Читать онлайн Танцующая фея, автора - Брантуэйт Лора, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Танцующая фея - Брантуэйт Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.77 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Танцующая фея - Брантуэйт Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Танцующая фея - Брантуэйт Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Брантуэйт Лора

Танцующая фея

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

– О, извините меня, я не хотел, я действительно не хотел! – Не по-мужски тонкие пальцы торопливо мнут бумажную салфетку, стирая следы от яркого грейпфрутового сока с белоснежной рубашки официанта. – Так неловко…
И «так неловко» бывает слишком часто. Пора бы привыкнуть и относиться к этому попроще. Так нет же!
Фрэнк Хамп чувствовал, как яркие розовые пятна неумолимо проступают на его щеках и шее, уши тоже краснеют…
Вздох. В нем проскользнули и обреченность, и прямо-таки буддистское принятие ситуации, и тонкий оттенок самоиронии.
В общем, чрезмерная застенчивость порождает замкнутый круг: всегда страшно сделать что-то не так, всегда напряжены нервы, а если от природы ты еще и не слишком ловок, то вероятность того, что по твоей вине случится какая-нибудь неприятность, пусть даже самая мелкая, возрастает в геометрической прогрессии. И чем больше их случается, тем крепче вера в то, что с тобой все время что-то не так. И все сначала…
В общем, Фрэнк был из тех, кому очень-очень тяжело не быть неудачником. И, возможно, даже вероятнее всего, плохо, что он так смиренно принял такую ситуацию… Однако, если бы снимали комедийный фильм, в котором в главной роли был Фрэнк Хамп собственной персоной, комедия получилась бы неплохой и явно романтической, а юмор в ней был бы построен не только на том, что главный герой поскальзывается на банановой кожуре.
Хотя и такое случалось. С кем не бывает?
Осознав себя как неудачника, Фрэнк научился наслаждаться всеми прелестями жизни такого рода людей. По крайней мере, ему так казалось. Может быть, парень и был к этому близок, но все еще краснел, когда каким-то более или менее тривиальным способом портил кому-то костюм.
Другое дело, что, стирая, например, остатки мороженого с платья какой-нибудь симпатичной девушки – честное слово, моя воля тут ни при чем!– так легко очаровать ее своей скромностью и милой неуклюжестью…
Скажем так: Фрэнк имел дар притягивать разного рода неприятности, которые, как ни странно, зачастую обращались для него в большое везение. Так что если кто-то и мог назвать Фрэнка Хампа неудачником – даже он сам, изредка, в дни меланхолии, – то уж несчастным он никогда не был и таковым себя не чувствовал.
Вот и сейчас Фрэнк извинялся перед официантом, которому и самому было неуютно, потому что трудно сохранять чопорный вид, когда тебе помогает гость праздника, где ты работаешь. Отбросив салфетку, Фрэнк тут же опомнился: нельзя же бессовестно мусорить на чужом газоне! Он торопливо наклонился за бумажкой, поднял голову и увидел…
Конечно, ее. Самую необыкновенную девушку, которую он только встречал.
Она была похожа на фею из какой-то экзотической страны, яркую, нечеловечески красивую и владеющую магией.
У волшебного создания были длинные струящиеся волосы, шелком лежащие на плечах и спине, темные миндалевидные глаза и платье цвета сапфира – глубокого, завораживающего оттенка.
Фрэнк забыл обо всем на свете: о том, что он сидит на корточках прямо посреди толпы гостей, которые прохаживаются туда-сюда и с удивлением оглядываются на странного парня, о том, что он зажал в руке испачканный лоскуток бумаги, о том, что пришел он сюда не один, а с очень милой девушкой, которую на днях чуть не сбил… Он видел только ее.
Щеки Фрэнка, от которых только что отхлынула краска, стремительно заалели снова. Просто так. Потому что он не мог отвести взгляд от незнакомой девушки.
И еще оттого, что немного боялся: вдруг она сейчас посмотрит в его сторону…
Однако Лорин почему-то не почувствовала на себе чьего-то взгляда. Она за весь день ни разу не обратила внимания на высокого тонкого парня в светло-сером костюме, очень молодо выглядящего, с чуть взъерошенными светлыми волосами и надетыми явно для солидности очками в тонкой оправе. Дело даже не в том, что Фрэнк едва ли мог претендовать на роль мужчины всей ее жизни, просто это было еще одной его особенностью. Его в принципе не замечали, пока не оказывались с ним бок о бок, да еще участниками какого-нибудь мелкого происшествия.
