Читать онлайн Состоятельная женщина, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.67 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Состоятельная женщина

Читать онлайн


Предыдущая страница

26

На следующее утро Эдвин Фарли бродил по фабричному подворью, лицо его было печально и несчастно. Время от времени он бросал взгляд на деревню, раскинувшуюся на холме, страстно желая узнать хоть что-нибудь об Эмме.
Он знал, что она уедет из Фарли в эти выходные, если уже не уехала. Он был совершенно уверен в этом. Поздно ночью, не в силах заснуть, охваченный беспокойством и острым чувством вины, он пробрался в ее комнатку на чердаке. Чемодан, оставленный им днем, исчез, а с ним и вся ее одежда из стенного шкафа и мелкие пустяшные вещи, которые она хранила в усадьбе. С подоконника пропала вазочка с высохшим вереском и несколько скромных украшений, в том числе и столь высоко ценимая ею ужасная брошка из зеленого стекла.
Эдвин вздохнул. Он чувствовал себя жалким. Его поведение было в высшей степени хамским. Если б только она не говорила с ним так резко, если б подождала, пока прояснится его голова от ужасного потрясения, вызванного ее гибельной вестью. Возможно, тогда он был бы в состоянии мыслить разумнее и смог бы оказать ей большую помощь. „Каким же образом?” – придирчиво воскликнул тонкий голосок. Будь он честен с самим собой, он признался б, что не женился бы на ней. Об этом не могло быть и речи. Но... „О Боже, прекрати сводить себя с ума!” – взбешенно приказал он себе, не в состоянии совладать с непокорными мыслями, мечущимися в голове.
Эмма уехала. Так оно и есть. При данных обстоятельствах, возможно, ей хватило благоразумия уехать немедленно. Останься она, она могла бы втянуть его, пусть невольно, в историю, и разразился бы скандал, последствия которого он не осмеливался себе представить. „Это несправедливо и недостойно тебя – так думать, Эдвин Фарли”, – упрекнул он себя, в приливе стыда и в озарении понимая суть свою и Эммы. Она никогда не потребует от него признания отцовства своего ребенка. Он знал ее слишком хорошо и понимал, что так или иначе она оградит его от этого. Он был противен сам себе, он желал знать, как она совладает с собой, что будет делать, куда ушла или пойдет. Будучи ужасно напуган, ошеломленный и неуверенный, он даже не побеспокоился вчера, чтобы представить себе ее дальнейшую судьбу и эти мысли сейчас преследовали его.
Он замедлил шаг, подходя к лошадям, привязанным неподалеку от ворот фабрики. Эдвин гладил Рассета Дауна, пытаясь успокоить переполнявшие его мучительные чувства. Резвая прогулка верхом по пустоши ему не повредит. Он осмотрелся. Сегодня стоял далеко не лучший день. Было необычайно мрачно, небо сплошь покрыто тучами, дул сильный ветер. С другой стороны, поездка в Киркенд, несомненно, заняла бы его мысли и, наверное, отвлекла бы от непрекращающихся раздумий об Эмме, ослабило бы ту неловкость, которую он ощущал в душе.
Эдвин уставился перед собой невидящими глазами и сначала не заметил дыма, тонкими струйками просачивавшегося из-под дверей находившегося неподалеку склада. Лишь только когда Рассет Даун заржал и встал на дыбы, он оглянулся и увидел все более сгущающийся дым. У Эдвина перехватило дыхание, он успокоил лошадей и, полный тревожных предчувствий, побежал к складу.
Когда Эдвин бежал через двор, из-за угла показался Джек Харт, несший из ткацкой связку пустых мешков. Боковые окна склада были в его прямой видимости, и глаза его широко распахнулись при виде пламени внутри. Он увидел также и Эдвина Фарли, срывающего замок с тяжелых дубовых дверей. Джек рванулся к нему, с перепуганным лицом, крича Эдвину, чтобы тот отошел от дверей.
– Не открывай их, парень, – кричал он, – это хуже всего! Уходи оттуда, парень!
Эдвин взглянул на него, но не обратил на его слова внимания и продолжал судорожно отпирать двери. Наконец ему это удалось, и он вбежал внутрь, когда Джек был уже рядом. Джек свалил мешки на землю и бросился вслед за Эдвином, крича о нависшей угрозе.
Несколько деревянных бадей, в которых переносили пряжу и катушки, каким-то образом загорелись в дальнем углу огромного склада. Тлеющий пепел от них попал на тюки шерсти, упакованные в мешки и сложенные друг на друга. Они ярко горели и пламя быстро перебегало на лежавшие рядом. Сарай и вся шерсть, сложенная там в больших количествах, были охвачены пламенем подобно трутнице. Тлеющие угли и искры разлетались во все стороны, клубами валил дым, деревянные балки и стены с треском раскалывались под языками пламени, уже забравшимися на потолок и разбегающимися во всех направлениях.
