Читать онлайн Лики любви, автора - Браунинг Дикси, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лики любви - Браунинг Дикси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лики любви - Браунинг Дикси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лики любви - Браунинг Дикси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Браунинг Дикси

Лики любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

— Ром, нельзя идти в горы в таком виде. Это не легкая прогулка, — рассудительно сказал Томас, когда она спустилась утром на кухню.
Трое мальчуганов критически осмотрели ее обмундирование: оранжевые кроссовки, свободная старая рыже-синяя рубаха из мешковины, красно-золотистая футболка, персиковые джинсы и в довершение всего ярко-розовая шляпка с нелепыми украшениями.
— А что такого? — нахмурилась Ром и оглядела себя. Джинсы поношенные, удобные, крепкие. Конечно, ржаво-синяя блузка не особенно идет к этой футболке, зато ее легко снять, если станет жарко, а потом — она собирается не на парад мод. Ром нарочно вырядилась так пестро, чтобы показать Кэмерону свою независимость. Утром, когда она проснулась, его уже не было.
Ром расстроилась, но затем подумала: «А чего ты, собственно, ждала? Что он явится к завтраку с тобой под ручку, заливаясь краской? Но это было бы похоже на недвусмысленный намек, а нам этого уж точно не нужно». Не отдавая себе отчета, она выбрала самую невообразимо яркую одежду: он поймет.
Кэмерон давно позавтракал и ушел готовить пикап к поездке. Ром села за стол и жадно принялась за еду. Вдруг с порога раздался взрыв хохота: Кэмерон, с мотком веревки на плече, вошел и быстро оценил ее костюм.
— Ну, ты прямо неоновая вывеска. Впрочем, пожалуй, сойдет.
Ром ни капли не смутилась. Раз он ведет себя как ни в чем не бывало, то и она будет так же. Если в глазах его и промелькнула нежность, то она ее не заметила. Ром налила себе кофе, завернула в салфетку бутерброд со сливочным сыром и острой приправой, торопливо проглотила горячий напиток и вышла к пикапу. Кэмерон с отсутствующим выражением усадил ее на переднее сиденье и пристроил к ней на колени соломенную корзину. Во всем этом, разумеется, любви не было ни на грош.
Они подъехали к одной из стоянок национального парка и остановились у егерской машины. Ром еще не успела слезть с высокого сиденья, а ребята уже суетились вокруг пикапа. Не говоря ни слова, Кэмерон вытащил корзину с провизией и протянул ей термос из нержавеющей стали. Мальчики со связками веревок зашагали к подножию горы. Боевито расправив плечи. Ром последовала за ними, но сразу же стала отставать.
Кэмерон обогнал ее на узкой тропинке, сказав на ходу: «Я придержу их. Ром, пока ты доберешься. Но смотри не мешкай, ладно?»
До подножия было всего-то несколько ярдов, но Ром тащилась почти двадцать минут. Когда она, тяжело дыша, поравнялась со своими спутниками, Кэмерон обсуждал с мальчиками разнообразные маршруты. Покосившись на ее вздымающуюся грудь, он язвительно спросил:
— Что, не выходит?
Ром насупилась и, всячески стараясь успокоить дыхание, поставила термос рядом с корзиной.
— Ну ладно, начнем учения, — объявил Кэмерон.
Она повернулась и увидела, что ее ждало. Это было чудовищно! Только в бреду можно было согласиться на такое испытание! У нее все плывет перед глазами, стоит ей глянуть вниз с балкона, а тут — вершина горы!
— Итак, первым пойду я, с веревкой. Ты, Майк, идешь за мной до выступа, потом Адам, Ром и Томас. Понятно? — Он продолжал объяснять, как заберется на выступ в 700 футах отсюда и закрепит там веревку. — Запомните: не зевать, не смотреть вниз, не мешкать. Лезть не трудно, но расшибиться можно сильно.
Скалолаз-одиночка карабкался по склону, работая только руками и ногами. Все выглядело просто. Разве она не одолеет весь путь, если уткнется глазами в скалу? А что до мелких неприятных ощущений, то надо же чем-то расплатиться за удовольствие, зато она достигнет вершины и посмотрит сверху вниз — на весь мир в целом и на одного человека в частности.
