Читать онлайн Внук Дьявола, автора - Браун Лайза, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Внук Дьявола - Браун Лайза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.38 (Голосов: 48)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Внук Дьявола - Браун Лайза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Внук Дьявола - Браун Лайза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Браун Лайза

Внук Дьявола

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Поразительно тоскливый этот субботний день.
Колли приехал из Нэшвилла в пустой дом и стоял на веранде, подставив лицо горячему солнцу, пока не почувствовал, что не в силах более выносить одиночество. Тогда он прошел к себе в комнату, переоделся в старые джинсы и снова вышел на веранду.
За три года он перепробовал все способы, стараясь забыть Лейни. Оказалось, что хотя бы отчасти помогает лишь тяжелая физическая работа. С тех пор как Колли потерял Лейни, он работал на износ, буквально изводя себя. Вот и сегодня у него осталось еще время, чтобы поработать.
Но он не успел покинуть ферму, как какой-то автомобиль проехал по бетонному мосту и остановился невдалеке от ворот. Колли с удивлением посмотрел на него, прикрыв глаза от солнца ладонью. Это была полицейская машина. Колли узнал сидевшего за рулем помощника шерифа.
Уэй Блэкберн.
Интересно, что ему понадобилось здесь?
Колли был в неподходящем для обмена любезностями настроении, поэтому он молча ждал, чем Уэй объяснит свое появление на ферме. На лбу и обнаженной груди Колли, как и на лице Уэя, выступили капли пота.
Приблизившись, Уэй сказал:
– Уверен, вы не догадываетесь, зачем я здесь.
– Точно.
Колли опустил обе руки на решетку ворот.
– Чтобы убедиться.
– Убедиться в чем?
– Что вы здесь, а не в обществе моей сестры.
Колли насупился.
– Надеюсь, вы сами понимаете, о чем говорите. Лично я – нет.
– Возможно, и вы поймете, если будете знать, что сегодня Лейни оставила гостиницу. Такого с ней еще не случалось, она каждый день была на работе. Я расспросил как следует Дану и в конце концов вытянул из нее, что Лейни собралась купаться в чьем-то обществе. Где именно, Дана не знала, и кто пригласил Лейни, она мне не сказала. Вам что-нибудь об этом известно? Я не мог не подумать о вас.
Колли застыл.
– Приглашал ее не я.
Уэй снял темные очки и обтер потное лицо тыльной стороной ладони.
– Это хорошо, – сказал он ровным голосом. – У вас сейчас есть другая женщина. И последнее. Я полагаю, что могу больше не беспокоиться относительно ваших с нею контактов.
– Я не имею отношения к тому, что произошло с Джоном Торном, – сказал Колли.
Фраза эта далась ему с заметным трудом. Почему он должен оправдываться вновь и вновь? Он повторял эти слова до хрипоты несколько лет назад.
– Что произошло, то произошло, и Лейни тогда убивалась так, что была на волосок от смерти.
Колли заговорил снова, и собственные слова обожгли его сердце:
– Если Лейни когда-нибудь решится прийти ко мне, вам лучше ее не удерживать. Но… – Он просунул голову сквозь решетку ворот и посмотрел полицейскому в глаза. – Но сегодня рядом с ней не я.
Не он. Кто-то другой. Она ушла с другим.
Уэй долго изучал его лицо.
– Если бы я считал, что она в состоянии все забыть и быть счастливой с… – Вдруг он что-то пробормотал себе под нос и обернулся к машине: – Меня вызывают.
Он поспешил к машине, уселся за руль и схватил трубку. До Колли донесся голос Уэя:
– Да-да, я на ферме Ролинса. Да. Что? Но карьер же закрыт. Какому идиоту могло прийти в голову забраться туда? Кто-о? О боже! Выезжаю.
– Карьер? – изумленно переспросил Колли. – Туда же никто…
– Я нашел Лейни, – отозвался Уэй, высовываясь из машины. – Я пошел по следам не того Ролинса. Лейни отвел туда ваш красавец-кузен, и она упала в провал.


