Читать онлайн Рикошет, автора - Браун Сандра, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рикошет - Браун Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.53 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рикошет - Браун Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рикошет - Браун Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Браун Сандра

Рикошет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

В спальне громко запищал предупредительный сигнал, сообщая об открытой входной двери. Элиза торопливо вышла в коридор. У лестницы она услышала, как внизу набирают код на панели управления сигнализацией. Като возвратился домой.
Он показался внизу, в прихожей. Она окликнула его по имени. Он поднял голову, увидел ее на вершине лестницы.
— Здравствуй, Элиза. До сих пор не спишь? Я почему-то не удивлен. — И, вместо того чтобы подняться к ней, прошел дальше по коридору и исчез из виду.
Свидание с Савичем ее взбудоражило. Свидания с Савичем всегда так на нее действовали.
Когда она вернулась, дома никого не было. По субботним вечерам у миссис Берри выходной, ее Элиза и не ожидала застать. Но и Като отсутствовал, и это было необычно. С наступлением ночи она несколько раз пыталась дозвониться ему на мобильный, но смогла лишь оставить несколько сообщений. Като на них не ответил.
Это на него не похоже — с ним всегда можно было связаться. Дурное предзнаменование. Всю ночь до рассвета она провела в ужасном беспокойстве, гадая, что же такого Дункан Хэтчер сказал ее мужу.
Она быстро спустилась по лестнице.
— Като?
— Я здесь.
Голос доносился из кухни. Когда она вошла туда, он повернулся и посмотрел на нее. В руке Като сжимал большой нож для разделки мяса. Она посмотрела на сверкающее лезвие, потом на него:
— Что ты делаешь?
— Бутерброд. — Он сделал шаг в сторону, и она увидела на столешнице хлеб и ветчину. — Хочешь?
— Нет, спасибо. Может, лучше позавтракаешь? Я могу приготовить…
— Мне хватит и бутерброда.
— Я всю ночь звонила тебе на мобильный. Где ты пропадал?
— Разве тебе не передали? — Нет.
— Меня пригласили сыграть в покер по-крупному. Я попросил администратора клуба позвонить тебе и предупредить, что домой я вернусь поздно.
Он потянулся к стоявшему за ней телефону, нажал кнопку громкой связи. Новых сообщений нет — просигналил длинный гудок.
— Странно. Обычно на парня можно положиться.
Элиза сомневалась, что он вообще говорил с администратором. Если уж он действительно не хотел, чтобы она волновалась, почему не позвонил ей сам?
Он сложил бутерброд и отрезал ножом половину.
— Элиза, во сколько ты вернулась домой?
— Кажется, около пяти. После клуба мне позвонили из ателье, сказали, что мой заказ готов. Я поехала забрать его, потом прошлась по магазинам.
Это была правда. Но перед тем, как заехать в бутик, где она часто делала покупки, Элиза побывала на окраине города, в «Белом фраке», где встретилась с Робертом Савичем.
Он положил бутерброд на тарелку и пошел к обеденному столу.
— Купила что-нибудь?
— Брючный костюм и платье для коктейля.
— Потом покажешь. — Он слизнул с пальца майонез.
— Мне кажется, тебе должно понравиться. — Она села напротив, вгляделась ему в лицо, пытаясь встретиться с ним глазами. Но он избегал ее взгляда. — Ты впервые не ночевал дома. Впервые с тех пор, как мы поженились.
Он прожевал кусок, вытер рот салфеткой.
— У меня впервые, с тех пор как мы поженились, был такой день, как вчера.
Он снова откусил, прожевал, отер губы. Он по-прежнему избегал ее взгляда. Элиза встревожилась не на шутку.
— Меня донельзя расстроила беседа с Дунканом Хэтчером.
Она перестала дышать.
— Даже стальные пальцы Курта не смогли размять мне спину и плечи. — Он снова откусил.
— Чем он тебя так огорчил? О чем вы говорили?
— О наших взаимоотношениях. Твоих и моих, конечно, а не моих с ним, — прибавил он, безрадостно улыбнувшись.
— Наши отношения его не касаются. Тогда он посмотрел ей прямо в глаза:
— Видимо, он думает иначе.
— С какой стати?
— Это ты мне скажи.
— Прости, Като. Я тебя не понимаю.
