Читать онлайн Та, которой не стало, автора - Браун Сандра, Раздел - ГЛАВА 30 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Та, которой не стало - Браун Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 144)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Та, которой не стало - Браун Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Та, которой не стало - Браун Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Браун Сандра

Та, которой не стало

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 30

Глядя на распростертый на полу труп Джема Хеннингса, агент Тобиас замысловато выругался. За сегодняшний день он уже во второй раз позволил себе проявить свои чувства таким образом. В первый раз он сделал это, когда Мелина Ллойд повесила трубку, так и не сказав ему, где она находится.
– Мне нужно выпить, – произнес Лоусон. – Срочно. Тобиас мрачно улыбнулся.
– Я с удовольствием поставлю вам выпивку – но только после того, как мы найдем ответ хотя бы на один вопрос, – ответил он.
Доведись этим двоим провести вместе достаточно много времени, и они скорее всего возненавидели бы друг друга. Тобиас еще никогда не встречал человека, который бы одевался неряшливее, чем Лоусон. Детектив же определил для себя Тобиаса как самовлюбленного пижона. Фэбээровец был помешан на собственном здоровье, он полностью исключил из своего рациона жиры и сахар; Лоусон предпочитал пишу из ресторанов быстрого обслуживания, а его любимым блюдом были пончики, которые Тобиас считал ядом почище зарина. Тобиас был неравнодушен к искусству, он регулярно приобретал театральные абонементы, часто бывал в опере и на симфонических концертах. Полицейский в своей жизни побывал только на одном концерте – когда Вилли Нельсон выступал на сельскохозяйственной выставке-ярмарке в его родном городе. Домой Лоусон вернулся, покусанный комарами. Именно тогда он поклялся себе, что больше ни на какой концерт его и пончиками не заманишь.
Однако, несмотря на разницу в привычках и характерах, после первых часов работы бок о бок Лоусон и Тобиас прониклись друг к другу уважением.
Оставив труп в распоряжение медика-криминалиста, они вышли из квартиры в коридор, и Лоусон сказал:
– Ну, несколько ответов я могу дать хоть сейчас. Консьерж очень подробно описал нашу парочку – Кристофера Харта и Мелину Ллойд. Тут ошибки быть не может: они здесь побывали. По его словам, они пришли навестить мистера Хеннингса минут за пятнадцать до того, как поднялся весь этот тарарам с пожарной тревогой. – Он заглянул в свой блокнотик. – То есть в девять ноль пять – в девять десять. Таким образом, убийство было совершено между девятью и девятью тридцатью.
– То есть вы предполагаете…
– Я ничего не предполагаю – я просто говорю, как все было.
– Извините, детектив. Продолжайте.
– Люди, живущие на этом этаже, запомнили мужчину и женщину, которые подходят под наше описание. Именно они, похоже, и подняли тревогу. Во всяком случае, во время массового бегства по пожарной лестнице именно они громче всех кричали, что горит квартира 17-Д.
– Отвлекающий маневр… – пробормотал Тобиас.
– Я тоже так подумал. – Лоусон хмыкнул. – Но есть одно «но»… Разумеется, баллисты еще займутся траекторией пули, однако уже сейчас ясно, что если у убийцы не было крыльев, то он должен был засесть где-то в здании напротив. Сейчас наши люди обшаривают крышу и все квартиры, окна которых выходят на эту сторону, однако я готов побиться об заклад, что они ничего не найдут.
– Снайпер-профессионал?
Лоусон вздохнул:
– Во всяком случае, на убийство на почве страсти это мало похоже. Подобные разрушения могла произвести только разрывная пуля, выпущенная из достаточно мощного оружия. Выстрелов, кстати, было два. Это подтверждает один из жителей этажа – он слышал два хлопка, прозвучавших один за другим, но решил, что «палит» неисправный глушитель автомобиля.
Первая пуля разбила окно и расплющилась о стену. Мы ее нашли, однако вряд ли удастся проследить ее по пулегильзотеке и «привязать» к конкретному оружию… Даже если нам удастся найти само оружие, доказать, что она была выпущена именно из него, будет нелегко. Что касается второй пули, то она все еще находится где-то в том дерьме, которое когда-то служило Хеннингсу мозгами. Все это говорит о том, что стрелявший – человек опытный, хладнокровный и дерзкий.
