Читать онлайн Свадебные колокола, автора - Брокуэй Конни, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свадебные колокола - Брокуэй Конни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.85 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свадебные колокола - Брокуэй Конни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свадебные колокола - Брокуэй Конни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брокуэй Конни

Свадебные колокола

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

— А-а, мистер Пауэлл, — произнесла миссис Вандервурт, жестом указывая на место за столом напротив Эвелины. — Не желаете ли присоединиться к нам?
Джастин не ответил. Он продолжал стоять в дверях, шикарный, блистательный, во фраке, крахмальном воротничке и манжетах.
Сердце ее забилось в бешеном ритме. Она попыталась утихомирить его. Ей рекомендовали проявлять к нему дружелюбие, быть веселой и кокетливой, но ни при каких обстоятельствах не показывать, что он ей небезразличен. Усилием воли она придала своему лицу выражение вежливого дружелюбия, понимая, что если он вглядится повнимательнее, то поймет, как сильно ей его не хватало.
Мэри, несомненно, можно назвать экспертом. Разве не предсказала она, что Джастин неожиданно появится, выйдя из своего уединения, и утратит дар речи, как только увидит ее?
Эвелина могла поздравить себя с только что приобретенной изысканной элегантностью. Всего четыре дня назад она чувствовала бы себя крайне неудобно в открытом платье и с новой прической. Только увидев холодное одобрение на лице миссис Вандервурт и нескрываемое восхищение в глазах джентльменов, она поняла, что не выглядит чрезмерно эксцентричной.
«Я не голая. Я обнажена не больше, чем любая из сидящих здесь леди. И рубиновый бархат мне к лицу. Плечи у меня не костлявые. А кожа безупречна». Она мысленно повторяла слова, которые Мэри приказала затвердить как «Отче наш», и хотела лишь обрести уверенность в том, что так оно и есть.
«Будь любезной, Эвелина». Но быть любезной было бы значительно проще, если бы Джастин не смущал ее своим пристальным взглядом. На какое-то время он буквально застыл на месте. И восхищение в его взгляде, которое предрекала Мэри, похоже скорее на настороженность.
— Джастин? — произнесла она со спокойствием, которого вовсе не чувствовала. — Вы присоединитесь к нам сейчас или только после того, как будут поданы сыры?
Ее сосед за столом, дородный голландец по имени Деккер, едва подавил улыбку. Джастин вместо ответа подошел к пустому стулу, изначально предназначавшемуся для Эрнста, который по непонятным причинам отсутствовал. Он уселся, развернул салфетку и постелил ее на колени. Потом, встретившись с ней взглядом, спросил:
— Где ваши очки?
У Эвелины вспыхнули щеки, но она мастерски овладела собой и пересилила желание поправить на носу отсутствующие очки. Даже если за последние дни она поняла, что не нуждается в них, ей все еще их не хватало.
— Я… я их где-то потеряла. — Солгав, она покраснела еще сильнее, но не могла же она сказать ему, что очки ей не нужны и, наверное, никогда не были нужны. Она выглядела бы полной кретинкой!
— Гм-м, — произнес Джастин, нахмурив лоб. Эвелина удивленно взглянула на него. И тут Мэри оказалась права.
Джастин Пауэлл, который сидел за столом напротив нее, казался одновременно и знакомым, и чужим. Ее Джастин, тот Джастин, с которым она провела последние четыре недели, обычно говорил все, что приходило ему в голову, абсолютно игнорировал принятые в обществе любезное обхождение и титулы.
Ну что ж, нынешний Джастин, несомненно, обладал прежними качествами, но он выглядел холодным и твердым, как алмаз. Тогда как с ее Джастином было вдобавок уютно, как будто запиваешь теплый тост чаем.
— У вас здесь очаровательный дом, синьор Пауэлл, — похвалил стройный итальянский джентльмен синьор Коладарчи.
