Читать онлайн Любовь, которая сотворила историю, автора - Бретон Ги, Раздел - О ТОМ, КАК НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ ПОСЛЕ БРАЧНОЙ НОЧИ ФИЛИПП АВГУСТ ОТВЕРГАЕТ ЭНЖЕБУРЖ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бретон Ги

Любовь, которая сотворила историю

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

О ТОМ, КАК НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ ПОСЛЕ БРАЧНОЙ НОЧИ ФИЛИПП АВГУСТ ОТВЕРГАЕТ ЭНЖЕБУРЖ

Плохие рабочие всегда жалуются на плохие станки.
Народная мудрость
Мартовским утром 1184 года жители Санлиса стали свидетелями очень странного спектакля. По узкой, извилистой главной улице города, освещенной весенним солнцем, за молодой женщиной, одетой в длинную белую рубашку, шедшей босиком со свечой в руке, шла толпа нищих, калек и прокаженных. Эта странная процессия двигалась с шумом шершня… Временами женщина издавала сильный стон
— Сжальтесь, мой Бог!..
Продолжение фразы растворялось в гуле общей молитвы.
Жители города стояли у окон и испуганно спрашивали друг друга:.
— Что случилось? Наступил конец света? Кто эта женщина, такая грустная и такая красивая? Вдруг кто-то крикнул:
— Это королева!
Впереди нищих действительно шла молодая королева Франции, Изабелла де Эно. Эта весть облетела город. Люди заволновались еще больше. Лучники, хотевшие рассеять людей, заполнивших дорогу, остановились, удивленные тем, что впереди толпы увидели свою королеву…
Процессия прошла через весь город и остановилась перед дворцом короля.
Двери распахнулись, и появился Филипп Август
type="note" l:href="#note_19">[19]
. Он был в пурпурной мантии, в свои девятнадцать лет он выглядел довольно представительно. Его искрящиеся глаза смотрели только на королеву. Он чувствовал себя униженным и потрясенным, увидев ее в такой одежде и в таком сопровождении. Крики толпы стали более различимы:
— Сжальтесь над королевой!.. Государь, сжальтесь над королевой!.. Сеньор, пожалейте королеву!.. Пощадите! Пощадите королеву!..
Почему народ просил сжалиться над королевой?
Потому что после полудня ассамблея прелатов и сеньоров, собравшихся по приказу Филиппа Августа, должна была дать свое согласие на развод с ней.
В чем же была виновата пятнадцатилетняя королева? Ни в чем, но король боролся против коалиции крупных вассалов, среди которых были отец и дядя Изабеллы, и Филипп Август обвинил ее в том, что она встала на сторону своей семьи. Чтобы развод стал возможен, некоторые церковники пытались доказать кровное родство между супругами, что делало брак незаконным, другие служители церкви шли еще дальше, намекая на то, что у королевы был любовник…
Обезумевшая Изабелла решила прийти с самыми бедными людьми к королю просить милости. Ее глаза, залитые слезами, смотрели на Филиппа Августа. Но его осунувшееся лицо оставалось неподвижным, взгляд скользил по толпе, молящей о снисхождении. Он понял, что развод с королевой сейчас был бы политической ошибкой, и это встревожило короля. Наконец он принял решение, подошел к королеве и взял ее под руку. На площади стало очень тихо.
— Сударыня, — сказал король, — я хочу, чтобы все знали, если в моем королевстве есть барон, которого вы предпочитаете мне, скажите мне об этом, и он будет ваш.
Изабелла ответила с достоинством:
— Государь, Бог свидетель, я вам верна.
И тут ее покинули силы, она разрыдалась, а растроганный король заключил ее в свои объятия.
— Я верю, — воскликнул он, — что вы никогда не уйдете.
Толпа разразилась радостными возгласами, а Филипп с Изабеллой удалились…
Народ вернул Франции королеву.
Через некоторое время история повторилась, и король вновь охладел к королеве. Изабелла отправилась к отцу и уговорила его больше не бороться против короля. Граф де Эно пообещал расстаться со своими союзниками, Филипп Август проявил еще раз снисхождение к супруге. По возвращении от отца, уладив все дела, в 1187 году Изабелла родила крупного мальчика, названного Людовиком (будущий Людовик VIII).
Счастливый король торжественно обещал бесконечную любовь той, которая только что произвела на свет наследника, и потребовал от каждого личной клятвы верности королеве.
— Я хочу, чтобы она стала самой великой и самой почтенной королевой Франции.
Увы! В 1190 году, не достигнув двадцатилетия, Изабелла скончалась от родов.
Опечаленный Филипп Август, стараясь забыть о своем горе, отправился в крестовый поход на Святую землю…
По возвращении он чувствовал себя одиноко и стал подумывать о новом браке. Будучи хорошим политиком, он старался найти принцессу, отец которой мог быть ему полезен в борьбе с Англией. Датский король Канут VI, у которого был сильный флот, мог стать помощником в борьбе против Ричарда Львиное Сердце. У короля была восемнадцатилетняя сестра. Звали ее Энжебурж. Говорили, что она красива и привлекательна. Филипп Август направил послов.
— Король Франции будет признателен, если вы удостоите его руки вашей сестры, — сказали они Кануту.