Тобиас устало потер глаза:
– Дело становится все интереснее. Как вы считаете, детектив, могли Харт и Мелина Ллойд видеть стрелявшего?
– Сомневаюсь. Одно бесспорно: они были в квартире, когда Хеннингс получил свое. Дело в том, – счел нужным пояснить он, – что верхний свет в квартире не горел, но настольная лампа была выдернута из розетки. А в девять вечера уже достаточно темно – настолько темно, что даже с помощью инфракрасного прицела трудно сделать столь точный выстрел – особенно через доли секунды после того, как первая пуля высадила стекло. Весьма сомнительно, что Хеннингс, Мелина и Харт планировали встретиться и разговаривать в темноте, значит – шнур из розетки кто-то выдернул. И этот кто-то явно не Хеннингс. После того как ему снесло полголовы, он не смог бы ни выключить свет, ни обтереться полотенцами.
Тобиас немного подумал.
– Вероятно, все было примерно так, – медленно сказал он. – Сначала эти трое разговаривали. Потом оконное стекло вдруг разлетается на куски, Хеннингс падает мертвым, и Харт – а я думаю, это был именно он, – выключает свет и устраивает фальшивую пожарную тревогу, чтобы создать панику и ускользнуть под шумок. Так?
– Похоже, что так, – кивнул Лоусон. – Несколько свидетелей вспомнили, что видели нашу парочку на улице, но потом, оба как сквозь землю провалились.
– И не отвечают на вызовы по сотовому.
– Их машина осталась в гараже. В багажнике лежали две сумки с одеждой – одна принадлежала Харту, вторая – Мелине. Вещи в ней совершенно новые, на некоторых сохранились бирки. – Он фыркнул. – Мы вычислили одну дамочку, которая занималась тем, что по поручению своих клиентов обеспечивала их всем необходимым. Она призналась, что покупала Мелине Ллойд одежду и нижнее белье. Кроме того, она опознала жакет, найденный рядом с трупом. Это тот самый, который она послала Мелине буквально накануне, только выглядел он уже несколько несвежим.
– Стало быть, теперь Мелина и Харт путешествуют налегке?
– Да, барахла у них явно поубавилось. Любопытно, откуда у них эта машина. Она не принадлежит Мелине, и сейчас мы пытаемся установить ее происхождение. Что касается «Феррари» Харта, то его нашли на стоянке возле ночного клуба и отбуксировали в управление.
– Понятно. – Тобиас снова с силой потер лицо. Обыск в клинике «Уотерс» пока ничего не дал. Полиции так и не удалось выяснить ничего нового относительно Дейла Гордона. Да, он обладал достаточными знаниями и имел все возможности, чтобы заменять образцы донорского семени, но никаких доказательств того, что он действительно это делал, обнаружить не удалось, и Тобиас поручил Паттерсону разобраться с донорами.
Задание заставило агента недовольно поморщиться.
«Надеюсь, – спросил он язвительно, – мне не придется следить, как они кончают в пробирку?»
«Образцы спермы будут отобраны в условиях клиники, под наблюдением медицинского персонала, – успокоил его Тобиас. – Ваша задача связаться с донорами и доставить их сюда».
«Есть, сэр!» – с явным облегчением ответил младший агент.
Кивнув на каталку с телом Хеннингса, Тобиас спросил:
– На него что-нибудь есть?
– Ничего. – Лоусон отрицательно покачал головой. – Штрафа за неправильную парковку – и того нет. Последняя покупка, сделанная по кредитной карточке, – это тот медальон с рубинами, который он подарил Джиллиан – то есть Мелине – вечером накануне убийства.
– Эй, Лоусон!.. Взгляни-ка, что мы тут нашли! – Из дверей квартиры выглянул полицейский и поманил детектива за собой. Тобиас хотел было пойти следом, но тут зазвонил его сотовый телефон.
Люси Майрик чувствовала себя так, словно она провела в этой отвратительной комнате без окон всю жизнь и еще немного. Голова у Люси слегка кружилась от недосыпа, с которым она пыталась бороться при помощи крепчайшего кофе, в желудке громко урчало от хот-догов и чипсов, а кожа казалась жирной и несвежей, потому что в душе она была, наверное, лет сто назад.
– Если бы кто знал, на какие жертвы приходится идти во имя любви! – вслух произнесла Люси.
