Читать онлайн Роза восторга, автора - Брэндвайн Ребекка, Раздел - ГЛАВА 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роза восторга - Брэндвайн Ребекка бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роза восторга - Брэндвайн Ребекка - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роза восторга - Брэндвайн Ребекка - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэндвайн Ребекка

Роза восторга

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 26

Замок Хокхарст, Англия, 1480 год.


«Подумать только, как я мог тебя любить!?
Эти слова Воррика звучали, как похоронный звон, в ушах Изабеллы. Будь проклят Лионел Валерекс! Это он восстановил мужа против нее! Ее мужа, которого она начала исцелять, которого она только начала любить. Да, именно любить. Изабелла теперь точно знала, что это так. Она влюбилась в своего мужа, лорда Воррика Тремейна, графа Хокхарста. Именно теперь, когда было уже слишком поздно, она осмелилась откровенно заглянуть себе в сердце.
О, Боже! Боже! Как ей хотелось закрыть лицо ладонями и горько безутешно оплакивать свою потерю, но она этого не сделала. Сделать так – значит, опозорить себя перед Ворриком и его людьми. Раз они уже приехали в замок Хокхарст. Изабелла не сомневалась, что найдет укромное местечко, где сможет зализать свои раны. До тех пор она должна быть сильной и держаться так, чтобы никто не догадался, как внутри у нее разрывается сердце.
Только Гил и Кэрливел догадывались о ее боли. Именно они знали, что случилось в тот день на королевском турнире. И хотя они вместе пристали к Воррику и заставили его выслушать правду, он им не поверил.
– Вы оба любите ее, – прорычал он, – поэтому говорите все в ее защиту. Но я не такой дурак, чтобы в это поверить. А теперь убирайтесь, убирайтесь с моих глаз! Захватите с собой эту обманщицу, ведьму, на которой я женился!
Ей больше всего причинял боль тот факт, что Воррик ее не хотел. Изабелла тихо перенесла свои вещи в переднюю и там легла на соломенную постель и спала вместе с Джоселин, пока они не покинули Тауэр и Лондон. Какими бесконечными казались Изабелле ночи, когда она лежала, съежившись, рядом со своей служанкой и прижималась лицом к подушке, чтобы приглушить рыдания. Как мучительны были долгие часы, когда она беспокойно ждала возвращения Воррика. Иногда он приходил под утро, чаще всего пьяным, хотя хорошо держался. Изабелла не знала, где муж проводил ночи и не спрашивала его об этом. Но она не сомневалась, что он искал утешения в других объятиях. Графиня Хокхарст была бы удивлена и несказанно обрадовалась бы, если бы узнала, что Воррик всего лишь сидел в конюшне рядом со своей лошадью, напиваясь до умопомрачения, и изливал душу своему смущенному боевому другу.
Потом однажды утром (ему надоело проводить вечера на куче сена), граф приказал жене собирать чемоданы. «Мы уезжаем из Лондона!» – кратко сообщил он ей. Он вез ее домой, в замок Хокхарст. Изабелла не хотела уезжать, но все же не стала ему противоречить. Ворриком управлял дьявол. Она была не единственной, кто боялся его в эти дни.
Теперь, когда вдали показалась крепость мужа, сердце девушки сжалось от отчаяния: она не сомневалась в намерениях Воррика оставить ее там одну и без нее возвратиться на королевский двор. Да, это будет ее тюрьма и, возможно, пожизненная. Она согрешила против собственного мужа (по крайней мере, он так считал), и он вынес ей безжалостный приговор, сослав ее в замок Хокхарст за это преступление. Это было равносильно тому, что ее заперли в темницу, которая называлась в Тауэре «маленьким адом». Такая перспектива была бы более мрачной и страшной, чем та, которая ожидала ее теперь. Йоркширские пустоши, к которым девушка привыкла, не были дикими и скалистыми. Их плавные изгибы не раздражали так, как эти обрывистые гребни. Резкие выступы из гранита и песчаника переходили в поросшие лесами равнины, дикие пустоши и болотистые низины, которые были наследием прошедших веков, когда море наступило и затопило часть суши. Даже теперь Изабелла слышала рев океана, который заглушал шум падающего дождя, и чувствовала на губах холодные соленые брызги, которые приносил на своих крыльях ветер.
Высоко на скалах, которые каменными глыбами возвышались перед ней, возник замок Хокхарст. Такой же мрачный и темный, как и каменистые утесы, среди которых он стоял. Его высокие мощные башни зловеще выступали на горизонте, а навесные бойницы зияли рваными ранами на фоне небесного свода, внезапно озарившегося вспышкой молнии. Вдоль крепости не было рва, так как в этом не было необходимости. К замку не было другого подступа, кроме одной единственной дороги, которая опасно извивалась по горе до самого ее гребня, на котором взгромоздился замок, словно сокол, откуда и появился этот символ на гербе.
У Изабеллы перехватило дыхание, когда она посмотрела на крепость. В этих мрачных темных стенах не было ничего гостеприимного и они так поразительно отличались от радушных стен Рашдена. Не удивительно, что Воррик в прошлом проводил здесь очень мало времени. Кроме того, что замок в нескольких местах обвалился и разрушился, в нем было что-то вызывающее чувство беспокойства. И даже самые сильные духом сочли бы эту обстановку гнетущей и действующей на нервы.
