Читать онлайн Любовь всесильна, автора - Бритт Кэтрин, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь всесильна - Бритт Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.58 (Голосов: 74)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь всесильна - Бритт Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь всесильна - Бритт Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бритт Кэтрин

Любовь всесильна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Оставшись одна в роскошной комнате, Мартина почувствовала желание глотнуть свежего воздуха и вышла на балкон. Разговор с Юнис разрушил ее планы. В приглашении, которое она получила, мало о чем говорилось и, естественно, ни словом не упоминалось ни о затруднениях, возникших у них с Бруно, ни о смерти Паоло. Прочитав его, Мартина загорелась ожиданием чего-то необычного. Родители также порадовали ее: оказывается, в скором времени у них будет возможность сделать телевизионный фильм о Венеции.
Мысли о Робине и Джил Флойд вызвали у нее довольную улыбку. Прекрасные люди: отец, крепко скроенный, не выпускающий трубку изо рта, умница продюсер, и мать, худенькая, как мальчик, в свитере и джинсах, нашедшая с ним свое счастье. Они познакомились, работая на телевидении. И теперь, после двадцати пяти лет совместной жизни, произведя на свет четверых детей, продолжали идти в одной упряжке, занимаясь любимым делом. Руан, брат Мартины, и два десятилетних близнеца прозвали их Робинзон Крузо и Пятница. Джил Флойд, со своей изящной девичьей фигурой, служила непреложным дополнением мужа-деспота, как она шутя говорила друзьям. Счастье, которым светилось ее моложавое лицо, свидетельствовало об удовольствии, с которым она продолжала быть его верным помощником, то делая какие-то записи, то готовя бутерброды в перерывах между съемками, на выездах, в студии, всегда под рукой, готовая исполнить любое его желание.
Мартина и не мечтала быть так же счастлива в замужестве. Она действительно искренне говорила Юнис, что еще не была по-настоящему влюблена. А может, никогда и не будет. Хотя ее угнетала мысль, что то машинописное бюро при телевидении, где она работала, может засосать ее.
Юнис жила по соседству. Ее отцу принадлежала аптека в городе. Перед тем как семья Юнис переехала в большой дом в конце дороги, родители Мартины приобрели там же небольшой коттедж. Оба дома, вначале запущенные, теперь были полностью восстановлены и хорошо смотрелись на прекрасных участках всего лишь в десяти милях от Лондона.
Захваченная нахлынувшими воспоминаниями, Мартина следила взглядом за водой, не прекращавшей своего движения, смотрела на современные суда, которые совсем не вязались с изящно скользящими гондолами. Постепенно волшебство окружающего мира полностью захватило ее. Ну и что страшного, если Юнис уедет? С маленьким мальчиком она сможет не торопясь осмотреть Венецию. Улыбаясь, она вернулась в комнату и начала распаковываться. Мартина, девочка, говорила она себе, это будет праздник всей твоей жизни. Вещи были наполовину уже разобраны, когда в дверь постучали.
– Войдите, – сказала она, надеясь, что ее скудные познания в итальянском помогут ей.
Дверь отворилась, и вошла служанка, небольшого роста, с носом-пуговкой, квадратным подбородком и большим ртом. На ней было платье кофейного цвета и передник. Выразительные темные глаза подходили к ее черным блестящим волосам, зачесанным назад на затылок. Кружевная наколка на голове слегка подпрыгнула, когда она присела в реверансе. Говорила она по-английски, стесняясь своего плохого произношения.
– Buon giorno, signorina. Меня зовут Эмилия. Я пришла распаковать ваши вещи и помочь, если понадобится, погладить, поштопать, постирать.
Мартина при ее появлении сразу же по-дружески расположилась к ней.
– Grazie, Эмилия. Я приму душ, пока вы займетесь остальными вещами.
Когда она наконец вышла из ванной, Эмилии уже не было. Все было аккуратно разложено: обувь – в обувной подставке в гардеробе, косметика – на стеклянной полочке на туалетном столике. У Мартины поднялось настроение после душа и энергичного растирания. Она стояла перед зеркалом в платье с цветочками на белом фоне с голубым орнаментом внизу. Ее пышные волосы глубокого красновато-каштанового цвета обрамляли прекрасной формы голову. Немного подкрасившись, она вышла из комнаты.
В коридоре все было тихо и спокойно. Открыв рельефную, кремового цвета дверь с золотыми узорами, она очутилась в длинном зале. Комната с предметами искусства и стенами с атласными гобеленами выглядела несколько вычурно, но красиво. Слева – большой обеденный стол, накрытый кружевной клеенчатой скатертью, уставленный фарфором, серебром, украшенный великолепными букетами цветов.
Мартина, вошедшая неслышно по толстому ковру, поглощавшему звук шагов, тут же почувствовала резкий запах сигар. В дальнем конце комнаты около высоких окон из-за кресел виднелись ноги в элегантных брюках. К своему ужасу, она поняла, что сидящие там мужчины серьезно обсуждали ее прибытие.
– Дорогой Бруно, – говорил по-английски приятный голос, – зачем оставлять Марко с этой девушкой? В любом случае почему с женщиной? Мальчик действительно по-настоящему нуждается в репетиторе.
– Не сейчас. Марко нужно по крайней мере полгода, чтобы забыть о пожаре и смерти отца. – Голос звучал как-то чуждо, с нажимом. – Мальчику нужны любовь и понимание, только это поможет вернуть ему чувство покоя.
– Короче, женский такт. – В голосе прозвучала неприкрытая насмешка. Мартина застыла. – Но ненадолго. Мальчик нуждается в мужском обществе. Женщины склонны баловать таких малышей. А две женщины подавят его своей добротой.
– Со дня смерти Паоло Майя не хочет видеть сына.
– Ясно почему. Марко напоминает ей его. Но дай время, и она полюбит его еще больше.
– Тем не менее Марко нужен присмотр. Ему все еще мерещатся кошмары, связанные с пожаром.
– Почему ты так убежден, что эта девушка исцелит его за короткое время? – В голосе опять звучала насмешка и недоверие.
Мартина рассердилась. Ей вовсе не хотелось подслушивать. Но при таком откровенном разговоре она чувствовала себя глупо. Ее лицо вспыхнуло. Тихонько вернувшись к двери, она открыла и закрыла ее, громко хлопнув.