Нужно сказать, что Фрэнк очень стеснялся того, что в свои двадцать пять выглядит в лучшем случае на двадцать один, поэтому и носил очки вместо контактных линз и старался одеваться как можно более официально. От этого он выглядел вообще школьником, выдающим себя за какого-нибудь банковского служащего.
Фрэнк до самого позднего вечера ходил сам не свой. Он спотыкался о ножки чьих-то стульев и задевал локтями окружающих в полтора раза чаще обычного, в результате чего его новая знакомая перестала умиляться его неловкости и пришла в состояние легкого раздражения. И хотя в голове Фрэнка была одна только фея в синем, как он окрестил ее мысленно, сердце стучало часто и гулко, уши краснели, казалось, сами по себе, он почти не смотрел в сторону необыкновенной красавицы. Мешала то ли застенчивость, то ли какой-то страх, прежде не испытанный.
Впрочем, может, оно было и к лучшему, потому что, заметь его подружка пару лишних взглядов, брошенных в сторону одной и той же красивой женщины, Фрэнку не избежать бы скандала.
А так все прошло вполне мирно, и некая мисс Мэгги Баттлер просто решила для себя, что больше нигде не появится с этим клоуном. И звонить ему тоже не будет. И очки у него нелепые, а волосы на макушке вечно торчат. Когда спустя несколько часов Фрэнк об этом узнал, он не испытал ничего, даже облегчения.
Он просто хотел быть там, где была та девушка. Он ходил за ней тенью. И хотя молодой человек в принципе нестандартной наружности оказывался постоянно поблизости от Лорин, это ничего не меняло. Она не замечала его.
Фрэнк стоял, прислонившись к открытой симпатичной беседке, выкрашенной в белый цвет, и задумчиво теребил то место на пиджаке, где еще сегодня утром была аккуратно пришита темная пуговица, впоследствии успешно оторванная малышом его знакомых. Если бы его сейчас спросили, зачем он здесь, Фрэнк вряд ли вспомнил бы, что сегодня день свадьбы его двоюродного брата. Наверняка он ответил бы, что пришел посмотреть на то, как танцует ослепительная девушка в синем платье, которую подруги, он слышал, называли Лорин.
Лорин. Лорин… Необыкновенно. Как она сама. Как ее обжигающий танец. Она точно волшебница. Или, по крайней мере, танцовщица. Наверняка выступает где-то на Бродвее… Нужно будет узнать где и купить билеты. Я буду ходить на все ее выступления, дарить ей цветы, самые свежие и прекрасные, всегда алого цвета…
Фрэнк был мечтателем. Он всегда знал, «как все это будет», вплоть до мельчайших деталей. И совсем не важно, что он нечасто мог рационально взглянуть на ситуацию и проанализировать ее, а ясновидение все-таки в нашем мире вещь редкая. Главное ведь, что воображение живое. А живое воображение может украсить любую, даже самую сухо написанную страничку личной истории. И подарить тысячу красочных фантазий.
Когда Лорин ушла в глубину сада, Фрэнк не пошел за ней. Конечно, это был великолепный шанс познакомиться, тем более Мэгги была занята разговором с какими-то женщинами, но такой шаг требовал решимости, надежды и уверенности в своих силах. У Фрэнка же не было ничего, кроме надежды, поэтому он решил обезопасить свое «наступление», к тому же судьба благосклонно подмигнула ему и показала другой путь.
Фрэнк увидел, как фея, проходя мимо, дружески потрепала по плечу Лизу Уотсон, да, ту самую Лизу, с которой он познакомился еще полгода назад, застряв с ней в стеклянном лифте одного из торговых центров.
Господи, не может такого быть! Чтобы мне так вот запросто повезло… Не верю! Ой нет, Господи, верю, верю, только, пожалуйста, не передумай!
Фрэнк схватил с подноса проходившего мимо официанта два бокала с соком и решительно направился к Лизе.
– О! Привет! – Взмах длинных-предлинных ресниц над безмятежно голубыми глазами. – Как дела?
– Отлично! Как ты? – Фрэнк не был уверен, что Лиза помнит его имя, но было ясно, что она искренне рада его видеть.
Чудесная девушка. Похоже, все, что она делает, она делает так – искренне…
– Спасибо, все в порядке. Кстати, а что ты здесь делаешь и как я тебя раньше не заметила? – Лиза взяла предложенный ей бокал, аккуратно обхватив его пальчиками.
– Ну-у… это свадьба моего двоюродного брата. – У Фрэнка был ответ только на один вопрос Лизы.
