Читать онлайн Тибетское пророчество, автора - Брент Мэйдлин, Раздел - ГЛАВА 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тибетское пророчество - Брент Мэйдлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.32 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тибетское пророчество - Брент Мэйдлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тибетское пророчество - Брент Мэйдлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брент Мэйдлин

Тибетское пророчество

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 3

Я встретилась с ним спустя двенадцать часов на дороге между Намкхарой и деревней Ямун. Дел было много, поэтому поднялись мы с Сембуром рано. Нам надо было разобрать свои вещи, решить, что брать, а что оставлять, сделать припасы для путешествия и заплатить за жилье.
Все утро мы провели дома. Когда солнце уже начало клониться к западу, я отправилась верхом на Пулки в Ямун, чтобы купить пару яков на деньги, которые лежали у меня в сумке, прикрепленной под жакетом к талии. В Ямуне яков можно купить гораздо дешевле, потому что там еще никто не знал, в отличие от Намкхары, что мы вынуждены покинуть Смон Тьанг, так что сторговаться будет проще.
Я была довольна, что мне удалось убедить Сембура не тратить попусту время на поездку со мной. Он совсем не умел торговаться, по-видимому, просто не понимал, как это нужно делать. Плохое знание Сембуром языка, конечно, затрудняло торг, но он вконец все портил прежде всего тем, что выходил из себя, начиная говорить по-"ханглийски" все громче и громче, будто надеясь, что Ло-бас лучше поймут его, если он будет орать.
Я же знала, что за яков надо будет заплатить примерно половину сначала запрошенной суммы, однако на торг уйдет много времени, и раза два-три мне придется притвориться перед крестьянином, что я потеряла всякий интерес к сделке и ухожу. Будь в запасе дня два, я заплатила бы за яков только треть от названной сначала цены.
Народу в тот день на дороге было немного. Несколько человек, как и я, ехали из Намкхары в Ямун, другие сворачивали к востоку, откуда путь лежал к деревне Гемдринг, расположенной дальше Ямуна. Пулки шла медленно, и я была погружена в свои мысли, когда меня окликнул голос. Голос какого-то мужчины.
Он обратился на языке, который назывался гуркхали. На нем говорит низкорослый народ, живущий в Непале. Сембур немного говорил на нем, потому что многие из этого народа становились солдатами «ханглийской» армии, и Сембур когда-то многие годы командовал почти тысячей этих людей. Он научил меня немножко говорить на гуркхали, и я обнаружила, что язык этот довольно похож на тот, на котором говорят в Смон Тьанге. Поэтому, конечно, странно, что Сембур никак не мог его выучить. Хотя произношение отличалось довольно сильно, и, возможно, он просто не мог уловить его особенности.
– Постой, мальчик. Я хочу с тобой поговорить, – донесся до меня голос.
Послушная Пулки остановилась и повернулась. И я увидела человека на большой черной лошади, который неторопливо приближался ко мне. В то же мгновение я поняла, что передо мной тот самый чужеземный демон, которого увидела прорицательница в монастыре Галдонг. Потрясение было столь велико, будто Пулки сбросила меня на землю. Дыхание у меня перехватило. Какое-то время я различала только черное и белое пятна, но затем в глазах у меня прояснилось.
На нем была очень хорошая белая меховая куртка и бриджи из толстой коричневой ткани, заправленные в высокие кожаные сапоги. На руках – перчатки из коричневой лайки, на голове – шапка из толстого войлока. Обе прикрепленные к седлу сумки были набиты битком, а за спиной у него виднелся большой тюк из парусины, в котором, вероятно, находилась его палатка, спальные принадлежности и все остальное, что могло понадобиться в пути. У правого его бедра была кобура с винтовкой. Приклад у нее был такой же, как у винтовки Сембура, но это оружие было короче почти на три ладони.
Все это я припомнила позднее, но в момент первой встречи с демоном, пришедшим с юга, мое внимание полностью сосредоточилось на его лице. От солнца и ветра оно было гораздо темнее моего. Глаза были голубыми, но цвет их был ярче, чем у глаз Сембура. Над длинным и плотно сжатым ртом торчал такой же тонкий и безобразный нос, как у меня. Смотревшие на меня из-под изогнутых бровей глаза казались столь же холодными и надменными, как глаза снежного барса, и глядели словно издалека.
Он произнес по-"ханглийски", хотя это получалось у него и не так хорошо, как у Сембура и меня:
– Великий Боже, да это девочка. А я думал – мальчик, – а затем медленно спросил на гуркхали: – Ты меня понимаешь?
Сердце мое подпрыгнуло чуть не до горла. Я думала об этом человеке как о чужеземном демоне, потому что так называла его прорицательница, когда мы были у верховного ламы. Но передо мной был не демон, принявший человечье обличье, а просто мужчина. И все-таки вряд ли я была бы столь испугана, даже если бы предо мною предстал настоящий демон в виде огнедышащего дракона.
Однако то был какой-то странный испуг, к которому примешивалось болезненное возбуждение. Ведь, за исключением Сембура, это был первый встреченный мной «хангличанин». В его лице не было ни капельки симпатии ко мне, однако я почувствовала желание протянуть руку и прикоснуться к нему, взять за руку и отвести к нам домой, чтобы там долго-долго разговаривать о том, что происходит в мире, из которого он пришел, о том, что он знал и что было неведомо мне, хотя до той минуты все эти вещи вроде бы особенно не интересовали меня.
