Читать онлайн Ночной соблазн, автора - Бойл Элизабет, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночной соблазн - Бойл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.59 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночной соблазн - Бойл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночной соблазн - Бойл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бойл Элизабет

Ночной соблазн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Мэри Кендалл вошла в библиотеку, уселась на любимый стул и довольно вздохнула. Сегодня Крикс прислал ей новый текст на перевод, и к тому же вечером не нужно было выезжать в свет.
По этому поводу она даже не чувствовала себя виноватой. Как бы она ни клялась отцу, что обязательно найдет себе мужа в этом сезоне, все же не особенно торопилась с выбором.
– Если бы ты чаще выезжала, дурочка пустоголовая, давно бы уже была замужем, – упрекнула она себя. Но зачем ей это нужно, если представилась возможность перевести малоизвестный трактат Цицерона? Лучше привычная надежность хорошей книги, чем бесконечное разочарование, ожидающее ее за стенами дома.
И все шло хорошо, пока не открылась дверь. Мэри подняла глаза. На пороге никого не было. Ни Косгроува, ни одной из горничных, ни даже лакея.
– Кто тут? – окликнула девушка, вставая и принимаясь изучать пустое пространство между собой и дверью.
Но пустое или нет, она точно знала, что кто-то вошел в комнату.
– Кем бы вы ни были, лучше представьтесь.
– Ты уже знаешь меня, Мэри. Мэри отступила. Она действительно знала этот голос.
– Гермиона?
– Да, это я. Боюсь, тебе будет трудно поверить, но я…
– Невидима! – ахнула Мэри.
– Как… – Гермиона осеклась и долго молчала, прежде чем снова заговорить: – О, не важно! Полагаю, стоит лишь взглянуть на твою библиотеку, чтобы понять: ты единственная из всех не найдешь это шокирующим или возмутительным.
– Тут ты права, – кивнула Мэри, однако тут же встрепенулась и всплеснула руками. Похоже, ее осенило.
– Ты! Это ты Тень Рокхерста!
– Он рассказывал тебе о нас?.. – Щеки Гермионы ярко вспыхнули. Хорошо, что Мэри этого не видела. – О Господи, я думала, это только наш секрет.
– О нас?
Рука Мэри взлетела к широко раскрытому рту. Намек был совершенно ясен. «О нас?!» Теперь настала ее очередь краснеть.
– Не хочешь же ты сказать… – Она лихорадочно замахала руками, словно отгоняя рой пчел: – Нет. Нет! Он не делился со мной ничем личным. Просто поведал о том, что ищет даму-невидимку, которая бродит по ночам. У него была перчатка… твоя перчатка?
– Да. Моя.
– О небо! – прошептала Мэри, поняв, что все сошлось. Что это истинная правда. – И он нашел тебя?
– Боюсь, что так, – с трудом выдавила она. Кажется, что-то неладно.
– Гермиона, что случилось?
– Я пришла потому, что не могу его найти.
– Рокхерста?
– Да. С прошлой ночи, когда погиб Роуэн. Роуэн?!
Этого быть не может! Мэри чуть не упала, она едва успела схватиться за спинку стула.
– Роуэн мертв? Но как?! Когда?!
– О, Мэри, это было ужасно! Настоящий кошмар, – прерывисто всхлипнула Гермиона.
– Бедняжка, – прошептала Мэри. – Садись и расскажи, как все было.
Сама она буквально рухнула на стул: ноги ее не держали. Роуэн погиб? Паратус без своего волкодава? Немыслимо!
И что там еще сказала Гермиона? «Я не могу его найти».
Сердце Мэри наполнилось черным страхом. Без Паратуса, защитника города, людьми будут править темные силы. Но дело не только в этом. Рокхерст – ее кузен. Ее родственник. А без него…
И тут до сознания дошел голос Гермионы. Мэри постаралась прислушаться к рассказу подруги.
– Четыре ночи назад, в переулке около Гросвенор-сквер…
По мере того как перед ее глазами разворачивалась вся картина, страхи Мэри только усилились.
Рокхерст никогда по-настоящему не доверял своему сердцу, возможно, потому, что знал: его судьба обязательно столкнет его с той женщиной, на которой он в конце концов женится. Его избраннице будет грозить раннее вдовство. Ночи она будет проводить в терзаниях и размышлениях, придет ли он домой живым. Непонятные гости в любой час дня и ночи. Жизнь в страхе за любимого человека, которому обещаны сердце и душа, которому всегда грозит смертельная опасность…
И вот теперь, если подозрения Мэри оправдались, он потерял и свое сердце и Роуэна. Вряд ли ее гордый, упрямый кузен признается, что испытывает боль… и что любовь, которой он так старательно избегал, – единственное, что сумеет его спасти.
А Мэри, даже не видя свою подругу, знала, что та любит Рокхерста.
Оставалось лишь надеяться, что это поможет. Мэри посмотрела в сторону Гермионы:
– Я знаю, где его найти.