Мгновенно одна пара ног выпрямилась, и мужчина, которому они принадлежали, с любопытством посмотрел в ее сторону. Рука в белой манжете потянулась, чтобы положить недокуренную сигару в пепельницу, стоящую рядом на маленьком столике, и человек поднялся.
Это был щегольски одетый человек в темном, хорошего покроя деловом костюме. Широкими шагами, с улыбкой он направился к Мартине. Его проницательные и одновременно добрые глаза под довольно тяжелыми веками оценивающе оглядывали ее изящную фигуру. Прежде чем сердечно поздороваться с ней, он взглянул на часы.
– Добро пожаловать в Венецию, синьорина Флойд. Надеюсь, вам понравится у нас. Я – Бруно, муж Юнис. Он протянул руку, и Мартина пожала ее.
– Благодарю вас, синьор Вортолини. Вы очень добры, пригласив меня.
Он приподнял бровь и шутливо улыбнулся.
– Юнис строила планы, как она будет знакомить нас с вами, а вы опередили ее. Но ничего страшного. Такая прекрасная внешность не нуждается в особом представлении.
Мартине понравилась его решительность и суховатый острый юмор. Как большинство итальянцев, он разговаривал одновременно и глазами, и чувствовалось, хорошо владел этим искусством. Ее смущение при его откровенном восхищении позабавило его, а Мартина вдруг поняла, что он просто нравится ей.
– Ну, Доминик, вот и персик с одного из ваших английских деревьев. – Обращаясь к своему другу, Бруно слегка прикоснулся к ее локтю и повел через комнату.
Идя рядом, Мартина отметила темные, стриженные сверху волосы, умный лоб и дала ему около тридцати пяти лет. В нем чувствовались незаурядные деловые качества, и, казалось, ничто не могло ускользнуть от его внимания.
Теперь оба кресла были пусты. Обладатель более длинных ног стоял спиной к окну. У Мартины возникло подозрение, что он сделал это специально, чтобы свет падал ей в лицо.
Он был выше Бруно, длинноногий, широкоплечий. Такая фигура приводит в восторг подростков на трибунах. Она наверняка развилась в Англии на площадках для игры в регби. Мартина представила даже целые ряды кубков, которые он мог выиграть, занимаясь спортом.
– Синьорина Флойд, позвольте мне представить вам моего лучшего друга, синьора Доминика Бернетта ди Равенелли. Доминико, синьорина Мартина Флойд, – произнес Бруно.
Доминик склонился к ее руке. На Мартину произвела впечатление его надменная фигура в прекрасно сшитом бежевом костюме. Густые, табачного цвета волосы свободно падали на прямой лоб над прищуренными темными глазами и удлиненным носом. На его губах, удивительно подвижных, появилась чуть кривая, несколько раздраженная улыбка. Ее успокоило то, что она с некоторой холодностью ответила на его бесстрастный интерес и безотчетную враждебность. Как он смеет смеяться над ней?
К счастью, именно в этот момент в комнате появилась Юнис. В брючном костюме из бледно-желтого шелка с открытой шеей, она подошла к ним, откровенно радуясь присутствию гостя.
– Доминик, мы думали, что ты все еще в Греции! Она улыбнулась, когда он склонился к ее руке.
– Вернулся сегодня утром, – холодно ответил он.
– После ночи езды! Надо иметь поистине крепкое здоровье. Вы познакомились с Мартиной? – Мартина увидела ее нежную улыбку, отведя взгляд от темных глаз Доминика. Стараясь не смотреть на него, она села в ближайшее кресло, давая возможность Юнис разместиться на софе рядом с Домиником. Бруно достал напитки из резного буфета. Мартина прижалась к спинке кресла, как бы ища в нем опору.
Юнис беседовала с Домиником, который, судя по всему, только что вернулся с греческих островов, где Майя приходила в себя после смерти Паоло. На какой-то момент Мартина так же, как и Юнис, вынуждена была сосредоточить свое внимание на нем. Несмотря на внутреннее сопротивление, он привлекал ее своими резко выраженными чертами, глубоким голосом, слабой улыбкой, появлявшейся сначала в глазах и только потом на губах. Он отличался от Бруно, который моментально заставил ее почувствовать себя интересной женщиной. Этого же человека, казалось, ничто не трогало. Темные глаза, встречаясь с ее взглядом, выражали холодное равнодушие, ранившее ее самолюбие. Все это возмущало и в то же время притягивало. Она взяла бокал из рук Бруно, севшего рядом с ней и начавшего расспрашивать о том, как она доехала. Вскоре разговор стал общим – о Майе. Бруно был явно расстроен состоянием своей невестки. В раздумье лицо его нахмурилось, брови сдвинулись.
– Знаю, об этом рано говорить, – сказал он. – Но мне кажется, что проблему Майи можно решить только одним путем – если она снова выйдет замуж.
Доминик слушал его. Юнис с любопытством наблюдала за ним.
Наконец именно Доминик произнес:
– Ты, должно быть, прав. Майя принадлежит к тем женщинам, которые нуждаются в заботе. Тем не менее она сама должна принять решение о своем будущем. Только в этом случае она будет счастлива.
Неторопливый глубокий голос Доминика действовал успокаивающе, что говорило о какой-то внутренней его силе. Слушая его голос, Мартина пыталась составить о нем собственное мнение. Человек, для которого работа представляла интерес в жизни, и, судя по тому, что она слышала, дела его шли блестяще. Бруно совершенно очевидно уважал его мнение и ценил его. Мартина же – напротив. Он откровенно разглядывал ее, без улыбки, несколько свысока, что вызывало у нее чувство глубокого раздражения. Она облегченно вздохнула, когда Доминик собрался уходить, вежливо отказавшись от ленча. Юнис пошла проводить его.
Мартину оставило напряжение. Благодаря ее обаянию, у нее всегда было много друзей, а Бруно, наряду с прекрасными деловыми качествами, был просто душевным человеком. Он нравился Мартине, и она понимала Юнис, полюбившую его. Бруно очень хотелось, чтобы Мартине понравилось у них, и он расспрашивал ее о том, что ей нравится больше всего.
Маленький мальчик уже некоторое время стоял у дверей в комнату, прежде чем его присутствие было замечено. Бруно медленно повернул голову, как если бы что-то почувствовал, и приветливо улыбнулся.
– Марко! – позвал он голосом, в котором звучала нежность, и протянул ему руку. – Иди сюда, не стесняйся.
Мальчик перебежал комнату и уткнулся лицом Бруно в колени. Большая рука взъерошила его курчавые волосы.
