Читать онлайн Ее собственные правила, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.92 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Ее собственные правила

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

24

Внутренне вся трепеща, Мередит стояла у двери Танбек-хаус. Перед этим она полчаса просидела в машине, собираясь с силами, чтобы подойти к этому дому. Но, по мере того как шло время, страх ее, казалось, только увеличивался. Тогда она решительно вышла из машины и направилась к хорошенькому каменному домику – солидному, но не слишком большому. В таких домах обычно живут врачи и адвокаты. Дом содержался в образцовом порядке: дверь свежевыкрашена белой краской, на сверкающих чистотой окнах кружевные занавески. По обеим сторонам мощеной дорожки, ведущей к дому, клумбы с яркими весенними цветами.
Мередит стояла перед дверью и ужасно волновалась. Сделав глубокий вздох, как перед прыжком в воду, она несколько раз стукнула по двери медным молоточком и стала ждать.
Дверь открыли почти сразу. На пороге стояла молодая темноволосая женщина в сером свитере, серых брюках и зеленом фартуке в полоску.
– Чем могу вам помочь? – спросила она.
– Я ищу миссис Грейнджер. Миссис Найджел Грейнджер. Она дома?
Молодая женщина кивнула.
– Вы договаривались о встрече?
– Нет.
– Как доложить, кто ее спрашивает?
– Миссис Стреттон. Мередит Стреттон. Она меня не знает. Я знакомая ее подруги. Я надеюсь, что миссис Грейнджер сможет мне кое в чем помочь.
– Подождите минутку, – сказала женщина и ушла, оставив дверь открытой.
Она очень скоро вернулась, широко распахнула дверь и пригласила Мередит войти.
– Миссис Грейнджер с радостью вас примет. Она сейчас говорит по телефону и велела мне проводить вас в гостиную.
– Спасибо.
Мередит проследовала за женщиной, все время оглядываясь по сторонам и стараясь увидеть как можно больше. Она заметила красивые старинные часы в углу и коллекцию очаровательных сине-белых фарфоровых статуэток на угловом столике из дуба.
Проводив гостью в гостиную, молодая женщина сказала:
– Чувствуйте себя, как дома, – и ушла. Мередит стояла посреди комнаты, думая о том, как здесь уютно и красиво. Комната была небольшой, со вкусом обставленной; стены покрашены красной краской, на двух стенах до потолка книжные полки темного дерева, мебель ручной работы, на полу перед камином сине-красный восточный ковер. У большого окна стоял антикварный столик, за окном виднелся очаровательный садик с лужайкой. За садиком возвышались холмы, их четкий силуэт вырисовывался на фоне голубого с белыми облачками неба.
Услышав шаги, Мередит повернулась. Сердце ее заколотилось, как бешеное, когда миссис Найджел Грейнджер открыла дверь.
В первый момент Мередит испытала жестокое разочарование. Перед ней стояла вовсе не та рыжеволосая красавица с ясными голубыми глазами, которую она так часто видела в своих детских мечтах.
Миссис Грейнджер оказалась женщиной чуть за шестьдесят, одетой в бежевые вельветовые брюки, белую блузку и синий блейзер и выглядела она, как типичная провинциальная пожилая дама.
Остановившись на пороге, она вопросительно взглянула на Мередит. – Миссис Стреттон?
– Да. Здравствуйте, миссис Грейнджер… Простите мое внезапное вторжение, но я приехала, так как очень надеюсь, что вы мне поможете.
– Не знаю, правда, как, но постараюсь, – ответила миссис Грейнджер, продолжая стоять в дверях. – Вы американка?
Мередит утвердительно кивнула.
– Миссис Грейнджер, я перейду прямо к делу. Я разыскиваю женщину, которую звали Кэти Сандерсон. Аннет Александер из бутика «Пляс Вандом» в Харрогейте сказала, что вы и есть тот самый человек, которого я ищу. Это так?