Через полтора часа Ром лежала ничком на выступе и мечтала, чтобы кто-нибудь сжалился над ней и вернул вниз. Томас, правда, уверил ее, что самая трудная часть позади. Адам, черт бы его побрал, предложил показать ей, как ставить костровые крепи на Большой арке. Только Майк с сочувствием посмотрел на ее побледневшее лицо и улыбнулся. Кэмерон уже одолевал следующий этап. Мальчики, не смущаясь, заявили, что без нее им будет даже легче и ее решение остаться здесь не удержит их от покорения и обследования желанной вершины. С тем они и отправились дальше.
Внизу уже стали появляться новые альпинисты: одни поднимались по склонам легко, точно прогуливались после обеда, другие неуклюже толклись у подножия. Но Ром напрасно смотрела вниз. Перед глазами все поплыло, ее затошнило. Поспешно она перевела взгляд на пышное белое облако и попыталась убедить себя, что уютно лежит в собственной постели.
Есть ли в ее участившихся болях и головокружениях вина высоты? Да, она немного близорука, но из-за этого люди не чувствуют себя как на карусели. Раньше высота на нее не действовала, в детстве она лазила на горы повыше, а совсем недавно спокойно поднялась на верхний этаж небоскреба в Атланте в стеклянном лифте. Это было всего… не может быть — целых шесть лет назад!
Ей удалось если не задремать, то отключиться; это средство она практиковала довольно часто, чтобы снять напряжение после утомительной работы у мольберта. Когда она очнулась, Томас уже спускался к выступу, а вслед и близнецы друг за другом. Ром встретила Кэмерона уже сидя, притворяясь, что поглощена изучением причудливого куска гранитной глыбы. Почувствовав на себе его пристальный взгляд, она дерзко спросила:
— Ну, что на мне такое, нос, что ли, измазан?
— Вообще-то да, но любопытно другое: покрасневший нос на позеленевшем лице. Ты опять не уловила, когда тебе стоило бросить это дело?
О, от такой едкости действительно позеленеешь!
— А мне наплевать, пусть он хоть побагровеет. Только бы спуститься отсюда, — удрученно произнесла она. Облупившийся нос меньше всего ее тревожил. Просто от шляпы не было никакого проку: стоило ей поднять голову, как она сваливалась.
Его мягкая улыбка растопила остатки обиды, но Ром по-прежнему сурово смотрела перед собой. Кэмерон взял ее под руки, поднял на ноги и придержал. Затем начал объяснять, как именно ей надо спускаться. Удостоверившись, что она все усвоила, он крепко обвязал ее, и не успела она опомниться, как стала бесславно спускаться по веревке с каменистого выступа. Ром казалась себе огромным, неповоротливым пауком, летящим и крутящимся на паутиновой нити. Но хорошо уже то, что ее спускают с этой громадины. Приземлившись у подножия, «скалолазка» отвязала веревку, с облегчением выпрямилась, твердо стоя на безопасной земле, и поглядела вверх. Тут под твердо стоящей ногой поехал камень, и она больно плюхнулась на жесткую землю.
— Все в порядке? — крикнул сверху Кэмерон.
От жалости к себе и унижения ей на глаза навернулись слезы. Встав на четвереньки и держась за низкорослую сосенку, она поднялась и вскинула голову к сочувствующим лицам спутников.
— Ну конечно, все в порядке! — бросила она.
Слава Богу, мучения кончились. По крайней мере за этот день Ром убедилась, что такие прогулки не для нее. Как жаль, что годятся лишь домашние условия. Ведь она так любит природу!
— Пойдемте-ка вон туда в тень и посмотрим, что у нас на ленч, а? Потом вы, малыши, можете еще полазить, а мы, старички, соснем чуток.
Голос Кэмерона раздался неожиданно, Ром даже не слышала, как он подошел. Не взяв протянутой руки, она встала и начала осторожно пробираться к валуну, на котором они оставили корзину и термос. Есть не хотелось, но она решила, что немножко вкусненького одолеет. На природе ей остается пальма первенства лишь в любви к пикникам. В корзине оказались курица, салат, булочки и пирог с черникой. Открывая банки. Ром с радостью ощутила, что аппетит у нее вовсе не испортился.