С усилием я собралась с мыслями. Этот человек – солдат, он пришел, чтобы захватить Сембура, которого собираются расстрелять или повесить. Он – смертельный враг, его нужно обмануть или послать в ложном направлении, если это мне удастся. Он по-прежнему смотрит на меня сверху вниз и ждет ответа. Трудно поверить, что этот человек – один в чужой стране, настолько уверенным в себе он выглядит. Небрежная надменность была даже в его посадке на лошади.
Я медленно произнесла на гуркхали:
– Я немного знаю этот язык, почтенный господин. Он снял свою шапку, чтобы опустить ее отворот.
– Я ищу одного иностранца, – сказал он. – Белого, вроде меня. Он много лет прожил в Смон Тьанге.
Я с удивлением обнаружила, что незнакомец гораздо моложе, чем мне сначала показалось. Пожалуй, года двадцать два – двадцать три, но уверенности в себе – как у человека лет на десять старше. У него, как и у меня, были черные волосы, их короткие завитки плотно прилегали к голове, что делало его очень похожим на демона огня, который был изображен у входа в маленькое святилище около ворот Намкхары. Не хватало только рогов и двойных клыков.
Он продолжил на гуркхали:
– Я разговаривал со многими людьми, живущими на холмах там, на юге. Они говорят, что такой человек бывал в их деревнях. Раза два-три. У него есть хорошая винтовка, – он дотронулся до своего собственного оружия. Я не смотрела на него и притворилась, что меня больше интересует его лошадь, чем то, что он говорит. В его голосе появились нотки нетерпения: – Они мне сказали, что человек, которого я ищу, живет в Смон Тьанге. Кажется, в городке под названием Намкхара. Ты знаешь такого человека, девочка?
Я равнодушно ответила:
– Один иностранец действительно жил здесь много лет, господин. Большой человек, говорят, что он был солдатом.
– Да, тот, кого я ищу, был солдатом. Как мне его найти?
По-прежнему глядя на лошадь, я ответила:
– Я из Намкхары. Иностранец, про которого вы спрашиваете, раньше жил рядом со мной. Но прошлой зимой он ушел жить в маленькую деревню.
– В какую?
– В Гемдринг, – я показала на тропу, сворачивающую с дороги между Намкхарой и Ямуном, стараясь не показать, как я испугана.
– Откуда ты знаешь, что он по-прежнему там живет?
– Но я же этого не говорила. Не знаю, ведь прошло полгода с тех пор, как я видела его последний раз.
– Как его зовут?
Я притворилась, что раздумываю.
– Его зовут… да, я вспомнила. Его зовут Сембур.
– Сембур?.. – тихо повторил незнакомец. – Сембур? Ах, да! Сембур! – он произнес это в одно слово, так что получилось что-то вроде «Ахрессембур». Ненадолго наступило молчание, затем он сказал: – Посмотри на меня, девочка!
Я с притворной готовностью подчинилась. Мне было нелегко, потому что в то мгновение я была убеждена, что он из тех людей, которые нюхом чуют, когда им врут. Мне казалось, он подозревает, что я лгу, и вот-вот выудит из меня правду – раньше, чем я успею сообразить, что проболталась.
– Ты сказала, что Сембур живет в Гемдринге? – еще раз спросил он.
– Нет, почтенный господин. Я сказала только, что он ушел туда, чтобы жить.
Он кивнул. Я было почувствовала облегчение, но тут же едва не подпрыгнула, когда он внезапно спросил:
– Ты говоришь мне правду, девочка?
Меня начала охватывать паника, и чтобы ее как-то скрыть, моя рука потянулась к его большому черному коню. Только я открыла рот, сознавая, что мой ответ будет звучать весьма неуверенно, как он резко крикнул:
– Убери руку от его морды! Он может ее откусить! Для меня все разом изменилось. Не в силах подавить смех, я решительно положила руку на холодный нос и коня.
– Мы с ним друзья, господин. Он ни за что не причинит мне вреда.
Животное сделало полшага вперед, слегка подталкивая мою руку и заигрывая с ней. Нельзя было не почувствовать, что это сильный и норовистый конь, который может быть очень опасным для всех, кроме хозяина и тех немногих, кто чувствует к нему истинное уважение и любовь. Смеясь, я обратилась к нему на языке Смон Тьанга:
– Мой красавец, я думаю, что у тебя демон в сердце, а еще один – на спине.
Всадник же сказал коню по-"ханглийски".
– Боже мой, что это на тебя нашло, Флинт? Неужели дитя околдовало тебя?
Его слова вновь вызвали у меня смех, но смеялась я в душе, чтобы не показать, что понимаю, о чем он говорит. Я сказала:
– Мы приветствуем тебя, Флинт, и обе – Пулки и я – сохраним твое имя в наших сердцах. Да будешь ты всегда сыт, мой маленький.
Я называла ласкательно «маленький» всех существ, будь то даже здоровенный неуклюжий як. Флинт стянул перчатку с моей руки, и я пальцами потирала ему хребет. Незнакомцу же я отвечала на гуркхали:
– Неправду сказали вы, почтенный господин, а не я. На лице его появилось изумленное и слегка сердитое выражение.
– Что ты имеешь в виду?
– Вы сказали, что лошадь откусит мне руку. Это была неправда.