Именно из-за любви к своему делу (и, разумеется, к Хэнку Тобиасу) она просидела за компьютером без малого двое суток, разыскивая что-то, что связывало бы между собой сестер Ллойд, Дейла Гордона и супругов Андерсон. Лишь несколько часов назад Тобиас подкинул ей новое имя – Джем Хеннингс, белый мужчина, родившийся, как следовало из его выданных в Техасе водительских прав, 10 февраля 1960 года. Рост – пять футов и одиннадцать дюймов, вес – сто шестьдесят восемь фунтов.
Словом, внешне все было в порядке, однако Люси довольно скоро установила, что в Службе социального страхования никакой Джем Хеннингс не фигурирует – во всяком случае, под тем номером, который он сообщил фирме, в которой работал.
– Что-то неладно в королевстве Датском… – пробормотала Люси, задавая параметры нового поиска.
Неладно оказалось не в Датском королевстве, а в штате Южная Дакота.
Люси трижды перечитала сообщение, прежде чем связаться с Тобиасом.
– Алло, это Люси Майрик!
– Ты почему не спишь? В Вашингтоне сейчас… – Тобиас мельком посмотрел на часы, отметив, что забыл перевести стрелки на местное время – час ночи.
– Вам придется оплатить мне сверхурочные и… пригласить на ужин в роскошный ресторан! – обмирая от собственной смелости, заявила Люси. – И имейте в виду, шеф, красное вино я люблю больше, чем белое.
Тобиас хмыкнул:
– Как я понимаю, ты раскопала что-то очень интересное.
– Слушайте внимательно, шеф: семь лет назад жила-была в Южной Дакоте пятнадцатилетняя девушка по имени Джанин Хеннингс. Училась плохо, часто скандалила с родителями и в конце концов связалась с дурной компанией. И сидеть бы ей, голубушке, за решеткой, но ее взяла под крыло школьная медсестра Дороти Пью – особа во всех отношениях положительная. Сама доброта, если можно так выразиться. Прошло несколько месяцев, и Джанин Хеннингс полностью переменилась. Ударилась в религию и молилась денно и нощно. Мир, любовь и все такое…
Но после окончания учебного года Дороти Пью неожиданно уволилась и переехала на новое место жительства в Нью-Мексико. Юная Джанин была безутешна. В конце концов она удрала из дома, чтобы воссоединиться со своей наставницей. Родители, естественно, подняли скандал – по их мнению, Джанин слишком занесло в противоположную сторону: дескать, если хочешь быть святой – будь ею, но надо и совесть иметь. Возвращаться домой Джанин отказалась наотрез, и тогда ее родители заподозрили, что Дороти принадлежит тоталитарной секте, практикующей «промывку мозгов» с последующим полным подчинением адептов одному духовному лидеру, гуру, аватаре Кришны и так далее. Тогда они обратились к специалисту-психологу, специализирующемуся на борьбе с последствиями этой самой «промывки мозгов». Все трое – супруги Хеннингс, а также упомянутый специалист выехали из Южной Дакоты в Нью-Мексико, чтобы спасти Джанин, и…
– И…
– …И исчезли без следа. Все трое, шеф! Фургон, который они арендовали для путешествия, был найден в кемпинге в Колорадо. Все веши были целы, а вот люди испарились.
– Произошло преступление?
– Несомненно, но никаких улик полиция так и не нашла. Ни тел, ни крови, ни следов борьбы. Вообще ничего… Рядом стоял фургон еще одной семьи, но эти люди в тот день пошли ужинать в город и ничего не видели. На следующий день утром они спокойно уехали, полагая, что соседи мирно спят. Вот и все, шеф… До настоящего времени ни самих пропавших, ни их останков полиции обнаружить не удалось.
– Кто заявил об исчезновении?
– Ни за что не догадаетесь, шеф! Это был некто Джемисон – он же Джем – Хеннингс, родной сын пропавших, старший брат Джанин. Он сказал, что родители – обещали звонить ему каждый день; когда же два дня подряд от них не поступало никаких известий, он заволновался и…
– Его подозревали в причастности к исчезновению?
– У него было железное алиби. Все эти дни Джем Хеннингс исправно ходил на работу, по вечерам встречался с друзьями, так что побывать в Колорадо у него не было физической возможности. Однако вскоре после трагедии он распродал все имущество, переехал в другой город и… начал пользоваться поддельным номером Службы социального страхования.
– Похоже, здесь что-то нечисто.
– Точно. Он порвал отношения почти со всеми своими старыми друзьями. Только одному приятелю он написал…. угадайте откуда? – Она попыталась выдержать паузу, но не смотла и рассмеялась. – Барабанная дробь, шеф! Из Окленда, Калифорния.
– Там была убита Кэтлин Эшер!
