Читать онлайн Запрет на любовь Книга 1, автора - Брокман Сюзанна, Раздел - 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Запрет на любовь Книга 1 - Брокман Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.68 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Запрет на любовь Книга 1 - Брокман Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Запрет на любовь Книга 1 - Брокман Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брокман Сюзанна

Запрет на любовь Книга 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

12

Ной снял трубку почти немедленно:
– Да?
– Привет, Ной, – сказал Сэм.
– Черт возьми, Роджер, где ты? – взорвался тот после недолгого молчания. – Что вообще происходит? Я обязан доложить какой-то леди по имени агент Винтере, если услышу, как ты пернешь на соседней улице.
Собственно, именно это Сэму и надо было выяснить.
– Обязательно позвони ей, – кивнул он, – как только мы договорим. Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.
– Так ведь не в первый же раз.
– Поверь мне, таких еще не было.
– Да? Ну, ладно. Клэр на тебя немного злится, а когда она злится на тебя, то злится и на меня. А если меня еще и арестуют за содействие государственному преступнику, то… Скажем так: остаток жизни мне, по все видимости, придется провести в грустном одиночестве.
– Ха! Можно подумать, она от тебя куда-нибудь денется, – засмеялся Сэм. – Она же в тебя влюблена с десятого класса.
– Нет, это я влюблен в нее с десятого класса, – поправил Ной. – А ее тогда интересовало только мое тело.
– Не гони!
– Я серьезно, – настаивал Ной. – Знаешь, как долго мне пришлось уговаривать ее выйти за меня замуж?
Ну ни хрена себе! А Сэм-то всегда считал, что Ной тогда решил поступить благородно: девушка залетела, значит, ничего не поделаешь… Конечно, потом он никогда не жаловался и даже казался счастливым, но…
– А я думал, что она этого хотела. Думал, у тебя просто не было другого выхода, раз уж так карта легла…
– Ничего подобного. Мне пришлось здорово попариться, чтобы эта свадьба состоялась. Она все время твердила что-то типа: «С чего ты взял, что это настоящая любовь? А что будет, если через год или два мы встретим кого-то, кто нам на самом деле предназначен судьбой?»
– Так ведь этого никогда не знаешь наверняка, – перебил его Сэм. – Всегда рискуешь.
– Ну, я-то знал, – возразил Ной. – Я всегда точно знал, что она – та единственная женщина, которая мне нужна. Мне было семнадцать несчастных лет, а я уже знал. – Он негромко засмеялся: – Как ты думаешь, почему дедушка, в конце концов, благословил наш брак? После того как целый месяц кричал, что ни за что не позволит, что мы слишком молоды, что у нас ничего не получится?
Ни за что не позволит!
– А мне дядя Уолт сказал, что согласился потому, что ты принял правильное решение.
– Да, дурень. Правильное, потому что я до одури любил эту девушку! Я тогда объяснил дедушке, что если мы прямо сейчас не поженимся, если родители уговорят ее сделать аборт или отказаться от ребенка, то это потом всегда будет стоять между нами. И я ее потеряю, потому что всегда буду напоминать ей о том, что она сделала. Господи, Ринго, да я только о том и мечтал, чтобы она вышла за меня. Я всегда хотел быть с ней. Я сказал дедушке, что ради этого готов отказаться от всего: уйти из школы, найти любую, самую грязную работу – только для того, чтобы содержать Клэр и ребенка. Я знал, что это будет непросто – вечерняя школа или диплом экстерном… Я всегда хотел учиться, но гораздо больше я хотел прожить всю свою жизнь вместе с Клэр.
– Вот дерьмо, – пробормотал Сэм. – А я-то думал… – Он думал, что Ной сделал то, что был должен, а не то, что хотел.
Ной засмеялся:
– И когда дедушка меня выслушал, он, наверное, понял, что все очень серьезно. Я до сих пор помню, что он мне тогда сказал… Что-то вроде: «Я не имею никакого права говорить тебе, что ты слишком молод и что у вас ничего не получится». Он еще сказал, что настоящая любовь побеждает все препятствия. И что меня даже не было бы на свете, если бы он прислушался к здравому смыслу тогда, когда бабушка уговаривала его жениться на себе. Тогда весь мир был против них. Черный мужчина и белая женщина! У них не может ничего получиться! И что? Пятьдесят лет вместе!
