Читать онлайн Состоятельная женщина Книга 2, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - Глава 43 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Состоятельная женщина Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.49 (Голосов: 47)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Состоятельная женщина Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Состоятельная женщина Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Состоятельная женщина Книга 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 43

– Почему ты сердишься, Фрэнк? – спросила Эмма, глядя на брата поверх накрытого для обеда столика в ресторане отеля „Ритц".
Фрэнк очнулся от оцепенения и схватил Эмму за руку.
– Я вовсе не сержусь, любимая, просто я беспокоюсь за тебя, вот и все.
– Но я чувствую себя намного лучше, Фрэнк. Честное слово, я совершенно оправилась после пневмонии, – с оживленной улыбкой на лице уверяла его Эмма.
– Я знаю. И выглядишь ты превосходно, Эмма. Но меня тревожишь ты сама, а точнее, то, как ты живешь, – осторожно произнес он.
– Как я живу? О чем ты говоришь? Ты находишь в моей жизни что-то неправильное? – воскликнула Эмма.
Фрэнк осуждающе покачал головой.
– „Неправильное” в твоей жизни, ты спрашиваешь? Ах, Эмма, почему бы тебе просто не остановиться на минутку и не задуматься? Крутишься как белка в колесе, любимая, вкалываешь теперь даже больше, чем когда-то в Фарли-Холл…
– Это просто смешно! – перебила его Эмма. Ее лицо сразу стало серьезным.
– Слава Богу, ты, конечно, больше не драишь полы, – быстро проговорил Фрэнк, – но ты по-прежнему работаешь как каторжная, хотя и живешь теперь в роскоши. Ты приковала себя к своему бизнесу и никогда не будешь свободной, – вздохнул Фрэнк.
– А мне и не нужна свобода, – сказала Эмма, неожиданно рассмеявшись. – Тебе никогда не приходило в голову, что я могу получать удовольствие от своей работы?
– Работа! Это единственное, чем ты занята! Как раз об этом я тебе и твержу. А как насчет того, чтобы иметь немного радостей в жизни, сейчас, пока ты еще молодая? – Он бросил на нее осторожный взгляд и нерешительно добавил: – Через несколько месяцев тебе исполнится двадцать девять. Мне кажется, что тебе следует подумать о том, чтобы снова выйти замуж.
Эмма затряслась от смеха.
– Снова замуж! Фрэнк, ты совершенно рехнулся. За кого, спрашивается, я пойду? Вокруг совсем не осталось мужчин. Они все на войне, которая, как тебе известно, все еще продолжается.
– Да, но есть надежда, что она кончится в этом году. После того как Америка выступила, ситуация начала меняться и союзники добились больших успехов. Я уверен, что перемирие будет объявлено примерно месяцев через девять, и мужчины начнут возвращаться по домам.
– Но сейчас еще только январь, – проговорила Эмма, глядя на него широко открытыми глазами и задыхаясь от смеха. – Молодые мужчины пока еще практически отсутствуют. Ты слегка поспешил с этим разговором, дорогой мой.
– А что ты скажешь, например, о Блэки О'Ниле? – спросил Фрэнк, внимательно следя за реакцией сестры. – Он всегда обожал тебя. Теперь вы оба свободны. Более того, весь прошлый год ты ухаживала за его Брайаном, как за собственным сыном. – Заметив, что Эмма не возмутилась, Фрэнк усмехнулся и закончил: – И потом, вы же не чужие друг другу!
– Ох, Фрэнк, не будь таким глупым! – категорически заявила Эмма, отмахиваясь от него. – Блэки для меня как брат. Кроме того, я вовсе не уверена в том, что хочу снова выходить замуж. Помимо всего прочего, я не думаю, что мне понравится, если какой-то мужчина станет вмешиваться в мой бизнес.
– Этот проклятый бизнес! Порой я просто не понимаю тебя, Эмма. – Он задумчиво взглянул на сестру.
– Конечно, сейчас ты ощущаешь себя в полной безопасности. Ты – богатая женщина сама по себе, да и Джо тебя хорошо обеспечил. Сколько же денег тебе надо, наша Эм?
Легкая улыбка тронула губы Эммы, когда она услышала свое уменьшительное имя, живо напомнившее ей детство. Она невольно пожала плечами.
– Дело не в деньгах. Я действительно обожаю бизнес сам по себе, Фрэнк. Честное слово, я получаю от занятия им массу удовольствия. Кроме того, у меня есть дети, о чьем будущем мне надо думать. Я могу распоряжаться своей жизнью безо всякой посторонней помощи и без советов, пусть даже даваемых из самых лучших побуждений.
Фрэнк поднял руки вверх, как бы уступая.
– Я просто подумал, что тебе надо немного облегчить себе жизнь и хоть когда-нибудь расслабиться.
