Читать онлайн Удержать мечту Книга 2, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - Глава 34 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Удержать мечту Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.8 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Удержать мечту Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Удержать мечту Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Удержать мечту Книга 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 34

Пола проснулась в пятницу утром от звуков громких мужских голосов и взрывов раскатистого смеха. Она резко села в кровати и потерла кулаками глаза, мигая от слабого света, пробивавшегося в окно, на какую-то долю секунды не понимая, где находится. Потом вспомнила. Ну конечно же, на даче у Шейна около Нью-Милфорда. Она взглянула на маленькие дорожные часы на белом, плетеном из прутьев, столике рядом с кроватью и, к своему удивлению, обнаружила, что уже почти десять. Ей самой не верилось, что она проспала, причем почти четыре лишних часа. Обычно она была на ногах уже в шесть утра.
Пола соскочила с кровати, чувствуя себя отдохнувшей и полной энергии, и прошлепала к окну, раздвинула красные саржевые занавески и выглянула во двор. Прямо под окном около груды досок разговаривали двое мужчин.
Шейн находился вне пределов ее видимости, но до нее донесся его голос.
– Эй, ребята, потише там. Моя гостья еще спит. И аккуратнее в выражениях.
С затаенной улыбкой Пола повернулась и с интересом осмотрелась в спальне. Накануне вечером она слишком устала, чтобы уделить должное внимание окружающей обстановке. Теперь она увидела, насколько уютно в этой маленькой и оригинальной комнатке с белыми стенами, ярко-красным полом и белой плетеной мебелью. Но доминировала надо всем кровать с медной спинкой, под лоскутным покрывалом.
Пола проскользнула в соседнюю крохотную ванную комнату, быстро приняла душ, причесалась, подкрасилась и вернулась в спальню. Там она одела синие джинсы, алую рубашку и толстый пурпурный свитер, затем натянула поверх джинсов высокие, до колена, ботинки красной кожи. Наконец, застегнула на запястье ремешок часов и сбежала вниз, в кухню.
Это было огромное, в деревенском стиле, помещение с потолочными балками и медной утварью на стенах, но оснащенное самой современной техникой и идеально чистое. Белые шкафчики и полки на белых стенах ярко блестели в солнечных лучах, пробивавшихся через два маленьких окна с чистыми, до хруста, занавесками в бело-синюю клетку. Пола выглянула во двор. Шейна и рабочих нигде не было видно.
Приятно пахло свежим кофе и, заметив кипящий кофейник, Пола принялась открывать створки шкафов в поисках кружки. Наконец она ее нашла, наполнила и направилась в основное жилое помещение дома.
Посреди просторной комнаты она остановилась и огляделась, старая вобрать в себя все вокруг, хотя и знала, что это бесполезно. Ей потребуется несколько дней, чтобы увидеть все, сделанное здесь Шейном. Вчера вечером его дом показался ей милым, сегодня, в ярком солнечном свете, у нее от восхищения захватило дух.
«Всего одна комната», – сказал он по дороге из Манхэттена. Но что за комната – огромная, величественная, с высоким потолком из открытых стропил и поперечных балок, большое окно, прорезанное в длинной стене, и гигантский камин. Огонь уже гудел в топке, толстые чурки шипели и стреляли.
Пола подошла к кабинетному роялю и села на круглый стул, отхлебывая кофе и продолжая озираться. Шейн поместил рояль точно посередине комнаты, и она поняла, почему. Он естественным образом разделял ту часть зала у камина, что служила гостиной, от другой, ближе к кухне, считавшейся столовой. Преобладал белый цвет, но его холодность смягчалась темными тонами натурального дерева. Стены покрыты побелкой; два огромных честерфильдских дивана и глубокие кресла обиты грубой белой саржей. Шторы в тон, на отполированном деревянном полу – белые коврики. Но картины, эстампы, книги и цветы яркими пятнами оживляли белый фон.
