Читать онлайн Замок снов, автора - Брантуэйт Лора, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Замок снов - Брантуэйт Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Замок снов - Брантуэйт Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Замок снов - Брантуэйт Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брантуэйт Лора

Замок снов

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

«Серый мрак сегодня был другим. Странно, я уже начинаю отслеживать изменения в нем. Просто этого, кажется, нельзя было не почувствовать. И не заметить тоже нельзя: он стал более цветным, как сумерки в комнате, где много ярких, радужных вещей, и непонятно, то ли синевато-серая сетка покрывает их, то ли, наоборот, на сером фоне начинают проявляться краски. А потом появился Он. Просто воздух вокруг меня взял и сгустился, и из этой густоты выступил Он. «Дух как дух», – сказал бы тот, у кого опыта общения с этими… э-э… личностями побольше моего. А я стоял и изо всех сил старался не слишком таращиться на нового персонажа. Персонаж был высокий (или про духов нужно говорить удлиненный?), в очень серенькой одежде, но с весьма выразительными желтыми глазами. Он мне ухмыльнулся.
– Приветствую, – произнес дух и сделал едва уловимый человеческим зрением круг возле меня.
Я кивнул, не рискуя использовать голос. Вряд ли он мне подчинялся в тот момент.
Дух обвел меня долгим оценивающим взглядом, после чего его лицо приняло прямо-таки сочувственное выражение.
– Хочешь называть меня как-нибудь?
Я подумал было ответить: мол, не уверен, что вообще хочу называть тебя. Но из вежливости все-таки снова кивнул.
– Ладно. Имени у меня нет, но ты зови меня Ларом.
– Лар, – ошарашенно повторил я.
– Верно! – обрадовался дух. – Вот видишь, мы подружимся.
У меня закружилась голова.
– Как тебе тут у нас? – тоном светской беседы осведомился Лар.
– Странно, – совершенно искренне ответил я. – Но, кажется, начинаю понемногу привыкать. Соседи все-таки… – Ой, что я такое несу?!
– Чудесно! – расцвел дух. Потом резко посерьезнел и впал в задумчивость.
Краем сознания я отметил, что, по-видимому, мы куда-то шли. Во всяком случае, все новые пятна красок распускались вокруг. Я получал непривычные ощущения от своих сокращающихся мышц, но уловить какие-то другие признаки перемещения мне не удавалось. Лар в благоговейном молчании скользил то слева, то справа от меня, видимо перемещаясь неосознанно, механически.
– Знаешь что? – Дух обратил на меня глубокий, проницательный и несколько печальный взгляд своих желтых глаз.
– Что? – Меня начинала забавлять эта ситуация.
– Я ведь и сам не знаю, зачем меня к тебе послали.
– Как послали? Кто послал?
Лар безнадежно махнул рукой. Подвернувшееся розовое нечто, по форме очень напоминающее пышную ветку сирени, скользнуло сквозь его полупрозрачные пальцы. Лар не заметил.
– Говорю же, не знаю. Просто я оказался рядом с тобой. А случайностей здесь не бывает – совсем как у вас. Значит, именно там, то есть здесь, возле тебя, я и должен находиться. Понимаешь?
– Угу.
– Было бы еще здорово, если бы я знал, для чего это нужно.
– А… э-э… опыт общения у тебя уже был?
– Ну да, – напустив на себя скромный вид, ответил Лар. – Только тогда я изначально все понимал… Не как сейчас.
Мне почему-то стало жаль духа, такой растерянный вид у него был. Он помолчал еще с минутку. За это время мы прошли через разлив тепла. Я ощутил запах скошенной разогретой солнцем травы и уловил звуки мелодичной девичьей песни.
– Ты когда-нибудь думал, что она такая, эта ваша любовь? – усмехнулся Лар.
– Какая?
– Ну, ты же не мог этого не заметить. Мы только что прошли через ее след.
– Что-о?
– Ведь это только чье-то впечатление. Сгусток ощущений в сознании. Не знаю, как объяснить. В общем, от всех ваших чувств остаются здесь такие следы. Иногда они очень красивые, иногда… – Лар вздохнул и сделал многозначительную паузу. – Ой, я придумал! Ты спрашивай меня, а я постараюсь отвечать. Может быть, ты и узнаешь то, ради чего тебя сюда допустили.