– Ты уже выучил уроки? – ласково спросил Бруно.
– Да, Бруно, выучил, Марко приподнял свою кудрявую, красивой формы голову и посмотрел на дядю темными, опушенными густыми ресницами глазами. В белой шелковой рубашечке, черных шортах, белых туфлях и носочках, он выглядел очень привлекательным. Его маленькое продолговатое лицо с нежным носом и ангельски изогнутым ртом, как и все остальное в нем, хорошо смотрелось. Мартина сразу же была покорена его хрупким очарованием. Тени под глазами говорили о том, что мальчик плохо спит. Он выглядел бледным, синие жилки выступали на висках. Робко, но пытливо он посмотрел на Мартину.
Бруно улыбнулся:
– Эта очаровательная синьора поживет с нами некоторое время. Встань прямо и поздоровайся с синьориной Флойд по-английски.
Марко медленно выпрямился и с любопытством посмотрел на Мартину широко открытыми глазами. Затем, протянув маленькую ручку, серьезно произнес:
– Как поживаете, синьорина Флойд? – Его детский голос звучал удивительно проникновенно, и Мартина вежливо, с теплой улыбкой ответила ему. Он больше ничего не сказал и снова уткнулся в дядины колени.
Бруно встретился с Мартиной взглядом.
– Марко очень стеснительный мальчик, но скоро он узнает вас, – как бы извиняясь, произнес он.
Мартина кивнула, думая о том, какая несправедливость, что у Бруно нет собственного сына. Он был бы прекрасным отцом. Поспешно она прогнала эту мысль. Это ее не касается. Бруно с Юнис могут и без детей оставаться близкими друг другу.
Марко поднял голову и своей тонкой ручкой обнял дядю за талию.
– Стефано мне сказал, что ты соберешься уезжать, дядя Бруно, – жалобно сказал он. Бруно улыбнулся.
– Только на короткое время. С тобой останется синьорина Флойд, пока мы с тетей Юнис будем в отъезде.
Маленький симпатичный ротик задрожал, и ангельские брови беспокойно нахмурились.
– Я хочу с вами, – приглушенно настаивал он, опустив голову.
Бруно снова взъерошил его волосы, а Мартина молчала, восхищаясь человеком, который, несмотря на свою занятость, мог найти время, чтобы как-то приободрить малыша.
– Время летит быстро, дорогой. Но Марко все еще был недоволен.
– Хочу с вами.
– В следующий раз, возможно. Марко тут же поднял голову.
– Обещаешь, дядя Бруно?
– Обещаю.
И снова Мартина подумала о том, что Марко должен был бы быть со своей мамой. Как хорошо ему было бы под солнышком! Потеряв отца, он боялся лишиться и дяди, думая, что он может не вернуться.
В этот момент вошла Юнис, за нею следом Стефано. Ленч был готов. Подавались великолепные итальянские рыбные блюда. Разнообразие поражало. Все это приносилось молчаливым лакеем и ставилось на стол, над которым свисали люстры из венецианского стекла.
Во время ленча Юнис старалась быть искренней, шутила, но в целом ее поведение казалось натянутым. Чувствовалась напряженность, какая-то горечь, и Мартина понимала, что Юнис должна преодолеть возникшие подозрения.
Бруно либо не замечал этого, либо предпочитал не замечать. У него был хороший литературный язык, намного отличающийся от обычного итальянского, который можно было услышать на улицах и площадях. Он не обращался непосредственно к Марко, но как бы незаметно учил его. Марко сидел, глядя ему в лицо слишком серьезным для своего возраста взглядом.
Конечно, во всем этом не было ничего хорошего. Он должен был бы быть с мальчиками своего возраста, озорными, непослушными. Один раз, когда Мартина столкнулась с ним взглядом, она улыбнулась ему, сморщив нос. Густые темные ресницы, как жалюзи, опустились вниз. Она отметила, что ел он очень мало, но много пил, и, когда в конце ленча она взяла персик и часть его положила ему на тарелку, он вознаградил ее удивленным взглядом своих темных глаз. Бруно улыбнулся в знак одобрения. Он был действительно привязан к мальчику. Но бедная Юнис! Все, что она делала, было заранее продумано и выглядело таким неестественным, неискренним.
Она вежливо проявляла интерес к беседе, на самом деле никого не слушая. Марко не интересовал ее, но Мартину он очаровал. Он был хорошо воспитан и говорил только тогда, когда к нему обращались. Она заметила также, что с Юнис он был особенно сдержан, лишь пристально смотрел на нее. Как же отличалось его отношение к Бруно Чувствовалось что-то похожее на поклонение, когда он смотрел на дядю, как будто быть рядом с ним было для него величайшим удовольствием.
В конце ленча Бруно вызвали в кабинет: кто-то звонил по междугороднему, и он вышел, рассеянно погладив ребенка по голове. Марко проводил его взглядом. Неожиданно Юнис резко сказала:
– Иди к Стефано, Марко. Попроси его вытереть тебе лицо и руки. После ленча мы пойдем гулять.
– Хорошо, тетя Юнис. – Марко послушно сполз со стула и медленно покинул комнату.
Он ушел, но его присутствие все еще ощущалось. Юнис часто дышала.
– Видишь, как Бруно ведет себя? Он смотрит только на Марко, ни на кого больше. Я не хочу казаться жалкой. Но, честно, я готова закричать.
– Ты действительно должна сейчас уехать, – убежденно сказала Мартина. – Тебе поможет, если ты будешь только с мужем. Бруно чувствует твой антагонизм по отношению к Марко, поэтому он и уделяет ему больше внимания, чем если бы все было нормально.
У Юнис, однако, не было желания идти на компромиссы. Она сделалась жесткой, губы вытянулись в тонкую линию.
– Моя дорогая Мартина, если бы я относилась к мальчику, как Бруно, он уже спал бы в нашей постели. Пока он в смежной комнате, он наполовину с нами. Дело в том, что Бруно сейчас очень осторожен в близости, поскольку Марко может в любую минуту проснуться и позвать его.
– Марко был в вашей комнате?
– Пока нет. Когда он просыпается ночью и кричит, Бруно тут же идет к нему и порой остается там до утра.