Девушка судорожно вздохнула, когда за ней на скрипящих цепях опустилась решетка с жутким металлическим звоном. Они проехали через внутренний дворик. Потом Гил и Кэрливел сняли ее с коня, и она пошла за Ворриком в замок.
– Не надо так бояться, Белла, – ободряюще шепнул ей Кэрливел, слегка пожав ей руку. – Несмотря на такой мрачный вид замка, в нем нет призраков. Это просто очень старая крепость: она была построена еще во времена Вильгельма-Завоевателя, и Тремейны не позаботились о том, чтобы содержать ее в надлежащем виде. Воррик оказался не лучше, чем все остальные, в отношении к своему наследству. Как и его предки, он предпочитал жить при дворе или проводить время в сражениях.
– Не удивительно, – сказала Изабелла, слегка вздрогнув, когда тревожно оглянулась вокруг.
Большой зал, в котором они теперь стояли, был огромным и мог бы поражать своим величием, если бы за ним ухаживали надлежащим образом. Темные, грязные пятна сажи от факелов, висевших вдоль стен; грязные подставки под ними не чистились десятилетиями. Некогда прекрасные гобелены выцвели со временем, а многие вообще были посечены молью, прогнили и клочьями свисали со стен. Сколоченные столы были плохо выскоблены после трапез и, кроме всего прочего, покрыты толстым едким слоем пыли, как и стоявшие возле них скамейки. Пол был устлан камышом, который покрывал его таким толстым слоем, что можно было утопнуть по колено, так как новые ряды просто настилались на старые. Воздух был затхлым от вонючего запаха гниющего камыша, а также от разлагающихся остатков пищи и других отбросов, которые накопились в камышах. Изабелла была просто уверена, что в этих гниющих камышах живут целые полчища тараканов, мышей, клопов, а также и крыс, которые, шурша, бегали по соломе.
– Боже мой! – в ужасе выдохнула она. Воррик, услышавший это, зарделся от стыда, потому что жена застала его дом в таком состоянии. Ведь теперь это был и ее дом. Впервые в жизни до графа дошло, каким грязным был замок, как он нуждался в капитальном ремонте, особенно в сравнении с Рашденом. А ведь Изабелла и ее брат, наверняка, сразу же сравнили, и сравнение было далеко не в пользу замка Хокхарст. Изабелла просто пришла в ужас от этого замка. Хотя менее шокированный, чем его сестра (потому, что Гилу приходилось бывать в холостяцких жилищах раньше, а они были едва ли чище, чем это), Гил тоже был напуган. Даже Кэрливел стеснялся смотреть брату в глаза. «Действительно! – подумал младший брат. – По крайней мере, Воррик мог бы послать сообщение, что приезжает, чтобы слуги приготовились к его приезду. Ведь теперь брат не был холостяком. У него есть жена, и о ней следовало бы подумать в первую очередь».
Воррик теперь тоже это понял, но пытался внушить себе, что его не волнует их мнение. Особенно безразлично для него было то, что чувствует при виде всего этого Изабелла. В гневе Воррик совсем не думал о том, что обязан был позаботиться о жене. Он смахнул несколько серебряных кубков со стола. Кубки рассыпались по полу, взметнув облако пыли.
– Черт побери! – гневно выругался Воррик. Потом позвал своего управляющего. – Фарел! Фарел! Ты где?
– Я здесь. Добро пожаловать, милорд! Сэр Кэрливел, рад вас снова видеть, – господин Фарел кивнул и улыбнулся, очевидно, ничуть не боясь гнева своего господина. – Надеюсь, что вы хорошо добрались, милорд? Ах, да. Ну, конечно же, нет. Какое вы могли получить удовольствие от поездки при таком дожде! Это так утомительно. Перс! Энзи! Зажгите камины, да побыстрее, чтобы его светлость и гости могли обсохнуть. Мэри! Лиа! Принесите еду и напитки! – приказал управляющий и вновь повернулся к Воррику. – Когда караульные сообщили о вас и гостях, я не знал, сколько будет человек, да и будут ли гости вообще. Я приготовил только вашу комнату, милорд. Извините, я сейчас же пойду и приготовлю комнату для сэра Кэрливела и гостей, – при этом почтительно указав на Гила и Изабеллу, которые ждали, пока их представят.
Воррик вспомнил о своих обязанностях.
– Извините, Фарел, – напряженно сказал граф. – Изабелла, Гил, это – мой управляющий, Фарел. Фарел, это – моя жена, леди Хокхарст, и ее брат, граф Рашден.
Если даже управляющий и удивился его сообщению, он не подал вида. Изабелла не сомневалась в том, что Рагнор, сидевший у нее на плече и отряхивающий мокрые перья, а также ее собственная вымокшая одежда произвели на управляющего странное впечатление. Фарел еще раз вежливо кивнул и сказал, что ее и Гила рады видеть в замке Хокхарст.
– Боюсь, что вы застали нас не в самом лучшем виде, миледи, – немного встревоженно сказал управляющий. Если бы мы знали о вашем прибытии… Но его светлость так редко бывают здесь, видите ли, что мы не держим здесь много слуг. Однако, без сомнения, сейчас все было бы по-другому. Мы бы смогли кое-что исправить.
