Читать онлайн Маленькая леди и принц, автора - Браун Эстер, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маленькая леди и принц - Браун Эстер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.5 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маленькая леди и принц - Браун Эстер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маленькая леди и принц - Браун Эстер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Браун Эстер

Маленькая леди и принц

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

Новость о том, что я теперь снова работаю пять дней в неделю, быстро распространилась среди моих клиентов, и меня засыпали заказами. Чувствовать себя нужной было приятно, а необходимость решать массу проблем спасала от убийственной тоски. Однако всякий раз, когда я натыкалась на старый картонный пакетик с бумажными спичками, привезенный из ресторана в один из незабываемых романтических вечеров, или на запись в ежедневнике о назначенном свидании, которую приходилось вычеркивать, я снова впадала в хандру. Нельсон, Габи и Роджер изо всех сил старались развеселить меня – таскали в кино, на крикет и в разные другие места, старательно избегая тех, где хоть что-нибудь напоминало о свадьбах. Однако, как это ни удивительно, по-настоящему отвлекаться от горестных дум мне помогал лишь Ники.
Корсеты стали мне маловаты, так как на диеты я махнула рукой, а Нельсон в те вечера, когда Ники не удавалось вытащить меня на ужин в ресторан, готовил особенно вкусные и питательные
блюда. То есть два-три раза в неделю я перед самым сном наедалась до отвала. В остальные же дни читала Ники лекции о достойном поведении. Беседовали мы и на многие другие темы – о родственниках, бывших влюбленностях (точнее, большую часть времени говорил он, а я просто слушала). Я чаще и чаще видела его без маски нахальства и теперь понимала: своими неслыханными поступками Ники всего лишь пытался доказать, что в сравнении с аристократически благородным дедом и гонщиком отцом он тоже не блеклый середнячок. Просто быть собой ему трудно. Я прекрасно знала, что это значит. К августу мне стало казаться, что теперь я езжу на ужины с настоящим Ники. Он уже почти не выделывался, брался за старое, лишь когда замечал на улице папарацци, и то я могла без труда остановить эти комедии.
После расставания с Джонатаном я решила, что больше никогда в жизни не буду от души смеяться, но Ники упорно старался рассмешить меня при каждом удобном случае, и это умиляло куда больше его попыток флиртовать со мной. Когда я говорила ему об этом, он лишь улыбался в ответ.
Бабушка тоже пыталась меня подбодрить и присылала мне море приглашений (с припиской «Алекс будет вне себя от радости, если вы придете с Ники») на парусную регату в Хенли, «Фестиваль скорости» в Гудвуде, теннисные вечеринки и разнообразные ужины. Порой она даже заезжала за мной в агентство, и мы вместе отправлялись выбрать для нее новый наряд. Такие вылазки неизменно заканчивались покупкой «небольшого подарочка » и для меня. Однажды бабушка предложила мне аккуратно выведать, как поживает Джонатан, однако я ответила: мы договорились остаться добрыми друзьями и решили не тревожить друг друга, пока не придем в себя.
Сказать такое, конечно, гораздо легче, чем сделать. Поэтому Габи с Нельсоном ради моего спокойствия тоже были готовы в любую минуту выступить в роли агентов секретных служб. Но я их постоянно удерживала.
Несмотря на то что я, вне всякого сомнения, влияла на Ники весьма положительно, его отношения с Нельсоном ничуть не улучшались. Точнее, даже ухудшились, а до путешествия было уже рукой подать.
– Нельсон,– сказала я как-то вечером,– у меня к тебе одна просьба.
– Если речь снова о ремонте в агентстве,– произнес он, не отрывая глаз от кроссворда в «Гар– диан»,– отвечу сразу: нет.
– Речь о Николасе,– объяснила я. Нельсон издал приглушенный рвотный звук.
Его примеру последовал и Роджер, который заглянул к нам, чтобы я рассказала ему, как выбирать дамское белье. Я попросила его немного подождать.
– Ну не вредничай,– сладким голосом произнесла я. – Надо всего лишь подготовить его к одному интервью.
– А что, собственно, ему нужно? Хочет, чтобы я научил его застегивать все пуговицы на рубашке и завязывать галстук? – Нельсон, наконец, взглянул на меня. – Или у него затеяли спросить, где расположена его обожаемая родная земля, и он желает узнать, как ее найти на карте?