Мартина наблюдала за Юнис, достававшей из сумочки сигареты и зажигалку. Она закурила. Пальцы ее дрожали, чувствовалось, что она взвинчена до предела. И еще раз Мартина подумала, что она обязательно должна помочь ей, и чем скорее, тем лучше. Если этого не сделать, может что-то случиться, возможно, даже рухнет семейная жизнь Юнис. Она попыталась посмотреть на ситуацию глазами своей подруги и взвесить все с ее точки зрения.
С ней не могло бы такое произойти. Любовь к детям, врожденное умение войти в их мир фантазий позволило бы избежать угрозы разрушения семьи, если бы она была женой Бруно. Юнис же дети не интересовали. Она считала, что именно они лишили ее нормального детства, а сейчас под угрозой вся остальная ее жизнь. Мартина смотрела на нее с озабоченностью и сочувствием.
– Не беспокойся, – тепло проговорила она. – В это же время на следующей неделе вы с Бруно будете в Женеве, и это будет ваш второй медовый месяц. – Она проказливо улыбнулась. – Завидую вам. Бруно – интересный человек. Могу понять, что ты боишься потерять его. Я сама могла бы легко в него влюбиться. – В ее глазах появился огонек. Поддразнивая Юнис, она надеялась, что у той изменится настроение.
– Чувствую, ты можешь стать моей соперницей. – Юнис улыбнулась, слегка расслабившись, радуясь, что с нею рядом понимающий человек. – Ты даже не представляешь, что значит для меня уехать сейчас отсюда хотя бы на некоторое время. – Она загасила наполовину недокуренную сигарету, потеряв к ней всякий интерес. Мартина не курила и надеялась, что при ней Юнис перестанет курить так много. Юнис слишком нервничала, была натянута как струна.
Сейчас, когда ей стало немного лучше, она заговорила снова:
– Сегодня днем я иду в парикмахерскую. Сможешь заняться чем-нибудь, пока меня не будет? А если хочешь, мы можем вместе дойти до площади. Марко останется со Стефано.
Прежде чем Мартина ответила, Марко вошел в комнату. Его порозовевшее личико было свежевымыто, волосы аккуратно расчесаны. Он нерешительно стоял около двери, потерянный и одинокий. Мартина уловила это.
– Мне хотелось бы пойти с тобой, Юнис. А что, если мы возьмем с собой и Марко? – Она пересекла комнату, приблизившись к нему, и улыбнулась.
– Как ты смотришь на то, чтобы показать мне Венецию? Я здесь впервые, и было бы чудесно, если бы такой мальчик, как ты, был рядом.
Марко колебался, взвешивая, что лучше: принять приглашение незнакомой тети или остаться дома. В конце концов он взял ее за руку.
– Хорошо, синьора, – согласился он. Сердце Мартины сжалось, когда маленькие пальчики коснулись ее руки.
– Пойду переодену туфли, – сказала Мартина, глядя на Юнис, сидевшую за столом. – Во сколько мы должны вернуться?
– Марко ложится в семь. Ужинает он на кухне вместе с Уго и его женой Марией, которая готовит у нас. Кроме Стефано и Эмилии, есть еще Пина и Лоренцо. Они выполняют большую часть работ по дому и ухаживают за садом. По английским стандартам, может показаться, что у нас слишком много слуг, но мы даем им свободное время, и в доме всегда есть кто-то, когда нужно что-нибудь сделать. – Отставив стул, Юнис встала. – Я подброшу вас до площади и заберу там около пяти. Хорошо?
Она улыбнулась, как прежде, и Мартина, довольная, ответила ей такой же улыбкой.
– Прекрасно, – сказала она и вышла из комнаты, держа Марко за руку.
Первое, что она заметила, войдя в свою комнату, была чековая книжка, маленький черный замшевый мешочек и записка на туалетном столике, которую она тут же прочитала.


«Дорогая Мартина, я называю вас так, потому что чувствую, что мы уже друзья. Распоряжайтесь чековой книжкой по своему усмотрению. Прогулки с Марко могут дорого стоить, несмотря на его детские запросы. Если вам понадобится мелочь, Стефано в любое время возьмет в банке. Надеюсь, вам понравится у нас. Чувствуйте себя как дома. Всего самого хорошего, Бруно».


Марко с любопытством наблюдал за тем, как она взяла мешочек и, распустив затягивавший его шнурок, открыла его. Как это было мило со стороны Бруно – вот так, ненавязчиво оставить ей деньги, вместо того чтобы предлагать их лично, что, конечно, смутило бы ее. Первым ее желанием было отказаться, но потом, немного подумав, она взяла их. Даже стакан воды в Венеции может стоить дорого, а у нее слишком мало своих денег. С улыбкой она протянула мешочек Марко.
– Будь добр. Марко, посчитай, пока я переоденусь. Я не очень-то разбираюсь в итальянской валюте. Марко насупился и вежливо ответил:
– Не понимаю.
– Извини. Конечно, не понимаешь. Валюта – это деньги. В мешочке итальянские деньги. Ты научишь меня пользоваться ими. Идет?
Он энергично кивнул, взяв мешочек, подошел к стулу и высыпал содержимое на сиденье. Маленькая кудрявая головка склонилась над монетами, и Мартина оставила его одного решать задачу.
Когда она вернулась, большая часть денег была уже в мешочке. Остальное она отдала мальчику, чтобы он положил к себе в карман. Видя довольное выражение его лица, Мартина подумала, что он, наверное, впервые имеет дело с деньгами. В холле их встретил Стефано, и почти тут же появилась Юнис, одетая для улицы.
– Вы уже готовы?! – воскликнула она. Сейчас она выглядела лучше и даже улыбнулась Марко. – Будь умницей с тетей Мартиной, хорошо?
– Si, тетя Юнис. Я позабочусь о синьорине, – послушно ответил Марко.
– Посмотрим. – Ответ прозвучал довольно резко. – Уго ждет нас? – спросила она Стефано, приподнявшегося со своего места.
– Да, синьора. – Он открыл тяжелую дверь. Уго помог им сесть в лодку.
В лодке Марко сидел прижавшись к Мартине, держа руки в карманах и позвякивая монетами, как бы убеждаясь, что они все еще там, и изредка таинственно улыбался Мартине: ведь у них был секрет. Мартине хотелось крепко обнять его.
– Не давай Марко слишком докучать тебе, Марти. Пусть делает что хочет, – посоветовала Юнис, расставаясь с ними.