– А… Лар, как ты узнал, что это была любовь?
– То есть как это – как? – изумился он. – Почувствовал ее. На тот миг, на который прикоснулся к следу. А ты разве нет?
Я покачал головой, очень надеясь, что Лар не видит, что я нахожусь на грани истерики. Одно дело – бродить по потусторонним сумеркам и пытаться вернуться домой. Это хотя бы на кошмар похоже. А тут – с желтоглазым духом в старомодном костюмчике разговаривать на экзистенциальные темы!
– Ну да, разумеется, вам же дано это переживать на самом деле, – протянул Лар. Мне показалось, что в его голосе прозвучали нотки зависти».


Тэсс с наслаждением потянулась, чтобы размять затекшие мышцы. Все-таки работа с ноутбуком в положении «лежа на животе» – дело не из легких. Но картины потустороннего мира сами собой рождались в глубинах сознания Тэсс, образы свободно оформлялись в слова, и ей оставалось только успевать записывать. Уже несколько месяцев Тэсс не работала с таким удовольствием, как в последние два дня в «Белой долине». Радость свободного творческого настроения омрачалась только тупой тянущей болью в копчике, от которой вполне можно было отвлечься, уйдя в вымышленный мир, но спать с которой было решительно невозможно. Тэсс удалось подремать несколько часов днем, пока действовало обезболивающее, но теперь, твердо решив не становиться анальгетикозависимой, она не могла сомкнуть глаз. Благо, что работу можно в принципе делать лежа… Тэсс с чувством какого-то затаенного торжества вспомнила тот миг, когда проснулась на закате и увидела рядом Грегори. Он делал вид, что внимательно читает Ремарка. Но на самом деле Тэсс видела из-под полуопущенных век, что он смотрит на нее…
В ее груди родился тихий счастливый смех.
Собственно говоря, от течения творческой мысли Тэсс отвлекло даже не напряжение в мышцах, а одна из странных реакций ее писательской психики. Когда Тэсс много работала, у нее могли появляться гастрономические капризы не хуже, чем у беременных женщин. И сейчас ей до полусмерти захотелось молока с шоколадным печеньем. Последние две минуты Тэсс была занята размышлениями на тему, насколько удобно в половину второго ночи поднять Мэри и заказать ей выпечку, если нужного печенья в доме не окажется…
Тэсс осторожно встала. Ходить было больно, но она решила не давать себе поблажки. Ей и так насилу удалось отправить Грегори, в котором внезапно пробудилось призвание сиделки, спать в свою комнату. Кажется, он твердо уверился в том, что Тэсс пострадала по его вине и что поставить ее на ноги его первейший долг. Было видно, что без боя Тэсс из постели никто не выпустит. В ближайшие дни по крайней мере. Сейчас она решила воспользоваться сладкой минутой свободы и одиночества, чтобы размять ноги – спуститься на кухню. Сунув ноги в мягкие тапочки, чтобы не шлепать по холодному полу босыми пятками, Тэсс стала крадучись пробираться к двери. Она не была уверена в том, что слух Грегори не уловит ее шагов: он ведь дух дома… Самое трудное – открыть дверь так, чтобы она предательски не скрипнула. А этому секрету Тэсс еще не обучилась. Собравшись с духом, она взялась за ручку двери и потянула ее на себя – осторожно-осторожно…
– А-а-а! – закричала она. Конечно, закричишь тут, если на пороге твоей комнаты среди ночи является высокая фигура, да еще тянет к тебе руку!
Грегори молниеносно оказался в комнате, схватил Тэсс и зажал ей рот ладонью.
– Тихо! Ты чего кричишь, все спят?! – раздался у нее над ухом раздраженный шепот.
Тэсс во второй раз за день ощутила себя в объятиях Грегори. Его руки были сильными и горячими. Она слышала, как гулко бьется его сердце, его прерывистое дыхание… Кажется, он испугался не меньше ее. Но Тэсс не думала об этом. В голове была только одна мысль: лишь бы подольше не отпускал.
Грегори опомнился и освободил Тэсс. Закрыл дверь.
И как у него получается так бесшумно?
– И вообще, кто тебе позволил вставать?! – То, с какой яростью атаковал Грегори, говорило в пользу версии, что близость Тэсс его смутила и он пытается преодолеть неловкость. Как умеет.
– А кто мне может запретить это делать?! – вскипела Тэсс.