– Вот дерьмо, – задумчиво повторил Сэм. А ведь он женился на Мэри-Лу только потому, что думал…
– Послушай, друг, мы тут болтаем, а ведь надо что-то делать. Этот агент из ФБР был настроен очень серьезно. Они, похоже, твердо решили тебя разыскать. Может, тебе стоит сдаться, пока не поздно? Я пойду с тобой, если хочешь. Я найду тебе адвоката, я… Я не знаю. Я, черт возьми, все сделаю, только скажи мне, что! Чем я могу помочь?
– Я хочу попросить тебя об одном одолжении, – сказал Сэм, решив, что подумает об Уолте и о том, что только что узнал, позже. – Об очень большой услуге. Тебя и Клэр.
– Да, – быстро сказал Ной, – мы это сделаем.
Сэм рассмеялся:
– Ты что там, пьешь? Ты ведь даже не знаешь, о чем я…
– Нет, не пью. Я выпил банку пива, когда пришел домой, и я знаю, что ты хочешь попросить о Хейли. Верно? Если и тебя, и Мэри-Лу арестуют, мы о ней позаботимся, Роджер. И тебе даже не надо об этом просить.
Сэму пришлось помолчать несколько секунд, прежде чем заговорить снова.
– Спасибо, – тихо сказал он. – Стоит мне подумать, что она окажется в приюте, и…
– Ну, все, – прервал его Ной, – замолчи. Мы с Клэр уже ее любим и очень хотим с ней познакомиться. Мы это обсудили – то, что ей, возможно, придется какое-то время пожить у нас. И, знаешь, я очень надеюсь, что это будет недолго.
– Да, – пробормотал Сэм; – я тоже. – А если и нет, то кто лучше всех сможет воспитать его дочь? – Эй, Ной?
– Что?
– Пошел ты… – Именно таким образом они, начиная с девятого класса, выражали те эмоции, которые не могли выразить более традиционным способом.
Вот только школа осталась далеко позади. Впрочем, Ной всегда был решительнее его:
– Я тоже люблю тебя, Ринго. Будь поосторожнее, пожалуйста.
Сэм слышал эти слова много раз. Уолт часто говорил их ему. Почти каждый день, когда Ринго уходил от них.
– Спасибо, Ной. Не забудь позвонить в ФБР и рассказать им все, о чем мы говорили. Мне нечего от них скрывать.
– Кроме того, где ты сейчас находишься, – напомнил Ной.
– Ну да, – согласился Сэм, перед тем как повесить трубку, – так ведь я и тебе этого не сказал.


Что язык Джины Виталиано делает у него во рту?
Макс понимал, что должен немедленно сделать шаг назад. Девушка была пристегнута к сиденью ремнем безопасности, и отстраниться от нее не составит труда.
Он понимал, что ни в коем случае не должен отвечать на этот поцелуй.
А еще он ни в коем случае не должен был приезжать в Тампу.
И как быть теперь? Она такая горячая и мягкая, и сладкая, и голова кружится, как на центрифуге, и ее пальцы везде – в его волосах, на шее, на лице, и он, черт возьми, делает именно то, чего ни в коем случае не должен делать! Он не просто позволяет Джине целовать себя – он все-таки против воли, но отвечает на ее поцелуй. Господи, но до чего же долго он мечтал об этом!
А сейчас пора остановиться.
Он просто разомкнет руки и…
Но на губах Макс ощущал соленый привкус ее слез и, хотя именно поэтому должен был отойти и дать ей успокоиться, он, эгоистичный извращенец, только сильнее заводился, понимая, что она плачет от радости, потому что видит его.
Значит, Джина все еще считает, что он ей нужен. Они больше года не говорили по телефону, еще дольше не виделись, и все-таки ничего не изменилось.
Означает ли это, что ей до сих пор снятся кошмары? Что она вздрагивает, когда к ней приближаются незнакомцы? Что иногда ее взгляд становится отсутствующим и устремляется куда-то в пустоту, за тысячу миль отсюда, как бывает иногда у ветеранов, переживших страшную войну?