— Спасибо, — коротко ответил Джастин. — Вижу, у вас синяк на челюсти. Надеюсь, вы не слишком сильно ушиблись.
Синьор Коладарчи покраснел.
— У меня здесь родимое пятно.
— Вот как? — произнес явно разочарованный Джастин, погружая ложку в тарелку с супом.
— Леди Эвелина рассказала нам, что вы увлекаетесь орнитологией, — проговорила леди, сидевшая справа от Джастина.
— Это правда, — подтвердил Джастин, продолжая есть суп. Голландец откашлялся.
— Я тоже увлекаюсь орнитологией, гepp Пауэлл.
— Вот как? — без особого интереса отреагировал Джастин.
— Да. Но я не могу похвастать такими же достижениями, как у вас.
— Неужели? — пробормотал Джастин, гоняясь за крошечной луковкой у себя в тарелке. — Какие же достижения вы имеете в виду?
— Вы слишком скромны, сэр, если, открыв совершенно новую разновидность пернатых, не желаете похвастаться своим открытием.
— А-а, вот вы о чем. — Он откинулся на спинку стула, очень довольный собой. — Ну что ж, если быть абсолютно честным, то скорее она открыла меня. Она влетела ко мне в окно.
— Не может быть! Джастин поднял руку.
— Я говорю чистую правду. Она влетела прямо в окно. Как только я увидел ее, сразу понял, что она уникальна, а Уж когда услышал ее странную, настойчиво повторяющуюся песенку, я был полностью очарован.
— Поразительная история! — воскликнул голландец. — Леди Эвелина не могла вспомнить, как называется ваша новая разновидность.
Джастин некоторое время молчал. Потом взял стакан воды, стоящий рядом с тарелкой, отхлебнул глоток и неожиданно улыбнулся.
— Она называется бубо формоза Плюримус. — И, взглянув на Эвелину, добавил: — Малая.
— Вот как? Значит, новая разновидность бубо? По правде говоря, меня удивляет, что она влетела к вам в окно средь бела дня. Я считал, что она относится к ночным птицам.
— Впервые я встретил ее ночью, — согласился Джастин, явно сжалившись над голландцем.
— Извините. Я плохо помню латынь, — с сильным акцентом выговорила жена итальянского джентльмена. — Кажется, слово «формоза» означает «красивая»?
— Именно так, — свидетельствовал голландец.
— А «плюримус»?
— Боюсь, точные объяснения будут слишком скучны для присутствующих за столом, — уведомил Джастин, целуя ручку синьоры.
Она захихикала. У наблюдавшей за такой сценой Эвелины шевельнулось отнюдь не доброе чувство.
— Вы хотите сделать мне приятное, синьора, — продолжал Джастин, — притворяясь, что интересуетесь увлечением парочки таких еретиков, как мы с герром…
— Деккером, — подсказал голландец, явно не возражая против того, что его назвали еретиком.
—…как мы с герром Деккером.
— Вы очень любезны, мистер Пауэлл, — заметила миссис Вандервурт, — а также скромны.
Поскольку скромность не относилась к числу качеств, которые Эвелина приписала бы Джастину, она рта не открывала и лишь пытливо вглядывалась в него. Он выступал в своей обычной роли человека общительного и любезного.
Эвелина не сразу поняла важность своего наблюдения. Потом до нее дошло, что Джастин играет роль. Она видела, как ему она без труда дается. Он вежливо улыбался, флиртовал без малейших угрызений совести и говорил, растягивая слова, в возмутительной манере выпускников одной из престижных частных школ.
—…за все следует поблагодарить леди Эвелину. — Услышав свое имя, задумавшаяся Эвелина вздрогнула. На нее, улыбаясь, смотрела миссис Вандервурт. — Все здесь сделано по ее плану и под ее наблюдением и все заслуживает восхищения.