Король Дании с радостью дал согласие. Он позвал Энжебурж и представил ей послов. Молодая принцесса покраснела, желая показать, что она хорошо воспитана, и покорно приняла предложение.
— В таком случае, — сказали послы, не любившие зря тратить время, — вы можете собрать вещи. Мы отвезем вас к жениху.
Пока Энжебурж, радуясь предложению, набивала сундуки платьями и драгоценностями, послы Филиппа Августа приступили к традиционно деликатному вопросу о приданом. Они объявили, что король Франции не нуждается в деньгах, но не отказывается от старинных прав Дании на английский престол.
— Таким образом, — добавили лицемеры, — муж вашей сестры сможет когда-нибудь потребовать этот трон и еще более упрочить свое могущество…
Но король Канут был хитер:
— Хватит ли у вашего короля сил отправиться отстаивать свои права с оружием в руках? — лукаво спросил он.
Послы были вынуждены раскрыть карты:
— Он осмелится, если сможет рассчитывать на поддержку датского флота.
Канут старался сохранить свои войска целыми и готовыми к возможной битве с Генрихом IV, сыном и наследником Фридриха Барбаросса. Французские послы получили отказ, Датчанин не обещал помощи их королю.
— По возвращении Филипп Август поможет вам в борьбе против императора Германии, — сказали посланцы Франции, стараясь сохранять спокойствие.
Обещание показалось ненадежным датскому королю… Он предложил приданое серебряными монетами.
— Хорошо, — сказали послы, — в таком случае король Франции требует десять тысяч серебряных марок
type="note" l:href="#note_20">[20]
.
Король Канут был экономен. Эта цифра его испугала. Он задумался, не отказаться ли от этого брака. Но его доверенное лицо, аббат Гийом, который был французом, посоветовал ему не ссориться с французским королем из-за горстки монет.
В конце концов король Дании согласился, но при условии, что будет вносить деньги частями. Стороны ударили по рукам, и договор вступил в силу.
Несколькими днями позже послы привезли прекрасную Энжебурж во Францию.
* * *
Филипп Август решил дожидаться своей невесты в Амьене, дома которого приказал украсить ярким сукном и цветами.
Спустя несколько дней под вечер королю доложили, что показалась длинная вереница карет, в которых возвращались из Дании французские послы и везли принцессу Энжебурж с приданым.
Король надел свою кольчугу с серебряными колечками и вышел со знаменосцами — баронами к городским вратам. Всадники, скакавшие впереди обоза послов, поприветствовали Филиппа Августа. Королевская карета, набитая мехами, остановилась. Из нее вышла Энжебурж.
Король был поражен красотой девушки. Он соскочил с лошади и поклонился ей.
Он никогда не видел женщину, столь грациозную и привлекательную. Филипп Август понял, как трудно ему будет дождаться завтрашнего вечера, и передал через переводчика, что он хочет венчаться немедленно. Смущение Энжебурж делало ее еще более желанной, а опущенные глаза говорили о согласии.
Король взял свою невесту под руку, и они направились в церковь, куда был срочно вызван прелат. Народ пошел за ними. После ночного венчания, в то время, как трезвонили все колокола Амьена, король объявил, что коронация должна будет состояться на следующий день.
Вечером жители Амьена радостно отмечали королевскую свадьбу, а Филипп Август пришел к Энжебурж, ожидавшей его в спальне. Он, волнуясь, лег рядом с ней, но через минуту вскочил как ошпаренный.
Юная супруга удивленно посмотрела на него. Филипп Август нервно шагал взад и вперед по комнате, по его лбу струился пот. Решив, что он стесняется, Энжебурж, улыбнувшись, поманила его к себе. Король снова лег в кровать. Через несколько минут он снова встал, и кисти его рук сильно дрожали. Энжебурж подумала, что так и должно быть брачной ночью. Вскоре она поняла, что происходит что-то странное.
Еще три раза он заключал в свои объятия супругу и поднимался с постели, ходил, сжимая кулаки. Наконец королю пришла в голову мысль, от которой он побледнел:
— Я околдован! Меня околдовали!
И, все так же дрожа, он лег с Энжебурж.
Юная королева проснулась утром такой же невинной, какой заснула накануне…
Придворные, подняв молодоженов, проводили к собору, где должна была состояться коронация.
Супруги стояли перед алтарем бледные, а любопытные, заполнившие храм, были удивлены странной неподвижностью их взглядов и печальным видом. Церемония началась.
Архиепископ Реймса в сопровождении двенадцати епископов сначала подтвердил коронацию короля. Потом, повернувшись к Энжебурж, он приступил к обряду ее коронации. В момент миропомазания королевы прелат развязал ей тунику и начертил маслом миро на ее груди крест.
Слабый крик заставил архиепископа обернуться и замереть от ужаса, король был во власти нервного припадка. Дрожащий, с выпученными глазами, Филипп Август тряс кистями рук, так как будто отгонял от себя призраков.
Несколько священников подошли к королю, чтобы загородить его от людских глаз. Коронование королевы было прервано.
Ничего не заметивший народ радостно рассыпался по городу, а Филипп Август признался архиепископу в том, что он почувствовал внезапно отвращение к Энжебурж, перешедшее в припадок.