Я не обратила внимания на его колкости.
– Помнишь тот вечер, когда Леони выиграла путешествие на яхте?
– Как я могу забыть!
– А помнишь, что представители одного журнала предложили отправить вместе с нами своих репортеров?
– Мелисса,– терпеливо произнес Нельсон. – Насколько я понял, это была шутка. Британские папарацци ничего не планируют заранее.
Роджер громко усмехнулся.
– Их главное оружие – неожиданность. И запугивания. И безжалостная расторопность. «Монти Пайтон»,– добавил он, снисходительно глядя на меня.
Я вздохнула. Таковы были большинство моих клиентов. Знали чуть ли не наизусть реплики известных британских комиков и при всяком удобном случае вкладывали их в уста других людей. Или просто проводили неуместные параллели.
– Времена меняются. Нам должны заранее позвонить, так что надо подготовиться. Этот журнал затеял перед поездкой взять у Ники интервью. Задать ему несколько вопросов о яхтах и мореплавании, ну и все в таком духе. Я подумала, может, ты заглянешь ко мне в агентство во время ланча?.. И гм… кратко расскажешь Ники обо всех этих вещах?
Нельсон уставился на меня.
– Так же, как он рассказал тебе о парижских клубах и бросил на растерзание Джонатану?
Я покраснела.
– Не думаю, что он умышленно бросил меня на растерзание. Вдобавок мне следовало проверить, что это за клубы. И потом… Послушай, давай об этом не будем, ладно? Беседа не займет много времени. А мне бы хотелось, чтобы Ники произвел впечатление человека вроде тебя – который знает свое дело и по-настоящему любит море. Это очень и очень красит мужчину,– добавила я, бессовестно льстя.
– Неужели ты не понимаешь, Мел, что рано или поздно ему зададут такой вопрос, на который он не будет знать ответа. И тогда все увидят, что никакой он не моряк, а тупица и бездельник. Вот и все.
– Да ты его просто слишком плохо знаешь,– пустилась я защищать Ники. – Когда ему нет нужды играть на публику, он очень даже серьезный и чуткий. Например, после нашего с Джонатаном расставания…
Я вдруг резко замолчала. Ники проявил ко мне просто удивительную чуткость. Кажется, его по– настоящему волнует моя судьба. А вдруг он…
– Пытаешься вспомнить, когда в последний раз ему не было нужды играть на публику? – спросил Нельсон, комично притворяясь, будто жаждет мне помочь. – Или прикидываешь, что он вытворит, когда рядом не будет тебя?
– Он может быть человеком лишь в присутствии няньки,– произнес Роджер. – Ты для него – что-то вроде самонадувающегося спасательного жилета.
Я взглянула на обоих с упреком.
– Я решительно настроена научить его плавать без моей подстраховки… в синих водах… общественной жизни. И с помощью одной лишь наследственности.
– Что бы это значило? – многозначительно произнес Роджер.
– Не забывай, что бедняге журналисту придется разговаривать лично с Ники. Если, конечно, ты не научилась чревовещать и не добавила в договор с Александром еще один пункт.
– А может, попросишь их взять интервью по телефону? – предложил Роджер. – Трубку дадим Нельсону, пусть он притворится Николасом, а?
– Не так это будет просто,– пробурчал Нельсон. – Я ведь сдам себя с потрохами, если интервью будет брать женщина, а я не замучаю ее вопросами типа «Какого цвета твой лифчик?».
Лицо Роджера вдруг стало кирпично-красным.
– У Зары он спрашивал не про цвет. А про то, есть ли на ней вообще белье.
Нельсон возмущенно фыркнул и дернул головой, будто пытаясь прогнать жужжащую возле уха пчелу.
– Приезжай ко мне завтра во время ланча,– еще раз попросила я, гладя Нельсона по руке. – Внеси свой вклад в наставление Ники на путь истинный.
– Предупреждаю еще раз, Мел: ты допускаешь ошибку,– ответил Нельсон. – Но я сделаю это. Исключительно ради тебя.