Шейн рассказал, что прошелся по окрестным антикварным магазинам и сделал несколько действительно ценных находок. И вот теперь ее взгляд остановился на двух красивых комодах, которые вчера она не заметила, затем она увидела старинную ширму. Ее расписные створки идеально гармонировали с обеденным столом красного дерева «Держу пари, что эта ширма стоит целое состояние», – подумала Пола.
Внезапно она почувствовала себя опустошенной.
Он явно потратил на переоборудование своего дома немалые деньги, не говоря уж о времени и энергии. Шейн говорил, что большую часть работы сделали прежние владельцы, Санни и Элайн Уикерс. «Я только построил консольную лестницу, вставил зеркальное стекло в окно, да добавил кое-какие мелочи, прежде чем приступить к меблировке», – пояснил он.
И, однако, она уловила нечто такое, что вселило в нее ощущение беспокойства. В этом доме собирались поселиться надолго. Да и сейчас Шейн вместе со столярами пилил доски на полки и шкафы, предназначавшиеся для крошечной комнаты, которую он показал ей вчера вечером. Он собирался устроить там кабинет.
Неужели он навсегда решил остаться в Америке? И никогда не вернется в Англию? И почему ей не все равно?
Пола резко встала и подошла к камину, уселась в чересчур плотно набитое кресло и поставила кружку с кофе на каминную полку. Ее взгляд скользнул по лежавшей там пачке сигарет и зажигалке и, хотя она редко курила, взяла одну и глубоко задумалась о событиях предыдущего вечера.
Они с Шейном приехали в девять часов, одновременно с началом грозы, и промокли до нитки, бегая от машины к дому и обратно, пока не перенесли туда все чемоданы и сумки с продуктами. Потом Шейн, не слушая никаких возражений, отправил ее наверх переодеться.
Через двадцать минут Пола спустилась и замерла на пороге в восторге от увиденного. В ее отсутствие Шейн включил все лампы и зажег камин. Теплый приветливый свет залил просторную, как средневековая зала, комнату, звуки из репертуара Боба Дилана заполнили ее, и в ней стало гораздо уютнее и спокойнее. Пола сразу заняла свое любимое место – спиной к камину. И тут совершенно неожиданно Шейн возник в дверях кухни с бокалами в руках, бодрый и свежий, в простой белой рубашке и синих джинсах.
– Как быстро ты успел все сделать, да еще и переоделся! – воскликнула она.
Шейн в ответ широко улыбнулся.
– Как говорится, кого как учили, тот так и работает. А меня обучал весьма въедливый генерал.
– Эмма Харт – въедливый генерал! Не очень-то лестно ты отзываешься о моей высокочтимой бабушке, – шутливо упрекнула его Пола.
Шейн вручил ей водку с тоником и, чокнувшись, заметил:
– В отличие от тебя, Эмма не рассердилась бы на меня за такое определение.
И они пустились в воспоминания о годах, проведенных в «Гнезде цапли», долго смеялись и поддразнивали друг друга, а потом Шейн принес огромное блюдо с копченой лососиной и поднос с ломтиками сыра. Они сидели на полу, брали закуски с маленького столика и запивали их ледяным шампанским. И говорили, говорили – далеко за полночь – о самых разных вещах, радуясь вновь обретенной дружбе и наслаждаясь чувством раскованности и свободы.
Под конец вечера Шейн заметил, что Пола время от времени потирает шею. На его озабоченный взгляд молодая женщина ответила:
– Ничего серьезного. Просто она затекает – думаю, от долгого сидения за столом.
Не сказав ни слова, Шейн начал массировать ей шею и плечи.
Сейчас, вспоминая эту сцену, к Поле вернулось ощущение блаженства, которое она испытала при прикосновении сильных пальцев Шейна, как бы впитавших в себя боль и усталость ее мускулов. Ей хотелось, чтобы он никогда не останавливался. И позже, когда он дружески чмокнул ее в щеку на прощанье на пороге ее спальни, Пола испытала непреодолимое желание обвить руками его шею. Она быстро переступила порог и закрыла дверь. Щеки ее пылали.
