Читать онлайн Быть лучшей, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - Глава 28 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Быть лучшей

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 28

Ухватившись за перила, не в силах унять дрожь, Эмили стояла внизу, у лестницы. Слезы медленно текли по щекам, и она ничего не могла с этим поделать. Бедный Сэнди! Ему только тридцать семь. Душа отказывалась мириться с тем, что его скоро не будет.
Дверь из гостиной открылась и тут же захлопнулась. Эмили почувствовала на плечах руки Александра. Он повернул ее к себе, посмотрел прямо в глаза, вынул платок, стер с лица слезы.
– Ну, ну, Коротышка, успокойся. Хотя бы ради меня, – сказал он. – Не могу видеть тебя такой. От этого мне только хуже. Я понимаю, что такого ты не ожидала. Но как говорить о подобных вещах? Как сказать тем, кто тебя любит, что умираешь?
Эмили не знала, что ответить. Глаза у нее снова наполнились слезами, и она уткнулась брату в грудь.
– Спасибо, что напомнила о бабушке, – мягко сказал Александр. – О том, как она говорила, что не надо мямлить, а следует все выкладывать начистоту. Это помогло мне собраться с силами и сказать вам все. Мне ведь очень трудно было решиться.
Он погладил сестру по волосам, помолчал немного.
– Я долго скрывал свою болезнь, старушка. Скоро она станет очевидной для всех. Так что я обязан был вам сказать. Тем более что столько всего надо обсудить. Прямо сейчас. Откладывать больше нельзя… Время бежит слишком быстро, особенно когда стараешься задержать его.
Эмили судорожно сглотнула. Ей так хотелось быть сильной, но не получалось. Она стояла не двигаясь, крепко зажмурив глаза.
Понадобилось некоторое время, чтобы она чуть-чуть успокоилась.
– Знаешь, Сэнди, когда… когда тебя не будет, все так изменится. Что же нам теперь делать? Что мне делать? – Едва произнеся эти слова, Эмили поняла, как эгоистически они прозвучали. Но назад их не вернешь. Что сказано, то сказано, извинения здесь излишни.
– С тобой все будет в порядке, Эмили, – мягко произнес Александр. – Сила и мужество тебя не оставят, они у тебя от бабушки. Ведь она с детства тебя учила, как надо встречать испытания. К тому же у тебя Уинстон и дети. – Александр перевел дыхание и, словно размышляя вслух, добавил задумчиво:
– Франческа теперь замужем за Оливером, так что с ней все в порядке, а вот за Аманду я беспокоюсь, она такая незащищенная, юная, впечатлительная. Ты ведь ее не оставишь, правда? – Голос Александра впервые за вечер дрогнул. Он отвернулся от сестры и откашлялся в кулак.
– Ну как ты можешь сомневаться, милый?
Они постояли еще немного.
Александр крепче прижал Эмили к себе. Ему нужно было собрать все силы – ведь в ближайшие полчаса предстоит так много сказать и решить. Ему этого вовсе не хотелось, Но деваться было некуда. Предстояло справиться с этим и по возможности в предельно деловом стиле.
Обнимая Сэнди, Эмили почувствовала, как он похудел. Она отстранилась немного, бросила на него быстрый взгляд, отметила бледность и небольшие белесо-розовые пятна под глазами. Сердце ее заныло. Отчего же, с отчаянием спрашивала она себя, она прежде не замечала этих болезненных признаков, отчего была так невнимательна к брату в последнее время?
Александр отпустил ее и, вынув платок, снова вытер ей щеки. В глазах его мелькнула улыбка. Какая же она хрупкая, маленькая, изящная. Эмили всегда напоминала ему статуэтку из дрезденского фарфора. Но воля у нее железная – неукротимостью своей она всегда напоминала ему бабушку. И он был уверен, что, хотя сейчас она подавлена, в будущем ей достанет сил и на себя, и на других. На свою сестру он мог рассчитывать. Твердости ей, как и Эмме, не занимать.