– Я могу! – отрезал Грегори. Он аккуратно толкнул ее на кровать и накрыл одеялом. – Так лучше, – удовлетворенно заметил он. Лицо его оставалось суровым, но в глазах блестели веселые искорки.
Сил сопротивляться у Тэсс не было.
– Так нечестно, – только и сказала она, устраиваясь поудобнее. – Пользуешься моей слабостью.
– Скорее все-таки своей силой, – со спокойной наглостью сказал Грегори. Он стоял рядом с кроватью, сложив руки на груди и чуть запрокинув голову, и смотрел на Тэсс сверху вниз.
Она сделала обиженное лицо.
– В конце концов, ты не врач. И давать какие-то рекомендации по поводу постельного режима права не имеешь.
– Может, и не врач. Но опыта по части ушибов у меня побольше твоего. Так что, если ты разумная взрослая женщина, а не девчонка, которой хочется покапризничать, то ты меня послушаешь.
Аргумент Тэсс был убийственен. Во всяком случае, Грегори никак не ожидал ее следующей фразы:
– Я молока хотела, между прочим. Теплого. С шоколадным печеньем.
– Что может быть проще? – Грегори направился к двери, потом обернулся, сделал еще более строгое лицо, чем обыкновенно, и велел Тэсс не вставать с постели.
Та кивнула с самым серьезным видом, но стоило шагам Грегори удалиться по коридору, как Тэсс вскочила с постели, чтобы просто из вредности сделать пару-тройку кругов по комнате.
Никогда в жизни, ни от одного мужчины я не чувствовала веяния такой спокойной и уверенной силы. Он великолепен!
Тэсс едва успела забраться под одеяло и расправить складки на нем, как дверь открылась и явился Грегори с подносом, на котором стояли две чашки горячего молока и вазочка с вожделенным печеньем. Он подозрительно оглядел свою пациентку, потом комнату, но, видимо, не заметил ничего необычного. То есть улик. Вряд ли он предполагал, что Тэсс расхаживала туда-сюда в его отсутствие.
Глядя, с каким проворством она поглощает долгожданное лакомство, Грегори усмехнулся.
– Никогда бы не подумал, что… э-э… женщина вроде тебя может ночами есть сладости!
– А почему? – Тэсс старалась жевать и не уходить от разговора одновременно.
– Ты такая миниатюрная, – просто сказал Грегори.
На лице Тэсс блеснула улыбка.
– Это ненадолго, судя по тому, что ты собираешься лишить меня моциона, а Мэри будет откармливать, как рождественского поросенка.
Грегори задумчиво пил молоко.
– Завтра я привезу тебе врача. Ты права, нужен совет специалиста. Может, у тебя перелом… – помолчав, сказал он.
– Ага, именно – перелом хвоста! – прыснула Тэсс.
Грегори оставался серьезным.
– Не смешно, потому что последствия могут быть весьма плачевны.
– Разумеется. – Тэсс напустила на себя академический вид. – Сломанный хвост абсолютно нефункционален!
– Слушай, ложись спать, а? – нахмурился Грег. Шутку он проигнорировал. Он буквально выхватил из рук Тэсс ноутбук, с которым она принципиально не желала расставаться.
– Не могу, – тихонько произнесла Тэсс. Это было скорее проявлением природного упрямства: глаза у нее после теплого молока действительно слипались. Ушибленное место беспокоило гораздо меньше.
– Что ж, тут я тебя принудить не могу. – Грегори заложил ногу на ногу и открыл своего Ремарка.
– А ты спать не пойдешь? – изумилась Тэсс.
– Забыла? У меня же бессонница.
Тэсс подумала было, что нехорошо, если малознакомый мужчина остается в спальне женщины на ночь… И заснула. В эту ночь она спала без сновидений.


Утром Тэсс проснулась от тревожного ощущения – ощущения присутствия в комнате постороннего человека. Открыв глаза, она увидела вполне безобидного кругленького мужчину с седыми старомодными бакенбардами и усами. Грегори что-то шепотом объяснял ему, мужчина понимающе кивал. Тэсс отметила, что лицо Грега бледнее, чем обычно, а под глазами залегли голубоватые прозрачные тени. Ну точно, не спал всю ночь! Тэсс было стыдно признаться себе, каким приятным теплом отдалась в ее сознании эта мысль.
