Читать онлайн Так далеко, так близко..., автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.14 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Так далеко, так близко...

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

10

– Миссис Трент, вас к телефону, – сказала Фил, спускаясь по ступенькам, ведущим из библиотеки к плавательному бассейну.
– Я больше не могу, – простонала я, приподнимаясь в шезлонге. – Я и понятия не имела, что так популярна в Лормарэне.
– Это мистер Лок, – сказала она, подходя ко мне. – Он звонит из Нью-Йорка.
Я посмотрела на часы. Пятница, три тридцать у нас и, значит, в Штатах – половина десятого. Взяв у нее сотовый телефон, я включила первую линию.
– Здравствуй, Джек, я думала, ты уже в Париже.
– Привет, Вив. Я приеду. Сегодня, попозже. Сяду на французский «Конкорд». В час тридцать. Как там? Тепло и солнце, да?
– Именно так. Сижу у бассейна, расслабляюсь.
– Вив, мне звонили из полиции. Детектив Кеннелли. Десять минут назад. Потрясающе. Заключение эксперта готово.
Я стремительно выпрямилась, спустив ноги с шезлонга, изо всех сил прижимая к уху телефон.
– Ну и что? Какое заключение?
– Самоубийство. Себастьян покончил с собой. Умер от отравления барбитуратами, осложненного сверхдозой спиртного.
Я оцепенела. Затем закричала:
– Я не верю! Этого не может быть! Себастьян не мог совершить самоубийства! Это какая-то ошибка.
– Боюсь, что нет. Это заключение главного медицинского эксперта. Он покончил с собой.
– Но… но… это не может быть несчастный случай? – я хваталась за соломинку.
– Нет, Вив. Это не несчастный случай. Эксперт провел множество тестов, в экспертизу входит много всякого. Все остальные варианты исключены.
– А как же рана на лбу?
– Он умер не от нее. Его прикончили барбитураты и алкоголь. Так говорит Кеннелли.
– А почему эксперт так уверен, что это не несчастный случай? – голос у меня от волнения звучал почти как крик.
– Я же только что сказал тебе. В его крови, мозге, тканях и других органах было всего слишком много. Это могло быть приятно только с определенной целью. Нельзя оспаривать заключения токсиколога. Факты есть факты, они не могут лгать.
– Но он не мог убить себя. Себастьян не мог! – протестующе повторяла я, убежденная доводами Джека и все еще не веря ему.
– Ну как можно так говорить! – воскликнул он нетерпеливо. – Вы разошлись уже давно, Вивьен. И редко виделись в последнее время. Откуда тебе знать, что было у него в мыслях?
– Он был счастлив, – выпалила я, – очень счастлив в тот день… – Я резко остановилась, поняв, что не хочу говорить большего.
– Себастьян счастлив! – Джек хмыкнул. – Ну ты скажешь. Он никогда не был счастлив. Ни разу за всю свою жизнь. Вечно угрюмый, мрачный. Раздраженный. Брюзга и зануда. Я-то знаю. Я достаточно натерпелся от его настроений.
Меня охватил холодный гнев, мне захотелось выругать его, крикнуть, что он не прав, жесток, судит об отце неверно и несправедливо. Но я взяла себя в руки, сказала сдержанно и твердо:
– В тот день, когда мы завтракали в «Ле Рефюж», он казался счастливым. Вот что хочу сказать.
– Это в понедельник. А в субботу он покончил с собой.
– Значит, эксперт установил, что это было в субботу?
– Да. В субботу ночью. А почему он поступил так, мы никогда не узнаем. Все, что я знаю наверняка – что медицинские эксперты обычно не ошибаются.
– Я не могу в это поверить, – твердила я.
Джек сказал:
– Поверь. Случилось именно это. Самоубийство.
– Значит, твоя теория насчет грабителя рухнула, – заметила я.
– Так же, как и твоя насчет сердечного приступа или инсульта, – парировал он.
– Джек, а как полиция объяснила беспорядок в комнате? Опрокинутую лампу, кресло, разбросанные бумаги?
– Никак. Потому что они не могут сказать пока ничего определенного.
– Но ведь должна же у них быть какая-то версия? Они же занимаются такими расследованиями.
– Фантазии – не их дело. Они оперируют фактами.
– Наверное, Себастьян бродил, шатаясь, по комнате, – рассуждала я вслух, – прежде чем вышел в сад. Интересно, зачем он вышел в сад, зачем пошел к озеру. Как ты думаешь, Джек?
– Понятия не имею. Это не факты. Мы никогда не узнаем больше того, чем знаем сейчас. Слушай, мне пора двигать. К Люциане. Рассказать ей. Потом в аэропорт. Пока, малышка.
Он исчез, как всегда, прежде чем я смогла с ним проститься. Я отключила связь, опустилась в шезлонг и закрыла глаза. Мысли мои мчались галопом.