Его губы плотно сжались, и он посмотрел на меня с неприязнью:
– А далеко ли до Гемдринга?
– Вы можете добраться туда до захода солнца, сэр.
– Отлично. Надеюсь, что больше не встречу чересчур умных маленьких девочек.
Он нахлобучил шапку, взял уздечку и, пришпорив коня, двинулся прочь. Некоторое время я смотрела, как он едет по дороге, ведущей к Гемдрингу, сидя в седле очень прямо, держа одну руку на бедре. Вид у него был такой, будто он – владыка всех селений здесь в округе. Мои мысли были в смятении, но все же я отметила, что он – отличный наездник, и Флинту повезло, что у него такой хозяин.
Когда он исчез из виду за небольшой возвышенностью, я повернула Пулки и быстрой рысью направила обратно в Намкхару. Поездка в Ямун за яками отменяется. Иноземный демон уже здесь. Если бы сегодня утром я не заплатила колдунье Лахне, чтобы та произнесла заклинания нам на удачу, то наверняка не встретила бы его на дороге, и через час он был бы в Намкхаре.
Теперь же я добилась выигрыша во времени. К наступлению ночи Сембур и я вполне можем добраться до предгорий, а к вечеру завтрашнего дня окажемся в верхней долине ущелья. Что же касается иностранного демона, то ему еще предстоит добраться до Гемдринга и обнаружить, что я его обманула. Ему понадобится время на то, чтобы вернуться в Намкхару и узнать, что мы ушли на север в Бод. У нас будет преимущество по крайней мере в два дня, и, разумеется, ни один иностранец не отважится переходить через Чак накануне зимних снегопадов в одиночестве.
Гак думала я. Но в то время я еще плохо знала моего демона.
* * *
На заходе солнца мы разбили лагерь в широкой лощине у подножия перевала. Почва здесь еще не полностью уступила место камню, так что пощипать животным кое-что все-таки было. Уже несколько часов я едва сдерживала слезы, потому что нам пришлось оставить Пулки в Намкхаре, заменив ее на более молодого и сильного пони, который сможет тащить больше груза. Хотя я еще не придумала имя для своего нового пони, но старалась разговаривать с ним как можно больше, потому что боялась, что он может принять мое огорчение из-за разлуки с Пулки за антипатию к нему, занявшему ее место.
За ужином, состоящим из разогретой цампы и нескольких кусочков мяса яка, которое я приготовила еще до нашего отъезда, мы с Сембуром почти не разговаривали. Я понимала, что он расстроен из-за того, что нам пришлось уезжать в такой спешке. Он любил обо всем подумать и действовать неторопливо. Мы же покинули Намкхару через два часа после моего возвращения, причем я чувствовала себя усталой еще до нашего отъезда, потому что Сембур, в отличие от его обычного поведения, никак не мог принять решения ни по одному вопросу, и Мне пришлось в конце концов во всем действовать по своему усмотрению.
Мы сидели около небольшого костра, когда после долгого молчания Сембур слегка откинул свой капюшон и спросил:
– А этот парень – он не назвал своего имени?
– Нет, он только задавал вопросы. Один раз он обратился к коню по-"ханглийски", но это был какой-то смешной "ханглийский".
– Полагаю, тот, на котором говорят непростые люди. Значит, он офицер, человек «хобразованный». Каким он тебе показался?
– Я тебе его уже описывала.
– Нет, я имею в виду – порядочным малым он тебе показался или так себе?
– Не знаю. Я-то ему не шибко понравилась, и точно прорицательница сказала – гордый он. Но против этого я ничего не имею. Вообще-то мне он скорее понравился.
Позже, когда мы уже забрались в нашу маленькую палатку и пригрелись в спальных мешках из толстой шерсти, Сембур сказал:
– Если уж речь пошла о гордости, Джейни, то я тобой горжусь. Ты проявила решительность и силу духа.
– Что-что? – сонно переспросила я.
– Не имеет значения. В тебе есть все, что должно быть в настоящем мужчине.
– Сембур, я девочка.
– Знаю, милая, – он вздохнул. – От этого тебе приходится еще тяжелее. Но и тем больше тебе чести, вот что.
Засыпая, я пыталась понять, что он имеет в виду, но сон пришел раньше.
Мы поднялись с первыми лучами солнца, основательно позавтракали горячей пищей, чтобы набраться сил для дневного перехода, и сложили палатку и скарб. Во время поездок с караванами нам случалось проделывать все это так часто, что наши движения были автоматическими. Когда поднявшееся солнце позолотило шпили Галдонга, мы уже вступили на перевал, ведя за собой тяжело нагруженных пони.
Нам хорошо был знаком этот путь. Нижний гребень находился на высоте десяти тысячи футов. Мы рассчитывали перейти через него сегодня и спуститься в расположенную довольно высоко, но укрытую от ветра долину, где можно было бы разбить на ночь лагерь. На следующее утро мы начали бы восхождение на самую вершину перевала, тяжелое восхождение, потому что воздух там разрежен, и дышать нелегко. Там нам предстоит пройти около мили по извилистой тропе, пересекающей могучую стену Гималаев, а потом начать спуск в землю Бод.
Как только мы начнем путь к вершине, нельзя будет останавливаться, пока мы не окажемся на той стороне, на северном склоне, потому что за ночь погода может измениться. Тогда мы станем пленниками снегопада.