Пола распрямилась в кресле, словно подброшенная пружиной. Вчера вечером она удивилась сама себе. Теперь она поняла. Она хотела, чтобы Шейн прикоснулся к ней, поцеловал ее. Не надо лгать самой себе. Ее так называемые родственные чувства к Шейну не так уж невинны. Теперь уже – нет. Они окрашены сексом. Ее влечет к нему как к мужчине.
Эта мысль настолько потрясла Полу, что она вскочила на ноги, швырнула сигарету в камин и подбежала к окну.
Она стояла, устремив взгляд на простирающийся за окном пейзаж, и не видела его красоты, пытаясь успокоиться. Она должна подавить новые, для нее необычные, чувства, которые он в ней вызывает. Они порождали в ней беспокойство, огорчали ее. Она не имеет права испытывать интерес к Шейну О'Нилу – ведь она замужем. Кроме того, в его глазах она не более, чем подруга детства.
Пола пыталась отогнать от себя мысли о Шейне, но они упорно лезли ей в голову, отказываясь покидать ее. Перед ней возник образ Шейна, каким он был прошлым вечером. Он казался не совсем таким, как всегда, и в то же время его внешность и манера держаться остались неизменными. И тут Пола поняла. Это она сама изменилась – и увидела его другими глазами.
«Почему Шейн вдруг так взволновал меня? Потому, что он красивый, сильный, умный и привлекательный? Или потому, что от него исходит, обаяние мужественности? Но он всегда был таким, он ничуть не изменился. Кроме того, примитивная мужественность на меня не действует. Впрочем, примитивного в нем ничего нет. Мужественность – просто естественная часть его натуры. Боже, я сошла с ума – думать о Шейне подобным образом! Кроме того, секс меня не интересует. Он отпугивает меня. Джим хорошенько позаботился об этом».
По коже Полы пробежал озноб. Она живо представила себе лицо Джима. Для описания определенного типа мужчин Мерри часто пользовалась одним словом: «самцы». Попадание прямо в точку. Пола тяжело вздохнула и прищурилась от ослепительного солнечного луча, проникшего в комнату сквозь оконное стекло. Джим воцарился в ее мыслях, вытеснив Шейна.
Вчера днем, около двух часов, или в семь по английскому времени, она позвонила в Лонг Медоу и поговорила с Джимом. Разговор получился очень коротким. Он отвечал ей, как всегда, вежливо, но в спешке – по его словам, торопился на обед. И быстро передал трубку Норе, чтобы дать жене возможность узнать, как идут дела у детей. Она страшно соскучилась по Лорну и Тессе. Когда Пола попросила Нору вновь соединить ее с мужем, та ответила, что он уже уехал. У Полы в голове не укладывалось, как Джим мог не попрощаться с ней. В ярости она бросила трубку. Затем ее охватило отчаяние. Очевидно, он успел забыть об их разговоре в воскресенье – и о том, что его вызвало.
«Боже мой, ведь и недели не прошло», – подумала она, живо вспомнив, как они оба стояли тогда в саду. В тот день что-то умерло в ней. Джим держится с ней холодно, отчужденно. Почти как чужой человек. Чем больше Пола думала, тем больше она утверждалась в своем мнении. Ему просто наплевать на чувства, мысли и потребности жены. Лишний раз Поле пришлось признать, что они с мужем несовместимы. Причем во всем, а не только в том, что касается секса. Если бы секс оставался единственной их проблемой, она бы справилась. Но его поведение во время телефонного разговора усилило в ней чувство разочарования. В тот день она рассталась с последствием иллюзиями в отношении своего брака и с головой погрузилась в бумаги, радуясь, что дела могут хоть как-то отвлечь ее от горьких мыслей…
«Работа и дети… Вот на что я отныне направлю всю свою энергию», – в сотый раз сказала она себе. Поспешным шагом пройдя к камину, Пола схватила кружку с полки и направилась на кухню. Пора найти Шейна, поздороваться с ним и поинтересоваться его планами на сегодня.