Эмма подалась к нему вперед.
– Послушай, Фрэнк, пожалуйста, прекрати волноваться за меня, а то я действительно сильно рассержусь и ближайшим поездом уеду в Лидс, если…
Она не закончила фразу и потупилась.
– Что случилось?
– Ничего. Слушай, вон там двое мужчин за тем столиком напротив. Они постоянно пялят на нас глаза. Я хотела спросить: ты их знаешь? Нет, не смотри туда сейчас, они заметят.
– Я обратил на них внимание сразу, как они появились здесь. Метрдотель всю дорогу им кланялся и всячески расшаркивался перед ними. Но я с ними не знаком. Правда, тот, что помоложе, красивый майор-австралиец, судя по нашивкам на его мундире – он из четвертой бригады Австралийского корпуса.
– Ах, так он из колонии! Тогда нечего удивляться их наглости.
Забавляясь гневным блеском в глазах сестры, Фрэнк спросил:
– И что бы это все значило?
– Он просто невыносим, с той самой минуты, как появился здесь. Всякий раз, как я поднимаю голову, я натыкаюсь на его глаза, уставившиеся на меня. Да еще, к тому же, он меня пугает словно, – сердито сказала Эмма.
– Слушай, Эмма, а чего ты собственно от него ждала? Мне кажется, что ты сама не отдаешь себе отчета в том, насколько ты красива, дорогая.
Фрэнк обвел глазами ее темно-зеленое бархатное платье, кремовый жемчуг на шее и в ушах, гладко зачесанные назад и собранные на затылке пышные волосы.
– Ты выглядишь, как восемнадцатилетняя девушка, Эмма. И я рад, что ты не мажешь лицо всей той гадостью, которой так злоупотребляют другие женщины. – Он улыбнулся. – Да, без всякого сомнения, ты самая красивая в этом зале.
– Тут не слишком большой выбор для сравнения, – скромно заметила Эмма, но потом, улыбнувшись, необычно застенчивым тоном она спросила: – А я действительно красивая, Фрэнк?
– Несомненно.
К их столику подошел официант и почтительно сказал:
– Извините, сэр, но вас просят к телефону.
Фрэнк кивнул и обратился к Эмме:
– Я через минуту вернусь, извини.
Он отодвинул стул и встал.
– Почему бы тебе не посмотреть пока меню и решить, что мы закажем на десерт.
– Хорошо, дорогой, не беспокойся.
Эмма проводила взглядом Фрэнка, идущего через ресторанный зал отеля „Ритц”. Он выглядит таким значительным, таким изящным в своем смокинге! Эмма очень гордилась успехами Фрэнка и тем положением, которого он сумел достичь. „Он очень милый и так заботится о моем счастье”, – улыбнулась Эмма и подумала, что бы сказал Фрэнк, если бы знал еще про новое предприятие. „Он бы наверняка прочитал мне очередную лекцию и сказал, что я слишком много на себя беру. Но эта компания может стать главным источником моего богатства”.
Она недавно основала холдинговую фирму, приобретавшую акции других предприятий и компаний, очень выгодно продав предварительно для этой цели доставшиеся ей по наследству от Джо обувную и кожевенные фабрики. Существуя всего одиннадцать месяцев, новая компания уже успела принести Эмме довольно значительную прибыль. Название „Эмеремм" она придумала сама, соединив слово „изумруд"
type="note" l:href="#n_9">[9]
со своим именем. Вначале у нее была мысль назвать компанию „Харт Энтерпрайзиз”, но до определенного времени ей не хотелось, чтобы кто-нибудь знал об ее отношении к этой новой фирме. Для этого у нее были свои веские основания. Хотя Эмма единолично владела всеми акциями этой фирмы, она не занимала в ней никаких официальных должностей и даже не появлялась в ее правлении. Формально компанией управляли исполнительный директор и еще двое директоров, назначенных ею, мужчины, которых она купила, подставные фигуры, выполняющие ее приказы.
Эмма рассеянно обвела глазами элегантный обеденный зал. Ее мысли были заняты „Эмеремм Компании” и поистине безграничными финансовыми возможностями, открывавшимися перед ней с учреждением этой фирмы. Переводя отсутствующий взгляд с одного столика на другой, Эмма нечаянно встретилась глазами с тем майором-австралийцем и, к своему изумлению, почувствовала, что не может сразу отвести от него свой взор. „Он слишком хорош собой и слишком самоуверен”, – с внезапным приступом раздражения подумала Эмма. Его гладко зачесанные волосы, густые брови, тщательно подстриженные усы над чувственным ртом казались неестественно темными и глянцевыми на его сильно загоревшем, суровом, но привлекательном лице. Темно-синего цвета глаза казались почти фиолетовыми, даже ямочка на его подбородке выглядела более глубокой, чем у других людей. Широкий рот майора раздвинулся в насмешливой улыбке, собравшей кожу на его щеках глубокими складками, а его взгляд стал таким дерзким и вызывающим, что Эмма невольно вздрогнула. Вспыхнув, она отвернулась. „Нет, он положительно несносен”, – подумала Эмма, сидя с горящими от возмущения щеками. Ей показалось, что он буквально раздевает ее своим взглядом и рассматривает ее обнаженное тело. Смутившись, она потянулась к бокалу с вином и от сильного волнения опрокинула его на скатерть. Смутившись еще больше, Эмма принялась вытирать стол салфеткой.