Еще несколько минут, и пожар примет угрожающий размах, ветер, врывавшийся в открытые двери, раздувал пламя, превращая сарай в плавильную печь, жар становился все сильнее, все вокруг было застлано дымом.
– Уходите отсюда, мастер Эдвин! – орал Большой Джек сквозь гул огня, пожиравшего деревянное здание.
– Нужно что-то срочно делать! – крикнул Эдвин, как завороженный глядя на бушующее пламя.
– Я знаю это, парень. Но здесь неподходящее место для тебя! – Джек с силой ухватил его за руку и потащил наружу. – Идем отсюда скорее! Нам нужно быстрее запустить паровой двигатель и помпу. Иначе огонь не остановить!
Оба повернули к выходу, Джек прокладывал дорогу в дымном вихре. Задыхаясь и щуря слезящиеся глаза, они наощупь пробирались наружу. Из-за плотного дыма, сгущавшегося с каждой секундой, Эдвин не заметил железного кольца на люке в полу и, зацепившись за него ногой, упал ничком. Он попытался высвободиться сам, окликнув Джека, шедшего впереди. Джек быстро развернулся и бросился к нему. Испуг мелькнул в его глазах, он увидел, что носок ботинка Эдвина для верховой езды застрял в кольце. Он присел, пытаясь вырвать его.
– Ты можешь вытащить ногу из ботинка, парень? – прокричал Джек.
– Не в этом положении! – Все же Эдвин согнул ногу, потянул, но безрезультатно.
– Кольцо малость расшатано. Я попробую выдрать его из пола, – прохрипел Джек, надрывно кашляя и отгоняя дым от лица. Он навалился на кольцо изо всех сил и, наконец, после нескольких мощных рывков, оно начало поддаваться, отходя от деревянной доски люка.
Именно в этот момент широкая передвижная платформа, находившаяся под потолком, загорелась. Языки пламени ревущей, добела раскаленной рекой беспрепятственно охватили ее. Платформа осела, затрещала и обвалилась, расщепляясь на пылающие балки. Джек поднял голову, крик ужаса застрял в его горле. Тяжеленные балки беспорядочно срывались с платформы прямо над ними, огненными метеорами, несущими разрушение. Эдвин был под ними как в ловушке, и Джек, без колебаний, не думая о себе, навалился сверху на юношу, оберегая, накрыл Эдвина своим телом. Одна из горящих балок упала Джеку на спину, Джек подавил рвущийся из горла вопль. Сокрушительный удар балки, огонь, тотчас охвативший его одежду и обжигающий тело, болью пронзили его всего. Он яростно сопротивлялся, расправляя плечи и уперевшись ногами в пол, пытаясь сбросить балку. Мощным рывком ему удалось частично столкнуть ее с плеч. Последним отчаянным толчком, вобравшим все его убывающие силы, он отпихнул балку в сторону. Джек отпрыгнул, наглотавшись дыма и задыхаясь. Не обращая внимания на мучительную боль и горящую одежду, он вновь вцепился в кольцо обеими могучими руками. Благодаря тому, что расшатал его раньше, он вырвал кольцо одним усилием. Эдвин вскочил на ноги, лицо его было серым от испуга и сострадания к человеку, так храбро спасшему его с риском для собственной жизни.
Кашляя и отхаркиваясь, они оба вывалились из склада как раз в тот момент, когда центральная часть крыши рухнула. Джек зашатался и в судорогах упал на землю, корчась и извиваясь в агонии. Грудь его содрогалась, не было мочи вздохнуть. Сам кашляя, но уже вдохнув свежего воздуха, Эдвин сбросил куртку и принялся сбивать ею пламя с одежды Джека.
Адам Фарли бежал через двор с Уилсоном, выкрикивая распоряжения дюжине фабричных работников, несущихся за ним по пятам. Он ужаснулся при виде Джека Харта в горящей одежде и Эдвина, тщетно пытавшегося погасить огонь. Срывая с себя пиджак, он крикнул Уилсону:
– Неси ведра с водой и брось мне вон те мешки.
Быстро и споро, сохраняя самообладание, Адам набросил свой пиджак на горящую рубашку Джека, выхватил куртку Эдвина у него из рук и укутал ею ноги Джека. Он накрыл его и мешками, принесенными Уилсоном и принялся катать его по земле, не чувствуя пламени, обжигавшего ему руки. Появился Уилсон с двумя ведрами воды, за ним работники с бадьями в руках. Адам и Уилсон облили Джека водой, чтобы остудить жар и потушить пламя, и, наконец, полностью погасили. Джек был облеплен обугленной одеждой, он лежал неподвижно и казался неживым.
Адам опустился на колени и пощупал его пульс. Он был слабым, но все же прощупывался. Джек взглянул на Адама тусклыми, налитыми кровью глазами. Потом закрыл их. Тихий стон разомкнул его губы и он потерял сознание от шока и боли, причиняемой обширными ожогами.