— Эта женщина околдована, — говорил он, — она сделала из меня импотента. Ее нужно отправить обратно в Данию.
Прелат попытался ему объяснить, что причиной его срыва могло послужить слишком большое желание или слишком большая усталость.
— Я хочу, чтобы она уехала, — сказал король. Датчане, сопровождавшие Энжебурж, были предупреждены о намерениях короля и, объявив, что их миссия закончена, быстро покинули монастырь.
Филипп в приступе ярости отправил королеву в монастырь.
В монастыре Филипп навестил ее месяцем позже по совету своего дяди, архиепископа Реймса, попытавшись еще раз исправить ситуацию.
— Отправляйтесь к ней — и постарайтесь стать мужем. Если вам это удастся, вы вновь обретете душевный покой. Если вам это не удастся, вы все же сделаете нужный шаг, и церковь примет это в расчет в случае расторжения брака.
И с улыбкой добавил:
— Сын мой, считайте, что вся Франция смотрит на вас.
Филипп Август прекрасно знал, что весь народ знал о его брачной ночи, и мысль о том, что вся Франция смотрит на него, не добавляла ему уверенности в своих силах. Скорее наоборот. Тем не менее Филипп Август посчитал, что дядя прав, правильно посоветовав попытать счастье в последний раз. Поэтому ближе к вечеру, июньским днем 1193 года, он направился к месту заключения несчастной восемнадцатилетней королевы.
Приехав в монастырь, он спрыгнул с лошади, повернулся к группе сопровождавших его друзей, сухо сказав им:
— Молитесь!
И быстро пошел к башне, где горевала Энжебурж…
Всадники спешились и принялись молиться, чтобы король Франции смог наконец стать супругом королеве…
Прошло много времени, и друзья Филиппа Августа незаметно для себя увлеклись молитвой. Неожиданно открылась дверь, и появился король. Он был опять в состоянии крайнего возбуждения. По мертвенно-бледному лицу струился пот, кисти рук дрожали.
Друзья не осмеливались приблизиться нему и стояли, не зная, что предпринять.
«Она опять его околдовала», — думали они.
Король подошел, чтобы сесть на лошадь, и у него опять начался приступ. Сжав кулаки, выпучив глаза, сотрясаясь от конвульсий, он стал кричать:
— Я бессилен! Я бессилен! Ничего не поделаешь! Эта женщина действительно заколдована.
Силы покинули Филиппа Августа, и он потерял сознание.
На следующий день о происшедшем стало известно всему Парижу, и каждый комментировал это по-своему:
— Если у короля ничего не получилось, — говорили одни, — значит, у королевы есть какой-то изъян. Может быть, у нее кожа ящерицы.
— Или рыбья чешуя на животе.
— Вот те на. Неужели?! — насмехались сплетники. — Может быть, наш милый государь получил какой-то сюрприз, желая лишить девственности королеву…
— Ну что, например?
— Например? Например, увидел, что она рассталась с девственностью еще в Дании…
Это последнее предположение, неоднократно повторявшееся среди населения, однажды было высказано на горе Сент-Женевьев среди датских студентов и вызвало столкновение. Между теми, кто верил в чистоту королевы, и теми, кто ее отвергал, вспыхнула драка. Странно, но датский король не объявил тогда войну Франции.
Филипп Август активно стал готовиться к расторжению брака, и 5 ноября в Компьене был созван вселенский собор, куда были приглашены прелаты и бароны.
Будучи на стороне короля, церковники признали родственную связь между Энжебурж и… Изабеллой де Эно, первой женой Филиппа Августа, и, следовательно, по их мнению, второй брак был кровосмесителен…
Молодая королева, доставленная из монастыря, ничего не подозревала о кознях. Ее посадили на трон перед собранием, а она недоумевала, что от нее хотят. К тому же, не зная французского языка, не понимая смысла дискуссии, она глазами затравленного зверя смотрела на присутствующих.
Через какое-то время она начала понимать, что происходит. Неожиданно все встали, к Энжебурж подошел епископ и через переводчика сообщил, что брак расторгнут, перечислив причины расторжения, о которых говорилось на вселенском соборе. Красавица разрыдалась, встала и громко крикнула:
— Мала Франсиа! (Скверная Франция!) Рома! Рома! (Рим! Рим!)
Присутствовавший папский посол побледнел. Он согласился объявить о расторжении брака, потому что думал, что Энжебурж подчинится этому, не протестуя. Но ее последние слова взволновали его. Если она обратится к Риму, папа потребует более серьезного расследования…
В тот же вечер Филипп Август по настоянию папского посла поместил Энжебурж в монастырь аббатства Сизуин, у Турне.
Там с молодой королевой весьма гнусно обходились. Для нее ничего не было предусмотрено, даже питания. Чтобы выжить, бедняжке, которая принесла такое прекрасное приданое французскому королю, пришлось продать часть своих вещей. Епископ Турне, поставленный в известность об этом, не будучи в состоянии прийти на помощь государыне, за которой очень тщательно следили, обратился со следующим письмом к архиепископу Реймса:
«Предоставив Богу право суждения по такому деликатному вопросу, я не могу удержаться от жалости при виде того, что разжалованная королева доведена до того, что ей приходится для обеспечения своего существования покупать еду на деньги, полученные за проданные ею посуду и лучшую часть своего гардероба. Она выполняет тяжелую работу, занимающую почти все ее время. На забавы и игры у нее не остается времени. Она каждый день молится, молится беспрерывно, с утра до полудня, обливаясь слезами. Ее пламенные молитвы касаются не достижения своего личного блага, а благополучия и спасения короля.