Мальчики быстро подкрепились и убежали. Кэмерон растянулся на клетчатом коврике и тронул капельку варенья на ее губах.
— Еще один тон к твоей пламенеющей одежде — и от тебя ничего не останется, — с мягким ехидством заметил он. — Ты не чувствуешь этого? — Увидев ее недоуменный взгляд, он добавил:
— Для того, кто умеет чувствовать цвет и нарочно пренебрегает всеми условностями хорошего вкуса, это было бы неплохим наказанием.
Ей стало душно от злости, но она ни за что не хотела ее выказать.
— Цвета сами по себе замечательные, — возразила художница, — может, просто выгорели и смылись. Очень нестойкие краски.
Кэмерон в отчаянии покачал головой, протянул к ней руку и нежно обхватил щиколотку.
— Радость моя, ты в самом деле не знаешь, что творишь? Кому или чему ты мстишь? Ты вообще задумывалась над этим?
Ром помотала головой. Задумываться она не любила, и как только мысли заходили в неприятный тупик, она направляла их в иное русло. Правда, в последнее время это стало удаваться все реже и реже. С долей сарказма она ответила:
— Кажется, ты собираешься прочесть послеобеденную лекцию… во благо мне, разумеется.
— По-моему, уже пора тебя кое-чему подучить, — сухо сказал он и ногтями сжал ее щиколотку. Она поежилась. — Абсолютно ясно, что в твоем воспитании упущен ряд моментов.
Ром приуныла и поискала глазами ребят. Они резвятся у подножия, осаждают валуны, а ей приходится выслушивать наставления, как пленнице.
— Сколько тебе было лет, когда умерла твоя мать?
Такого вопроса она не ожидала и изумленно уставилась на лектора.
— Девять, почти десять.
— И как ты это восприняла?
— А как я должна была, по-твоему, воспринять? — огрызнулась Ром. — Я чувствовала себя уничтоженной, растерянной, брошенной.
— И кто за тобой ухаживал после этого? Реджи? Бабушка с дедушкой? Она коротко хохотнула.
— Тебе бы только посмеяться! Мои достопочтенные бабушка и дед даже не послали маме открытку с добрыми пожеланиями, когда ее положили в больницу. Для них мама умерла в тот день, когда она выпорхнула из родного гнезда вместе с Реджи. — Ром яростно комкала салфетку. — А Реджи… Думаешь, кто за ним ухаживал — укладывал его спать, когда он напивался до потери сознания; заставлял переодеваться, когда белье становилось неприлично грязным; кормил хотя бы раз в день? Ты думаешь, мы держали домработницу? На какие шиши? Боже, если мне удавалось набрать две-три драхмы, я чувствовала себя богачкой! Реджи пропивал все, что зарабатывал, а получал он немного: всего лишь марал безвкусные пейзажи для туристов. Он специально делал их пострашнее — и забавлялся, когда самые худшие продавались в первую очередь. — Она горестно вздохнула.
Кэмерон слушал, не перебивая поток ее слов, бережно придерживая ее щиколотку, словно она была из хрусталя.
— И это не наводит тебя на мысль? — тихо спросил он.
— На какую мысль? — спросила она, и тотчас догадки запрудили ее мозг. Ром представила себя ребенком, подражающим единственному человеку — своему отцу, который порою надолго забывал даже о ее существовании. Он писал, он пил, он ругался, он богохульничал, а она все это усваивала. Ей было не за что больше ухватиться, и она росла под его влиянием — озлобленный, молчаливый, худой и чумазый ребенок с сердитыми изумрудными глазами и лохматой шапкой светло-каштановых волос.
Мать — спокойная, милая, далекая — никогда не имела влияния на Ром; ее образ таял в тумане болезни и печали, отступал все дальше и дальше. С самого начала Ром привязалась к отцу, он был ее кумиром — здоровенный, рыжегривый, полугений, полуребенок, вечно своенравный и капризный. Вокруг него всегда вились женщины; натурщицы, клиентки — никто не мог устоять против его обаяния, даже тогда, когда Кэролин была для него единственной «принцессой голубых кровей». Некоторые женщины брались было для вида за воспитание Ром, но никто из них не задерживался в доме дольше полугода. Спасибо и на том, что почти каждой удавалось уговорить Реджи отослать дочку в школу-интернат. Но это случалось так нерегулярно, что догнать одноклассников и ликвидировать многочисленные пробелы было невозможно. Если бы не живопись, она бы пропала.