– Я уверена, что все так и будет, господин Фарел, – сказала Изабелла, хотя вначале она заподозрила управляющего в явном безделии и некомпетентности. Но теперь поняла, что его руки были связаны абсолютным отсутствием заинтересованности лорда Хокхарста в ведении хозяйства в имении.
– А мои братья здесь, Фарел? – спросил Воррик, меняя тему разговора.
– Нет, милорд. Лорд Мэдог вернулся в Гвендрее недавно и взял с собой сэра Эмриса.
– А моя мать?
– Ее нет в резиденции, милорд.
– Спасибо, Фарел. На данный момент все.
Теперь оруженосцы, сопровождавшие их в дороге, тоже вошли в большой зал и зажгли огромный центральный камин. Затем принесли простую, но сытную еду. Прежде чем сесть обедать, Изабелла с радостью подошла к огню, который теперь весело горел, разгоняя мрачную суровую атмосферу крепости. Осенний ветер и дождь пробрали ее до костей, и она замерзла, но только сейчас почувствовала это. Она протянула руки к огню. Гил подошел и стал рядом с ней.
– Боже мой, Изабелла, – он говорил тихим голосом. – Я не знал, что Воррик позволил своему замку превратиться в такие развалины. Похоже, что тебе придется здесь поработать. Я уже начинаю жалеть, что не попросил разрешения Глостера сопровождать тебя сюда. Мне кажется, что точно с таким же усердием, как в сражении с шотландцами, я постараюсь помочь тебе привести это место в порядок. Особенно теперь, когда Воррик разгневан на тебя.
– Ах, Гил, ты же знаешь, что это моя вина.
– Да, я знаю. Будь проклят Лионел! Я убью его! Если бы только Воррик мог выслушать нас с Кэрливелом!
– Я знаю, что вы пытались убедить его в моей невиновности, но вам ничего не удалось. Это безнадежно, Гил. Воррик никогда не поверит, что я ему не изменила. Ах, Гил, что же мне делать? Я так старалась завоевать его любовь, и Воррик тоже успел полюбить меня, как он сам сказал, но теперь все разрушено. Он никогда снова мне не поверит, а где нет веры, там не может быть любви.
– Я понимаю, Белла. Ты хочешь, чтобы я тебя увез отсюда? У тебя ведь есть собственное имение Грасмер, и, как ты знаешь, тебя всегда ждут в Рашдене.
– Нет, брат. Хотя я и благодарна за твое предложение. Но мое место рядом с мужем. Что сама посеяла, то теперь и пожинаю. Только… только не уезжай от меня слишком быстро. Останься со мной… ну, хоть на немного.
– Конечно, дорогая сестра, не думай ничего плохого и помни: когда я уеду, останется Кэрливел, а он – твой Друг.
– Да. Но я не должна ему навязываться, Гил, иначе он будет разрываться между мной и Ворриком. Я не могу позволить себе поставить его в затруднительное положение.
– Ты такая добрая и хорошая, Изабелла, что я понять не могу, почему Воррик тебе не верит.
– Он был ранен, Гил, и рана его глубока. Я это понимаю. Только жалею, что не смогла его вылечить.
В ту ночь Изабелла лежала одна в своей комнате и ждала, но Воррик не пришел к ней. Она слышала, как муж беспокойно ходил в соседней комнате, но хотя несколько раз и останавливался перед дверью, которая их разделяла, он так и не открыл ее. Наконец на рассвете он лег в кровать, но еще долго не спал. Когда взошло солнце, Воррик поднялся и приказал оседлать свою лошадь.
У Изабеллы упало сердце, когда она услышала, как муж отдавал это распоряжение своему оруженосцу Ризу. Когда она поняла из разговора с другими оруженосцами, что Воррик просто собирался на охоту, у нее немного поднялось настроение. По крайней мере, муж пока не собирался возвращаться в королевский дворец.
Убедившись, что он уехал, она поспешно позвала служанок, искупалась и переоделась, потому что в Хокхарсте было много дел. Позавтракав, девушка тщательно обдумала все дела, которые ей предстояло сделать, и составила список всего необходимого. Затем она спустилась вниз по лестнице и позвала слуг в большой зал.
– Я ваша новая хозяйка, леди Хокхарст, – сообщила она им, так как те, кто не видел ее вчера, не знали этого, и теперь с любопытством уставились на нее. – Это теперь и мой дом. – Она немного помолчала, подождав, пока до них дойдет смысл сказанного. Потом продолжила. – Знаю, что в течение многих лет в замке не было хозяйки, поэтому не стоит говорить о состоянии, в котором я вчера по прибытии обнаружила замок Хокхарст. Но скажу также, что мне не хотелось бы видеть его в таком состоянии, поэтому, если вы желаете здесь остаться, – а мне кажется, что это так, – вы должны привыкать к изменениям. Я планирую немедленно начать приводить замок в порядок. Он ужасно запущен, поэтому предстоит большая работа. Хочу надеяться, что вы честно будете выполнять свою работу. Если вы справитесь со своими задачами, то будете вознаграждены. В противном случае, вы будете просто уволены. Теперь я хочу, чтобы вы по очереди выходили вперед и представлялись. Потом я буду давать вам распоряжения.
Изабелла ждала, но никто не двинулся с места. Вместо этого, они молча смотрели на нее.
– Ну, почему же вы медлите? – нетерпеливо спросила девушка. – Вы убедитесь, что я вовсе не жестокая хозяйка, уверяю вас.