— Я дважды застаю вас вместе, голова к голове, вы стоите и о чем-то увлеченно разговариваете. Тогда, на торжественном ужине. Сегодня, в клубе. И ни в тот, ни в другой раз радости мне это не доставило.
— На ужине он был просто незнакомцем, который попросил меня разменять купюру. Сегодня, когда я вышла из Дамской комнаты, он дожидался в холле тебя.
Своими темными глазами он вгляделся в ее глаза.
— Чтобы найти меня сегодня, вовсе не нужно было рыскать по таким углам. А в тот вечер он мог обратиться со своей просьбой к кому угодно. Он специально ищет встречи с тобой. И ты, Элиза, должна понимать почему. Ты не настолько наивна.
— Думаешь, Хэтчер в меня влюблен? Судья презрительно фыркнул:
— При чем здесь любовь! Просто он хочет переспать с тобой, чтобы выставить меня на посмешище.
Като где-то шатался всю ночь из-за ревности и уязвленного самолюбия. Она почувствовала, что снова может дышать.
— Я отправил его в тюрьму, и таким образом он бы мне превосходно отомстил, — сказал он. — Соблазнив мою жену.
Хотя тем же самым Дункан Хэтчер грозил ей после торжественного ужина, она с улыбкой покачала головой:
— Ты ошибаешься, Като. Вне расследования ему нет до меня ровно никакого дела.
— Разве есть мужчина, способный против тебя устоять? Она улыбнулась на этот комплимент.
— А ты сама, Элиза?
— Что я?
— Как ты относишься к детективу?
— Зачем ты спрашиваешь? — Она слегка пожала его лежавшую на столе руку. — Като, с того момента, как я выстрелила, детектив Хэтчер только и делает, что меня унижает. Меня тошнит от одного его вида.
Его лицо смягчилось.
— Рад это слышать. — Он оттолкнул тарелку и потрепал жену по щеке. — Пойдем в бассейн.
— Сейчас? Ты только что поел, скоро рассвет. Неужели ты не устал?
— Я бодр, как никогда. И потом, я не говорил, что собираюсь поплавать.
Он взял ее за руку, и вместе они вышли из дома. Она хотела включить подсветку и фонтан в центре бассейна.
— Оставь, — попросил он.
Потом разделся донага. Стало ясно, что усталости у него не было и в помине. Он подошел к ней, развязал пояс ее халата и снял его, потом — тонкую кружевную ночную рубашку. Его руки властно заскользили по ее телу, сегодня грубее обычного.
Она отвечала, как от нее ожидалось, но мысли ее были заняты другим. Она думала о Дункане Хэтчере. Он не передал Като их разговор. Значило ли это, что он ей поверил? Хоть немного?
Като взял ее за руку и повел по ступенькам в бассейн. Он взял ее руками за талию и увлекал все дальше в воду, до тех пор, пока она уже перестала касаться ногами дна. Ее тело скользило в воде, касаясь его тела, и тут она заметила, что здесь, в центре бассейна, вода глубокая и темная. Как секреты.
— Дункан?
Он пробурчал что-то в ответ.
— Это тебя.
— А? — Он оторвал голову от подушки и приоткрыл глаз.
— Тебе звонят на мобильный.
— Спасибо. — Одной рукой он потер глаза, чтобы они открылись, другой взял телефон. — Да?
— Угадай, что за птичка попалась вчера в нашу клетку и до сих пор в ней кукует?
— Который час? — прохрипел он, вглядываясь в расплывающиеся стрелки будильника.
— Гордон Балью.
— Кто? — Удивительно, как это Диди умудряется всегда быть такой бодрой, даже воскресным утром.
— Горди! — воскликнула она. — Горди Балью, один из дружков Савича.
— Понял. — Он со стоном перекатился на спину и сел. Спавшая рядом с ним девушка уже встала и одевалась, собирая разбросанную по комнате одежду. — Что он натворил?
— Это важно? — сказала Диди. — Пока он хочет с нами сотрудничать. Встретимся на месте.
Прежде чем он успел открыть рот, она уже повесила трубку. Он положил телефон обратно на ночной столик и свесил ноги с кровати.
— Прости, мне надо бежать. Работа.