Эвелина опустила глаза, изобразив скромницу. «Изобразив» — потому что здесь действительно было чем восхититься. Чтобы появились шелковые цветы, лепные украшения и валуны из папье-маше, ей пришлось запугивать, уговаривать, угрожать, умолять и обманывать.
— Спасибо.
— Жду не дождусь, когда смогу увидеть все своими глазами! — воскликнула синьора Коладарчи.
— Придется подождать до бракосочетания, — сказала миссис Вандервурт. — Осталось всего два дня. — Она повернулась к Эвелине: — С трудом верится, что вам и талантливой мадемуазель Мольер удалось так много сделать. Теперь все готово, не так ли? Если бы только вовремя прибыл груз со свадебным подарком от моей будущей свекрови, тогда можно с облегчением вздохнуть.
Эвелина улыбнулась, радуясь тому, что может сообщить еще одну приятную новость:
— Думаю, он уже прибыл.
— Вот как? — произнесла миссис Вандервурт, поставив на стол стакан, из которого собиралась сделать глоток.
— Да, ящик прибыл в тот момент, когда мы все усаживались за обеденный стол.
Джастин насторожился:
— Его доставил со станции Силсби?
Она покачала головой:
— Нет. Груз доставили из Лондона в частном крытом фургоне прямо к черному ходу. Когда он прибыл, я как раз находилась в саду.
— С вами больше никто не присутствовал? — задал ей Джастин странный вопрос, причем выражение его лица стало сердитым.
— Из дома сразу же вышел Беверли. Он и расписался в получении груза.
— Вот и хорошо. — Джастин как будто расслабился.
— Должна пожаловаться вам, мистер Пауэлл, — строго добавила Эвелина, — что, когда я приказала отнести ящик в свою комнату, Беверли повел себя почти неприлично.
На самом деле поведение Беверли было из ряда вон выходящим. Он фактически попытался силой отобрать ящик водителя фургона. Уверяя, что прибыло таксодермическое оборудование для мистера Пауэлла, что маловероятно, если только Джастин не предполагает изготовить чучело слона. Ящик был слишком тяжел.
— В вашу комнату? — переспросила миссис Вандервурт.
Джастин снова нахмурил лоб.
— Да, — пояснила Эвелина. — Поскольку вы хотели сделать сюрприз сэру Катберту, я решила, что так будет лучше. А кроме того, Мэри могла бы осмотреть атласный балдахин и, если ткань пострадала в дороге, починить повреждения.
— Хорошо. Но мне придется самой взглянуть на него, — предположила миссис Вандервурт. — Вы мудро поступили, спрятав его от Банни. Он ужасно любопытный.
— Вы настоящее чудо, Эдит, — похвалил миссис Вандервурт пожилой джентльмен. — Как вам удается сохранять спокойствие накануне свадьбы, тем более что ваш секретарь слег с приступом малярии, а ваша камеристка тоже жалуется, что заболела?
Грейс Анджелина Роуз заболела? Когда Эвелина вчера впервые увидела ее, высокую, ширококостную, она показалась ей эталоном здоровья, хотя, возможно, под густым слоем макияжа на ее лице трудно было разглядеть бледность.
— Могу ли я чем-нибудь помочь ей? — спросила Эвелина.
— Вы, как всегда, очень заботливы, леди Эвелина, — отозвалась миссис Вандервурт, — но Грейс Анджелина время от времени страдает мигренями. Отдохнет денек — и все будет в порядке. Однако должна признаться, что отсутствие секретаря доставляет мне беспокойство.
— Кажется, ему стало лучше, — осторожно высказалась Эвелина. — Возможно, через день-другой он сможет вновь приступить к своим обязанностям.
Поскольку Мэри лихорадочно доделывала какую-то отложенную на последнюю минуту работу, а Беверли беспокоился, хорошо ли начищено серебро, Эвелине пришлось в то утро самой навестить Куэйла. Он как раз вышел прогуляться, наверное, чтобы проверить, насколько восстановились силы, но, взглянув на отпечаток головы на его по-ДУшке, она поняла, что он в ближайшее время не сможет вновь приступить к своим обязанностям. Судя по отпечатку, он сильно потел.