Но он оказался уже на кухне.
– Так вот ты где, – воскликнул он, наливая себе кофе – Готов поспорить, тебя разбудили мои молодцы, черти горластые!
Пола во все глаза уставилась на него, вернее на его одежду. Он красовался в бесформенных обвисших вельветовых штанах, тяжелых рабочих ботинках и просторном рыбацком свитере, а на его черных кудрях под немыслимым углом сидела матерчатая кепочка. Пола разразилась безудержным хохотом.
– В чем дело? – встревожился он, нахмурив брови.
– Твоя одежда… – воскликнула она между приступами смеха – Ты точь-в-точь похож на ирландского моряка.
– Дорогая моя, а разве ты не знала, что он – это и есть я? Весь в моего деда.
Немного позже они поехали в Нью-Милфорд.
Спускаясь с холма, Шейн показал ей ферму его друзей – Санни и Элайн Уикерс – и мимоходом упомянул, что пригласил их вечером на обед.
– Он музыкант, она писательница. Очень милая пара, тебе они понравятся, – добавил он и принялся обсуждать с Полой меню предстоящего обеда.
К тому времени, как они доехали до места, им удалось прийти к соглашению: готовить будет Пола – классический английский стол со всеми полагающимися приправами. Для начала – йоркширский пудинг, затем баранья нога, жареная картошка и брюссельская капуста, а на закуску – бисквит по-английски с вином и взбитыми сливками.
Шейн с Полой обошли множество рынков и магазинов и купили свежих овощей, фруктов, барашка и всякого мяса впрок, приправы, праздничные свечи, а также огромный букет золотистых и бронзовых хризантем. С трудом передвигая ноги под тяжестью покупок, они брели по улице, покачиваясь от смеха и чувствуя себя превосходно.
По дороге домой Пола вдруг осознала, что с Шейном она ведет себя совершенно естественно, кстати, как и он с ней. Да и с чего бы ему чувствовать себя скованным? Он же не может читать ее мысли. А если бы и мог – в них нет ничего необычного. Только дружелюбие, привязанность и счастливые воспоминания детских лет. К счастью, те странные и волнующие несколько часов полностью испарились. Шейн – просто старый приятель, добрый друг, член семьи. Все снова вошло в норму.
Вернувшись в дом, Шейн принялся разбирать покупки, а Пола расставила цветы в две большие каменные вазы. Между делом он бросил:
– Боюсь, пока нам снова придется обойтись одними бутербродами. Ты переживешь, Каланча?
– Конечно.
Ленч состоял из свежего сыра бри, толстых ломтей французской булки, фруктов и бутылки красного вина. Улучив момент, Пола взглянула на Шейна и спросила:
– Ты что, намерен остаться в Штатах навсегда?
– Почему ты спрашиваешь? – А про себя Шейн добавил: «И разве это для тебя имеет хоть какое-то значение?»
Оглянувшись вокруг, Пола пояснила:
– Твой дом отнюдь не похож на временное жилье. И ты явно вложил в него немало денег и сил.
– Да, мне очень помогает то, что при первой возможности я приезжаю сюда поработать. Теперь мне есть чем заняться, я не веду хоть сколько-нибудь насыщенной светской жизни. Кроме того, ты же знаешь, что я всегда любил восстанавливать старинные дома. – Шейн откинулся в кресле, задумчиво глядя на свою гостью. – Мы с Уинстоном хорошо заработали, когда продали те старые коттеджи в Йоркшире, что мы реконструировали. И то же произойдет и здесь, когда я решу продать свой сарай. – Он не сводил с нее глаз. Неужели в ее глазах мелькнуло облегчение, или это ему только показалось?