Адам поднялся, тревожно покачал головой:
– Несите его в мой кабинет и осторожно! – рявкнул он двум работникам. Он быстро оглядел Эдвина, стоявшего рядом. – Ты не ранен?
– Нет, отец. Лишь чуть опалило одежду, – ответил Эдвин между приступами кашля, – и я весь пропитался этим гадким дымом. Вот и все.
– Тогда ты в состоянии скакать к Кливу Малкольму. Скажи ему, что Джек Харт сильно обгорел. Прикажи ему срочно быть здесь!
Эдвин стоял как прикованный. Ошеломленный, он безмолвно смотрел на отца. Неожиданная мысль забилась в его мозгу.
– Будь оно проклято, Эдвин! Не стой здесь, как идиот! – заорал Адам сердито. – Отправляйся же, мальчик. Жизнь этого человека в опасности. Ему нужна срочная медицинская помощь.
– Да, отец, – он опять уставился на Адама, затем проводил глазами тело Джека, которое понесли в дом. – Он спас мне жизнь. Балка свалилась бы прямо на меня, не закрой он меня собой.
– Хорошо, Эдвин, хорошо! Я понимаю! – он нетерпеливо притопнул ногой. – Я понимаю, о чем ты говоришь. Но мы поговорим об этом позже. А сейчас, ради Бога, делай, что я тебе сказал. Езжай за Кливом и гони, как сам черт. Главное – не медлить. Скажи Кливу, это чрезвычайно срочно!
– Да, отец. – Эдвин запрыгнул в седло и галопом поскакал с фабричного двора, и одна и та же мысль билась в его голове со все более пронзительной ясностью: отец Эммы спас ему жизнь.
Адам занялся теперь горящим складом. К счастью, несколько лет назад он предусмотрительно приобрел одну из небольших пожарных машин с паровым двигателем. Как раз для таких непредвиденных случаев. С десяток мужчин уже вытаскивали ее из ангара, где она хранилась. Необходимый ей уголь уже пылал и мужчины со знанием дела подсоединяли пару шлангов к гидрантам. Остальные рабочие прядильни высыпали во двор из одного из зданий в глубине, здесь были и здоровенные парни, и подростки – вязальщики катушек. Среди них был Фрэнк Харт, он не видел, как пострадал в огне его отец. Под руководством Адама эта группа образовала живую цепь между фабричным двором и рекой Эйр. Ведра, полные воды, передавались наверх, они возвращались опорожненными, наполнялись вновь и вновь, пока руки не заныли от боли. Адам отдавал приказания, полностью владея ситуацией. Он работал бок о бок с фабричными рабочими и испытывал благодарность к этим грубым и суровым людям из Йоркшира, исполнявшим свои обязанности с холодной головой и необычайным мужеством в этих опасных непредвиденных обстоятельствах.
Неожиданно ветер переменился. Адам облегченно вздохнул и тут же застонал с перекошенным лицом, увидев, что часть горящей крыши рухнула на кустарник, сливавшийся с рощей, примыкающей к главной улице деревни. Теперь, когда сменилось направление ветра, над этой рощей нависла угроза.
– Уилсон, отправь-ка мне еще несколько человек, вон туда! – громко крикнул Адам. – Пусть они срочно примутся за рощу! Если мы ничего не предпримем, огонь перекинется на деревья. Ветер относит пламя в ту сторону.
– А как же фабрика? – начал было Уилсон.
– Черт с ней, старина! Делай, что говорю. Я всегда смогу построить фабрику снова. А в тех домах женщины и дети. Если займутся деревья, пожар перебросится на деревню в одно мгновение.
Уилсон отослал пятерых мужчин за распоряжениями к Адаму. Он тут же отвел их в сторону, говорил быстро, но немногословно:
– Разбирайте в ангаре топоры и отправляйтесь к роще. Рубите мелкие деревья и подлесок, что ближе всего к горящему кустарнику на краю рощи. Берите ниже, под самый корень, очищая узкую полосу на пути огня. Тогда можно будет быстро потушить искры, которые ветром занесет на полосу. Потом хватайте ведра с водой и обливайте все деревья. Нужно любой ценой не дать огню перекинуться на рощу.
Все пятеро кивнули, они все поняли и тут же молча умчались за топорами и ведрами с водой. Они тотчас принялись за работу в роще. Тем временем Адам спешно вернулся к Уилсону, возглавлявшему тушение склада. Под напором воды из шлангов и ведер огонь начал захлебываться, а когда сменился ветер, он уже был более или менее под контролем.
Адам вытащил носовой платок и вытер свое взмокшее закопченое лицо. Потом развернулся, услышав шум колес въезжающей во двор повозки. Из вплотную подъехавшей двуколки быстро выпрыгнул Клив Малкольм с саквояжем в руке. Он бросил поводья своей жене Вайолет, сопровождавшей его. Вслед за двуколкой во двор легким галопом въехал Эдвин.