Джек привел меня в ярость. Его отношение к отцу просто ужасно. Со дня смерти Себастьяна Джек не может говорить о нем без оскорблений и грубостей. Это неуважение к памяти покойного, но делать Джеку выговор – бессмысленно. Он остался бы глух к моим словам.
Всего несколько минут тому назад он говорил со мной о смерти Себастьяна так, будто речь шла о постороннем человеке, – без всяких чувств вообще. И с полным равнодушием к моим чувствам. Холодно и бессердечно, и это чудовищно.
В Коннектикуте, как раз накануне похорон, я размышляла, не убил ли Джек своего отца. Но сразу же отбросила эту мысль. Теперь эта мысль снова вернулась ко мне. А мог ли Джек это сделать? Мог дать отцу алкоголь, смешанный с барбитуратами? Убийственная смесь, это всем известно. Разве это не убийство?
Я села, как от толчка, пытаясь поскорее прогнать эту пугающую мысль. Не может этого быть. Джек – человек тяжелый, по временам его переполняет ненависть, но он не злодей.
Сомневаюсь я и в том, что Себастьян убил себя сам. У него для этого не было причин: жизнь его была полна. Я-то это знаю. Он сам говорил мне об этом – что никогда не был так счастлив, что готов начать новую жизнь.
Лежа в шезлонге с закрытыми глазами, я восстановила с памяти нашу встречу с Себастьяном в «Ле Рефюж».
* * *
Я не опаздывала. Было только двадцать минут третьего. Тем не менее я ускорила шаги, торопясь по авеню Лексингтон, направляясь на 28-ую улицу, где находится «Ле Рефюж». Мы договорились встретиться там в два тридцать, и мне хотелось придти раньше его.
Только я успела сесть за стол и отдышаться, как вошел Себастьян, пунктуальный, как всегда.
Несколько голов повернулись, чтобы взглянуть на него, пока он шел к нашему столику. Даже если кто-нибудь и не знал, кто он, не обратить на него внимание было невозможно. н был высокий, заметный, и казалось, что вокруг него яркое сияние.
В свои пятьдесят шесть лет Себастьян был таким же гибким и атлетически сложенным, как и в молодости, и мне показалось, что он стал красивее – темный загар, белые нити седины в темных волосах. На нем был серый полосатый костюм, белая рубашка, бледно-серый шелковый галстук, и он был, как всегда, безупречен весь, начиная с макушки мастерски подстриженной головы и до кончиков начищенных ботинок.
Лицо у него было серьезно, но ярко-синие глаза улыбались, когда он подошел к столу. Наклонясь ко мне, он сжал мое плечо и поцеловал в обе щеки, прежде чем сесть.
– Виви, девочка моя дорогая, как я рад тебя видеть.
– Я тоже, – сказала я, улыбаясь ему через стол.
Потом мы оба заговорили одновременно, и тут же замолчали, рассмеявшись.
– Мы не виделись несколько месяцев, Виви, а мне нужно так много тебе рассказать, – начал он, беря меня за руку и крепко сжимая ее.
– Почти год, – заметила я.
– Неужели так долго? – Темная брось удивленно поднялась. – Это очень долго, дорогая моя. Давай тут же исправим это, чтобы в будущем не повторилось. Но слава Богу – существует телефон.
– Да, слава Богу, но ты не пользуешься им так часто, как раньше и как мог бы пользоваться, – пробормотала я и тут же добавила: – Это не упрек, нет.
– Знаю, что не упрек. И ты права. Ты скажешь, что это слабое оправдание, но я был в разных трудно доступных местах. Не говоря уже о районах бедствия, и звонить оттуда иногда невозможно. Но это ты знаешь, ты бывала со мной в таких местах.
– Ты делал удивительные вещи, Себастьян, прорываясь сквозь все эти бюрократические преграды в разных странах, ты столько всего добился. Ты просто творил чудеса.
– У меня было много хороших помощников. И мы могли оказывать помощь людям непосредственно, это было и вправду замечательно. Поставлять продукты, лекарства и медицинскую помощь тем, кто действительно в этом нуждается, – это такая радость. А еще нам удалось доставить туда квалифицированных врачей и медсестер. И заметь, – куда бы я ни приехал, везде вокруг меня начиналось большое волнение, если не бури. Я сражался со множеством людей Вивьен, я отказывался иметь дело с марионеточными правительствами и продажными дураками-бюрократами.
– Все по-старому, – я покачала головой, – ты все такой же. Мятежник в глубине души.
– Да? – Он бросил на меня быстрый взгляд, потом легко рассмеялся. – Я предпочитаю считать себя просто практичным и умелым, хорошим бизнесменом, Виви, даже когда занимаюсь благотворительностью. Я хочу делать дела как можно просто и быстро. Ну, это ты знаешь.