– Надо же! Как тесен мир! Тот лифт… Никогда не забуду, это был мой самый волнующий поход за покупками. Ну в общем, наша встреча там, а теперь твой кузен женился на моей подруге…
– Правда? – просиял Фрэнк. – Вот здорово!
Только бы не покраснеть! Только бы не покраснеть… Нет. Краснею.
– А та девушка, что танцевала сейчас, тоже твоя подруга?
Ну естественно, ее не мог оставить равнодушной цвет моих ушей и шеи! Черт, это заметно даже ночью!
– Все в порядке… – Фрэнк постарался сказать это и весомо, и дружелюбно одновременно. – Душновато здесь.
Он выразительным жестом поправил узкий галстук, чуть ослабив узел. Лиза принялась хлопотать: отвела Фрэнка в более открытое, по ее мнению, для ветра место и потребовала поскорее принести воды со льдом.
Фрэнк, которому на самом деле было немного зябко, не слишком обрадовался такой заботе, но виду не подал.
– Удивительно, что я никогда не видел Лорин раньше. Она ведь тоже дружит с Элен, так? – Фрэнк старался как можно естественнее перевести разговор в нужное русло.
– Ну еще бы! Уже, наверное, лет десять! – Выражение озабоченности исчезало с лица Лизы по мере того, как цвет лица Фрэнка становился все более естественным.
Фрэнк медленно брал себя в руки. Сердце, кажется, устало колотиться пойманным воробьем и тоже успокаивалось.
– Ого! – с неподдельной радостью отреагировал Фрэнк.
Значит, я смогу с ней познакомиться через Элен. Нет, не то, я ведь и сейчас могу с ней познакомиться. Нужно что-то придумать. Что-нибудь необычное. Да, разработать план по завоеванию ее прекрасного сердца…
– Да, они вместе учились в колледже. Правда, Элен теперь работает в магазине, ну ты знаешь, а Лорин все же стала танцовщицей. Правда, теперь она больше преподает, чем танцует сама… Хотя еще совсем молодая, многого могла бы добиться…
Фрэнк провел с Лизой еще несколько чудесных минут наедине. Им было вправду хорошо вместе. Лиза готова была говорить сколько угодно, тем более что она действительно гордилась своей подругой. А Фрэнк был самым заинтересованным и благодарным во всех смыслах этого слова слушателем.
Милая, милая Лиз! Нужно будет послать ей букет. Красивый, и чтобы цветы были яркими, например алыми. Стоп. Где-то это уже было…
Фрэнк едва не наступил на ногу какому-то представительному джентльмену, но даже не заметил этого. Он шел, насвистывая, и учил про себя наизусть название места работы прекрасной Лорин.


Давным-давно перевалило за полночь. За окнами – совсем тихо, разве что прохладный ночной ветер шевелит листья липы под окном, заставляя их тихонько переговариваться между собой.
И в квартире – тоже тихо, лишь изредка из ванной доносится звук капель, которые срываются и разбиваются с едва слышным звоном: плохо закрыт кран.
Лорин лежала в своей постели уже почти час, а сна все не было. Ее не тревожила какая-то мысль, не беспокоили воспоминания, ничего не было, кроме ощущения пустоты и одиночества, которое накатывало, захлестывало с головой, придавливало, бросало в пустоту; обрывки забытья, когда в голове не было ни одного образа, ни одной мысли – только какое-то тягостное чувство.
Лорин никогда не думала, что будет кому-то завидовать. Тем более завидовать Элен. Просто потому, что она сейчас не одна, ее держит в объятиях мужчина, пусть не бог весть какой, но, если она выйдет в ванную, ей не нужно будет возвращаться в холодную постель, и, проснувшись, он обязательно пожелает ей доброго утра, она улыбнется…
…И нет у нее в жизни этой пустоты, которая подтачивает все, съедает, как болезнь, от которой не излечиться…
Такое бывает. С каждым. С Лорин – тоже, не так уж часто, но все-таки… Потому что днем – на виду: студенты, ученики, друзья, и нужно быть сильной, и обязательно верить в то, что твоя жизнь – правильна по сути. Оправдать себя. Оправдать свое одиночество – перед самой собой; потом так легко с другими, если веришь себе.
Лорин верила в себя. Старалась верить себе. И получалось, да. Но вот такими ночами, когда луна ярко и дико светит в окно, и на потолке лежат светлые пятна от электрического света фонарей и резные, жуткие и сказочные тени деревьев, а на простынях – полосы лунного света…
Тогда становилось нестерпимо.
Лорин резко села на постели.
Не могу.