Заметив пристальный, изучающий взгляд Александра, Эмили сказала:
– Не волнуйся, Сэнди, все будет в порядке. Она словно прочитала его мысли.
Помолчав немного, Эмили продолжала тихим голосом:
– Ты всегда был мне не только замечательным братом, но и матерью, отцом, лучшим другом. Ты… ты был для меня всем, Сэнди. Раньше я не говорила тебе об этом, но теперь хочу, чтобы ты знал, что я…
– Понимаю, понимаю, – нетерпеливо перебил ее Александр. Разговаривать дальше на эту тему было выше его сил. – Я тоже люблю тебя, Эмили. Нас, наверное, заждались. Сколько еще предстоит обговорить.
– Сначала о деле. Точнее говоря – о «Харт Энтерпрайзиз», – сказал Александр, как только они вновь собрались у камина.
– Конечно, как хочешь, милый, – откликнулась Пола. Глаза у нее покраснели от слез, и деланное спокойствие не могло этого скрыть. Ясно было, что, пока Александра с Эмили не было, она плакала. Но теперь ей следовало держать себя в руках.
– У меня было время обо всем подумать, – продолжал Александр. – Но перед тем как принять решение, мне хотелось бы выслушать ваше мнение.
– Но я-то не участвую в семейных делах, – перебил его Энтони. – Ты уверен, что мне нужно быть при этом разговоре? – Он вопросительно посмотрел на Александра.
– Совершенно уверен. В конце концов, ты – старший внук Эммы Харт и должен…
– Но ведь глава семьи Пола, – возразил Энтони. – И слава Богу, что это так. Меня, как ты знаешь, подобная роль меньше всего привлекает.
Александр вяло улыбнулся.
– Знаю. Но ты мой ближайший друг, по крайней мере среди мужчин, потому я и позвал тебя сегодня. Давай считать, старина, что ты здесь для моральной поддержки.
Граф кивнул и налил себе виски.
– Вам добавить? – Он посмотрел на Полу с Эмили.
Обе покачали головой.
– А тебе, Сэнди?
– Нет, спасибо.
Александр подождал, пока Энтони вернется на место, и посмотрел на Эмили.
– Жаль, что пришлось позвать вас, когда Уинстон в Канаде, но другого выхода у меня не было: завтра я ложусь в больницу. Конечно, ему надо было бы быть здесь – как главе «Йоркшир Консолидейтед Ньюспейпер Компании» и владельцу наших газет в Канаде. Хотя эти предприятия не имеют прямого отношения к тому, о чем я собираюсь говорить.
– Он поймет, Сэнди. – Эмили посмотрела брату прямо в глаза и с тревогой спросила: – Ты долго собираешься пробыть в больнице?
– Всего несколько дней, не думай об этом. Очередная процедура, которая все равно мне не поможет. Ладно, поехали дальше. Слушайте, я понимаю, что вам сейчас не до того. Но прошу, выслушайте меня спокойно, это необходимо. Я хочу привести свои дела в порядок… Наверное, это семейная черта. – Александр задумчиво скользнул взглядом по приглашенным. – Последние две недели я крутил в голове дела компании, пытаясь найти наилучшее решение. Сначала я подумал, что, может, стоит продать ее. Это принесло бы миллионы фунтов стерлингов, которые можно было бы вложить в другое предприятие. Потом прикинул другой вариант – продать одни отделения и сохранить другие. Но мне показалось, что это будет несправедливо по отношению к тебе, Эмили.
Не давая сестре перебить себя, Александр поспешно продолжал:
– В конце концов, в твоих руках «Генре», одно из крупнейших и наиболее прибыльных наших предприятий, и ты единственная из держателей акций…
– За вычетом Джонатана и Сары, – перебила его Эмили. – Впрочем, их можно не считать.