– Доказательств, конечно, никаких, но я готова поспорить на ужин в ресторане, который, надеюсь, честно заработала, что Хеннингс причастен к этому делу. Может быть, мне даже удастся что-то найти… Но вернемся к началу, шеф. Итак, исчезновение супружеской четы Хеннингс и психотерапевта до сих пор не раскрыто. Когда только случилось это несчастье, Джем не скрывал своей скорби: наряжался чуть ли не в рубище, публично посыпал голову пеплом и активно общался с репортерами. Дескать, мои родители пропали, сестра сбежала, чтобы вступить в религиозное сообщество, полиция бездействует. Анафема ей! Хочу обратить ваше внимание, шеф: ни в одном интервью он ни разу не назвал вышеозначенное религиозное сообщество «сектой».
– Видимо, мне незачем спрашивать, что это была за секта?
– Это была Церковь Благовещения брата Гэбриэла.
– Люси…
– Да, шеф?
– Я бы хотел, чтобы матерью моих детей была такая женщина, как ты.
И прежде, чем Люси Майрик успела опомниться и ответить, Тобиас дал отбой.
– Лоусон! – крикнул он.
Детектив вышел из квартиры, лицо его расплывалось в широкой улыбке.
– Вы не поверите, мистер Тобиас, когда я скажу, чей телефон ребята обнаружили среди номеров автонабора!
Тобиас ухмыльнулся.
– Не хотелось вас разочаровывать, Лоусон, но я, кажется, уже знаю.
– Почему ты ничего не сказал мне раньше?!
С тех самых пор, как самолет оторвался от земли, Мелина бросала на него уничтожающие взгляды, но Харт и бровью не повел. Обогнув далласский аэропорт Форт-Уорт по широкой дуге, он отклонился далеко на восток, а затем повернул на север. После получаса полета по прямой она заметила, что самолет начинает идти на запад.
Даллас остался позади. Теперь внизу лежали только пригородные поселки – бледные пятна света на черном покрывале тьмы. Погода стояла безветренная и ясная. Серпик луны был таким тонким, что почти не давал света – должно быть, поэтому осенние звезды казались особенно яркими и крупными.
Не замечать ее негодующих взглядов Харту было достаточно просто – для этого ему надо было только притвориться, что он целиком сосредоточился на прокладывании курса, однако не ответить на прямой вопрос он не мог.
– Чего я не сказал тебе раньше? И когда раньше?
– Не строй из себя дурачка, Вождь, со мной этот номер не пройдет.
– Наверное, потому, что это не имело никакого отношения к делу.
– Может быть, и не имело… прямого, но все равно это очень любопытно.
– Хотел бы я знать, почему…
– Хотя бы потому, что твой отец – белый.
– Я никогда не скрывал, что я – не чистокровный индеец. – Он мрачно усмехнулся. – Ты когда-нибудь видела краснокожего с голубыми глазами?
– Слушай, чего ты кипятишься?! Уж и спросить нельзя!
– Спрашивать можно, а вот вынюхивать…
– Я не вынюхиваю! – оскорбилась она. – Я просто хочу знать…
– Что?
– Почему ты его недолюбливаешь.
– Зачем это тебе?
– Затем, что… – Она не нашла что ответить и сменила тему: – Съешь чипсов?
– Что-что?
– Чипсов. Картофельных. – Она вскрыла пакет, расправила и протянула ему. Харт запустил в него руку, достал пригоршню хрустящей картошки и отправил ее в рот. С тех пор, когда он купил в дорожной закусочной чизбургер (который так и не доел), прошло уже много времени, и Харт успел порядком проголодаться. Мелина тоже ела чипсы, закусывая их собачьими галетами.
– Ничего себе, меню, – заметил Харт, ненадолго отвлекшись от рычагов управления.
– Я хочу есть. Очень.
– Я не против. Только если тебе снова вздумается… В общем, если тебя опять укачает, остановиться и высадить тебя я не смогу.
– Ты не захватил с собой гигиенических пакетов?
– Это рейс по сниженному тарифу.
Они улыбнулись друг другу, потом он ткнул пальцем в ее подбородок.
– У тебя крошка, – сказал он, и ее язычок соблазнительно скользнул по губам.
– С другой стороны.
Она снова облизнулась, и это ее движение неожиданно показалось Харту бесконечно эротичным.
Он поспешно отвернулся и стал с преувеличенным вниманием вглядываться в приборы на панели. Потом сосредоточился на линии горизонта, но и там не было ничего, что могло бы отвлечь Харта от мыслей о ней.
– Что еще у нас найдется поесть? – спросил он наконец, по-прежнему не отрывая взгляда от лобового стекла кабины.
– Сейчас поглядим… Попкорн. Целых три пакета. Специальный ароматизированный попкорн с чесноком.
– Боже правый!..
– Ты против?
– Космический рацион – и тот лучше. От него, во всяком случае, у меня никогда не было изжоги.