— Ему не следует торопиться, — заверила миссис Вандервурт и, словно почувствовав, что много говорить о здоровье одного из слуг несколько вульгарно, сменила тему Разговора.
Синьор Коладарчи начал рассказывать Эвелине о дворцах Рима. Хотя он интересно рассказывал и взирал на нее с явным восхищением, Эвелина все время чувствовала присутствие Джастина, который сидел напротив, даже не делая попытки поддержать разговор с дамами, сидящими слева и справа от него. Прошло еще минут пять, и вдруг Джастин наклонился над столом, глядя прямо на нее, и сказал:
— Эви! Послушайте, Эви!
Она сделала вид, что не слышит. К сожалению, ее сосед за столом услышал его и обратился к ней:
— Кажется, синьор Пауэлл хочет поговорить с вами. Эвелина со вздохом наклонилась над тарелкой с рыбой и, сердито взглянув на Джастина, спросила:
— В чем дело?
— Ну наконец-то отозвались. А то уж я подумал, что вы в своем платье совсем окоченели и не можете двигаться.
Она аж зашипела от возмущения, но он продолжал:
— Забыл сказать вам. Старина Блумфилд скребся в дверь, наверное, хотел, чтобы его накормили. Я ему сказал, что ничего не знаю ни о каком обеде.
— Боже милосердный, Джастин! — в ужасе воскликнула Эвелина. — Почему вы так сказали ему?
— Потому что это правда, — с самым невинным видом ответил Джастин. — Если вы хотите его впустить, то, наверное, найдете его у двери. Он там был не так уж давно.
Гости за столом обменялись удивленными взглядами. Эвелина взяла колокольчик и позвонила. В дверях немедленно материализовался Беверли:
— Что желаете?
— Сходи, пожалуйста, и посмотри, нет ли перед домом мистера Блумфилда… — Заметив улыбочку на его лице, она вскочила на ноги, смущенная и расстроенная. — Нет, не нужно. Я схожу сама.
Она выставила себя на посмешище. Или, вернее, Джастин выставил ее на посмешище. Но с ним она еще разберется. И с Мэри тоже.
Пусть даже француженка руководствовалась самыми лучшими побуждениями, она не должна забивать ей голову абсурдными рассуждениями о ее женственности и интересе к ней Джастина и о том, что стоит ей пальчиком поманить, как он упадет перед ней на колени. Все… пустые мечты!
— Прошу всех извинить меня, — произнесла она и быстро вышла из столовой, шурша тафтой нижних юбок.
Несколько минут спустя Джастин Пауэлл, прикоснувшись рукой ко лбу, заявил, что у него разболелась голова (подмигнув с заговорщическим видом итальянской синьоре, которая, почувствовав, что речь идет о делах сердечных, сочувственно вздохнула), и покинул столовую.
— Сможете ли вы простить меня, Эрнст? Я уверена, что мистер Пауэлл…
— Я знаю все, что сделал мистер Пауэлл. Такие дела не имеют международных границ, дорогая моя, — с улыбкой отвечал Эрнст. Он взял обеими руками ее руку. — В его положении я сделал бы то же самое.
Как объяснить такому милому, наивному человеку, что его подозрения относительно Джастина являются абсолютно необоснованными?
— Послушайте, Эрнст. Вы ошибаетесь. Забывчивость мистера Пауэлла не имеет никакого отношения к его личным чувствам к вам или ко мне.
Эрнст прищелкнул языком, покачав головой:
— Вы честны и думаете, что другие честны тоже. К сожалению, все не так. Мистер Пауэлл не так беспристрастен, как может показаться.