Адам мрачно показал на контору:
– Харт очень плох, Клив. Сделай все, что сможешь.
– Других пострадавших нет? – крикнул Клив на бегу, пересекая двор.
– У нескольких человек небольшие ожоги и одного задело краем рухнувшей крыши. Ничего особо серьезного, насколько я смог выяснить. Сначала иди к Харту. Эдвин, проводи доктора и миссис Малкольм. Посмотри, сможешь ли чем-нибудь им помочь.
Адам закашлялся. Его легкие были полны дыма, и от этого у него кружилась голова. Он с тревогой посмотрел на рощу. Рабочие уже добились определенного успеха и останавливали огонь, не давая ему распространиться. Хотя кустарник все еще горел, деревья, ведущие к деревне, остались нетронутыми. Искры носились в воздухе и падали на уже очищенную узкую полосу, как и предвидел Адам. Их тут же тушили, заливая водой, которую без остановки подносили в ведрах.
Оглядываясь вокруг и оценивая, насколько поврежден склад, Адам раздумывал о неожиданных порывах ветра. Он взглянул на небо.
– Проклятие, почему нет дождя? – ворчал он сердито.
Он еще раз посмотрел на затянутое тучами небо, читая про себя молитву. К нему подбежал Уилсон.
– Я думаю, мы уже держим все под контролем, сквайр. Не думаю, что фабрике теперь что-нибудь угрожает, – он уставился на Адама, и улыбка пробежала по его чумазому лицу. – О Господи, сэр, я думаю, сейчас пойдет дождь. На меня только что капнуло.
И Уилсон оказался прав: начал накрапывать дождь. Впервые в жизни Адам Фарли желал, чтобы с небес хлынул потоп, заливая все мощными струями, чтобы он вымочил и всех людей, и потушил тлеющий склад и кустарник в роще. Работники оторвались от своих дел и, все как один, повернулись к Адаму. Их голоса слились в одном торжествующем крике.
– Мы все бранимся и ворчим на эту проклятую погоду на пустошах, сквайр; но этот чертовский дождь – дар божий, – прокричал Эдди, один из старших рабочих.
Адам ухмыльнулся:
– Я и сам не смог бы сказать лучше, Эдди.
Эдди подошел к Адаму, стоявшему рядом с Уилсоном:
– Не возражаете, если я пойду навещу моего товарища, Джека Харта, сэр? Может, я чем-нибудь смогу помочь врачу.
– Да, Эдди. Иди, пожалуйста. Я и сам иду туда. – Адам положил руку на плечо Уилсона. – Думаю, вы тут легко управитесь. Судя по тучам, это не короткий летний дождичек.
– Согласен, сэр. Я раздам людям багры и лестницы. Мы можем начать расчистку пожарища. – Уилсон бросил взгляд на почерневшие и обуглившиеся развалины склада, все еще тлевшие и дымившиеся под проливным дождем. – Нам повезло, сквайр. Еще как.
Адам кивнул.
– Мы поговорим об этом позже, Уилсон. – Его глаза сузились. – Я только не возьму в толк, откуда взялось это проклятье с самого начала. – Уилсон ответил Адаму таким же твердым взглядом, но промолчал.
Прежде, чем уйти в контору, Адам собрал людей у пожарища.
– Я хочу поблагодарить вас за то, как вы взялись за дело, с таким мастерством и самообладанием. Да еще с таким мужеством. Все вы получите прибавку к зарплате на следующей неделе, как выражение моей самой искренней благодарности. Вы спасли фабрику, а заодно и деревню. Я этого не забуду.
Кто-то из мужчин осклабился, другие коснулись рукой лба в коротком приветствии, остальные закивали. Все бормотали слова благодарности. Один из них выступил вперед и сказал:
– Нам больше ничего не оставалось делать, сквайр, и что с того? Это же, так сказать, тоже наша фабрика. Да и вы неплохо себя показали, если позволите мне так сказать. Я думаю, выражу общее мнение, если скажу, что вы – хозяин что надо, сэр.
Намек на улыбку проскользнул во взгляде Адама.
– Спасибо, Альфи. – Он сердечно кивнул и ушел.
Адам застал Клива Малкольма в заботах о Джеке Харте. Эдди стоял у окна и тихо разговаривал с Эдвином.
– Как он? – спросил Адам, стоя в дверях. Клив обернулся и нахмурился:
– Неважно. Но я думаю, что с ним все будет нормально, Адам. Он страдает от шока, конечно, да еще серьезные ожоги на спине, плечах и бедрах. Ожоги третьей степени. Я делаю все возможное, чтобы облегчить его мучения, а потом я должен переправить его в долину, в больницу и как можно скорее. Мне понадобится ваша коляска, Адам, тогда я смогу его положить. Я полагаю, Эдвин мог бы поскакать в усадьбу и срочно прислать с ней Тома Харди. Положение Харта действительно серьезное. У меня даже нет инструментов и лекарств, чтобы эффективно лечить его. Я обязательно должен отвезти его в больницу.