– А я думала, у астронавтов должны быть луженые желудки. – Она снова заглянула в пакет. – «Читос»… Ну, это даже я есть не стану. Шоколадные батончики. Все бы хорошо, только они успели поседеть от старости. Кукурузные чипсы с беконом. Насколько я знаю, бекон там и рядом не лежал, даже когда кукуруза была кукурузой, а бекон – свиньей. Вот И все… Больше ничего нет.
– Верю. Дай-ка мне пару собачьих галет.
Она протянула ему всю пачку. Харт повернулся, чтобы взять галеты, и их взгляды снова встретились.
– Что же все-таки такого сделал твой отец, что ты так его не любишь?
– Кто тебе сказал, что я его не люблю?
– А-а, должно быть, мне показалось!
– Быть может, он был просто не особенно нам рад. В конце концов, мы явились без приглашения, ночью…
Мелина ничего не сказала. Она не задала ни одного вопроса, однако в том, как она ждала ответа, было что-то такое, на что Харт не смог не отозваться. Правда, проделал он это без особой охоты, но все же она своего добилась.
– Пакс служил в летной части в Холломане, – нехотя начал Харт. – Моя мать была гражданской служащей базы ВВС. Она была очень хороша собой – изящная, стройная, черноглазая… Думаю, для Пакса это было внове – молодая, красивая, умная индианка. Через несколько месяцев после первой встречи они поженились, а через год родился я. Насколько я помню, в первые годы мы были очень счастливой семьей.
Самое первое мое воспоминание – это воздушный парад, который проходил там же, на базе. Отец хвастался мною перед друзьями, и кто-то из них угостил меня жевательной резинкой – первой в моей жизни. Это была обычная «подушечка» в твердой глазури, какие можно найти в любом торговом автомате, даже если он выключен. У этого человека было несколько «подушечек» разного цвета, и он предложил мне выбрать любую на мой вкус, Потом отец повел меня к самолетам, и про каждый он рассказывал мне, как высоко он может подняться, как далеко лететь. Мне помнится, я тогда подумал – мой папа самый умный в мире, раз знает такие вещи.
Я сидел у него на плечах и мог видеть все, что происходило вокруг. Народа собралось так много, что сначала я испугался, но отец крепко держал меня за ноги, и я ухватился руками за его волосы. У него была короткая стрижка, а я крепко в него вцепился, наверное, ему было больно, но отец не жаловался. И вскоре я понял: что бы ни случилось, он ни за что меня не уронит, потому что любит меня. Меня и мою маму…
Тут Харт опомнился и замолчал. Он не любил выставлять себя слабаком, как не любил возвращаться в прошлое, изменить которое все равно был не в силах. Каким-то образом Мелина заставила его вызвать в памяти события, которые он столько времени пытался забыть.
И это ему удалось или почти удалось. Его работа – суровые будни военного летчика и астронавта – просто не оставляла места для сентиментальности. На протяжении нескольких лет Харта специально учили реагировать на любые непредвиденные ситуации механически, рефлекторно, и он незаметно для себя перенес эту практику в личную жизнь. На все внешние раздражители он реагировал строго рационально, не позволяя чувствам влиять на его решение.
Жить, доверяясь исключительно рассудку, оказалось довольно удобно и просто, и Харт начинал испытывать затруднения, только когда дело касалось эмоциональной сферы. И это злило его, поскольку Харт всю жизнь считал, что все эти «охи и вздохи» – для девчонок и слюнтяев.
– Есть там что-нибудь попить? – сердито проворчал он, и она протянула ему открытую банку «Горной росы».
– И что же заставило тебя изменить мнение? Ну, насчет того, что Пакс любит тебя…
– А-а, и ты туда же… Я думал – ты другая.
– Куда – «туда же» и какая именно «другая»? – с холодком в голосе осведомилась Мелина.
– Не такая, как все женщины. Женщины любят разговаривать, обсуждать, анализировать, обобщать. Я думаю, им нравится знать, что заставляет других людей поступать тем или иным образом. В особенности – мужчин.
– Это потому, что вы, мужчины, такие непонятные и… удивительные.
– Благодарю, мэм… – протянул Харт насмешливо.
– Спокойно, ковбой. Я имела в виду не тебя, а мужчин вообще. Как биологический вид. За вами очень любопытно наблюдать – пытаться понять, как вы думаете, как реагируете. Мужские реакции, как правило, совершенно не такие, как женские.