– А что ждет Бек-Хаус? Ну, когда Уинстон и Эмили поженятся? – поинтересовалась Пола.
– Будучи в Нью-Йорке, Уинстон сказал, что они с Эмили намереваются пожить там некоторое время, и если Эмили дом понравится, то они выкупят мою долю. А если нет… – Шейн пожал плечами. – Не вижу проблемы. Возможно, мы по-прежнему станем совместно им владеть и приезжать туда на уик-энды. Или продадим.
– Уинстон сказал, что он попросил тебя быть шафером на их свадьбе.
Шейн кивнул.
– А я буду подружкой невесты.
– Знаю.
– А до свадьбы ты в Англию не собираешься? Снова ему показалось, что он увидел волнение в ее глазах.
– Понятия не имею, – ответил он. – Как я уже говорил, отец хочет, чтобы Рождественские каникулы я провел на Ямайке и Барбадосе, а в феврале-марте мне, возможно, придется лететь в Австралию.
– В Австралию! – Пола выпрямилась и с удивлением посмотрела на него.
– Да. Блэки очень понравился Сидней, и за последнее время он не раз говорил отцу, что хорошо бы построить там отель. Вчера утром я беседовал со своим стариком, и он даже получил от деда письмо на ту же тему. Так что – как знать, может я отправлюсь туда на разведку.
– Что Блэки, что бабушка – одного поля ягоды. Интересно, они хоть когда-нибудь не думают о делах?
– А ты? Или я, если уж на то пошло? – Шейн усмехнулся. – Мы с тобой как раз те самые яблочки, что недалеко упали от старых яблонь, как ты считаешь?
– Пожалуй. – Пола подалась вперед, ее лицо вдруг стало очень серьезным. – Ты действительно считаешь, что я слишком много работаю?
– Конечно, нет. Ты – трудяга по натуре. К тому же, тебя такой воспитали. И меня тоже. У меня не остается времени на пустяки. Да я с ума бы сошел, окажись у меня много свободного времени. Честно говоря, я люблю нашу свистопляску, люблю суету и круговерть – как и ты. И еще одно – я испытываю гордость от сознания, что продолжаю семейное дело, начатое дедом. И ты наверняка чувствуешь то же самое.
– Конечно.
– Так и должно быть… Мы с материнским молоком всосали чувство долга. Другая жизнь для нас невозможна. Ведь твоя бабушка и мой дед посвятили всю свою жизнь построению двух могущественных империй, чтобы мы жили лучше, чем они в начале своего пути, чтобы мы были финансово обеспечены, независимы и влиятельны. Так как же…
– Джим утверждает, что погоня за властью ведет к самоизоляции, убивает лучшие человеческие качества и, в конечном итоге, самую душу, – перебила его Пола.
Впервые за все время она упомянула о муже. На Шейна словно вылили ушат ледяной воды. Он откашлялся. Ему вовсе не хотелось говорить о ее муже, но не ответить ничего он тоже не мог.
– А ты? Ты согласна с ним?
– Вообще-то, нет. По-моему, лорду Эктону принадлежит фраза, что власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно? Думаю, Джим имел в виду именно это. Но к черту лорда Эктона, кем бы он ни был. Я предпочитаю философию Эммы Харт. Она считает, что власть развращает только тех, кто пойдет ради нее на любые преступления. Бабушка говорит, что власть может и облагораживать, если понимать, что она подразумевает величайшую ответственность. Особенно перед окружающими. Я согласна с ней, а не с Джимом. Я чувствую такую ответственность. Перед бабушкой, перед нашими служащими, перед акционерами. И перед собой лично.