Подошел официант, и Себастьян заказал бутылку «Вдовы Клико» – его обычный напиток, и продолжал:
– Хватит обо мне. Что было с тобой с тех пор как ты вернулась? Последний раз мы разговаривали в июле, когда ты еще была на старой мельнице.
– Ничего особенного. В основном, работала. Я только что закончила очерк о сдвиге вправо в американской политике для лондонского «Санди Таймз» и почти закончила книгу о сестрах Бронте. В начале августа ездила в Йоркшир, побывала в Хэворте, где они жили, а потом отправилась сюда, как всегда летом. Чтобы сбежать от…
– Туристов в Провансе и вновь прикоснуться к своим собственным корням, – закончил он за меня, и в уголках его глаз побежали морщинки от сдерживаемого смеха.
– Ты хорошо меня знаешь, – прошептала я, думая о том, как точно он меня процитировал. Но я действительно часто повторяла эти слова.
– Не совсем так, дорогая. Просто твой стиль почти не меняется.
– Твой тоже.
– Наверное.
Принесли шампанское, показали Себастьяну бутылку, открыли и налили.
Мы чокнулись, и Себастьян сказал:
– Где ты собираешься проводить Рождество?
– В Провансе, я думаю.
– Ох, как жалко.
– почему?
– Хотелось бы повидаться с тобой на праздники. Я буду на ферме.
– Это новость. Ты ведь обычно колесишь по свету, делаешь добро, а не отмечаешь праздники! – воскликнула я, очень удивленная.
– Мне захотелось старомодного Рождества, – сказал он с улыбкой. – Вроде того, что бывало много лет назад, когда ты, Джек и Люциана были детьми. – Он слегка пожал плечами и добавил: – Не спрашивай, почему.
– Ностальгия, наверное, – предположила я, задумчиво глядя на него. – У всех она бывает по временам.
– Верно. Давай закажем что-нибудь а? А то забудем. Как это часто бывало у нас в прошлом.
Я засмеялась, вспомнив времена, когда мы так 3увлекались разговором, что забывали о еде. Просмотрев меню, мы оба решили заказать жареную на гриле камбалу, и когда официант отошел Себастьян начал со множеством подробностей рассказывать об Индии. Мы были с ним в Индии много лет тому назад, чтобы посетить мать Терезу, но все наше пребывание ограничилось недолгой остановкой в Калькутте.
Слушая его, как всегда, с большим интересом, я вдруг осознала, что он какой-то другой. И тут же поняла. У него был легко на душе. В последние годы, после нашего развода, он всегда казался мне угрюмым и мрачным, где бы мы ни встречались. Я часто ловила себя на мысли, что его снедает тревога – о положении в мире, о его благотворительной деятельности, о «Фонде Лока», о «Лок Индастриз», о его трудных детях. Тяжесть на сердце. Но сегодня он был полной противоположностью самому себе.
И я выпалила, не подумав и не успев себя остановить:
– Ты счастлив! Вот в чем дело, Себастьян. Ты счастливее, чем я когда-либо видела тебя за многие годы.
Откинувшись на спинку стула, он с одобрением посмотрел на меня.
– Ты всегда была очень проницательна, Вивьен. Да, я счастлив. Очень счастлив. Таким я никогда себя не чувствовал…
Он замолчал и отвел глаза.
– А что случилось?
Несколько мгновений он молчал, а потом медленно повернул голову и пристально посмотрел на меня.
Вот тут-то он и рассказал мне.
– Надеюсь, я могу объяснить тебе все, – начал он, тщательно подбирая слова, – не причиняя тебе боли. Я только что сказал, что ты проницательна: но ты еще и умна, и чутка, и умеешь сочувствовать. Да… конечно, я могу сказать тебе все, и тебе не будет больно.
– Мы всегда могли все рассказать друг другу. Все на свете, – напомнила я. – Ты часто говорил мне об этом, когда я росла. И потом тоже.
– Ты знаешь, Виви, что ты взволновала мое сердце, когда была еще девочкой, а когда тебе исполнилось двадцать один год, ты пленила меня… я был очарован тобой. Поэтому я и женился на тебе.
– Я думала, ты женился на мне потому, что любил меня, – сказала я так тихо, что мой голос был еле слышен.
– Действительно любил тебя, я люблю тебя и сейчас. И всегда буду любить. Ты занимаешь в моей жизни совершенно особое место. Но когда мы поженились, я полагал, что просто очарован ребенком, взволновавшим мое сердце, ребенком, который вырос и превратился в очень красивую молодую женщину. Которая обожает меня. Может быть, это одна из причин, почему наш брак был таким взрывчатым, ты была слишком молода, слишком неопытна и очень ранима. Я был стар для тебя. Но видит Бог, мне тоже очень хотелось, чтобы наш брак получился.
