Читать онлайн Быть лучшей, автора - Брэдфорд Барбара Тейлор, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брэдфорд Барбара Тейлор

Быть лучшей

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

Голова Маделины покоилась у Филипа на плече. В спальне было темно и тихо. Тишину нарушало только ровное дыхание Филипа, едва различимый шелест шелковых занавесок да тиканье бронзовых часов на старинном французском комоде.
Для января погода была непривычно мягкая, почти весенняя, и Филип, ложась спать, открыл высокое окно. Но ночной ветер был прохладным, в нем чувствовался соленый привкус Средиземного моря и зелени садов, окружавших Фавиоллу. Маделина выскользнула из кровати, подошла к окну и, облокотившись о подоконник, выглянула наружу, наслаждаясь тишиной, убаюкивающей землю в этот ночной час. Она посмотрела вверх. Небо было непроницаемым, густым, совсем черным и напоминало огромный бархатный балдахин. Звезды сияли. Луна, прежде скрытая облаками, теперь выплыла наружу – яркая и совершенно круглая.
Маделина удовлетворенно вздохнула. Они были на вилле уже десять дней, прошедшие после путешествия в Вену и Западный Берлин. Здесь они предавались любви, гуляли по саду или пляжу, иногда отправлялись в автомобиле куда-нибудь на побережье. Но больше всего времени они проводили дома, где Соланж опекала их, как наседка цыплят, а Марсель каждый день придумывал новое меню.
Еще они читали и слушали музыку. Иногда она брала в руки гитару и пела Филипу свои любимые песни. Ему это очень нравилось, и Маделину вдохновлял его восторг.
– Десять дней чистой радости, – сказал ей утром Филип. – Только ты да я – и никого больше.
Она могла бы ответить ему теми же словами.
На Фавиолле, как и в Дануне, царили какие-то особенные покой и красота, в которых она черпала силу и наслаждение. Данун был теперь ее домом. И роскошные апартаменты на верхнем этаже Башни Макгилла в Сиднее – тоже. И все равно больше всего она любила ферму в Кунэмбле. Она влюбилась в нее с первого взгляда. Как и в Филипа.
Маделина вздрогнула. На руках выступила гусиная кожа. Она вспомнила, как в первый раз отдалась Филипу. Когда он ушел тогда, она заплакала, зарывшись лицом в подушку, потому что считала, что у них нет будущего. Какой же дурочкой она была. Как ошибалась. У нее было будущее с Филипом Макгиллом-Эмори. Она его жена. И, как сказала Пола, наступивший год – только первый в череде счастливых лет, что им предстоит прожить вместе. Впереди – целая жизнь.
Она любила его так сильно, что порой это становилось нестерпимым. Когда его не было рядом, она испытывала неподдельное чувство утраты, в груди возникала самая настоящая боль, которая проходила, только когда он возвращался. К счастью, они редко расставались после того, как в октябре он приехал за ней в Нью-Йорк. Он появился внезапно, не предупредив заранее. Просто через две недели после того, как она уехала из Сиднея, вошел, улыбаясь, в ее кабинет на Пятой авеню. Но в глазах у него была тревога – это Маделина сразу заметила.
Он повел ее обедать в ресторан «Твенти Уан», затем они поужинали в «Ле Сирк». Все было замечательно. Расставаясь с ним в сиднейском аэропорту, Маделина понимала, что теперь будет значить Филип в ее жизни. На долгом пути домой она непрестанно думала о нем – отныне так будет всегда, она знала это. Любовь к Филипу стала главным в ее жизни, даже карьера отступила. И, если бы пришлось выбирать, она бы с легкостью от нее отказалась.
Потом, ночью, когда они лежали, истомленные ласками, в ее спальне, Филип сделал ей предложение. И она, ни секунды не колеблясь, сразу же согласилась.
Полночи они проговорили, строя планы на будущее. Он настаивал, чтобы помолвка была сохранена в тайне.
– Не хочу вокруг этого ненужной суеты, – сдержанно пояснил он.
Маделина не уступала, настаивая на том, что следует сообщить хотя бы Поле.
– Ведь ей придется искать мне замену. Я не могу просто так оставить ее. Она всегда была так добра ко мне. Да и вообще я не привыкла так поступать. У меня есть определенные обязательства – и по отношению к ней, и по отношению к себе самой.
Филип понимал ее доводы, но полагал, что Маделина сама сможет найти себе замену, не ставя в известность Полу, и был так решителен, что ей оставалось только сдаться. Удивительно, но все получилось проще, чем она думала. В отделе маркетинга работала некая Синтия Адамсон – протеже Маделины и любимица Полы. Эта молодая женщина выказывала немалые способности, работала быстро, точно, уверенно и была преданна делу.