Упав в воду, Лейни не умерла. Она всего лишь падала вниз, вниз, и, казалось, это падение будет длиться бесконечно.
В какой-то момент она стала отталкиваться от ледяной воды, тянуться вверх. Совершенно неожиданно теплый свет погладил ее по лицу, и воздух заполнил готовые разорваться легкие.
Она прилагала невероятные усилия, чтобы остаться на поверхности.
Вот только долго ли еще она сможет бороться? Сколько миллионов лет она уже барахтается в этом черном колодце, как золотая рыбка, попавшая в ловушку?
Достаточно долго, во всяком случае, чтобы позабыть о всяческих призраках и доплыть до единственной стены колодца, на которой имелся округлый выступ, напоминавший толстое брюхо. Зеленой бахромой свисали с него какие-то растения. Только они могли сейчас послужить Лейни спасением. В них можно вцепиться, повисеть на них, немного передохнуть…
Злейшему врагу не пожелала бы Лейни захлебнуться в этом колодце. А впрочем… может быть, именно такой смерти заслуживает злейший враг? Жуткой смерти.
Сверху раздался голос:
– Лейни, ты здесь?
– Да.
В голове Лейни бился один вопрос: почему так жестоко подшутил над ней господь? Много лет она панически боялась воды, с тех самых пор, как когда-то в детстве провалилась в омут; кажется, это называется фобией. Лишь долгое время спустя после того случая она заставила себя научиться плавать.
Колли как-то сказал ей: «Лейни, с водой не надо бороться. Она не враг тебе. Ложись на спину и отдайся ей. Видишь, я поддерживаю тебя снизу. Ты не утонешь. Я тебе не позволю».
Сам-то он воды не боялся; он любил водную стихию так, что ему следовало бы родиться рыбой.
Все было бы хорошо, если бы только Колли оказался здесь.
Погрузившись в холодную воду, она погрузилась в воспоминания о прошлом, о том мире вблизи реки, где они встретились в первый раз. Теперь воспоминания ожили. Она видела его, ощущала его. И не могла не вспоминать его в этой безжалостной смертной бездне.
В эти минуты, когда реальная жизнь оказалась где-то бесконечно далеко, Лейни выпустила свое сердце на свободу и решилась сказать себе правду, ту правду, которую она таила в себе, ту правду, от которой она отречется немедленно, если только опять окажется наверху.
Правда была проста: Лейни готова отдать едва ли не все на свете, лишь бы вернуться в те счастливые годы, когда Колли был просто мальчиком, сбежавшим на часок с табачного поля, пренебрегая своими обязанностями, чтобы поиграть с ней. Там он весь принадлежал ей. Тогда она была для Колли центром вселенной, тогда могла положиться на его крепкие руки, надежные и верные. Колли, где же сейчас твои руки? Ты же обещал, что не дашь мне утонуть, так где ты? Вынеси меня из долины теней и призраков!
– Элейна Мари!
Все ее силы ушли на воспоминания о прошлом и на то, чтобы держаться над поверхностью воды, так что ей казалось уже, будто она провисела в таком положении много лет; и все же она изогнулась и сумела взглянуть вверх, на корни платана.
Это был Колли, он явился на ее мысленный зов, подобно джинну из бутылки.
Правда, джинны не приезжают на вороных конях и не гарцуют на фоне неба. А Колли сидел на вороном коне. У него даже уздечки не было, и скакун нервно перебирал ногами, боясь подходить так близко к краю обрыва. Конь упирался, а Колли сжимал коленями его бока и гнал вперед, бил его по загривку кулаками, а иссиня-черные волосы хлестали его самого по лицу.
– Элейна, отвечай! – закричал он снова.
– Я здесь, – откликнулась она.
Ей вдруг захотелось смеяться. Значит, она не утонет и не замерзнет, потому что ей спасет жизнь Колли Ролинс.
Какой-то предмет шлепнулся в воду прямо перед Лейни, и ей в лицо полетели брызги.
Пластиковый ящик из-под льда. Наверное, в нем Престон держал бутылки. Значит, этот ящик все время был там, наверху, и никто, кроме Колли, не догадался сбросить его вниз.
– Если тонешь, держись за эту штуку! – Его голос эхом отдавался от обрывистых каменных стен колодца. – Слышишь меня?
– Я… не… тону, – прохрипела Лейни, задыхаясь.
Тем не менее она обхватила ящик руками, он закачался под ее весом и едва не выскользнул.
– Держишься, Элейна? Делай же, как я сказал!
– Я держусь. Не кричи на меня, а лучше вытащи отсюда.
Теперь благодаря своему импровизированному плавучему средству Лейни почувствовала себя гораздо увереннее.
Сейчас она не видела Колли, так как оказалась спиной к платану, но голос его слышала так же отчетливо:
– Как ты могла связаться с этими идиотами! Послушай, детка, если ты не захлебнешься, я задушу тебя собственными руками, когда вытащу!
– Напугал до смерти, – пробормотала она и неожиданно хихикнула.
Вновь поглядев наверх, она увидела лишь голову и плечи Колли; должно быть, он успел спешиться.
– Колли, я хочу наверх. Сделай же что-нибудь.
Голос ее дрожал.
– Я понимаю. Ничего, скоро я тебя вытащу.
Колли рассчитывал успокоить ее хоть немного, но, по правде говоря, ему было больно видеть, до чего докатилась его Лейни. Она была похожа сейчас на куклу, которую швырнули в воду. Она ни слова не сказала о своем страхе, но он-то знал, до чего ей страшно. Колли почти что видел, как дрожит она в темной воде и как пульсирует на ее шее жилка.
Он перевел взгляд на столпившихся вокруг беспомощных кретинов. Здесь был Джек Грегори; он едва не обнял Колли – так обрадовался, что на выручку явился кто-то трезвый. Здесь его брат-близнец Марк и Ллойд Тейт, а также три женщины, которых Колли не знал. И еще Престон; этот стоял неподвижно, как восковая фигура, с того самого мгновения, когда Колли примчался к карьеру верхом на взмыленной лошади.
Престон и Лейни.
Но нет, сейчас не до этого.
– Что ты здесь делаешь? Не суй нос в мои дела! Ты должен быть в Нэшвилле; вот и катись туда. Неужели ты думаешь, что без тебя мы не справимся? – крикнул Престон своему кузену, когда тот отошел от края обрыва. – Мы уже позвонили в полицию, и нам пообещали выслать спасательную бригаду. Ее…
– Заткнись! – оборвал его Колли.
Конь, должно быть, почуял царящую в воздухе панику и отпрянул от обрыва, когда Колли взялся за веревку, которую прихватил в конюшне, и попросту обмотал вокруг конского крупа. Затем он извлек из кармана джинсов соединительную скобу, которая еще пятнадцать минут назад мирно висела на гвозде в сарае.
Пятнадцать минут. Четверть часа, как ни гнал он испуганного коня по полю, как ни мчался тот на сумасшедшей скорости. Очень долго… Все равно Уэй будет дольше добираться сюда на своей машине.
Колли подошел к краю обрыва. Где же она?
Сердце его тревожно сжалось, когда он закричал в пустую тьму:
– Лейни!
– Я здесь, – отозвалась она слабым голосом и тут же показалась у каменистой стенки карьера. – Я знала, что ты будешь здесь, и подплыла сюда.
– Так. Оставайся там. Сейчас я закреплю веревку и брошу тебе свободный конец.
Его пальцы в это время усердно привязывали веревку к металлическому кольцу.
Она запрокинула голову, и он увидел огромные глаза на молочно-белом лице.
– Послушай, Колли… Моя нога…
– Нога?
Смуглые пальцы замерли на миг и тут же опять принялись за работу.
– Наверное, я ушиблась при падении. Все случилось так быстро… Сейчас она почти не болит, потому что здесь дьявольски холодно, но мне кажется, что она весит тонну. Так что я не смогу забраться вверх по стене, держась за веревку.
Голос ее виновато дрожал, глаза умоляюще смотрели на него из глубины.
Колли был спокоен.
– Не волнуйся. Когда придет время, я скажу тебе, что делать.
Он исчез из виду, и Лейни не успела больше ничего сказать.
– Эй ты, – крикнул Колли одному из близнецов, – подгони сюда…
– Послушай, ты тут не начальник…
Престон умолк, услышав приближающийся звук мотора. На дороге показался белый полицейский джип. Сирена была включена, и буквы на боку машины как будто мигали вместе с синей лампой на крыше: «Графство Логан. Полиция».
– Вот и начальник, – буркнул Ллойд Тейт.
Именно он поймал конец веревки, брошенный Колли.
Машина остановилась, и рядом с ней на дороге возникла долговязая фигура Уэя Блэкберна.
– Что, черт возьми, тут случилось? – закричал он издалека. – Где Лейни?
– Быстрее подгоните машину сюда, – не вдаваясь в объяснения, распорядился Колли. – Нам надо закрепить веревку. Дерево может не выдержать.
Лицо помощника шерифа стало бледным как мел.
– Так она…
– Она ушибла ногу.
– Где спасательная бригада?
– В заднице, я полагаю, – зло бросил Колли. – Неужели Лейни должна дожидаться ее там, внизу? Я сам ее вытащу.
Уэй оценивающе взглянул на сосредоточенное потное лицо Колли.
– Отлично. Я вам доверяю. Говорите, как мне действовать.
Они привязали веревку к бамперу полицейской машины, после чего Колли утер пот, ручьями стекающий со лба, и приказал, чтобы кто-нибудь узнал, как дела у Лейни.
Он едва заметил, что Престон и его компания, за исключением Тейта и быстро трезвеющего Джека, болтали как сороки в нескольких футах от края обрыва. Он вовсе позабыл о них, когда все было готово, и поспешно разулся.
– Вы хотите спуститься? – изумленно воскликнула одна из женщин, не сводя глаз с его босых ног.
– Я должен приблизиться к Лейни и посмотреть, что к чему, – сказал Колли Уэю, становясь в веревочную петлю, которую он устроил под металлическим кольцом. – Если будет возможно, я нырну.
– Надеюсь, вы знаете, что следует делать, – сказал Уэй.
– Я тоже надеюсь.
Некоторое время Уэй наблюдал за тем, как Колли устраивается понадежнее в веревочной петле, потом заметил:
– Да, Колли, теперь меня не удивляет ваша репутация. И вы ее заслуживаете, вот что меня пугает.
Лейни посмотрела вверх, когда Колли показался над водой. Она тут же отвернулась, пытаясь сморгнуть слезы. Она увидела Колли – босого, голого по пояс, ловко спускающегося по стене колодца; Колли, чьи черные волосы спускались до плеч и прилипали к лицу; которому могло быть вновь четырнадцать лет; Колли из их прошлого.
А вдруг это и есть исполнение ее желания? Вдруг счастливое прошлое вернулось, и все можно начать с начала, на этот раз без ошибок?
Миновав половину пути до воды, он склонился вниз.
– Здесь глубоко? – спросил Колли, и она молча кивнула. – Точно глубоко? Хорошо.
Он легко, как Тарзан, качнулся в петле и прыгнул вниз.
В воду он вошел бесшумно, без брызг, и так же бесшумно вынырнул, мокрый и блестящий.
– По-моему, – неуверенно заметила Лейни, – ты здесь в своей стихии.
Колли оставил ее слова без внимания. Он быстро подплыл ближе и спросил:
– Какая нога болит?
– Правая.
– Ладно, я буду осторожен.
– Что ты хочешь делать?
– Посажу тебя в веревочную петлю, и тебя вытянут наверх.
Он ловко поймал петлю. Лейни заметила, что его черные глаза в эту минуту словно не видели ничего вокруг.
– Вот. Продевай ее под мышки.
У него, должно быть, выросло десять рук, так как он касался ее в нескольких местах одновременно, освобождая одну из ее рук, мертвой хваткой вцепившуюся в пластиковый ящик, и устраивая ее в петле.
– Держись за меня. Сейчас я все устрою.
Кожа его была холодной, а мускулы под ней – каменными.
В ту ночь в «Магнолии», когда он обращался с ней как со своей собственностью, его прикосновения раздули в ней пламя от сотни крошечных угольков. Долгие годы она старалась потушить это воспоминание, долгие годы не позволяла ему до себя дотрагиваться, и вот теперь в ней опять разгорались те угольки, и тела их соприкасались, словно они снова стали любовни-ками…
При этой мысли Лейни изо всех сил вцепилась в то, что оказалось под руками. В плечи Колли. Что-то она должна была вспомнить об этих плечах, но она не могла сосредоточиться, Лейни была слишком поглощена его лицом. Он перебросил петлю через ее голову.
– Продевай сюда руку.
Выполнив приказание, она с силой ухватилась за его запястье и оказалась вдруг так близко от него, что их щеки соприкоснулись. Лейни негромко ахнула. Колли одной рукой подхватил ее под водой, и она перекатилась через него.
– Теперь вторую, – отрывисто бросил он.
Опять их тела коснулись друг друга. Она попыталась на этот раз прикрыть глаза, но тщетно. Его руки обнимали ее, а лицо было так близко, что она могла бы дотянуться губами до его губ.
Все ее силы уходили на то, чтобы сохранять хладнокровие, и следующее движение Колли застало ее врасплох. Его ладони легли ей на груди, и ее тело внезапно захлестнула холодная вода.
– Колли! – задыхаясь, выкрикнула она.
Она начала погружаться и опять ухватилась за него.
Под его смуглой кожей течет красная кровь; на таком расстоянии это было ясно видно.
– Мне нужно убедиться, что веревка легла на место, – как бы оправдываясь, проговорил он.
– И как?
Она вновь держалась за его плечи.
– По-моему, все правильно. Проверять еще раз некогда. – Он взял ее ладони в свои. – Держись за веревку. Нет, не здесь, выше. Над петлей. И ни в коем случае не выпускай ее.
Лейни попыталась ухватиться за веревку и не смогла – онемевшие пальцы не слушались ее. Колли накрыл ладонями руки Лейни и сжал ее пальцы. И опять они прижимались друг к другу; ноги их переплелись под водой, как и руки над поверхностью.
Он замер. Заглянул в ее глаза.
Он поймал ее; ей некуда было деваться.
Его губы так близко, а глаза у него такие глубокие… О да, они очень близки сейчас, раз она видит в темноте коричневые огоньки в его глазах. Колли задержал дыхание, и она сдалась на милость победителя.
Это был поцелуй, краткий счастливый миг посреди отчаянной схватки за жизнь.
Просто поцелуй. Вкус на губах… Сладковато-горький вкус прошедшего.
Так близко его лицо! Его теплое дыхание. Прикосновение его губ.
И внезапный, опаляющий жар.
Ей было так холодно все эти три года, а здесь, в ледяной воде, к ней вернулось тепло. Его губы горят, и сладостный их жар проникает внутрь, в самые потаенные глубины.
Она высвободила одну руку, опустила ее и погладила Колли по щеке, не отпуская его губ.
А затем – его шею. Плечо.
Удивительно, какая шершавая здесь кожа. А в других местах она тугая и шелковистая. В каком-то уголке памяти Лейни сохранились воспоминания о прикосновениях к нему, но до этой минуты она не смотрела на его кожу, слишком она была поглощена его близостью. А сейчас ей показалось, что взглянуть – это очень важно, и она оторвалась от его губ и открыла глаза.
– Колли, – прошептала она, содрогаясь.
Прямой шрам на его плече соединялся с другим, полукруглым, более глубоким шрамом под ключицей.
Зловещие белые линии, явственно выделяющиеся на темной коже.
Он отпустил ту ее руку, что все еще сжимала веревку над головой.
– Не надо, – решительно сказал он, взял Лейни за подбородок и попытался отвернуть ее голову в сторону. Она сначала сопротивлялась, а потом посмотрела ему в глаза. Он тяжело дышал. – Если будешь смотреть, то вспомнишь, что меня нужно ненавидеть.
И тогда она с фотографической четкостью вспомнила тот день, когда Колли получил рану. И другое тоже внезапно вспомнилось ей: сладость его поцелуев, счастье от его близости. «Ложись, Лейни», – сказал он ей тогда, и она охотно подчинилась.
Она видела кровь, видела, как он падает, как лежит бледный и неподвижный.
Несчастный случай.
Не раздумывая, она опустила голову и поцеловала самое страшное место – то, где скрещивались два шрама.
– Что ты делаешь…
Он говорил с таким трудом, что она едва понимала его. Его сердце колотилось, как будто в груди у него тикала бомба с часовым механизмом.
Он прижал ее голову к своей груди.
В воде он всегда был ее защитником. Этот колодец на несколько мгновений принадлежал только им, в этом заколдованном царстве не действовали никакие силы, разлучавшие их. Они находились совсем рядом со стенкой колодца, так что сверху никто не мог их увидеть. Неожиданно Лейни получила свободу ласкать его, утешать его.
Три года оба они страдали в одиночестве.
Времени на дальнейшие размышления уже не оставалось, так как Уэй что-то кричал сверху. Колли быстро отпрянул от Лейни, тяжело дыша, как загнанный зверь. По-видимому, сама Лейни дышала так же. Откашлявшись, он наконец крикнул тем невидимым людям, что ждали у края обрыва:
– Тяните медленно!
– Колли, – с трудом выговорила Лейни, когда веревка натянулась. – Мне больно.
– Потерпи, малышка, мне некогда было закрепить получше. – Тяжелое, прерывистое дыхание выдавало его состояние. – Подайся чуть вперед, чтобы не тереться спиной о веревку. И отталкивайся здоровой ногой от стенки.
Лейни попыталась последовать совету, но от болезненных ощущений не избавилась. Веревка немилосердно резала подмышки. Но хуже всего ей пришлось на самом верху, когда нужно было отпустить веревку и полностью довериться лежащему на животе на краю обрыва Уэю. Лицо его покраснело от натуги, когда он вытягивал Лейни за руки. В какой-то момент ей показалось, что она не выдержит и руки вот-вот выдернутся из суставов, но тут же она, обессиленная, рухнула на землю у его ног.
– Ты можешь встать? – спросил Уэй.
Лейни поднялась было, но правую ногу тут же пронзила острая боль, и она упала на колени.
– Нет, не получается, – виновато прошептала она.
Престон сделал шаг вперед.
– Давай, Лейни, подымайся. Обопрись на меня.
Почему-то ей вдруг показалось, что Престон Ролинс здесь лишний, его присутствие неуместно. Наверное, там, внизу, в воде, оказавшись в прошлом, она начисто позабыла о нем. А он тем временем обнял ее за талию и зарылся лицом в ее мокрые волосы.
– Прости меня, детка. Господи, – шептал он, – да как бы я жил, если бы с тобой что-нибудь случилось?
С помощью Престона Лейни кое-как дохромала до патрульной машины Уэя и упала на сиденье, а Тейт, видя, что ее бьет дрожь, накрыл ее двумя полотенцами. Дрожала она, конечно, не от холода, а скорее от сознания, что опять находится в безопасности, что земля никуда не уйдет из-под ее ног и она уже не заключена в узком каменном мешке.
И еще ей нужно было снова привыкнуть к настоящему. Путешествия во времени не проходят бесследно.
«Я целовала его губы. Его плечо. Его шрамы. Я помнила, где и когда он их получил. И я хотела его…»
Нет, это невозможно. Здесь, наверху, это невозможно.
– Колли все еще там, – напомнила она Уэю.
– Ну да, – отозвался Тейт. – Вы, надеюсь, не собираетесь оставить его в карьере? А то он мог бы составить компанию своему отцу.
– Послушайте, от вас всех не много проку, – проворчал Уэй, – но кое на что вы сгодитесь. Эй, Грегори, и вы, Престон, давайте-ка вытаскивать его. Насколько я заметил, у него нет нимба вокруг головы, а значит, он не может ходить по воде, аки посуху.
– Да уж, на святого он не тянет, – буркнул Тейт и обратился к Лейни: – Ты как, в порядке?
В его голосе неожиданно прозвучала нотка искренней заботы, и Лейни вдруг стало неловко. Она ничего не ответила, а только откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза от слепящего солнца и принялась ждать. Скоро и Колли Ролинс возвратится в реальный мир.