– Верно, – согласился Александр. – Так или иначе, я решил, что без разговора с тобой, Эмили, мне не следует принимать решения. И разумеется, я был бы не прав, если бы не спросил тебя, не хочешь ли ты сама вести «Харт Энтерпрайзиз»? А несколько дней назад мне в голову пришла мысль: как бы бабушка распорядилась компанией в подобном случае? И я понял, что она ни за что бы ее не продала. Слишком уж прочное и слишком прибыльное у нас дело, слишком важное для семьи, чтобы вот так расставаться с ним. Согласна?
– Да, – с трудом выговорила Эмили, думая о том, как тяжко ей будет без брата.
– Пола, а ты что скажешь? – спросил Александр.
– Ты совершенно прав. Бабушка была очень привязана к «Харт Энтерпрайзиз». И наверняка сочла бы правильным, чтобы Эмили заменила тебя. Ведь ты это имеешь в виду?
– Да, я считаю, что уже в ближайшее время Эмили должна стать председателем правления и исполнительным директором. Так мы плавно проведем смену руководства, и я смогу отойти от дел. Чем раньше, тем лучше.
– Наверное, ты захочешь, чтобы «Генре» вела Аманда? – сказала Эмили.
– Если не возражаешь. А вот филиал нам все же придется продать. Я имею в виду «Леди Гамильтон».
– Наверное, Каллински захотят его купить, – вмешалась Пола.
– Да. – Александр откашлялся и отпил вина. – Если кто и может претендовать на эту компанию, так это дядя Ронни. Хотя бы по чисто сентиментальным соображениям – ведь Каллински имеют дело с нашей семьей больше семидесяти лет. Так пусть три клана и дальше держатся вместе. Как вы знаете, дядя Ронни согласен с нашей ценой. Поэтому здесь волноваться не о чем. Что меня действительно беспокоит, так это твое, Пола, отношение к данной сделке. Одно дело – «Харт Энтерпрайзиз», с этой компанией ты не связана. Но «Леди Гамильтон» поставляет одежду в твои магазины.
– Когда мы в августе толковали на эту тему, дядя Ронни заверил меня, что все останется по-прежнему, более того, нашим магазинам будет отдаваться предпочтение.
– Ну так что, Эмили? – Александр вопросительно посмотрел на сестру.
– Да я-то согласна. Но как насчет Аманды? Ей ведь не безразлична ее нынешняя работа.
– Я уверен, что, учитывая экстраординарные обстоятельства, она поймет необходимость перемен, предотвращающих возможный ущерб делу. Бабушка всегда говорила, что главным для нас должна быть компания как единое целое, а уж потом – отдельные филиалы. Я придерживаюсь этого же мнения, как ты знаешь. К тому же «Генре» станет для Аманды проверкой на прочность, как это было с тобой двенадцать лет тому назад, когда ты сменила Лена Харви.
– Верно… И все же…
– В чем дело, Эмили, что тебя беспокоит? – спросил Александр.
– Да ничего особенного. Просто я не слишком разбираюсь в недвижимости, а ведь это важно для того, чтобы вести компанию.
– Ну, это не проблема. Уже несколько лет этими вопросами ведает Томас Лорринг – моя правая рука. Тебе это известно. – Александр внимательно посмотрел на Эмили. – Не сомневаюсь, что ту же роль он будет играть и при тебе… когда ты меня сменишь. Ведь так?
– Ну конечно. – Эмили передернула плечами, словно ей было холодно. Ей вовсе не хотелось садиться в кресло брата. Вот если бы сегодня было не сегодня, а вчера. В этот момент она остро почувствовала отсутствие Уинстона. Он вернется в Англию только через неделю. Настроение у нее совсем упало.
– Ты хорошо все продумал, Сэнди, – сказала Пола.
Александр подошел к окну, рассеянно выглянул наружу.
– Думаю, что в сложившейся ситуации это действительно наиболее разумное решение, – сказал он, не оборачиваясь, глядя на полыхающий яркими красками лавр.