Макс намеренно исчез из ее жизни, давая ей возможность забыть и вылечиться.
Только разве он исчез? Вот он – здесь, в Тампе. И его язык исследует рот Джины. И он опять ломает ее жизнь, которую не доломали террористы.
Он сам стал эмоциональным террористом.
Макс вырвался из рук девушки и сделал шаг назад.
Джина тяжело дышала, смотрела на него широко открытыми глазами, и ее взгляд сулил ему рай на земле. Наверное, если бы они находились не на забитой машинами дороге в самом центре Тампы, она бы уже успела скинуть с себя всю одежду. Интересно, смог бы он тогда оторваться от нее?
Она уже открыла рот, чтобы сказать что-то, но Макс остановил ее. Он точно не хотел этого слышать.
– Нам нельзя было этого делать, – произнес он, и его собственный голос даже ему показался слишком суровым.
У нее было такое выразительное лицо, такие большие глаза и подвижный рот, и он читал ее мысли легко, как книгу. Удивление. Веселое недоверие. Он ведь шутит, да?
– Я не должен был позволять тебе целовать себя, Джина, – уточнил Макс.
Она засмеялась. Потом резко замолчала.
– Но…
Теперь на смену удивлению пришло смятение и обида. А чего он, черт возьми, ожидал? Он ведь намеренно выбрал такую формулировку, чтобы вся ответственность за случившееся легла на ее плечи.
– Это был лишь случайный всплеск эмоций, – объяснил он, ненавидя себя при этом. – Ничего серьезного.
Обида моментально сменилась гневом, и ее невероятные глаза сверкнули:
– Ты меня так целовал, и говоришь теперь «ничего серьезного»? – Она засмеялась: – Повтори-ка это еще раз, Макс, потому что, по-моему, ты даже себя не убедил.
– Прости, – сказал он, изо всех сил стараясь говорить бесстрастно, – но это не правда…
– Да в этом поцелуе было больше правды, – прервала его Джина, и ее голос задрожал, – чем во всех наших прошлых разговорах!
– Я могу быть тебе только другом, – устало сказал Макс. Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, и на всякий случай сделал еще один шаг назад, заметив мимоходом, что дождь почти кончился. – И я уже говорил тебе об этом, совершенно недвусмысленно.
– Да, – нахмурилась Джина, – ты чудесный друг. Ты никогда меня не навещаешь, никогда не звонишь и даже не пишешь. Знаешь, я уж думала, не взять ли мне кого-нибудь в заложники ради того, чтобы поговорить с тобой. Но ты ведь наверняка прислал бы на переговоры кого-то другого.
Макс ничего не ответил. Он знал, что иногда полезнее промолчать.
Неподалеку остановились несколько полицейских машин, и офицер в форме уже приближался к ним.
– Она в порядке? – спросил он у Макса.
– Кажется, да, – ответил тот и предъявил свое удостоверение. – Я все-таки хочу, чтобы ее отвезли в больницу для тщательного обследования.
Коп кивнул и вытянулся, осознав, кто стоит перед ним.
– Слушаюсь, сэр. Скорая помощь уже едет, сэр.
– Мне не нужна никакая больница, – заявила Джина, отстегивая ремень и выбираясь наружу. Боже милостивый, она проткнула себе пупок и вставила в него колечко! – Со мной все в порядке.
С остальными водителями, похоже, тоже не случилось ничего страшного. Спасибо воздушным подушкам и пристрастию жителей этого штата к автомобилям, по размерам приближающимся к авианосцам; Маленький старичок в «Линкольне» 1975 года, казалось, был больше озабочен сохранностью продуктов, погруженных на заднее сиденье, чем недавней опасностью.
– Принцесса Грейс говорила то же самое, – строго заметил Макс.
– Кто?
Господи, до чего же она молода!
– Грейс, принцесса Монако, – объяснил он. – Грейс Келли. Она умерла еще до твоего рождения, поэтому, наверное, ты не…
– Актриса из «Окна во двор»? – перебила его Джина. – Которая умерла от внутренних повреждений в результате аварии в восемьдесят втором году? Если бы ты сразу сказал «Грейс Келли», я бы поняла о ком ты. Знаешь, если я родилась в восьмидесятом, это еще не значит, что я идиотка, Макс.