Официант проворно прибежал ей на выручку. Бормоча, что сию минуту все исправит, он застелил пятно от вина салфеткой, собрал грязную посуду и удалился, чем заслужил Эммину благодарность. Майор снова оказался в поле ее зрения, и она с возмущением обнаружила, что он по-прежнему не сводит с нее своих дерзких глаз. Веселая улыбка играла у него на губах, в синих глазах читался неприкрытый вызов. Эмма резким движением взяла со стола меню и прикрыла им свое пылающее лицо. Она мысленно проклинала этого невоспитанного идиота-майора, но еще сильнее она негодовала на Фрэнка с этим его совершенно нескончаемым телефонным разговором.
Загорелое, обветренное лицо Брюса Макгилла сияло, его ясные голубые глаза лукаво блестели, когда он обратился к сыну:
– Если ты способен хоть на минутку оторвать взгляд от того прелестного создания, мой мальчик, то, может быть, мы, приличия ради, немного поговорим за обедом?
– О, прошу прощения, папа, – ответил Пол Макгилл. Он повернулся и переключил внимание на отца. – Но все-таки надо признать, что она – самая очаровательная женщина из всех, что мне довелось видеть. Ты согласен?
– Согласен, мой мальчик. Боюсь, что ты унаследовал от меня слабость к прекрасному полу. Я сам никогда не мог устоять против красоты. Однако, я хочу поговорить с тобой, Пол. За эти дни мне не часто удавалось повидаться с тобой.
– Тебе еще надоест любоваться мною за предстоящие несколько недель. Эта проклятая рана, оказывается, требует чертовски долгого лечения.
Брюс озабоченно взглянул на сына.
– Но рана, надеюсь, не слишком болезненна?
– Нет, не очень, но все время надоедливо ноет, особенно в этом вшивом английском климате, – криво усмехнулся Пол. – Ладно, мне грех жаловаться. Напротив, надо благодарить свою счастливую звезду. Это чудо, что я прошел всю галлипольскую компанию без единой царапины. Так надо же было случиться этому во Франции…
– Да, тебе до сих пор везло. – На лице Брюса появилось грустное выражение. – Я надеялся, что после такого ранения тебя отпустят совсем, и ты сможешь вернуться со мной вместе в Кунебл. Но, как я вижу, на это нет никаких шансов. Ты собираешься вернуться во Францию, к полковнику Монашу?
– По крайней мере, надеюсь на это. Но давай не будем больше об этом сегодня. Я намерен славно провести здесь время, раз уж мне удалось попасть в „старую, добрую Англию”.
– Рад это слышать. Ты дьявольски заслуживаешь этого после того, как побывал у черта в зубах. Но только не увлекайся, парень, – Брюс засмеялся, и его глаза снова повеселели. – Никаких новых скандальчиков. Долли до сих пор вспоминает о твоих последних похождениях с ее подругой.
– Ради Христа, не напоминай мне о ней, папа. Каждый раз, как я подумаю о той особе, я клянусь себе вовсе избегать женщин. Когда мы собираемся к Долли?
– В любое время после ужина, мой мальчик. Ты же знаешь Долли и ее театральных приятелей. Эти ее вечеринки обычно продолжаются до рассвета. Кстати, думаю, что ты не обидишься, но я решил не ходить туда сегодня. Топай один, тебе там понравится. Передай Долли мои извинения, но боюсь, что я не в состоянии быть у нее сегодня вечером. Кроме того, мне хотелось бы заглянуть на Сауз Одли-стрит и навестить там Адама Фарли.
Пол быстро вскинул свою темноволосую голову.
– Как он сейчас?
– Совсем плох, бедняга. Вся эта история с ним очень печальна. Он так и не пришел в себя после смерти Оливии, а тут еще удар. Не могу смотреть на него, прикованного к инвалидной коляске. Он всегда был таким подвижным. Смерть Оливии стала трагедией для него. Лейкемия, ты знаешь. Такая живая, красивая женщина. Я помню тот вечер, когда впервые увидел ее, лет четырнадцать назад. Сказать по правде, я даже слегка увлекся ею. Я до сих пор помню, как ослепительно она тогда выглядела в своем синем платье и в сапфирах.