— Все нормально, — сказала девушка, натягивая через голову кофточку. — Мне тоже пора уходить.
Они познакомились вчера ночью в одном из оживленных местечек на Маркет-сквер. Маленькая симпатичная брюнетка. Больше он ничего про нее не знал. Она о чем-то ему рассказывала, но музыка была слишком громкой, он крепко выпил и не вслушивался, потому что ее болтовня все равно его не интересовала.
Ни разговора, ни ее имени он не запомнил. Как и приглашения провести с ним ночь у него дома. Наверно, он ее все-таки пригласил. Что касается самого секса, одно он помнил точно: презерватив он надел. Стоило ему кончить, и он мгновенно заснул.
Вообще приводить домой незнакомок было не в его правилах. Но он подумал, что секс, пусть даже бездумный, бессмысленный секс, поможет ему отвлечься от мыслей об Элизе Лэрд.
Не тут-то было.
Мыслями он был далеко, и это наверняка чувствовалось, а допускать подобную несправедливость по отношению к женщине нельзя. Чувствуя себя виноватым, он сказал:
— Слушай, ты вовсе не должна уходить отсюда, потому что мне пора. Оставайся. Поспи. Чувствуй себя, как дома. Если дело пустяковое, мы сможем потом вместе съездить куда-нибудь позавтракать.
— Нет, спасибо.
— Тогда оставь свой телефон. — Он попытался придать голосу хоть немного энтузиазма, но голос не слушался. — Хочу снова с тобой встретиться.
— Не станешь ты со мной встречаться, но все равно спасибо. — У самой двери она обернулась: — Ты отлично трахаешься. Савич мне так и говорил.
Гордон Балью был одним из тех парней, что обречены идти по кривой дорожке еще до рождения. Мать не знала точно, кто его отец, и не слишком беспокоилась по этому поводу — ребенка она бросила.
Ни одна пара, даже бездетная, не захотела усыновить ребенка с «волчьей пастью», поэтому, начиная с роддома, заботу о Горди взяло на себя государство. Так он кочевал из одного детского приюта в другой, пока не повзрослел и не сбежал от этой системы, чтобы попытаться прожить своими силами.
Из-за крошечного роста, уродливого рта и дефектов произношения всю свою жизнь он терпел бесконечные насмешки и издевательства. Сейчас, в тридцать три года, он весил от силы 120 фунтов — это со всей одеждой.
Дункану, пожалуй, было бы жаль Горди Балью, если бы он хоть раз попытался изменить свое положение, остановить скольжение по наклонной плоскости, начавшееся для него в тот момент, когда он выбрался из родового канала.
Сбежав из последнего приюта, Горди столько раз сидел в тюрьме, что, наверное, считал ее своим домом. Так, по крайней мере, казалось Дункану.
Он задумчиво смотрел в монитор, установленный в соседнем помещении с комнатой для допросов. Полицейский из отдела по борьбе с наркотиками вот уже несколько часов безуспешно пытался выжать из Горди хоть что-то.
— В Управление по борьбе с наркотиками сообщили? Еще один полицейский из того же отдела пренебрежительно хмыкнул:
— Эти ублюдки говорили, что Фредди Морриса шлепнули из-за нас. Думаю, мы с ними в расчете.
— А Фредди Морриса шлепнули из-за нас?
Черт, конечно, нет, — тихо, но напористо сказал полицейский.
— Савич достал его из-под вашей охраны. Вашей.
— Ума не приложу, как это у него вышло, — примирительно проворчал тот, не обращая внимания на обвинение.
— У него бы и не вышло, — сказал Дункан, — если бы ему не помогли.
Офицер бросил на него острый взгляд.
— Изнутри? Хочешь сказать, кто-то из нашей команды нас выдал?
Это был скользкий вопрос; его обсуждение вызвало бурное негодование и протесты обоих отделов. Дункан все время держал в голове эту версию, но сейчас ее оставил.
— Где адвокат Балью?
— Он от него отказался, — ответил полицейский. — Сказал, что готов хоть сейчас подписать показания и сесть в тюрьму безо всякого суда.
Диди почти приплясывала на месте от нетерпения.
— Так нас к нему пустят или что?
— Милости прошу, — сказал полицейский.