Зато это значит, что он вполне годится ей в отцы. В восьмидесятом он заканчивал – на два года раньше своих сверстников – дипломную работу в Принстоне. Ему было двадцать, и люди из ФБР уже обхаживали его, а он торговался, мечтая пройти курс в легендарной школе «Индок» ВВС, которую иначе называли «Школой суперменов», и при этом не загреметь на четыре года в армию.
Макс заранее все распланировал: сначала он проходит курсы парашютистов-спасателей, славившиеся необыкновенно высокими требованиями к физической подготовке, и только потом поступает в Академию ФБР «Куантико», в которой приоритетом являлись тренированные мозги.
Однако в ФБР ему объяснили, что пройти такой курс, не поступив на армейскую службу, невозможно, и, вежливо поблагодарив их за зря потраченное время, Макс поступил в Нью-Йоркский университет на курс к профессору Глену Нельсону, который сам когда-то был ведущим переговорщиком ФБР и оставался ближайшим другом тогдашнего главы Бюро.
С помощью Нельсона невозможное очень скоро стало возможным, и через полтора года, когда Джина только училась ходить, Макс уже заканчивал «Индок», успев заработать себе репутацию «упрямого сукина сына» и право носить значок в виде большой буквы «S» на груди.
А Джину как раз начали приучать ходить на горшок.
К тому времени, как она пошла в школу, Максу оставалось уже совсем немного до его нынешнего поста главы контртеррористического отдела ФБР.
– Ну и как же ты здесь оказался? – спросила Джина. – Нет, не говори, я сама догадаюсь: ты просто прогуливался под дождем и, несмотря на нулевую видимость, случайно заметил меня в машине, так?
Бесполезно скрывать от нее, все равно она рано или поздно догадается.
– Я приехал в Тампу совсем по другому делу, – объяснил Макс. По крайней мере, это была почти правда. – Я знал, что ты здесь, потому что… Потому что я все обо всех знаю. И я просто решил… проверить, как ты.
Джина молча смотрела на него.
Макс откашлялся:
– Наверное, мне надо отогнать машину. – Его машина с распахнутой дверью все еще стояла там, где он ее оставил – прямо посредине дороги, недалеко от автомобиля Джины.
Джина перевела глаза с нее на Макса, а потом на свою помятую машину, и, кажется, истина наконец то дошла до нее.
– Так ты следил… Ты шпионил за мной, – ее голос звенел от негодования, – и даже не собирался подойти и заговорить?
Мда, нехорошо.
– Послушай, Джина, ведь ты мне не безразлична. Я понимаю, что эти несколько лет были очень непростыми…
– А тебе никогда не приходило в голову, что ты мне тоже «не безразличен»? – запальчиво крикнула она. – Ты ни разу не подумал, что я тоже не прочь «проверить, как ты»?
– Но меня незачем проверять. Ведь не меня же четыре дня продержали в заложниках террористы. Не я подвергся… – …групповому изнасилованию. Макс чуть было не произнес это вслух. Господи! Что он делает? Ведь он сам до сих пор иногда просыпается в холодном поту, потому что ему снятся ее крики и то, как он сам сидит в чертовом аэропорту Казабек, превращенном в Центр руководства операцией, наблюдает за тем, как ее насилуют эти подонки, и ничем, ничем не может ей помочь.
– Эй, Макс, – окликнула его Джина. – Ты говоришь так, будто до сих пор не сумел избавиться от симптома бессильного гнева.
Максу приходилось встречаться с доктором Элизабет Данновиц, психотерапевтом Джины, и он понял, что девушка ее передразнивает.
Но ответил он совершенно серьезно:
– Да, не сумел.
После этого Джина замолчала и продолжала молчать, пока подошедший полицейский проверял ее документы, пока заполнялась форма протокола, пока врачи измеряли ей давление, пока она забирала из машины вещи, а Макс договаривался с местной полицией, чтобы те отвезли ее сначала в больницу для тщательного обследования, а оттуда – в отель.