– Значит, мы, мужчины, тебе нравимся? Как вид?
– Да. Очень.
– Вот как? – Он повернулся к ней. – В таком случае ответь мне на один вопрос: в котором часу тебе больше всего нравится заниматься сексом?
– Когда у меня есть настроение им заниматься.
– То есть не всегда? Не во всяком месте, не во всякий час? И говорить об этом ты тоже не любишь?
Она бросила на него рассерженный взгляд, что, по-видимому, должно было означать решительное «нет».
– Ла-адно… – Харт почесал в затылке. – Тогда давай поговорим о чем-нибудь другом. Например – о политике. Скажи, тебе известно положение «На Берегу Слоновой Кости»?
– Мне известно только, что на Берегу Слоновой Кости колени и локти сотрешь до кости, – ответила она. – Старо, как мир, Вождь.
– Я думал, это чисто военная шуточка. – Он хмыкнул.
– Среди гражданских тоже есть люди, способные смеяться над подобной глупостью.
– Так какое твое любимое положение?
Она постаралась сохранить непроницаемое выражение лица. Харт смешно зашевелил бровями, надеясь выжать у нее улыбку, но его усилия пропали втуне. Мелина не собиралась ни краснеть, ни затевать с ним игривый разговор, полный недосказанностей и двусмысленных намеков.
Наконец Харт перестал корчить рожи и покорно вздохнул:
– Ладно, будь по-твоему… Так на чем мы остановились?
– Я спросила – почему ты решил, что отец тебя разлюбил.
– А-а, это… – Харт продолжил не сразу. – Должно быть, просто утратилось ощущение новизны. Пакс был авиатехником. Сам он летать не мог из-за болезни среднего уха, но механиком был классным. Когда мне было лет семь, его как отличного специалиста отправили обслуживать новые реактивные бомбардировщики, которые только-только испытывались и базировались на специальном аэродроме в пустыне. Постоянно туда ездил, и его командировки понемногу становились все длиннее и длиннее, а перерывы между ними – все короче. Он, разумеется, утверждал, что это очень важная и секретная работа, но в маленьких гарнизонах мало что можно скрыть. Просочились слухи, что Пакс завел себе подружку…
Я не знаю точно, была у него тогда любовница или нет, но именно с тех пор Пакс и мать стали спать в разных комнатах. Примерно в то время их брак из неудачного начал превращаться в кошмар. Совесть Пакса была неспокойна, и он начал все чаще и чаще обращать внимание на цвет моих глаз – дескать, с чего бы это они у меня синие, тогда как у матери глаза были черными, а у него, как ты, наверное, заметила, темно-карие. Он никогда не обвинял мать в измене прямо, однако его намеки – достаточно прозрачные – действовали на нее так, как если бы он каждый день ее избивал. В конце концов мама впала в отчаяние и утратила всякую волю к борьбе, чего, я думаю, Пакс и добивался. Вскоре они развелись. Примерно в то же время отца демобилизовали, и он уехал к себе на родину, в Техас. Правда, поначалу он довольно часто приезжал к нам в Холломан, чтобы повидаться со мной, однако, когда мне исполнилось двенадцать, его визиты стали совсем редкими и нерегулярными. Уже тогда Пакс связался с этой конторой по прокату самолетов; он утверждал, что ему нужно поскорее встать на ноги и что поэтому ему трудно выкроить даже один-два дня для поездки, но дело было не в этом. Во всяком случае, для путешествий в Вегас время у него всегда находилось.
Однажды во время летних каникул мама сказала, что я могу поехать в Даллас и пожить некоторое время с отцом. Думаю, ей пришлось долго выкручивать ему руки, поскольку к этому моменту Пакс уже сменил десятка два любовниц и останавливаться не собирался. Как бы там ни было, он прислал приглашение, и я поехал…
И напоролся на его очередную подружку, которая как раз переехала к нему. Как и все дети из неполных семей, в глубине души я всегда надеялся, что когда-нибудь произойдет чудо и мои родители снова станут жить вместе, поэтому я, естественно, сразу возненавидел Бетси, Бекки, или как там ее звали.
Она, разумеется, была ни в чем не виновата. Это я вел себя как последняя свинья. Мне тогда было лет четырнадцать, и я был очень самовлюбленным, самонадеянным, наглым подростком. Один раз я довел ее чуть не до белого каления тем, что продолжал класть ноги на журнальный столик даже после того, как она раз десять попросила меня этого не делать. Когда вернулся Паке, Бекки, или Бетси, устроила настоящий скандал. Одну ее фразу я помню до сих пор. Она сказала: «Я знаю, что его мать была дикаркой, но почему, черт возьми, хотя бы ты не научил его вести себя по-человечески?»