– Я тотчас пошлю Эдвина. – Адам наклонился к сыну: – Поезжай, мой мальчик, и поторопись. Мы не можем терять ни минуты.
– Да, сэр, – ответил Эдвин и вышел.
– Клив, а где остальные? И как дела у них?
– Вайолет занимается ими в кабинете Уилсона. Они не слишком пострадали. Ожоги первой степени. Через денек-другой они будут в полном здравии.
– Джек Харт будет жить? – спросил Адам, устало садясь за свой стол. Лицо его было напряжено.
– Да, я так считаю. Но, правду говоря, это нелегко сказать. Я до сих пор не знаю, есть ли внутренние повреждения. Эдвин сказал мне, что на Харта упала одна из крупных балок. Но он также надышался дымом и опалил жаром легкие. Вероятно, у него уже коллапс одного легкого.
– О Боже мой! – воскликнул Адам, закрывая рукой глаза. – Вы не слишком-то обнадеживаете.
– Он сильный человек, Адам. Я надеюсь, мы сможем его вытащить. – Улыбка Клива была полна сочувствия. – Постарайтесь успокоиться, старина. В конце концов, это не ваша вина. Вам еще повезло, что пострадавших так мало.
Адам тяжело вздохнул:
– Я знаю. Но вполне могло так случиться, что на его месте лежал бы Эдвин, Клив. Знаете, ведь он спас жизнь моему сыну. Рискуя своей собственной. Он проявил такое мужество и бесстрашие Я никогда этого не забуду. Он не испугался и не думал о себе. – Серо-синие глаза Адама сузились и он затряс головой. – В этом мире найдешь не много таких людей, как Джек Харт.
Клив выпрямился, его сопереживающий взгляд замер на лице Адама.
– Я знаю. Он всегда немного отличался, так ведь? Но мы поборемся за него, Адам. Я обещаю вам это.
– Все медицинские счета перешлите мне, Клив, на Харта и остальных. И распорядитесь, чтобы в больнице ему обеспечили самый лучший уход. Не жалейте расходов и не кладите его в общую палату. Пусть у него будет отдельное помещение и все остальное, что ему необходимо.
Раздался негромкий стук в дверь.
– Войдите, – отозвался Адам. Дверь отворилась, и один из вязальщиков катушек, покрытый сажей и грязью, взволнованный, застыл на пороге.
– Да, сынок, в чем дело?
Мальчик колебался.
– Это насчет моего отца, – сказал он, глядя на Джека. Его губы дрожали. – Он... он... – с трудом пролепетал он, и слезы брызнули из его глаз.
Адам быстро поднялся, прошел к двери. Он мягко обнял его рукой за плечи и провел в комнату.
– Это Фрэнк, сын Джека, сэр, – подсказал Эдди, стоя у окна.
– Проходи, Фрэнк, – тихо сказал Адам, все еще придерживая мальчика за плечо. Тот замер, не сводя глаз с отца, слезы текли по его лицу.
– Он умер? – наконец выдохнул он сдавленным голосом.
– Конечно, нет, Фрэнк, – уверил его Адам с предельной нежностью в голосе. – Он тяжело ранен, я не буду от тебя это скрывать. Доктор Мак уже позаботился о нем, и как только прибудет мой экипаж, мы тотчас же доставим его в долину, в больницу. Там он получит самый лучший медицинский уход.
Адам вытащил свой платок и утер слезы на лице Фрэнка.
– Ну ты, должно быть, смелый мальчик. Ты не должен волноваться. Совсем скоро твоему отцу станет лучше.
Фрэнк с тревогой посмотрел на Адама.
– Вы уверены, сквайр? Вы не обманываете меня, нет?
– Нет, не обманываю, Фрэнк. Я говорю тебе правду, сынок, – ответил Адам с доброй улыбкой.
– Твой отец сейчас отдыхает, – вмешался Клив, – а как только мы доставим его в больницу, то как следует займемся его лечением.
Фрэнк с сомнением перевел взгляд с Адама на Клива. Он старался сдержать слезы и шмыгал носом. Затем помолчал секунду, о чем-то раздумывая, а потом обратился к Эдди:
– Он поправится, Эдди, правда? – спросил он шепотом.
Эдди подошел ближе с вымученной улыбкой на перепачканном лице.
– Эх, парень, ну конечно же! Ведь твой отец сильный. Ну, не мучай себя, парень. Пойдем, я отведу тебя к твоей тетке Лили. – Эдди бросил быстрый взгляд на Адама, тот кивнул в знак согласия. Адам похлопал Фрэнка по плечу. – Отправляйся с Эдди, Фрэнк. А доктор позже заглянет к тебе. – Адам окинул Фрэнка обеспокоенным взглядом. – С тобой все в порядке, сынок? Ты не ранен, нет?