В этот момент Эмма и Фрэнк поднялись и направились к выходу из ресторана. Пол неотрывно следил взглядом за каждым ее движением. Он любовался гордой посадкой ее головы, прямой спиной, ее абсолютной уверенностью в себе, ее царственной осанкой, когда она скользила по залу, и еще сильнее заинтересовался ею. Пол нашел глазами старшего официанта и поманил его к себе.
– Я хочу прямо сейчас выяснить, кто она, – бросил он отцу и обратился к официанту: – Скажите, Чарльз, кто этот джентльмен, который только что вышел с дамой в зеленом бархате?
– Фрэнк Харт. Да, тот самый, из „Дейли кроникл”. Прекрасный молодой джентльмен. Он сделал себе имя на военных репортажах.
– А его дама?
– Извините, майор, но боюсь, что я не знаю ее.
– Итак, мистер Харт – хорошо известная личность, не правда ли? – вмешался Брюс.
О да, несомненно, сэр. Он теперь пишет статьи о политике. Насколько я понимаю, он был и остается кем-то вроде фаворита у мистера Ллойд-Джорджа.
– Благодарю вас, Чарльз, вы нам очень помогли, – произнес Брюс. Подаваясь вперед, он внимательно взглянул на Пола: – Послушай, Пол, я не хочу, чтобы ты делал глупости. Поэтому тщательно обдумывай свои поступки. Я крепко завязан со многими политическими фигурами в этой стране, и мне не хотелось бы, чтобы у меня возникли проблемы из-за твоих любовных похождений. Очень просто может оказаться, что она – жена того парня, а поскольку он имеет неплохие связи, то, ты сам должен понимать, игра, в которую ты втягиваешься, может оказаться опасной.
– Не волнуйся, папа, я тебя не подведу. Тем не менее, я намерен выяснить, кто она. Любой ценой.
Пол уселся на стул и вытащил золотой портсигар. Он закурил сигарету, лихорадочно размышляя. Громадное состояние отца открывало перед ним любые двери, и он принялся перебирать в уме своих знакомых, ища среди них того, кто мог бы представить его Фрэнку Харту.
В гостиной Долли Моустен толпилось уже около дюжины гостей, когда вечером того же дня в нее вошли Эмма и Фрэнк. Эмма не успела сделать и трех шагов от дверей, когда она застыла на месте и схватила Фрэнка за руку. Он, удивленный, быстро обернулся к ней.
– Фрэнк, мы должны немедленно уйти, – прошептала Эмма.
Изумление отразилось на лице Фрэнка.
– Уйти? Но мы только что вошли.
Пальцы Эммы сжимали его руку, в ее глазах застыло умоляющее выражение.
– Пожалуйста, Фрэнк! Нам надо уходить, и немедленно.
– Не глупи, Эмма. Это произведет странное впечатление, а я не хочу обижать Долли. Это для нее будет смертельная обида. Не говоря уже о том, что она сейчас ведущая актриса в Лондоне, и хотя бы поэтому заслуживает уважения. Долли в прошлом была очень полезна для меня. Нет, она ни за что не простит, если мы сбежим. Почему вдруг такой поворот? Ты же раньше сама хотела прийти.
– Меня подташнивает, и я чувствую себя ужасно слабой, – быстро придумала Эмма.
– Извини, но боюсь, уже поздно, старушка, – пробормотал Фрэнк. К ним уже летела Долли Моустен, вся в облаке желтого шифона и блеске фальшивых бриллиантов, с ярко-рыжими волосами, словно нимб охватывающими ее прекрасное, но глуповатое лицо. В ее кильватере двигался тот самый австралийский майор, которого они уже видели сегодня в „Ритце”. „А, вот оно в чем дело”, – подумал про себя Фрэнк. Смеющимися глазами он взглянул на сестру и коротко бросил:
– Не пугайся, он не кусается.
Эмма не успела ничего возразить. Долли тепло приветствовала их и представила собравшимся, ее знаменитый голос звенел смехом, а экзальтированность, очаровывавшая гостей, показалась Эмме чрезмерной и удивительно безвкусной. Она отвернулась, чтобы избежать возникшего перед нею с хищным взглядом майора. Эмма почувствовала себя загнанной в угол и вдруг обнаружила, что ее рука оказалась зажатой в посторонней руке, значительно более крупной и сильной, чем ее собственная. Эмма попала в затруднительное положение и не решалась поднять голову, глядя вниз на его руку, поросшую густыми черными волосами.
– Я просто счастлив познакомиться с вами, миссис Лаудер. Это неописуемое удовольствие для меня, и я никак не рассчитывал, что оно так скоро меня настигнет, хотя, не скрою, я решил непременно свести с вами знакомство. Какая удача для нас обоих, что я решил сегодня вечером заглянуть к Долли, – говорил он звучным голосом, слегка растягивая слова. Его слабый австралийский акцент был почти незаметен.