– Ты права, и Эмма тоже. Я только что хотел сказать: какую неблагодарность и даже безответственность мы проявили бы, не оцени мы то, что нам досталось от рождения, откажись мы от этого. Тем самым мы перечеркнули бы жизнь Эммы и Блэки, их сверхчеловеческие усилия. – Шейн остановился и взглянул на часы. – Уже почти четыре часа, и раз уж мы завели разговор об ответственности, пойду найду своих плотников, расплачусь и отправлю их по домам.
Пола тоже встала и взяла поднос.
– Как быстро промелькнуло время! Пора готовить обед!
В дверях Шейн оглянулся и широко улыбнулся:
– Кстати, для твоей информации, Каланча: лорд Эктон был английским историком, ярым католиком, членом Парламента от Либеральной партии и близким другом Гладстона.
type="note" l:href="#n_3">[3]
– Очень интересно, – со смехом ответила она и пошла на кухню.
Пола загрузила посудомойку, почистила картошку, вымыла капусту, приготовила барашка, обмазала мясо маслом, поперчила его и добавила сушеных листьев розмарина. Приготовив бисквит и поставив его в холодильник, Пола взбила муку, яйца и молоко для йоркширского пудинга, не переставая счастливо мурлыкать себе под нос. За час, что она провела на кухне, Шейн не раз просовывал голову в дверь и предлагал свою помощь, но она прогоняла его. Она наслаждалась готовкой так же, как наслаждалась работой в саду. Ей нравилось иногда для разнообразия поработать не мозгами, а руками. «Действительно, помогает», – подумала она, вспомнив, что Шейн говорил о своем доме.
Когда она наконец вернулась в главную комнату, то нашла там уже накрытый стол, дрова, сложенные аккуратной горкой у камина, и пластинку с Девятой сонатой Бетховена на проигрывателе. Но сам Шейн куда-то испарился. Пола уютно устроилась на диване и расслабилась под звуки музыки. Ей даже захотелось спать, и она зевнула. «Все дело в вине. Я не привыкла пить вино в середине дня», – решила Пола и закрыла глаза. Она провела замечательный день, лучший за долгое-долгое время. Никакого напряжения, никаких словесных баталий. Как хорошо побыть самой собой, не держаться постоянно настороже, как ей часто приходилось в обществе Джима. Шейн заставил ее вздрогнуть, сказав:
– Может, пойдем погуляем?
Пола села и еще раз зевнула, прикрыв рот рукой.
– Извини. Меня что-то разморило. Ты не огорчишься, если мы сегодня отменим прогулку?
Он стоял около дивана, возвышаясь над ней.
– Нет. Я и сам клюю носом. Встал сегодня с первыми лучами солнца.
Он не добавил, что и ночью почти не спал, зная, что она в соседней комнате, так близко и в то же время так далеко. Как он хотел ее прошлой ночью, как мечтал заключить ее в свои объятия!
– Почему бы тебе не поспать? – сказал он.
– Пожалуй, можно. А ты чем займешься?
– У меня есть кое-какие дела. Сделаю пару телефонных звонков, а потом, возможно, тоже лягу.
Она откинулась на подушки и улыбнулась, глядя ему вслед, как он уходит, насвистывая. Уже засыпая, Пола вспомнила, что еще не выговорила ему за его поведение в последние полтора года. «Ладно, у меня еще масса времени – весь уик-энд, – подумала она. – Как-нибудь попозже». Что-то шевельнулось в глубине ее сознания. Но мысль не получила завершения и ускользнула, прежде чем Пола успела ее додумать. Молодая женщина удовлетворенно вздохнула, наслаждаясь теплом и музыкой. Через несколько секунд она уже крепко спала.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Удержать мечту Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор



Сентиментальной меня никак не назовёшь,но читая этот роман,у меня не раз выступали слёзы!В этой книге вы столкнётесь с большой любовью,но не с пошлостью!С предательством,но и с преданностью!С большой трагедией,а также с огромным счастьем!Читайте обе части,убедитесь сами!!!
Удержать мечту Книга 2 - Брэдфорд Барбара ТейлорТёма
14.09.2014, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100