Мэдди подумала, что Синтия вполне справится с работой и в будущем станет отличной помощницей Поле. Это несколько успокоило ее, и она стала приобщать Синтию к кругу новых обязанностей.
Филип пробыл до конца месяца, потом уехал на две недели по делам в Австралию, а в конце ноября снова вернулся в Нью-Йорк.
Едва появившись, он объявил, что их женитьба должна состояться немедленно. Устраивать большую свадьбу с участием всего семейства – слишком долгое дело. К тому же слишком шумное.
– Но ведь надо хотя бы дать им возможность приехать. И надо сказать твоей матери. И Поле. – Их Маделине особенно хотелось видеть на своей свадьбе.
Филип был непреклонен.
– Нет, я не хочу ждать, пока они будут разбираться со своими бесконечными делами. Все должно совершиться прямо сейчас. – Он рассмеялся и добавил с нежностью: – Я боюсь потерять тебя, разве ты не понимаешь? Я должен жениться на тебе немедленно, сегодня же. – Несмотря на его шутливый тон, Маделина снова заметила в его взгляде тень беспокойства. И подчинилась – лишь бы прогнать это выражение. Ей нестерпимо было видеть, что он мучается.
Они венчались тайком в самом начале декабря по католическому обряду в соборе святого Патрика на Пятой авеню. На церемонии присутствовали только Пэтси Смит, бостонская приятельница Маделины, и Миранда О'Нил со своим мужем Элиотом Джеймсом. На Маделине было ослепительно-белое шерстяное платье и того же цвета пальто. В руках – пышный букет алых и желтых орхидей. Потом Филип повел всех обедать в «Ле Гренуй».
– Полагаю, нам надо довести матримониальную процедуру до логического конца, – сказал он Маделине, когда они вернулись в свои огромные апартаменты в отеле «Пьер». И только после того, как они занялись любовью, он согласился позвонить родственникам в Англию.
Сначала они поговорили с Дэзи, которая была в Йоркшире, потом с Полой – та оказалась у себя дома на Белгрейв-сквер.
Мать и сестра, похоже, не слишком удивились и были явно рады известию, хотя разочарованы тем, что свадьба прошла без них. «Добро пожаловать в семью», – в один голос сказали они, и ни океанское расстояние, ни потрескивание в трубке не заглушили искренности тона.
Так началась для Маделины совершенно новая жизнь.
Филип любил ее глубоко и страстно, и она платила ему тем же. Он засыпал ее подарками и баловал, как только мог. Великолепное бриллиантовое обручальное кольцо и гарнитур с жемчугом и алмазами были лишь частью драгоценностей, которые он подарил ей. А еще он дарил ей меха и платья. Иногда он являлся с парой перчаток, шелковым шарфом, книгой или кассетой, которую хорошо послушать вместе, духами, букетом фиалок или какой-нибудь другой приятной ее сердцу мелочью.
Но главным подарком был он сам. Он заполнил все пустоты, что зияли в ее душе, и теперь Маделина чувствовала себя спокойной и защищенной. Порой она даже щипала себя, чтобы убедиться, что это не сон и что он тоже из плоти и крови.
Она не слышала, как Филип встал с постели, и испуганно вздрогнула, когда вокруг нее обвились его руки.
Он поцеловал ее в макушку.
– Ты что здесь делаешь, дорогая? Смотри, простудишься.
Маделина повернулась к нему, притронулась к щеке.
– Да что-то не спалось, вот и встала посмотреть на сад. Он такой красивый при луне. А потом задумалась…
– О чем же? – Филип пристально посмотрел на нее.
– Да обо всем, что произошло в последние месяцы. Это было как сон. Иногда мне бывает страшно, что вот проснусь, и ничего этого нет – и тебя тоже.
– Да вот же я, дорогая, и это вовсе не сон. Это действительность. Наша с тобой действительность.
Филип привлек Маделину к себе, крепко прижал к груди и погладил по волосам. Наступило долгое молчание. Наконец Филип сказал:
– Я никогда еще не испытывал такого покоя. И такой любви. Ты – все для меня, любимая моя Мэдди. И я уверен, что так будет всегда. Ты – последняя женщина в моей жизни.
– Знаю, Филип, милый. Я так люблю тебя.
– И слава Богу! А я – тебя.
Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы.
Маделина снова приникла к нему.
Его руки скользнули по ее спине, задержались на маленьких твердых ягодицах. Ткань ночной рубашки была гладкой, прохладной, возбуждающей. Он теснее прижался к Маделине, чувствуя, как нарастает желание.