На следующее утро я очень удивилась, дозвонившись до Ники со второй попытки, и буквально разинула рот от изумления, когда он сообщил, что ходит по залам галереи Тейт-Британия.
– Я так напитался искусством, что за ужином буду без остановки делиться с тобой впечатлениями,– сказал он. – Тут призывают развить в себе любовь к живописи. Вот я и развиваю.
– Замечательно,– ответила я, ни секунды ему не веря. – Давай без глупых шуточек. Поднимайся с кровати и приезжай ко мне в агентство. Попробуешь запомнить кое-что о яхтах.
– Мелисса, я давно не в кровати! Я в… – Очевидно, он что-то спросил у того, кто находился с ним рядом. – Я в Милбанке!
– Да-да, конечно. Может, передашь трубку фу-фу, или кто там у тебя под боком, и она расскажет мне, какими средствами Тернер изображал на картине скорость?
Эту фризу я заучила, когда готовилась к экзамену по истории искусства. Чуяло мое сердце, что придет тот день, когда будет очень уместно блеснуть подобными познаниями.
– Может, лучше я расскажу тебе об игре света и волшебных цветовых эффектах? Или о поздних модернистах?
Я округлила глаза и взглянула на трубку.
– Гм…
– Я изучал историю искусства целый год, у меня есть степень,– небрежно заметил Ники. – Не думай, что я обыватель и тупица.
– Ах, вот где ты научился ценить красоты женских форм,– пробормотала я.
– Ты не знаешь обо мне еще очень многого, Мелисса,– игриво произнес Ники. – Ты сказала, что я должен куда-то приехать? – вдруг спросил он.
– Да, ко мне в агентство. Подготовишься к интервью. – Я поправила на носу очки в черепаховой оправе, чтобы почувствовать себя строгой учительницей и говорить со всей серьезностью. – Помнишь? Я записывала в твоем ежедневнике.
– Я помню обо всем, что ты записывала. Может, сначала съездим вместе на ланч?
– Нет,– ответила я. – Все утро я буду занята, аНельсон сможет приехать только во время перерыва, так что подкрепимся прямо здесь, бутербродами.
– Нелли? Бог ты мой! Не желаю я иметь никаких дел с этим занудным благотворителем. Большое спасибо!
– В час сорок пять ты должен быть здесь. Нельсонподелится с тобой своим громадным мореходным опытом.
– Ах да, ну конечно! Я ведь страстный моряк! – воскликнул Ники. – Очень многие вещи, которые мне самому о себе неизвестны, зато известны тебе, почему-то постоянно вылетают у меня из головы! Что ж, ладно. Я приеду. Но помни: я делаю это исключительно ради тебя,– предупредил он.
– И ради твоего будущего,– сказала я, стараясь, чтобы голос звучал деловито.
Отвечать на подобные заигрывания можно было только так. Я поспешила положить трубку.
Нельсон приехал ровно в двенадцать тридцать пять, на десять минут раньше. Пятью минутами позднее появился и Ники. Не поторопись Нельсон, Ники мог бы выиграть в негласном соревновании по пунктуальности.
Если Ники и было неприятно видеть Нельсона, который поднялся ему навстречу с мягкого кожаного кресла, он этого никак не выразил.
Когда они обменивались рукопожатиями, я заметила, что Ники на несколько дюймов ниже Нельсона. Нельсон в своем сером костюме (вообще-то он надевал его на работу лишь в те дни, когда к ним являлись налоговые инспекторы) выглядел очень строгим. Ники, напротив, казалось, уже сегодня отправляется в путешествие. На нем были хлопковые брюки, легкие летние туфли и густо-красная рубашка, на расстегнутом вороте которой висели солнцезащитные очки от Гуччи.
Наверное, надо было посоветовать Ники не надевать рубашку плейбоя, но я… не могла. Нельсон уже поглядывал на его туфли с плохо скрываемым презрением.
– Итак,– произнесла я, присаживаясь на край письменного стола и придвигая гостям тарелку с бутербродами,– давайте не будем терять времени. Мы встретилась с репортершей, перекинулись с ней парой фраз об интервью. – Я взглянула на Ники. – Кстати говоря, просто чтобы ты знал, я твой пресс-секретарь по имени Флора…
– Мы друг с другом спим? – спросил Ники, приподнимая бровь.