Она торопливо натягивала на себя одежду – не получалось.
Вот черт!
Заело «молнию» на джемпере.
Нервным движением скинула с себя джемпер, быстро, путаясь в рукавах, нырнула в старенький шерстяной свитер.
Пальцы окоченели.
Света в квартире не включала. Лорин выбежала на улицу. Зачем? Она не знала. Просто хотелось бежать – быстро, долго, на другой конец…
…Хотя бы города.
На бегу собрала волосы в хвост. Четкий ритм пружинящих шагов.
Самоубийца? Ночью в Нью-Йорке одна… Да нет. Я просто гуляю.
– Могут же у меня быть свои маленькие причуды… – Лорин и не заметила, как произнесла это вслух.
Витрины светятся, заманивают, предлагая всевозможные из материальных удовольствий: лакомства, наряды, драгоценности – мимо, быстро, еще быстрее. Асфальт шуршит под ногами, как жесткая и ворсистая плотная ткань. Темно. Только растекаются под фонарями лужицы жидкого света. А кое-где кроны деревьев подсвечены изнутри зарывшимися в них фонарями и сами превратились в какие-то пушистые живые светильники. Волшебно. Ветер как будто теплее…
Лорин бежала легко. Это было приятно – чувствовать себя свободной. А одиночество… Одиночество – тоже свобода. Пожалуй, самая простая свобода из всех.
Вот попробуй выйти на ночную пробежку, если с тобой в одной кровати спит муж! Ни один мужчина в здравом уме не отпустит свою женщину гулять в одиночестве по ночному городу. Но ни один из тех мужчин, которых я знаю, не побежал бы вместе со мной в три часа ночи!
Тем не менее где-то в глубине сознания Лорин шевельнулась мысль, что никуда бы она не пошла ночью из дома, где спит ее любимый мужчина…
Перешла на шаг.
Хорошо, что на улице пустынно. Хотя не так уж важно.
Лорин не боялась за свою жизнь. По сути дела ей нечем было дорожить, кроме свободы в любой момент следовать своим желаниям. А сейчас ей хотелось упиваться нью-йоркской ночью, такой странной и прелестной, не летней, но еще и не осенней, а словно долетевшей из какого-то безвременья…
И не думать о том, что завтра будет новый день, и снова нужно будет стать сильной и уверенной, поддерживать своих близких. Быть несгибаемой Лорин Ноубл, которая ни разу в жизни не изменила… нет, не себе. Тому, во что хотела верить. Это тоже неплохо, правда. Только иногда бывает особенно тяжело и больно.
Лорин часто думала: не маска ли это, одна из тех, что она ненавидела?
И все-таки нет, не маска – другое. Стержень. Правильно, крепкий железный стержень, который не позволяет согнуться, сломаться.
Есть только один вопрос, ответ на который так очевиден, что его просто невозможно задать. Для чего железный прут-стержень фарфоровой статуэтке?


Лорин пришла домой уже ранним утром. Не было сил ни на что.
Хотя…
Лорин не была бы Лорин, если бы ее воля не была выше ее слабости. Душ она все-таки приняла. А потом упала на постель, не надевая ночной рубашки, и ощутила разгоряченной кожей холод смятых простыней.
Смятые простыни… Кому ни скажи эти слова, каждый сразу подумает о бурной ночи, проведенной с любовником. Хотя иногда ткань сминается просто оттого, что не можешь заснуть в одиночестве. В конечном счете беспорядок в постели – это не плохо и не хорошо. Плохо, когда в постели холодно…
А ночь не была такой уж холодной. Лорин все-таки согрелась, укутавшись в тонкое одеяло.
Как обычно. А раз уж как обычно, то хватит ночных монологов. Спать.
Жизнь потихоньку возвращалась в норму. Лорин брала себя в руки.
Как обычно.


В квартире Кристофера Риша надрывался телефон. По звонку Крис догадался, что звонит Фрэнк Хамп. Ждать восемнадцать гудков, пока Крис поднимет трубку, мог только Фрэнк. Собственно, только поэтому Крис и направлялся на кухню, где он оставил телефон, чтобы ответить. Он-то прекрасно знал, что Фрэнк – такой человек, у которого может в любой момент случиться что угодно, начиная от пожара, разгоревшегося при жарке яичницы, и кончая наводнением именно в том городе, куда Фрэнк отправился в отпуск.
С таким другом детства приходится всегда готовиться к худшему. Крис совсем – усмехнулся: вот странно! – не удивился, услышав в трубке знакомый до боли и совершенно безжизненный голос:
– Крис, привет, мне необходимо с тобой поговорить.