– Ну да. Я – Катарина Сандерсон-Грейнджер, я действительно когда-то работала в «Пляс Вандом», до того как вышла замуж. – Кэти нахмурилась, недоуменно глядя на гостью. – Но почему вы меня разыскиваете?
Нервы Мередит были напряжены до предела. Она не знала, как сказать Кэти вот так, сразу, всю правду, и не могла вымолвить ни слова. Наконец дрожащим голосом она произнесла:
– Это… это насчет… насчет Мэри.
Кэти Грейнджер вздрогнула так, словно ее ударили. Она резко отпрянула, ухватилась за косяк двери, чтобы удержать равновесие, и сдавленным голосом спросила:
– Насчет Мэри? Что вам от меня нужно? Что вы можете рассказать мне о Мэри?
– Я… я знала ее, миссис Грейнджер.
– Вы знали мою Мэри? – громко вскрикнула Кэти и шагнула вперед.
Теперь Мередит могла разглядеть ее лучше. Она увидела яркие голубые глаза, вмиг наполнившиеся слезами, золотистые волосы, коротко подстриженные и тронутые сединой. Мередит узнала это лицо, постаревшее, но все такое же любящее и ласковое. Теперь она абсолютно точно уверилась, что перед ней ее мать. Сердце стучало как сумасшедшее, Мередит внутренне вся сжалась. Ей хотелось подбежать к Кэти, обнять ее, но она не посмела. Она боялась… боялась, что ее оттолкнут… что она – нежеланный ребенок.
– Вы знали мою Мэри, – повторила Кэти. – Расскажите же мне о ней, пожалуйста…
Мередит не могла произнести ни слова, она стояла, склонив голову.
– Где? Где вы познакомились с моей маленькой Мэри? О, пожалуйста, миссис Стреттон, расскажите мне, умоляю вас…
– В Австралии, – наконец хрипло выговорила Мередит.
– В Австралии, – повторила Кэти, и глаза ее гневно расширились.
– В Сиднее. – Мередит не отрываясь наблюдала за Кэти, которая казалась все больше озадаченной и потрясенной.
– Она вас очень любила, – почти шепотом сказала Мередит.
Кэти отступила назад, чуть не споткнувшись о стоящий рядом стул, и крепко вцепилась в высокую спинку.
– Вы так говорите о ней… в прошедшем времени… Она не… она ведь не умерла?
– Нет, она жива.
– О, благодарю тебя, Господи, – с облегчением воскликнула Кэти. – Все эти годы я каждый день молила Бога. Молилась за мою девочку, за ее благополучие. Пожалуйста, миссис Стреттон, расскажите мне все. Это она вас прислала? Она поручила разыскать меня?
– Да.
– Где же моя Мэри? О, прошу вас, говорите. Все чувства пожилой женщины отразились на ее расстроенном лице. Кто эта женщина, принесшая известие о Мэри? Известие о ее любимой дочке, потерянной много лет назад. Кэти задрожала.
Мередит подошла ближе. Кэти напряженно смотрела на нее. И Мередит окончательно убедилась, что мать точно так же все эти годы тяжко страдала от разлуки. Этим искренним глазам нельзя было не верить.
Мередит лихорадочно подбирала правильные слова. Она подняла лицо и просто сказала:
– Мама… это я… Мэри…
Кэти на мгновение потеряла дар речи. И вдруг вскрикнула:
– О Боже! Боже, неужели это ты, Мэри?! – Она схватила Мередит за руки и потащила к окну. – Дай мне посмотреть на тебя. Это правда ты, Мэри? Нашлась через столько лет? – Она нежно коснулась лица Мередит. – Неужели это действительно ты, любовь моя? Из глаз Кэти ручьем хлынули слезы.
– О Мэри, наконец ты ко мне вернулась! Мои молитвы были услышаны!
Мередит тоже заплакала. Мать и дочь, разлученные столько лет, бросились друг к другу в объятия.
Кэти захлебывалась от рыданий.
– Я ждала этого дня тридцать восемь лет, молилась, просила Господа о милости. Я почти потеряла надежду снова тебя когда-нибудь увидеть!
Они стояли обнявшись и плакали. Это были слезы радости и печали одновременно… Печали – оттого, что столько лет они были разлучены, радости – оттого, что наконец нашли друг друга. Лучше поздно, чем никогда.