Удивительно, но Энжебурж в своем суровом заточении продолжала страстно любить короля, мечтала о нем как о муже, вспоминая, как однажды он предстал перед ней во всем блеске у городских ворот Амьена. Она продолжала с нежностью думать о нем.
«Я его жена», — говорила она себе с трепетом в душе. Бедняжка была так наивна, не подозревая, что всеми тяжкими, ничтожными оскорблениями она была обязана именно Филиппу Августу, человеку, которого она считала своим мужем.
В это время Канут, король Дании, послал двух послов к папе римскому, Целестину III, поручив им доложить о бесчестном отношении Филиппа Августа к Энжебурж и наглядно объяснить, что родственные связи, на которые ссылались во время заседания вселенского собора, были чудовищным вымыслом. Папа обстоятельно изучил все детали дела и признал недействительным решение о расторжении брака. Датские послы с полученными документами, довольные своим успехом, возвращались к Кануту.
Филипп Август узнал об этих переговорах от своих шпионов, арестовал послов недалеко от Дижона, ограбил и бросил в тюрьму. 
type="note" l:href="#note_21">[21]
Тогда король Дании вместе с папой направили Филиппу Августу совместный протест. В качестве ответа последний отдал приказ содержать Эжебурж в более тяжелых условиях. А сам принялся искать способ, с помощью которого он добился бы того, чтобы развод был бесспорен.
«А не жениться ли мне вновь?» — подумал он.
Идея показалась заманчивой, и он приступил к поискам новой супруги. Но страдания Энжебурж, легшие в основу многих грустных народных песен, были известны всей Европе, и король Франции везде получал позорящие его отказы.
Германская принцесса ему ответила следующим образом: «Мне известно поведение короля Франции по отношению к сестре датского короля, я в ужасе от этого». И вышла замуж за саксонского герцога.
Так же ответила ему и английская принцесса Жанна, вышедшая замуж за графа из Тулузы. В течение нескольких лет все европейские монархи спешили выдать своих дочерей замуж за кого угодно, только не за французского короля. Это приводило в ярость Филиппа, и тон его прошений о женитьбе становился все более грубым, уже заранее причиняя боль их адресатам. Вот что он написал принцессе Фландрии, когда на нее обратили его внимание: «Я обещаю на вас жениться, если только вы не страшны, как смерть». Молодая девушка не сочла нужным ему отвечать. Ее легко было понять…
И все-таки в 1196 году Филипп Август, которому к тому времени уже исполнился тридцать один год, получил от Агнесс, сестры Оттона, герцога Мерании, согласие стать его женой.
Французские послы отправились за ней и в торжественной обстановке препроводили ее до Компьена, где Филипп Август проводил расширенное совещание по поводу клятвы верности, полученной со стороны графа Фландрии.
Кортеж с невестой прибыл в город, дали знать королю. Филипп Август остановил обсуждение и вышел в парадном одеянии с непокрытой головой к воротам у замка. Вскоре на дороге появились конные знаменосцы и кареты, окруженные шумящей толпой. Всему Компьену хотелось присутствовать на первой встрече короля с будущей королевой.
Недалеко от замка кортеж остановился, и всадница необычайной красоты направилась к королю. Наступила тишина. Филипп догадался, что это была Агнесс, и смотрел на нее восхищенно, но с некоторой боязнью.
«Бог мой, как же она красива и какие у нее прекрасные глаза, — думал он. — Лишь бы только я не был околдован опять».
Агнесс, улыбаясь, медленно приближалась на своей огненной лошади, с любопытством разглядывая короля, о котором ей так много рассказывали. Она нашла его красивым, несмотря на то, что он был лыс. Агнесс решила, что у него представительный вид и в его облике есть что-то величественное. Ее очаровал нежный, но властный взгляд короля.
«Наверное, это сильный мужчина, — наивно думала она, — и с ним приятно разделить ложе».
Одним словом, сходя с лошади, она уже была в него влюблена.
На следующий день состоялась пышная свадьба.
В конце церемонии многочисленная толпа, скопившаяся на церковной паперти, приветствовала королевскую чету. Все обратили внимание, что Филипп Август улыбается, и его счастье доставляло простым людям искреннюю радость.
— Как он счастлив, — сказала одна женщина, — он теперь сможет предаться наслаждениям любви с такой красивой королевой.
— Если ему это удастся!.. — посмеиваясь, отозвался кто-то.
Раздался громкий взрыв смеха, и толстый мужчина вскрикнул:
— Да, да! Потому что наш милый государь в постели не производит впечатления слишком сильного человека.
Эти слова подхватили, и вскоре весь честной народ Компьена обсуждал вопрос, сможет ли или нет король посадить свое родословное дерево.
Филипп Август шел по городу, не чувствуя иронии и приветственных криках, и вел Агнесс, одетую в длинное платье с золотыми нитями, до замка.