– А! Ну привет, дружище! Я тоже рад тебя слышать! Да, у меня все в порядке! Нет, ну что ты, я собирался поработать, но встреча с тобой…
Крис даже развеселился. Всегда приятно, когда твои ожидания оправдываются. И ему было вовсе не безразлично случившееся с его другом. Просто из-за того, что с фразы «мне необходимо с тобой поговорить» или в лучшем случае «можно, я приеду?» начинался разговор минимум три раза в две недели, Крис перестал реагировать на каждое подобное заявление как на сигнал о глобальной катастрофе. Иначе с Фрэнком нельзя, ему-то самому ничего, а вот особо впечатлительным может понадобиться специализированная медицинская помощь уже в течение месяца.
– Я еду, – осторожно предупредил Фрэнк.
– А я жду, – миролюбиво, даже с оттенком истинно христианского смирения, согласился Крис.
Он знал Фрэнка уже девятнадцать лет из своих двадцать семи. Из этих лет он вынес, пожалуй, самый ценный урок в своей жизни. И урок этот заключался в следующем: не стоит тратить жизнь на то, чтобы жаловаться на погоду и расстраиваться каждый раз, когда идет дождь. Разумнее и естественнее принять солнце и ветер как данность, никоим образом от тебя не зависящую. А Фрэнка Хампа принять как маленькое стихийное бедствие. Если ураган снес крышу твоего дома, то можно об этом сокрушаться и ходить вокруг руин, а можно заняться ремонтом.
Крис предпочитал последнее.
Он навел порядок на кухне: нужно же показывать своему «меньшему брату» пример. Попрощался мысленно с возможностью закончить сегодня сказку, которая не давала его душе покою уже несколько недель. Пересмотрел стопку дисков: нашел несколько мультфильмов, которые обязательно пригодятся для реанимации Фрэнка, если с ним и вправду что-то серьезное.
Что могло произойти, Крис даже не решался предположить. Тем более что в отношении Фрэнка это абсолютно невозможно.
Наверняка у него самая запутанная нить судьбы с кармическими узлами всех размеров.
Фрэнк приехал через полчаса. Увидев его, Крис на самом деле забеспокоился: он не помнил, чтобы у друга когда-то было такое выражение в глазах. Фрэнк был мечтателен, спокоен и грустен. Едва войдя в комнату, он впал в какое-то странное состояние сродни романтической расслабленной задумчивости. Он медленно опустился на диван и мутным взглядом посмотрел на Криса.
– Выпьешь что-нибудь? Специально для тебя у меня есть три вида сока, минералка, лед и сок с минералкой. А да, еще молоко.
Фрэнк молча налил себе минералки.
– Ну рассказывай! – Было уже заметно, что Крис немного нервничает.
– Кажется, я влюбился.
– Ого. В который раз за этот месяц? Во второй или уже в третий?
– Ты не понимаешь! Это же совсем другое.
– Да? – притворно изумился Крис. Некоторый жизненный опыт давал ему основания не принимать Фрэнка всерьез. И еще менее серьезно можно было относиться к его влюбленностям и романам.
– Да! – с интонациями провинциального трагика провозгласил Фрэнк.
– Ах ну раз такое дело… – Крис налил себе минералки и уселся в кресло напротив друга. – Рассказывай по порядку.
– В общем, я встретил самую красивую девушку на свете.
– Ты наступил ей на платье, споткнулся об ее собачку или опрокинул на нее что-то из мебели? – поинтересовался Крис ехидно.
На самом деле сейчас он совершенно перестал волноваться за своего друга, и на первый план вышла легкая досада, похожая больше на детскую обиду, оттого что Фрэнк пришел и помешал одному из самых важных дел на свете. Действительно, что может быть важнее для писателя, чем акт творения?
– Нет. Не угадал. Я видел ее только издали. Мы не разговаривали. Уж лучше бы я испортил ей платье.
Как ни странно, подобный способ знакомства был для Фрэнка самым естественным на свете. Он даже почти не краснел. Он не умел начинать отношения иначе. Впрочем, до сегодняшнего дня у него и не возникало в этом необходимости.
– Ты встретил ее на свадьбе?
– Да… – почти простонал Фрэнк.
– Ну, значит, ее наверняка знает твой двоюродный брат или его жена.
– Да…
– И можно будет познакомиться с ней. – Крис решительно не понимал, в чем проблема.
– Да…
– Ну а почему ты делаешь из этого трагедию? – Крис начал раздражаться. Он по опыту знал, что не пройдет и пары недель, как Фрэнк влюбится в кого-то еще.
