Читать онлайн Три дня в Венеции, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Три дня в Венеции

Читать онлайн

Аннотация

Профессия тележурналиста не давала Билли Фицджеральду (“Три дня в Венеции”) возможности наслаждаться жизнью. Но короткий отпуск в Венеции изменил его жизнь – в нее пришла маленькая очаровательная женщина Ванесса Стюарт. Счастливая встреча и вспыхнувшая любовь? Им обоим поначалу казалось, что все так и есть…


Следующая страница

1

Венеция, ноябрь 1995 года
Площадь казалась серебряной под свинцовым холодным небом. День выдался промозглым, от лагуны и от многочисленных каналов поднимался легкий туман, город словно окутала дымчато-серая вуаль.
Билл Фицджеральд, собственный корреспондент Си-эн-эн, американского канала кабельных новостей, телезвезда и известный журналист, медленно шел по площади Сан-Марко, не обращая внимания на погоду. Поездка в Венецию столько раз срывалась, что Биллу было наплевать на погоду. Какая разница, раз он наконец снова попал в этот чудесный город.
Как же здесь было хорошо и спокойно после постоянных бомбежек Боснии, где он провел последние три года, периодически то уезжая, то возвращаясь. Ветры и приливы на этот раз вели себя довольно прилично, и Венецию в этом году не затопило. А хоть бы и затопило, не важно. Венецианцы отлично выживали и в затопленном городе. Чем же он хуже?
Как только предоставлялась хоть малейшая возможность, Билл приезжал в этот прекрасный город. Он часто ездил в командировки в Европу, а там отовсюду было рукой подать до Венеции. Хоть на пару дней, но Билл вырывался сюда. И всегда после поездки в Венецию чувствовал себя свежим, отдохнувшим душой и телом.
В тридцать три года Билл не выглядел на свой возраст: загорелое лицо, мальчишеский взгляд, легкая походка. Его мужественная фигура отлично смотрелась на экранах телевизоров.
Честные голубые глаза и веселая улыбка говорили об искренности и цельности натуры; сдержанная, доверительная интонация импонировала телезрителям. Именно поэтому Билл Фицджеральд был невероятно популярным тележурналистом, люди относились к нему с полным доверием и очень серьезно воспринимали все, о чем он рассказывал.
Недаром руководство Си-эн-эн ценило своего сотрудника, а другие компании старались во что бы то ни стало переманить его к себе. Предложения то и дело поступали к Биллу через его агента, но журналист решительно их отвергал. Его не интересовали другие каналы. Одним из главных его достоинств была преданность; он не желал бросать компанию Си-эн-эн, на которую проработал восемь лет.
Ла Серениссима, как называют свой город венецианцы, – город храмов и дворцов, парящих над водой, искрящихся волшебным, таинственным светом, набитых сокровищами и уникальными произведениями искусства. Билл считал Венецию одним из самых таинственных мест на Земле, способным привести в восторг даже пресыщенного скептика.
В свой первый приезд сюда, двенадцать лет назад, Билл проводил массу времени в церквах и музеях, любовался бесподобными шедеврами Тициана, Тинторетто, Веронезе, Тьеполо и Каналетто. Эта живопись проникала в самую душу, и с тех пор венецианская школа живописи стала его любимой.
Биллу всегда хотелось стать художником, но у него не было способностей к живописи. Он имел только один талант – мастерски владел словом.
– Он у нас Цицероном будет, – говаривала Бронаг Келли, его бабушка со стороны матери, когда мальчик был маленьким.
– Да, – соглашалась мать. – У него просто дар божий, говорит – как пишет. А он и пишет замечательно! Всегда надо помнить: перо сильнее меча.
Билл был единственным ребенком. Он в детстве почти все время проводил со взрослыми, главным образом – со своей ирландской бабушкой, которую обожал и был к ней особенно привязан.