Эвелина даже не пыталась возражать. Наверняка она, прожив целый месяц рядом с Джастином, знала его лучше, чем Эрнст. Чтобы Джастин скрывал какие-то свои склонности? Абсурд! Джастин — открытая книга. Большая открытая книга, которую все окружающее не интересует. Подумать только, он даже не заметил «новый облик» Эвелины!
Но даже Эрнст, кажется, не заметил изменений, происшедших в ее внешности, или если заметил, то счел их не заслуживающими упоминания. Возможно, ему показалось, что она выглядит глупо. А что, если и Джастин так подумал?
— Что вы скажете о моем платье? — с тревогой в голосе спросила она.
Он рассеянно поморгал.
— О… платье?
— Это не мой стиль, не так ли? Выглядит на мне кошмарно. Я в нем похожа на цыпленка в страусовых перьях, ведь так?
Он бросил на нее беспомощный взгляд.
— Страусовых? Цыпленок? Я не понимаю. Ваше платье самое… — Он чуть помедлил, входя в холл. Но договаривать до конца предложение не обязательно. Все и так ясно.
— Неподходящее? — подсказала она.
— Скорее «неожиданное», — определил он и улыбнулся, как ей показалось, ободряющей улыбкой. — Мне больше нравится серое платье. Оно похоже на вас. На вас настоящую.
— На настоящую меня?
— Да, — кивнул он. — Простую. Без прикрас. Честную и трудолюбивую.
Она попыталась улыбнуться в ответ, но, очевидно, улыбка не получилась, потому что на лице Эрнста появилось несчастное выражение.
— Я плохо выразил свою мысль! Извините меня! — воскликнул он. — Я лишь хотел сказать, дорогая леди Эвелина, что с вами легко и просто, что вы не прибегаете ни к каким уловкам и хитростям и не любите излишеств.
— Ошибаетесь. Я люблю излишества, если речь идет об оборочках и воланчиках. Просто мне кажется, что они странно выглядят… на некоторых женщинах.
— Странно? — повторил он, как будто пробуя слово на вкус, и нахмурил лоб, отчаявшись постичь тонкости чужого языка. Эвелина почувствовала, что поставила Эрнста в неловкое положение, и улыбнулась.
— Не имеет значения. Мы говорили всего лишь о платье, ведь так?
— Так! — с облегчением вымолвил Эрнст. — И не тревожьтесь о своем внешнем виде. Вы всегда выглядите так, как надо.
Как надо. Наверное, такое определение все-таки лучше, чем «и так сойдет». Вероятно, он дал ей самую высокую оценку, на которую она может рассчитывать. С каких пор она стала такой падкой на похвалу мужчины? Нет, не похвала любого мужчины ей нужна. А похвала Джастина.
— Ваш доверительный разговор со мной дает мне смелость говорить вам такие вещи, которые обычно джентльмен может высказать леди только после нескольких месяцев общения. По крайней мере в моей стране так принято, ^о здесь все по-другому. Все здесь происходит гораздо быстрее. Мне кажется, что если я упущу момент, то момент пройдет и я буду сожалеть о нем.
Он пристально посмотрел на нее.
Оторвавшись от мыслей о Джастине, Эвелина переключила внимание на Эрнста. Она знала, что дальше последует.
На мгновение прорезавшийся внутренний голос пропищал, что ей следует взять то, что он собирается предложить, потому что порыв основывается на настоящем чувстве, глубоком уважении и искреннем восхищении. А разве не эти качества она всегда хотела видеть в своем будущем муже?
Еще полгода назад она, возможно, прислушалась бы к разумному внутреннему голосу. Всего три месяца назад она сама бы решила, принять или не принять предложение Эрнста. Всего месяц назад она могла бы стать ему хорошей женой. Даже три недели назад…
Но не сегодня.
И ей стало грустно: она поняла, что стала уже не той женщиной, какой была до приезда в монастырь «Северный крест». Однако ее чувства к Джастину и подозрение, чт< они безнадежны, заставляли ее придать большее значение отношениям с Эрнстом.