У двери в комнату, где сидел Горди, Диди спросила Дункана:
— Ты кем был, когда мы допрашивали его в прошлый раз, — злым детективом или добрым?
— Злым. Пусть так и остается.
— Ладно.
Полицейский открыл дверь в маленькую невзрачную комнату и позвал ведущего допрос офицера к телефону:
— К тому же отделу убийств не терпится как следует отыметь нашего парня.
— Отдел убийств? — проскрипел Горди.
Офицер из отдела по борьбе с наркотиками отошел в сторону, пропуская в комнату Диди и Дункана.
— Он ваш. Развлекайтесь. — Он вышел, и за ним с грохотом захлопнулась дверь.
— Привет, Горди. — Диди села за низенький стол напротив. — Как дела?
— А как со стороны кажется? — проворчал он.
Не обращая внимания на прозвучавшую в его голосе иронию, она представилась:
— Помнишь нас? Это мой коллега Дункан Хэтчер.
— Я знаю, кто вы такие. — Горди настороженно взглянул на стоявшего возле стены Дункана: нога за ногу, руки скрещены на груди.
— Разве офицер не принес тебе попить? Что ты хочешь? — Она чуть привстала.
— Сядь, Диди, — вмешался Дункан. — И без этого обойдется.
Диди нахмурилась, изображая неодобрение, и села обратно на стул.
— Да, Горди, ты попался в неудачное время. У Дункана были на сегодня планы, а теперь ему приходится торчать здесь с тобой.
— А я вас не держу, детектив.
Но дерзости его хватило ненадолго. Он съежился под тяжелым взглядом Дункана.
— Нечего ходить вокруг да около, — сказал он Диди. — Предъявляй ему тяжкое убийство второй степени, и я поеду.
— Парень умер? — запищал Горди. — Да ведь на нем и крови почти не было. Богом клянусь, это вышло по ошибке. Я не хотел так сильно его отделать. Он что-то сказал про мою губу. Я был под кайфом. Все случилось прежде, чем я успел подумать. О господи. Второй степени. Я готов признаться в нападении, но… О господи.
— Расслабься, Горди, — хмуро сказал Дункан. Он оторвался от стены и направился к столу. Его зловещая, неторопливая походка совсем не располагала к расслабленности.
Горди Балью заплакал, его узловатые плечи затряслись.
— Дункан, ему нужен носовой платок, — мягко сказала Диди.
— Обойдется. — Дункан сел на край стола.
Горди утер нос рукавом и с неподдельным страхом посмотрел на него:
— Он умер?Я едва задел его разбитой бутылкой.
— Парня, на которого ты набросился, вчера перебинтовали и отпустили.
Горди звучно шмыгнул носом. Открыв рот, посмотрел на Дункана, потом перевел взгляд на Диди. Та ободряюще кивнула.
— А че вы мне тогда шьете убийство второй степени?
— Это по другому делу, Горди. Фредди Моррис.
Красное от волнения лицо Горди мгновенно побледнело. Он провел языком по бесформенной верхней губе, слизнув размазанные по ней сопли. Полный страха взгляд заметался с Диди на Дункана и обратно.
— С ума сошел, Хэтчер? Я к Фредди Моррису никакого отношения не имею. Я? Шутишь, что ли?
— Нет. Не шучу. Может, передумаешь насчет адвоката? Но Горди так сильно расстроился, что даже не расслышал этой фразы.
— Я… я ни разу еще никого не застрелил. Я боюсь оружия. Как увижу, начинаю психовать.
— Поэтому мы и не предъявляем тебе первую степень. Не верим, что ты заставил Фредди забраться в это болото, отрезал ему язык, а потом разнес затылок из сорок пятого калибра. — Он наставил на него палец, как дуло пистолета, и сымитировал громкий выстрел.
Горди дернулся:
— Мне надо в уборную.
— Потерпишь.
— Дункан, — сказала Диди.
— Я сказал, он потерпит.
Она с сочувствием взглянула на Горди и беспомощно пожала плечами.
— Слушай, Горди, — продолжал Дункан. — Мы знаем, и те полицейские из отдела по борьбе с наркотиками знают, и федералы знают, все знают, что ты выдал Морриса Савичу.
— Вы че, сдурели? Савичу? Да я его боюсь еще больше, чем оружия. Если бы у Фредди было мозгов побольше, он бы тоже его боялся и пасть свою держал на замке.