Где-то здесь, в глубине карьера, покоится его отец.
В наступившей тишине Колли осматривал мощные каменные стены колодца.
Броди погиб еще до рождения сына, значит, он стал частью Ло-Джо четверть века назад.
Да пребудет он в покое во веки веков.
Бог с небес видел, что душа самого Колли была далека от покоя. Его пальцы тронули то место на плече, куда поцеловала его Лейни. Как это понимать? Столько лет она избегала встреч с ним, а теперь поцеловала. Нет, она не просто поцеловала его, она сделала неизмеримо больше.
Она целовала его шрамы.
И она явилась сюда в обществе его кузена.
Это немыслимо перенести.
Колли услышал голос Дьявола: «Он верил, что та девушка будет вечно его любить. Все это оказалось ложью. Не повторяй ошибку Броди. Нельзя слепо верить в доброту других».
Колли мысленно обратился к отцу: «Говорят, ты любил мою мать. Даже сам Дьявол так говорит. Что же мне делать с Лейни Торн?»
Ему захотелось, чтобы Броди там, внизу, услышал его мысли.
Броди в Ло-Джо, но ответов в Ло-Джо нет. Только вода чуть слышно плещется о стены.
Сверху Уэй сбросил ему веревку.
Едва мокрая черноволосая голова показалась над краем колодца, как Колли подтянулся на руках, выбрался на землю и встряхнулся, как собака после купания. Черные волосы хлестнули его по щекам.
– Форму мне промочите, – проворчал Уэй.
– Где она? – громко спросил Колли, обводя взглядом мужские лица.
– Я здесь, – отозвалась Лейни, высовываясь из машины.
Все расступились, и Колли в два прыжка оказался возле машины, наклонился к Лейни и опустил руки ей на плечи, не обращая внимания на стоящего рядом Престона.
– С тобой действительно все в порядке, – с облегчением выдохнул Колли и тут же помрачнел. – О чем ты думала, когда пошла сюда?
Он проговорил это с такой неожиданной яростью, что Лейни остолбенела.
– Я не думала, что свалюсь в воду.
– Вот как? А мне-то показалось, что ты собралась сломать шею.
– Колли, никто сегодня шею не сломал, – вмешался Престон.
При звуках его голоса Колли замер, но не обернулся.
– Ну-ка. – Он опустился на одно колено рядом с Лейни. – Покажи лодыжку.
Он ласково приподнял ее ногу и опустил на свое колено. Его плечо оказалось вровень с ее глазами, а ей вовсе не хотелось еще раз увидеть страшный белый рубец. А сейчас, при ярком свете солнца, он был очень заметен. Она попыталась отдернуть ногу. Колли поднял голову, внимательно взглянул на нее и осторожно опустил ее ногу на траву.
– Неважно. А как спина? Прости меня, Лейни. Я должен был действовать аккуратнее. Тебе надо показаться врачу.
– Я отвезу ее, – снова напомнил о себе Престон и взял Лейни за руку. – Пойдем, мой ангел.
– Убери руки, – тихо сказал Колли.
Впервые он обратился непосредственно к Престону. Он как будто нарочно выжидал этой минуты, чтобы заговорить с кузеном.
Наступила напряженная тишина. Колли произнес всего два слова, к тому же почти шепотом, но впечатление складывалось такое, что их услышали все. Стало очевидно, что добром стычка двоюродных братьев не кончится.
– Ей нравится, когда я держу ее за руку, – возразил Престон.
– Это правда? – Колли не сводил глаз с Престона, но его вопрос был обращен к Лейни. – И с каких пор ты гуляешь с ним? Может быть, ты забыла, чем он был?
Он вложил в свои слова горькую, злую иронию. Престон ждал. Ждал и Колли. Он еще помнил ее поцелуй.
«Я хотела бы вернуться в те давние годы. Колли, я хочу забыть то, что ты сделал. Я хочу вновь любить тебя, как прежде».
– Ну, так что же? Ведь если это правда, я хотел бы знать, что означает то, что произошло в воде только что, – настаивал Колли. – В чем дело? Или ты решила, что можешь делать со мной все, что заблагорассудится, а потом остаться с ним? Ты поступила так, чтобы лишний раз унизить меня?
Лицо Престона потемнело – возможно, от ревности. Он вопрошающе посмотрел на Лейни.
– Оставьте меня в покое, – прошептала Лейни через силу. – Колли, я благодарна тебе за то, что ты сегодня для меня сделал, но пойми, я живу своей жизнью.
Тут вмешался Уэй.
– Она не обязана никому отвечать, – сказал он, вставая между двоюродными братьями, чтобы предотвратить неминуемое столкновение. – Если хочешь, можешь поехать со мной, Лейни.
Она ответила ему признательным взглядом.
– Хочу, – проговорила она дрожащим голосом.
– Ладно. – Престон, пожалуй, тоже испытывал облегчение. – Значит, проблемы больше нет.
Но Колли не желал отступать.
– Ничего подобного. Проблема остается. Лейни – это не очередная твоя подружка. Ты не имел права тащить ее сюда. Ты чуть не погубил ее. А теперь считаешь, что все должно сойти тебе с рук. Лейни всю жизнь боится воды, а тем более – глубины. Подонок, можешь меня ударить, чтобы я смог дать тебе сдачи.
– Не стану я с тобой связываться. – Престон старался держаться насмешливо и высокомерно, но страх в его голосе ощущался слишком явственно. – Ты можешь жить по-звериному, а я…
Мощный удар сбил его с ног, и кровь из рассеченной губы брызнула на грудь Колли.
Джули завизжала, все остальные попятились.
– Колли, прекрати! – взмолилась Лейни.
Но Колли в ярости не видел и не слышал ничего вокруг себя. Он уже оседлал Престона и говорил ему, задыхаясь:
– Дерись же! Дерись, если ты мужчина, а не слизняк.
Престон рывком приподнялся и сбросил с себя Колли.
– Ну, помаши кулаками, если хочешь, она от этого к тебе не вернется! – заорал он.
Его удар неожиданно пришелся в цель, и Престон смог вскочить на ноги. Тогда он нанес Колли мощный удар правой в подбородок и промахнулся только потому, что его противник был быстр, как молния.
Колли звонко, по-мальчишески расхохотался.
– Неплохо! Совсем неплохо!
Новый удар пришелся Престону в живот. Тот, охнув, осел на землю.
Уэй рванулся вперед и обхватил Колли сзади, прижимая его руки к корпусу. Несколько секунд Колли молча вырывался.
– Прекратить! – рявкнул Уэй. – Грегори, помогите мне! Он же убьет Престона!
Джек вздрогнул, но не двинулся с места.
– Держите его! – закричал Уэй снова, и тогда Ллойд Тейт приблизился, тоже обхватил Колли, и тот наконец замер, шумно дыша.
– А теперь послушайте меня, – заговорил Уэй прямо ему в ухо. – Немедленно прекратите. Таким образом вы ничего не решите, да и старик будет, мягко говоря, недоволен, если вы с Престоном покалечите друг друга. Колли, возьмите себя в руки.
Лейни понимала, какие противоречивые чувства раздирают Колли, видела, какие усилия предпринимает он, стараясь усмирить свой гнев.
– Отпустите… меня.
Тейт немедленно выполнил его просьбу, Уэй же помедлил, давая Джеку Грегори время помочь Престону подняться и отойти на несколько шагов.
– Когда-нибудь твоя наглость, Престон, – яростно выкрикнул Колли, – заведет меня слишком далеко! И тогда я тебя убью.
Освободившись от железной хватки помощника шерифа, он медленно побрел к деревьям, туда, где его дожидался вороной жеребец. Лучи заходящего солнца слегка золотили его волосы. Мокрые джинсы туго облегали его мускулистые ноги.
Он с легкостью вскочил на коня, погладил его по блестящей холке, развернул, слегка пришпорил босыми пятками и шагом подъехал к группе.
– Въезд сюда запрещен, – сурово сказал он. – Вы читать умеете? Убирайтесь отсюда! Немедленно.
– Это моя земля, так же, как и твоя, – пробурчал Престон.
– Все прочь от карьера, – сердито повторил Колли.
Конь фыркнул и тряхнул головой, словно подтверждая слова наездника.
– Господи боже, – не своим голосом проговорила Джули. – В жизни не видела таких, как он.
– Редкостный тип, – отозвался Ллойд, невольно любуясь Колли.
Один за другим незваные гости потянулись прочь, а Колли неподвижно восседал на коне, как король леса, но смотрел он не на чужаков, а на Лейни, которая, прихрамывая, тащилась к машине Уэя, которую покинула, когда началась драка. Когда она добралась до патрульной машины и прислонилась к ее нагретой солнцем дверце, Колли направил коня в ее сторону. Она прищурилась, чтобы все еще слишком яркое солнце не мешало ей разглядеть его.
– Лейни, ты давно встречаешься с Престоном?
Все тело болело, ей было сейчас не до разговоров, и она ответила как можно жестче:
– Я не обязана перед тобой отчитываться.
– Ну что ж, можешь играть в свои игры. Но хочу тебя предупредить: сколько бы ты ни путалась с Престоном и его богатенькими приятелями, ничего у тебя не выйдет. – Колли внешне был холоден, но Лейни чувствовала, с каким трудом ему дается ледяная сдержанность. На самом деле он пылал от ярости. – У старика на него свои планы, как, в сущности, на всех, кто от него зависит, и бедные девочки из глухомани не входят в эти планы. Дьяволу эта история не понравится. Следовательно, продолжаться она будет только до тех пор, пока Престон не понадобится Дьяволу. Это не первый раз. Будь Престон как угодно влюблен, будь ты как угодно хороша, этот червяк знает, что ему нужно, и дать ему это может только Альберт.
– А что, если Престону нужна я? – саркастически осведомилась Лейни. Как смеет он, именно он, обвинять ее в чем бы то ни было?
Солнце мешало ей видеть черты его лица, зато она хорошо видела, как конь всхрапывает и перебирает ногами, словно всадник чересчур сильно сжимает коленями его бока.
– Не будь дурой, – спокойно отозвался Колли. – Не Альберт, так я этого не допущу.
– Да кто ты такой? – Лейни задыхалась от гнева. – Ты повсюду таскаешься с Рейчел Хардинг и при этом запрещаешь мне встречаться с теми, с кем я хочу?
Колли ответил не сразу.