Через час Гермиона вышла из экипажа Мэри, отъезжавшего от собора Святого Павла. Какое счастье, что Мэри привезла ее сюда из Мейфэра. Хорошо бы еще обладать хоть частичкой ее уверенности в том, что Рокхерст окажется здесь.
Гермиона озабоченно взглянула на собор, возвышавшийся в ночном небе, подобно огромному бегемоту. Подошла к боковой двери, которая, как заверила Мэри, будет открыта, переступила порог и направилась по главному проходу к великолепному центральному куполу.
«Я смогу сделать это. Да, смогу», – твердила она себе, рассеянно глядя на мрачные каменные гробницы и тонущие во мраке сводчатые потолки.
– Но что, если Мэри ошиблась? Что ты будешь делать? – пропищала она слабым, пронизанным страхом голоском.
«Он должен быть здесь», – твердо сказала она себе.
– Эй! Кто тут? – Один из молодых священников поднял канделябр. – Где вы прячетесь?
– Здесь никого нет, Саймон! – откликнулся священник постарше. – Тебе послышалось.
Но Саймона это не убедило. Он поднял канделябр еще выше.
– Клянусь, монсеньор, я слышал шаги и голос.
– В этом месте ты будешь слышать их всю свою жизнь, – вздохнул старик и, шагнув вперед, потрепал Саймона по плечу. – Дом Господень принимает всех, кто приходит в него.
– Даже его? – прошептал священник, показав палевую сторону центрального купола. Ниже темнела приоткрытая дверь.
Именно так, как сказала Мэри.
– Особенно его сиятельство. Он делает все, чтобы защитить нас от созданий, куда более ужасных, чем твой невидимый призрак. И мы обязаны предоставлять ему убежище по первой же просьбе.
Гермиона передернула плечами и закрыла глаза. Рокхерст. Они говорят о Рокхерсте.
Непонятно, то ли радоваться, что он нашелся, то ли ужасаться, размышляя о том, что ждет ее впереди.
Мысленно помянув дьявола, она оглядела дверной проем. Почему Рокхерст не может выбрать более разумного места, чтобы успокоить душу? Или хотя бы опрокинуть на себя ведро с ледяной водой: это прекрасно восстанавливает душевное равновесие.
Но это?
Напряженно прислушиваясь, она выскользнула за дверь и подняла глаза. В настенных подсвечниках горели свечи, уходя наверх. В темноту.
Под самый купол собора.
– Рокхерст, – прошептала она, делая первый шаг. Потом второй, третий… В затянутое тучами небо Лондона.


Рокхерст сидел на своем насесте, не пытаясь спрятаться от дождя. Он уже промок насквозь, так что несколько лишних капель значения не имели.
Глядя поверх городских крыш, он пытался подсчитать, сколько раз приходил сюда. Почти все подобные моменты шли рука об руку с тоской и душевной болью. Его первое убийство. Гибель отца. То место, где он наткнулся на Подмора…
Сколько их было в его жизни, таких случаев? Событий, которые он предпочел бы забыть… Но это… это было иным. Обычно, посидев здесь несколько часов или даже целую ночь, он встречал восход солнца, и теплый свет наполнял его надеждой. И давал цель.
Уверенность, что следующий день будет другим.
Но тогда он спускался по лестницам и ступенькам, чтобы внизу найти Роуэна, ожидавшего его и обычно угощавшегося костью, которую один из молодых священников утаскивал с кухни настоятеля, чтобы скормить дружелюбному псу.
Однако на этот раз никто не вильнет пушистым хвостом, никто не оближет руку, никто не встретит его на земле после возвращения из небесного святилища. На этот раз его спутник и соратник навсегда покинул хозяина.
А его надежда? Его вера?
– Дьявол, – пробормотал Рокхерст. Каков итог его дней и ночей? Смерть и разрушение. Что это за существование? Какое наследие он оставит после себя?
Граф угрюмо смотрел в непроглядную тьму. О чем думал Томас Херст тогда, в те далекие годы?
Рокхерст непристойно громко фыркнул. Если семейная легенда не лжет, он точно знал, о чем думал предок.
Идиот позволил соблазнить себя прекрасной женщине. Но и он сам то яблочко, которое недалеко падает от фамильного древа.
Граф застонал, обзывая себя вдвое худшим дураком, чем Томас.
– Рокхерст? – послышался тихий голос. Тень!
Он обернулся живо, энергично, без той холодной отстраненности, которую надеялся обрести все три последних дня, когда думал о ней. Он прислушался к ее нерешительным шагам. Но ближе она не подошла. Встала так, чтобы он не смог до нее дотянуться.
А вот это уже говорило само за себя!
– Это ты? – прошептала она.
Он прекрасно понимал, о чем она спрашивает. Стряхнул ли он с себя мрак, поглотивший его прошлой ночью?
– Я волновалась, – продолжала она. – Ужасно волновалась.
Но она осталась на месте. Верное доказательство того, что до сих пор его боится.
Прекрасно. Так и должно быть.
– Пожалуйста, скажи что-нибудь.