– Нет, Флора не из таких,– твердо сказала я.
– Или просто притворяется.


Нельсон многозначительно кашлянул.
– В общем, мне удалось примерно узнать, о чем журналистка собирается тебя спрашивать. Ей интересно, что у вас за яхта, в каком возрасте ты стал яхтсменом, приключались ли с тобой в море забавные истории и почему ты бы посоветовал молодым людям предпочесть этот вид спорта всем остальным. – Я посмотрела на Нельсона. – Нельсон с группой юных правонарушителей плавал до Адриатического моря, правда же?
– Да,– ответил Нельсон. – Но это было настоящее мореплавание, с парусами. Не распивание алкогольных напитков на борту судна.
– Да, это совершенно разные вещи,– поспешила вставить я. – Но давайте ближе к делу. Что ты будешь отвечать, Ники? Скажешь, что в основном имел дело с…
Ники пожал плечами.
– Моторными яхтами,– подсказал Нельсон.
– Не понимаю, зачем мне корчить из себя кого бы то ни было? – проворчал Ники. – Сейчас дед сдал нашу яхту внаем по чартеру на целую неделю.
– Немалый срок, как я полагаю,– поспешила сказать я, а Нельсон в это же самое время пробормотал: «А налоги вы платите? Или уклоняетесь?» – По-моему, будет неплохо, если ты расскажешь, что управлял и судами поменьше. Парусными. В общем, произведешь впечатление человека, который придерживается старых традиций. Между прочим, девушки обожают мужчин, которые умеют завязывать морские узлы и противостоять непогоде,– добавила я больше для Нельсона.
– Мои предки прославились мореходным мастерством,– сказал Ники, бросая косой взгляд на Нельсона.
– А еще тем, что в пятнадцатом веке отобрали замок у монахинь. Во всяком случае, так пишут,– будто между прочим сказал Нельсон. – Потому что настоятельница монастыря не возвращала им игорный долг. Правильно я запомнил?
– Ты что, веришь всему, о чем пишут? – пренебрежительно спросил Ники. – Чем мои предки занимались в пятнадцатом веке, лучше спроси у меня.
Я мысленно чертыхнулась. Зря он углублялся в эту тему. Нельсон с характерной ему дотошностью изучил родословную своего семейства от и до. Как оказалось, в роду Барберов было не менее десяти судей, магистраты и лорды-наместники, а началось все с небольшой фермы близ Харрогита.
– Мои предки в пятнадцатом веке выращивали овец в Йоркшире,– сказал Нельсон. – И отрубали руки еретикам.
– Нельсон,– твердо сказала я, устав от пререканий,– расскажи Ники, как ты начал заниматься морским делом. А ты, Ники, внимательно слушай и запоминай ключевые фразы.
– В общем, мне удалось примерно узнать, о чем журналистка собирается тебя спрашивать. Ей интересно, что у вас за яхта, в каком возрасте ты стал яхтсменом, приключались ли с тобой в море забавные истории и почему ты бы посоветовал молодым людям предпочесть этот вид спорта всем остальным. – Я посмотрела на Нельсона. – Нельсон с группой юных правонарушителей плавал до Адриатического моря, правда же?
– Да,– ответил Нельсон. – Но это было настоящее мореплавание, с парусами. Не распивание алкогольных напитков на борту судна.
– Да, это совершенно разные вещи,– поспешила вставить я. – Но давайте ближе к делу. Что ты будешь отвечать, Ники? Скажешь, что в основном имел дело с…
Ники пожал плечами.
– Моторными яхтами,– подсказал Нельсон.
– Не понимаю, зачем мне корчить из себя кого бы то ни было? – проворчал Ники. – Сейчас дед сдал нашу яхту внаем по чартеру на целую неделю.
– Немалый срок, как я полагаю,– поспешила сказать я, а Нельсон в это же самое время пробормотал: «А налоги вы платите? Или уклоняетесь?» – По-моему, будет неплохо, если ты расскажешь, что управлял и судами поменьше. Парусными. В общем, произведешь впечатление человека, который придерживается старых традиций. Между прочим, девушки обожают мужчин, которые умеют завязывать морские узлы и противостоять непогоде,– добавила я больше для Нельсона.