Я, конечно, взвился до небес и тоже начал орать на нее. «Заткнись! – кричал я, глядя на Пакса и ожидая поддержки. – Скажи ей, чтобы она заткнулась! Как она смеет так говорить о моей матери!» А он… он только пожал плечами и сказал: «Но, Крис, твоя мать действительно из индейцев!»
И тут я вдруг подумал, что родной отец уже давно не водил меня к друзьям и не хвастался мною перед ними, как раньше, в дни воздушных парадов, хотя теперь у него, пожалуй, было даже больше поводов гордиться мной. В школе, в которой я учился, я был лучшим спортсменом, примерным учеником, членом ученического совета, командиром группы бойскаутов, но в доме Пакса не было ни одной моей фотографии. Казалось, он преднамеренно избегал любых напоминаний о том, что мы с матерью существовали.
Поэтому я сказал им, что они оба могут идти в задницу, потом собрал свои вещички и ушел. Был поздний вечер, и мне пришлось просидеть несколько часов на автобусной станции, прежде чем я сумел сесть на рейс, идущий на запад. Я поклялся себе самой страшной клятвой, что отрекусь от отца, как он отрекся от меня, и сдержал ее. Я даже отказался от его фамилии и официально взял девичью фамилию матери. Мне не хотелось иметь с ним ничего общего и до сих пор не хочется. И если бы… если бы не наше безвыходное положение, я бы ни за что не обратился к нему за помощью.
Мелина слушала внимательно, не перебивая, не вставляя ни сочувствующих реплик, ни плоских банальностей, которые могли бы все испортить. Она вообще не издала ни звука, и Харт повернулся к ней, чтобы посмотреть, какое впечатление произвела на Мелину рассказанная им история.
Мелина долго молчала, а потом спросила:
– В тот день, когда ты ушел… С тех пор ты его больше не видел? – спросила она.
– До сегодняшнего дня – нет. Пакс несколько раз звонил мне, но я не стал с ним разговаривать. На протяжении пары лет он еще слал мне подарки к Рождеству и ко дню рождения, но я отсылал их обратно нераспечатанными, и в конце концов Пакс сдался. Только один раз, когда он прислал мне сто долларов по случаю окончания школы, я оставил деньги себе – мне нужно было чем-то платить за учебу в колледже. Но до сегодняшнего дня мы ни разу не встречались лицом к лицу, – повторил Харт.
– А твоя мама больше не вышла замуж? – осторожно спросила Мелина.
Харт коротко и зло рассмеялся.
– Нет. Ты не поверишь, но все это время она не переставала любить его. Она любила его до самой смерти. Я подозреваю, что до последнего дня она втайне от меня сообщала Паксу, как идут у меня дела.
– Мне показалось – он узнал тебя сразу. Как только разглядел в темноте…
– У него есть телевизор.
– Ты хочешь сказать, что он следил за тобой по сообщениям газет и теленовостей?
– Наверное… – Он пожал плечами.
– Не наверное, а наверняка!
Харт вопросительно приподнял брови.
– Я видела – у него на столе в офисе лежала вырезка из газеты. Отчет о твоем последнем полете, – негромко сказала она. – Я тогда не знала, кто он… вот и подумала: как трогательно, что твой старый друг гордится твоими достижениями. Я ничего не сказала, чтобы не смущать его.
– Не стоит придавать слишком большое значение старым газетным вырезкам.
– Может быть. Но когда Пакс говорил о твоем летном мастерстве…
Пауза, которую она сделала, была точно рассчитана. Она использовала ее как наживку, и, хотя Харт прекрасно это понял, он не смог удержаться и повернулся к ней.
– Что же он сказал? – спросил он.
– Пакс уверил меня, что с тобой я могу не бояться, потому что ты – прирожденный летчик. «Ни у кого не видел таких великолепных рефлексов» – так он сказал.
– Он никогда не видел меня в воздухе.
– Это ты так думаешь.
– Возможно, ты права, но… Все равно это не имеет значения, потому что… – Харт не договорил. Резко наклонившись вперед, он впился взглядом в темноту за лобовым стеклом.
– Что случилось? – встревожилась Мелина. – Что там такое?!
Харт пробормотал вполголоса:
– Проклятье!
– Что там, Вождь?!
– Я только сейчас догадался, как они нас выследили.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Та, которой не стало - Браун Сандра