– Извините, миледи, – нерешительно откашлялся Фарел. – Но… но слуги, они… они боятся…
– Боятся чего, господин Фарел?
– Сокола, миледи.
– Но это же просто нелепо! Ведь они же, наверняка, раньше видели соколов? Я точно знаю, что у милорда есть несколько.
– Надо уточнить, что у него соколы – для охоты, – немного нервно произнес управляющий. – Но эта птица вовсе не кажется ручной, миледи, – заметил Фарел, отступая назад, когда увидел, что Рагнор захлопал крыльями и пронзительно закричал, сверкнув круглыми желтыми глазами.
Изабелла подавила в себе желание засмеяться и нежно погладила голову сокола, чтобы его успокоить. Потом посадила его на запястье и высоко подняла, чтобы все на него посмотрели.
– Это Рагнор, – сказала она. – Его величество король Эдуард подарил нам птицу в качестве свадебного подарка. – Увидев, что сообщение было воспринято с должным благоговейным трепетом и уважением, Изабелла продолжала: – У Рагнора было сломано крыло, и хотя я его вправила и оно зажило, по каким-то неизвестным причинам сокол не может летать. Уверяю, что он не причинит вам вреда. А теперь… давайте займемся работой.
Нечего было, конечно, и ожидать, что за один день можно привести замок в порядок, когда веками он не знал должного ухода. Но господин Фарел, очень хороший человек, отчаялся невниманием хозяина к замку Хокхарст, а теперь увидел, что Изабелла послана ему самим Богом, и почувствовал, что девушка могла положить всему хорошее начало, к тому же, сэр Девен, оруженосец, описал «шокирующее» состояние оружия и «абсолютно необороноспособное» состояние крепостных стен. Он взял с собой Гила, когда тот встал, чтобы провести его по крепости и показать ему эти «непростительные» недостатки. Не успели они уйти, как появился главный управляющий, господин Ишем с длинным списком жалоб, касающихся земель замка, скота и крестьян.
– Без угрызений совести скажу вам, миледи, что если в амбаре найдется хоть один бушель зерна, то это будет просто чудом. А если найдется хотя бы одна корова или овца, то, значит, сам Бог послал нам свое благословение. Большинство крестьян разбежалось. Но их нельзя за это винить, потому что я в таком доме не смог держать даже козла или свинью!
Хотя Изабелла и хорошо к нему относилась, она строгим взглядом остановила его: несмотря на то, что Воррик явно не занимался своим наследством, но господин Ишем не имел права критиковать графа.
– Принесите мне книгу счетов и список инвентаря замка, господин Ишем, – приказала девушка. – Если записи ведутся так же плохо, как и хозяйство в замке, то, без сомнения, вам и вашему клерку придется основательно потрудиться, чтобы привести их в надлежащий вид.
Управляющий при этих словах сжался и покраснел. Изабелла поняла, что ее обвинения небезосновательны и попали в цель. Она могла без всяких угрызений совести уволить его за грубость и критику хозяина замка.
Робко вышел священник Франсис. Он предусмотрительно не сказал ни слова против своего господина. Вместо этого он тихо пожаловался на тот факт, что служение сократилось до субботней и воскресной службы (а они должны проводиться ежедневно), потому что стекла часовни выбиты, и по церкви гуляют сквозняки, а скамейки так плохо сколочены, что на них опасно сидеть.
– И вы знаете, миледи, никто не стоит на коленях во время службы, – вздохнул священник, – а иначе вообще не нужны были бы скамейки.
Изабелла пообещала, что проследит за тем, чтобы это уладили. Поставив этих людей во главе всех дел, она сама принялась за работу.
В большом зале здоровые мужчины, вооруженные граблями, уже убрали большую часть соломы, настланной на полу, а женщины с ведрами воды и огромными кусками щелочного мыла отскребали ту часть пола, которую уже освободили. Изабелла поспешила посоветовать женщинам начать со стен. Нужно было смыть грязный налет, оставшийся на стенах от факелов. Иначе, если это сделать потом, вся грязь со стены потечет на чистый пол, и придется все перемывать. Она также посоветовала добавить в воду скипидара, чтобы вытравить насекомых, живущих в камышах. Потом Изабелла послала двух пажей на конюшню за котами, которых она намеревалась пустить на крыс.
Видя, что в большом зале все идет нормально, и оставив двух служанок, – Матильду и Эдит, следить за ходом дел, девушка продолжила осмотр замка. Верхние комнаты, которые редко использовались, были не такими грязными, как комнаты внизу. Их нужно было только подмести, вытереть пыль и проветрить. Тем не менее, Изабелла решила также тщательно отскрести пол одновременно в нескольких комнатах. Все гобелены и коврики, решила она, нужно заменить, а чехлы на матрацы сшить новые. Она приказала женщинам, сопровождавшим ее наверх, начать с комнаты Воррика, чтобы она полностью была готова к вечеру. Только гобелены и коврики могли подождать потому, что требовалось несколько недель, чтобы вышить первые, а вторые – купить у купцов. В ответ на слова хозяйки девушки посмотрели на нее так, как будто та сошла с ума, и начали жаловаться, что это невыполнимая задача. Но Изабелла осталась непоколебимой, оставив Алису следить за тем, чтобы никто не уклонялся от своих обязанностей.