– Про меня и Рейчел тебе ничего не известно. Это из-за нее ты решила отомстить мне с Престоном?
– Нет.
И снова Колли долго молчал, а когда заговорил, то вновь был холоден как лед:
– Что бы тобой ни двигало, когда ты начала флиртовать с Престоном, это добром не кончится. Черт возьми, я же хочу помочь тебе.
– Ты, Колли Ролинс, можешь помочь мне единственным способом: если покинешь меня навсегда. Я сказала тебе именно так, когда мне было восемнадцать лет, и я говорила всерьез. Сейчас я тоже не шучу.
– Оставь его, – упрямо проговорил Колли. – Когда-то я дал слово отступиться от тебя и сдержал его. А Престон не такой, слишком он привык получать то, что ему нравится.
– Я очень рада, что он не такой, как ты! – в гневе выкрикнула Лейни. – Ты понимаешь по-английски? Мне как раз и нужен человек, не похожий на тебя!
Она попыталась скользнуть в машину, но конь сделал к ней полшага, и она вынуждена была отступить назад.
– Перестань, – шепотом попросила она.
В течение минуты Колли и Лейни не отрываясь смотрели друг на друга. Глаза Колли пылали черным пламенем.
– Я должен высказать тебе все, чтобы у тебя не оставалось сомнений. – Теперь в его словах явно слышалась угроза. – А тебе, Лейни, я очень советую прислушаться ко мне. Тебе следует знать, что в одном мы с моим двоюродным братом весьма похожи: ты мне тоже была нужна. Ты не стала моей, и я позабочусь о том, чтобы ты не досталась и Престону. Это я тебе говорю, и старик тут ни при чем. Ты слишком много для меня значила, чтобы я позволил тебе оказаться в грязных лапах Престона.
– Эй, Ролинс! – Уэй только что отошел от края обрыва и заметил напряженно застывших Лейни и Колли. – Извольте-ка оставить ее в покое!
Колли повиновался.
– Запомни, Лейни, – тихо сказал он напоследок. – Я долго ждал тебя. Держись подальше от Престона, иначе тебе придется дорого заплатить.
Он ударил коня пятками по бокам. Мускулы его ходили ходуном под смуглой кожей. Чуть отъехав от автомобиля, он пустил коня в галоп.
– Вот сукин сын! – Уэй с чувством сплюнул, подходя к машине. – Когда он вытащил тебя, мне казалось, что я смогу его полюбить, и вот я уже готов расквасить ему нос. Что он тебе говорил?
– Ему не нравится, что я была с Престоном, – ответила Лейни по возможности шутливым тоном.
– Мне самому не слишком нравится, что ты была с Престоном, – отозвался Уэй. – Но ворчать я буду потом, а пока посажу тебя в машину. Я думал, с тобой кто-то остался. Значит, Колли их всех распугал?
Не отвечая, Лейни уселась на пассажирское сиденье и откинулась на спинку, дрожа от слабости. Она не могла поверить в счастливое избавление.
Выезжая на Мартин-Холлоу-роуд, они разминулись с автомашиной спасательной бригады.
– Дорого яичко к Христову дню, – усмехнулся помощник шерифа. – Опоздали ребята. Надо полагать, они не знали про Колли. Побил их по всем статьям. Приметная личность, ничего не скажешь. И на коне внушительно смотрится. Готов спорить, что когда-нибудь он развернется не хуже старика. Просто не могу поверить.
– Я могу, – устало откликнулась Лейни.
– Так, Лейни, и о чем же ты думала, когда решила опять связаться с Ролинсами? – Наконец Уэй позволил себе дать волю накопившемуся раздражению. – Помнится, после смерти отца ты поклялась, что твои отношения с этим семейством закончены раз навсегда.
– Престон ни при чем. Там был Колли.
Лейни заерзала на сиденье, стараясь подальше отодвинуться от Уэя. Спина опять саднила в том месте, где ее натерла веревка.
– Я знаю, что тогда произошло. Я – один из немногих, кому известна вся правда. Послушай, неужели ты не видишь, что Колли в самом деле не даст тебе покоя, если ты будешь с Престоном?
– У него есть Рейчел Хардинг, так какое ему дело до моих отношений с его родственником? Между прочим, Престон в Спрингсе только из-за того, что его вызвал сюда дед. Он ненавидит наши края. В конце месяца он уедет и больше не вернется. – Она прикрыла глаза и выпалила, словно торопясь: – И я собираюсь уехать с ним.
Уэй охнул от удивления.
– Что? Да ведь здесь твой дом! Ты всегда говорила, что никогда из Спрингса не уедешь.
– Уеду, если жизнь здесь будет причинять столько страданий.
– Каких страданий? Тебе настолько невыносимо видеть Колли с другой женщиной? – Лейни негодующе посмотрела на него, но Уэй не обратил на нее внимания. – Или Престон для тебя – это предлог, чтобы сойтись с Колли?
– Он мне нравится, – возразила она.
– Не верю, что тебе мог понравиться этот человек.
Лейни вспыхнула.
– А я не знаю, чем он тебе не угодил. Он не был таким, пока не узнал, что когда-то я была с Колли.
– Он такой же, как и вся эта шушера. Ты хочешь сказать, что все эти господа – твои новые друзья? Ты живешь другой жизнью. Ты по-другому воспитана. Ты лучше их. Ты глубже их и достойнее.
Лейни тупо таращилась в сгущающиеся сумерки. У нее болела нога, болело сердце.
– Да кого в нашем мире это интересует? – с горечью произнесла она.
– Прекрати, Лейни. Какая муха тебя укусила? Тетя Дебора осудила бы тебя.
– А, мама… Ее все уважают, но никто не согласился бы жить ее жизнью. Той жизнью, которую она ведет отчасти благодаря мне.
Уэй помолчал.
– Значит, ты решила уехать с Престоном, чтобы возместить ей ее утраты? Да опомнись же, Лейни!
– Не надо так мрачно. Я вовсе не приношу себя в жертву. Нет ничего страшного в том, чтобы жить с богатым и красивым мужчиной.
– Если ты его любишь.
Лейни выпрямилась.
– Он – решение всех моих проблем. Папа умер по моей вине. Мама потеряла все, и тоже по моей вине.
– Брось, Лейни, того, что было, не вернуть, – запротестовал Уэй, но Лейни его даже не слышала.
– У нас не было денег, чтобы сохранить дом и послать меня в колледж. И я была нужна маме. А также тете Оливии и «Магнолии». И это было к лучшему. Наконец-то я получила возможность сделать что-то для них. А теперь все рушится. Тетя Оливия постарела, мама измучилась, а гостиница… Я ее очень люблю, но она пьет из нас все соки.
– Так оставь ее. Это частичка и моего прошлого, но я не стал бы посвящать ей всю жизнь.
– А я не могу. И тетя, и мама не смогут жить в другом доме. Они не смогут быть счастливы без «Магнолии». Есть одно обстоятельство, о котором я еще никому не говорила, даже маме. И ты ей, пожалуйста, не говори. Страховой полис аннулирован, и мы должны выплатить налоги за много лет.
Уэй долго молчал.
– У меня есть кое-какие сбережения, – осторожно сказал он. – Сколько вам нужно денег?
– Сорок тысяч долларов, – равнодушно ответила Лейни. – Ни у кого из нас таких денег нет. «Магнолию» придется закрывать, а это означает конец той жизни, к которой мы привыкли.
– И ты, – медленно проговорил Уэй, – решила, что у тебя есть выход: выйти замуж за Престона?
– Неважно, выйду я за него замуж или нет, если… если я получу от него то, что мне нужно. Мне нужны деньги и выход из той запутанной ситуации, которую я сама создала.
– Это твои новые друзья научили тебя так рассуждать? – с неожиданной яростью бросил Уэй.
– Нужда заставила.
На Уэя и Лейни опустилась тяжелая туча, в которой таился гром. Гром его гнева и боль ее сердца. Но Уэй не должен знать того, что у нее на сердце.
– Колли тоже богат, – вдруг сказал Уэй. – И он так давно тебя любит. Его состояние не меньше состояния Престона, хоть он им и не пользуется.
– Ты же знаешь, что я не могу выйти замуж за Колли, – возразила Лейни.
– Пусть между вами стоит тень Джона Торна, все равно быть его женой – меньший позор, чем спать с Престоном, как дешевая шлюха, только ради денег и возможности уехать отсюда, – жестко сказал Уэй. – Если ты уедешь, что будут делать Оливия и Дебора?
– Я буду часто к ним приезжать. Сам знаешь, это правда. Я не забуду о них. И к тому же у них будет достаточно денег…
Уэй даже не дал ей договорить:
– Может быть, тебе удастся спасти «Магнолию» и обеспечить мать и тетку. Допускаю, что ради тебя раскошелится даже Престон Ролинс. Только захотят ли Дебора и Оливия благополучия за ту цену, что ты намерена заплатить?
– Я позабочусь о том, чтобы они не…
– …не узнали, какую жизнь ты станешь вести?
Лейни негромко всхлипнула, и в машине воцарилось молчание.
Сбоку показались желтые огни в окнах отеля «Магнолия», но Уэй не стал сворачивать с шоссе.
– Ты же обещал отвезти меня домой! – испуганно воскликнула Лейни.
– Первым делом тебя осмотрит врач. – Он все еще сердился на нее и не скрывал этого. – Ты упала с большой высоты. Нога у тебя распухла, спина в ссадинах, поцарапаны колени. И на протяжении последних пяти миль ты плакала.
– Я в порядке. И ты уже знаешь, что у нас больше нет страховки. Мы и так задолжали доктору Максвеллу, потому что мама водила к нему тетю Оливию дважды за последний месяц. И я сотворила еще одну глупость. Профукала последнюю сотню долларов на этот купальный костюм, чтобы… – Уэй не понял, смеется она или плачет при этих словах. – Чтобы произвести впечатление на Престона, а вместо того сва… свалилась в карьер.
– Я отвезу тебя к врачу, – твердо сказал Уэй; теперь гнева в его голосе не было. – А если будешь реветь, я тебе скажу еще кое-что неприятное. Милая моя Лейни, неужели ты думаешь, что ты уже взрослая только потому, что поняла, как тяжело жить на этом свете? Нет, подожди. Вот пусть эта скотина навалится на тебя в постели и станет тебя лапать, а ты будешь ждать своих денег… Ты не так устроена, Лейни. Ты возненавидишь себя куда сильнее, чем ненавидишь своего маленького колдуна. Ради всего святого, послушайся меня. Не делай этого.