Все молчали.
Александр вернулся к камину, прижался спиной к нему.
– А теперь о завещании, – быстро и деловито, без паузы сказал он. – Этот дом я оставлю Франческе, а Наттон-Прайори – Аманде. Вилла Фавиолла, естественно, отходит тебе, Эмили.
– Но, Сэнди, – начала было Эмили, но слова застряли в горле. В который раз она попыталась подарить подступившие слезы.
– Пятьдесят процентов моего личного состояния, – ровным голосом продолжал Александр, – будут поделены между вами троими, а остальные пятьдесят достанутся детям. И не только моим племянникам и племянницам, но и твоим детям, Пола, и твоим, Энтони.
Все кивнули в знак согласия.
Энтони упорно смотрел на картину, висевшую на противоположной стене, – он не хотел, чтобы Александр видел гримасу боли, исказившую его лицо.
Пола теребила обручальное кольцо, размышляя о превратностях судьбы. Только в полдень она радовалась тому, как много удалось сделать в последнее время. Настроение у нее было отличное. А теперь ей тяжко, бесконечно тяжко – умирает близкий человек, любимый брат, надежный друг и деловой партнер. Роковая болезнь Сэнди влекла за собой массу сложностей.
– Далее, – продолжал Александр, он твердо решил покончить со всем сегодня же, чтобы больше не возвращаться к этому разговору. – Моя доля в «Харт Энтерпрайзиз» составляет пятьдесят два процента, по завещанию бабушки. Тридцать процентов я собираюсь оставить тебе, Эмили, а двадцать Аманде. Франческе не достанется ничего, так как она не работала на компанию.
– Что ж, спасибо, – сказала Эмили без всяких эмоций. – Только справедливо ли это будет по отношению к Аманде? – Она не собиралась вступать с Александром в спор и вместе с тем желала, чтобы сестра сохранила достойное и полноправное положение в компании. В конце концов теперь им придется руководить ею вдвоем.
– С моей точки зрения, это совершенно справедливо, – немедленно откликнулся Александр. – Бабушка считала, что компанией должен руководить один человек, чтобы не возникло никаких склок, и я считаю, что она была совершенно права. Потому я и поделил акции в такой пропорции. Ты будешь основным акционером и главой «Харт Энтерпрайзиз». Как я сегодня. – Тон Александра был необычно твердым и непреклонным. Брат явно давал понять, что спорить на эту тему не собирается.
Эмили промолчала. Не отрывая глаз от огня в камине, она с болью думала о том, что Александру уже недолго оставаться с ними, в будущем году, в это же время, его уже не будет. Примириться с этим было невозможно. Она снова почувствовала, как не хватает ей сейчас мужа. С ним бы она чувствовала себя спокойнее и увереннее.
Энтони наконец обрел дар речи.
– Сэнди, – сказал он, – когда окончится курс лечения, мне хотелось бы, чтобы ты пожил с нами в Клонлафлине. Как можно дольше.
– Это было бы прекрасно, – откликнулся Александр. – А потом, Эмили, поработаем с тобой несколько недель, чтобы ты полностью вошла в курс дела. Впрочем, я уверен, что ты и без того сможешь вести наш корабль.
Эмили поджала губы, быстро закивала головой и умоляюще посмотрела на Полу.
Та, перехватив ее взгляд, бодро сказала:
– А я могу чем-нибудь быть тебе полезна, Сэнди? Что мне для тебя сделать?
– Да вроде бы ничего, спасибо большое, дорогая. Хотя обожди! Пожалуй, есть кое-что, о чем я хотел бы всех вас попросить. – Умные светло-голубые глава Александра остановились по очереди на каждом из присутствующих, он отодвинулся от камина. – Мне бы не хотелось, чтобы вы говорили кому-нибудь о моей болезни. Пусть семья пока ничего не знает. Право, нелегко было бы все время видеть тоскливые лица и выслушивать слова сочувствия.