– Нет, сквайр, – все еще сопя, ответил Фрэнк.
– Отлично, тогда отправляйся. И спасибо тебе, Эдди, за помощь. Я очень ценю ее.
– Я только делал, что мог, сэр, – ответил Эдди, слегка улыбнувшись. – Я отведу парня к его тетке. Она за ним присмотрит. – Эдди взял Фрэнка за руку, ободряюще ее пожав. Они оба вышли, Эдди что-то бормотал, утешая Фрэнка.
– Я думаю, мне лучше отправиться в контору к Уилсону, навестить остальных, Клив. Я хочу поблагодарить их и убедиться, что о них позаботились, – заметил Адам.
– Пусть Вайолет взглянет на твои руки, Адам, – твердо наказал Клив. – Мне кажется, они кровоточат.
В тот же день, чуть погодя, Адам ходил взад и вперед по библиотеке в усадьбе Фарли. Лицо его было задумчиво, в перевязанной руке он держал стакан бренди с содовой. Только что пришедший Уилсон сидел на диване, глядя на него в упор, и молча пригублял свой виски.
Адам наконец прервал свое безостановочное расхаживание и сел на стул напротив него. Он зажег сигарету, затянулся и заговорил:
– Как ты думаешь, Уилсон, пожар начался на складе? Загорелось так внезапно, и огонь сжег все слишком быстро, на мой взгляд. Я уже спрашивал Эдвина, он ответил, что деревянные бадьи пылали вовсю, когда он отпер дверь, и первый ряд тюков уже горел. Я предполагаю, что разлетевшиеся искры могли зажечь дерево, а сквозняк из двери, вероятно, раздул пламя, но это все же остается загадкой для меня. А ты что думаешь?
Уилсон молчал, губы его были плотно сжаты, лицо – сама важность. Он вздохнул и посмотрел прямо в глаза Адаму.
– Я осмелюсь предположить, сквайр, но это весьма неприятно.
Адам подался вперед и уставился на Уилсона напряженным взглядом.
– Продолжай, Уилсон. Ты, вероятно, уже что-то надумал, я тоже размышлял весь день.
Уилсон нахмурился.
– Вероятно, поджог.
– Поджог! – Адам был до того поражен, что рывком откинулся и с грохотом швырнул свой стакан на стол. – Ах, да ты что, Уилсон, это невозможно. Конечно же нет!
– Хорошо, сэр, сырая шерсть не загорится так просто. А дерево – другое дело. Я тоже говорил с господином Эдвином, и он рассказал мне то же самое – что бадьи пылали, как факелы. Немного керосина на тюк, и он через мешковину впитается в шерсть. – Уилсон остановился и, вздохнув, заглянул в свой стакан. – Знаете, сквайр, возможно, сегодня утром был дьявольский поджог, но с ним справились благодаря смене ветра и начавшемуся дождю. Мы лишь отчасти совладали с пожаром на складе, знаете.
– Но почему? – спросил Адам, все еще ошеломленный и оглушенный словами Уилсона.
Уилсон колебался. Он отхлебнул виски и посмотрел Адаму прямо в глаза:
– Месть.
– Месть! Месть за что? Кому? Я был более чем порядочен с этими людьми все эти годы, клянусь Богом. Ты не можешь говорить всерьез, дружище!
Уилсон, несколько часов обдумывавший этот случай с пожаром, тщательно подбирал каждое слово. Он знал, что должно быть сказано, но чувствовал, что должен изложить свое мнение в наиболее дипломатичных выражениях. Он откашлялся.
– За последние годы вы довольно долго не бывали на фабрике, сэр, это, что касается ваших отъездов и всего прочего. Рабочие мало общались с вами. А когда вы и появлялись, то ваше пребывание было непродолжительным.
– Ближе к делу, Уилсон. Ты сказал – месть. Я хочу знать, что ты имел в виду, – настаивал Адам.
Уилсон медленно выдохнул:
– Я думаю, поджог был устроен преднамеренно, из-за мастера Джеральда.
Адам замер, широко распахнув глаза.
– Мастер Джеральд! Что же тут было в мое отсутствие? Господи, Уилсон, я спущу с него шкуру, если он виновен в этом. Я с него кожу заживо сдеру!
Уилсон нервно откашлялся.
– Послушайте, сквайр, мастер Джеральд – хороший работник. И я первый скажу это. Он любит фабрику так же, как и его отец. Но мастер Джеральд, – ну, сэр, он совсем не умеет ладить с людьми. Большинство из них лишь поворчит и отвернется, не обращая на него внимания и занимаясь своим делом. Но на фабрике есть небольшая группа работников, настроенных крайне отрицательно. Смутьяны, в какой-то степени, можно так сказать. Лейбористы, знаете ли, сэр. Ну, они пришли к мастеру Джеральду и возмутились тем, как он с ними обращается.