Дункан довольно улыбнулся Диди, словно ожидая от нее награды за меткое попадание. Горди понял, что проболтался, но было уже поздно. Он мгновенно попытался исправить положение.
— В смысле шли такие слухи. Мне говорили, Фредди Моррис был… э-э-э… с вами в сговоре. Лично я с ним никогда об этом не говорил.
— А я думаю, говорил, Горди, — нежно возразил Дункан.
— Нет. — Он энергично затряс головой. — Только не я. Не-не-не.
Он ерзал на стуле. Тер потные ладони о грязные голубые джинсы. Мигал изо всех сил, как будто мог от этого лучше видеть.
С минуту Дункан ждал, пока он дойдет до нужной кондиции, потом сказал:
— Расскажи мне про Савича.
— Жестко ведет дела. Мне так говорили. Я его знаю только понаслышке.
— Ты на него работаешь. Изготавливаешь и продаешь метамфетамин.
— Ну да, бывает, толкнешь кой-какой товар. А почем мне знать, кто его поставляет?
— Его поставляет Савич.
— Да брось, он же этот, как его — механик. Станки там какие-то делает.
— Горди, ты меня за дурака принимаешь? — рявкнул Дункан.
— А? Нет!
— Думаешь, я дурак?
— Нет, я…
— Тогда хватит мне морочить голову. У тебя мозгов не хватит, чтобы меня перехитрить. Ты один из самых надежных распространителей Савича. Помнишь школьников на последнем суде? Они свидетельствовали против тебя. Так вот они под присягой показали, что у тебя всегда можно было разжиться товаром.
— А я и сам говорил, что время от времени сбываю товар, — он повернулся к Диди, отчаянно ища у нее поддержки. — Вы что, не слышали, я только что это сказал.
— Не скромничай, Горди, — сказал Дункан. — Ты нужен Савичу, чтобы превращать детей в наркоманов, своих будущих клиентов. Это ты подсадил их на метамфетамин. Из-за тебя они перевернули родительскую аптечку в поисках судафеда
type="note" l:href="#FbAutId_11">[11]
. Ты часть бизнеса Савича, и весьма доходная часть.
Маленький человечек судорожно сглотнул.
— Мне говорили, он станками торгует.
— Боишься, что, если признаешься нам, тебя прикончат, как и Фредди Морриса?
— Я… я слышал, Фредди пристрелили из-за бабы. Какой-то парень — кто, не знаю, — пристрелил его за то, что он мутил с его подружкой. Мне так говорили.
— Ты снова пытаешься водить меня за нос, — мягко сказал Дункан, но в голосе его слышалась угроза.
— Не стану я ничего про Савича рассказывать! — срывающимся голосом завопил обвиняемый. Он застучал по столу грязным обломанным ногтем. — Вы из меня ни слова не вытянете! Ни сейчас, ни потом.
Он захныкал, обращаясь к Диди:
— Ну, где же мое признание? И те два полицейских, что меня арестовали? Они сказали, нужно подождать, пока оформят бумаги. Оставили меня тут, а потом явились те, по борьбе с наркотиками, и стали на меня давить. И вы тоже. Дайте мне признание, что я вчера вечером набросился с разбитой бутылкой на парня, я его подпишу. Посадите меня под замок. Я готов понести наказание.
— Мы могли бы заключить сделку… — начала Диди.
— Ни за что. — Он упрямо замотал головой.
— Мы можем сделать так, что твое нападение с оружием, способным нанести смертельное ранение, исчезнет — вот так. — Дункан щелкнул пальцами в дюйме от приплюснутого носа Горди. — Или предъявим тебе еще несколько обвинений. Возможно, даже раскрутим из этого покушение с целью убийства. Долго сидеть придется.
— И посижу. Валяй, Хэтчер, раскручивай, — ответил тот Дункану. — Лучше уж в тюрьме сидеть, чем… Ничего, -пробормотал он.
— Чем закончить, как Фредди Моррис? — спросила Диди.
Но даже ее нарочитая мягкость не помогла. Они с Дунканом возились с Горди еще около получаса. Он ни в какую не соглашался обвинить в чем-либо Савича. «Даже в том, что он на тротуар плюнул», — заявил тот.