В тот день мы не перекинулись почти ни словом, нужно было беречь дыхание. К вечеру я начала беспокоиться о Сембуре. Цвет лица у него был скверный, ему, по-видимому, не хватало воздуха. Я заставила его лечь, а сама сняла тюки и спальные принадлежности с его пони, которого звали Баглер, и навьючила ими своего пони. На это потребовалось некоторое время, потому что для того, чтобы поднять тюки, мне пришлось их сначала наполовину опорожнить. Сделав это, я заставила Сембура сесть на Баглера и ехать верхом до тех пор, пока мы не перейдем через кряж и не начнем спускаться в долину. Сембур начал было упираться. Похоже, от разреженного воздуха мысли у него путались, потому что он заявил, что солдат не должен поддаваться слабости, но когда я очень рассердилась и принялась на него кричать, он подчинился.
Ночью мне плохо спалось. Одолевали мысли о том, как мы справимся с предстоящим наутро переходом, который будет еще тяжелее, потому что нам предстоит забраться еще на пять тысяч футов выше. Мои опасения отнюдь не уменьшились оттого, что, открыв глаза, я увидела, что низко нависшее небо грозит приближающимся снегопадом. Поднявшийся ветер сдувал с вершин вздымающихся над нами гор снежные вихри, и впечатление было такое, что горы как бы курят.
Мне не терпелось отправиться в дорогу, но я заставила себя спокойно приготовить завтрак и накормить пони смесью из гречки и молотого ячменя. Особенно встревожило меня собственное самочувствие. Ощущение было такое, что душа моя все больше и больше существует независимо от тела. Голова горела, горло болело, и не было сомнения, что я стала жертвой демона болезни.
Весь день, что мы шли по продуваемому ветром ущелью, я пела про себя мантры, призванные изгнать демона болезни, не смея и думать о том, что случится, если действительно сильно разболеюсь. К полудню мы достигли места примерно в миле от вершины хребта, где тропа сворачивала, чтобы идти через огромный хребет. Отсюда открывался вид вниз, на долину, где мы провели ночь. На востоке и на западе громоздились снежные вершины, а за долиной начинался длинный спуск к Галдонгу. Прощаясь с землей, в которой выросла, я на минуту задержалась, глядя вниз.
Там что-то двигалось. Далеко-далеко, на небольшом склоне, тянувшемся от низшего' хребта до равнины, по тропе ползла черно-белая точка. Я тупо уставилась на нее. Где же я только что видела этот резкий контраст черного и белого?
Черная лошадь. Белый мех. Я прищурила глаза, чтобы лучше видеть, но в этом не было особой необходимости. С упавшим сердцем и таким чувством, что все демоны гор, холмов и равнин вдруг обернулись против нас, я поняла, что человек, преследующий Сембура, находится от нас на расстоянии не более чем полдневного перехода. Меня привела в ужас мысль о том, что он позволил себе и коню не более двух часов отдыха в Гемдринге перед тем, как отправиться вечером в Намкхару. Охранник ворот в Намкхаре ни за что не впустил бы его внутрь до зари, но, по-видимому, прокричал ответ на вопросы чужеземного демона для того, чтобы от него избавиться. Однако как бы там ни было, сейчас он идет следом за нами.
Я не стала говорить Сембуру о том, что увидела. Он мог решить, что положение безнадежно, а это отняло бы у него силы. Поэтому я сказала:
– Все идет хорошо, Сембур. Скоро мы пройдем вершину, а дальше будет легче.
Он прижался к морде своего пони и внимательно посмотрел на меня.
– Как ты себя чувствуешь, Джейни? – спросил он хриплым голосом. Его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. – Выглядишь ты… как-то странно.
– Хорошо чувствую. Пошли.
Однако на самом деле чувствовала я себя вовсе не хорошо. Через час со мной начали твориться всякие необыкновенные вещи. То я начинала идти по воздуху на несколько дюймов от земли, то взлетала на вершину возвышающегося рядом с нами хребта и оттуда смотрела на медленно тащущихся по перевалу Сембура и Джейни и их тяжело нагруженных пони. А потом я вдруг оказалась в каком-то месте, где солнце грело жарко-жарко. Там был обнесенный белой стеной сад с выложенными кирпичом дорожками и необыкновенно яркими цветами. Посреди сада находился круглый бассейн, в котором бил фонтан. Я услышала голоса мужчины и женщины. Они говорили по-"ханглийски", но это был тот же странный «ханглийский», что и у чужеземного демона.
Моей щеки коснулось что-то холодное. Потом моего лба и подбородка. Я находилась на перевале, медленно и с трудом преодолевая последние ярды подъема. Рядом со мной кряхтел и тяжело дышал Сембур. Холод, что я почувствовала, был вызван большими падающими снежинками.
– Не… останавливайся, Джейни, – хрипло прошептал Сембур. – Надо перейти… а то будет поздно.
У нас ушло полчаса на то, чтобы добраться до вершины. К этому времени снег доходил мне уже до лодыжек. Северный ветер, гуляя в гряде Гималаев, окружавших этот перевал непроходимой, казалось, стеной, почти сбивал нас с ног. Огромные мягкие снежинки словно ледяные бабочки падали нам на лица, и уже за несколько ярдов вперед ничего не было видно.