– А-а, проснулась! – обрадовался незнакомец. – Здравствуйте-здравствуйте, мисс Гринхилл. Позвольте представиться: Энтони Хиггинс. Я врач. – Толстяк протянул Тэсс для пожатия маленькую пухлую руку. – А вы, стало быть, моя новая пациентка. Грегори разбудил меня ни свет ни заря, я примчался из Солти. Грег посвятил меня в подробности событий…
– Да ничего серьезного, – бодренько ответила Тэсс. – Уже почти не болит.
– Ну это мы сейчас проверим. Если Грег нас оставит. – Мистер Хиггинс выразительно посмотрел на Грегори.
Тот с хмурым видом поспешно закрыл за собой дверь. Он стоял там минуты три, напряженно прислушиваясь, готовый, наверное, к тому, что из комнаты раздастся душераздирающий вопль Тэсс. Тихо. Хиггинс сам открыл ему дверь.
– Ну что ж, Грег, вам и вашей очаровательной… – Хиггинс явно хотел сказать «хозяйке», но мудро прикусил язык, зная о нраве Грега, который даже мистера Селти хозяином не называл, – подопечной повезло. Без рентгена трудно сказать наверняка, но по характеру болей и отсутствию жара мне кажется, что перелома нет. Ушиблись, мисс. Вот мазь, трех втираний в день будет вполне достаточно. А недели через две и не вспомните.
Грегори с облегчением выдохнул, Тэсс показала ему язык из-за спины Хиггинса.
– А постельный режим? – тут же вспомнил Грег.
– Ну… недельки вполне будет достаточно. А потом можно будет смотреть по самочувствию.
Лицо Тэсс приняло тоскливое выражение. Она с мольбой смотрела на Хиггинса в то время, когда он собирался и прощался, но под взглядом Грегори выразить протест почему-то не решилась. Она проводила доктора долгим печальным взглядом и тяжко вздохнула. Грегори пошел провожать доктора. Когда он закрывал за собой дверь, в его глазах читалось торжество.
В общем, следующие несколько дней Тэсс пришлось провести в горизонтальном положении. Ей даже казалось, что Грегори ничем больше не занимался, только следил за тем, чтобы она соблюдала постельный режим. Состояние блаженной дремотной лени и покоя постепенно охватило ее. Писать ей никто не запрещал, фразы рождались легко и свободно. И можно было подолгу лежать под теплым одеялом, смотреть на огонь в камине, ловить в пляске пламени что-то, невидимое другим, открытое ей одной, а потом спешить, стараясь успеть облечь в слова каждый образ.
На третий день своего пребывания в «Белой долине» Тэсс позвонила-таки Джону. На работу. Секретарша сказала, что он уехал в командировку на пять дней. Тэсс попросила передать ему, когда вернется, что у нее все в порядке, оставила свой номер и со спокойной совестью положила трубку. Джон и вправду позвонил, правда не через пять дней, а через шесть. Говорить было как-то решительно не о чем, кроме как: «Я безумно соскучился, жду твоего возвращения». – «И я…». После этой откровенной лжи Тэсс несколько часов хандрила, пытаясь понять, почему же отсутствие человека, с которым она живет уже четыре года, было ей столь безразлично. Она старалась успокоить себя тем, что просто ее захлестнули свежие впечатления и вдохновение. Вышло как-то малоубедительно.
Грегори много времени проводил у постели Тэсс, объясняя это тем, что стоит отвернуться, как «эта безответственная леди» сразу же встанет, начнет расхаживать по дому и затянет таким образом процесс выздоровления. Он был неразговорчив, но Тэсс с удивлением отметила, что Грегори – один из тех редких людей, с которыми можно молчать и все равно чувствовать их поддержку и близость. Просто он был здесь, читал, просматривал бумаги, иногда весьма лаконично передавая Тэсс суть заводских дел. Долгие часы, проведенные вместе, рождали ощущение странного родства. Тэсс не говорила об этом с Грегори, но какой-то частью своего существа наверняка знала, что он тоже это чувствует и ему это нравится. Тэсс кожей научилась распознавать его присутствие в комнате, и, проснувшись и еще не открывая глаз, она могла наверняка сказать, рядом Грегори или нет.
Мэри только загадочно усмехалась, принося им обед или чай в комнату.