Чуть успокоившись, Кэти и Мередит перешли в библиотеку и сели рядышком на диван. Перед ними на кофейном столике стоял поднос с чаем и бутербродами, приготовленными Нелли, той самой, что впустила Мередит в дом, но женщины даже не прикоснулись к бутербродам.
Мать и дочь сидели, держась за руки, и жадно разглядывали друг друга, стараясь отыскать сходство. Лица обеих выражали радостное удивление. Так радуется мать, впервые увидевшая своего новорожденного младенца. Но Мэри и вправду словно заново родилась для Кэти.
– Я так и не смогла смириться со своей потерей, – тихо сказала Кэти, и вся печаль прошлых лет, прожитых без единственного и обожаемого ребенка, снова нахлынула на нее. – Я думала о тебе каждый день, Мэри, тосковала, мечтала обнять.
Мередит ласково смотрела в бездонные глаза матери.
– Я знаю, мама, все знаю. Я всегда чувствовала то же самое, особенно когда была маленькой. Я все время думала о тебе, недоумевала, почему ты отослала меня от себя, почему ты не захотела жить со мной вместе. Никак не могла понять. – Мередит ладонью смахнула слезы. – Как случилось, что мы расстались? Как ты меня потеряла?
– Это ужасно… Во всем виноват «Дом доктора Бернардо». Помнишь тот день, тебе было пять лет, когда ты нашла меня на полу кухни?
– Да, я тогда побежала за констеблем О'Ши.
– Он вызвал «Скорую». Меня забрали в лидсскую больницу, а тебя констебль поместил в детский дом. Я не винила его, он не мог поступить иначе, ведь никаких родственников у нас с тобой не было. Ну вот, я пролежала в больнице полтора месяца. Едва встав на ноги, я поехала и забрала тебя, и мы снова поселились в Хотторн-коттедже. Но год спустя, весной пятьдесят седьмого, я снова заболела, на этот раз намного сильнее. И тогда я уже сама отвезла тебя к доктору Бернардо. Больше было некуда. Мой лечащий врач, доктор Робертсон, уговаривал меня лечь в больницу на обследование. Обнаружилось, что у меня туберкулез. Похоже, он начался давно, но проходил в скрытой форме, а тут вдруг случилось обострение, вызванное, без сомнения, недоеданием, волнением, стрессами, усталостью – словом, общей ослабленностью организма. Туберкулез очень заразен, передается через дыхание, я не могла подвергать тебя опасности, Мэри. Из лидсской больницы меня перевели в специальную лечебницу в Сикрофте, недалеко от Киллингбека. Я пробыла в карантине полгода. – Кэти замолчала, сжала руку Мередит и подняла глаза на дочь. – Я все время посылала тебе письма, Мэри. Неужели ты их не получала?
– Нет. Почему же ты не забрала меня, когда тебе стало лучше? – Старая обида вспыхнула вновь, как ни старалась Мередит подавить ее.
– Я примчалась в детский дом немедленно, как только меня выпустили из лечебницы. Я шла на поправку, принимала антибиотики, моя болезнь уже не была опасна для окружающих. Но в «Доме доктора Бернардо» мне сказали, что тебя у них уже нет, что тебя удочерили. Я была в шоке. Обезумела от горя и ярости.
Ума не могла приложить, как тебя разыскать. Помощи ждать было неоткуда, денег нет, родных нет. Все равно что стучаться лбом о стену. Они отказались со мной разговаривать, не дали никаких сведений, я даже не знала, с чего начать поиски.
Кэти горестно покачала головой, достала носовой платок и вытерла слезы.
– Я чувствовала себя совершенно раздавленной и беспомощной, Мэри. Меня до сих пор колотит от злости и отчаяния. Я так и не смогла смириться с этой потерей, бессильная ярость грызла меня всю жизнь. С тех пор я никогда не чувствовала себя счастливой или хотя бы довольной. Я всегда беспокоилась за тебя. Единственной моей надеждой было, что в один прекрасный день, когда ты вырастешь, тебе захочется увидеть родную мать, и тогда ты сама найдешь меня.
Из глаз Мередит снова брызнули слезы, и она воскликнула:
– Но меня никто не удочерял! В детском доме тебе солгали! Меня посадили на корабль со многими другими детьми и увезли в Австралию. В сиротский приют в Сиднее.
– В приют! – Кэти была потрясена. Она с ужасом смотрела на Мередит, не до конца осознав жестокую правду. – Да что же это такое?! Послать тебя из приюта в Англии в приют на другом конце света! Почему? – На мгновение она закрыла глаза. – Мне сказали, что тебя удочерила прекрасная семья, что ты теперь живешь в другом городе, в Англии. Для меня это было единственным утешением… что ты растешь среди людей, которые тебя любят, заботятся о тебе. А теперь я узнаю, что тебя никто не удочерял! Кэти била дрожь.