— Дорогой Эрнст, — обратилась она к нему, — приехав в «Северный крест», я не ожидала встретить здесь человека, который разделяет многие из моих интересов. Человека, с которым я сразу же почувствовала себя спокойно и уютно.
— Абсолютно то же самое испытываю и я! — воскликнул он и хотел сказать что-то еще, но она сжала его руку, заставив замолчать.
— Я счастлива, что, вернувшись в Лондон, буду знать, что наша дружба значила для вас так же много, как и для меня. И я буду с радостью ждать того времени, когда мы сможем возобновить наше знакомство. Возможно, оно произойдет в вашей стране. Я буду рада побывать там. Когда-нибудь. — Она говорила задушевным, но весьма рассудительным тоном.
Он понял. У него покраснели уши. Но он был джентльменом и никогда не стал бы навязывать леди чувства, которые та явно не разделяет.
— Я буду рад показать вам свою страну. Она действительно прекрасна, — наконец удалось вставить ему словечко. — Значит, решено. Когда-нибудь вы посетите нас там.
— Я бы очень хотела, — заключила Эвелина. — А теперь… рыбное блюдо мы, боюсь, пропустили, но можем успеть к главному…
— Нет, благодарю вас. Я только что вспомнил, что в коттедже меня ждут кое-какие неотложные дела. — Эрнст покачал головой. Он был, конечно, джентльменом, но пока еще не мог играть за обеденным столом роль собеседника леди, которой надеялся отвести в своей жизни гораздо большую роль. — Надеюсь, вы пригласите меня отобедать как-нибудь в другой раз.
— Обязательно, — пообещала она.
Он постоял еще мгновение, глядя на нее, потом открыл дверь и оглянулся:
— Увидимся позднее, леди Эвелина.
— Просто Эвелина.
— Хорошо. Но он называет вас Эви, не так ли? — Задав загадочный вопрос, он вышел за порог и тихо закрыл за собой дверь.
Постояв на месте не менее минуты, она побрела в столовую. Не пройдя и полпути, она поняла, что не в силах сейчас предстать перед всеми в роли приятной собеседницы. И не в силах видеть обращенный на нее насмешливый взгляд Джастина.
Поэтому она повернула и направилась в свою комнату.
«Боже милостивый, — думал Джастин, рысцой труся по коридору в направлении комнаты Эви, — пусть там будет чертов балдахин, а не „дьявольская машина Бернарда“. Что за проклятое невезение!»
Он подошел к ее двери, резким движением раскрыл перочинный нож, вставил тонкое лезвие в замочную скважину и сердито нажал на него. Эви, конечно, не скрываясь, приказала втащить ящик к себе в комнату, даже не подозревая, что за ней могут следить весьма заинтересованные люди. Господи! А если человек, который напал на него в библиотеке, подумает, что Эви тоже участвует в этом! Проклятие! Если груз пришел от Бернарда, то он обязан убрать адскую штуковину из ее спальни. А если всего лишь старинный балдахин? В таком случае ему придется позаботиться о том, чтобы о нем узнали все, кто находится в монастыре. Тогда никакому шпиону не придет в голову, что Эви является альтернативной получательницей груза. Джастин готов сделать что угодно, лишь бы никто не пришел к такому ошибочному заключению. Буквально все, что угодно.
Дверь распахнулась, и он проскользнул внутрь. Ящик четырех футов высотой и четырех футов длиной стоял посредине комнаты. Быстро обследовав комнату, Джастин убедился, что в окно никто не влезал и крышку ящика не вскрывал.
Найдя тяжелые ножницы, он вставил их острыми концами под край крышки и нажал. Издав протяжный скрип, крышка сразу же отскочила. Он заглянул внутрь. Внутри находился еще один неказистый ящик меньшего размера, на котором на нескольких языках было написано: ОСТОРОЖНО. Значит, вот она, ДЬЯВОЛЬСКАЯ МАШИНА.