А потом все кончилось. Джина, все еще погруженная в себя, попрощалась, не поднимая на него глаз, и машина скорой помощи увезла ее прочь, а Макс стоял на тротуаре и смотрел ей вслед.
А когда он, наконец, забрался в свою собственную машину и повернул на юг, к Сарасоте, на небе уже опять вовсю сияло солнце и не было ни одной тучи.
Его друг Том Паолетти назвал бы подобный день, начавшийся с бегства Сэма Старретта от Алиссы Локке и завершившийся отрешенным, потухшим взглядом Джины Виталиано, «глубокой задницей». А ведь был еще поцелуй; и ее язык у него во рту.
Глубокая задница.
И ведь день еще даже не кончился.


Миссис Даунс вручила Мэри-Лу огромную связку ключей.
– Я не уверена, что вы готовы к такой ответственности, Констанс, – с явным неодобрением сказала она, села в ожидающее ее такси и уехала.
Мэри-Лу тоже была не уверена.
Дом казался огромным. И, как ни странно, зайдя внутрь и закрыв за собой тяжелую дверь, она не почувствовала никакой радости.
Когда Король Фрэнк объявил, что она останется в доме совсем одна, Мэри-Лу была вне себя от счастья. Она решила, что притворится, будто это ее дом. Что она кинозвезда или супермодель.
А сейчас выложенный мрамором холл казался ей холодным и неприветливым.
Даже удивительно, как много, оказывается, значило для нее присутствие в доме Короля Фрэнка. В те часы, когда он возился со своей коллекцией и чистил многочисленные ружья и револьверы, Мэри-Лу чувствовала себя в полной безопасности.
Она убедилась, что дверь надежно заперта, и поспешила вернуться в то крыло дома, где находилась ее спальня, детская и комнаты Уитни.
Хейли и Аманда еще спали, поэтому Мэри-Лу сразу же прошла к себе, положила ключи на стол и сняла трубку телефона.
– А тебе известно, что все звонки из дома записываются? – спросила Уитни, неожиданно появившаяся из спальни Мэри-Лу.
Бесполезно было объяснять этой девчонке, что нехорошо копаться в чужих вещах.
Мэри-Лу вздохнула:
– Уитни, я же только вчера просила тебя не заходить без спроса в мою спальню.
– Я только положила на место то, что вчера одолжила.
Вернее сказать, стащила. Ладно. Все-таки между девушками возникло некое подобие дружбы, и это хорошо.
– Спасибо, – кивнула Мэри-Лу.
– Если ты хочешь куда-нибудь позвонить так, чтобы папа об этом не узнал, то надо звонить из города, из телефона-автомата. Я всегда так делаю.
Мэри-Лу набрала номер.
– Я звоню охране у ворот.
Трубку снял младший из охранников:
– Поттер слушает.
– Привет, это Конни. Знаете, я немного нервничаю из-за того, что мистер Терлингтон и миссис Дауне уехали. Пожалуйста, не пускайте никого за ворота, не предупредив нас.
– Хорошо, мэм.
– И передайте другим охранникам, ладно?
– Хорошо, мэм.
– Спасибо. – Мэри-Лу повесила трубку и сразу же почувствовала себя лучше. Ворота надежно охраняются, а, кроме того, никто на свете не знает, где ее искать.
– Это был Джим Поттер? – поинтересовалась Уитни. – Который все время твердит: «хорошо, мэм», «хорошо, мэм»?
– Именно, – улыбнулась Мэри-Лу.
– Он дебил. – Уитни уселась на диван. – Но честный дебил. Я однажды пыталась проскользнуть через ворота ночью, когда все спали, и он меня поймал. Я пообещала ему минет, если он не выдаст меня папе, а он – представляешь? – отказался.
Боже милостивый!
– Ты бы лучше рассказала ему о своем муже, – посоветовала Уитни. – Опиши ему внешность Сэма. Может, хоть тогда перестанешь бояться.
Мэри-Лу твердо знала, что не перестанет.


Сэм сидел на крыше уродливого многоквартирного дома «Райский сад» и наблюдал за входом в мотель «Сансет», расположенный напротив.
На мотель его вывела Алисса. Она, очевидно, знала, что он станет за ней следить, и долго петляла, пытаясь сбросить его с хвоста, но Сэм знал все ее уловки на ход вперед. И вычислил тот момент, когда она, видимо, решила, что отвязалась от него. Потому что после этого она сразу же направилась в мотель.
А приехав сюда, зашла внутрь и долго не выходила.
Достаточно долго для того, чтобы задать массу вопросов.
Судя по всему, ФБР разжилось информацией о том, что именно в «Сансет» Мэри-Лу и Хейли провели ночь, после того как убедились, что ближайший автобус в Гейнсвилл уходит только в девять сорок пять утра в воскресенье.
Конечно, Сэм и сам довольно скоро докопался бы до этого. Он просто стал бы проверять все местные мотели, начав с ближайшего к вокзалу.
А ближайшим был как раз «Сансет».
Вероятно, и Алисса понимала, что он рано или поздно здесь появится.
Именно поэтому агент ФБР Джордж Фолкнер, которого Сэм пару раз видел в отделе, прятался сейчас за занавеской в комнате 12А и следил за входом в мотель.
Со своего наблюдательного пункта на крыше Сэм отлично видел, как он подъехал, запарковал машину и зашел внутрь, таща за собой явно пустой чемодан.
Несмотря на попытку изменить внешность – парик и дешевый костюм – Сэм моментально срисовал его.
С такой же легкостью он рассекретил и двух других агентов, которых видел впервые в жизни: два парня, приехавшие на видавшем виды грузовике, делали вид, что что-то ремонтируют в крошечном бассейне, примыкающем к парковке.
После недолгого наблюдения он также выяснил, что сама Алисса выбрала себе позицию у заднего входа, рядом с мусорным баком и дверью, ведущей в прачечную.
Сэм так и не понял, где прячется Джулз Кэссиди, и почувствовал к парню невольное уважение. Хотя из-за этого ему и приходилось все время оглядываться и быть начеку.
Позиция, выбранная Алиссой, была бы неплоха, если бы она выслеживала обычного законопослушного гражданина. Но раз уж она начала охоту на «морского котика», могла бы придумать что-нибудь получше.
Сэм спустился с крыши и вышел из здания через заднюю дверь. Он легко мог бы выйти и через переднюю. Даже оказавшись с ним лицом к лицу, Алисса вряд ли узнала бы его сейчас.
Но зачем рисковать? Особенно если Джулз отирается где-то поблизости.
Он сел в машину и выехал на шоссе. За ближайшим поворотом Сэм еще прежде заметил «Пиццу-хат» и рядом с ней – телефонную будку. Порывшись в кармане, он отыскал карточку, которую приобрел в универмаге сегодня утром, когда делал покупки. Если пользоваться ею, то номер не высвечивается на экране вызываемого телефона.
Он набрал нужный код, состоящий не менее чем из тысячи знаков, а потом номер мотеля. К счастью, телефон был указан на вывеске, украшающей фасад, и Сэму не пришлось еще раз нажимать тысячу клавиш, чтобы дозвониться до справочной.
Трубку сняли после третьего гудка, и невнятный голос что-то прокаркал Сэму в ухо. Он с трудом разобрал слова «мотель» и «Сансет».
Довольно удачно имитируя высокий тембр старшины Марка Дженкинса из шестнадцатого отряда, Сэм представился торговым агентом компании, поставляющей туалетную бумагу, и без труда выяснил, что управляющего зовут Милтон Фрэзер.
Повесив трубку, он вернулся в машину и опять выехал на шоссе.
На этот раз Сэм остановился у какого-то кафетерия и повторил всю процедуру с телефоном и карточкой.
Трубку сняла та же женщина с плохой дикцией. Неужели трудно посадить за стойку кого-то, кто умеет хотя бы внятно говорить?
– Могу я поговорить с Милтом Фрэзером?
– Кто его спрашивает?
– Билл Хоровиц из ФБР.
– Минуту.
Управляющий ответил ровно через семь секунд:
– Фрэзер слушает.
– Привет, Милт. Это Билл Хоровиц, помощник Алиссы Локке. Вообще-то мне нужна Алисса. Она еще у вас?
– Нет, ее здесь нет.
– Жаль. А вы не могли бы мне помочь? Мне надо срочно сдавать отчет – вы же понимаете, как это важно! – а у нее почерк… Ну, в общем, она конечно агент, а не писатель. Я никак не могу прочитать, кто сидел на регистрации утром двадцать пятого мая. То ли Фрэнк Джексон, то ли Джонсон, то ли Джефферсон…
– Бет Вейсс.
– Вот даже как! – удивился Сэм, записывая имя у себя на ладони. – Да уж, я даже близко не попал. Вейсс через два «с»?
– Да, сэр.
– Наверное, Алисса пыталась написать «Элизабет» или…
– Насколько мне известно, она просто Бет.
– Спасибо. А еще ее домашний адрес… минуточку… Нет, не буду даже пытаться прочитать.
– Подождите, сейчас посмотрю, – отозвался Фрэзер и замолчал ненадолго. – Вот он, пишите: Роуз-Драйв, дом сорок три. Это здесь, в Гейнсвилле.
– Номер телефона: 352…
Фрэзер послушно продиктовал ему остальные цифры, и Сэм записал их на ладони.
– Большое вам спасибо, – вежливо сказал он. – И, знаете, Милт, не могли бы вы оказать мне еще одну услугу? Не говорите ничего Алиссе, когда она вернется. Пусть себе думает, что я сумел разобрать ее почерк. Когда женщину делают начальником… Ну, вы меня понимаете…
– Вполне, – засмеялся Фрэзер.
– Еще раз спасибо. – Сэм повесил трубку и вернулся в машину.
Он проехал по шоссе пару километров и опять свернул, на этот раз – на заправку.
Все повторилось: телефон, карточка, тысяча цифр, мотель «Сансет», девица с камешками во рту.
Сэм включил свой техасский акцент:
– Это Бет Вейсс?
– Нет, сэр.
– Она будет позже?
– Нет, сэр.
Разговорчивая барышня.
– Я должен доставить ей букет. А завтра она будет на месте?
– Кто это решил прислать Бет букет? – Девице с камешками новость явно не понравилась.
– Не знаю, я из службы доставки. Так она будет завтра?
– Ее смена с восьми до двух.
– Спасибо, мэм.
– Если она, конечно, вернется из Орландо. – Этого только не хватало! – Знаете, можете оставить цветы здесь, мы ей завтра передадим.
Ага, после того, как прочитаешь записку, любопытная сучка.
– Вот черт, – пожаловался Сэм. – А ведь в квитанции что-то было про Орландо. Может, цветы туда и надо было доставить? А у вас нет ее адреса?
– Понятия не имею, где она там останавливается. Мы просто работаем вместе, но я ее не очень хорошо знаю.
– Ну ладно, раз она действительно уехала в Орландо, я, пожалуй, отложу доставку. Какой толк приносить цветы, если она явится через неделю.
– Нет-нет, я уверена, что она завтра вернется, – мисс с камешками вдруг стала разговорчивой. Похоже, ей очень хотелось выяснить, кто прислал Бет цветы. – Управляющий только что проверял расписание, и я слышала, как он сказал, что она завтра дежурит.
– Спасибо за помощь. – Сэм уже узнал все, что хотел. – Может, я воспользуюсь вашим предложением и правда завезу букет, если буду сегодня поблизости. Всего хорошего.
Он вернулся на шоссе и поехал обратно в Гейнсвилл.
Самое время заглянуть в гости к мисс Бет Вейсс на Роуз-Драйв.
Если ее действительно нет в городе, то у Сэма появляется шанс – правда, довольно призрачный – первым получить доступ к информации о Мэри-Лу и Хейли, которой она, возможно, располагает.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Запрет на любовь Книга 1 - Брокман Сюзанна

Разделы:
Пролог1234567891011121314

Ваши комментарии
к роману Запрет на любовь Книга 1 - Брокман Сюзанна



Замечательный роман,любовно-детективно-криминальный.Сильные мужчины,милые женщины,любовь,дружба,верность долгу на фоне патриотизма.10.
Запрет на любовь Книга 1 - Брокман СюзаннаГандира
7.09.2013, 19.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100