Тэсс блаженствовала. Она сама себе удивлялась, но эти дни болезни были не так тягостны, как она ожидала вначале. Ее даже не тянуло из дома. Просто было очень хорошо и спокойно, и она упивалась этим состоянием мира и равновесия.


Я влюбляюсь?
Тэсс не знала, когда и откуда возникла эта мысль, не была ли она отголоском какого-то загадочного сладкого сна, которого она не помнила. Не знаю.
Если это и было состояние влюбленности, Тэсс не могла сказать точно. Она знала только, что раньше такого с ней не происходило, что никогда, ни с одним мужчиной не чувствовала она себя так… гармонично, что ли. Ей казалось, что она на какой-то момент попала в другой мир, мир, где не нужно суетиться, не нужно ничего из себя изображать, где можно раскрыться полностью, суметь заглянуть в свою душу и раскрыть ее всю в книге – без боли и надрыва, как бывало раньше. Где можно знать человека меньше недели и не воспринимать его как чужого. В этом мире мне хотелось бы прожить всю жизнь.
Когда в тот вечер они с Грегори пили чай, от камина падал красноватый дрожащий свет, будто легкая рябь на поверхности озера. Тэсс и Грег молчали. Она случайно встретилась с ним взглядом. Он смотрел прямо, пристально, с таким выражением, будто видел собеседника насквозь, читал его мысли. Что-то невысказанное и тревожное промелькнуло в его темно-серых глазах. Тэсс вспомнила о вопросе, заданном себе. Она опустила глаза и покраснела. Грегори, кажется, ничего не заметил.
Но ту ночь он провел у себя, сказав, что слишком устал, и отшутившись по поводу того, что вряд ли даже Тэсс взбредет в голову ночью изображать привидение и расхаживать по дому.
Тэсс видела тогда неясный сон, из которого уловила только впечатление от какого-то сада летней ночью: сверчков, влажный, теплый воздух и почему-то ощущение прохладной травы, прикасающейся к обнаженной коже.
…Шли дожди. Тэсс уже десять дней провела в постели, и только сегодня Грегори позволил ей ненадолго покинуть комнату. Она отправилась осматривать еще не исследованные уголки дома. Напротив ее комнаты была спальня мистера Селти. Тэсс была поражена скромностью и простотой обстановки даже по сравнению с ее комнатой. Мебель была простая и добротная, без каких-либо изысков, тоже, разумеется, старинного образца. То же Тэсс обнаружила и в кабинете, расположенном рядом со спальней. Она искренне удивилась и потом укорила себя за это, когда увидела на столе компьютер. Это был обрывок того мира, из которого явилась сюда Тэсс, и нельзя сказать, что этот предмет царапнул только ее эстетическое чувство: все-таки не очень он смотрится в классическом кабинете начала двадцатого века…
Рядом была комната Грегори, а напротив – Мэри. Стэнли жил наверху. На третий этаж можно было подняться только по боковой лестнице. Стэнли занимал одну из четырех комнат, остальные за ненадобностью были закрыты. Тэсс впервые за время пребывания в «Белой долине» ощутила приступ беспричинного страха. Вспомнились все кошмары про двери, за которыми ждет что-то неизвестное и опасное. Мэри предложила Тэсс ключи от этих комнат, но она отказалась и поспешно ушла из этого коридора, где столь многое напоминало о страшных снах. Толстый, немного пыльный ковер на полу неприятно заглушал звук шагов. Тэсс почти обрадовалась звонкому стуку каблуков по ступеням лестницы.
Коридор второго этажа заканчивался выходом на балкон. Тэсс открыла дверь. В лицо ей ударил холодный ветер, оставив ощущение прикосновения сотен крохотных капелек влаги. Но за сеткой дождя Тэсс увидела дорогу, по которой пришла сюда, холмы с жестким покрывалом осенней травы, лес, переливающийся оттенками зеленого, желтого и коричневого. И над всем этим – низкое жемчужно-серое небо, которое словно хотело опуститься еще ниже и растворялось в дожде.
– Простудишься. – Рука Грегори легла на ее плечо.
Как она умудрилась не заметить его приближения? Ладонь была горячей, но теплая волна, пробежавшая по телу от его прикосновения, вряд ли имела к этому прямое отношение.
Словно почувствовав ее реакцию, Грегори быстро убрал руку.
– Пойдем. Если хочешь, вечером можем пройтись по окрестностям.