Они прошли на площадь Святого Марка, заполненную народом и голубями. Повсюду слышалась музыка, смех, голоса. Мартина восторженно смотрела на пеструю толпу. Здесь было такое, что не поддавалось описанию. Флаги на бронзовых столбах перед собором, гондолы, танцующие на переливающейся поверхности воды, гондольеры, узкобедрые красавцы, как будто сошедшие с полотен, в соломенных шляпах набекрень – все вместе это представляло необыкновенно красочную картину, светящуюся в золотых лучах солнца.
Марко, счастливый, отправился к одному из передвижных павильонов покупать кукурузу для голубей. Он радостно засмеялся, когда стая птиц пронеслась у него над головой, почти касаясь его плеч. После того как кукуруза кончилась, Мартина на свои деньги купила мороженое, и они сели в ожидании боя часов на углу собора.
Церемония началась с того, что появились бронзовые, как живые, мавры и произвели удар. Марко сидел, поглощенный зрелищем, и смотрел, как открылась небольшая дверца, откуда вышли трубящие ангелы, а перед ними три волшебника. Широко открытыми глазами он наблюдал, как они поклонились Мадонне, потом окружили ее и с мягким жужжанием исчезли за двумя маленькими дверцами, захлопнувшимися за ними.
Потом они прошлись по магазинам. Марко, держа Мартину за руку, шел рядом спокойно и важно. Время от времени он привставал на цыпочки и смотрел на ту или иную витрину, но ни о чем не просил. Так они бродили довольно долго, пока их внимание не привлекла игрушечная змея.
Прижавшись носом к стеклу. Марко зачарованно смотрел, как она извивалась, как живая, и весело засмеялся, когда Мартина вздрогнула при виде ядовитого язычка, злобно высунувшегося наружу. Конечно, она купила игрушку, улыбнувшись при виде Марко, быстро зашагавшего, держа коробку под мышкой.
Гуляя на солнце, они немного устали, и Мартина решила присесть за уединенный столик в кафе на пьяцца, заказав пирожные с лимонадом. Можно было бы отдохнуть и в более скромном кафе, но она специально выбрала именно это место, чтобы Марко мог еще раз посмотреть на церемонию боя часов. Она не забыла, как его пальцы сжимали ее собственные, когда на часах появились первые фигурки. По окончании представления он так светло ей улыбнулся, что она не могла не обнять его.
Окунуться в роскошный мир богатства так легко! Она чувствовала себя свободной от необходимости считать каждую копейку, покупая что-нибудь для Марко. Через несколько минут вернулся официант, неся их заказ. Когда он подошел. Марко сполз со стула и начал заводить змейку, которую назвал Руссо.
И вдруг пронзительный крик раздался за соседним столиком, крик, заставивший Мартину похолодеть.
Марко схватился за стул, пытаясь спрятаться. Мартина в испуге повернулась и увидела пожилую женщину в голубом, которая взобралась на свой стул и с ужасом смотрела вниз на змею, подползшую к ее стулу. Мартина не сразу заметила игрушку: та уже исчезла под стулом. Но зато она поняла, что теперь они в центре всеобщего внимания. Небольшая толпа собиралась между столиками.
Женщина уставилась на Мартину.
– Сделайте же что-нибудь! Не стойте там!
Прежде чем Мартина пришла в себя, она увидела, как от толпы отделился какой-то человек, рука в безукоризненно белой манжете потянулась к игрушке, и та исчезла в крепкой мужской ладони. Мартина проглотила подступивший к горлу комок. Доминик Бернетт ди Равенелли! В этой толпе! На какой-то момент он был ошеломлен, увидев, что у него в руках игрушка. Затем снова стал самим собой – холодным, самонадеянным, отчужденным.
– Это всего лишь игрушка, – сказал он, держа змею так, чтобы все могли ее видеть. Кто-то засмеялся, и толпа рассеялась. Страшно напуганная пожилая женщина уставилась на игрушку непонимающим взглядом, продолжая стоять на поскрипывающем стуле.
– Игрушка? – фыркнула она с омерзением. Ее вытаращенные блеклые голубые глаза сверкали от негодования, как у ощетинившегося пекинеса.
– Как можно так шутить над старой женщиной? – Она бросила сердитый взгляд на Доминика, стараясь сохранить свое достоинство, насколько это было возможно в ее положении.
– Надеюсь, вы как следует накажете свою жену и сына за подобное оскорбление, signore!
Доминик сунул игрушку в карман. Его губы слегка подрагивали, и он вежливо сказал:
– Будьте уверены, signora. Я самым искренним образом прошу извинения. Позвольте мне помочь вам. – Подойдя к ней, он подал ей руку. – Надеюсь, вы не пострадали? – Он галантно улыбнулся. – Уверяю, никто не хотел напугать вас. Можно упрекнуть только тех, кто так мастерски сделал эту игрушку, – она выглядит как живая. Я и сам не сразу понял это.
– И вы тоже? – Настроение женщины явно переменилось, и она посмотрела на него с нескрываемым восхищением. Только сейчас осознала, что была спасена высоким интересным незнакомцем, который храбро схватил змею, хотя тоже принял ее за живую.
– Действительно, очень смело с вашей стороны было прийти мне на помощь, – смущенно произнесла она. – Ведь она могла быть настоящей и опасной.
Его позабавило это.
– Signora, – произнес он с огоньком в глазах, – нет ничего героического в том, что я сделал. Чтобы обезвредить змею, достаточно схватить ее за шею. Позвольте мне, пожалуйста, предложить вам что-нибудь успокаивающее.
Женщина была сражена окончательно. Она буквально лучилась.
– Вы так добры, синьор, с удовольствием.
Она все время говорила по-английски, но Мартина чувствовала, что она живет здесь постоянно. Было совершенно очевидно, что Доминик ей незнаком, однако Мартина готова была поклясться, что теперь дама никогда его не забудет. Доминик заказал и оплатил двойной бренди, и Мартина с ужасом увидела, что он направляется к их столику.
Марко уже наполовину выпил свой лимонад и собирался съесть пирожное.
Доминик прищурился, глядя на него, но Марко держался невозмутимо.
– Синьор Доминик, могу я получить Руссо назад? – спросил он вежливо.
Неодобрительный взгляд Доминика заставил Мартину вспыхнуть. Его черные брови приподнялись осуждающе.
– Руссо? А, эту рептилию. Я подумаю. Она с испугом наблюдала, как он взял стул, поставил у их столика и сел напротив. Он разглядывал их с таким надменным видом, что Мартина поняла, что он еще больше ей не нравится.