Наступил вечер, верующие стали молиться, чтобы королю Франции сопутствовала удача, но большинство жителей Компьена отправились в таверны, желая провести там ночь, осушая кувшины белого вина и рассказывая друг другу непристойности…
Утром следующего дня в залу, где гости короля, пившие и певшие до зари, безмятежно дремали прямо на столах, вбежал стражник. Он разбудил их, крикнув:
— Победа!
Послышался шум голосов, и стражник снова крикнул:
— Победа! Король смог!
Присутствующие переспросили, уверен ли он в этом. На что тот с обиженным видом сказал:
— Я стоял за дверью…
И объяснил, что все прошло чудесно, а простыня, свидетельствовавшая о девственности Агнесс, уже прогулялась по замку. Вскоре событие стало известно всему Компьену. Люди открывали окна и окликали друг Друга:
— Вы знаете, король молодец!
— Да здравствует король!
На улицах собрались толпы людей, обсуждая событие. Были опустошены многочисленные кувшинчики вина, Эта новость произвела впечатление и в других государствах.
Филипп Август и Агнесс проводили медовый месяц, восхищая простой, народ своей сентиментальностью.
Король не покидал новую королеву. Их видели вместе на охоте, на турнирах, на поэтических вечерах. Им рукоплескали, труверы сочиняли хвалебные песни. Все окончательно забыли Энжебурж, продолжавшую горевать в монастыре.
Бедняжка узнала о новом браке Филиппа Августа. Вспоминала она и о том, что Агнесс страстно влюблена, и это ее оскорбляло. Целыми днями она рыдала, задавая себе один и тот же вопрос — что же такое она сделала, что король отнесся к ней с такой жестокостью и ненавистью, ведь она так его любила.
Временами, поддерживая себя верой в лучшее, она чувствовала, что к ней вновь возвращается надежда, и Она представляла Филиппа Августа, заходящего в ее келью и нежно приглашающего ее снова занять место королевы и супруги… И приходила в восторг, воображая это.
Пока Энжебурж плакала или самообольщалась, датский двор не оставался бездеятельным, посылая новых послов к папе с целью опротестовать брак Филиппа Августа. Но Целестин III, которому было девяносто два года, уже не чувствовал в себе силы бороться с коварным французским королем. Он ограничился лишь тем, что неодобрительно покачал головой и послал свое благословение Энжебурж.
Филипп Август и Агнесс, которую вельможи прозвали «цветком всех женщин», могли нежно любить друг друга в полном спокойствии. На протяжении восемнадцати месяцев двор праздновал, а народ радовался тому, что наконец-то их король счастлив в семейной жизни. Но из Рима пришло грозное письмо.
Целестин III умер, а его преемник, Иннокентий III, взявший на себя защиту Энжебурж, приказал Филиппу Августу отвергнуть Агнесс, которую признал наложницей, и жить с отвергнутой бывшей королевой.
Король в гневе разорвал письмо и не ответил. Тогда Иннокентий III направил к нему своего посла с повторным письмом. Филипп Август принял посланника, прочитал петицию папы и спокойно сказал:
— Передайте Святому Отцу, что Агнесс — моя жена, и никто не вправе меня с ней разлучать.
И с явным неуважением показал папскому послу на дверь. Перед уходом папский посланец сделал небольшой реверанс и сказал твердым тоном:
— Это было последнее предостережение папы. Теперь готовьтесь к самому худшему.
Оставив Филиппа Августа сильно испуганным, удалился.
Филипп Август, примерный христианин, был потрясен угрозами папы. Но его любовь к Агнесс была так сильна, что ему было тошно от одной мысли о разлуке, даже временной. Советники предложили ему поселить королеву где-нибудь поближе к Парижу и тайно с ней встречаться. Король отказался, не желая уступить Иннокентию III и унизить Агнесс перед всей Европой.
Папа ждал два месяца, Филипп Август молчал. Наконец глава церкви созвал вселенский собор в Дижоне, где 6 декабря 1199 года был объявлен Интердикт.
Это и было то худшее, что обещал папский посол, присутствовавший на соборе.
Филипп Август, узнав об этом приговоре, побледнел, задрожав от гнева, и совершил удививший весь мир поступок. Он издал приказ об аресте папского посла!.. Тот же осмотрительно успел покинуть пределы Франции. Узнав о беде, только что обрушившейся на Францию, народ был потрясен.
— Королева Агнесс — более опасная колдунья, чем королева Энжебурж, — роптал люд, — не иначе, как она использовала волшебство, чтобы держать короля в своей власти.
В городах королевства неистово осуждали поведение короля. Никто не мог понять, как это государь так легко согласился с исключением Франции из христианства из-за женщины. Тогда-то и стали называть Агнесс именем, которым ее окрестил папа римский в одном из писем: Самозванка…
Грозный приговор был приведен в исполнение, вся религиозная жизнь была парализована, народ роптал. Последствия Интердикта были жуткими.
Вот что говорил Рудольф, монах, живший в то время: «Какой убогий вид! Двери церквей и монастырей заперты на замок. Христиан отгоняют, как собак. Не проводятся ни церковные службы, ни крещения. Не видно толп народа, собиравшихся обычно в дни религиозных праздников. Никто из умерших не погребается в соответствии с христианским обрядом. Трупы повсюду отравляют воздух и вселяют ужас в живых».