Мередит погладила ее по плечу и сказала:
– Меня действительно удочерили, но уже потом, в Сиднее, а не в Англии. Когда мне было восемь лет. Но через два года Стреттоны погибли в автомобильной катастрофе. Они были не очень хорошими людьми. А сестра мистера Стреттона отдала меня обратно в приют.
Застыв от изумления, Кэти проговорила слабым голосом:
– Они тебя обижали? Издевались?
– Нет. Но они меня совсем не любили. – Мередит вдруг недоуменно спросила: – Но если ты не давала разрешения на отправку меня в Австралию, то как же это могло случиться? Как могли в детском доме доктора Бернардо решиться на подобное преступление?
Кэти резко отшатнулась и пронзительно взглянула на Мередит.
– Ты вдруг так заговорила, словно я скрываю от тебя правду. Но ты должна мне поверить, Мэри, все было именно так, как я рассказала.
– Что ты, я ничуть не сомневаюсь в твоих словах! Просто я не понимаю, как это могло произойти.
– Я тоже. Никогда не могла понять. Все эти годы я жила словно в кошмаре. – Кэти высвободила руку и встала.
Она медленно подошла к письменному столу, выдвинула ящик и вынула большой конверт.
– Несколько лет назад, в конце восьмидесятых, в «Обсервер» была напечатана статья. Когда я ее прочитала, у меня волосы встали дыбом. В статье рассказывалось о детях-иммигрантах, посланных в Австралию и помещенных в семьи и приюты. Читая, я молила Господа: только бы ты не оказалась в числе этих детей. Мне так хотелось верить, что ты живешь в Англии, в семье, которая тебя удочерила. А теперь оправдались мои наихудшие подозрения. – Голова Кэти поникла, из глаз потекли слезы. – Так ты была одной из этих несчастных детей, Мэри.
Она замолчала, глотая слезы, потом спросила:
– Ты меня не обманываешь? Ты не подвергалась насилию?
– Уверяю тебя, мама, нет. Страдала лишь моя психика. Я всегда перед сном плакала – так сильно я тосковала по тебе. Я росла без любви и ласки, и, разумеется, нас всех заставляли много работать. Я мыла полы, перестирывала груды белья. И еще, мы почти всегда ходили голодные. Но ни физическому, ни сексуальному насилию я не подвергалась.
– Только моральному и психологическому, – со вновь закипевшей яростью добавила Кэти. – Боже мой! Послать маленьких детей за двадцать тысяч миль, на другой конец света, просто для того, чтобы перевести в другой приют! Дикость какая-то!
Кэти снова села на диван и протянула конверт дочери.
– Статья называлась «Потерянные дети империи». Я ее сохранила. Прочитаешь потом. Тебе дурно станет. – Она вздрогнула. – Хотя что я говорю! Ты ведь сама пережила все то, о чем здесь написано…
– Почему ты сохранила статью?
– Сама не знаю. Спустя некоторое время телевидение показало документальный фильм о детях-иммигрантах. Я смотрела его, и меня охватил панический ужас. Фильм произвел на меня очень сильное впечатление, я до сих пор не могу его забыть.
– Значит, «Дом доктора Бернардо» послал в Австралию много детей. Ты говоришь, сотни?
– Нет, Мэри, тысячи. Более ста пятидесяти тысяч. Но этим занимался не только «Дом доктора Бернардо». В отправке детей за границу были замешаны другие благотворительные учреждения.
– Какие, например?
– Армия Спасения, Национальный детский дом, Детское общество и масса других благотворительных заведений, действующих под патронажем католической, англиканской и пресвитерианской церквей.
– Господи Боже! – ахнула Мередит. – Уму непостижимо!
– Да, в голове не укладывается, – подтвердила Кэти. – Многие дети, особенно мальчики, работали с утра до позднего вечера под палящим солнцем, строили общежития. И очень часто их насиловали священники. Жизнь их была сущим адом.
– Но как правительство это допустило? Почему оно не вмешалось?
– Не вмешалось? Да эта акция была частью правительственной политики. Сколько же горя они нам причинили – отцам, матерям, детям. Невообразимо!
– И к тому же все это проводилось незаконно, – добавила Мередит. – Неужели никто не подал в суд на британское правительство? Я хочу, чтобы преступники понесли ответственность за мое потерянное детство, за годы бед, несчастий и разлуки.