– И мне. И хотя наш брак был несколько перегружен, он был очень страстным, этого ты не можешь отрицать, не так ли? – спросила я с вызовом.
– Я и не отрицаю! Бог мой, конечно, не отрицаю, разве не ясно?
– Так что же ты пытаешься сообщить мне, Себастьян? Что ты опять полюбил?
Он перегнулся через стол, и вдруг его лицо так засияло, ожило, помолодело даже, что я тут же утратила всякое душевное равновесие.
Он сказал:
– Да, я полюбил, Виви. Женщину, которая изумляет меня, поражает. Я люблю ее так, как никогда не любил ни одну женщину, ни одного человека. – Слегка поколебавшись, он мягко добавил: – Тебя я любил по-другому. Любовь, которую я испытываю к этой женщине, это что-то… что-то из другого мира, что-то, чего я не могу объяснить. Это самый необычный случай в моей жизни. Я не испытывал ничего подобного раньше и вряд ли испытаю в будущем.
– Она потрясла тебя в физическом смысле, – прошептала я, уверенная, что это правда. Он был очень чувственный человек.
– Да. Потрясла. Но есть и нечто большее. Гораздо большее. Когда я с ней, я чувствую себя совершенно цельным человеком. Как будто мне не хватало какой-то части меня, пока она не вошла в мою жизнь. Она как-то уравновешивает меня. – Он помолчал, глядя на меня, коснулся моей руки. – Прости, Виви, я не хотел делать тебе больно.
– Ты и не сделал, – ответила я, и это была правда. – Я знаю, что ты любил меня, ну, скажем, любил определенным образом. Я это понимаю. Ее ты любишь иначе, вот и все. Никогда ничто не повторяется дважды. Я знаю. Я была замужем за Майклом, и этот брак был совсем не похож на наш с тобой. Я знаю, что наш брак не получился по многим причинам. Но у нас, по крайней мере, были эти пять лет. С другой стороны, твой брак с Бетти Бетьюни вообще взорвался тут же. Не бывает одинаковых отношений с разными людьми.
– Это был не брак! Это совсем не то, что было у нас! – воскликнул он. – Какая из Бетси жена!
– Я это понимаю.
– Ты огорчилась?
Я покачала головой и спросила:
– Кто она?
Он улыбнулся, и это была такая блаженная улыбка, что я опять поразилась: его поведение в тот день было совершенно не в его характере. И я не могла не подумать, что кем бы ни была эта женщина, она существо необыкновенное.
– Ты ее узнаешь, – решительно сказал он. – И она тебе понравится, ты ее даже полюбишь. И она тебя полюбит, я знаю. Вы будете хорошими друзьями.
– Но кто она?
– Врач. На самом деле – ученый. Блестящий.
– Сколько ей лет?
– Примерно твоего возраста. Нет, чуть моложе, года на два.
– Американка?
– Нет… Мы познакомились в Африке.
– Она африканка?
– Нет, она из Европы. Я собираюсь встретиться с ней в Африке, очень скоро. Она там работает над одним проектом. Мы поедем в Индию, а потом приедем сюда на Рождество. Вот почему я надеялся, что ты будешь здесь и познакомишься с ней. Но может быть, мы встретимся во Франции, в новом году? Можно, я привезу ее к тебе на «Vieux Moulin»?
– Разумеется.
– И еще, если это не слишком много, я надеюсь, ты будешь присутствовать на нашей свадьбе? Мы хотим пожениться весной. Ты будешь здесь, да, дорогая? Я хочу, чтобы ты была здесь.
Хотя я и удивилась, но дала свое согласие.
– Непременно, Себастьян. Ты знаешь, я буду здесь, если ты этого хочешь.
– Хочу, Виви, очень хочу.
* * *
Я села в шезлонг, жмурясь от солнца и отбрасывая волосы со лба. И задала себе самый главный вопрос: почему Себастьян Лок совершил самоубийство? Ведь он казался таким счастливым, он собирался жениться на страстно любимой женщине…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлор

Разделы:
123456789101112

Часть II

1314151617181920

Часть III

212223242526

Часть IV

272829303132333435

Часть V

363738

Ваши комментарии
к роману Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлор



Признаюсь честно роман так себе, ПО НАЧАЛУ БОЛЕЕ менее, но вот это кровосмешание убило наповал!!!
Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара ТейлорАнастасия
6.08.2013, 0.35





Мне роман понравился. Постепенное закручивание повествования. Кульминация очень тяжелая, очень сильная женщина-графиня. Вывод один- надо пережить прошлое и жить дальше.
Так далеко, так близко... - Брэдфорд Барбара Тейлориришка
28.12.2013, 18.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
123456789101112

Часть II

1314151617181920

Часть III

212223242526

Часть IV

272829303132333435

Часть V

363738

Rambler's Top100