– Хорошо, Марко, но не хочешь ли ты извиниться перед синьорой за то, что так напугал ее? – сухо предложил он, кладя руки на стол.
Марко покраснел и проглотил кусочек пирожного.
– Но, дядя Доминик, это получилось случайно. Я не хотел напугать синьору. Руссо поползла так быстро!
Марко посмотрел на Мартину, надеясь, что она заступится за него. Его большие темные глаза непроизвольно просили о помощи. Бедный малыш, подумала она. Его хорошие манеры были под стать взрослому, на самом же деле это был всего-навсего маленький мальчик, чьи ноги даже не доставали до пола. Волнение охватило ее. Неприязнь к этому человеку, который так относился к ней, усилилась. Солнце светило ему прямо в лицо, но он уселся поудобнее, расслабившись, наслаждаясь своей силой.
Мартина враждебно смотрела на него, как будто перед ней был ненавистный ей человек. Если ее взгляд можно было назвать вызывающим, его и более того. Они смотрели друг на друга, как противники.
Сердце стучало у нее в груди, когда она произнесла:
– Уверена, что Марко не хотел напугать синьору. Я купила ему эту игрушку, значит, я виновата в том, что произошло. Все случилось так неожиданно.
Прошло несколько секунд, в течение которых он покровительственно смотрел на нее своим холодным, безжалостным взглядом. Ей хотелось знать, понимает ли он, что производит неблагоприятное впечатление на мальчика.
Его глаза прищурились.
– В любом случае извинения должны быть принесены, – наконец произнес он.
Опустив глаза, Мартина прикусила губу. Его диктаторское поведение ужасно раздражало ее. В то же время врожденное чувство справедливости подсказывало, что он прав.
Она улыбнулась Марко, который озабоченно смотрел на нее, и подбадривающе погладила его ручку.
– Лучше будет, если ты, малыш, подойдешь к синьоре и извинишься. Когда ты сделаешь это, ты получишь свою Руссо, – ласково сказала она.
Марко, немного поколебавшись, взглянул на Доминика, ожидая от него подтверждения этих слов. Доминик медленно достал игрушку из кармана.
– Возьми Руссо с собой и объясни синьоре, как она работает. Ей это может быть интересно.
– Хорошо, дядя Доминик.
Неохотно встав со стула с игрушкой в руках, он направился к синьоре, которой официант уже принес бренди. Доминик подозвал официанта и заказал вино.
– Не хотите ли выпить со мной, мисс Флойд? – пригласил он, как только официант пошел выполнять заказ.
– Спасибо, у меня есть лимонад, – ответила она, держа в руках стакан.
Решительным жестом отобрав у нее стакан, он вылил его содержимое в стакан Марко.
Его лицо преобразилось. В глазах чувствовалась усмешка.
– Марко допьет это. После демонстрации игрушки ему захочется пить.
Он повел бровью в сторону мальчика и пожилой женщины. Сердитый тоненький голосок Марко, так подходивший к его хрупкой фигуре, вызвал у нее улыбку. Ее лицо, выражающее чувство глубокого сострадания, заставило Доминика пристально посмотреть на нее.
– Кажется, у Марко появился друг, – произнес он. Мартина повернулась и прямо взглянула на него. Он продолжал смотреть на нее несколько иронически, и это все еще раздражало ее. Она вспомнила его замечание о том, что слишком многочисленное общество женщин может избаловать Марко.
– Надеюсь, – ответила она. – Но кажется, у него не слишком много друзей как среди мужчин, так и среди женщин.
Если он и помнил то, что говорил раньше, то воспринял этот выпад спокойно. Легкая улыбка появилась в его глазах, и он продолжал смотреть на нее с возрастающим интересом.
– Вы очень любите детей, мисс Флойд?
– Почему вас это интересует? – не очень дружелюбно спросила она в свою очередь.
– Просто хочу знать, – пожал он плечами. Официант вернулся, неся вино. Доминик наполнил два стакана и один из них протянул ей. Подняв свой, он смотрел на нее, посмеиваясь.
– За ваше пребывание в Венеции, мисс Флойд. Кто знает, может, оно окажется счастливым.
Мартина что-то пролепетала, отпила немного и почувствовала, что у вина приятный, своеобразный вкус. Оно быстро подействовало на нее, а может быть, она слишком переволновалась из-за происшествия с игрушкой. У нее вдруг возникло какое-то необыкновенное звенящее чувство переполняющей ее радости: она живет и находится в том месте, где нужно, и в то время, когда нужно. А тут еще заиграл оркестр, превращая этот волшебный мир в сказочное видение. Громкие голоса компании, сидевшей слева от них, отвлекли ее внимание на несколько секунд, и когда она снова повернула голову, то увидела, что Доминик пристально смотрит на нее. Кровь прилила к ее щекам, и она быстро допила оставшееся вино, чтобы скрыть смущение.
– Нет.., пожалуйста, не надо, – попросила она, видя, что Доминик собирается снова наполнить ее стакан. – Я ведь не пью.
– Я тоже, но это особый случай. – Он поставил бутылку на стол. – А где же Юнис? Разве она не с вами? – внезапно спросил он.
– У нее встреча.
– Кто же привез вас сюда? Кто?
Вопрос прозвучал не менее резко, чем предыдущий.
Чувствовалось, ему не понравилось бы, если бы они были здесь сами по себе.
– Да. Вместе с Юнис они заберут нас отсюда в пять.
Она говорила торопливо, боясь, как бы он не предложил проводить их домой. Не представляя, как бы он это сделал, она ни капельки не сомневалась, что уж конечно не воспользовался бы общественным транспортом. Не таков Доминик Бернетт ди Равенелли! У нее не было также сомнений и в том, что его озабоченность связана отнюдь не с ней. В мыслях у него один только Марко и, вероятно, Майя.
Однако ее удивляло, почему он сидит здесь так долго, хотя и предполагала, что он ничего не делает просто так. Когда же он заговорил снова, это было отнюдь не о Марко.
Отбросив чопорность, он просто сказал:
– Вам повезло, что вы приехали в Венецию летом, мисс Флойд, когда здесь проходит множество великолепных фестивалей. Вы молоды, вам понравятся толпы туристов. Для меня же Венеция по-настоящему красива зимой, когда здесь нет приезжих. В это время снег блестит на крышах домов, каналы свободны от заторов, а холод на улицах заставляет людей прятаться в кафе, где они разговаривают друг с другом, потягивая горячий шоколад. Венецианская кухня славится своими блюдами, особенно острой пиццей с хрустящей корочкой, печенью и луком, приготовленной чисто в венецианском духе и подающейся с прекрасным вином из здешнего винограда.