Он помедлил, обдумывая, что делать дальше. Кто бы ни следил за грузом, он знал теперь его местонахождение, приблизительные габариты и вес, а самое главное — в чьих руках он находится. При обычных обстоятельствах — обычных, насколько возможно в шпионских играх, — ему бы и в голову не пришло интересоваться содержимым внутреннего ящика. Одному Богу известно, какой вред мог бы он причинить деликатному механизму, если бы распаковал его. Но за ящиком кто-то охотился. Взвесив варианты, Джастин решил, что единственным разумным шагом было бы осторожно переложить механизм в другой контейнер, имеющий другой размер и другую конфигурацию.
Его задача в том и заключалась, чтобы механизм закончил свое путешествие, попав в руки ученого из ведомства Бернарда. И он выполнит ее. Он упакует механизм заново, переправит его отсюда в какое-нибудь более безопасное место и телеграфирует Бернарду, чтобы тот прислал за ним своих парней. От него требуется лишь обеспечить его безопасность в течение еще нескольких дней. Но надо успеть переложить его в другой контейнер, до того как Эви вернется с обеда.
Просунув ножницы под крышку внутреннего ящика, он решил, что сделает то, что требуется, и исчезнет. Если повезет, то Эви никогда не узнает о роде его занятий. Она всегда будет считать его дилетантом, бесцельно растрачивающим свои силы, которого она перевоспитала, направив его энергию на пользу дела.
Эви была бы в восторге, появись у нее возможность его перевоспитать. При такой мысли на губах его появилась улыбка. Крышка внутреннего ящика начала поддаваться. И тут он услышал, как в спальне открылась дверь. Он бросил ножницы и оглянулся.
Эвелина остановилась в дверном проеме. Блестящие черные кудряшки каскадом падали на обнаженные белые плечи.
— Позвольте полюбопытствовать, — холодно произнесла она, — что вы здесь делаете?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Свадебные колокола - Брокуэй Конни



Милый романчик. Особенно мне понравился тонкий юмор и ирония гг-я с его "самой прекрасной совой, малой" относительно гг-и.
Свадебные колокола - Брокуэй Конникуся
2.11.2012, 13.56





Милый романчик. Особенно мне понравился тонкий юмор и ирония гг-я с его "самой прекрасной совой, малой" относительно гг-и.
Свадебные колокола - Брокуэй Конникуся
2.11.2012, 13.56





суперский аж дух захватывает очень понравился
Свадебные колокола - Брокуэй КонниНАТАЛИЯ
31.05.2014, 6.43





суперский аж дух захватывает очень понравился
Свадебные колокола - Брокуэй КонниНАТАЛИЯ
31.05.2014, 6.43





Захватывающий , прекрасный роман с юмором) Смеялась часто вслух) Все 10 баллов, ГГ просто замечательны
Свадебные колокола - Брокуэй КонниАнна
1.06.2014, 9.18





Потрясающий роман. Веселый, живой и интригующий. Незабываемые ГГ-и. Читайте и не пожалеете.
Свадебные колокола - Брокуэй КонниВалентина
1.06.2014, 18.57





Приемлемо, 9б.
Свадебные колокола - Брокуэй КонниТаня Д
12.07.2014, 0.58





Мило...
Свадебные колокола - Брокуэй КонниМилена
5.07.2015, 7.34





Согласна, роман милый, но не зацепил. Даже шпионы милые и пушистые, ни кого не убили. Страдания же главной героини по своей внешности в 25 лет смешны: это удел прыщавых подростков. Дочитала до конца борясь с желанием бросить, так как воспитана не бросать дело до его конца.
Свадебные колокола - Брокуэй КонниВ.З.,67л.
7.08.2015, 16.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100