– Слушайся меня и делай то, что я тебе говорю, – сказал Дьявол. – А больше мне ничего не нужно.
Колли валился с ног от усталости.
Он по-прежнему работал на уборке урожая табака. Распоряжения он получал от Торна, как и все наемные работники. Колли и Торн держались отчужденно, разговаривали мало, и отношения между ними оставались напряженными. А когда Торн в той или иной форме выражал свою неприязнь к Колли, молодой человек вспоминал свой разговор с Деборой. Она не требовала, а просила: она верила ему.
«Ты очень сильно влияешь на Лейни. Она тянется к тебе…»
Теперь он ясно понимал, сколько значит для него Лейни Торн, и ему больше всего на свете хотелось отыскать способ установить нормальные отношения с ее отцом.
Лучше всего он чувствовал себя в конюшне, так как там владыкой был он, а не Торн. Он управлял всем хозяйством, от выездки лошадей до оплаты счетов. Раз в неделю Дьявол тщательно проверял учетные книги, подвергая сомнению каждую цифру. Случалось, что Колли после таких проверок молотил кулаками по стене в припадке ярости, а иногда ему хотелось хохотать над мелочностью и въедливостью старика.
Больше всего Колли гордился тем, что, как Дьявол ни лез из кожи вон, чтобы обнаружить оплошности, их не находилось. Старик был доволен работой Колли. Правда, Джеймс Ролинс никак не мог успокоиться. Однажды субботним утром Колли услышал с веранды, как Джеймс выговаривает Дьяволу:
– Эти лошади стоят целого состояния, а ты доверил их восемнадцатилетнему мальчишке, который ни дня не ходил в школу! – Колли показалось, что нарочито громкий монолог Джеймса предназначается и для его ушей. – Позволь мне хотя бы нанять знающего бухгалтера.
– Мне не нужны люди, которые ни разу подошв в конюшне не испачкали, – гремел старик. – Это мои лошади и мои сделки. И Колли мой. И не суй сюда свой нос. На тебе лежит все остальное. У тебя в Нэшвилле две дюжины сотрудников.
– Ты еще пожалеешь об этом, папа.
Поначалу могло показаться, что Джеймс прав. Колли нелегко давался переход от полевых работ к бухгалтерскому учету. Кроме того, неприятности возникли с той стороны, откуда их никто не ждал: от сезонных рабочих.
Эти люди были ошеломлены известием, что человек, который долгие годы жил, как и они, в хибаре возле реки, вдруг стал управлять частью фермерского хозяйства. Еще больше они недоумевали по поводу того, что Дьявол постепенно вводил Колли в курс дел и тем не менее по-прежнему отправлял его работать в поле. Развязка наступила в один жаркий день, когда все работники были в поле и ворошили табачные листья.
Трое работавших неподалеку от Колли были каким-то образом связаны друг с другом, хотя Колли сомневался, что они были семьей, как сами они утверждали. По его представлениям, члены одной семьи должны были жить вместе в бараке; в противном случае женщина жила бы одна либо делила кров с другой женщиной.
Двое мужчин, не стесняясь в выражениях, описывали друг другу особенности женской анатомии. Обрывки их разговора долетали до Колли, который, впрочем, старался не прислушиваться и вообще не думать об этих людях.
Женщина, невысокая коренастая блондинка, работавшая рядом с темноволосым загорелым немногословным мужчиной, что-то напевала себе под нос.
На третьем часу работы она вдруг издала пронзительный крик. Колли ринулся к ней и увидел, что по ее локтю течет кровь.
– Что с вами?
– Да вот, напоролась, – запричитала женщина, указывая на тесак с острым как бритва лезвием. – Ой, как больно! Смотрите, кровь…
Лицо ее искривилось. Глаза явственно говорили о том, что она напугана.
– Идите-ка к воде и промойте как следует рану, – посоветовал ей Колли. – Потом покажитесь Торну, пусть он скажет вам, что делать дальше.
– Туда так далеко идти, – заныла она, – и сегодня так жарко… У меня кружится голова…
Колли видел, что женщине в самом деле плохо, поэтому он, поколебавшись, решил проводить ее к бочонку с водой.
Подождав, пока пострадавшая промоет рану, он еще раз посоветовал ей обратиться к управляющему, вернулся на свое место, а через некоторое время отложил инструмент и направился к грузовику, дожидавшемуся на краю поля, возле кромки леса. Этот грузовик по вечерам отвозил рабочих к баракам, а потом вез Колли к дому Дьявола.
Неожиданно на опушке леса показалась та самая женщина.
– С рукой все должно быть в порядке, – сообщила она Колли и продемонстрировала ему аккуратно забинтованный локоть. – Но до конца недели в поле мне выходить не придется.
– Ничего страшного, – сочувственно отозвался Колли. – Отдохнете, тем более в такую жару.
Она приблизилась к нему вплотную. В стороне ее, по-видимому, поджидали двое мужчин, которые считались членами ее семьи. Время от времени они оборачивались в ее сторону.
– А вы передохнуть не хотите? – вдруг сказала она и придвинулась так близко, что коснулась здоровой рукой его бедра.
Колли мгновенно понял все. Если бы его лицо давно не раскраснелось от жары и тяжелой работы, его щеки немедленно вспыхнули бы. Меньше всего ожидал он такого вот откровенного предложения, сделанного прямо на глазах других.
Он настолько оторопел, что остановился.
– У меня мало времени. Я должен работать.
Женщина взяла его за руку и потянула в тень густого леса.
– Я давно наблюдаю за вами, мистер. Вы мне понравились. Вы еще очень молоды, но я чувствую в вас силу. И я поклясться могу, что вы уже бывали с женщиной.
Ее бесстыдный взгляд до крайности смутил Колли. Он, естественно, вспомнил Розу и те чувства, что испытал с ней. В нем вдруг вспыхнуло желание испытать их снова, причем немедленно.
Ее горячее потное тело прижалось к нему. Она была моложе большинства женщин, работающих на ферме, и довольно привлекательна.
Ее рука легла ему на плечо.
– Вот видите, я не ошиблась. Вы тоже этого хотите. А когда мне мужчина нравится, я много не прошу. Но и бесплатно тоже нельзя, правда, мистер? Люди говорят, вы теперь при Дьяволе состоите? Я могу доставить вам удовольствие, а вы бы со мной поделились монетами.
– Послушайте, – неуверенно заговорил Колли, – я не…
– Женщина, иди к машине!
С ними поравнялся Джон Торн. Он подчеркнуто обратился к женщине, а не к Колли, но и он, и она знали, почему он поступил так: потому что Колли – внук Альберта.
Женщина поспешно зашагала прочь, а Колли остался стоять как вкопанный.
Вообще говоря, ему не должно было быть дела до того, что о нем подумает Торн. Быть не должно, а было. Торн – отец Лейни. Колли нужно было, чтобы тот хотя бы уважал его.
Он хотел что-то сказать, но от неловкости язык не слушался его. Торн так и не остановился и не взглянул в его сторону.
В эту ночь Колли так и не заснул, внутри у него все горело. Утром он задержался на конюшне, осматривая кобылу, которая вот-вот должна была родить, и только потом отправился на плантацию. Когда он явился в поле, Торн посмотрел сквозь него стеклянными глазами, а он сам не нашелся, что сказать.
Женщины не было, но двое ее «родственников» нашли новую тему для беседы. Понижать голос они не собирались, так что Колли слышал все до единого слова.
– Торн на Милли набросился вот из-за этого. Думает, видите ли, что он для нее слишком чистенький. А сам-то кто? Ублюдок, – говорил один.
Второй работник соглашался со своим товарищем.
– Говорил я ей, нечего рассчитывать на Колли Ролинса. Он жил с Чарли, а у него там книг до черта, вот малый и свихнулся. Только все равно не с чего ему задирать нос.
Колли не обращал на них внимания.
Ночью они осуществили свою месть. Они проникли на конюшню – его конюшню! – и вывели кобылу. Уже после полуночи Колли несколько часов разыскивал ее и наконец нашел недалеко от реки. Она рожала прямо в поле, на холодной росе.
На рассвете Колли помог новорожденному жеребенку встать.
Когда кобыла с жеребенком оказались наконец в стойле, в тепле и безопасности, он, весь в грязи и крови, вошел в кухню, где старик пил кофе.
– Мне нужны деньги, – с порога заявил он Альберту.
– Вот как? И сколько?
Альберт подозрительно прищурился.
– Столько, чтобы выплатить троим работникам жалованье за неделю.
Старик проворчал что-то насчет разродившейся кобылы, но все же дохромал до сейфа и вручил Колли требуемую сумму.
Тогда Колли прошел в конюшню и снял со стены хлыст, с которым когда-то близко познакомился Гарнер.
К этому дню он уже узнал, в каком из бараков обитают его недоброжелатели. Но поскольку для того, чтобы это выяснить, ему потребовалось задать немало вопросов, троица почуяла, что запахло жареным, и снялась с насиженного места. Когда Колли добрался до их барака, пыль от колес их старенького грузовика еще не улеглась.
Тогда Колли оседлал вороного коня и пустился вдогонку. Он нагнал беглецов на заправочной станции, принадлежавшей Дьяволу. Они пытались выцыганить дармовой галлон бензина.
Подъехав к машине, он натянул поводья. В кабине Колли разглядел белое от страха лицо женщины. Тогда он швырнул деньги в окно.
– Убирайтесь! И чтобы ноги вашей здесь больше не было. Старик больше не нуждается в ваших услугах.
Он повернул храпящего коня и подъехал к двоим мужчинам, поглощенным спором со служащим станции. Все трое обернулись на цокот копыт. Колли взмахнул хлыстом.
– Кобыла и ее жеребенок по вашей милости едва не погибли. За вашу проделку я должен был бы вас порядком высечь. Не буду этого делать. Убирайтесь подобру-поздорову. И не дай вам бог когда-нибудь сунуть сюда свой нос.
Колли и потерявший дар речи служитель проводили взглядами удаляющийся грузовик, после чего Колли вернулся домой.
В тот же вечер по Спрингсу пошли толки о расправе. Незаметно для обывателей паренек с реки стал взрослым, жестоким хозяином с кнутом, истинным отродьем Дьявола.
Торн был вне себя. Наконец-то он перестал игнорировать Колли.
– Он прогнал троих Бертонов! – доложил он Альберту, кипя от злости. – И это в разгар сезона! Объясните мне, как я должен обеспечить уборку урожая, если он разгоняет работников? У меня и так не хватает рабочих рук.
– Он уволил их не без причины, – возразил Дьявол.
Торна его слова не успокоили.
– Он их уволил! Да у него нет на то права! Работников нанимаю и увольняю я, управляющий, а не какой-то ублюдок!
Этого Колли уже не мог снести. Он резко повернулся к Торну.
– К вашему сведению, у меня есть имя. И не стоит называть меня другими словами. Я ничем не хуже вас.
Дьявол молча наблюдал за перепалкой из-под козырька сдвинутой на лоб кепки.
А Торн окончательно взбеленился:
– Может, и есть у тебя имя, да я-то знаю, чего ты стоишь. Я тебя с той бабой в поле застукал. Тебе ведь хотелось, что ж ты не взял? От Лейни ты этого все равно не получишь.
Итак, он произнес самые важные слова. Объявил, в чем причина его стойкой неприязни. Следовательно, наступил кризис.
– Значит, вот в чем дело, – медленно проговорил Колли. – Вы считаете, что я причиню вред Лейни. А ведь я ничего плохого ей не сделал. И никогда не сделаю.
– Врешь! У таких, как ты, пакости в крови.
– Хватит, – оборвал его Дьявол. – Торн, ты забываешься, наконец. Как-никак ты разговариваешь с моим внуком.
Торн сжал кулаки.
– Я только одно скажу. Если вы его поддерживаете, если он метит на мое место и вы намерены передать ему мои обязанности, я вас покидаю сегодня же.
– Ему твои обязанности не нужны. У него своих хватает. А ты мне нужен. Колли, когда он работает в поле, подчиняется тебе. Если он тебе мешает, поставь его уборщиком. А вот на конюшне господин и повелитель – он. Бертоны уволены за проказы на конюшне, а не за работу в поле. И возвращать их я не собираюсь.
Вечером Альберт переступил порог комнаты Колли.
– Знаешь, – заговорил он, – я тут поразмыслил над тем, что говорил Торн. Не знаю, что у тебя произошло в поле с той женщиной, но ничего неестественного или стыдного в этом нет. Ты мужчина. Ты уже в том возрасте, когда мужчина должен знать, что полагается делать с женщиной. Между прочим, за рекой живет одна женщина, которую ты можешь навещать время от времени. А что касается дочери Торна, то, если ты по ней все еще скучаешь, придется тебе скучать и дальше.
– За что ты ее так ненавидишь? – тихо спросил Колли.
– У меня есть на то причины.
– Я должен их знать. Я имею на это право. Ты приказал мне не приближаться к ней и не объяснил, почему.
– Она племянница Оливии Блэкберн. Этого достаточно.
Колли ожидал услышать что угодно, только не это. В недоумении он поднял голову.
– Оливия? Она-то здесь при чем? Она же стара как…
– Как я? Она не всегда была такой старой.
Голос Альберта звучал ровно, но по лицу пробежала тень. Он закрыл дверь и облокотился на нее.
По лицу его Колли вдруг понял, что старик смотрит на него и не видит. Перед внутреним взором Дьявола плыли воспоминания. И вдруг Колли открылась вся правда.
– Ты любил ее, – изумленно прошептал он. – Ты любил женщину из рода Блэкбернов, и она отвергла тебя!
Дьявол вздрогнул. Воспоминания испарились. Гнев сверкнул в его глазах и тут же пропал, но Колли ощутил холодок в позвоночнике.
– Мальчишка, много ты знаешь! Не Оливия меня отвергла. Ее отец поставил ее перед выбором: я или гостиница; в то время «Магнолия» была дворцом. А я был грязным рудокопом, бедным как церковная мышь, так что она предпочла заботу о гостинице, о своем доме и семье.
– Но…
Резким движением руки Дьявол заставил Колли молчать.
– Дослушай меня, парень. В ту ночь, когда она сообщила мне, что выбирает не меня, я поклялся себе, что добьюсь того, чего не добивался ни один Блэкберн. Как видишь, мне это удалось. Более того, я стал свидетелем их упадка. У меня были сыновья, а что у нее? У меня есть ферма, есть земля, деньги. «Магнолия» полностью принадлежит прошлому. И я еще доживу до того дня, когда она исчезнет окончательно.
– Но она не могла поступить иначе, если не любила тебя, – осторожно заметил Колли.
Дьявол издал неопределенный звук, который, наверное, должен был означать смешок.
– Хуже всего то, что она меня любила. Любила всем сердцем. Потому она так и не вышла замуж. И все-таки она отказалась от меня. И я ее разлюбил. Я понял, чего стоят подобные женщины. И я не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку. Забудь про Лейни Торн. Забудь про «Магнолию». Твоя жизнь здесь, на реке.