Филипп Август знал, что народ упрекает его в том, что он не уступил папе, он знал, что все эти мертвецы, которых больше не хоронили, могут вызвать ужасные эпидемии, знал, что в эти времена фанатичной веры никто не простит ему, что он допустил закрытие церквей, и все же он не мог расстаться с Агнесс. Все его недовольство и злость за случившееся обрушились на несчастную Энжебурж…
И вот однажды утром, вооруженные люди вошли в камеру монастыря в Сизуин, где находилась «бывшая» королева.
— Именем короля, вы должны последовать за нами! Бедная затворница привстала в страхе:
— Куда вы меня поведете?
— Король запретил нам это говорить.
Энжебурж задрожала от страха. Она подумала, что ее поведут куда-нибудь в тихое место, чтобы спокойно заколоть, и сожалела о смерти в двадцать пять лет.
Но она покорно вышла из камеры и села на приготовленную для нее лошадь.
Посланцы короля не получали приказа убить ее. Король ограничился указанием перевести ее в тюрьму, расположенную в более глухом и укромном месте. Энжебурж пришлось прожить там долгие годы.
Не очень счастливой была и жизнь Агнесс. Всецело поглощенная своей любовью, она умоляла Филиппа Августа бросить все и уехать с ней подальше от Парижа, подальше от Франции…
Но Филипп Август даже в то время, когда он впал в немилость папы и его народ начал в нем сомневаться, желал остаться королем и думать об интересах своего государства. Он снова присоединил к королевским владениям графство Эвре, принадлежавшее английскому королю, женив (обряд из-за Интердикта состоялся в Нормандии) своего сына, принца Людовика, на внучке Алиеноры — Бланке Кастильской (этот брак мог внушить надежду на примирение между двумя соперничавшими династиями), а также обнародовав знаменитую грамоту, обозначившую привилегии Парижского университета. Чтобы показать папе, что он хозяин своей страны, прогнал многих епископов, выслав их за пределы Франции и конфисковав их имущество.
В сентябре 1200 года на восьмом месяце Интердикта беспокойство народа стало вызывать опасения. Во многих местах не захороненные трупы выделяли такой смрад, что отравленными были уже целые деревни. Король знал, каким неприятностям подвергались его подданные, но не хотел уступать. Когда ему советовали отвергнуть Агнесс и приступить к переговорам с папой, он начинал кричать, сверкая глаза ми:
— Мы с ней вместе на века! Я лучше откажусь от веры, чем от нее!
Однако вскоре он вынужден был уступить. Чувствуя, что гнев народа, угрожавшего взбунтоваться, продолжает расти, король отправил послов в Рим умолять папу отменить Интердикт и рассмотреть законность его брака с Энжебурж на вселенском соборе, решению которого он обещал подчиниться.
Непреклонный Иннокентий III потребовал, чтобы Филипп Август отверг Агнесс и вновь призвал Энжебурж. Филипп Август подчинился.
Проводив Агнесс до замка в Пуасси, он поместил не признанную папой королеву в замок Сент-Лежеран-Ивелин, около Парижа.
Интердикт, длившийся девять месяцев, был отменен.
Вселенский собор, который просил созвать король, собрался в Суассоне, в присутствии сильно удивленной Энжебурж. Бурные дебаты складывались не в пользу Филиппа Августа. И он решился поступить следующим образом. Резко встав, он объявил, что признает Энжебурж своей законной супругой и возвращает ей все права.
— Я никогда не прекращал ее любить, — сказал он.
И не дав изумленным кардиналам прийти в себя, он вывел ее на улицу, посадил на коня и увез…
А собор был распущен.
Это было то, что хотел король, ибо теперь речь шла о притворстве Энжебурж, и бедная королева не замедлила вернуться на годы в заточение.
* * *
Узнав о происшедшем в Суассоне, Агнесс, ожидавшая ребенка, была в отчаянии.
— Филипп! Мой любимый Филипп, — взывала она, — почему ты от меня отказался?
Беспрестанно рыдая, она думала, что король вновь полюбил Энжебурж. Временами она переставала плакать и забрасывала вопросами дам, находившихся вместе с нею в замке Пуасси.
— Когда он увозил Энжебурж на коне, он ее обнимал? Разговаривал с ней? А что делала она?
Никто не мог ей ответить, и она впадала в тревожное состояние, почти теряя сознание.
Через месяц у нее родился мальчик.
— Вы думаете, король приедет ко мне посмотреть на своего сына? — спрашивала она.
Ее, естественно, обнадеживали, но Филипп Август, не желая нового конфликта с папой, так и не приехал в Пуасси.
Агнесс была разочарована. Она перестала есть и плакала дни и ночи.
Когда сообщили, что Энжебурж помещена в тюрьму в Этампе, она решила, что ее обманывают, и, в ответ улыбнувшись, просто сказала:
— По моей вине король подвергся стольким мукам.
— Вечером того же дня ее не стало.
Агнесс похоронили в церкви Сент-Корентен, у Нанта. И Филипп Август, чтобы увековечить память о ней, попросил у папы признать законными троих рожденных ею детей.