– Да.
Грегори отвернулся и быстро ушел, оставив Тэсс раздумывать над тайной пластики его изломанной походки.
Прогулки стали ежевечерними. Грегори был особенно замкнут, и Тэсс не знала, с чем это связано: ведь в какой-то момент, еще в первые дни знакомства, ей показалось, что брешь в его обороне пробита, что стена дала трещину. Но чем дольше они были знакомы, чем больше времени проводили вместе, тем молчаливее становился Грегори. Время, когда Тэсс радовалась этому разговору без слов, прошло. Теперь ее охватывало недоумение.
Джон звонил через день. Говорить было не о чем.


Тэсс проснулась поздно. От солнечного света, который бил в глаза. Ветер сильный. За окном действительно необыкновенно звонко шелестели увядающие листья на деревьях. Тэсс казалось, что она слышит и тот шорох, с которым ветер гоняет опавшую сухую листву по лужайке перед домом.
Утро и вправду выдалось чудесным, радуя после череды дождливых дней. Вместо приветствия за завтраком Грегори встретил Тэсс фразой:
– Я решил сделать тебе подарок. – Произнесено это было таким тоном, будто речь шла о срочной выплате огромной суммы долга. Нарочито сухим тоном.
Тэсс захлопала ресницами. Нельзя сказать, чтобы она не испугалась.
На самом деле Грегори нервничал из-за своей лояльности. Просто ему очень захотелось, пользуясь погодой, устроить Тэсс верховую прогулку. Естественно, и речи быть не могло о том, чтобы Тэсс ехала на лошади сама.
Интересно, а когда он меня теперь вообще будет в одиночестве к лошадям подпускать?
Грегори еще раз пять уточнил, точно ли копчик ее больше не беспокоит, и столько же повторил, чтобы она оделась потеплее. А потом Тэсс стояла во дворе, рассеянно наблюдала за тем, как он выводит крупного вороного жеребца с особым седлом, и думала только о том, что через несколько минут она будет сидеть с ним на лошади и чувствовать спиной тепло его тела. От этой мысли сердце замирало в сладком предвкушении, пропускало удары и прерывистыми толчками гнало кровь по венам.
Лошадь шла шагом. Грегори молчал и напряженно дергался каждый раз, когда Тэсс пыталась устроиться в седле поудобнее и хотя бы чуть-чуть изменить положение тела.
День был ясный, свежий, чистый, будто бы омытый прошлыми дождями. Над золотистыми холмами раскинулось пронзительно-синее небо. Тэсс наслаждалась этим небом, холодным ветром, который остужал ее разгоряченное лицо… Слава богу, что Грег не догадывается, отчего так разрумянились щеки! Или догадывается?.. Тэсс казалось, что у нее на лице должно быть выражение полного счастья. Мы никогда не были так близки друг к другу! Сколько же я потеряла! Безотчетно Тэсс чуть откинулась назад и прислонилась головой к плечу Грегори. Ей показалось, что он вздрогнул. Немного отстранился, очень осторожно.
– Рысь выдержишь?
– Конечно. – Тэсс недоумевала по поводу реакции Грегори. Чего он боится?
Ритм движения изменился. Ехали минут сорок. Тэсс порядком устала. Заметив это, Грегори придержал коня.
– Потерпи. Почти приехали.
– А куда?
– Увидишь. Тебе должно понравиться.
И Тэсс увидела море. Они въехали на безлесный холм, плоская вершина которого внезапно обрывалась вниз. А внизу бились о крупные блестящие камни волны в обрывках белой пены. У Тэсс закружилась голова от восторга. Грегори спешился и помог ей. Она не торопилась отнимать у него руку. Просто стояла, замерев от сильного впечатления: холм, поросший уже тусклой осенней травой невнятного оттенка, был самым бледным островком в мире, потому что под ногами дышало море, на его темных волнах зеленовато-синего цвета тут и там мелькали белоснежные перышки пены. Волны настойчиво и беспрерывно касались валунов, которые были того цвета, что стоит на грани между серым и черным, и, сколько ни всматривайся, невозможно сказать точнее. А над всем этим лежала бездонная синева чистого неба, хотя даже не лежала, нет, она просто затопляла весь остальной мир. Тэсс подумалось, что Космос должен быть не черным, а таким, как эти небеса.