Сембур шатался, и сквозь ветер я различила ужасный звук его срывающегося дыхания. Меня пронзил ужас, ибо я поняла, что у него не хватит сил пройти пешком эту милю, оставшуюся до вершины. Но если мы не сделаем этого в ближайшие часы, нас ждет смерть, потому что скоро снег будет доходить нам до бедер.
Я достала нож, обвила вожжи петлей вокруг руки и крикнула:
– Сембур! Погоди минуту!
Пригнув от ветра голову, я сквозь снег пробилась к нему и начала резать веревки и вожжи, которые удерживали груз на спине Баглера. Тюки и мешки упали в снег. Палатка и постельные принадлежности были на моем пони. Пока они у нас есть, мы протянем достаточно времени для того, чтобы придумать какой-нибудь выход из положения. Ничто другое в настоящий момент не имело значения.
– Садись на него, Сембур! – закричала я. – Давай, на Баглера! О, Христа ради, хоть сейчас не спорь! Садись!
Сембур кое-как вскарабкался в седло. Его тело клонилось к шее пони. Я взяла уздечку Баглера в одну руку, уздечку своего пони – в другую и снова поковыляла сквозь снег вперед.
Демон болезни был по-прежнему со мной. С каждым шагом он все теснее сдавливал мое горло кольцом пламени. Через какое-то время, о котором я уже потеряла всякое представление, наступил момент, когда мне стало ясно: положение безнадежно, мы не сможем пройти через перевал в такой буран. И в тот же момент я вспомнила про пещеру.
Она находилась на восточной стороне перевала, примерно в сотне шагов от тропы, вверх по склону, который заканчивался огромным каменным навесом. Под выступом был вход в пещеру. Сембур и я нашли и осмотрели ее однажды летом во время похода с караваном. Ло-бас ни за что не приближались к ней, когда проходили мимо, потому что считали, что там живут демоны. Я сама немного побаивалась демонов, но сейчас мне было наплевать, будь их там хоть целая тысяча. Лучше встретиться с ними, чем умереть здесь в снегу.
Я вглядывалась в кружащийся снег, стараясь определить, где находится выступ, когда вдруг различила какую-то фигуру. Сначала она показалась мне странной, уродливой лошадью, но потом стало ясно, что это медведь. Я не испугалась, потому что знала, что медведь просто пробирается вниз по перевалу, чтобы найти для ночлега место поудобнее, но тут вдруг Сембур издал крик.
Обернувшись, я увидела, что он, распрямившись, вытаскивает ружье. Я закричала:
– Сембур, нет, все в порядке!
Но было уже поздно. Привлеченный криками, медведь поднялся на задние лапы и, движимый любопытством, заковылял в нашу сторону. Баглер заржал от ужаса. От его рывка мою руку на мгновение больно стиснуло, и пони, выдернув у меня вожжи, метнулся вбок. Сембур упал из седла, а Баглер тут же исчез в кружащемся снегу. Пытаясь убежать от медведя, он, судя по приглушенному стуку копыт, помчался по ущелью на север.
Я стояла по колено в снегу, едва не рыдая от отчаяния. Медведь, по-прежнему на задних лапах, с извиняющимся видом проковылял, шаркая по снегу, мимо. Затем, опустившись на все четыре лапы, он тоже исчез в буране.
Крепко держа своего пони, я подошла к Сембуру, наклонилась над ним и прокричала:
– Поднимайся, нам надо добраться только до пещеры! Снегопад может кончиться! Так часто бывает перед зимой!
Он не шевельнулся. Опустившись на четвереньки, я увидела, что его глаза закрыты, а лицо искажено от боли. Он никак не мог сильно ушибиться при падении в снег, но тем не менее был без сознания и не пришел в себя даже тогда, когда я сильно ударила его по лицу.
Наверное, я разрыдалась от отчаяния, но следующий момент, который всплывает у меня в памяти, – я медленно иду вверх по склону к навесу и веду своего пони. Плечи Сембура обвязаны веревкой, другой конец которой прикреплен к передней луке седла моего пони, и Сембур тащится за нами на спине по снегу. Когда мы добрались до навеса, я втолкнула внутрь пони, а затем наклонилась, чтобы поддержать голову Сембура.
В пещеру вели три отверстия, два из которых были настолько малы, что в них с трудом мог проползти человек, третье же скорее напоминало грубо вытесанный дверной проем, и туда свободно могла пройти даже лошадь. В ширину пещера была шагов пятнадцать, однако в глубину она тянулась раза в два больше. Свод же был довольно низкий, всего лишь на несколько дюймов выше, чем голова моего пони.
Оказаться вне досягаемости ветра и бьющего в лицо снега было огромным облегчением, но мои проблемы при этом отнюдь не заканчивались. Прежде всего мне нужен был свет. На то, чтобы распаковать кожаную сумку, содержимое которой Сембур называл "набором для выживания", и зажечь две масляные лампы, ушло несколько минут. Я раскатала подстилку Сембура, разобрала его постель и, задыхаясь от усталости, затащила на нее его вялое тело.
Оказалось, что на протяжении долгих лет путешественники набросали в пещеру сотни подношений, чтобы ублажить живущих в ней демонов. Здесь были грубо вытесанные деревянные статуэтки, связанные вместе длинные палки, нити больших деревянных бус, фигурки из соломы, бумаги и хворостинок. Еще здесь было много высохшего навоза и целый ковер мелких костей, из чего следовало, что пещера служила уже долгие века убежищем для снежных барсов.