Потом Изабелла осмотрела погреб, винный погреб, кладовую и амбар. Только в винном погребе были значительные запасы. Если Воррик о чем и заботился, так это только о напитках. К большому удивлению женщин, девушка составила длинный список продуктов, которые следовало выращивать в садах (предварительно посадив весной), и несколько суховато заметила, что в Сомерсете, поблизости, можно купить «Чеддер». Просто трудно было поверить в то, что в погребах не было этого сыра. В дальнейшем они позаботятся об изготовлении своего собственного сыра, получая молоко от коров, коз и овец. К тому же, они будут делать зельц из голов свиней и боровов, но восхитительный «Чеддер» они будут покупать в Сомерсете. Расписав все это, Изабелла послала сообщение главному охотнику и рыболову, приказав им пополнить погреб свежими запасами мяса и рыбы.
В кладовой графиня была просто раздражена, когда увидела, что там заканчивается сало для свечей и факелы. Она тут же распорядилась пополнить эти запасы, отправив за ними нескольких девушек.
Но молодая хозяйка ничего не смогла сделать, чтобы заполнить пустые амбары. Это было ей не по силам. Урожай только недавно собрали. Она только смогла тщательно распределить небольшие запасы пшеницы, овса и ячменя, которые там были, для выпечки хлеба, пирогов, а также для приготовления супа и каши. В свой список Изабелла занесла перечень и количество семян, необходимых к следующей весне. Она так яростно черкнула пером, рассердившись, что оно оставило огромную кляксу на странице.
На кухне главный повар получил строгий приказ: по части приготовления пищи отныне надлежало строго советоваться с ней. Каждое утро надо было определять, что готовить на день. А сейчас она должна приготовить рагу, чтобы накормить работающих слуг. По крайней мере, у нее не было никакого желания есть эту скудно приготовленную пищу. Изабелла была уверена, что довольно продолжительное время повар сбывал запасы продуктов на сторону, кроме того, она решила оставить здесь Джоселин, чтобы навести надлежащий порядок, а также распоряжаться там.
Изабелла осмотрела также внутренние и внешние укрепления крепости и с помощью своих доверенных рыцарей Эдрика, Тегна и Беовульфа направила оруженосцев Воррика на тяжелую и непрывычную для них работу.
Завершив осмотр, она вернулась в замок посмотреть книги счетов, которые принес господин Ишем, и посоветоваться с Гилом и сэром Бевантом, как усилить обороноспособность крепости.
Стоит ли говорить, что когда Воррик вечером вернулся домой, он был абсолютно сбит с толку теми разительными переменами, которые там произошли. Обычно безжизненная крепость напоминала сейчас гудящий муравейник: в какой-то момент он чуть было не подумал, что попал по ошибке в другой замок. Если бы Воррик не был ошеломлен, он обязательно рассмеялся бы при виде своих гордых рыцарей, чистивших навоз в конюшнях, наваливая его в тележки, в которых отвозили затем за пределы крепости и сваливали все в кучи. Кэрливел, который выехал навстречу своему брату, рассмеялся, увидев озадаченное лицо графа.
– Тебе лучше смываться и побыстрее, Воррик, – пошутил Кэрливел, хватая жеребца графа под уздцы, – потому что, если я не ошибаюсь, твои рыцари собираются тебя сегодня вечером убить.
– Черт добери, Кэрливел, – выругался Воррик, слезая с лошади, – что тут происходит? Нет, можешь не беспокоиться с ответом, потому что я уже сам его знаю. Это… это все колдунья, на которой я женился. Она перевернула все вверх дном в мое отсутствие.
– Насчет этого я не знаю, – холодно заметил Кэрливел, – но, по крайней мере, она попыталась привести его в порядок, за что я, конечно, благодарен, ей. Должен признаться, что до сих пор я так привык к беспорядку здесь, что даже не осознавал, что мы живем, как свиньи.
– Что-то не помню, чтобы я когда-либо принуждал тебя здесь оставаться, брат, – сухо заметил граф. – Я уверен, что Мэдог с нетерпением ждет тебя в Гвендерезе, а если нет, то ты можешь поискать работу у какого-нибудь другого лорда, нуждающегося в секире, которой ты так прекрасно владеешь.
Кэрливел холодно поднял бровь.
– Не разговаривай со мной таким тоном, Воррик, – предупредил он. – Ты, кажется, однажды был доволен, когда я сражался на твоей стороне.
Граф виновато покраснел.
– Извини, брат, – попросил он прощения. – Ведь я гневаюсь на Изабеллу, а не на тебя. Мне, действительно, не следовало с тобой так разговаривать.
– Воррик, – медленно произнес Кэрливел, – по-моему, ты большой дурак. Я повторяю снова: у тебя нет причин презирать свою жену. Она всего лишь стала жертвой обмана и лжи лорда Лионела. Если бы тебя так не обидела Бренгвен, ты бы ее понял. Изабелла была и будет самой честной и преданной женой.
– Да? – саркастически протянул Воррик. – А почему ты так думаешь?
– Она любит тебя. Но почему, я никак не могу понять, – сказав это на прощанье, Кэрливел повернулся и ушел.
