Хью выехал из ворот Уорквортского замка вместе с де Энфранвилем и его людьми. В городе, в шерстяных рядах, он нашел Мартина и до полудня, когда рынок закрылся, они торговали, хотя и не слишком успешно. Хью продал лишь половину шерсти, привезенной из Эвистоуна. Правда, удалось найти покупателей, фламандских купцов, и на остальную половину, но цена, которую они предложили, не очень устраивала Хью.
Де Энфранвиль тоже остался с непроданной шерстью.
– Пойдем со мной в «Трубу архангела». Там ты найдешь подходящих покупателей, – звал он Хью с собой. – Я торгую шерстью с двенадцати лет, так что научу тебя кое-каким хитростям.
До вечера было еще далеко, когда Хью и Мартин вошли следом за де Энфранвилем в таверну. Просторный главный зал с рядами длинных столов был почти пуст.
– Купцы обычно так рано не приходят, – объяснил хозяин таверны.
– Кроме Пьера Экстона, – возразила перезрелая толстуха-подавальщица.
– Ну и где ты видишь его, а, Лола? – с сарказмом спросил хозяин. Но это ничуть не смутило женщину.
– Сейчас не вижу, – ответила она, оглядывая зал. – Но обычно в это время он уже сидит тут.
В Хью проснулось любопытство.
– Экстон, говорите? Что же, он покупает шерсть?
– Этого я не знаю, – ответил хозяин. – Он все больше водится не с купцами, а с жонглерами и прочими бродягами. К тому же он расплатился и съехал, нынче утром съехал, еще не рассвело.
– Он был вашим постояльцем? – продолжал Хью расспросы.
– Ну да, и я очень рад, что он убрался. Платит-то он хорошо, да эта чертова зверюшка ворует все, что ни увидит, еще и людей кусает.
Толстуха сделала круглые глаза и закивала головой, подтверждая слова хозяина.
– Сущая бестия, эта обезьяна. Ювелиру чуть палец не отхватила!
– Лучше иди подай эль, – заворчал хозяин и, повернувшись к Хью, посоветовал: – Если хотите получить хорошую цену за свою шерсть, поговорите с Робертом Пакстоном из Лондона, он наверняка придет сегодня. Только попозже.
Но сейчас Хью больше интересовала обезьянка.
– Эта обезьянка, – спросил он, – чья она, не бродячего ли торговца?
– Точно, – откликнулась толстуха, обожавшая почесать языком. – Еще этот паренек-француз сказал, что ненавидит ее! – Тут кто-то закричал, чтобы она быстрей несла эль, и женщина поспешила на другой конец зала.
– Молодой француз? – обратился Хью к хозяину.
– Ну да, подручный Экстона. Помощник, как он его называл, – лукаво подмигнул хозяин. – Писаный красавчик!
Хью остался с де Энфранвилем и действительно выгодно продал шерсть, но удача меньше обрадовала его, чем он ожидал. Мысль, что Экстон, бродячий торговец и француз, «писаный красавчик», как назвал его хозяин таверны, действуют по приказу Суинфорда, что-то замыслившего, с каждой минутой беспокоила его все больше.
Если Экстон на самом деле шпион Суинфорда, то бродячий торговец – обычный курьер. Нет сомнения, он у Экстона не единственный, и все, что Экстону нужно было делать, это сидеть в Уоркворте, под самым носом у Нортумберленда, и ждать, как паук добычу. Затем он мог отослать информацию на юг с бродячим торговцем или с французом. Им и ехать далеко не надо, лишь до Челфордского монастыря, если верить Гилберту. Однако это не объясняет, зачем Экстону понадобилось приказывать своему смазливому помощнику ухаживать за Санчей. Или он не приказывал? Хью не мог понять, что за всем этим кроется, однако в нем крепло тревожное чувство, что Санче грозит опасность.
Как ни тревожился Хью за Санчу, он не мог из таверны сразу ехать в Уорквортский замок. Распрощавшись с де Энфранвилем у дверей «Трубы архангела», они с Мартином отправились в лагерь у реки. Хью выдал деньги своим людям и посоветовал не спускать все до последнего гроша в тавернах. Только через час он отъехал в замок.
Пока он ехал вдоль реки, в голову ему лезли самые невероятные мысли. Что он в действительности знает о своей жене-аристократке? Безусловно, никакой мозговой лихорадки, о которой ему твердили, у нее не было. Зачем же тогда врач поил ее опием или Бог знает чем? Напрашивался простой ответ: врач этот – бездарь. А если в его преступной небрежности был злой умысел? Санча заболела как раз в то время, когда умер Ричард. Но он умер за много лиг от Виндзора, в Понтрефекте. Или он не умер?
«В Чипсайде я видел тело Ричарда, лежавшее в повозке», – возражал сам себе Хью. Хотя, если хорошенько подумать, что он в действительности видел, кроме какого-то трупа, чьи черты были до неузнаваемости искажены смертью? По правде говоря, это мог быть труп любого светловолосого человека такого же роста, как Ричард.
А эти кошмары, которые снились Санче? Что было их причиной, опий или ужас, пережитый ею наяву? Кошмары постепенно прекратились. Но потом что-то стало мучить ее. Он это почувствовал. Пожалуй, душевное смятение охватило его супругу вскоре после визита Гилберта в Эвистоун. В тот самый день он нашел в ризнице цветок возле своих бумаг. Время от времени Хью невольно задавался вопросом: не прочла ли Санча его донесение Суинфорду, не подслушала ли разговор с Гилбертом? Что, если она попыталась предупредить свою королеву? Он хорошо знал, как она предана маленькой Мадам. То, что Санча в таком случае могла сделать, серьезно пугало его.
Начинало вечереть, и серый пасмурный день постепенно тонул в надвигавшихся сумерках. Когда Хью подъехал к замку, заморосил мелкий дождь. Медленно продвигаясь в плотной толпе, он направился к конюшням. Спешился, быстро расседлал коня и поспешил в гостевое крыло, намереваясь добиться от Санчи правды.
Возле кухонь сырой вечерний воздух казался густым от ароматов готовящегося ужина. Коридоры замка были забиты баронами и их семьями, разодетыми в шелк и бархат, и ордами ополоумевших слуг.
Приблизясь к своей комнате, Хью увидел Гасти, стоящую в дверях. Видно было, что она поджидает его. Лицо ее было бледное и встревоженное.
– Госпожа пропала, – проговорила она, едва Хью переступил порог. – Уж я искала ее – все напрасно.
– Что ты говоришь? – прикрикнул на нее Хью. – Разве она не пошла на праздник с сестрами де Энфранвиля?
Гасти отрицательно замотала русой головой.
– Она послала меня сказать, что ей нездоровится. Ей и правда нездоровилось, но, когда я вернулась, госпожи не было в комнате. Я подумала, она в туалете, стала ждать, а ее все нет. Тогда я пошла искать. Везде смотрела! – говорила Гасти чуть не плача.
Хью кружил по комнате, сердцем чувствуя недоброе.
– Что на ней было надето?
– Даже не знаю… Все платья вроде на месте…
– Подумай хорошенько, Гасти. Не могла же она уйти в одной рубашке. Ну-ка, посмотри ее вещи. Пошевеливайся! – приказал Хью.
Гасти бросилась к сундуку, откинула крышку и стала рыться в вещах. Наконец она закричала:
– Коричневое бархатное платье для верховой езды! Его нет. Она зачем-то надела его.
Но когда Гасти подняла голову, то увидела лишь спину господина, который тут же исчез в толпе, заполнившей коридор.
Хью не представлял, куда исчезла жена, но предполагал, что в этом происшествии замешан молодой француз. Хью поспешил в конюшню, вновь оседлал коня, который остался весьма этим недоволен, и поскакал к башням у ворот. В Уорквортском замке их было три. Длинноволосый, с козлиной бородой стражник у третьей башни припомнил даму в коричневом бархатном платье и с нею молодого человека.
– Французишка. Спрашивал у меня дорогу на юг. Откуда мне было знать? Я ему показал. Чертов чужеземец!
Хью швырнул монету и проехал через ворота. Он понесся галопом вдоль реки по полям, до литейной мастерской, спустился к берегу и увидел свой лагерь: шатры, окруженные фургонами, к которым привязаны были лошади.
Мартин садился ужинать, когда в шатер влетел Донел и крикнул:
– Хозяин скачет, что-то случилось!
Мартин вышел под моросивший дождик в тот момент, когда Хью резко осадил коня у шатра. В двух словах Хью рассказал, что произошло.
– Госпожа исчезла? – Мартин был озадачен. – Ничего не понимаю.
– Я тоже, – сказал Хью. – Запрягайте фургоны, забери Гасти и сундуки, а затем отправляйся к де Энфранвилю. Скажи, что твоя госпожа заболела и что я возвращаюсь с ней в Эвистоун. Когда отправишь фургоны домой, скачи в Челфорд, я еду туда.
– Где я там найду вас?
– Сам не знаю. Поторапливайся, Мартин.
– Хорошо, милорд.
И Хью растворился в тумане, смешанном с дождем. Переехав Уорквортский мост, он повернул коня на юг.


Незадолго до того, как Хью обнаружил ее исчезновение, Санча с замирающим сердцем подошла к западным воротам. Ги уже ждал ее. Он стоял в стороне от дороги, возле кузницы, в дверь которой виднелись раскаленные угли горна. Он сдержал слово и привел лошадь для нее. Гнедая была неказиста на вид, но резва.
Едва они покинули Уоркворт, как Санча стала умолять Ги рассказать, что с мадам Изабеллой.
– Не вижу причин, почему бы теперь вам не узнать правду, – ответил Ги с таинственной улыбкой. – Мадам больна. Ей необходимо лечить нервы. Королева, ее мать, боится за ее рассудок и хочет, чтобы она немедленно вернулась во Францию, где лекари лучше.
Его слова потрясли и одновременно напугали Санчу. Она сразу подумала о лекаре, что лечил ее, о лекаре Болинброка. Помня о том, что ей пришлось самой пережить, она высказала предположение:
– А не может ли быть так, что англичане под видом лекарства дают Мадам яд? – Уж она-то по собственному опыту знала, что такое может быть. Надеясь предостеречь и таким образом избавить свою маленькую королеву от того ужаса, что она сама испытала, Санча не долго думая поведала Ги, как ее поили эликсиром, от которого она впадала в полубессознательное состояние.
Слушая ее, Ги отводил взгляд. На его губах застыла странная улыбка. Хоть он и красив, думала Санча, но как же неприятно, почти отталкивающе улыбается.
Эта улыбка заронила в Санче легкое беспокойство. Но его сочувственные речи и обходительные манеры вскоре рассеяли ее подозрения. Позже, когда они ждали несколько часов, пока пьяный паромщик переправит их на другой берег, Санча спросила:
– Мы едем прямо к Мадам?
Он ответил, что это было бы неразумно.
– Англичане стерегут ее, как важную пленницу. Вам лучше прибыть в монастырь вместе с придворными французского короля, иначе вас сразу узнают.
Но, когда Санча захотела расспросить его подробнее, Ги отказался сообщить ей больше того, что уже сказал. Нет, он не был груб, скорее уклончив. Но при этом ускользнул от ответа с таким очарованием и беззаботностью, что Санча не смогла на него обидеться.
Когда наконец они оказались на другом берегу реки, ей стало не до расспросов. Начался дождь, мелкий, упорный, который скоро превратил дорогу в болото и наполнил воздух запахом мокрой земли и прелых листьев.
Санча, чьи мысли до сих пор были исключительно заняты маленькой Мадам, вспомнила о Хью. Наверное, он уже обнаружил ее исчезновение. Что он должен думать сейчас? Что чувствовать? Ей было больно сознавать, что она может больше никогда не увидеть его, не ощутить тепло его объятий. Больше всего она боялась, что он проклянет само ее имя, когда узнает о ее предательстве. И она не сможет упрекнуть его. Но что ей оставалось делать? Она дала клятву, и теперь пришло время выполнять ее.
Потом мыслями ее завладел ребенок, которого она носила под сердцем, и в душе обещала всегда любить его. Его, ибо она была уверена, что это мальчик. От мысли, что ее сын никогда не узнает своего отца, слезы обожгли ей глаза. И чем дальше ехала она под моросящим дождем, тем горше ей становилось.
Они не разговаривали, Санча и молодой аристократ, пока не достигли огромного леса, где от прямой королевской дороги отходило несколько троп.
– Мне велено ждать графа де Северье. Вот там, в разрушенном аббатстве. – Ги показал на темнеющий лес. – Он сопроводит вас к королеве.
Граф де Северье? У Санчи стало спокойнее на душе при мысли о том, что скоро она встретится с дядей, но она не успела сказать об этом Ги. Он уже скакал по узкой тропинке, терявшейся в темном лесу. Санча последовала за ним. Она совсем была сбита с толку. Снова ждать. Тогда для чего надо было так спешить? Кроме того, она не представляла, зачем ее слишком высоко ценящему комфорт дяде скакать невесть куда по грязи дождливой ночью. Куда проще было дожидаться в тепле и безопасности, когда Ги доставит ее к нему.
Однако Санча была так взволнована, что не подумала заподозрить Ги в дурных намерениях. Даже мысль, что она рискует, оставаясь в темном лесу наедине с молодым человеком, не пришла ей в голову.
Тропа становилась все извилистей, все уже, с обеих сторон к ней подступали деревья и кусты. Наконец они достигли открытого места, и Санча увидела развалины аббатства, заросшие плющом, кустарником и куманикой. От зрелища обвалившегося фасада, зияющих провалов окон, рухнувших местами боковых стен, обвитых плетями плюща, ее охватило предчувствие чего-то ужасного. Проезжая мимо башни, сложенной из серого камня, Санча подняла голову и посмотрела на высокие окна храма и островерхую разрушившуюся крышу.
Дождь прекратился, но каждый лист ронял капли, и только их стук нарушал мертвую тишину. Когда они слезли с лошадей, у Санчи возникло неприятное ощущение, что за ней наблюдают. Несколько раз она встревоженно обвела взглядом древние руины, но, не увидя ничего подозрительного, решила, что это необычная обстановка – ночь, черный лес, одинокие заброшенные руины – так действует на нее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Пробуждение сердца - Брэнтли Пейдж

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману Пробуждение сердца - Брэнтли Пейдж



Роман очень понравился, приятная смесь придворных интриг и пасторальных сцен, волнующее сочетание будоражащих кровь заговоров и умиротворённость сельской глуши. Главные герои располагают к себе, есть и романтика, и страсть, и благородство, предательство. Достойное описание начала войны Алой и Белой Роз.
Пробуждение сердца - Брэнтли ПейджAlina
13.02.2014, 20.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100