– Какого черта ты здесь делаешь?
Девушка тихо усмехнулась:
– Я и сама не совсем понимаю. Почему ты не мог найти более подходящего места, чтобы зализывать раны? Вроде «Олмака» или «Воксхолла»? Неужели тебе нравится восседать так высоко?
Рокхерсту захотелось улыбнуться, потому что она даже после того, чему стала свидетельницей прошлой ночью, по-прежнему осталась тем же беспечным, веселым и радостным духом, какой он любил.
Любил?!
В этот слепящий миг откровения он едва не свалился с карниза. Он любит эту женщину! Любит так страстно, так безумно!
– А теперь уходи. – Он показал на дверь за спиной Гермионы. – Ты вовсе не хочешь здесь находиться.
– В этом ты прав, – парировала она и, тихо вздохнув, подступила ближе к тому месту, где он сидел. – Не хочешь спуститься со своего карниза и по крайней мере повернуться ко мне?
– Зачем? Я все равно тебя не вижу.
Но он все же повернул голову в ее сторону и вдруг страстно захотел увидеть ее. Он в жизни не желал ничего сильнее! Увидеть ее курносый носик, который так часто покрывал поцелуями, шелковистые волосы, которые любит рассыпать по подушкам. Он хотел знать, есть ли у нее веснушки. И еще хотел видеть ее глаза. Зеленые глаза, которые Крикс называл волшебными.
– Зеленые… – пробормотал Рокхерст как проклятие.
– Что, прости? – шепнула Гермиона, оказавшись еще ближе, чем он ожидал.
Он уловил аромат ее духов, принесенный ночным ветром. И этот аромат затронул все его чувства, как любимое воспоминание.
– Цвет твоих глаз. Это все, что я знаю. Они зеленые.
– Просто зеленые. Ничего особенного.
Рокхерст откинулся назад и закрыл глаза. Зеленые. Это он видел. Представлял их такими же таинственными, как ртуть. Да и вся она сплошная тайна.
– Теперь ты спустишься? – спросила Гермиона. – Пожалуйста, Рокхерст.
Он упрямо покачал головой. Он боялся, что, если спустится, она приобретет над ним прежнюю власть.
– Но почему нет? Ты промок до костей, и скорее всего дело кончится простудой или чем похуже.
– Я никогда не болею, – отмахнулся Рокхерст. – Я Паратус, помнишь?
– Как я могу забыть? – вздохнула Гермиона.
И действительно, как она могла забыть? Он сделал все, чтобы это имя навеки отпечаталось в ее памяти. Когда безжалостно расправился с братьями Дабгласа. Заставил заплатить за все их преступления с жестокостью, которой ранее не ведал.
Вид обмякшего, безжизненного тела Роуэна разжег в его сердце безумие. Безумие, которое она распалила в ту ночь, когда они любили друг друга. Но смерть Роуэна пробудила иную силу. Черную и опасную. Давшую ему мощь, о существовании которой он раньше не подозревал. И Рокхерст, не думая о последствиях, воспользовался этой мощью. Воспользовался без угрызений совести, без раскаяния. И даже сейчас не пожелал бы ничего изменить. Он прикончил бы их так же хладнокровно.
Однако теперь он боялся не только за себя, но и за нее.
Ведь он едва не убил ее.
– Ты здорова? Я не… – вырвалось у него.
– Я невредима.
Он не поверил ей, потому что хорошо умел распознавать неправду. Даже по голосу.
– Но у тебя шла кровь!
– Всего лишь царапина.
– Карпио никогда не оставляет простых царапин. Именно эта мысль не давала ему покоя несколько последних ночей.
Он ранил свою Тень. Причинил ей зло. Значит, он действительно проклят?
– Как ты объяснила рану своей матери… своей семье? – спросил Рокхерст.
– Мне не пришлось ничего объяснять. Утром порез затянулся. Даже шрама не осталось.
Рокхерст покачал головой. Он видел кровь. Много крови.
– Я бы показала тебе, если б могла, – не унималась она. – Твоя кузина сказала, что всему причиной кольцо. Та же самая магия, что сделала тебя Паратусом, владеет кольцом и защищает меня. Конечно, если верить мистеру Подмору, это довольно спорно…
Рокхерст сорвался с карниза и прыгнул на парапет, оказавшись прямо перед Гермионой.
– Что ты сказала?
– Но позволь же мне договорить! – возмутилась она. – Согласно Подмору…
Он поймал ее и прижал к себе:
– Нет. Оставь в покое этого идиота. Что ты сказала раньше? Насчет моей кузины?
– Ах это…
Последовала короткая пауза.
– Я надеялась, что ты не расслышал.
– Ты знаешь Мэри?!
– Да, – вздохнула Гермиона.
– И давно она знает?
– О кольце? Мне кажется, она узнала…
– При чем тут кольцо? – процедил он. – О тебе! Как давно кузина знает о тебе?
– Со вчерашнего вечера, – призналась она. – Я пошла к ней, когда не смогла тебя найти. