Читать онлайн Застенчивая Энн, автора - Бриттен Белинда, Раздел - ГЛАВА ВОСЬМАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Застенчивая Энн - Бриттен Белинда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Застенчивая Энн - Бриттен Белинда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Застенчивая Энн - Бриттен Белинда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бриттен Белинда

Застенчивая Энн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В девять часов утра Энн по-прежнему валялась в постели, размышляя о происшедшем вчера. Она не знала, как теперь себя вести с этим человеком, и решила делать вид, будто ничего особенного не случилось. Она и так рисковала слишком сильно к нему привязаться! Нельзя отдавать себя целиком тому, кто самодостаточен и ни в ком не нуждается. Пусть он овладел ее телом, но душа Энн осталась свободной и независимой, и она это докажет!
Доминик, проведший ночь на диване в гостиной, проснулся куда раньше. Он с самого рассвета лежал и размышлял о чуде, случившемся этой ночью. Та, которую он принимал сначала за продажную женщину, потом – за любовницу Ладюри, оказалась невинной девушкой, чистой как лилия, но при этом страстной и пламенной. И невинность красавицы стала подарком ему, Доминику, – человеку, который скорее всего был недостоин такого дара.
Ему рисовались прекрасные картины их совместного будущего: они с Энн теперь всегда будут вместе, и ничто не сможет их разлучить... В подобных мечтаниях он провел несколько часов. Потом натянул брюки и рубашку, что принесли накануне, и позвонил в офис, узнать новости. Но свежей информации не поступало. Через некоторое время из прежних апартаментов прибыли вещи Энн в сопровождении подноса с завтраком.
Тогда Доминик не выдержал и постучал в дверь спальни.
– Твоя одежда готова. И завтрак принесли.
Дверь чуть-чуть приоткрылась, и он просунул туда легкие брючки до колен и бежевую блузку.
– Буду через минуту, – сказала Энн. Прошло всего секунды две, и она вылетела из комнаты, залпом выпила чашку кофе, съела банан. На ходу упаковала наряды в сумку и проверила, не забыла ли чего.
– Ты идешь или нет? – спросила Энн, выходя в коридор. – Сегодня едем в Мори. Там чинят древнюю мостовую – могут получиться интересные кадры.
Сжав зубы, Доминик пошел за ней. Работать с этой девицей было непросто. Она вела себя так, будто совмещала фотографа и модель в одном лице, а ему отводила роль автомата по нажиманию кнопки на фотоаппарате. Более того – делала вид, будто вчера ничего необычного не произошло. Доминик был ее первым мужчиной – он мог в этом поклясться! – а Энн словно давала понять, что их сказочная ночь любви значила для нее совсем немного. Неужели она принадлежит к тем женщинам, для которых любовь – это всего-навсего приятный способ времяпрепровождения, а главное в жизни карьера и независимость?
Доминик в своей мужской самонадеянности думал, что первый раз для девушки – это нечто волшебное и незабываемое, а сам он теперь станет для Энн сказочным принцем... Не тут-то было! Первое, о чем она заговорила с утра, были съемки. Энн немедленно начала давать Доминику указания, как будто лучше него знала, что и как нужно фотографировать!
Поездка заняла немногим больше получаса. Все это время Энн весело щебетала о ракурсах и освещении, а Доминик с завидной регулярностью выжимал из себя «да» или «нет». Пару раз на крутых поворотах машину заносило, и его спутница случайно прижималась к его плечу. У Доминика тут же прерывало дыхание, когда каштановые волосы, пахнущие медом и жимолостью, щекотали ему лицо, а тонкая рука вцеплялась в колено или предплечье.
Наконец впереди, на невысоком зеленом холме, показались каменные дома Мори. По узким петляющим улочкам фургон докатил до старинной церкви, возле которой группа рабочих чинила булыжную мостовую. Солнце стояло довольно высоко, и уже начало припекать, так что многие рабочие сняли рубашки. Доминика передернуло от мысли, что придется снимать Энн рядом с подобными грудами мускулов.
Пока он доставал сумку с аппаратурой, Энн подошла к одному из рабочих и принялась оживленно с ним беседовать. Затем помахала перед его лицом какой-то бумагой и очаровательно улыбнулась. Тот кивнул, хотя и несколько растерянно.
– А это мой фотограф, Доминик Бертье, – продолжала она, поманив напарника к себе. – Надеюсь, ваши ребята не очень расстроятся, если обед у них настанет на пару часов раньше, чем обычно.
Конечно же бригадир, а за ним и все остальные согласились. Не столько из-за обещанных денег, сколько ради самой Энн. Какой нормальный мужчина устоит, если ему предлагают сфотографироваться, да еще в разных ракурсах, с такой женщиной? Она выглядела потрясающе даже в бриджах и простой рубашке, что же говорить о платьях, которые специально подчеркивали волнующие изгибы ее нежного тела?!
Она была права, считая, что справится с любым мужчиной. И дело тут было не в силе характера, не в умении водить машину. Эта девица знала, как дать мужчине почувствовать свою важность, ощутить ответственность. От одной ее улыбки хотелось свернуть горы, не говоря уж о такой мелочи, как пара снимков.
Пока Доминик устанавливал штатив, настраивал фотоаппарат, Энн с помощью рабочих поставила свою кабинку и начала готовиться к очередной фотосессии. Она переоделась в длинное платье с воланами из легкого хлопка в мелкий цветочек, ловко наложила макияж, поправила прическу – и все! Затем опытным глазом фотограф выбрал удачный пейзаж, прикинул освещение, велел убрать кое-какой мусор и махнул рукой к началу работы.
Новонабранные «модели» выстроились в очередь, оживленно обсуждая, каким боком кому лучше стать, улыбаться или хмуриться, демонстрировать бицепс или трицепс. Энн выбирала партнера, быстро объясняла ему легенду о простом рабочем парне и прекрасной принцессе, и они начинали позировать. Доминик в который раз восхитился, какой разной она бывает и как умеет расположить к себе людей, настроить их на нужную волну и дать каждому почувствовать собственную значимость. Он сам увлекся работой. На какой-то момент даже забыл, кого именно снимает. Просто красивую композицию: очаровательная девушка, сильный, грубоватый мужчина...
– А теперь пусть возьмет тебя на руки! – в творческом пылу предложил он и тут же пожалел об этом. Потому что здоровяк рабочий без лишних раздумий подхватил Энн и с гордым видом поднял над головой.
Изящное тело изогнулось аркой, ветерок всколыхнул легкую ткань юбки и обнажил длинные стройные ноги, лицо красавицы вспыхнуло от смущения... и удовольствия. Доминик уже видел, какой удачный получится снимок, но с радостью пожертвовал бы им, чтобы не видеть Энн в объятиях другого. Тем более на глазах у стольких зрителей. Пока на невидимом фронте влюбленный мужчина побеждал профессионала.
Объявили перерыв. Модель пошла переодеваться в другой наряд, Доминик менял пленку, подбирал и оформлял следующий фон. Он не замечал, что рабочие кивают в его сторону и тихонько между собой переговариваются. Скоро последние в очереди стали исчезать.
Энн вернулась и подошла к бригадиру, который стоял чуть в стороне. Очевидно, ей пришло в голову сделать несколько снимков с этим уже довольно пожилым, но стройным и подтянутым человеком. Однако идея Энн никакого восторга у него не вызвала.
– Да что вы, мадемуазель. Я уже стар и не гожусь для журналов. Разве только для рекламы средств от облысения, – рассмеялся он, похлопав себя по намечающейся плеши.
– Ну, Сильв, ну пожалуйста. Вы очень фотогеничны. После этих кадров у вашего крыльца будут толпиться молоденькие девочки, выпрашивая автограф или поцелуй. – Энн так и увивалась вокруг рабочего, которому явно льстило внимание модели.
– Вот спасибо! Мне этого добра достаточно! Шестерых детей уже наплодил, куда уж больше. А от красоток наутро все тело ломит...
Но Энн сдаваться не собиралась. Она подошла совсем близко к Сильву и громко прошептала ему на ухо:
– Обожаю зрелых мужчин! Особенно с горячей романской кровью в жилах!
Бригадир наконец растаял под лучами ее обаяния, а Доминик, напротив, ощущал неприятный холодок. Вот у Сильва кровь горячая, а про выходца с промозглых Британских островов так не скажешь. Мужчина с горячей кровью не позволил бы Энн Лесли ускользнуть. И не стал бы мучиться, видя ее с другими. Что, черт подери, с ним происходит?!
– Зачем вам эти картинки, ма шери? – спросил Сильв, приобнимая ее за талию. – На продажу?
– Да, мы продаем их. Стараемся показать, что и пожилые люди кое на что способны.
Вот этот точно способен на многое! Доминик потратил целую пленку и заснял историю поздней любви пожилого мужчины и юной девушки.
Энн дала Сильву свою визитную карточку с номером телефона и хотела позвать следующего партнера, но вокруг никого не оказалось. Пока они трудились над последним сюжетом, рабочие попрятались.
Модель нахмурилась и огляделась. Где-то за грудой мусора мелькнула форменная оранжевая жилетка ремонтника.
– Куда все пропали?
Сильв кивнул в сторону Доминика.
– Они думают, он из полиции. Маскируется под фотографа. Некоторые ребята, ну... приехали из Алжира. У них не все в порядке с документами. А дома остались семьи, которые целиком зависят от здешних заработков. Если их поймают, то отправят обратно.
Энн всплеснула руками.
– Ерунда какая! Да и вообще, кем бы он ни был, он на меня работает, а не нелегалов выискивает.
Сильв грустно улыбнулся.
– Они никому не доверяют. А что я? Я слишком стар, чтобы беспокоиться о таких пустяках. Когда вернусь домой и скажу жене, что обнимался с молоденькой девушкой для журнала мод, она помрет со смеху!
– Спасибо, Сильв. – И Энн действительно обняла его. – Не потеряй мою карточку. Я написала на ней адрес отеля в Перпиньяне, где живу. Скажи своим ребятам, пусть не боятся ни меня, ни моего фотографа. А жене передай, что я сделаю тебя знаменитым.
– Лучше бы богатым.
– И это тоже.
Поняв, что съемку придется закончить, Энн решительно направилась к кабинке и, не взглянув на Доминика, стала собираться. От огорчения она даже не переоделась – так была зла на фотографа, пусть и невольно, но помешавшего работе. Пока он убирал оборудование, Энн не разжимала губ и, только когда Доминик уселся за руль, резко произнесла:
– Послушай, герой, тебе придется сменить рубашку, форменные ботинки и спороть с куртки нашивки. Будь добр, выгляди как обычный фотограф, а не как полицейский, хотя бы пока снимаешь. Иначе я найду кого-нибудь другого. Что тебе больше нравится?
– Мне нравится, – рявкнул он, резко нажимая на газ и выворачивая руль, – когда ты не приказываешь, как сержант, а говоришь нормально!
Она медленно обернулась.
– Извини. А о чем ты хотел поговорить... нормально?
– Для начала о прошлой ночи.
– Ну нет. Я уже думала об этом. Сейчас мы с тобой на работе, делаем фоторяд для новой коллекции одежды. Больше никаких шуток и игр.
– Как скажешь. А я-то думал, для тебя это должно быть важно! – прорычал он. Обычно после первой в жизни ночи любви девушки только и делают, что говорят о ней и жаждут повторения. Но Энн, судя по всему, никогда не ведет себя «обычно».
На выезде из города Энн попросила остановиться перед маленькой закусочной и, как была в платье «от кутюр», потребовала сфотографировать ее на фоне хот-догов и гамбургеров, в объятиях первого попавшегося парня, как оказалось, итальянца. Парень и по-французски, и по-английски говорил плохо, но после эмоциональных и довольно красноречивых жестов и восклицаний Энн и Доминика понял, в чем дело, и, естественно, отказываться не стал.
– Эй, мадемуазель, а я вас не подойти? – на ломаном французском закричал владелец ресторанчика, с интересом наблюдавший за процессом съемок. – Вам надо настоящий мужчина! Захотите фотографировать меня!
– Настоящие мужчины мне не подходят, – рассмеялась Энн. – Но для вас сделаю исключение.
Она выразительно посмотрела на Доминика, и тот щелкнул пару кадров. По старой привычке он захотел сделать несколько снимков живописного кафе, но обслуга, увидев нацеленный объектив, разбежалась. Похоже, здесь тоже работали немало выходцев из Северной Африки. Энн снова пришлось объяснять, что никакой он не полицейский, а фотограф, который к тому же охраняет ее, и тогда только официанты вернулись. Доминик также снял живописную компанию за соседним столиком: молодая женщина с маленьким ребенком и пожилой священник. Они пили кофе и оживленно беседовали.
Владелец закусочной настоятельно приглашал их остаться на обед, расхваливая холодное мясо с зеленой фасолью и красное столовое вино местного изготовления. Молодые люди согласились и уселись за столик под раскидистым каштаном.
– Прошу прощения, – начал Доминик, – я не хотел мешать твоей работе. Завтра постараюсь выглядеть не так устрашающе. Прикинусь обычным фотографом: надену цветную рубашку, бермуды, зеркальные очки... Не думал, что меня так просто вычислить.
Она подняла взгляд от тарелки.
– Ох, Доминик, готова спорить, они узнают о твоем полицейском прошлом, даже если ты будешь разгуливать в одних трусах!
– Но как? У меня что, на лбу написано?
– Насчет лба не знаю, но ты просто распространяешь вокруг себя дух настороженности. Твой пронзительный взгляд словно высматривает среди них шпиона или лазутчика. Только кристально чистый человек может смотреть тебе в глаза. Ты ведешь себя как представитель власти. – Доминик терялся в догадках: льстит она ему или издевается над ним? – Сомневаюсь, что тебе удастся что-то изменить в своем облике. Просто ты такой, какой есть, вот и все. – Она покачала головой и усмехнулась. – Поэтому мы с тобой все время ругаемся.
– То же самое можно сказать и о тебе. – Доминик решил не оставаться в долгу. – Удивляюсь, почему ты не попросила позировать святого отца!
– А что, интересная мысль! Говорят, нет людей более мужественных, чем священники, и более женственных, чем монахини. Образ пожилого кюре очень удачно сочетается с образом юной невинной девушки. Можно пофантазировать... – Эта ужасная женщина способна думать только о работе! – К тому же месье Ла-дюри готовит проект новой линии мужской моды в дополнение к женской коллекции, которую рекламирую я. Надо же как-то искать модели! Моде нужны свежие лица, оригинальные, никем не использованные имиджи. Например, пожилые люди, или толстяки, или даже священники.
Она так увлеклась, что забыла про свою обожаемую зеленую фасоль. Доминик слушал и мрачно жевал.
– Образ мужественного красавца блондина с холодными серыми глазами уже всем навяз в зубах, – без малейшего смущения сообщала Энн своему светловолосому собеседнику. – «Американскую мечту» пора скинуть с пьедестала. К тому же такие люди все равно не станут носить наши модели. Им не то что стильный пиджак, даже пару модных трусов не продашь!
– Почему ты так думаешь? – Доминику стало обидно за себя и своих собратьев. Не виноват же он, что таким родился!
Она улыбнулась и взмахнула ресницами.
– Ты же их вообще не носишь.
– Ты права, – согласился он и ухмыльнулся. – Если я вообще собираюсь надеть трусы, то просто лезу в шкаф и вытаскиваю первые попавшиеся. А когда надо покупать новые, иду в магазин и беру, что есть. С остальной одеждой, впрочем, то же самое.
– Вот видишь, а с нашей коллекцией этот номер не пройдет.
– А зачем мне менять привычки? – удивился Доминик.
– Затем, чтобы твои женщины оценили и полюбили новый сексуальный образ.
– Мои женщины?
– Ну, ты же не отшельник?
– Нет.
Интересно, догадывается ли она, какую воздержанную жизнь он вел? За прошедшие сутки Доминик занимался сексом больше, чем за последние полгода! Хуже того, начиная с сегодняшнего утра он только и думает, как бы снова оказаться в постели с Энн Лесли и продолжить начатое знакомство. Вместо того чтобы все интеллектуальные силы бросить на разгадку тайны анонимных посланий, он забивал голову эротическими фантазиями.
– Хочешь сказать, что такого, как есть, меня женщины не ценят и не любят?
– Надо тебя сфотографировать, и тогда посмотрим. Вдруг твоя личная жизнь коренным образом изменится?
– Ни за что. Не хочу, чтобы моя особа смотрела со страниц вашего каталога.
– Почему же?
– У меня и так достаточно проблем. Больше не требуется.
– И ты ни в коем случае не согласишься со мной позировать?
Ему очень не понравился ее недоверчивый тон и взгляд. Можно подумать, она лучше знает, что он будет делать, а чего нет. Ее проклятая самоуверенность уже в печенках у него сидит!
Доминик хотел было продолжить спор, но Энн уже смотрела в сторону стоянки, откуда приближался человек. Фотограф узнал Сильва. Сильв оглядел ресторанчик и направился к столику, где сидел священник и мать с ребенком. Он обнял молодую женщину, опустился на стул рядом с ней и взял ее за руку.
– Смотри-ка, похоже, твой «зрелый» партнер не шутил. Если эта женщина ему жена, то старик еще о-го-го!
– Вряд ли жена. Скорее, дочь. Смотри, она плачет.
Сильв одной рукой подхватил ребенка, другой обнял плачущую мать, и они вместе со священником направились в сторону города. Через пару секунд Энн вскочила и, ни слова не говоря, рванулась следом. Доминик так и замер с вилкой в руке. Последний побег его подопечной закончился падением в море.
Когда он догнал Энн, Сильва и матери с ребенком уже не было, а модель и священник шли по дороги и разговаривали.
– Пожалуйста, больше так не делай, – сказал он, довольно грубо хватая ее за локоть. – Не забывай, тебе грозит опасность.
– Чепуха, – фыркнула она, стряхивая его руку. – Я здесь со святым отцом. И пожалуйста, не перебивай меня. Так почему она не едет домой, отец Оливье?
– Потому что Николь хочет найти здесь работу и сама растить сына. Ее дядя очень тревожится за нее. К сожалению, Сильв не в силах оказать ей серьезную помощь. Ему и так семерых кормить надо.
– Похоже, ей многое пришлось пережить, – вздохнула Энн. – А где отец мальчика?
– Он погиб в автокатастрофе. У малыша в Испании есть богатая бабка, и она согласна взять его к себе, но только без матери. Старуха считает, что ее сын опозорил себя связью с девушкой из бедной и безродной семьи, да еще иностранкой. Но внука принять готова – в память о покойном.
– Значит, пока она во Франции, и ребенок с ней. Но у кого деньги, у того и закон, да?
Священник грустно вздохнул.
– Николь приходится сейчас очень туго. Вряд ли ей удастся найти стоящую работу. Тем более у нее малыш, требующий постоянной заботы.
– Но вы сказали, что дядя помогает ей? – вмешался Доминик.
Отец Оливье покачал головой.
– По мере сил, которых у него не так много. Сильв поселил ее у себя, но на нем и так держится целое семейство. Конечно, церковь помогает, но Николь сама хочет обеспечивать себя и ребенка. Затея довольно глупая, но достойная восхищения. Сомневаюсь, что кто-нибудь возьмет ее на работу.
– Она что-нибудь смыслит в макияже и прическах?
– Да, кажется, года три назад она окончила курсы парикмахеров, – ответил священник.
– Отлично, я ее беру.
Доминик заморгал.
– В качестве кого?
– Ассистентки. Она будет помогать мне готовиться к съемкам, работать с потенциальными партнерами, составлять каталог фотографий. Мы всегда нанимаем помощника из местных жителей. А ребенок будет ездить с нами. В моем «опеле» места хватит всем. Отец Оливье, вы не могли бы поговорить с ней?
– Конечно, если вы серьезно предлагаете. Она будет очень рада.
– Взаимно, – кивнула Энн. – Попросите ее приехать в отель «Руссильон» к девяти утра. Портье пусть скажет, что идет к... – Она на секунду замолчала, странно взглянула на Доминика и сказала: – К Сюзанн Хант.
– Не самая лучшая идея, – покачал головой фотограф. – Не забывай, кто-то угрожает женщинам из окружения месье Ладюри. Мне с одной тобой хлопот хватает, а ты еще хочешь втянуть в это дело мать с младенцем!
Энн на мгновение задумалась и вздохнула.
– Возможно, ты и прав. Но все равно, отец Оливье, попросите Николь прийти завтра в отель.
На обратном пути в Перпиньян Энн вела себя подозрительно тихо.
– Что ты задумала? – насторожился Доминик. Эта женщина, которая не хочет связывать себя семьей или серьезными отношениями, берет на себя ответственность за молодую мать и крошечного ребенка, за совершенно незнакомых ей людей! – Ты не похожа на добрую крестную!
– Ничего я не задумала. Просто планирую завтрашний день. А как ты собираешься вычислить автора анонимных угроз?
– Инспектор Верт просил меня не вмешиваться и оставить это дело полиции... пока оно напрямую меня не коснется.
Ей совсем не обязательно знать, что французские коллеги делают свою работу: звонят, опрашивают свидетелей, собирают улики. Доминику не нравилось, что он не может сказать Энн всего, но инспектор Верт настоятельно просил не разглашать служебную информацию. На сегодняшний момент подозрение сняли со всех женщин из прошлого Ладюри, а их было немало! Бывшие подружки дизайнера пришли в ужас от того, что их могут шантажировать и засыпать угрозами!
Габриель не стала бы ничего предпринимать против отца – она сама кормилась за его счет. Энн выполнит заказ и улучшит свою профессиональную репутацию. А Мари Изабель? Раньше она играла большую роль в жизни Ладюри, и ее с Бернаром связывала давняя дружба.
– А твои планы насчет Николь? Мне казалось, ты уже выросла из игры в дочки-матери.
Она пропустила колкость мимо ушей.
– То есть ты ничего не делаешь, чтобы найти преступника? Доминик Бертье, ты не можешь остаться в стороне от событий!
– События для меня – то, что случается с тобой. Видишь, я не в стороне, а в самом центре.
Она пристально посмотрела на него и отвела глаза.
– А теперь давай обратно в отель. Я хочу внимательно посмотреть на завтрашние платья. —
– Энн, ты торопишься?
– Нет, а что?
– Я хотел заглянуть в «Каприз». Шеф сказал, что Мари Изабель тоже приходили письма.
– Отличная идея, – согласилась Энн. – Я с удовольствием посмотрю ателье. Кто поведет машину – я или ты?
– Я поведу, – решительно ответил Доминик. – Я знаю, куда ехать.
– Интересно, почему я не сомневалась, что ты это скажешь?
Они добрались до промышленного района Перпиньяна на противоположной окраине города и довольно быстро отыскали нужный адрес. Доминик ожидал увидеть стандартную фабричную постройку и удивился, когда гравийная дорога привела к аккуратному желтому корпусу с большими окнами, обсаженному цветами и деревьями.
Сразу бросалась в глаза яркая зеленая надпись «Каприз». Перед зданием находилась большая, недавно заасфальтированная стоянка для машин. Стеклянная дверь открылась, и вышла женщина в изящном брючном костюме, села за руль голубого спортивного автомобиля и укатила.
– Ничего себе! – пробормотал Доминик.
– Ничего себе, – эхом отозвалась Энн.
Они вошли в здание и попали в царство зеленых зарослей и огромных аквариумов с медленными, задумчивыми рыбами. Впереди виднелась стойка, но за ней никого не было.
– Эй! Добрый день! – воскликнула Энн. – Здесь есть кто-нибудь?
– Я за пальмой, – ответил женский голос.
Энн обошла дерево в огромной кадке, и увидела высокую брюнетку, которая прикладывала к манекену разные ткани.
– Как тебе больше нравится? – спросила она, не оборачиваясь, и сдвинула очки в тонкой железной оправе на кончик носа. Первым она продемонстрировала отрез серебряного шелка с бирюзовой нитью, а потом небесно-голубую ткань с крохотными стразами.
– Зависит от того, что вы хотите получить, – произнес Доминик.
Услышав незнакомый мужской голос, Мари Изабель – если это была она – обернулась и посмотрела на Энн.
– Прошу прощения. Я думала, это Габриель. Меня зовут Мари Изабель Рише. Чем могу вам помочь?
Доминик выступил вперед и протянул руку.
– Доминик Бертье, фотограф, а это моя коллега... мадемуазель Энн Лесли, фотомодель. Нет ли здесь мадемуазель Ладюри?
– Пока нет, но она собиралась сегодня прийти. – Мари Изабель очаровательно улыбнулась и окинула взглядом Энн. – Вы лицо новой коллекции Бернара, да? Вы, должно быть, настоящий профессионал, иначе он бы вас не пригласил. Впрочем, других женщин Ладюри не выбирает.
– Простите? – Энн удивленно заморгала.
– Я ведь тоже женщина Ладюри. Должна сказать, что это были самые чудесные полгода моей жизни. А вы давно вместе?
– Я на него работаю, и только, – ледяным тоном произнесла Энн и краем глаза отметила, что Доминику ничуть не понравились слова Мари Изабель.
– Простите. Его ждет целая вереница женщин. Он очень заботливый и щедрый, внимательный ко всем своим подругам. Это ателье он подарил мне в память о наших отношениях, когда я выходила замуж за месье Рише. Не смотрите на меня так. Бернар всегда предупреждает женщину о своих намерениях, а когда все заканчивается, благодарит ее. Я знала это, когда мы только начали встречаться, но ни за что не стала бы торговаться. Мне нравится его честность. К тому же он настоящий гений.
– А мне нравится моя свобода, – сказала Энн. – И месье Ладюри интересует меня только в качестве работодателя.
Мари Изабель лукаво посмотрела на Доминика.
– Могу понять почему.
– Доминик мой фотограф, не более того.
– Да, конечно, – покладисто согласилась Мари Изабель. – И чем же я могу помочь вам, Доминик?
– Скажите, мадам Рише, не знаете ли вы, кому может быть выгодно разрушить это предприятие?
– Пока я не узнала, что кто-то вломился в номер Энн, я вообще не имела понятия, что бизнесу что-то угрожают. Нет, не представляю. Никаких предположений. Это совершенно бессмысленно.
– Не хочу пугать вас, Мари Изабель, – продолжил Доминик, – но вам не стоит оставлять двери открытыми и впускать всех подряд. Как ни трудно в это поверить, но, может быть, кто-то хочет причинить вам зло.
– Ох, я совершенно не волнуюсь, – улыбнулась хозяйка ателье. – У меня теперь есть охранник. – И она повернулась к двери.
– Привет, Доминик.
– Леон? Ты теперь здесь? – Рядом с конторкой стоял высокий, широкоплечий, коротко стриженный мужчина и улыбался. – Я думал, ты работаешь в баре «Постапокалипсис».
– Недавно уволился. Теперь я здесь вроде секретаря. А вам, ребята, не было назначено, – произнес он, хитро улыбаясь.
Надо сказать, что Леон в камуфляжной форме или в черной коже, должно быть, производил внушительное впечатление. Но в вышитой рубашке и длинных шортах из блестящей ткани походил на бездельника с пляжа.
– Откуда у тебя такой наряд?
– Мари Изабель сделала. Нравится?
– А почему ты не захотела сфотографироваться с Леоном? – ухмыльнулся Доминик, когда они залезали в машину.
– Я так удивилась, что не сообразила попросить. На самом деле, именно такие парни идеально подойдут для рекламы мужской линии одежды Ладюри.
Доминик скептически относился к идее утонченной и изысканной мужской одежды, потому с сомнением покачал головой.
– Думаешь, мир готов воспринять Леона в розовой рубашке с кружевами?
Энн живо представила себе это зрелище.
– Ну, может, пока еще нет, – согласилась она.
– Никак не могу разобраться, что за птица наш босс Ладюри. Похоже, он неплохой парень, не заносится, не строит из себя невесть кого, хотя многие называют его гением. Заботится о семье и служащих. Инспектор Верт говорил, что он очень много помогает городу. Дела ведет честно, никаких махинаций, – задумчиво произнес Доминик.
– И с женщинами на редкость порядочен: отдайся ему – и получишь награду. – Энн презрительно скривила губы. – Я бы так не смогла.
– «Так» – это как? Принадлежать кому-то?
– Нет, получать плату за свое общество. Человек, который хочет быть со мной, должен предложить взамен то, чего хочу я. Если я вообще захочу быть с кем-нибудь всегда.
– Но ты ведь собираешься остаться одна, так? А почему?
– Потому что мне еще не встретился человек, которому я могла бы доверять. Который бы понимал меня и уважал такой, какая я есть. – Она исподлобья взглянула на собеседника. – А ты, Доминик?
Он остановился на перекрестке перед светофором и после длительного молчания ответил:
– Надеюсь, ты знаешь, что можешь доверять мне. Я никогда не лгу... И думаю, что любимой женщине буду верен всю жизнь. И не буду пытаться ее изменить в угоду себе.
– А ты когда-нибудь любил?
Зажегся зеленый свет, и Доминик с силой нажал на газ.
– Наверное, никогда.
И никаких объяснений, никаких извинений. Только уверения, что он никогда не лжет и не станет заставлять свою возлюбленную становиться такой, какой ее видит. Энн вздрогнула – ей с трудом верилось, что такие люди бывают. Ей вообще с трудом верилось, что Доминик Бертье не мираж, не плод разыгравшегося воображения. И она с трудом противостояла массированным атакам сурового обаяния этого мужчины.
– А ты, Энн? Ты была влюблена?
– Нет. Никогда не позволяла себе такой слабости. Я вообще не большой любитель мужской компании.
Если не считать тебя.
Энн совершенно не нравилось то, что с ней происходит. Она привязалась к человеку, который мог разрушить ее спокойное, гармоничное и комфортное существование.
– Другими словами, ты никогда не рисковала, – тихо произнес Доминик, заранее зная ответ. – А как думаешь, что случится, если ты сойдешь с дистанции?
– Даже не хочу пытаться, – рассмеялась она. – Почему бы нам не перекусить, а потом вернуться в отель?
– Конечно. Чего бы ты хотела на ужин?
– Не знаю. Может быть, бифштекс с кровью. – Никакого голода она не испытывала, а хотела Доминика, и чем позже они приедут в отель, тем лучше.
– Бифштекс так бифштекс, – кивнул он и свернул на маленькую улочку.
Метров через десять показался ресторанчик. Плетеные столики стояли прямо на улице под пушистыми кронами деревьев, между ветвей горели фонарики, невысокую изгородь оплели вьющиеся розы и жимолость. Их нежный аромат медленно плыл в теплом вечернем воздухе.
Хозяин, давний знакомый Доминика, широко улыбнулся гостю и его спутнице.
– Давненько ты не бывал у нас, старик. – Этьен проводил их к одному из немногих свободных столиков и зажег свечу в стеклянном стаканчике. – Моя Адель уже решила, что ты позабыл ее.
Доминик обнял Энн за талию, изображая галантного кавалера, который вывел свою даму на вечернюю прогулку.
– Ты же знаешь, я никогда не забуду Адель. Скажи, что мы пришли полакомиться ее фирменными бараньими ребрышками.
Едва они уселись на плетеные стулья, как из домика выкатилась невысокая полная женщина в красном платье и белом переднике.
– Доминик, Доминик! Где ты пропадал? Они долго обнимались и звонко чмокали друг друга в щеки, по традиции сентиментальных южных народов. Затем Адель обернулась к Энн и окинула ее быстрым, но внимательным взглядом.
– Ага! Теперь мне все понятно. Наконец-то ты нашел свою судьбу. – Она взяла Энн за руку и посмотрела на нее проницательными черными глазами. – Ты сделал правильный выбор, дорогой. Ничего, что ждать пришлось так долго. Когда свадьба?
– Но, – смущенно начала Энн, – все не так. То есть никакой свадьбы...
Адель невозмутимо похлопала ее по плечу, а Доминика снова поцеловала.
– Ну, значит, потом будет. Я в этих вещах прекрасно разбираюсь. Когда я полтора года назад впервые увидела Доминика, он сказал, что найдет моего мальчика и приведет домой. И не солгал. Это человек чести. Сильный мужчина, которому нужна сильная женщина. – Она хитро подмигнула ему и удалилась.
– Неужели каждая женщина в провинции Лангедок-Руссильон держит дома твой портрет под подушкой?
– Все, кроме тебя. – Доминик ухмыльнулся.
– А что было с ее сыном?
– Упал в ущелье. Компания не совсем трезвых подростков на ночь глядя покатила в горы. Там повеселились, еще выпили, а с утра набились в машину и не заметили, что одного не хватает. А когда обратили внимание, страшно испугались и решили промолчать. Мне удалось их «расколоть». Потом поехали на место гулянки и нашли мальчишку, который свалился с обрыва, сломал ногу и пролежал там почти сутки. С тех пор он с «плохими» парнями не дружит и мечтает стать летчиком.
Адель не посрамила репутации лучшей поварихи в округе. Энн с аппетитом уплетала мясо с салатом из свежих овощей, запивая кушанья прохладным красным вином. Неожиданно где-то раздались звуки аккордеона и полилась песня, трогательная, берущая за сердце.
Энн поддавалось чарам волшебного вечера. Все было так романтично... Даже слишком, решила она и отодвинулась от стола.
– Думаю, нам пора идти.
– А потанцевать! – воскликнула Адель, появляясь неизвестно откуда. – Любой уважающий себя мужчина должен закончить вечер с дамой танцем под звездами.
Доминик улыбнулся и протянул руку.
– Пойдемте, госпожа Золушка. Я вас приглашаю. Порадуем тетушку Адель.
Звезды, душистый воздух, вино – все это причудливо смешалось в сознании Энн, и она отдалась во власть музыки и Доминика. Он нежно баюкал ее в сильных руках, и она наслаждалась ощущением покоя и безопасности – может быть, первый раз в жизни. Танец медленно перетек в следующий, потом в еще один и еще. И когда Энн подняла голову, то вокруг не увидела никого. Только они двое под темным южным небом, где горят звезды и благоухают розы и жимолость.
– Вот теперь нам точно пора идти, – пробормотала она. – Иначе я засну прямо здесь. Тебе придется тащить меня до кровати.
– С большим удовольствием, – отозвался Доминик, ничуть не покривив душой.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Застенчивая Энн - Бриттен Белинда

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава одинадцатаяГлава 12

Ваши комментарии
к роману Застенчивая Энн - Бриттен Белинда



Очень понравился роман) 10 из 10
Застенчивая Энн - Бриттен БелиндаЕлена
30.11.2013, 20.14





Интересный роман
Застенчивая Энн - Бриттен БелиндаВика
1.12.2013, 12.14





Хрень НЕ редкая.
Застенчивая Энн - Бриттен БелиндаПсихолог
4.01.2014, 18.03





Впервые я прочла этот роман лет пять назад и не могла вспомнить название, но мне он очень понравился. Сегодня случайно наткнулась и вновь прочитала его. Не могу объяснить чем цепляет этот роман, но есть в нем что-то из детской сказки, при этом без "сопливости". Я советую, мне по душе ГГ и сюжет, может и Вам понравится.
Застенчивая Энн - Бриттен БелиндаВарёна
20.02.2014, 2.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100