– Без всяких этих штучек, Уилсон, – непреклонно заявил Адам, его гнев был все более заметен.
– Эта его манера, как я и сказал, – продолжил Уилсон, зажигая дешевую сигарету. – Он вытолкал всех этих парней взашей, ужасно разозлив их, доведя до бешенства. И когда они пришли к нему из-за пустячных просьб вроде увеличения перерыва для чаепития, то он просто выгнал их вон.
– Это несерьезно! Не думаешь же ты, что я поверю, будто пожар начался с отказа мастера Джеральда предоставить им больше времени для чая. Это нелепо и чертовски смешно, Уилсон! – взорвался Адам, его самообладание мгновенно улетучилось.
– Нет, сквайр, не только поэтому, а из-за всех тех вещей, что происходили здесь в последние месяцы. Положим, незначительных, но я знаю нескольких парней, которые недавно были в бешенстве от грубости мастера Джеральда, его издевательств, вспыльчивости и всего прочего, – голос Уилсона затих.
Адам тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула, пристально глядя на Уилсона.
– Итак, ты полагаешь, что кто-то из них и устроил этот пожар. – Теперь Адам подался вперед, его проницательный взгляд стал еще острее. – Но ведь это неблагодарное дело, Уилсон, могла же сгореть и вся фабрика, и они неделями оставались бы без работы на частичном жалованьи.
– Да, я знаю. Я тоже обдумывал этот факт, – устало размышлял Уилсон. – Но я полагаю, огонь был зажжен, чтобы привлечь внимание. Я не думаю, что они это устроили нарочно, а лишь не смогли с ним справиться, как это и получилось. Правда, я так считаю. Знаете, как мне кажется, сэр? Они собирались организовать небольшое возгорание, испортить несколько тюков с шерстью. Как я и сказал, привлечь внимание. Слегка намекнуть, причинить неприятности и заставить нас сесть и сделать выводы.
– Кто виновен? – спросил Адам, не сводя с Уилсона свирепого взгляда.
– Вот-вот, сквайр, я не могу указывать пальцем. Та группа рабочих, о которой я упоминал, вся была на фабрике сегодня утром, и все они старались как черти, работали вовсю. – Уилсон воздержался от замечания, что трое из наиболее рьяно выступавших против Джеральда Фарли, на самом деле случайно отсутствовали в этот день. Он разберется с ними позже, лично. Он был уверен, что имел место поджог и знал наверняка, что поджог устроили отсутствующие. Пусть они боятся кары Господней. Он молился в душе, чтобы Адам Фарли пожелал того же своему сыну.
Адам задумался, размышляя над словами Уилсона, потом сказал:
– В том, что ты сейчас говоришь, нет никакого смысла. Зачем им устраивать пожар, а потом подставлять свои головы? Это было бы безумием.
– Я уже сказал вам, сэр, я думаю, они затевали все это, чтобы немного напугать, только и всего, они не ожидали, что огонь может выйти из-под контроля и разгореться с такой силой.
Адам молчал, в его душе закипал гнев на Джеральда. Он попытался успокоиться и все ясно обдумать. Сказанное Уилсоном имело смысл – в какой-то степени. Сырая шерсть, облитая керосином, сначала тлела и лишь потом загорелась. Возможно, облили керосином только один тюк. Тот, кто поджигал, рассчитывал, вероятно, что будет повреждена лишь часть склада и сгорит лишь несколько тюков. „Болваны, – сердито подумал он. – Проклятые тупые болваны!” Склад тут же запылал вовсю, ведь он был деревянный. Они этого не предусмотрели, равно как и последствий своих безответственных действий. Они не представляли себе, какая опасность грозила деревне и всем фабричным строениям.
– Очень хорошо, Уилсон, я принимаю твои объяснения. Возможно, ты прав в своих предположениях, – произнес наконец Адам. Лицо его было сурово. – И поскольку члены этой радикальной группы, о которой ты говорил, работали здесь сегодня утром, мы не можем им предъявить никаких обвинений, я так полагаю?
– Да, сэр, – с жаром отозвался Уилсон. – Не можем. Не посмеем. Во-первых, у нас нет доказательств, и потом то, как эти парни помогали тушить пожар, – ей-богу, сэр, они обидятся, это уж точно. И к тому же они будут покрывать друг друга. Ручаюсь, сэр, если мы начнем говорить о поджоге, ответственность за забастовку понесем тоже мы. – Уилсон мрачно кивнул и откашлялся. – Может, вы сумели бы поговорить с мастером Джеральдом, сэр, когда он вернется завтра из Шипли. Осмелюсь предположить, чтобы вы посоветовали ему умерить свой нрав и поменьше грубить ребятам.