– Крис, я так не могу, ты же знаешь! – почти оскорбился несчастный влюбленный.
– Ого! А что ты предлагаешь?
– Мне нужна твоя помощь. Очень. Пожа-луйста…
Что-то в интонации Фрэнка подсказывало Крису, что его в который уже раз втягивают в какую-то авантюру. Причем занимается этим один и тот же человек. И это именно тот субъект, с которым никогда и ни при каких условиях – Крис знал это наверняка – не стоит влезать в одну историю…
– Фрэнк, я не…
– Крис, ну ты же мой друг, а друзья должны помогать друг другу!
– Ты манипулятор!
– Нет, Крис, это просто правда жизни, законы чести, требования совести или что-то еще в этом роде. И если ты мне не поможешь, тебя же совесть заест.
– Не-а! Будь уверен. У нас с ней в отношении тебя есть маленькая договоренность, – съязвил Крис.
– Крис… ты же писатель. Тебе нужны свежие впечатления!
Крис расхохотался:
– В этом ты, конечно, прав. Но я пишу сказки, понимаешь, серьезные истории для детей, а не комиксы! Поэтому впечатления из твоей жизни мне не подходят!
– Кри-и-с… – Фрэнк, что ни говори, был очень-очень обаятельным. И не стеснялся этим пользоваться.
Ну как отказать такому странному юноше с печальными глазами за стеклами очков и с мелькающей на губах лукавой улыбкой?!
– Ладно. Чего ты от меня хочешь? – устало спросил Крис. Препирательство – это, конечно, традиция, но в помощи он никогда не отказывал.
– Ура! – возликовал Фрэнк. Он вскочил и в возбуждении стал расхаживать по комнате, размахивая руками. Крис едва успел увернуться от выплеснувшейся из стакана воды. – План А таков…
На светлой обивке кресла растекалось темное мокрое пятно. Крис благодарил судьбу за то, что Фрэнк не попросил томатного сока.
Идеи Фрэнка, как всегда, потрясали своей сумасшедшинкой.


Осень началась. Лорин почувствовала это, кажется еще не открывая глаз. По стеклам барабанил дождь. В комнате было зябко. Это был первый настоящий осенний день – дождливый, прохладный, особенного перламутрового цвета. Лорин всегда давала дням цвета. Так легче было потом вспоминать, не теряя главного – настроения, неуловимой атмосферы, складывающейся из тысяч деталей: оттенка неба, скорости бегущих облаков, яркости солнечных лучей, направления и силы ветра, запаха, разлитого в воздухе, своих мыслей и желаний, людей, с которыми предстоит встретиться, их взглядов и слов.
Сегодня Перламутровый день Конца лета. Звучит как начало фантастического романа.
Лорин улыбнулась – не весело и не печально, просто безмятежно.
Правда, сам этот день едва ли станет началом какой-то необыкновенной истории. Как и тысячи других. Жаль.
Вот надо же, опять меланхолия! К черту!
Музыку – громче! Так, чтобы звук работающей соковыжималки не перекрыл ритма. Апельсиновый сок – резкий, насыщенный, яркий по вкусу – солнечные капли на перламутровом. Оделась быстро.
Пробежка под дождем – что может быть лучше? Ритмичные движения дают почти ощутимое физически удовольствие. Влажный ветер в лицо. Дождь стихает. Под светящимся жемчужно-серым небом так красивы темно-зеленые деревья в парке, деревья с редкими еще вкраплениями красного и желтого.
Лорин была здесь совсем одна. Кажется, во всей округе никому больше не захотелось бегать под дождем.
Вот и счастье!
Бег и вправду делал Лорин немного счастливее. Всегда. Движение, скорость, легкость, ритм, естественный, как само дыхание, и – ясность сознания, свободного от мыслей. Лорин бежала по парковой дорожке, чувствовала, как пружинят спортивные туфли, как прикасается к коже напитанная влагой спортивная куртка, как вьются по спине тяжелые, мокрые волосы, собранные в пучок…
В такие моменты она ощущала себя самодостаточным человеком.
Дома – все своим чередом: разминка, горячий душ, завтрак… Проверила электронную почту – ящик пуст.
Скучно. Хорошо, что лето заканчивается. Осень более наполненна. И послезавтра уже начинаются занятия: и в колледже, и в школе танцев. У меня будут новые студенты и ученики. Наверняка среди них встретятся самые разные люди, немного странные, в чем-то особенно талантливые…
Лорин улыбнулась сама себе.