„Что за нахальный и самодовольный тип”, – подумала Эмма, почувствовав, что то смущение и неудобство, которое она уже испытала сегодня в ресторане, снова накатывается на нее. Ей ужасно хотелось отхлестать его по щекам и только врожденная воспитанность удержала ее от опрометчивого шага. Вместо этого она подняла голову и, наконец, взглянула ему прямо в лицо, неотступно обращенное к ней. Она молча хлопала глазами, смущенная плутовским выражением его глаз и иронической усмешкой, с которыми он ожидал от нее ответа. Эмма почувствовала, что Фрэнк настойчиво давит ей на спину, а потом, не сумев сдержаться, к своему несказанному ужасу, холодно заявила:
– Я знаю, что вы – австралиец, майор Макгилл. Надеюсь, что ужасающие манеры, которые вы столь явно обнаружили сегодня днем, не характерны для всей вашей нации и проистекают только от недостатков вашего собственного воспитания. Иначе ваших соотечественников ждет холодный прием в этой стране, где женщины привыкли к уважительному отношению. Здесь вам не провинция, майор!
Долли от удивления широко раскрыла глаза, а Фрэнк воскликнул:
– Эмма, ты становишься невежливой!
Но майор Макгилл совершенно явно только развеселился. Он закинул голову и залился громким смехом, продолжая сжимать руку Эммы с такой силой, что та даже поморщилась. Эмма обратилась к Долли:
– Простите меня, Долли, я не хотела бы быть невежливой по отношению к вам. Пожалуйста, извините меня, но я вынуждена вас покинуть. Ужасно плохо себя чувствую. Определенно, мне досталось что-то несвежее за обедом.
Эмма попыталась освободить руку, но майор продолжал сжимать ее, словно клещами. Он сказал:
– Сдаюсь, миссис Лаудер. Признаюсь, что заслужил наказание.
Он наклонился вперед и подставил Эмме правую щеку.
– Не желаете ли закатить мне пощечину и покончить с этим?
Вспыхнув, Эмма отступила на шаг, но майор тут же втянул ее обратно за руку в общую группу.
– Думаю, что лучше подать миссис Лаудер бокал шампанского, а я надеюсь убедить ее в том, что даже среди колониалов попадаются вполне цивилизованные люди.
Он уверенно, по-хозяйски продел руку Эммы себе под локоть. Она попыталась вырваться, но Пол немедленно схватил ее свободной рукой и отрицательно покачал головой.
– Идемте, миссис Лаудер, – скомандовал он.
На Эмму вновь в упор смотрели его дерзкие, насмешливые глаза, и она ощутила к нему неприязнь еще более острую, нежели днем в ресторане.
– Извините нас, – заявил Долли и Фрэнку довольный собой Пол и увлек за собой Эмму.
– Немного шампанского остудит ваш пыл, – проговорил он, любезно раскланиваясь на ходу со знакомой парой, но не замедляя шага.
– Можно насильно привести лошадь к воде, но никто не способен силой заставить ее напиться, – прошипела кипящая от возмущения Эмма.
– Даже самые упрямые и горячие кобылицы рано и поздно желают напиться, миссис Лаудер, – тихо возразил Пол. – Все дело в том, когда их последний раз водили на водопой. На мой взгляд, вы просто сгораете от жажды.
Эти, внешне невинные, его слова несли в себе немалый подтекст, а его светящиеся неприкрытым желанием глаза лучше всяких слов говорили о его истинных намерениях и мыслях. Щеки Эммы стали пунцовыми, пока они таким образом двигались по гостиной, но, к еще большему своему замешательству, она вдруг заметила, что прикосновения Пола Макгилла, его пальцы, сжимающие ее руку, его локоть, тесно прижатый к ее обнаженному плечу, остро волнуют ее. Он выглядел выше и массивнее, чем показался ей днем в „Ритце”, и у нее было такое чувство, что он подавляет ее. От него веяло грубой силой, властной мужественностью, волновавшими Эмму. Комната плыла у нее перед глазами, ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок. Странная нервная дрожь пробегала по ее телу, а сердце под зеленым бархатом ее платья билось так часто и с такой силой, что, казалось, было готово вырваться из груди. Эмма была ошеломлена и выведена из равновесия. „Это все из-за злости”, – подумала Эмма и сама поверила в то, что именно злоба была причиной ее странного возбуждения. Ей показалось, что гостиная Долли внезапно увеличилась в размерах, и она подумала, что зеленая ковровая дорожка, по которой они шли, никогда не кончится.