Маделина задрожала, откликаясь на его призыв, хотя совсем недавно они отдали дань последним любовным объятиям. Так бывало всегда – протянув руки, они уже не могли оторваться друг от друга. Раньше она не испытывала такой болезненной, всепоглощающей страсти, такой постоянной потребности обладать и отдаваться.
Внутри нее пылал огонь, он поднимался откуда-то снизу, из самого ее существа, к шее и лицу. Щеки горели. Маделина поцеловала Филипа в грудь и тесно обвила руками. Ее пальцы сильно надавили ему на лопатки и медленно скользнули вниз.
Такой же жар опалял и Филипа. Он прикоснулся к груди Маделины, начал ласкать ее, целуя одновременно в шею, в губы. Поцелуи становились все более страстными, чувственными. Не было сил разомкнуть объятия. Не в состоянии сдерживаться, он поднял ее на руки и отнес в постель.
Одежда полетела в сторону, и его сильные, но нежные пальцы побежали по телу Маделины, наслаждаясь его шелковистой мягкостью. Комната была погружена в серебристый лунный свет, кожа Маделины мерцала. Она казалась гостьей из другого мира.
Филип наклонился и поцеловал впадинку между ее грудями, провел губами по всему телу. Маделина потянулась к нему, и он резко привлек ее к себе. Слившись воедино, они долго и самозабвенно предавались любви.
Она сказала ему об этом через два дня. Все вокруг сверкало на солнце. Небо было безоблачным и лазурно-голубым, море – густо-синим, солнце окружал золотой ореол, хотя лучи его не несли тепла. Дни стояли прекрасные, но воздух становился все острее, чувствовалось, что с Альп надвигается снег и холод.
Они сидели на террасе в теплых свитерах и пальто и смотрели на огромные, залитые солнцем сады Фавиоллы. Они только что вернулись с прогулки и теперь неспешно потягивали предобеденный аперитив. Филип рассуждал о маршруте их дальнейшего путешествия. Маделина слушала молча, хотя Филип время от времени интересовался, куда бы ей хотелось отправиться. Когда наступила пауза, Маделина сказала:
– Пожалуй, не стоит нам ехать в Рим, Филип, лучше вернуться в Лондон.
Он метнул на нее быстрый взгляд. В голосе Маделины слышалась давно исчезнувшая напряженность.
– Что случилось, дорогая?
Маделина откашлялась и тихо произнесла:
– Я уже несколько дней хочу сказать тебе… Мне как-то не по себе… – Она снова откашлялась и после непродолжительной паузы добавила: – Мне кажется, я беременна.
Филип обомлел. Потом лицо его и голубые глаза осветились улыбкой.
– Так это же замечательно, Мэдди! – воскликнул он. – Это потрясающая новость, ничего лучше я не слышал с тех пор, как ты сказала, что согласна выйти за меня.
Он порывисто наклонился к ней, обнял, поцеловал и, помолчав немного, негромко спросил:
– Ты сказала «мне кажется». Стало быть, не уверена?
Отклонившись, Маделина посмотрела ему в глаза и кивнула:
– Почти уверена. Все признаки налицо, так что доктор наверняка подтвердит. Но, конечно, надо обследоваться. Поэтому я и говорю, что лучше вернуться в Лондон.
– Ну разумеется, дорогая. Ты совершенно права. Так мы и поступим. О, Мэдди, какая чудесная новость!
– Так ты рад? – тихо спросила она.
– Рад? Да я счастлив! – Филип с удивлением посмотрел на нее. – А ты разве нет?
– Ну разумеется. Я просто подумала, может, ты сочтешь, что все случилось слишком быстро.
– Ничего себе! Получить сына и наследника! Да я на седьмом небе от счастья.
– А может, родится девочка?
– Тогда у меня будет дочь и наследница. Не забывай, я внук Эммы Харт, а она не делала различия между мужчинами и женщинами, когда речь шла о наследстве. И мой дед Пол тоже. Ты ведь знаешь, что он завещал состояние моей матери.
Маделина снова кивнула и робко улыбнулась. Но тень сомнения не сходила с ее лица, и это заставило Филипа замолчать. Он внимательно посмотрел на жену и спросил:
– Что-нибудь не так, дорогая?
– Да нет, все в порядке. Правда-правда.
Однако обмануть его было нелегко.
– Ты что, беспокоишься о своей карьере? – спросил он. – О работе, которую поручила тебе Пола в Австралии?
– Нет.