На случай если встреченный нами медведь вздумает искать в пещере укрытия, я зажгла у входа огонь и после этого, наконец, могла заняться Сембуром. Т1ри таком освещении трудно было разглядеть цвет его лица, однако дыхание оставалось неровным, и он по-прежнему был без сознания. Мы оба пали жертвой горных демонов, ибо горло у меня полыхало, а голова болела так сильно, что мозг отказывался работать. Впрочем, я была почти что рада этому, поскольку знала, что если начну думать, то страх, который и так владел мною, только увеличится.
Выйдя из пещеры, я набрала в кастрюлю снега, чтобы у нас была вода, а потом вернулась и стала готовить на огне цампу. Ветер, к моему удовлетворению, вытягивал через одно из маленьких отверстий весь дым. Пока цампа грелась, я стреножила пони, сняла седло и разложила те пожитки, что у нас остались.
Среди них была постель, палатка и набор для выживания с запасом пищи на девять-десять дней. Должно быть, я взяла у Сембура его кобуру с винтовкой и сняла у него, когда привязывала, со спины рюкзак, в котором обнаружились патроны, носки и нижнее белье, полотенце, туалетные принадлежности, его бумаги в клеенчатом бумажнике и трубка в старом футляре. Еще там были наша маленькая сумка с серебряными монетами, банка из-под табака с драгоценностями и две наши книжки – Святая Библия и "Истории про Джессику", обернутые в клеенку.
В своем рюкзаке я нашла запасную одежду, туалетные принадлежности, глиняный кувшин с маслом и сушеную козлятину, нарезанную на полоски и завернутую в марлю. Голова работала плохо, но все же я решила, что если снег не будет идти слишком долго, а Сембур, отдохнув день-другой, придет в себя, мы сможем одолеть долгий путь до Магьяри. При условии, конечно, что демоны несчастий оставят нас в покое.
Я немножко поговорила со своим пони, рассказав ему, какой он хороший и что я назову его Иовом, потому что так в Святой Библии звали одного человека, которому пришлось ужасно много вынести. Затем в ожидании, когда согреется цампа, я села около Сембура. Его дыхание все еще было тяжелым, но все-таки ровнее, чем раньше. Я растирала ему руки и разговаривала с ним.
Через несколько минут Сембур глубоко вздохнул и низким голосом спросил:
– Джейни, где мы? Что случилось, милая? – он говорил очень медленно, с большими паузами, словно ему было трудно вспомнить нужное слово.
– Мы на самой вершине перевала, – ответила я. – В пещере. Баглера мы потеряли, потому что его испугал медведь, и он убежал. Но самое необходимое для того, чтобы выжить, у нас осталось. Скоро я дам тебе поесть.
– А твой… пони?
– Здесь, с нами. Он такая умница.
– Возвращайся… обратно в Галдонг. Возьми все, что нужно, Джейни. Поторопись… а то будет поздно. Со мной все кончено.
– Нет! – я с ужасом уставилась на него. – Нет, ты поправишься, Сембур, ты должен!
– Иди, Джейни. Делай… как я говорю. Будь… хорошей девочкой.
Силы оставили меня. Закрыв лицо руками, я уронила голову на колени и разрыдалась.
– Сембур, я не могу. Я не могу оставить тебя здесь… и даже если бы могла, я… я слишком устала. Я так отвратительно себя чувствую, Сембур, наверное, у меня сильный жар.
Я почувствовала прикосновение его руки к моему колену. Подняв голову, я сквозь слезы увидела, что он, как будто от сильной боли, закрыл глаза. До меня донесся шепот:
– Иисусе сладчайший, помоги ей, умоляю.
В этот момент зашипела, переливаясь через край, цампа, и я, вытирая глаза рукавом, отползла, чтобы снять кастрюлю с огня. Добавив немного масла и соли, я разлила цампу в чашки и понесла их туда, где лежал Сембур.
Он не мог сидеть, но, поддерживая его за голову, я сумела хоть чуть-чуть покормить его прежде, чем он почувствовал себя слишком утомленным, чтобы есть. Из-за того, что горло у меня полыхало, свою чашку мне пришлось отставить в сторону, пока она почти совсем не остыла. Когда я поела, то сняла с Сембура ботинки, накрыла его спальным мешком и вышла наружу посмотреть, что происходит с погодой.
Мне следовало бы радоваться, что снегопад прекратился, потому что для нас это был вопрос жизни и смерти, но я чувствовала себя слишком отстраненной от всего вокруг, чтобы как-то реагировать на мир. Западная стена перевала покрылась розово-золотыми бликами заходящего солнца. Когда я уже повернулась, чтобы войти в пещеру, то краешком глаза заметила какое-то движение. Сначала я решила, что вернулся медведь, но приглядевшись к низкому склону, тянувшемуся от перевала к входу в пещеру, увидела человека в белой меховой куртке, который, высоко поднимая ноги в сапогах, пробирался по снегу, ведя за собой черного коня.
Я, похоже, уже не была способна чувствовать ни страха, ни отчаяния и продолжала стоять неподвижно, в то время как он неуклонно приближался, выходя из глубокого снега на прогалину под каменным навесом. В его глазах не было ни триумфа, ни напряженности, а когда он размотал шарф, которым было окутано его лицо, я увидела, что его губы плотно сжаты. Он отряхнул снег с бриджей и сапог, взял меня одетой в перчатку рукой за подбородок и, подняв мою голову, заглянул в глаза.