Совсем маленьким он зачарованно слушал ее сказки об эльфах, счастливом трилистнике
type="note" l:href="#n_1">[1]
и горшках с золотом, зарытых на конце радуги. Бронаг уехала из Ирландии с родителями и младшим братом в восемь лет, выросла в Бостоне. Здесь она познакомилась со своим будущим мужем – адвокатом Кевином Келли.
– Я родилась в 1905 году, и какое это было чудесное рождение, Билли! – любила рассказывать бабушка. – Я пришла в мир двенадцатого июня, в самый разгар ужасающей грозы, когда часы ударили полночь. Моя дорогая мама тогда сказала, что гроза – дурное предзнаменование. – Бабушка всегда приукрашивала обстоятельства своего рождения, и раз от раза история обрастала все новыми подробностями, ей, очевидно, доставляли огромное удовольствие изумленно расширенные глаза внука. – И, конечно же, Билли, жизнь у меня получилась грозовой, – довершала она, раскатисто смеясь, и мальчик понимал, что эта самая грозовая жизнь ей очень нравилась.
Жена Билла, Сильви, полюбила бабушку всей душой, женщины быстро сблизились. Бабушка была настоящей кельткой: одухотворенной, немного таинственной и склонной к мистицизму. В этом смысле у них с Сильви было много общего, потому-то они так быстро и сошлись.
Единственное, о чем он сожалел, всякий раз приезжая в Венецию, так это о том, что так и не успел привезти сюда Сильви. Все откладывал, откладывал – и опоздал. Сильви не стало. Все произошло слишком стремительно, неожиданно. Кто мог знать, что она умрет вот так внезапно? При родах – в наше-то время. Эклампсия
type="note" l:href="#n_2">[2]
– вот как это называется; у Сильви начались схватки, перешедшие в судороги, а закончилось все комой и смертью.
Потеря жены была самым страшным событием из всех, что случились в его жизни. Сильви была слишком молода, чтобы умирать, – всего двадцать шесть лет. Горе захлестнуло Билла, он долгое время не мог прийти в себя, был безутешен. В конце концов ему удалось свыкнуться с мыслью о том, что Сильви больше нет. Он утопил горе в работе, только так можно было держаться на плаву.
Билл шагал по направлению к базилике, думая о Сильви. Она умерла шесть лет назад, оставив новорожденную дочку, которую назвали Хеленой, так хотела сама Сильви. Теперь девочка превратилась в восхитительное создание. Она как две капли воды была похожа на свою мать и мгновенно покоряла всех, кто ее видел.
Дочка доставляла Биллу огромную радость. Когда накатывала тоска от гнусности и грязи этой жизни, ему стоило только вспомнить Хелену – и он сразу чувствовал себя лучше. Прелестная дочурка придавала его жизни ценность и смысл.
Губы Билла расползлись в невольной улыбке, когда он подумал о Хелене. Работа зарубежного корреспондента, заставлявшая всегда мотаться по миру, не позволяла ему постоянно быть вместе с дочерью. Поэтому Хелену воспитывала его мать, жившая в Нью-Йорке. К счастью, отец и дочь часто виделись, и обоим эти встречи доставляли массу удовольствия. Хелена росла замечательным ребенком – искренним, любящим, умным и не слишком избалованным, хотя бабушка носилась с единственной внучкой, как с бесценным сокровищем.
После освещения мирных переговоров в Огайо Билл провел две недели с матерью и дочкой на Манхэттене. В декабре он собирался снова их навестить и отпраздновать Рождество в доме своей матери. Когда Билл не сидел в «горячих точках», передавая трагические военные сводки с противоположного конца планеты, он старался как можно больше времени проводить со «своими милыми девочками», как он их называл. Он всегда стремился побыть с ними подольше, а уж особенно в праздники.