Колли последовал совету деда. Два с половиной года он провел на ферме у реки Тиммс-Форк, лишь изредка наведываясь в Спрингс.
Время от времени он видел Лейни – с матерью или отцом. На ферме она больше не появлялась, а в тех редких случаях, когда они с Колли оказывались достаточно близко друг от друга, Лейни не смотрела в его сторону.
Но в любую минуту Колли знал, где она.
И она против воли знала о его перемещениях – в Спрингсе все всем известно обо всех. Сердце Лейни всякий раз замирало, когда она слышала что-нибудь про своего маленького колдуна.
Так Колли знал, как Лейни встретила свой шестнадцатый день рождения, а она была в курсе того, что Альберт отправил Колли в Нэшвилл к Джеймсу, и он провел там несколько недель, вникая в премудрости управления семейными предприятиями.
В семнадцать лет Лейни и Дана попали в автомобильную аварию. Лейни отделалась тогда довольно легко. Колли услышал о происшествии немедленно и не сомкнул глаз всю ночь, мучительно размышляя, что ему делать, если она пострадала.
На следующий год кобыла, которую Колли сам приобрел для фермы Ролинса, произвела на свет жеребца, отцом которого был большой вороной конь. Этого жеребца продали на центральный ипподром штата Кентукки за сумму большую, нежели стоимость самого богатого дома в Спрингсе. Эта новость дошла до Лейни с комментариями: молодой Ролинс, Ролинс Бессловесный, мол, будет еще более хватким и богатым хозяином, чем Ролинс-старший. Тогда Лейни поняла, что в сердцах жителей города поселилась зависть к Колли. Сама она в глубине души гордилась им.
Она старалась убить в себе эту гордость, да и вообще всякую память о Колли. Ему уже исполнился двадцать один год, да и она миновала тот возраст, в котором детские мечты еще простительны. Его пренебрежение бесило ее. Ей следовало злиться на него сильнее, чем обывателям Спрингса.
Увы, она на него не злилась.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Внук Дьявола - Браун Лайза