Потом они вышли, оставив его одного. И только в коридоре дали волю своему разочарованию. Диди стукнула кулаком в стену.
— В жизни еще ни с кем не была такой пушистой. До чего хотелось выудить признание из этого уродца.
— Ты очень убедительно играла. Даже я поверил в твои телячьи нежности, — поддразнил ее Дункан, но она не ответила, хотя и поняла его иронию. У обоих не было настроения шутить.
— Вы старались, как могли, — сказал полицейский из отдела по борьбе с наркотиками, мрачно глядя на экран монитора. Горди пытался отгрызть кровоточащий заусенец. — В общем, я его понимаю. Фредди Моррису отрезали язык. Савич добрался до Чета Роллинза, когда тот сидел в тюрьме. Кто-то засунул ему в глотку кусок мыла. Он долго умирал. И этот Андре… как его фамилия?
— Бонне, — подсказал Дункан.
— Стоило Управлению по борьбе с наркотиками уговорить его свидетельствовать против Савича, и у него дом взорвали. Все погибли — и сам он, и мать, и баба его, и двое детей.
— Присяжные, когда выносили приговор, не сошлись во мнениях. Из-за этого помощник окружного прокурора отказал нам в повторном слушании, — сказал Дункан. — Савич убил пятерых, и это сошло ему с рук. Ребенку было три месяца.
— Мы думали, Морриса надежно охраняют, — раздраженно сказал первый полицейский и принялся яростно жевать жвачку. — Черт, этот Савич — сильно ловок.
— Но не так уж силен, — проворчал Дункан. — Мы его поймаем.
— Кажется, на помощь Горди Балью надеяться не приходится, — заметил второй полицейский.
— Даже если бы он согласился, Горди нам не подойдет. — Все посмотрели на Дункана, ожидая пояснений. — Во-первых, он до чертиков боится Савича. Он выдаст себя раньше, чем мы успеем продумать операцию до конца. Во-вторых, большую часть своей жизни ему придется провести в тюрьме.
— Мне кажется, он этого и хочет. Зачем ему играть со смертью, сдавать Савича, если он и так сможет получить трехразовое питание и дом, где все такие же ублюдки, как он. Для жалкого типа вроде Горди лучше и не придумать.
С этим все согласились. Дункан и Диди ушли, оставив полицейских оформлять признание Горди в нападении.
— Знаешь кого-нибудь, кто сможет проверить мой дом на «жучки»?
После допроса Горди они пришли к Дункану в кабинет. Диди открывала банку диетической колы и чуть не пролила ее, услышав такой вопрос.
— Думаешь, тебя прослушивают ? Он рассказал ей о девушке.
Она выслушала его с открытым ртом.
— Дункан, как можно быть таким законченным…
— Знаю. — Защищаясь, Дункан поднял ладони. — Я вел себя как идиот. Признаю. Но что случилось, то случилось. Теперь мне надо подумать о мерах безопасности.
— Она могла тебя убить.
— Савич хочет оставить это удовольствие для себя. Это было очередное предупреждение: он хотел показать мне, насколько я уязвим.
— А девчонка стоила этого риска?
— Чтоб я помнил, — признался он. — Я ни о чем не догадывался, пока твой звонок меня не разбудил. В этот момент она все и выложила. Я выскочил из постели и погнался за ней по лестнице. Она свернула в переулок и бросилась бежать. Я уже было помчался за ней, но вовремя сообразил что я с голой задницей и без оружия. Возможно, этого они как раз и добивались. Может, Савич затаился в кустах, готовый всадить в меня пулю, как только я выйду на улицу. Поэтому я вернулся, взял пистолет и обыскал дом на случай, если он проник внутрь. В доме его, конечно, не было. Насколько я могу судить, в доме ни к чему не притронулись.
— Не считая твоей постели.
— Промолчать не могла, да?
— Она что-нибудь украла?
— Вряд ли. Я не заметил никакой пропажи. Но, пока я спал, она могла поставить «жучок». Я хочу как можно скорее это проверить.
Через полчаса они дозвонились до эксперта по электронному наблюдению, изредка сотрудничавшего с их отделом. Он пообещал в тот же день проверить дом. Дункан рассказал ему, где лежит ключ и как отключить сигнализацию. Он сменил код перед выходом из дома.