Его слова странно действовали на нее. Она как бы проникала в его мир, в который, знала, никогда не войдет. Что-то поднялось в глубине ее души, и она произнесла задумчиво:
– Вы чудесно говорите. Не многие используют свой отпуск зимой таким образом. В основном все либо занимаются зимним спортом, либо уезжают в теплые края. Как жаль, что большинство людей не могут по-настоящему познать красоту Венеции. Так грустно, что это диво, которое окружает нас, когда-нибудь исчезнет совсем.
– Венеция уникальна. Ведь она построена на ста восемнадцати маленьких островках, соединенных сотнями мостов, связывающих тысячи узких водяных улиц. Все создавалось людьми, знающими свое дело.
Он продолжал говорить о том, что сделало Венецию великой. Его глубокий характерный голос приятно звучал. Мартина увлеченно слушала, забыв о своей неприязни, признав, что спокойствие – часть его сильной натуры. Он говорил о золотых песчаных пляжах, тянувшихся от Венеции до Триеста, об альпийских предгорьях, защищающих венецианские равнины от северных ветров. Мартина неподвижно сидела, пока он не кончил говорить. Только тогда она заметила, что он пристально смотрит на нее. Она покраснела и подумала, действительно ли ему хотелось рассказывать все это.
Он ни разу не спросил о ней самой, и это задело ее: она не интересовала его. Когда Марко вернулся к их столику, Доминик ушел. Мартина не сожалела об этом. Он вызвал у нее так много противоречивых чувств, она была еще не готова к этому. Дважды они встретились, но она все еще не могла отнести его к своим друзьям. Тем не менее она не могла и отрицать, что где-то внутри ее возникло какое-то неясное чувство, когда она видела, как он уходил своей небрежной легкой походкой с гордым, только ему присушим наклоном головы.
Марко съел еще два пирожных и с удовольствием допил лимонад.
– Тебе нравится? – спросила она. Он кивнул, покорно подставив лицо и протянув руки, чтобы Мартина вытерла их салфеткой.
– Спасибо синьорина.
Еда и разговор с пожилой женщиной сделали его разговорчивым.
– Синьоре понравилась Руссо. Она не испугалась, когда я завел ее. Она действительно приняла ее за настоящую.
Мартина бросила взгляд на столик, где сидела женщина, но та уже ушла.
– Бедная старушка по-настоящему испугалась, – сказала она. – Я рада, что тебе понравилась игрушка. Держа змею в руках, он почтительно сказал:
– Не могу дождаться, когда покажу ее дяде Бруно. Они сидели, пока часы не пробили пять и фигурки снова скрылись за дверцами. А затем поспешили туда, где Юнис с Уго должны были ждать их.
Юнис, в тонкой, бронзового цвета косынке, прикрывавшей ее только что уложенную голову, улыбалась им, спрашивая, как они провели время. Марко упомянул, что они встретили дядю Доминика, и захотел прямо здесь, в лодке, показать, как действует игрушка. Юнис согласилась, что она выглядит как живая, и предложила продемонстрировать змею Уго.
– Итак, вы встретили Доминика, – произнесла Юнис, доставая сигареты и зажигалку. – Что ты думаешь о нем?
Мартина смотрела, как она изящно закуривала.
– Не могу не согласиться, что он хорошо смотрится, интеллигентен, выглядит настоящим мужчиной, – честно призналась она.
Юнис выпустила тонкую струйку дыма. Ее раскосые голубые глаза прищурились.
– Ты не совсем откровенна. Уклончивый ответ на прямо поставленный вопрос. Он нравится многим женщинам с первого взгляда. Я обожаю его.
– Потому что он высок, талантлив и на нем табу? – пошутила Мартина.
– Потому что у него есть все, чего может пожелать женщина.
– Мне кажется, он подавляет.
– Думаю, что ты смотришь на него с предубеждением. Жаль, что таких, как он, мало. В противном случае наша жизнь была бы намного интереснее.
Мартина нахмурила красивые брови.
– Его имя заинтриговало меня, настоящее итальянское. Выглядит как римлянин, но в нем есть что-то по-настоящему от англичанина.
– Ты права. Доминик родился в Англии. Ему было двенадцать, когда его мать, вдова, вышла замуж за графа ди Равенелли. Доминик принял его имя, при этом сохранив и имя отца – Бернетт. Образование он получил в Англии, в колледже, где учился его отец, а когда он окончил его, граф решил ввести его в мир финансов. Как говорит Бруно, Доминик превзошел графа, хотя тот был маг и волшебник в своем деле. Для Доминика было ударом, когда два года назад граф скончался от сердечного приступа.
– А его мать?
– Она умерла несколько лет назад, вскоре после того, как вышла за графа: так и не смогла оправиться от автомобильной катастрофы, в которой погиб ее первый муж. У нее что-то было с сердцем, и она умерла спокойно, ночью во время сна. Граф больше не женился. Они с Домиником были очень дружны. Как говорит Бруно, Доминик похож на своего отчима даже внешне. Их всегда принимали за отца и сына.
Мартина представила высокую безукоризненную фигуру с широкими плечами, узкими бедрами, отточенными чертами лица, гордой осанкой, во всем похожую на графа. Конечно, титул очень подходил к Доминику Бернеттуди Равенелли. Неожиданно ей пришла в голову мысль, что он был близким другом Юнис и Бруно, значит, она будет видеть его довольно часто. Ее интересовало также, как давно он знаком с Майей. Юнис сама ответила на этот вопрос.
– Бруно очень любит Доминика, и ему доставляет большое удовольствие, когда он бывает у нас. У Мартины перехватило горло.
– Ты считаешь, что Бруно хочется, чтобы Доминик женился на Майе?
– Конечно. Они знакомы много лет. Ее родители живут в Милане. Они были дружны с графом ди Равенелли. Майя красива и богата и всегда была на виду до замужества. Ее имя связывали с рядом претендентов, включая Доминика. Но она вышла замуж за брата Бруно. А Доминик относился к ней поверхностно. Судя по тому, что рассказывал Бруно, он много внимания уделял графу, с которым вместе занимался зимним спортом за границей или катался на яхте. Ведь они оба великолепные спортсмены.
– Он, верно, очень переживал смерть графа.