Разделы:
Пролог

Часть I

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

Часть II

Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Часть III

Глава 10

Часть IV

Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16

Часть V

Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20

Ваши комментарии
к роману Внук Дьявола - Браун Лайза



Очень хорошая книга!!! Динамичная, глубокая, чувственная, непредсказуемая история. Держит в напряжении, интригует. Вкусно заваренная, интересно поданная. Спасибо автору!!!!!!!
Внук Дьявола - Браун ЛайзаВалентина
12.04.2014, 1.07





Не скажу, что роман уж очень понравился. До конца конечно дочитала. Героя жалко, ему много испытать пришлось. Героиня немного с приветом, как впрочем все в ее семейке. Ну все закончилось хэпи эндом.
Внук Дьявола - Браун ЛайзаАнна
12.04.2014, 23.39





Книга Класс!!! Очень захватывает!
Внук Дьявола - Браун ЛайзаЛена
14.04.2014, 13.22





От такого обилия событий и персонажей голова идет кругом. Автор перемудрила.
Внук Дьявола - Браун Лайзаren
30.11.2014, 1.07





Начало какое-то мутное, а финал очень даже ничего
Внук Дьявола - Браун ЛайзаElen
1.02.2016, 18.58





Интересный роман. Не оторваться. Советую прочитать
Внук Дьявола - Браун ЛайзаДиана
4.04.2016, 14.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100