«ОНА ЛЮБИТ ТЕБЯ! ОНА ЛЮБИТ ТЕБЯ!» Снова и снова эти слова звучали в ушах Воррика, молча уставившегося на дверь, разделявшую его с Изабеллой. Кэрливел сказал, что он большой дурак. Действительно. Неужели его так ослепило горе, что он не справедливо осудил свою жену? Неужели ее, действительно, заманили в павильон Лионела?
Всякий раз Воррик пытался вспомнить, как она выглядела, когда выходила из палатки наследника Сант-Сейвора: – «Она тяжело дышала, как будто занималась любовью, а лиф ее платья был разорван, словно какие-то нетерпеливые руки не могли ее раздеть должным образом. Но… но не могла ли Изабелла так тяжело дышать после борьбы? Может, Лионел попытался взять ее силой и разорвал платье?»
Граф резко вздохнул. «Да, все могло быть именно так», – пришел он к выводу. Почему же он продолжал сомневаться в своей жене? «Ах, если бы можно было точно знать, что там произошло на самом деле!»
«ОНА ЛЮБИТ ТЕБЯ, ХОТЯ ПОНЯТЬ НЕ МОГУ, ПОЧЕМУ».
Воррик задумчиво осмотрел комнату, заметив, какой чистой и свежей она теперь стала. На кровати лежал новый матрац. Стала бы Изабелла так стараться, если бы хорошо к нему не относилась? Другая женщина прежде всего позаботилась бы о своем собственном комфорте. Но Изабелла думала только о нем. Даже комната Гила, насколько он знал, была еще не готова. А его спальня была готова к вечеру. Стала бы она ставить мужа выше своего брата, если бы не любила его? Он не знал.
Воррик снова посмотрел на дверь, которая отделяла его от Изабеллы. Как много ночей уже прошло с тех пор, когда он последний раз держал ее в своих объятиях! И хотя Воррик мог удовлетворить свою похоть с другой женщиной, он не стал этого делать. Граф не мог требовать от других того, что сам не мог дать взамен. Когда он женился на ней, то требовал от своей жены хорошего отношения и обещал дать то же в ответ. А он был человеком, который не нарушает клятв.
Вечера, которые он проводил в конюшне в Тауэре, были очень одинокими. Воррик изливал свою душу Гвалчмею, своему коню. Вспоминая об этом, Воррик решил, что даже его боевой друг смотрел на него, как на идиота.
«Может я и в самом деле идиот? – подумал он. – Да, потому что я позволил этой колдунье очаровать меня, и теперь не могу избавиться от этих чар. Сколько ночей я потерял, напиваясь и мечтая о ней? Желая ее? Если бы она была мужчиной, я бы бросил ей вызов и убил бы на дуэли. Но Изабелла – женщина, и я отпускаю ее без борьбы. Дурак? Да, а надо бы бороться, чтобы завоевать ее, покорить сердце и душу, вычеркнув Лионела Валерекса из ее памяти. Более того, я думал, что мне достаточно ее хорошего отношения. Откуда я мог знать, что мне захочется ее любви? Да, любви. Я люблю Изабеллу, и все время ее любил, но не хотел себе в этом признаться. К черту мою гордость! Будь проклята моя самоуверенность! До того дня, как в палатке Лионела… я знал, а потом… потом… Ее предательство невыносимо! Я хотел убить ее, оскорбить, как она это сделала со мной. И все же… и все же… Неужели мне по-прежнему не хочется держать ее в своих объятиях и любить, пока она на закричит, не сдастся добровольно и не поклянется, что Лионел для нее ничего не значит? Ничего! НИЧЕГО! Услышать, как она клянется мне в своей любви! Мне – и только мне. Она так отчаянно пыталась что-то объяснить, когда все это случилось. Может быть, я был не прав, что не выслушал ее? Поверил, что она меня обманула? Если бы все произошло сейчас, как бы я себя повел? Даже не знаю. О Боже, Боже! Что только я наделал! Кэрливел сказал мне, что Изабелла меня любит, но я знаю, что брат ошибается. Это невозможно, потому что я был с ней так жесток и холоден. Однако, она моя жена! У меня есть право быть с ней, независимо от того, что у нас с ней что-то не так, независимо от того, хочет она меня или нет. Я возьму ее и заставлю меня захотеть, если даже она будет смеяться надо мной и презирать меня. Я завоюю ее любовь, если даже это – последнее, что мне предстоит сделать в жизни! Она моя, моя! Я не отступлю!»
Приняв решение, Воррик направился к двери и открыл ее.
– Пойдем, – сказал он своей перепуганной жене, – ты мне нужна!
Медленно, не зная, что и подумать, Изабелла поднялась и пошла за ним в комнату. Он сердился? Она не знала. Сегодня вечером Воррик не сказал ни слова об изменениях, которые она произвела в Хокхарсте. Возможно, он только и ждал этого момента, чтобы обрушить на нее весь свой гнев за то, что жена перевернула весь дом. Девушка содрогнулась. Воррик временами мог быть очень жестоким.
– Что случилось, милорд? – тихо спросила она. – Я сделала что-нибудь не то?
Он удивленно посмотрел на нее.
– Нет. Конечно нет.
– Тогда что вы от меня хотите?
Взмахом руки он показал на огромную кровать с балдахином, которая занимала почти всю комнату.
– От служанок я узнал, что только у меня новый матрац, и подумал, что тебе бы хотелось разделить со мной этот комфорт, – как бы между прочим сказал он.