– Конечно. После внезапной кончины графа Доминик уехал за границу. Был там около года, пока совершенно неожиданно они не встретились в Танжере с Бруно. Тогда-то он и решил вернуться в Венецию. Майя была бы для него идеальной парой. Она великолепная хозяйка, и они подходят друг другу. Кроме того, она действительно из тех, с кем обязательно рядом должен быть мужчина. Доминик будет любить ее, а она не будет думать, что выходит за него из-за богатства. Ведь Майя богата сама.
Юнис стряхнула пепел сигареты за борт лодки и окинула взглядом светло-коричневый костюм Мартины. Это было сделано непроизвольно, но у Мартины появилось чувство, что ее сравнивают с Майей, которая, вне всяких сомнений, имела гардероб из самых лучших магазинов Парижа и Рима.
Довольно невразумительно она произнесла:
– Может быть, действительно еще рано говорить о замужестве Майи? Ведь она любила своего мужа и буквально разбита случившимся.
Юнис криво усмехнулась:
– Майя больше всего переживает из-за себя. Она была единственным ребенком в богатой семье, которого баловали. Для Майи мир начинается и кончается вместе с ней. Если она выйдет замуж за Доминика, все будут довольны. Он знает ее давно, и для нее он не новенький. К тому же Доминик созрел, чтобы иметь свою собственную семью.
С точки зрения Юнис, этот брак был бы идеальным: Марко не жил бы с ними, и ее семья была бы спасена. В то же самое время Мартина подумала, что это слишком, когда кто-то устраивает чужую судьбу, руководствуясь собственными желаниями, как это делает ее подруга. А почему ее это трогает? Ей показалось, что Доминик Бернетт ди Равенелли способен сам о себе позаботиться. Что касается его отношений с будущей женой, Мартина не могла себе представить, чтобы он позволял ей делать все, что вздумается. Его твердый, решительный подбородок, его стальные острые глаза говорили о железной воле и уверенности в том, что он делает то, что надо. Майя подходила ему.
В этот вечер Марко взял Руссо с собой в постель, гордо показав все ее способности Бруно. Когда он уходил спать, на лице его светилась улыбка. Мартина, глядя на его ангельское личико, длинные темные ресницы, раскрасневшиеся щечки, руки с ямочками, держащими Руссо, подумала о том, как было бы хорошо, если бы все его ночные кошмары отошли в прошлое. Юнис с Бруно ушли на обед к Доминику. Мартина тоже была приглашена, но отказалась. Она устала, и ей хотелось пораньше лечь спать.
С момента прибытия в Венецию на нее свалилось так много неожиданного. Юнис расстроила ее планы, объяснив настоящую причину приглашения. То, что произошло с Марко, требовало действительно ее внимания. Наконец, появление Доминика Бернетта ди Равенелли, который вошел в ее зыбкий мир, взбудоражив его. Первая ночь в Венеции была полна каких-то предчувствий. Может быть, она переутомилась. Она чувствовала себя как после землетрясения, захватившего ее в незнакомой стране. Все, чего ей хотелось, – это как следует выспаться, чтобы привести свои мысли в порядок. Но прежде всего – ванна.
Обычно она пользовалась душем. Но эта роскошная ванна, баснословно мягкие полотенца, флаконы с ароматизирующими солями призывали к блаженству. Добавив в ванну немного соли и душистого масла, Мартина погрузилась в ауру великолепного благоухания. Позволив пене ласкать ее тело, она полностью отдалась наслаждению, отбросив всякие мысли о том, что где-то за дворцами существует множество узких улочек с бедными домами, темными, сырыми, даже с крысами. Ее ждала не менее великолепная постель, а рядом – ночная лампа, книги, журналы, шоколад – полный комфорт. Слишком велико было искушение погрузиться в эту атмосферу. Но ведь это только временно. Почему бы и не насладиться?
Расслабившись и чувствуя себя освежившейся, Мартина надела халатик с сатиновыми бантами. Он стоил довольно дорого и был не очень-то ей по карману. Но она не могла отказать себе в этой покупке на радостях, получив приглашение от Юнис. Она расчесывала волосы, все еще влажные после купания, когда вошла Эмилия, неся в руках поднос с обедом. Мартина сама попросила сделать так, чтобы не накрывали стол для нее одной.
Наслаждаясь первым свободным часом, выдавшимся за целый день, она не торопясь ела и при этом думала о Юнис, так не похожей на ту девчонку-сорванца, которую Мартина помнила, о Бруно, нежном, ласковом, искреннем. Мартина была уверена, пройдет время, и он снова будет так же предан своей жене. Потеря горячо любимого брата напугала его. Сейчас ему особенно нужны любовь и понимание. Если бы только Юнис смогла изменить свое отношение к детям! Вне всяких сомнений, Юнис смотрела на присутствие Марко как на реальную угрозу ее собственному решению остаться бездетной. В мальчике, возможно, проснулись сыновние чувства по отношению к Бруно, и Бруно захотелось иметь собственного ребенка. В эту ночь Мартина засыпала, желая от всего сердца, чтобы с ее подругой Юнис все было хорошо.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь всесильна - Бритт Кэтрин

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Любовь всесильна - Бритт Кэтрин



фигня
Любовь всесильна - Бритт Кэтринн
30.11.2011, 9.28





Скучно и нудно.
Любовь всесильна - Бритт КэтринОля
7.07.2012, 13.10





Скучный рассказ...концовка не понравилась...
Любовь всесильна - Бритт КэтринИрина
13.08.2013, 15.57





Ужас.тоска зеленая.
Любовь всесильна - Бритт КэтринКетрин
16.01.2014, 21.00





А мне понравился роман в жизни часто бывает что люди запутываютrn отношения, хорошо что всё хорошо закончилось
Любовь всесильна - Бритт КэтринСветлана
11.06.2014, 15.18





Можно и помечтать о Венеции.
Любовь всесильна - Бритт КэтринЛюся
28.10.2014, 14.49





Письма,написанные от руки? Это какого ж года книга?
Любовь всесильна - Бритт КэтринЕлена
2.03.2015, 17.03





прочитала всего несколько глав... начало обещающее, но продолжение...оставляет желать лучшего... не зацепило...слишком пресно....
Любовь всесильна - Бритт Кэтринфлора
31.05.2016, 15.04








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100