Все это она излила Кэмерону. Он слушал, не прерывая. Солнце уже почти зашло за гору, и на золотисто-зеленую траву стали наползать дымчатые тени. Ром неподвижно и бессмысленно смотрела на свои сжатые кулаки, мысли ее все еще были обращены в прошлое. Лишь когда ласковая, теплая рука Кэмерона участливо обняла ее за плечи, Ром подняла глаза и произнесла дрогнувшим голосом:
— У меня ощущение, будто я только что была в кино на дневном сеансе и вот снова вышла на свет. Меня всегда поражает, что все вне кинотеатра остается на своих местах. — Она немного неестественно засмеялась, но Кэмерон не обратил на это внимания. Теплый свет его глаз был для нее целительным бальзамом, залечивавшим раны прошлого.
— Некоторые от такой жизни стонут, другие лупят по боксерской груше, — тихо изрек он, — ты переживаешь это по-своему… в своем особом стиле, — добавил он с еле заметным лукавством.
— Но почему именно сейчас меня прорвало? Боже мой, уже много лет я считаю все это древностью. По-моему, все это время я держалась вполне молодцом. С такой-то ношей…
— Это должно было когда-нибудь излиться, — стал объяснять Кэмерон. — Вражда, злоба — как ни назови. Чего только не переживает малышка, если ее не принимают бабушка и дед, если она растет без матери, если отец не замечает ее в своих порочных увеселениях. Я, конечно, не психолог. Ром, но мне было совершенно очевидно, что в глубине твоего прелестного существа таится горькая обида. Джерри Локнер…
— Джерри! — усмехнулась она. — Уж не собираешься ли ты объяснить мне, что он тоже причастен к этой… этой…
— Ты серьезно полагаешь, что была влюблена в него? В человека на двадцать лет старше тебя? Тебе никогда не приходило в голову, что ты ищешь…
— Не смей так говорить. Тоже мне отец нашелся, — процедила она сквозь зубы.
— Хорошо, не буду. Но я уверен, что ты разглядела Локнера насквозь. Он женился на деньгах и вот уже долгие годы позволяет себе мелкие интрижки. Дорис и Алисия дружны много лет, и в их кругу ни для кого не секрет, как развлекается Джерри в ее отсутствие. Как только она появляется, он встает на задние лапки, а она всегда успевает прервать его развлечения, пока дела не зайдут слишком далеко.
В памяти Ром отозвались голосами обрывки фраз: «Его последняя…», «Кошечка опять сбежала…» Тогда она еще ничего не знала о Дорис и закрывала на это глаза.
— Кэмерон, я, право, не знаю, что я к нему чувствовала. Но ты должен мне поверить: я не знала, что он женат. Я узнала незадолго до приезда сюда.
— Опять же хитрость Дорис, — предположил он. — Предложила тебе заказ. Милая леди. Вот только на мужей ей чертовски не везет. Для него ты, уж поверь мне, не первая и не последняя. Муженек, сумевший взять в руки управление галереей… Кстати, у Мэдди есть свои догадки насчет того, почему Дорис взяла Джерри с собой в Париж. Видимо, терпение этой леди все-таки небезгранично.
Ром тяжело вздохнула. Ей казалось, что за полчаса она постарела лет на десять. Она поделилась с Кэмероном своими ощущениями, он усмехнулся и погладил ее ногу от щиколотки до колена.
— Да, от девяти до девятнадцати лет. Что ж, давай рассмотрим следующее десятилетие? Там как раз самое интересное.
Отрывисто засмеявшись, Ром сняла его ладонь с колена.
— Честно говоря, я не готова к еще одному экзамену у доктора Синклера.
— И это не зависит от темы экзамена? — полюбопытствовал Кэмерон.
Они сидели бок о бок, прислонившись к нагретому солнцем валуну. Ром хотелось показать, что близость Кэмерона ее не волнует, и она стала рассеянно щипать руками травянистую кочку. Воспоминания о далеком прошлом ушли на второй план, а недавние было чересчур больно обсуждать.