Иннокентий III, желая помириться с королем Франции, оказал ему эту любезность, ответив письмом, где Агнесс, которую он когда-то называл «самозванкой» и «дворовой женщиной», была названа «благородной женщиной, дочерью благородного человека, герцога Мерании».
Это письмо означало признание брака Агнесс и Филиппа Августа. Народ, который так пострадал от строгости Интердикта, счел такую уступку со стороны папы поразительной.
— Нам ни за что причинили неприятности, — говорили рассерженные люди.
Такова была реакция простых людей на эти события.
* * *
Филипп Август обвинил Энжебурж в смерти Агнесс и приказал, чтобы с узницей Этампа поступали с возможной жестокостью. Он рассчитывал, что невыносимая жизнь склонит ее к мысли о разводе, и организовал преследование по всем статьям.
Энжебурж терпела все, не жалуясь. Она любила Филиппа и предпочла жизнь в тюрьме Франции возвращению в Данию.
Однако в 1203 году ее страдания стали особенно невыносимы, и однажды, отчаявшись, она написала папе письмо:
«Меня подвергает гонениям мой муж и повелитель Франции, он не общается со мной как с женщиной, осыпает меня тяжкими оскорблениями и зло клевещет на меня. В тюрьме для меня нет утешений. Я в плену постоянных и невыносимых мучений. Никто не приходит ко мне, не решаясь отважиться на общение. Монахов не допускают утешить мою душу божественной речью. Мешают посланникам моей страны передать мне письма и поговорить со мной. Мне едва хватает пищи, которую дают. Я лишена помощи лекаря, здоровье мое ухудшается с каждым днем. Из-за недостатка воды я не имею возможности помыться.
Я боюсь этой жизни, ставшей для меня сплошным страданием, и опасаюсь, что у меня могут появиться серьезные недуги. Мне не хватает одежды, а та, что я ношу, недостойна королевы. Наконец, мои страдания делают невыносимыми сварливые женщины, которых король подсылает ко мне для общения. Они издевательски разговаривают со мной, обижают меня. Я слышу одни грубости и оскорбления.
Письма, которые Ваша Светлость мне посылали, я не получала. Я падаю духом, теряю уверенность в себе, такая жизнь скоро сломает меня, и я обращаюсь к вам, Святой Отец. Думаю не о теле, а о своей душе. Я гибну, но желаю сохранить свое право на брак.
Если Филипп Август, знаменитый король Франции, которого попутал бес, пожелает еще раз организовать дело против меня, а хотела бы, чтобы меня доставили туда, где я смогла бы свободно высказаться и, оказавшись на воле. добиться Вашего Папского Милосердия, которое могло бы освободить меня».
Письмо тронуло папу, и он направил серьезное предостережение Филиппу Августу, который, не желая опять вступать в противоречия с Римом, благоразумно подчинился и смягчил условия жизни Энжебурж. Отвергнутая королева обрела бессмысленную надежду, которая помогала ей выживать в тюрьме Этампа.
А король задумался о четвертой женитьбе. Недавно он вступил в связь с молоденькой особой, названной летописцами «девицей из Арраса». И хотел, чтобы она стала законной женой и королевой, зная, что папа не стал бы противиться его очередному браку. И действительно, Иннокентий III был расположен к тому, чтобы снова заняться процессом развода, приняв в расчет обвинения в колдовстве, выдвинутые против Энжебурж…
Это успокаивало Филиппа Августа. И, несомненно, ему удалось бы расторгнуть брак и выгнать из своего королевства Энжебурж, если бы политические события не нарушили его планы.
Иоанн Безземельный, который уже долгое время завидовал Филиппу Августу и жаждал его гибели, нашел союзника на континенте в лице императора Германии Оттона Брюнсвика.
Эта любовница принесла ему сына, ставшего потом епископом Нойона. Их коалиция стала угрозой для безопасности страны.
Встревоженный Филипп Август понял, что сражение, от которого зависит не только корона, но и будущее Франции, должно было состояться в самое ближайшее время, и начал готовиться к нему. Он укрепил Париж и главные города королевства: Реймс, Шалон-сюр-Марн, Перонн. Но чтобы оказать достойное сопротивление Англии, ему нужен был лучший флот, которым владела Дания.
Трудно провести переговоры о союзе с Датским королевством, не возвратив Энжебурж титул королевы Франции. Медлить было нельзя, и Филипп не стал колебаться. Он отправился в Этамп к коронованной узнице, которая уже после двадцатилетнего заключения теряла надежду когда-нибудь обрести свободу..
Увидев короля, она упала на колени. Он протянул ей руку, которую она не замедлила поцеловать.
— Встаньте, мадам, я причинил вам много неприятностей. Простите меня. Ваше место на французском престоле, рядом со мной.
Энжебурж всегда надеялась, что этот день придет. Она расплакалась, бросилась к Филиппу Августу и попыталась его поцеловать. Но король, как пишут летописцы, «не смог решиться на это в первый день…».
Несколько лет шла подготовка к войне, и Филипп Август обращался с Энжебурж как с королевой, знакомил ее с ходом событий.