– Я понимаю тебя, милый, – сказала с болью Эмили и замолчала. Потом срывающимся голосом докончила: – Я постараюсь ничего не говорить Уинстону, хотя это будет нелегко.
– Да не его я имел в виду! Ему ты, конечно, должна сказать! – воскликнул Александр и посмотрел на Полу и Энтони. – А вы – Шейну и Сэлли. Я говорю только о детях. И еще о наших с тобой сестрах, Эмили. Пусть Аманда и Франческа ничего не знают – по крайней мере, пока.
– А как насчет мамы? – несчастным голосом спросила Эмили. – Ее тоже держать в неведении?
Александр наклонил голову.
– Да, прошу тебя. Пусть мама считает, что все в порядке. Она ведь по любому поводу готова впасть в отчаяние. Если она узнает, мне будет еще тяжелее.
Александр отошел к столику за вином, наполнил бокалы Поле и Эмили и сказал:
– Ну вот, кажется, и все. Вроде ничего не забыл. Да, Эмили, Джон Кроуфорд обо всем знает. Он мой адвокат, так что, естественно, я должен был поставить его в известность. Он поможет тебе с юридическими тонкостями, когда я… гм, когда меня не будет рядом.
Эмили с Полой вышли, оставив мужчин заканчивать аперитив вдвоем. Пристально глядя на кузена, граф сказал:
– Тебе, должно быть, тяжко было нести одному такое бремя. Было бы лучше, если бы ты мне раньше об этом рассказал.
– Может, ты и прав, – согласился Александр. – Но, честно говоря, мне надо было свыкнуться с болезнью. Я ведь говорил, что прошел несколько стадий – неверие, ярость, отчаяние, смирение. А затем снова ярость и снова отчаяние – и еще чувство полнейшей беспомощности. Долгое время я был как бы на эмоциональных качелях и, естественно, не мог ни с кем поделиться, пока не пришел в себя. К тому же я хотел пройти весь путь до конца, все узнать относительно болезни и ее лечения. В скором времени выяснилось, что мне остаются только терапевтические сеансы да одолженное под них время.
Александр улыбнулся, пожал плечами:
– Теперь, когда эта чехарда позади, и я полностью владею собой, милый Энтони, я смог пригласить вас. Сегодняшнее испытание закончено, и я имею право немного расслабиться и пожить оставшиеся несколько месяцев в свое удовольствие. Поверь мне, я сумею как следует распорядиться этим временем.
– Да… – Только и мог сказать Энтони.
Он отхлебнул виски. Как все грустно складывается, думал он, спрашивая себя, удалось бы ему в подобных обстоятельствах сохранить мужество и достоинство, которые продемонстрировал Сэнди. Уверенности не было. Поистине надо обладать незаурядным характером, чтобы вести себя так перед лицом надвигающейся смерти.
– Слушай, Энтони, – сказал Александр, – оставь этот похоронный вид. И, ради Бога, не надо меня оплакивать. Право, не надо… Мне и так нелегко пришлось сегодня с Эмили. Понимаю, что на вас это слишком неожиданно свалилось… только мне-то еще хуже.
– Конечно. Извини, старина.
– Не за что. Пусть все будет по возможности как раньше. Я хочу забыть о болезни и изо всех сил приналечь на дела. Иначе – чистый ад.
– Так ты приедешь к нам в Клонлафлин?
– Да, недели через две.
– Прекрасно. Сэлли и я будем очень рады. А на сколько?
– Дней на десять-четырнадцать. – Александр допил бокал и поставил его на дальний конец стола. – Я заказал на девять часов столик в клубе. Может, пойдем пропустим там еще по рюмочке перед ужином?..
Из библиотеки, расположенной рядом с гостиной, донесся телефонный звонок. Извинившись, Александр вышел. Мгновение спустя он вновь появился в гостиной.
– Это тебя, Энтони… Сэлли звонит из Ирландии.