— Кэмерон, давай пока оставим эту тему, ладно? К тому же мальчики могут вернуться в любой момент. В них все горит, и через каждый час им хочется подкрепиться.
Он не ответил. Она обернулась, и это было ошибкой. Тотчас же его стройное и крепкое тело, облаченное в джинсовый костюм, предстало в ее сознании величественной фигурой, окутанной лишь лунным сиянием. Сейчас он только и ждал ее неуверенного ответа, чтобы приступить к делу.
— Ты мне задолжала сладкий утренний поцелуй, — проворковал он, мощным движением увлекая ее на землю. — Мальчики встали ни свет ни заря. Чуть только я добрался до своей постели, а они уже тут как тут.
Он прижал ее руки к земле и крепко держал за запястья. Она была беспомощна, он это знал, и это знание торжествующими бликами заиграло в темнеющих глазах.
— Превосходство в физической силе — это несправедливо.
— К счастью для нас обоих, меня это не смущает. — Он осторожно коснулся губами сначала одного, потом другого уголка ее рта, затем так же приветствовал каждое веко. Дальше быстрыми поцелуями покрыл виски и уши, легко дунул в одно ухо и деликатно взял зубами мочку. — К таким сладостям у меня всегда есть аппетит, — прошептал он.
Ром слегка дернулась под нахлынувшим потоком блаженства.
— Кэмерон, ну пожалуйста… ну… ты сводишь меня с ума!
— Замечательно. Это уже половина дела. — Он склонился к другому уху, прошептал нескромное предложение и просунул кончик языка в маленькое ушко.
— О, ради Бога! Я не могу… это слишком… — Она зашевелилась и, поняв, как он истолковал ее движения, беспомощно застонала:
— Нет, Кэмерон, нет. Не делай этого, прошу тебя. Подумай обо всех милых людях на той большой горе: они решат, что ты на меня набросился.
— Увы, мой ум может работать только в одном направлении, и сейчас он переполнен совсем другим. — Он склонился к ее вздымающейся груди и с ликующим ворчанием зарылся в легкие красно-золотистые покровы. — Лишь стоит мне вкусить прекрасной юной плоти…
— Э-ге-гей, дядя Кэм! — раздался издалека детский голос. Кэмерон досадливо крякнул, приподнялся на локте и посмотрел на бегущие к ним крохотные фигурки. — Дядя Кэм, у нас еще осталось что-нибудь поесть?
Дома их уже ждала Нора.
— Ром, ваши вот-вот обещали приехать. Мисс Мэдлин пригласила их на ленч в клуб, и по дороге они остановятся здесь.
Ром бросила шляпку и блузу на кухонный стул, посмотрела, как Кэмерон и мальчики разгружают пикап, и рассеянно сказала себе под нос:
— Тогда я, пожалуй, пойду приму душ и надену что-нибудь поприличней.
Больше не нужно думать о разговоре с отцом наедине (про обещанный свадебный подарок Ром совершенно забыла). Благодаря Майе он примирился со своим прошлым. Остается лишь ей самой простить Уоллингфордов. И Ром вдруг осознала, что отвращение к этому клану, росшее долгие годы, исчезло словно по волшебству и сменилось миролюбивым чувством.
«И все благодаря доктору Синклеру, — думала она, подсушивая феном волосы после купания. — Возможно, теперь я даже осчастливлю своим согласием его окулиста. Только сама назначу время». Она оделась в белую юбку и коричневую хлопчатобумажную рубашку-сафари, распустила густые волосы по плечам и, уютно чувствуя себя в строгой одежде, погляделась в зеркало. Да, Кэмерон прав: все ее выкрутасы с расцветками — лишь следствие болезненной озлобленности на прошлое.
«А Реджи выглядит лучше, чем прежде», — подумала она, глядя, как отец и Майя выходят из машины. Ром провела их в пустую гостиную и незаметно вложила в ладонь Реджи чек. Приближалось время обеда, но ни Кэмерон, ни Мэдди не появлялись.
— Мне бы впору здорово обидеться на тебя, папа, — сказала Ром. — Ты не имел права ш… — ставлять мою работу без спросу. Поступи кто-нибудь так с тобой, ты б его убил.