– Пожалуйста, мне хотелось бы присесть, – задыхаясь проговорила Эмма. – Хотя бы вот здесь. Потом вы сможете пойти поискать официанта.
– Ну уж нет, ни в коем случае! Вам не удастся так просто отделаться от меня, миссис Лаудер, – вскричал Пол.
– Куда вы меня тащите?
Пол остановился и развернул Эмму лицом к себе. Его глаза, впившиеся в нее, казалось, были полны раздумий.
– Это я еще не решил. Здесь может быть множество самых разных вариантов и интересных возможностей.
Заметив испуг, отразившийся на лице Эммы, он весело расхохотался и мягко заметил:
– Не смотрите на меня с таким ужасом. Я вовсе не собираюсь похищать вас. Просто мне хотелось увести вас от вашего брата и от Долли.
Он осмотрелся и кивнул головой влево.
– Можно расположиться здесь, под пальмой. Это место нам подходит. Тихое, укромное местечко.
Эмма попыталась ослабить его хватку.
– Отпустите же меня, наконец, пожалуйста!
– Никогда.
Он ловко заставил ее пойти в выбранный им угол, и Эмма с нарастающим испугом поняла, что теперь у нее не осталось шансов немедленно упорхнуть прочь от него. А еще она вспомнила, что поручила Фрэнку самому решать, сколько времени им следует пробыть у Долли, чтобы соблюсти все приличия. Она опустилась на диван, радуясь, что ей, наконец, удалось освободиться от железной хватки руки майора, и неохотно приняла бокал шампанского, который тот успел прихватить на ходу с подноса у пробегавшего мимо официанта. Но у Эммы не было намерения поощрять поползновения этого дьявола в облике мужчины, тем более, щадить его чувства. Поэтому самым ледяным тоном она заявила:
– Полагаю, что подобная грубая, но искусная техника, которую вы только что продемонстрировали, безотказно действует на большинство женщин.
Пол кивнул и небрежно закинул ногу на ногу.
– Должен признать, что в общем вы правы, – лениво ответил он, оглядывая Эмму с ног до головы с такой бесцеремонностью, что ее щеки и шея залились краской.
– Могу вас заверить, что со мной этот номер не пройдет, – воскликнула она с надменным лицом. – Я мало похожу на других женщин.
– Я в этом не сомневаюсь, – согласился Пол с иронической улыбкой в глазах. – Думаю, что именно это и привлекло меня в вас, не считая, конечно, ваших сногсшибательных глаз. Да, должен признать, что вы не похожи на других женщин. Вы очень отличаетесь от них. Лед и пламень – возможно, это лучше всего вас характеризует.
– Только лед, майор, – парировала Эмма.
– Но лед, как вы знаете, имеет обыкновение таять.
– Это тоже, знаете ли, небезопасно. Именно на льду происходят с людьми разные несчастные случаи, – огрызнулась Эмма.
– Опасность всегда привлекала меня, миссис Лаудер. Она возбуждает меня, бросает мне вызов, пробуждает во мне мужские инстинкты.
Эмма окатила его уничижительным взглядом и с презрением отвернулась, оглядывая гостиную в поисках Фрэнка. Этот человек, одновременно возмущавший и смущавший ее, должен получить немедленный и недвусмысленный отпор. Со своим грандиозным самомнением, вызывающим поведением, невероятной самонадеянностью и дерзким языком, он не был похож ни на одного из тех, с кем она раньше встречалась. И ни один мужчина не осмеливался никогда так липнуть к ней и обращаться с ней в столь двусмысленной манере. Эмма негодовала на майора, вообразившего, что она готова пасть к его ногам.
Пол откинулся на спинку стула, внимательно разглядывая профиль Эммы, и благодарил судьбу, подарившую ему возможность уже сегодня вечером встретиться с ней. „Она столь необычна и оригинальна. Она должна принадлежать мне. Я не успокоюсь, пока не завоюю ее целиком, не только ее тело, но и ее душу, и сердце”, – думал про себя Пол. Она потрясла его до глубины души. Ни одна женщина до сих пор не вызывала в нем такого живого отклика. В свои тридцать шесть лет Пол Макгилл был здоров и силен, предприимчив, искушен в любви и неотразим. Его сексуальная привлекательность не знала сословных границ и находила пылкий отклик у женщин любого общественного положения. Продавщицы из магазинов и дамы из высшего общества равным образом находили его неотразимым. Соответственно его победы были легкими и столь многочисленными, что он сам потерял счет своим романтическим приключениям. До сего дня, которому суждено было сыграть столь важную роль во всей его последующей жизни. Пол в своих взаимоотношениях с женщинами руководствовался одним принципом: „Будь моей либо ступай прочь”. Женщины, пренебрегая приличиями, сами вешались ему на шею и пылко отдавались ему, но не затрагивали глубоко его чувств и его сердца, и он, рано или поздно, расставался с ними, навсегда исчезая из их жизни.