– Да-да, я ждал ее звонка. Спасибо.
– Ничего не говори ей сейчас, ладно? Я имею в виду по телефону, – попросил Александр.
– Ну что ты, я и не собирался, – откликнулся Энтони, проходя через тяжелые резные двери в библиотеку.
Оставшись один, Александр сел на диван и закрыл глаза. Последние два часа оказались слишком тяжелыми, он был как выжатый лимон. Хоть родственники изо всех сил и старались не выказывать своих чувств, держались молодцом, он видел, каково им. Впрочем, ничего другого он не ожидал. Потому и боялся говорить им, оттягивал признание как только мог. Лишь свыкнувшись с новой ситуацией и как бы отстранившись от нее, можно было поведать о ней другим.
Он и впрямь теперь спокойно ожидал смерти, примирился с судьбой. И мог помочь близким людям сделать то же самое. Тяжелее всего будет, конечно, Эмили. В детстве они были как две горошины в одном стручке. В каком-то смысле они были предоставлены самим себе. Мать в те годы была весьма ветреной, часто меняла мужчин и выходила замуж за сомнительных типов. А их добрый, но слабовольный отец, которого ко всему прочему хватил инфаркт, казалось, вообще забыл об их существовании. Александр подавил вздох. Каким кошмаром обернулась для отца жизнь. Да и для матери тоже. А может, жизнь вообще кошмар?
Александр прогнал эти мысли. Не стоило сегодня впадать в меланхолию, которой он отдал так много времени в последние месяцы. Бабушке бы это не понравилось. Вспомнив Эмму Харт, Александр улыбнулся. Вот кто сохранил неукротимость до самого конца. Жизнь ее была постоянным триумфом. Вот и теоретизируй после этого. Хотя наверняка есть люди, которые с рождения обречены на страдания…
Открыв глаза, Александр огляделся. При струящемся свете ламп и мерцании камина гостиная выглядела просто чудесно. Мэгги обставила ее вскоре после их женитьбы, и Сэнди в любое время года видел в ней воплощение английской весны – стены и потолок были выкрашены в бледно-желтые, розовые, зеленые цвета. И когда комнату надо было подновить, единственное, что требовалось, это следовать прежнему стилю. Так Александр и поступал после смерти Мэгги.
– Эй, Сэнди, что с тобой? – прервал его размышления Энтони, участливо склонившийся над ним.
Александр выпрямился.
– Да нет, все в порядке. Я просто забылся немного… последние несколько часов были, знаешь ли, довольно утомительными.
– Еще бы. Ладно, пошли в клуб.
Через десять минут Александр и Энтони вышли из дому и направились на Чарльз-стрит, где располагался клуб «Марк».
Вечер был прохладный и ветреный, и Александр закутался в пальто и сунул руки в карманы.
– Да, как там Сэлли? – спросил он, стараясь не отставать от Энтони.
– Все в порядке. Шлет тебе привет. Я сказал, что скоро ты у нас будешь, и это все.
– Хорошо.
Несколько минут они шли молча.
– Одно только странно, – пробормотал себе под нос Энтони.
– О чем ты? – Александр с любопытством посмотрел на него.
– Сэлли сказала, что Бриджит не дает ей покоя, все спрашивает, когда я вернусь домой. Ей не терпится поговорить со мной. А сегодня она и вовсе весь день взвинченная.
– Действительно странно. Хотя ваша экономка всегда казалась мне дамой эксцентричной.
– Правда? Гм… Может быть. Она немного сентиментальна, как большинство ирландцев. Ладно, забудем. Наверное, ерунда какая-нибудь, – оборвал разговор Энтони. Они как раз подходили к клубу.
Но он заблуждался. К нему с железной неотвратимостью подступали события десятилетней давности.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор



I liked it though it was rather tiring to read it in Russian. But it is worth it!
Быть лучшей - Брэдфорд Барбара ТейлорLawa
4.11.2012, 17.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100