Все еще не до конца понимая, в чем дело, Филип продолжал:
– Если у тебя есть какие-то сомнения, отбрось их. Мы же вместе, значит, никаких проблем с работой у тебя не будет. Бабушка, когда была беременна, работала до последнего момента. И Пола с Эмили тоже. Шейн и Уинстон ничего не имели против. В нашей семье все мужчины такие – мы ведь воспитывались при матриархате.
– Знаю, знаю, милый.
– Так в чем же дело? Откуда такая грусть?
Потянувшись к Филипу, Маделина взяла его руку в свою и крепко сжала.
– Я все не решалась сказать тебе об этом, боялась, ты подумаешь, что я слишком поторопилась, что лучше бы нам еще побыть вдвоем, что рано зародить ребенка. Или даже рассердишься, решив, что у меня это получилось по неосторожности.
– Танго танцуют вдвоем, – негромко проговорил Филип.
– Это верно. – Маделина помолчала и робко улыбнулась. – Я так люблю тебя, Филип. Ты для меня все на свете. И я хочу, чтобы ты был счастлив со мной. Больше мне ничего не надо.
Филип увидел, что в прекрасных серых глазах Маделины блеснули слезы, и у него сердце перевернулось в груди. Он нежно потрепал ее по щеке.
– Я и так счастлив, любимая. Беспредельно счастлив. И все благодаря тебе. Ты осветила мою жизнь, Мэдди. А с ребенком она будет только полнее.
Филип откинулся на стуле и заразительно расхохотался.
Маделина удивленно взглянула на него.
– Что это ты?
– Подумать только! Известный на весь мир плейбой теперь женатый мужчина и будущий отец! Кто бы поверил! – Филип весело посмотрел на жену.
Мэдди тоже засмеялась. Филипу всегда удавалось развеять ее печаль и поднять настроение.
Он вскочил и, схватив ее за руку, поднял со стула.
– Пошли, дорогая. Пошли в дом. Надо сделать несколько звонков.
– Кому?
– Родственникам, разумеется.
– Хорошо.
Обнявшись, они направились к дверям. Внезапно Маделина остановилась и посмотрела на Филипа:
– После того как я обследуюсь у гинеколога, мы проведем, как обещали, несколько дней в Йоркшире с твоей матерью, а потом поедем домой, ладно? Домой, в Австралию, в Данун.
– Да, милая, поедем домой и будем готовиться к появлению нашего первенца, – ответил Филип, обрадованный словами Маделины.
Прошло полчаса, а Филип все еще сидел в библиотеке и разговаривал по телефону.
Сначала он позвонил Дэзи и Джейсону в Йоркшир, потом Поле в ее лондонскую контору. Всем следовало знать такую замечательную новость. При этом Филип требовал, чтобы Маделина сказала каждому несколько слов.
Их поздравляли, говорили слова любви, особенно Дэзи – она уже предвкушала появление нового внука или внучки.
Теперь Филип разговаривал с Энтони, который был у себя в Ирландии.
Этого Маделина никак не ожидала. Она не думала, что Филип раструбит эту новость на целый свет, ведь он был таким замкнутым, когда речь шла о его личной жизни.
Не зря же он настаивал, чтобы помолвка и свадьба хранились в тайне до самого конца. И тут Маделину осенило – она поняла, почему он отстранил свою семью от участия в свадьбе. Он заботился о ней, ее оберегал: у него-то большая семья, а она – одна, все умерли.
Свадебные торжества могли оказаться для нее тяжелым испытанием. Филипа окружали бы любящие родственники, а за ней – да еще в такой день – зияла бы могильная пустота. С какой тоской вспоминала бы она о своих родителях, крошке Кэрри-Энн, Джо-младшем, Лонни.
Филип понимал это. Конечно же понимал. Сомнений на этот счет не было.
Маделина свернулась калачиком на большом мягком диване, прислушиваясь к тому, что говорит Филип, наблюдая за ним и в который раз благословляя судьбу, которая послала ей такого замечательного мужа. Умного, умелого, настойчивого в делах и в же время такого тонкого и любящего, когда речь шла о жизни души.
Маделина прищурилась, наклонила голову, пытаясь беспристрастно оценить Филипа. Он был очень красив. Блестящие черные волосы, черные усы, загорелое лицо, глаза поразительной голубизны. И какой жизнерадостный, энергия так и бьет из него ключом. По всему видно, как хорошо ему сейчас.
«Вот пусть и остается всегда таким, – подумала Маделина, – бодрым, жизнерадостным, веселым. Я постараюсь не причинять ему боли».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Быть лучшей - Брэдфорд Барбара Тейлор



I liked it though it was rather tiring to read it in Russian. But it is worth it!
Быть лучшей - Брэдфорд Барбара ТейлорLawa
4.11.2012, 17.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100