Несмотря на свой гедонизм и жизнерадостность, Пол Макгилл был достаточно умен, обладая определенной гибкостью и внутренним чутьем. С необыкновенной ясностью он сразу понял, хотя и не показывал этого всем своим видом, что Эмма относится к совсем иной, необычной категории женщин. На нее не производит впечатления его многообещающая мужественность, и она не намерена уступать его обычной манере ухаживания. Эту женщину можно покорить только с помощью тонкой тактики, честностью, добившись ее понимания. Разочарованно уяснив, что его добродушные подшучивания вызывают у нее только враждебность, Пол решил изменить линию поведения и прекратить изводить ее своими насмешками. Он подался вперед к ней и сказал:
– Давайте прекратим это глупое препирательство. Мы только все портим.
– Портим – что? – раздраженно спросила Эмма.
– Нашу первую встречу, первый вечер, который мы проводим вместе.
– И последний!
– Мне нравятся женщины с характером, миссис Лаудер. Полагаю, что мистер Лаудер со мной в этом согласен.
Задетая его словами, Эмма сердито взглянула на него. „Что за несносный глупец", – раздраженно подумала она.
– Я – вдова, майор Макгилл. Мой муж погиб восемнадцать месяцев назад в битве на Сомме.
„О Боже!” – подумал Пол и быстро проговорил:
– Пожалуйста, простите меня. Я ужасно виноват перед вами. Это просто не пришло мне в голову. Я безмозглый идиот!
Он выругался про себя и замолчал. Эмма, в свою очередь, ничего не сказала в ответ. Наконец, Пол заговорил снова:
– Это было ужасно нетактично с моей стороны. Во время войны надо быть осторожнее в высказываниях. Мне действительно очень жаль. Надеюсь, что вы примете мои извинения также по поводу моего безобразного поведения в „Ритце”. Мне нет оправданий.
Эмма услышала искренние ноты в его голосе, заметила, что насмешливое выражение сошло с его лица, прочитала сочувствие в его глазах. Столь решительная перемена в его поведении несказанно удивила ее.
– Вы принимаете мои извинения?
– Да, – пробормотала Эмма.
К ним подошел Фрэнк и протянул Полу его палку.
– Долли просила передать ее вам. – Он обернулся к Эмме: – Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, что лучше?
– Да, спасибо, – ответила Эмма. – Прости меня, Фрэнк. Я не хотела ставить тебя в неловкое положение.
– Послушайте, Фрэнк, это я во всем виноват, – вмешался Пол. – Давайте забудем этот маленький инцидент, хорошо?
– Конечно, Пол.
Фрэнк улыбнулся им и направился в дальний угол гостиной, где один известный политический деятель держал речь перед обступившими его слушателями. Эмма неотрывно смотрела на палку, которую Фрэнк только что вручил Полу. Заметив это, Пол, с несвойственной ему застенчивостью, взглянул на нее и пояснил:
– Я был ранен, но вы, вероятно, не заметили моей хромоты. Должен сознаться, что я приложил максимум усилий, чтобы скрыть ее, когда мы с вами шли через гостиную.
– Вам это прекрасно удалось.
С удивлением Эмма заметила, что улыбнулась ему. Стоило Полу немного унять свою спесь, как она сразу же изменила свое отношение к нему. Эмма поняла, что его прежнее вызывающее поведение объяснялось недостаточной уверенностью в себе, и слегка смягчилась. Она откинулась на спинку дивана и позволила себе слегка расслабиться. А он продолжал застенчиво улыбаться и был похож на беззащитного маленького мальчика.
– Надеюсь, ваша рана не очень серьезна и не слишком болезненна, – мягко спросила она.
– Нет, вовсе нет. Скоро я уже собираюсь обратно во Францию, – с серьезным, задумчивым лицом ответил Пол. Чувствуя, что его позиции несколько укрепились, он все же немного поколебался в нерешительности перед тем, как обратиться к ней:
– Я должен уезжать через несколько недель. Не могли бы мы до этого встретиться хотя бы еще раз? Я знаю, что вы смотрите на меня, как на какого-то проходимца, но я вовсе не такой, уверяю вас. Конечно, мне нет прощения за мое безобразное поведение сегодня в „Ритце”, но все же некоторым оправданием может служить то, что я был ослеплен вашей красотой. Не могли бы вы позавтракать со мной завтра, чтобы у меня был еще один шанс оправдаться в ваших глазах? – Его глаза задорно блеснули. – Клянусь, что больше, не буду испытывать ваше терпение, и обещаю вести себя как подобает офицеру и джентльмену, а не какому-нибудь проходимцу-подзаборнику.
– Я уже приглашена на завтра, – ответила Эмма.