– Я не знаю, было ли хоть одно судебное разбирательство. После показа документального фильма разразился большой скандал. Общество было взбудоражено. Ведь оказалась затронута честь нации. Люди возмущались и негодовали. Правительство решительно отрицало свою причастность к той давней акции, но даже ребенку понятно, что оно было в ней замешано.
– Но зачем это было нужно правительству?
В голосе Кэти зазвучала язвительная насмешка:
– Ну как же: самый легкий способ заселить колонии. Взять да и переправить туда детей. Подобная практика существовала с давних лет, и детей перевозили аж до 1967 года.
– Кошмарно. Какой позор для страны!
Кэти согласно кивнула и продолжила:
– В конверте ты увидишь вырезку из «ТВ Таймс» с анонсом фильма. И еще там номера телефонов, по которым можно было звонить, чтобы задать вопросы. Я позвонила, Мэри. Я так волновалась, что ты могла оказаться одной из этих несчастных детей. Я спросила, как мать может найти ребенка, если он был отправлен в колонию. И мне ответили, что мать не сможет найти своего ребенка, что это совершенно невозможно. Единственный выход – только если сам ребенок начнет разыскивать своих родителей.
Кэти откинулась на спинку дивана, прикрыла глаза и какое-то время сидела молча. Потом, немного успокоившись, сказала:
– Ты превратилась в очень красивую женщину, Мэри. Ты очень похожа на мою мать. То же лицо, те же глаза.
Услышав это, Мередит вся засветилась от счастья.
– Но я совсем не помню бабушку, – с сожалением протянула она.
– Ты родилась после ее смерти. Она погибла в войну во время бомбежки. Меня воспитывал отец, когда вернулся из армии. Он умер, когда мне было семнадцать лет.
– А мой отец? Где он?
– Он тоже умер, Мэри. Тебе едва минуло полтора года, когда он нас бросил. Уехал в Канаду с другой женщиной. Я оформила развод, когда мы с Найджелом решили пожениться.
– Ты с ним счастлива?
– Он очень старался и старается сделать меня счастливой, Мэри. Но все эти годы я не могла радоваться жизни. Мое горе мешало мне. Как можно веселиться, если потерял единственного ребенка, да еще таким ужасным образом!.. Это совсем не так, как если бы ты умерла. Я знала, что ты живешь где-то, я тосковала о тебе, мечтала увидеть тебя, прикоснуться к тебе… Сердце мое было разбито. Бедный Найджел, ему приходилось с этим мириться. Но он очень терпеливый человек. Он вообще просто замечательный.
– У тебя больше не было детей?
– О нет. За Найджела я вышла в тридцать восемь лет. Я еще могла бы родить, и, возможно, это бы меня несколько успокоило, не знаю… Найджел овдовел, его жена была моей подругой. Вероника. Очаровательная женщина. Она умерла от опухоли в мозгу, и первое время после ее кончины я помогала Найджелу справиться с горем, управляться по хозяйству. Через пять лет он сделал мне предложение. Мы вырастили двоих его сыновей, Майкла и Эндрю. Мой брак во многих смыслах можно считать удачным.
– Я рада, что ты встретила такого человека, как Найджел. Скажи, сколько тебе было лет, когда я родилась?
– Девятнадцать. Летом мне исполнится шестьдесят три, Мэри. – Кэти тяжело вздохнула. – Столько лет без тебя! Как же ты меня нашла? Долго искала?
– Нет, мне повезло. Я совсем недавно начала поиски. Но прежде чем я тебе о них расскажу, ответь мне на один вопрос.
– Конечно, Мэри. Спрашивай о чем хочешь.
– Ты когда-нибудь возила меня в аббатство Фонтейнс?
– Да, несколько раз. Я до сих пор очень люблю эти руины и часто туда езжу. А почему ты спрашиваешь?
– Случалось ли что-то трагическое с тобой или со мной в аббатстве Фонтейнс?
– Да. Весной 1957 года я снова почувствовала себя плохо. Мы с тобой устроили в руинах пикник, и я вдруг потеряла сознание. Ты страшно испугалась, потому что мы там были одни. Через какое-то время я очнулась, и мы с великим трудом добрались до Райпона, сели на автобус. Это случилось в воскресенье. Тогда-то мне и поставили диагноз: туберкулез. Пришлось надолго лечь в лечебницу.
– И больше я никогда тебя не видела?
– Да, до сегодняшнего дня.
– Теперь мне все понятно. – Мередит рассказала матери о своем приключении в аббатстве, о странном ощущении дежавю. – Неудивительно, что я испытала чувство огромной, невосполнимой утраты. Вот после этого и началась моя так называемая психогенная усталость. Мой лечащий врач отправила меня к психоаналитику, и мы начали копаться в моем прошлом. Психоаналитик считала, что моя проблема – подавление памяти.