– Ты, однако, ловкая маленькая лгунья, а? – проговорил он по-"ханглийски". Он был уверен, что я его пойму, стало быть, в Намкхаре ему каким-то образом удалось узнать, что я, как и Сембур, иностранка и говорю на том же самом языке.
– Мне ничего другого, мистер, не оставалось. Сембур сказал, что вы хотите забрать его и повесить. А Сембур – единственный человек, который заботится обо мне. Больше у меня никого нет, – устало ответила я.
Убрав руку, он посмотрел мне за спину.
– Он там, внутри?
Я кивнула и взялась рукой за горло.
– Да, мистер. Но он болен. Когда он поднимается так высоко, сердце у него не выдерживает. Потом начался буран, – и пришел медведь. Сембур упал, наш пони убежал и все такое. Нам все время не везло.
– Похоже на то.
Он прошел мимо меня в пещеру, оставив своего коня, Флинта, у входа. Прежде чем последовать за незнакомцем, я прикоснулась к влажному носу Флинта и поздоровалась с ним. В пещере незнакомец какое-то время стоял без движения, по-видимому, привыкая к сумраку, а потом пошел туда, где лежал Сембур. Обратившись к нему, он опять произнес его имя очень странно.
– Ахрессембур?
Сембур открыл глаза. Несколько секунд он не мог сообразить, что происходит, затем его тело заметно напряглось под одеялами, которыми я его укрыла.
– Сэр? – прошептал он.
– Капитан Гэскуин, третий батальон, вторая стрелковая рота гуркхов Ее Величества королевы Виктории, имею специальное задание арестовать вас и доставить в Горакхпур, в штаб первого батальона. Оттуда вы будете под стражей препровождены в Дели и преданы суду за кражу и убийство.
– Да, сэр. Имею честь доложить… не могу двигаться… в данный момент, сэр.
– Сердце?
– Полагаю, так, сэр.
– Не знаю другого способа облегчить ваше состояние, кроме как доставить вас на меньшую высоту.
– Возможно… завтра, сэр. После того, как я отдохну.
– Хорошо. И прекратите лежать навытяжку, на меня это не производит никакого впечатления. Вы – позор армии.
Эти слова вывели меня из себя. Я изо всех сил пнула его по ноге и закричала:
– Ты, оставь его в покое!
Он косо посмотрел на меня, повернулся и, слегка прихрамывая, вышел из пещеры. Сембур, с трудом выговаривая слова, сказал:
– Веди себя прилично, Джейни. Прошу тебя. Мне уже никто не сможет причинить вреда. Но я хочу, чтобы он позаботился о тебе… чтобы доставил тебя вниз в целости и сохранности. Будь с ним вежлива, милая… пожалуйста, ради меня.
Я опустилась на колени, положила голову ему на плечо и обняла. По моему лицу катились слезы, ибо я догадывалась, что он имеет в виду. Сембур дал мне понять, что он вот-вот умрет.
– Вот этого не надо, прошу тебя, – в его голосе появились нотки былой твердости. – Не плачь. Мне и так тяжело, Джейни. Я должен немного подумать, чтобы объяснить тебе, что ты должна будешь делать.
Потом я, по-видимому, опять отключилась. Во всяком случае, я ничего не помню, потому что когда очнулась, то сидела на постели, бессмысленно уставившись на маленький огонек, который оказался пламенем спиртовки. Флинт уже находился в пещере рядом с Иовом. Сембур, похоже, дремал. Незнакомец снял шапку и меховой жакет и грел что-то на маленькой сковородке. Еда издавала очень вкусный запах.
Вспомнив слова Сембура, я сказала:
– Простите, что ударила вас, мистер.
Он посмотрел на меня.
– Я думал, ты все еще дуешься.
– Нет, я просто немножко задремала.
– Ты ела?
– Я поела немного цампы. Сембур ведь не может много есть.
– Бери чашку и возьми вот это.
Я отрицательно покачала головой.
– Спасибо, мистер, я не голодна, – то была чистая правда, горло мое воспалилось так, что мне трудно было глотать. Незнакомец пожал плечами. – Можно немножко дать Сембуру? Будет хорошо, даже если он съест всего пару ложек.
– Я вовсе не имел в виду, что он должен обходиться без пищи. Давай чашку.
– Спасибо, мистер.
В сковородке было горячее тушеное мясо, которое незнакомец положил туда из оловянной банки, открытой им с помощью специального инструмента. Я разбудила Сембура, и он предпринял героические усилия, чтобы немного съесть, похоже, сознавая, что нуждается в подкреплении сил. Когда он поел, незнакомец спросил:
– Тебе уже случалось проходить по этому перевалу?
– Да, мистер.
– Зимой?
Я покачала головой.
– По нему нельзя пройти зимой. Если снова начнется снегопад, мы здесь застрянем.
– А ты думаешь, начнется снегопад?
Я вышла из пещеры. Наступила ночь, но небо было ясным. Это, впрочем, ничего не значило. Достаточно нескольких часов, чтобы его затянуло тучами, из которых начнет сыпать снег. Я понюхала воздух, прислушалась к ветру и вернулась в пещеру.