– Это очень важная встреча? Ее нельзя отменить?
– Думаю, что нет. Я должна встретиться с Фрэнком. Мы редко с ним видимся, и он будет разочарован.
– Да, я понимаю.
Лицо Пола вдруг оживилось.
– Не хочу показаться вам назойливым, но не могу ли я присоединиться к вам? Вы не позволите пригласить вас вместе с братом быть моими гостями? – Он принужденно улыбнулся. – Кроме того, в обществе своего брата вы будете чувствовать себя под надежной охраной.
Эмма улыбнулась в ответ. Его хитрость была шита белыми нитками.
– Я должна спросить брата. Не знаю, как он к этому отнесется.
К великому неудовольствию Пола, к ним в этот момент подплыла Долли, и он встал, уступая ей свой стул. Но Долли отказалась присесть и заявила:
– Вижу, что вам двоим удалось преодолеть небольшие разногласия. – Ее глаза скользнули по Эмме и задержались на Поле. – Как себя чувствует наш раненый герой? Надеюсь, вы не скучаете, дорогой. Мы ведь обязаны сделать все от нас зависящее, чтобы наши отважные солдаты были счастливы.
Она игриво потрепала его по руке.
– Кажется, вы попали в хорошие руки. Увидимся завтра, на обеде у вашего отца.
– Боюсь, что это нам не удастся. На завтра у меня запланирована давно назначенная встреча. С моей судьбой.
Долли удивленно вскинула брови.
– Мне кажется, что я не знаю ее.
– Уверен, что вы с нею не знакомы, Долли, – лицо Пола осталось совершенно непроницаемым.
Долли пожала плечами.
– Думаю, что не в моих силах быть знакомой со всеми вашими увлечениями в Лондоне. Теперь прошу прощения, я должна „циркулировать”, мои дорогие.
Пол приблизил к Эмме свое спокойное лицо.
– Это так и будет?
– Что будет?
– Завтракать со своей судьбой.
Она взглянула на него и улыбнулась своей несравненной улыбкой, осветившей ее лицо необыкновенным светом.
– Мне казалось, что вы собираетесь завтракать со мной и Фрэнком.
Фрэнк спросил:
– Зачем ты это делаешь, Эмма?
– Что делаю, дорогой?
– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду: покидаешь Лондон столь неожиданно.
– Я собиралась провести здесь несколько дней, а задержалась на целые две недели. Я должна возвращаться в Йоркшир.
– Никогда не мог себе представить, что мне доведется увидеть свою сестру, убегающей в панике.
– Я не убегаю.
– Неправда, ты именно бежишь. От Пола Макгилла, я прав?
Эмма взглянула на него и поджала губы. Вздохнув, она призналась:
– Да, это так.
– Значит, я угадал. Но все равно не могу понять, почему ты так торопишься?
– Потому, что он становится слишком настойчивым. И потом, он не слишком мне нравится.
– Эмма! Ну что ты говоришь! Если он тебе не нравится, то почему же ты проводишь с ним столько времени? По моим наблюдениям, каждый вечер: театры, приемы, обеды. Кстати, и завтраки тоже. Я почти не встречаю тебя одну, без него. Должен сказать, у меня сложилось впечатление, что он просто околдовал тебя.
– Это неправда, Фрэнк Харт!
Фрэнк покачал головой и посмотрел в окошко такси, после чего снова перевел взгляд на Эмму. Секунду понаблюдав за ней, он сказал:
– Пол налетел на тебя, как ураган, и подмял под себя.
– Фу!
– Да, это так, я могу это смело утверждать. Каждый, кто вас видел вдвоем с ним, может это подтвердить. Он просто пожирает тебя глазами. И он нравится тебе, Эмма, я в этом убежден.
– Фрэнк, отстань от меня.
– Тогда объясни мне убедительно, чтобы я понял, почему ты хочешь с ним расстаться?
– Потому, что он слишком красив, слишком очарователен, слишком неотразим. Всего этого в нем слишком много для меня. Кроме того…
Она запнулась, голос ее дрогнул.
– Что – кроме того?
– Я боюсь серьезно увлечься, если останусь.
– Понимаю, но ты же влюблена в него, не правда ли?
– Да, – почти прошептала Эмма. Фрэнк взял ее за руку.
– Он знает, что ты уезжаешь?
– Нет еще. Я оставила ему записку в „Ритце”. Он получит ее, когда сегодня вечером заедет за мной в отель.
– Не очень красивую шутку ты сыграла с этим бедным парнем.
– Это то, что я должна была сделать. Теперь, дорогой, заткнись, пожалуйста, по поводу Пола Макгилла и поторопи водителя. Я не хочу опаздывать на свой поезд.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Состоятельная женщина Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор


Комментарии к роману "Состоятельная женщина Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100