Вначале, догадавшись, чего он хочет, Изабелла побледнела, – и у графа упало сердце. Все так, как он и предполагал: она больше не хотела его и собиралась ему отказать. Если он решил иметь ее, то ему придется это сделать силой, а от этого они не получат никакого удовольствия. Потом она покраснела и отвернулась, слегка задрожав, и Воррик понял, что ошибся. Он молча смотрел из-под полуопущенных ресниц, как она слегка дрожащими пальцами начала расшнуровывать платье. Изабелла боялась. Боялась так, как в первую брачную ночь. Потом граф понял, что для нее эта ночь была, КАК ТА, ПЕРВАЯ, потому что она не знала, чего ожидать.
Вдруг Воррик понял, каким он был сильным и мужественным, и какой хрупкой и женственной была Изабелла. На мгновение Воррик подумал о том, как бы чувствовал себя на месте девушки, и он, действительно, впервые в жизни понял, насколько беспомощна женщина перед мужчиной. Женщина может сражаться, даже вонзить в него кинжал, но сильный и решительный мужчина легко преодолеет все это и подчинит женщину своему желанию. Мужчина, который не является мужем женщины, может быть наказан за свои деяния в том случае, если ее может защитить другой сильный мужчина, но против своего мужа у нее нет защиты. Она была его собственностью, и он мог делать с ней все, что угодно. Неудивительно, что многие девушки боятся первой брачной ночи так же, как Изабелла боялась Воррика.
Но тогда он отбросил все ее страхи, рассеял все сомнения. Это было естественно: ее пугала неизвестность. Теперь, граф это понял, все обстояло гораздо сложнее. Женщина вверяла тело и душу – свою ЖИЗНЬ в руки мужчины – именно это ее пугало.
Да, вот сейчас Изабелла, немного застенчиво, снимет свою одежду, не выражая протеста, доверяя ему, полагаясь на его доброе отношение, хотя и знает, что муж хотел убить ее в тот день на турнире. Она сейчас думает, что Воррик ее презирает. Неизвестно, смог ли бы Воррик, оказавшись на ее месте, быть таким храбрым, как она? И ее мужество тронуло его.
– Белла, – выдохнул он, лаская ее этим словом. Изабелла обернулась, и ее платье упало к ногам.
– Да, милорд? – она не попыталась спрятаться от его бесстыдного откровенного взгляда, просто стояла, спокойно опустив глаза. Два больших шага – и он оказался возле нее.
– Белла, – он снова нежно произнес ее имя. Она не слышала такого ласкового обращения с того самого дня, когда проходил королевский турнир.
Она умоляюще посмотрела на него.
– Да, милорд? – снова сказала она.
Но Воррик не находил слов, чтобы сказать то, что хотел: впервые в жизни он смутился, а главное – растерялся. Он не должен спешить, ему нужно действовать осторожно. Если Воррик вдруг скажет, что любит ее, она сразу не поверит. Будет думать, что он просто издевается, чтобы в дальнейшем причинить ей боль. Им нужно подождать, и тогда своим ласковым обращением он сможет завоевать ее сердце.
– Ничего, ничего, – ответил Воррик.
Он взял ее лицо в свои ладони, запустил пальцы в волосы и взгляд затуманился, когда его губы коснулись ее губ. Казалось, что он целует ее целую вечность, касаясь ее слегка дрожащих рук, которые она держала возле груди, потому что не решалась коснуться его, но и не отталкивала от себя. Изабелла вцепилась руками в рубашку, так как ей показалось, что она сейчас упадет. Но Воррик безошибочно чувствовал дрожание ее таких ранимых губ своими губами. В какой-то момент ему захотелось узнать, дрожит ли жена от страха или от страсти. Он медленно отпустил ее. Руки скользнули по плечам к упругой груди.
«Как красива ее грудь! – подумал он. – Она такая белая, как мрамор, что даже видны голубые вены под кожей».
Муж провел по ее груди пальцами, приходя в восторг от того, что розовые бутоны напряглись, смущенно взволновались от его прикосновения. Он коснулся губами чувственного места на шее Изабеллы, где она грациозной линией переходила в плечо. Когда его губы коснулись этого места, возбуждая его языком, она почувствовала удовольствие. Язык мужа стал двигаться к ямочке на шее, где все быстрее и быстрее бился ее пульс. Затем его губы нашли грудь – сначала одну, потом вторую. Его удивляло, как мягкие розовые бугорки могут становиться такими твердыми. И то, что это случалось именно тогда, когда его рот смыкался на них и возбуждал их, приводило Воррика в неописуемый восторг. Зубы слегка покусывали их, а язык рванулся, чтобы пощекотать их розовые верхушки, пока они не стали еще тверже от желания и страсти.
Наконец, он отстранился и мягко подтолкнул Изабеллу к постели. Она скользнула в массивную кровать и казалась такой крошечной среди подушек, на которых устроилась, натянув на себя простыню, чтобы скрыть свою наготу.
Она смотрела на него широко раскрытыми серо-зелеными глазами, пока он в мерцании свечей снимал свою рубашку, обнажившую его широкую грудь со спутанными темными волосами, потом сбросил брюки. Воррик лег в постель рядом с ней и обнял ее, снова страстно поцеловав. Одна рука нетерпеливо ласкала складки ее женского начала. Обнаружив, что это потайное место было влажным и теплым, не желавшим больше ждать, Воррик очутился сверху и осторожно развел ее бедра. Самой верхушкой он прижался к ней и вошел в нее одним решительным движением, что заставило ее сгорать от желания, затем вошел дальше вглубь и так же быстро вышел. Потом повторил все снова и снова.