Ошеломленная, Тэсс обернулась к Грегори. Должно быть, в ее широко распахнутых глазах отражался весь этот мир, потому что он, не говоря ни слова, ответил ей долгим взглядом. Тэсс, правда, не могла сказать, чего в нем было больше: нежной внимательности или непонятной напряженности.
– Пройдемся? – хриплым голосом предложил он.
Она кивнула.
Ведя Сатурна в поводу, они пошли вдоль берега. Как всегда, молчали. В одном месте с холма можно было спуститься прямо к воде. Грегори не пошел, сославшись на то, что коню там не пройти.
– Только ноги не замочи! – взмолился он, глядя, как Тэсс соскальзывая пытается пройти по камням к самой линии прибоя.
Она оглянулась. Ветер разметал ее волосы, и она поправила их невероятно грациозным движением руки. Она стояла спиной к морю, хрупкая фигурка ярко освещена солнцем, и смотрела на Грегори снизу вверх, думая о том, как он красив сейчас, одетый во все черное, с серебристыми волосами, в которых тоже плещется ветер, а еще о том, какая это глупая мысль и что надо сделать что-то, чтобы рассеять напряжение, возникшее между ними. Что именно, Тэсс решительно не знала. Она только ясно улыбнулась и помахала ему рукой. Грегори опустил глаза.
На обратном пути Тэсс попросила его ехать только шагом («Кажется, боль возвращается…») и думала лишь о том, чтобы как-то продлить их чудесную прогулку, чтобы еще хоть сколько-то минут побыть с ним рядом. Грегори кивнул. Тэсс повернулась к нему.
– Это твое любимое место?
– Да.
Его лицо было так близко, что Тэсс могла уловить тепло его дыхания, разглядеть все переливы цвета в глазах, увидеть в зрачках свое отражение. Когда он выдохнул «да», она буквально почувствовала движение его губ. Не отдавая себе отчета, Тэсс потянулась к нему для поцелуя. Глаза Грегори на мгновение испуганно расширились и он опустил голову. Тэсс осознала свое движение и почувствовала, как неумолимо приливает к щекам краска. Почему он не захотел?!
Весь день Тэсс ходила, как в бреду, не в силах справиться с нахлынувшим потоком желаний и страстей. Она даже не знала, что мучило ее больше: острый чувственный голод, стыд от того, что она пожелала мужчину, который не сделал первого шага, или же изумление от его поведения. Грегори куда-то исчез. Мэри сказала, что он занимается с лошадьми. Первым порывом Тэсс было пойти к нему и вызвать на разговор, но что сказать?
– Мисс Тереза, вы не заболели? – Мэри была искренне обеспокоена бледностью Тэсс и ее потусторонним, отсутствующим взглядом.
Тэсс взглянула на свои руки и увидела, что они дрожат. Она так ушла в мир своих переживаний, что не заметила, как ее начал бить озноб. Жара Тэсс не чувствовала.
– Все хорошо, Мэри. Но мне действительно лучше прилечь. Затопи, пожалуйста, камин в моей комнате. – Тэсс поставила на стол чашку с горячим чаем. По поверхности темной жидкости расходилась рябь. Чашка растерянно звякнула о блюдце.
Она поднялась наверх вслед за Мэри и упала на постель. Через несколько минут, согревшись, она забылась тревожным сном. Кажется, в дремотном оцепенении она видела, как в комнату заходил Грегори, осторожно прикасался к ее лбу ладонью, чтобы проверить, есть жар или нет. Мэри внимательно следила за его движениями, стоя на пороге комнаты. Грегори отрицательно покачал головой, и Мэри ушла. Он тоже не остался с Тэсс.
Она проснулась и буквально физически ощутила густую, плотную темноту, царившую за окном и пробравшуюся в комнату. Тлели горячие угли в камине. Тэсс зажгла свет, чтобы как-то разогнать мрак – хотя бы тот, что был вне ее души… На часах было без четверти два. Тэсс зарылась лицом в подушку. Спать больше не хотелось. Ей предстояли долгие мучительные часы без сна до самого рассвета…
Я не могу так больше… Он мне нужен, нужен! Его горячие руки, острый взгляд. Почему он противится этому?! Господи, дай мне силы! Нет, я не могу сопротивляться. И не хочу. Я люблю его. Я должна быть с ним. И он станет моим!