– Да-да, Уилсон, я собирался сделать это. На самом же деле я устрою ему такую головомойку, которая никак не придется ему по вкусу. Можешь мне поверить! – заявил Адам, и ярость снова заклокотала в нем. – Я и не помышлял, что он так своевольно нарушит мои указания о том, чтобы хорошо относиться к работникам. – Помолчав немного, он добавил чуть мягче: – Меж тем, нам необходимо решить насущную проблему: сырье. Как ты знаешь, все тюки на этом складе сгорели. Сколько у нас сырца на другом складе?
– Я бы сказал, достаточно, чтобы нам продержаться до конца месяца, сэр, – ответил Уилсон, быстро подсчитав и оценив их запасы и заказы. Он затянулся сигаретой и выпустил клубы дыма. – А через две-три недели, Бог даст, мы получим партию товара прямо от Макгилла, из Австралии. Надеюсь, мы сумеем дотянуть до этого.
– Сделай все, что в твоих силах, Уилсон. Займись этим в понедельник утром. Я и сам приду пораньше, и мы сможем прикинуть и оценить наши запасы. А тебе лучше всего сразу приняться за строительство нового склада. На этот раз используйте кирпич, а не дерево. И закажи также еще одну пожарную машину. Я не накличу эту беду во второй раз, но всегда мудрее быть готовым к любым непредвиденным обстоятельствам. Ты сам сказал, что на этот раз нам повезло с погодой.
– Нет, сквайр, я не думаю, что это случится снова, – возразил Уилсон. Адам быстро бросил на него острый и осуждающий взгляд, но ничего не сказал. Уилсон заметил его реакцию и продолжал более спокойным тоном: – Но вы правы, всегда лучше иметь под рукой побольше пожарного оборудования, просто на всякий случай. Я подумал, сэр, если хотите, я завтра отправлюсь на ту фабрику и перепроверю все запасы. Это сэкономит время.
– Прекрасная мысль, Уилсон, если ты не против поработать в воскресенье. Я и сам приду туда, и мы сможем сделать это вместе.
– Идет, сэр! – Уилсон помолчал, его глаза проницательно блестели за стеклами очков в стальной оправе. – И вы ведь поговорите с мастером Джеральдом? – настойчиво уточнил он.
– Вне всякого сомнения и в недвусмысленных выражениях. – Адам поднялся. – Позволь тебе еще налить, Уилсон.
– Благодарю вас, сквайр. Не откажусь от стаканчика на посошок.
Когда Адам наливал виски, ему на ум пришел весьма убедительный довод: Уилсон знал виновных с обеих сторон, но он явно не собирался разоблачать их по своим собственным, несомненно очень веским причинам. „Да будет так”, – мысленно произнес Адам. Он поручил Уилсону поступить с ними соответствующим образом. А с Джеральдом он разберется сам. Его губы сжались при мысли о старшем сыне. „Молодой дурак. Он погубил все то хорошее, чего я с таким трудом стремился достичь. Противопоставить себя этим людям значило не просто проявить явную недальновидность, но полнейшее безрассудство. Но в этом и моя вина, – признал Адам. – Я слишком отпустил поводок, да и мои постоянные отъезды пользы не принесли. Мне придется больше времени проводить в Фарли”, – решил он. А как же Оливия? Разлука с ней была для него невыносима. Она стала смыслом его существования. Основой, на которой была возведена его жизнь. Но он с тоской осознал, что вынужден больше внимания уделять фабрикам. Бесспорно, это была первейшая необходимость. Возможно, ему удастся уговорить Оливию приехать в Фарли. Она поймет. Черт побери этого парня! На его лице появилось выражение крайнего отвращения при мысли о Джеральде и тех мерах, которые он к нему примет. Джеральд – забияка, а значит, трус. Он подчинится его требованиям.
– Ей-Богу, подчинится, – тихо произнес Адам. Успокоившись, он снова налил Уилсону.
– Жаль, что доктора Мака здесь нет. Я чрезвычайно беспокоюсь о Джеке Харте, – сказал Адам, протягивая Уилсону стакан виски.
– Да, сквайр, я тоже. Но Харт – боец. Он выкарабкается. Вы же знаете, ему есть о ком думать – о детях.
Адам вздохнул:
– Надеюсь, ты прав, Уилсон. Искренне надеюсь. Я перед ним в вечном долгу за спасение Эдвина.






Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара Тейлор

Разделы:
I часть1234Ii часть567891011121314151617181920212223242526

Ваши комментарии
к роману Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара Тейлор



Умная замечательная книга. Спасибо.
Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара ТейлорВалентина
4.10.2011, 19.19





Спасибо за Ваш сайт, за Ваш труд по размещению таких замечательных поучающих романов.
Состоятельная женщина - Брэдфорд Барбара ТейлорВалентина
12.11.2014, 12.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100