— Мм… да, пожалуй. Но, Рамни, детка, давай о серьезном. Мы заскочили лишь на полчасика, и я хочу быть уверенным, что оставляю тебя здесь счастливой.
— Счастливой?! С каких это пор ты озаботился моим счастьем?
Реджи так наигранно насупился, что оба они рассмеялись.
— Конечно, как отец, я должен был кое о чем позаботиться заранее. Но ведь я дал тебе куда больше, чем просто сентиментальное сюсюканье, — талант, малышка, твой талант! Я могу тобой гордиться, Ром, правда.
Вошел Кэмерон, пахнущий шампунем и еще не совсем обсохший, и пригласил Майю и Реджи отобедать вместе. Но они наотрез отказались, пробыли всего полчаса и стали прощаться. Ром засмотрелась на Кэмерона — сейчас он показался ей особенно прекрасным. Ее взгляд скользил по безукоризненным линиям его тела, и она пропустила мимо ушей половину напыщенных прощаний отца.
За обедом Кэмерон напомнил ей: «В восемь часов». Она непонимающе воззрилась на него, в ответ он объявил, что опять договорился с другом-окулистом на следующее утро и на этот раз не даст ей сбежать. Она хотела согласиться, все-чувства искушали сказать «да» на любую его просьбу, но независимость так глубоко въелась в нее, что уже не раз заставляла поступать себе во вред.
— Спасибо. Скажи мне, как туда добраться, и я поеду.
— Я сам повезу тебя, — твердо сказал он. Никто не мешал Ром высказаться до конца:
Мэдди ушла позвонить сестре, и они остались вдвоем. Но слова не шли на ум. Она даже не знала, с чего начать, только знала, что у Кэмерона явное преимущество и она отвоюет его, лишь если проявит твердость сейчас.
— Или я поеду сама, или не поеду вовсе. Выбирай.
Противостояние продолжалось молча, они выжидающе смотрели друг на друга. Кофе остыл, в соседней комнате часы пробили девять. Первой заговорила Ром:
— Слушай, я сказала тебе, что поеду, значит, поеду. Но я в состоянии найти дорогу туда и обратно, и меня не надо водить за ручку.
Может, Кэмерон и хотел возразить, но его прервал мелодичный звонок в дверь. Норы не было, Мэдди говорила по телефону, поэтому Кэмерон пошел открывать, взглядом велев Ром подождать. Ром подперла ладонями подбородок и вздохнула. Слава Богу, что их прервали. Тем лучше. Не все же Кэмерону торжествовать. Ей бы только не поддаваться собственной предательской слабости, тогда она победит. Конечно, победив, она все потеряет, но тут уж ничего не поделаешь. Скоро она уедет отсюда, и тогда можно будет перебраться куда-нибудь, где ничто не напомнит ей о том, что нужно забыть. К тому же кому придет в голову поддерживать серьезные отношения под носом у трех племянников и невестки, не говоря об экономке и Фостере.
Ее мысли были прерваны звуком знакомого голоса. В столовую вошли Кэмерон и Реджи.
— Что случилось? — воскликнула Ром и вскочила отцу навстречу. — Папочка, ты попал в аварию? Нет?
— Разумеется, нет, дочка. — Он как-то неуверенно похлопал ее по плечу, его рыжевато-седая борода разошлась в широкой улыбке. — Все хорошо, но что, скажи на милость, делать с чеком на имя Реджинальда Синклера?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Лики любви - Браунинг Дикси

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Лики любви - Браунинг Дикси



Обычный роман я даже целиком не смогла его прочитать. Вот такие фразы:"Ром, ты сошла с умаrnоттого, что призналась мнеrnпервая? И плачешь оттого, чтоrnсошла с ума?" просто выводят меня, а их здесь не мало. На 7 балов роман.
Лики любви - Браунинг ДиксиПросто я
17.08.2012, 9.26





Понравилось. Красивая эротика и немного психологии.
Лики любви - Браунинг ДиксиStefa
31.12.2013, 12.17





Главная героиня этого гм... произведения, тупая, избалованная, инфантильная ломака. Главный герой никакой вообще. Чудовищный перевод. Сама история тянет, дай Бог, если на 3 балла. Не тратьте время!
Лики любви - Браунинг ДиксиТатьяна
8.02.2014, 2.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100