Но неделя в Венеции, в одиночестве, была ему совершенно необходима. Ему требовалось прийти в себя после безвылазного трехмесячного сидения в Боснии-Герцеговине. Билл страшно утомился от всего, что он видел за время конфликта на Балканах; он устал от войны, убийств и разрушений.
Он хотел все забыть. Вряд ли, конечно, ему это удастся. Разве такое можно забыть? Но Билл надеялся, по крайней мере, разогнать кошмарные видения войны, стоявшие у него перед глазами, оставившие чудовищный незаживающий шрам в душе.
Его лучший друг, Фрэнсис Петерсон, военный корреспондент журнала «Тайм», считал, что ни один корреспондент, побывавший в Боснии, никогда не сможет забыть события этой трагической войны.
– Они намертво застыли в нашей башке, как мухи в янтаре, намертво, – повторял Фрэнки, и Билл был с ним совершенно согласен. Все то варварство, которое он видел на Балканах, навсегда осталось в его памяти. Билл и Фрэнсис познакомились, когда оба учились на факультете журналистики Колумбийского университета, и с тех пор стали лучшими друзьями. Они часто встречались в одних и тех же «горячих точках», освещали те же события; но даже если они находились на противоположных концах света, они не теряли друг друга из виду и постоянно поддерживали связь.
Сейчас Фрэнсис был аккредитован в Бейруте, но должен был прилететь в Венецию, чтобы провести несколько дней с другом. Потом Фрэнки намеревался отправиться в Нью-Йорк на празднование семидесятилетия отца.
Билл страшно обрадовался, узнав, что Фрэнсису все же удастся вырваться на недельку. Друзья были очень близки, имели схожие вкусы и интересы, одинаково смотрели на многие вещи.
Неожиданно Билл заметил, что он – единственное живое существо на площади Сан-Марко, если, конечно, не считать голубей. Птицы летали вокруг, взмывали над базиликой. Обычно площадь Сан-Марко была самым оживленным местом Венеции, здесь кишмя кишели толпы людей, в основном туристов со всех концов света. А сейчас он оказался единственным ее обитателем; какое странное ощущение, сюрреалистичное.
Он продолжал неторопливо идти вперед и вдруг впервые заметил уникальные плиты мостовой. Прежде здесь всегда сновали люди, поэтому, естественно, он никогда не обращал внимания на то, чем вымощена площадь.
Билл разглядывал узор: плоские серые камни, основное покрытие площади, обрамленные полосками белого мрамора, создавали классический орнамент. Обрадованный неожиданным открытием, Билл подошел к базилике. Но внутрь не вошел, а повернул направо и стал спускаться к воде. Остановившись на берегу, он долго смотрел на лагуну. Небо и море сливались в единое серое пространство, тусклая гладь воды посверкивала неживым металлическим блеском.
Какое умиротворение разлито в воздухе; трудно поверить, что по ту сторону Адриатического моря бушует беспощадная война. Ничто не меняется в этой жизни, подумал Билл, отворачиваясь от воды. Мир тот же, что и всегда, – полон зла и ненависти. Человечество так ничему и не научилось за все время своего существования. Мы сейчас ничуть не цивилизованнее тех, кто жил в средневековье. Билл Фицджеральд так и не смог привыкнуть к людскому зверству.
Поплотнее запахнув пальто, он повернул обратно. Уже начали сгущаться сумерки, Билл торопливо шагал через пустую площадь по направлению к отелю «Палаццо Гритти», в котором он остановился. Биллу нравилось старомодное очарование этого отеля, его элегантность и комфорт.
Начало моросить, и вскоре дождь зарядил сильнее, постепенно превратившись в настоящий ливень. Все ускоряя шаг, Билл уже почти бежал. Улица, на которую выходил парадный вход «Палаццо Гритти», была уже совсем рядом.
Билл стремительно свернул за угол и неожиданно столкнулся с женщиной, быстро шедшей навстречу. Широкополая фетровая шляпа и зонтик полетели на землю, и Билл едва успел схватить незнакомку за плечи, чтобы та не упала сама.