Она оказалась хорошей советницей, и он радовался этому. Присутствие королевы в Лувре оказывало хорошее действие на короля: он избавился от суеверного отвращения, которое он питал более двадцати лет к Энжебурж и которое его травмировало, к нему возвращалось душевное равновесие.
Филипп Август усердно готовился к великому сражению нашей истории.
* * *
События стали развиваться быстрее. Филипп Август собрал своих крупных вельмож с подвластными им людьми. И в начале июля 1214 года объявил всеобщую мобилизацию.
Получив от королевы Энжебурж «в знак поддержки долгий и нежный поцелуй», 12 июля король покинул Лувр и отправился во главе своего войска к северу страны. Там, за Валансьенном, стоял император Оттон во главе своей восьмидесятитысячной армии. Нужно было дать сражение и победить.
27 июля у небольшого селения Бувин, недалеко от Сизуина, где долгое время содержалась в тюрьме Энжебурж, произошла битва. Был воскресный день. Стоял изнуряющий зной. После трех часов ожесточенных боев армия коалиции была разбита двадцатью пятью тысячами французов, проявивших чудеса героизма.
Эта победа спасла Францию.
Филипп Август во время битвы был выброшен из седла, помят лошадьми и едва не погиб в сражении. Торжественно въезжал король-победитель в Париж, где его встречала Энжебурж…
Десять лет Филипп Август и Энжебурж жили счастливой и спокойной жизнью. Никогда королева не упрекала Филиппа Августа за двадцать лет, загубленных в неволе.
В июле 1223 года король заболел малярией в Сен-Жан-д'Акре, его била сильная лихорадка, и, быстро ослабевая, подозвав своего сына, будущего Людовика VIII, он сказал ему:
— Сын мой, ты никогда не огорчал меня. Я прошу тебя, почитай Бога и Церковь, как это делал я. Я принес большую пользу, и, надеюсь, ты тоже принесешь ее, молю тебя именем королевы, которой я причинил столько зла…
По словам летописцев, «он заплакал и больше ничего не говорил». Вскоре он умер. Королю было пятьдесят восемь лет.
Королева пережила его на тринадцать лет, ведя затворнический образ жизни в домике, построенном ею на острове Эссон в Корбее. Там она и умерла в 1236 году, до конца своих дней вспоминая о десяти счастливо проведенных годах рядом со своим властелином Филиппом Августом…



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги

Разделы:
Хлодвиг
type="note" l:href="#note_1">[1] мог бы сказать: «клотильда стоит мессы!»Фредегонда и брюнеота — две жестокие, распутные королевыНантильда — самая обманутая королеваКарл великий — дитя любвиЖены карла великого
type="note" l:href="#note_7">[7] и их роль в историиЛюбовницы карла великогоЛюбовь людовика и юдифь, открывшая историю францииРоберт благочестивый и его отлучение от церкви из-за любви к бертеПохищение королевы франции«похитьте меня», — сказала бертрада, и франция была изумленаАлиенора-жертва восточных ночейО том, как на следующий день после брачной ночи филипп август отвергает энжебуржЛюбовь тибо де шампань к бланке кастильской спасает корону францииЛюдовик ix вынужден прятаться по лестничным пролетам, предаваясь нежностям любви с маргаритой прованскойКоролева мария брабантская лишила жизни безвинного?В нельской башне королева жанна предается любви со студентамиРаспутство маргариты бургундской лишило женщин права на престолПричина начала столетней войны заключалась в женщинеКороль франции женится на невесте своего сынаИоанн добрый умирает пленником англии в объятиях очаровательной англичанкиЛюбовь сделала короля безумнымКоролева изабо и ее любовники предают франциюИзабо подает англичанам идею сожжения жанны д'аркАннес способствует окончанию столетней войны

Ваши комментарии
к роману Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги


Комментарии к роману "Любовь, которая сотворила историю - Бретон Ги" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Хлодвиг
type="note" l:href="#note_1">[1] мог бы сказать: «клотильда стоит мессы!»Фредегонда и брюнеота — две жестокие, распутные королевыНантильда — самая обманутая королеваКарл великий — дитя любвиЖены карла великого
type="note" l:href="#note_7">[7] и их роль в историиЛюбовницы карла великогоЛюбовь людовика и юдифь, открывшая историю францииРоберт благочестивый и его отлучение от церкви из-за любви к бертеПохищение королевы франции«похитьте меня», — сказала бертрада, и франция была изумленаАлиенора-жертва восточных ночейО том, как на следующий день после брачной ночи филипп август отвергает энжебуржЛюбовь тибо де шампань к бланке кастильской спасает корону францииЛюдовик ix вынужден прятаться по лестничным пролетам, предаваясь нежностям любви с маргаритой прованскойКоролева мария брабантская лишила жизни безвинного?В нельской башне королева жанна предается любви со студентамиРаспутство маргариты бургундской лишило женщин права на престолПричина начала столетней войны заключалась в женщинеКороль франции женится на невесте своего сынаИоанн добрый умирает пленником англии в объятиях очаровательной англичанкиЛюбовь сделала короля безумнымКоролева изабо и ее любовники предают франциюИзабо подает англичанам идею сожжения жанны д'аркАннес способствует окончанию столетней войны

Rambler's Top100