Очень интересно. И интрига, и любовь.
Та, которой не стало - Браун СандраЕлена
24.11.2011, 0.41





Лихо закрученный сюжет. Очень понравился роман. Как всегда интрига до самой последней страницы. Советую почитать
Та, которой не стало - Браун СандраМарина
30.08.2012, 16.20





Подмена близнецов - всегда интрига. В этом романе сюжет хорошо закручен, любовная линия интересна, а герои очень хороши. Книга стоит потраченного времени: 8/10.
Та, которой не стало - Браун Сандраязвочка
26.11.2012, 19.56





Потрясающий роман с детективом одновременно! Хорошо продуман сюжет, прекрасно придуманы все герои! Побольше бы таких книг! Спасибо огромное автору !
Та, которой не стало - Браун СандраЮлианна
24.02.2013, 20.25





Роман супер, стоит почитать, действительно так закручено, хоть мало интима но всё равно супер
Та, которой не стало - Браун СандраЛика
26.02.2013, 18.31





Идея не плохая, но сюжет скучный, герои плоские, особенно главный герой, написано сумбурно, не логично, хотя на и так понятных деталях автор топчется как курица на насесте, такое впечатление, что написано впопыхах, плохо переведено, чего только стоит это раздражающее нескладное прозвище- вождь, факты берутся с потолка после событий, можно было бы это как-обыграть, но нет- ведь мозг домохозяйки может не выдержать( отношение к читателю). Воющем полное разочарование автором
Та, которой не стало - Браун СандраВалентина
27.02.2013, 14.18





Идея не плохая, но сюжет скучный, герои плоские, особенно главный герой, написано сумбурно, не логично, хотя на и так понятных деталях автор топчется как курица на насесте, такое впечатление, что написано впопыхах, плохо переведено, чего только стоит это раздражающее нескладное прозвище- вождь, факты берутся с потолка после событий, можно было бы это как-обыграть, но нет- ведь мозг домохозяйки может не выдержать( отношение к читателю). Воющем полное разочарование автором
Та, которой не стало - Браун СандраВалентина
27.02.2013, 14.18





Интересно.
Та, которой не стало - Браун СандраОльга
20.04.2013, 2.04





Интрига, интрига. В напряжении до самогоrnконца.
Та, которой не стало - Браун Сандраиришка
24.06.2013, 13.21





маниакальный сюжет не понравился
Та, которой не стало - Браун Сандратори
14.07.2013, 14.45





Как-то не очень, затянутый что-ли, да и сюжет местами надуманный: неужели я бы свою сестру отправила в 3 часа ночи домой, нонсенс.
Та, которой не стало - Браун СандраИрина
14.11.2013, 11.27





10 из 10!
Та, которой не стало - Браун СандраВера
23.11.2013, 17.09





Первый раз в жизни не смогла дочитать книгу до конца ((((. Нудно, неинтересно. ..
Та, которой не стало - Браун СандраКаракат
2.03.2014, 18.45





Прикольный детективчик, но предупреждаю - очень мало эротичных моментов, Браун с годами видно отходит от этого.
Та, которой не стало - Браун СандраНатка
19.01.2015, 22.19





Захватывают роман!Второй раз прочитала и прочитала опять с удовольствием и не жалею о потраченное времени. Читайте и наслаждаться чтением.
Та, которой не стало - Браун СандраАнна Г.
3.06.2015, 0.18





Интересный, остросюжетный роман - 8 баллов, но на мой вкус сильный перебор по части количества маньяков и трупов (на квадратный метр в час). Согласна с Валентиной, что имеются некоторые несуразности, меня тоже бесило обращение "вождь". А вообще мне этот автор нравится.
Та, которой не стало - Браун СандраНюша
7.08.2015, 17.22








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100