– Ты хочешь сказать, что подавила все воспоминания обо мне?
– Нет, не совсем. Кое-что я помнила. Но жизнь обошлась со мной так жестоко, вырвала из твоих любящих объятий, что память блокировала воспоминания о счастливом детстве. Возможно, это была нормальная защитная реакция организма. Доктору Бенсон удалось направить меня по верному пути, но именно моя дочь Кэтрин подтолкнула меня к тому, что я вдруг вспомнила очень важные вещи.
– Ты назвала дочь моим именем? – просияла Кэти.
– Ей двадцать пять лет, и она настоящая красавица. У нее твои глаза. И, кажется, твой характер. Я сама не знаю, почему ее так назвала… Может быть, где-то в подсознании осталось твое имя – Кэти, Катарина…
– А как ей удалось заставить тебя что-то вспомнить?
– Перед отлетом в Лондон мы сидели у нее дома и обсуждали приготовления к свадьбе. Она приготовила чай, а потом принесла блюдо клубники и сказала какие-то слова – и меня как обухом по голове ударило! Я вдруг ясно увидела твое лицо – лицо, которое я любила всю свою жизнь. И тут же поняла, что это лицо моей матери.
Мередит всхлипнула. Глаза Кэти тоже повлажнели.
– А что сказала Кэтрин?
– Какие-то очень простые слова… «У меня для тебя кое-что особенное, мама. Клубника». И немедленно я услышала твой голос, ты тоже предлагала мне клубнику. Именно с этого момента память начала возвращаться ко мне, я много чего вспомнила в ту же ночь в самолете, пока летела в Лондон.
Мередит помолчала, высморкалась.
– Я должна тебе кое-что объяснить. Всю жизнь я была уверена, что ты умерла. Так мне сказали в детском доме. Поэтому, когда память ко мне вернулась, я рассказала обо всем моей подруге, Патси Кентон. Она отвезла меня в бюро регистраций, мы хотели найти свидетельство о твоей смерти. Понимаешь, мне было совершенно необходимо прийти к тебе на могилу. Я хотела наконец поставить точку на своем прошлом. Но, естественно, никакого свидетельства мы не нашли. Тут-то и выяснилось, что ты жива. Тогда Патси пришла в голову идея найти мое свидетельство о рождении, и мы почерпнули оттуда кое-какие сведения. Мы побывали в Армли, в Хотторн-коттедже. И хотя от дома осталась лишь куча мусора, я узнала это место.
– Я рада, что ты меня разыскала, пока не стало слишком поздно, – всхлипнула Кэти.
– Я тоже.
Кэти с любопытством оглядела Мередит и спросила:
– Ты не носишь обручального кольца. Ты разведена?
– Да. Между прочим, у тебя еще есть внук. Его зовут Джон, ему двадцать один год, он учится в Йеле. Мне не терпится показать вас всех друг другу.
– Внуки… – мечтательно сказала Кэти. – У меня есть внуки. Как это чудесно!
– Они у меня замечательные. Я ими очень горжусь.
– Ты мне еще не рассказала, как ты попала из Австралии в Америку.
– О, это длинная история, – ответила Мередит. – Я все расскажу тебе потом. У нас еще будет много времени.
Раздались шаги, и Мередит обернулась. В дверях стоял высокий мужчина с благообразным лицом.
Кэти тоже оглянулась. И мгновенно вскочила с дивана и бросилась к мужчине.
– Найджел, она нашла меня! Мои молитвы были услышаны! Моя Мэри нашла меня! Наконец мы вместе!
– Благодарю тебя, Господи, – произнес Найджел, входя в библиотеку. На лице его было написано чувство огромного облегчения.
Мередит встала и протянула ему руку. Он пожал ее, а потом вдруг притянул Мередит к себе и крепко обнял.
– Наконец-то моя Кэти успокоится, – тихо сказал он.
Мередит взглянула в лицо Найджела и поняла, что никогда еще не видела таких добрых глаз.
Найджел Грейнджер широко улыбнулся.
– Спасибо вам, – сказала ему Мередит, – спасибо, что сберегли для меня мою маму.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлор

Разделы:
Пролог

Часть первая

1234567891011121314

Часть вторая

15161718192021222324Эпилог

Ваши комментарии
к роману Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлор



Постепенно развивающийся сюжет, стоит только втянуться и оторваться уже невозможно. Наплакалась. Советую почитать.
Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара Тейлориришка
29.12.2013, 9.37





Я бы не стала называть это произведение ЛЮБОВНЫМ романом. Но история интересная.
Ее собственные правила - Брэдфорд Барбара ТейлорНаталья
19.08.2015, 23.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

Часть первая

1234567891011121314

Часть вторая

15161718192021222324Эпилог

Rambler's Top100