Когда он повесил трубку, Диди запустила пальцы в сплошную массу густо вьющихся волос; от влажности ее локоны стали похожи на проволочную мочалку для мытья посуды.
— И что мне с тобой делать?
— Запереть и оставить без ужина?
— Ты хоть презервативом-то пользовался? — Да.
— И то легче. И про сигнализацию не забыт. Это хорошо. Только, пожалуйста, когда в следующий раз потащишь бабу в постель, не забудь спросить у нее рекомендацию. Если Савич…
— Като Лэрд нам солгал.
Она перестала теребить свои волосы.
— Я думала, мы про Савича говорим.
— Мы перешли к Лэрдам.
— А ты ведь узнал кое-что, после того как выпроводил меня из клуба. И все твои разговоры о том, что ничего из беседы с судьей не вышло, только зря время потерял, — просто лапша на уши.
Дункан позвонил ей с мобильного из такси по дороге домой.
— Еще какая.
— А зачем тебе это понадобилось?
— Хотел вечером отдохнуть.
— И смотри, во что это превратилось, — язвительно сказала она.
— Стоило намекнуть тебе, что у меня есть сведения, которые могут пригодиться, и пришлось бы вдвоем пахать весь вечер. Но по моим внутренним ощущениям нам обоим был нужен выходной.
— Пожалуй, я могла бы тебя пристрелить, — фыркнула она, — но только прежде ты мне расскажешь все, что выяснил.
— Он соврал про Мейера Наполи.
Дункан пересказал Диди, как судья нанял частного детектива следить за Элизой.
— Он до безумия обожает ее, и ему наплевать, что этот брак стоил ему уважения друзей и коллег. А может, и победы на следующих выборах. Они всегда страстно жаждут друг друга. И хотя у нее случился роман, он любит ее слишком сильно, чтобы требовать объяснений. С изменами покончено. Они остались в прошлом. Браку ничто не угрожает. Все счастливы.
— Она не знает, что судья нанял Наполи?
— По его словам, нет.
— Значит, она действительно никогда о нем не слышала. Она сказала правду.
— Наверное.
— И судья уверен, что с изменами покончено?
— Покончено, да еще как.
Диди озадаченно посмотрела на него.
— Любовником миссис Лэрд был Коулман Гриэр.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Рикошет - Браун Сандра



Интересная детективная история. не травиальная, умная.
Рикошет - Браун СандраЛора
23.05.2012, 14.33





Хороший детектив, хотя завязка неубедительна - согласиться на бездетность, спать несколько лет с убийцей, каждый день рисковать жизнью и все это ради мести?! И линия с геем-спортсменом непонятно к чему. Роман оставил ощущение непродуманности: 5/10.
Рикошет - Браун Сандраязвочка
3.11.2012, 0.03





Это скорее детектив, чем любовный роман. Но детектив достаточно интересный и увлекательный
Рикошет - Браун СандраМира
22.10.2013, 2.33





Роман был интересен до того места, как выяснилась причина убийства Девушка вышла замуж чтобы отомстить за смерть брата. Не могу в это поверить Она что специально обученный суперагент ? Рискует жизнью ради сводного брата. Не верю. Но.. написано интересно 7 баллов
Рикошет - Браун СандраВасилиса
21.10.2014, 21.22





Вроде и детектив, и окончилось все хорошо, а оскомина все же осталась: очень уж "месть" своеобразная, такую только шлюха осуществить может. А шлюха, она и есть шлюха,на героиню не тянет.
Рикошет - Браун Сандралида
23.03.2016, 19.22





Согласна с Лидой полностью,мне вообще непонятно как "типа из-за мести" можно спать с врагом,это ппц просто.И гг-й тоже чмо у которого из-за штанов башка перестала работать,использовать друга и напарника,который тебе столько лет пррикрывал спину,это надо быть подонком,еще рассказывать,что использовал ее с улыбкой,короче осталось гадкое ощущение после прочтения,дочитала тупо из-за того,что всегда дочитываю книги.Для тех кто хочет прочитать,,книга про шлюху и озабоченного мужика.У меня все!
Рикошет - Браун СандраАмина
5.10.2016, 10.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100