Так-то лучше.
Надела светло-серое платье —
под цвет сегодняшнего дня… Вперед же, навстречу новым приобретениям!
Лорин очень любила ходить в магазин. Из этого всегда можно сделать маленькое приключение, даже если идешь просто за продуктами на неделю. Во-первых, каждый раз можно отправляться в другой магазин. Лорин никогда не ленилась съездить за шесть кварталов от дома, хотя ближайший супермаркет находился в семи минутах ходьбы. Что удивительно, она знала в лицо всех продавцов в магазинах своего района и никогда не жалела пары минут, чтобы поболтать с кем-нибудь из них.
Необходимость выбирать – одна из самых больших проблем человека, но вот возможность выбирать – всегда огромное удовольствие. Это во-вторых.
А в-третьих… В-третьих, шопинг – это отличный шанс узнать что-то новое: вкус какого-нибудь экзотического напитка, запах шоколада редкой марки, ощущение новой одежды на теле…
В общем, сегодня Лорин устроила себе праздник.
Не прошло и двух с половиной часов, как она снова стояла у лифта в своем подъезде в обнимку с двумя огромными бумажными сумками и одним пакетом поменьше. Дверь кабины открылась…
– Лорин! Привет! Давно тебя не видела! – Радостный вопль, ослепительная улыбка на смуглом лице, объятия. Обиженно зашуршали бумажные пакеты.
– Привет, Эмили. Извини, я…
– Да, конечно, я тебе помогу. – Быстрые, ловкие руки с коротко обрезанными ногтями перехватили пакет. – Вот так, заходи теперь… Я нажму на кнопку.
Зажглась кнопка с числом, которое было на единичку меньше, чем номер этажа Лорин. Она улыбнулась:
– Приглашаешь?
– Конечно! – Смех.
Эмили жила этажом ниже Лорин. Они дружили уже полтора года, но Лорин так и не знала ее фамилии. Эмили была младше Лорин на три года и родилась в тот же день. Лорин обожала ее, как и всех необычных людей.
Эмили была дочерью эквадорца и мексиканки, так что нечего было гадать, откуда у нее такие жгуче-черные упрямые волосы, глаза, угольками горящие на смуглом лице, и невероятный темперамент. Она в свою очередь обожала Лорин за то, что та была сильной, независимой, доброй и при этом делала что-то хорошее, не кичась своей добродетелью.
А еще Лорин учила Эмили танцевать, несмотря на то что та сильно хромала на левую ногу, которая была заметно короче правой. И делала она это без подчеркнутого сочувствия, в полной уверенности в том, что у них с Эмили все получится. И у Эмили уже получалось!
Ну и как же можно относиться к человеку, который помогает тебе осуществить детскую мечту, а ей, казалось, никогда не сбыться!
У Эмили всегда был самый душистый чай, самые свежие булочки и множество новостей. Ее квартирка была меньше той, где жила Лорин, но обставленная со вкусом и очень уютная. Теплые тона: топленое молоко, бордо, беж и слоновая кость, удивительные глиняные индейские фигурки, амулеты и маленькая фигурка Девы Марии (Эмили, разумеется, была католичкой), непременный запах кофе, витающий в воздухе даже тогда, когда хозяйка готовит чай, – все создавало неповторимую атмосферу этого дома.
– А ты уже познакомилась со своими новыми соседями?
– Нет. А у меня новые соседи?
– Скажем так: у нас. – У Эмили был глубокий бархатистый голос и очень заразительный смех. – В квартире слева от моей. Как ты понимаешь, они теперь живут прямо под тобой.
– А как же Смитсоны? – Лорин немного расстроилась: ей нравилась эта молодая супружеская пара.
– Они решили снять дом, у них ведь скоро будет малыш.
– Ах ну да! И кому же теперь я могу устроить наводнение в квартире?
– Разумеется, себе! Ну-ну, не обижайся. Знаешь, там поселились двое парней.
Лорин удивленно приподняла бровь и многозначительно посмотрела на Эмили.
– Ну уж этого я сказать тебе не могу. По-моему, с обоими все в порядке. Хотя не поручусь. Один из них, похоже, совсем мальчишка и производит весьма странное впечатление. Знаешь, тонкий такой, хрупкий…
Лорин фыркнула.
– Да-да, твой любимый тип мужчины, – хохотнула Эмили и увернулась от прицельно брошенного бумажного шарика. – И второй тоже ничего. Сама увидишь. Но это все не так уж важно. Расскажи о свадьбе. Как там Элен?