Все еще не оправившись от неожиданности, он воскликнул:
– Извините, пожалуйста! Простите, ради бога! – и взглянул в огромные удивленные серебристо-серые глаза. Потом добавил по-итальянски: – Scusa! Scusa!
type="note" l:href="#n_3">[3]
– Ничего страшного, – ответила она по-английски, высвободилась из его железных рук и побежала за катившейся по улице шляпой.
Билл ринулся следом, обогнал женщину, поймал шляпу, подобрал упавший в канаву зонтик и отдал вещи хозяйке.
– Еще раз извините.
Кивнув, она взяла шляпу и зонтик.
– Все нормально. Ничего особенного с ней не случилось. – Она взглянула на шляпу, встряхнула ее и поморщилась. – Немножко забрызгана грязью. Не волнуйтесь, ничего страшного. Откровенно говоря, я никогда не любила эту шляпу.
– Какой же я неуклюжий, налетел на вас из-за угла. Глупо получилось. Вы уверены, что все нормально? – с беспокойством спросил он, неожиданно почувствовав, как ему не хочется, чтобы она уходила.
Она чуть улыбнулась, нахлобучила шляпу на голову, спрятав под ней темные вьющиеся волосы, и повернулась, кивнув на ходу:
– Все в порядке.
Билл стоял на месте, словно его парализовало, и не отрываясь смотрел ей вслед. Ему отчаянно хотелось удержать незнакомку, поговорить с ней, пригласить куда-нибудь выпить. Билл открыл рот, но не смог сказать ни слова. Кажется, вместе со способностью двигаться он потерял и дар речи.
Внезапно Билл встряхнулся и ожил. Он помчался за ней бегом по улице и прокричал:
– Можно я куплю вам новую шляпу?
Не останавливаясь, она бросила через плечо:
– В этом нет никакой необходимости, но все равно спасибо за предложение.
– Это самое малое, что я могу для вас сделать, – снова крикнул он. – Ведь я же испортил эту шляпу.
Она остановилась на мгновение и покачала головой.
– Это совершенно не важно, честное слово. Всего хорошего.
– Пожалуйста, давайте пойдем помедленнее. Я хотел бы с вами поговорить.
– Извините, но я не могу. Я опаздываю. Женщина, не замедляя шага, свернула за угол.
Билл последовал за ней.
Она ускорила шаг, потом замахала рукой и воскликнула по-итальянски:
– Джованни, come sta!
type="note" l:href="#n_4">[4]
Ей навстречу устремился высокий мужчина, которого она назвала Джованни. Она подняла зонтик повыше, чтобы укрыть его от дождя.
Острое разочарование пронзило Билла. Он мгновенно развернулся и быстро пошел обратно к гостинице «Палаццо Гритти». Его не оставляли мысли о молодой женщине. Кто она? Она была невероятно привлекательна, Биллу давно не встречались такие красавицы. Сияющие серебристые глаза, бледное лицо, загадочная улыбка, ниспадающие на плечи темные кудри, грациозная скользящая походка. И какая хорошенькая, личико живое, подвижное, как у мальчишки. Не повезло мне, вздохнул про себя Билл, – она уже занята. А ему очень хотелось познакомиться с этой женщиной поближе.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлор

Разделы:
12345678910111213141516

Ваши комментарии
к роману Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлор



не1бычный роман, с еще более необычно оконцовкой, но остается осадок, что что то недосказанно, конеу слишком уж оборвался
Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара Тейлораня
12.05.2012, 8.43





Интересный роман, жаль что с таким трагичным концом.rnГлавный герой - трагически погибает. Очень жизненно...Читать стОит
Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара ТейлорЮлия
1.04.2013, 11.24





Роман неплохой, но кажется, действительно оборванным, незавершенным
Три дня в Венеции - Брэдфорд Барбара ТейлорЕлена
27.05.2015, 19.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100