Изабелла завела ноги ему за спину и выгнула бедра, чтобы принять его. Но вдруг она почувствовала, что земля куда-то уплывала из-под нее. Поток ощущений потряс ее тело так, как еще не было раньше. Еще никогда Изабелла не возносилась на такую вершину чувств. Смутно она ощутила, как содрогнулось тело Воррика.
Он не двигался, но и не пытался оставить ее. Ему хотелось остаться ее частью. И только спустя некоторое время его пенис снова отвердел внутри. Почти сонные глаза Изабеллы удивленно распахнулись, и она заметила, как муж нежно смотрит на нее. В ее душе появилась крошечная надежда, что не все потеряно, небольшая надежда на то, что он сможет ее простить, снова поверит ей и будет заботиться о ней. Хотя полюбить ее снова Воррик не сможет – в этом Изабелла была твердо убеждена.
Как ей хотелось убрать с лица волосы, погладить его по щеке, прижать к своей груди и сказать, что она его любит. Но Изабелла ничего этого не сделала, интуитивно чувствуя, что еще слишком рано после того случая на турнире, и муж ей, конечно же, не поверит. Она чувствовала, что должна продвигаться осторожно и медленно в своих планах снова завоевать его сердце, отвоевать ту драгоценную заботу о ней, которую он проявлял.
Свечи давно уже погасли, но от луны струился мягкий свет, который окутывал их серебристым тающим покрывалом. Изабелла снова представила, что Воррик – языческий бог, пришедший из прошлого, древний демон ночи, который хочет украсть ее сердце и душу. Она видела, как его янтарные глаза сияют в полумраке, как два огонька, прожигающие ее собственный взгляд, как будто желая сквозь потайные уголки сознания выяснить самые сокровенные ее мысли. Изабелла слегка вздрогнула. Раньше ее муж называл колдуньей, и она думала, что это, действительно, так. Девушка удивительно подходила ему, была создана для него, а он, конечно же, был дьяволом.
Уже во второй раз она была готова поклясться, что в их любви было какое-то таинство, и теперь Изабелла снова почувствовала, как на нее начинает действовать колдовство: оно настигает ее и набрасывает свое волшебное покрывало. Она не могла отвести взгляд от Воррика. Его каштановая грива с золотистыми прядями манила ее пальцы, и ей страстно хотелось вторгнуться в их шелковистые волны. Помутившийся от страсти янтарный взгляд гипнотизировал и манил ее в свои глубины. Изгиб чувственного рта очаровывал Изабеллу, как только эти губы поглощали ее собственные.
Он взял ее груди в свои ладони и нежно, но страстно сжал их. Его пальцы вновь начали возбуждать соски, пока те не отвердели так же, как и его копье, проникавшее в ее сокровенные глубины.
Изабелла поняла, что не может даже пошевельнуться. Она не хотела двигаться, когда он погружался в нее все глубже, чаруя и вознося на вершину восторга.
Она простонала низким грудным голосом, как мурлыкает довольный кот, отчего он негромко рассмеялся прямо ей в ухо и страстно прошептал: «Колдунья, колдунья! Я заставю тебя забыть его, даже если мне придется убить тебя!»
Изабелла хотела заговорить, сказать ему, что никогда не любила Лионела и никогда не сможет его полюбить, потому что отдала свое сердце мужу. Но рот Воррика еще раз накрыл ее губы, не давая ей произнести то, что она хотела. Ему было все равно. По какой-то необъяснимой причине граф решил бороться за нее, завоевать ее любовь, которая и без того уже принадлежала ему.
Надежда, теплившаяся в ее груди, вспыхнула ярким огнем у нее при этой мысли. Она излечит мужа и получит его сердце! Изабелла крепко обняла своего любимого.
– Я забыла Лионела, – прошептала она, – забыла его, любимый!
С диким торжествующим рычанием Воррик приподнял ее бедра и поспешил опуститься в горячую влагу, пока она не вскрикнула, сдаваясь ему и отдавая себя вулканической лаве, поглотившей ее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роза восторга - Брэндвайн Ребекка



ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛОСЬ
Роза восторга - Брэндвайн РебеккаХАЛИМАТ
31.08.2012, 16.18





Это один из первых мною прочитанных романов.Читаю второй раз и знаю что прочитаю и третий раз.Столько эмоций.
Роза восторга - Брэндвайн Ребеккавика
16.10.2012, 11.11





Очень понравился роман! захватывающая сюжетная линия, красивые герои, много любви и страсти, интимные сцены очень откровенны...
Роза восторга - Брэндвайн РебеккаJane
8.02.2014, 17.59





Кому нравится тема любви между опекуном и подопечной, читайте, очень красиво!
Роза восторга - Брэндвайн РебеккаJane
14.02.2014, 10.22





Кто любит исторические романы советую!!! Очень захватывает!
Роза восторга - Брэндвайн РебеккаОльга
16.02.2014, 12.11





Тяжелый роман.
Роза восторга - Брэндвайн РебеккаКэт
5.08.2015, 17.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100