За этими невинными разговорами Лорин просидела у Эмили до самого вечера. Эмили много говорила, часто подтрунивала, легко вспыхивала, если ей в ответ возвращали шпильку, быстро остывала и много смеялась. Общаться часто с ней было тяжело, но без нее было можно легко заскучать.
В половине шестого Лорин вышла из квартиры Эмили, снова в обнимку с теми же тремя пакетами. Лорин исхитрилась и нажала локтем на кнопку вызова лифта. Ехал он вызывающе медленно. А пакеты были невыносимо тяжелыми…
В общем, когда перед Лорин наконец открылась дверь кабины, девушка была доведена как раз до температуры кипения и ринулась в кабину с утроенной энергией.
Столкновение оказалось неизбежным.
Лорин так и не поняла, как это произошло. В общем, в следующий момент она осознала себя лежащей на ковровом покрытии перед лифтом посреди пучков зелени, овощей, останков одного из пакетов. Два других она, правда, так и не выпустила из рук.
Над ней стоял молодой мужчина с волнистыми темными волосами, короткой бородой и удивительно добрыми глазами. Правда, сейчас в них отражались растерянность и смятение. Лорин чувствовала себя очень глупо и от этого только еще больше злилась. Мужчина вышел из ступора, только когда Лорин сделала неудачную попытку встать. Он вежливо, но твердо взял ее за руку и одним движением поставил девушку на ноги.
Он помог Лорин собрать рассыпавшееся содержимое злосчастного пакета. И все это в полном молчании. Лорин не могла говорить потому, что ее душили ярость и возмущение, а у молодого человека, очевидно, были свои причины молчать. Лорин не без злорадства отметила, что он покраснел, а движения пальцев стали неловкими, нервными.
Они стояли друг против друга, Лорин – со своими пакетами и парой яблок в руках, мужчина – с другим пакетом, набитым собранными с пола фруктами и овощами. Ему, кроме того, приходилось зажимать руками сразу три дыры, неведомо как образовавшиеся в бумажной сумке.
Ситуация становилась совсем уж смешной. Лифт давно уехал.
– Простите меня, – сказал наконец молодой человек.
– Да ничего страшного, – процедила сквозь зубы Лорин.
Раззява! Хорошо еще, что не немой!
– Мне очень жаль, правда…
– И мне.
– Я помогу. – Мужчина снова вызвал лифт. Тоже локтем: обе руки были заняты.
– Спасибо. – Лорин сверкнула на него глазами исподлобья.
– Мм… Знаете, я давно не видел таких яблок, – сказал вдруг мужчина. Лорин, конечно, ожидала, что он постарается перевести тему, но разговор про яблоки превзошел ее ожидания. – Не знаю, каковы они на вкус, но выглядят просто сказочно. Такое сочетание глянцево-янтарного и темно-красного напоминает… закат над пламенеющим осенним парком, правда?
Лорин молча смотрела на него. Кивнула медленно. Никогда с ней так не разговаривал незнакомый мужчина. Тем более мужчина, которого она только что одарила разъяренным взглядом.
Они вошли в лифт.
– Какой этаж? – спросил он.
– Следующий.
– Отлично. Знаете, я живу здесь только со вчерашнего дня. В триста четвертой. Меня зовут Кристофер Риш. Я бы подал вам руку, но… – Мужчина улыбнулся. Видимо, по взгляду Лорин он понял, что гроза миновала.
Дверь лифта открылась. Мужчина пропустил Лорин вперед.
– Лорин Ноубл. Я в триста девятой.
– Очень рад.
Он подождал, пока Лорин найдет в сумочке ключ. Не вошел, замялся на пороге. Лорин поставила свои сумки на пол, взяла пакет из его рук.
А вот и не приглашу его войти!
Лорин страдала приступами упрямства наперекор самой себе.
– Еще раз извините. Я пойду. Заходите, если потребуется помощь.
– Да, спасибо. До свидания.
– До встречи. – Он посмотрел на Лорин как-то долго и странно, точно задумавшись о чем-то или что-то для себя решая, и вышел.
Лорин фыркнула.
И все равно ничего особенного. Подумаешь. Просто странный.
Она была взволнована – и сама не понимала чем.
Ну и что из того, что я упала? Споткнулась. С кем не бывает. Ну и что из того, что он помог мне? Обычное дело.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Танцующая фея - Брантуэйт Лора

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Танцующая фея - Брантуэйт Лора



Мило, трогательно. Легкий роман, не перенапрягант.
Танцующая фея - Брантуэйт ЛораКристина
16.11.2013, 15.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100