– Мои предки прославились мореходным мастерством,– сказал Ники, бросая косой взгляд на Нельсона.
– А еще тем, что в пятнадцатом веке отобрали замок у монахинь. Во всяком случае, так пишут,– будто между прочим сказал Нельсон. – Потому что настоятельница монастыря не возвращала им игорный долг. Правильно я запомнил?
– Ты что, веришь всему, о чем пишут? – пренебрежительно спросил Ники. – Чем мои предки занимались в пятнадцатом веке, лучше спроси у меня.
Я мысленно чертыхнулась. Зря он углублялся в эту тему. Нельсон с характерной ему дотошностью изучил родословную своего семейства от и до. Как оказалось, в роду Барберов было не менее десяти судей, магистраты и лорды-наместники, а началось все с небольшой фермы близ Харрогита.
– Мои предки в пятнадцатом веке выращивали овец в Йоркшире,– сказал Нельсон. – И отрубали руки еретикам.
– Нельсон,– твердо сказала я, устав от пререканий,– расскажи Ники, как ты начал заниматься морским делом. А ты, Ники, внимательно слушай и запоминай ключевые фразы.
Обапосмотрели на меня с одинаковым выражением на лицах: это сущая пытка.
– Ну, начинаем! – ободряюще произнесла я.
– Я занялся этим делом в Йоркшире, на маленькой отцовской шлюпке,– злобно начал Нельсон. – И чуть не утонул, потому что мой брат Вуль– фи шутки ради отстегнул мой спасательный жилет.
– На йоркширском периоде можно не останавливаться,– пробормотала я.
– А я и не собирался,– ответил Нельсон.
Когда Нельсон увлекся рассказом о прелестях мореплавания, его было уже не остановить. Впрочем, я и не пыталась. Лишь время от времени подливала нам всем кофе и делала краткие записи в блокноте.
– …Вот почему всегда очень важно иметь на судне трюмный насос.
Нельсон внезапно замолчал. Мы с Ники взглянули на него.
– Спасибо, Нельсон! – радостно воскликнула я. – Нам это очень поможет! Во всяком случае, теперь Ники знает, о какой яхте ему лучше рассказывать.
– Знаю? – спросил Ники. – Скажите мне о какой. Я поеду и куплю ее. Для меня это не проблема.
Я взглянула на него с осуждением. Если таким образом он пытался что-то мне продемонстрировать, то только все портил. Признаться честно, мне не нравилось снова видеть Ники самовлюбленным, особенно теперь, когда я знала, что в нем есть отнюдь не только глупое чванство. Меня утешала лишь мысль, что он так ведет себя из-за Нельсона.
Нельсон прищурил голубые глаза и достал из кармана сотовый телефон.
– Спрашиваешь, о какой яхте тебе рассказывать? Думаю, вполне подойдет такая, как у Роджера. – Он нажал несколько кнопок на трубке и показал нам фотографию на экранчике. – «Пиклтон».
– Понятно,– сказала я. – А как… она называется?
Нельсон пристально посмотрел на Ники.
– Шлеп с одномачтовым вооружением.
– Шлеп с одномачтовым вооружением,– повторила я. – Запомнишь, Ники?
Николас нехотя кивнул.
– Да-да.
– Ну, мне пора бежать,– сказал Нельсон, глядя на часы. – В два у меня встреча.
– Большое спасибо, что приехал. – Я поцеловала его в щеку. – Ты нам правда очень-очень помог.
– Ага, спасибо,– сказал Ники. – Я чувствую себя так, будто совершил кругосветное путешествие. В реальном времени.
Нельсон посмотрел на Ники недобрым взглядом, словно собрался высказать ему в лицо все, что о нем думает, но решил не тратить сил понапрасну.
– Увидимся вечером,– сказал он мне. – На ужин собираюсь потушить рыбу в белом вине, как ты на это смотришь? Неподалеку от нас открылся новый рыбный. Там продают даже отдельно рыбьи головы.
– Ой, а я планировала съездить сегодня домой,– пробормотала я. – Эмери звонила уже три раза. Хочет поговорить о крестинах. Я тебе сказала, что папа перенес дату? Это каким-то образом связано с его книгой о сырной диете. Теперь ее издадут в мягкой обложке. Будет лучше, если о крестинах напишут в ноябре.