Тэсс встала. Я пойду и выясню все. Сейчас же! Иначе сойду с ума. Она оделась и тихо вышла из комнаты. В коридоре горели несколько ночников. Дом спал. Тэсс беззвучно кралась к его комнате. Света не было. Читает, наверное. Она так же неслышно спустилась в библиотеку по боковой лестнице, но там было пусто. Спит?! Снова поднялась наверх. Ни шороха в доме, только глухо и часто бьется сердце, звук его неприятно отдается в ушах. Дверь комнаты Грегори была не заперта. Она легко и беззвучно подалась, когда Тэсс нажала на ручку.
В темноте она не могла видеть Грегори, но в полной тишине слышала его дыхание – ровное, спокойное. Он спал. Тэсс замерла. Потом, еще не зная зачем, она тихо вошла и закрыла за собой дверь. Глаза понемногу привыкали к темноте. Смутный силуэт на кровати стал различим. Грегори лежал, раскинув руки. Тэсс видела перед собой мужчину, которого любила. Теперь она знала это наверняка. Он был беззащитен и поэтому трогателен. Она бесшумно подошла к кровати и опустилась возле нее на колени.
Ты спишь, милый. Ты не знаешь, как много мне тебе нужно сказать, не знаешь, как мучаешь меня. Или знаешь? Неважно. Я ни в чем тебя не упрекну. Но я так хочу быть с тобой, если бы ты мог себе представить! Быть рядом, близко-близко, прикасаться к тебе, чувствовать твое дыхание на своем лице…
Тэсс неосознанно протянула руку и дотронулась до плеча Грегори. Он пошевелился.
Обнимать тебя, целовать твои волосы, губы, ощущать ласки горячих ладоней на своей коже! Грегори
Тэсс стиснула зубы и издала сдавленный стон.
Разве я думала, что хоть один мужчина когда-нибудь станет таким желанным?
Что-то неясное, неоформленное, жгучее поднималось из самых глубин ее существа.
Я… Что я делаю?!
В этот момент ладонь Грегори накрыла ее пальцы. Он вздохнул.
И как в омут с головой.
– Я иду, любимый. Сейчас, – прошептала Тэсс. Она легко выскользнула из одежды и опустилась на постель рядом с ним. Что, если не любовь, толкало ее на это безумие? Я не пожалею, милый. И ты не пожалеешь.
Тэсс ласково, едва касаясь, провела пальцами по обнаженной груди Грега, запечатлела легкий поцелуй у уголка его губ. Грегори хрипло застонал и привлек ее к себе.
Тэсс показалось, что она провалилась в сон – сон наяву, сладкий, жаркий, наполненный истомой, затопившей все ее существо. Бессчетное количество раз он приникал к ее губам в поцелуе, и это было так томительно, несло такой восторг… Тэсс едва сдерживалась, чтобы не застонать. Казалось, поцелуи длятся лишь чуть меньше вечности.
Руки Грегори то медленнее, то быстрее скользили по ее коже, пальцы, казалось, хотели изучить каждый сантиметр ее тела. Тэсс чувствовала, как ее увлекает какой-то могучий поток, что сил сопротивляться ему нет и не имеет смысла, потому что можно умереть и не изведать большего наслаждения. Движения Грегори были сильными и наполняли каждую клеточку ее тела восторгом. Тэсс с наслаждением покорялась мужчине, признавая его древнюю, непреодолимую, желанную власть над собой. Поток страсти уносил ее все дальше и дальше, и, когда Грегори увлек ее за собой в бездну самого большого счастья, которое только дано человеку, Тэсс заглушила вскрик, прижавшись зубами к его плечу.
Потом обессилевшая она лежала в его объятиях, тело было наполнено блаженной усталостью. Я люблю тебя, люблю, люблю! Ты сделал меня самой счастливой женщиной на свете. Теперь можешь забрать мою жизнь, она принадлежит тебе. Спасибо.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Замок снов - Брантуэйт Лора

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Замок снов - Брантуэйт Лора



роман чудесный прочитайте советую
Замок снов - Брантуэйт Лоралеля
20.12.2011, 20.11





Хороший роман! Хотя, мне бы больше хотелось прочитать книгу героини "В сумерках". Уж очень интересное было начало!
Замок снов - Брантуэйт ЛораЮлия...
26.12.2013, 17.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100