– Сегодня снегопада не будет, мистер, завтра, возможно, тоже. Дальше я сказать не могу.
– Спасибо, – он был вежлив, но произнес это слово так, словно я была чем-то вроде призрака, словно для него не имело ни малейшего значения, существую я или нет на самом деле.
Я приготовила свою подстилку и спальный мешок, затем устало поднялась и взяла ведро из парусины. Загорелое лицо незнакомца под шапкой черных кудрявых волос обернулось ко мне.
– Что ты делаешь?
– Я хочу набрать немного воды. Перед тем, как ложиться спать, нужно позаботиться о пони.
Внезапно пещера качнулась, и я потерла глаза рукой. Она снова встала на место, и я продолжила:
– Мы потеряли всю провизию, которая у нас была, так что мне нечем его накормить.
Незнакомец пристально посмотрел на меня, и впервые в его глазах появились искорки тепла.
– Я нашел все то, что вы сбросили, чтобы облегчить другую лошадь, и подобрал несколько сумок с зерном. Они вон там, рядом с Флинтом.
– Ох, спасибо, мистер. Пожалуй, я покормлю его утром, а сейчас только дам попить.
– Я позабочусь об обоих животных. Ложись спать, девочка.
– Нет, мистер, об Иове должна позаботиться я сама. Сембур всегда говорил, что…
– Не спорь. Ложись спать.
Сняв сапоги, я завернулась в одеяло, забралась в спальный мешок и с облегчением положила голову на свернутую одежду. Демоны болезни разгулялись во мне вовсю. Они были у меня в голове, у меня в крови, у меня в горле, и мне больше, чем когда бы то ни было, хотелось, чтобы меня обняли любящие руки, а забытый голос произносил слова утешения и ласки.
Несколько раз за ночь я просыпалась, в голове у меня мутилось. Мне мерещилось, что я – это не я, а кто-то другой, лишь притворяющийся Джейни. Один раз во время пробуждения до меня донеслись голоса. Сембур и незнакомец разговаривали, но не резко, а неторопливо, почти что лениво.
– И вы не сочли десять лет достаточно долгим сроком? – спрашивал незнакомец.
– Не для армии, сэр, – голос Сембура был уже ровнее, дышать ему стало легче, но слова он выговаривал по-прежнему медленно. – У них хватает забот, но я знал, что моим делом обязательно займутся, как только все утрясется.
– Да… Признаюсь, меня это удивляет, старший сержант, целых десять лет… – Он хмыкнул. – Я был в третьем классе, когда это случилось.
– Прошу прощения, сэр, но я прослужил дольше, чем вы. Тридцать пять лет. Армия не торопится, но никогда ничего не забывает.
Наступило долгое молчание. Смысл разговора едва доходил до меня, потому что я пребывала между сном и бодрствованием. Наконец незнакомец тихо произнес:
– Боюсь, у меня немного шансов доставить вас вниз, старший сержант.
– Совершенно верно, сэр. Я свое отжил. Думаю, что не помешаю вам завтра уехать.
– Для моего рапорта не подтвердите ли вы, что убили махарани и ее мужа?
Опять воцарилось молчание, а затем Сембур вздохнул.
– Да, сэр. Можно и так сказать.
– Вы закололи их обоих своим штыком?
– Да, сэр.
– И сняли с ее тела драгоценности? Те самые, некоторые из которых лежат в коробке, найденной мною в вашем рюкзаке?
– Да, сэр. Я их взял.
– И скрылись?
– Совершенно верно, сэр.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тибетское пророчество - Брент Мэйдлин



Очень интересная и познавательная вещь! Узнала много интересного о Тибете. Читайте, не пожалеете потраченного времени!
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинЛеонтьевна
15.11.2011, 14.26





Очень интересно и красиво. Давно не читала, столь душевных и в тоже время захватывающих книг. Рекомендую всем!!!
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинНатаниель
12.03.2013, 8.40





Хороший приключенческий роман с немалой долей мистики и двумя любовными линиями: 9/10.
Тибетское пророчество - Брент Мэйдлинязвочка
12.03.2013, 15.29





Красивый и интересный роман.Он захватывает своим небанальным сюжетом и неожиданными поворотами.И,хотя, любовь здесь присутствует на протяжении всего романа, в первую очередь жанр приключенческий, а не любовный.
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинЮта
20.08.2013, 13.06





Самая захватывающая и потрясная вещь из прочитанных за последние годы.
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинЛюдмила
27.05.2014, 15.26





Очень хороший роман,получила" заряд "положительных -душевных эмоций,советую всем, не пожалеете !
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинРита
28.05.2014, 20.18





Из трех романов автора больше понравились этот и первый.Приятно читать о людях с такими душевными качествами,для которых понятие"дружба" не пустой звук.10 баллов.
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинОсоба
29.05.2014, 15.39





Начало не очень, слишком долго затянуто. А конец очень захватывающий..
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинМилена
10.05.2015, 21.50





Приключения и загадки! Понравился этот роман! Немного затянуты первые главы и описания, но потом события потекли реко, у автора такой стиль. Мне понравилось!
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинAnna
29.05.2015, 18.13





Очень хороший роман .Скорее приключенческий , чем любовный .
Тибетское пророчество - Брент МэйдлинMarina
31.05.2015, 22.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100