– А почему вы не пригласили ту девушку? – внезапно протянул Ники. – Леони. Так ведь ее зовут? Она наверняка, ждет не дождется следующих выходных и этого путешествия? И тоже могла бы послушать лекцию. Или сама бы о чем-нибудь рассказала,– добавил он, подмигивая.
– Рассказывать она будет о поездке, когда вернется домой,– произнесла я.
– Верно,– подтвердил Нельсон, надевая пиджак. – Будет учить всех и каждого, как правильно смешивать джин с тоником. Если что, звони, ладно? – сказал он мне. – Пока, Николас.
– Не перевари рыбьи головы,– пробормотал Ники, когда за Нельсоном уже закрывалась дверь.
Когда мы остались одни, к августовскому теплу в моем небольшом офисе вдруг прибавилось звенящее напряжение. Откуда оно взялось, я не вполне понимала, но догадывалась, что породила его произошедшая стычка. А еще меня расстраивала мысль, что причитающаяся мне по праву рыба в вине достанется Леони.
– Как хорошо у тебя стало после ремонта,– заметил Ники, устраиваясь поудобнее на диване. – Теперь тут не как в корабельном лазарете, а как в… дамском будуаре.
– Только кровати не хватает,– сказала я и вдруг покраснела.
Чтобы Ники этого не заметил, мне пришлось поспешно открыть ежедневник с разноцветными страницами и уткнуться в него.
– Жарко тут, не находишь? – спросил Ники. – Или это только мне жарко, потому что рядом ты?
Я отъехала в кресле к стене и встала. Оделась я сегодня специально довольно-таки сдержанно, но сейчас не могла не чувствовать резинки чулок, обхватывавшие мои ноги. От этого в голову лезли совершенно неуместные мысли, а игривые шуточки Ники лишь усугубляли мое неловкое положение.
– Послушай, я бы с удовольствием проболтала с тобой хоть до вечера, но мне надо побеседовать с одним клиентом, растолковать ему почти в командирском тоне, что время от времени стоит ходить в парикмахерскую. Ты уж прости, но придется мне тебя выставить.
– Ужасно хочу взглянуть на тебя командиршу,– с мольбой в голосе произнес Ники, перекидывая через подлокотник длинную ногу. – Должно быть, это очень волнительно. Можно?
– Не волнительно,– ответила я. – И нельзя. Шагом марш!
– Что ж, ладно.
Он встал, а я притворилась, что просматриваю папки на столе.
– Приятного дня,– пробормотала я, делая вид, будто все мои мысли уже о другом. – Купи «Мир яхтсмена» или что-нибудь в этом роде.
– Лучше займусь другими делами–Видя, что я больше не обращаю на него внимания, Ники пошел к двери, но вдруг остановился, приблизился к столу и положил передо мной бумажный пакетик со значком галереи Тейт-Британия. – Подарочек для тебя.
– Все ясно,– пробормотала я. – Выходит, ты действительно побывал сегодня утром в музее. Теперь я тебе верю. И очень рада, что к отдельным из моих советов ты все же прислушиваешься. Ники приостановился у двери. – Я прислушиваюсь ко всему, что ты говоришь, Мелисса,– сказал он, медленно моргая и сосредотачивая все мое внимание на своих длинных темных ресницах. – Даже к разным пустякам и шуткам.
С этими словами он ушел.
Когда на лестнице стихли его шаги, я заглянула в бумажный пакет и высыпала на стол пачку открыток. У меня замерло сердце. На каждой красовалось изображение восхитительной женщины, созданное рукой Росетти, Джона Сингера Сарджента или Миллеса. У всех красавиц были длинные темные волосы, карие глаза и полные, напоминающие виолончель бедра. Как у меня.
Я опустилась в кресло и стала обмахиваться открытками, будто веером. Никогда прежде я не была так довольна своими лишними фунтами. Честное слово.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Маленькая леди и принц - Браун Эстер



cool
Маленькая леди и принц - Браун Эстерliliana
24.10.2011, 17.57





Just a super book... i can see myself in the heroin
Маленькая леди и принц - Браун ЭстерTomy
2.06.2013, 11.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100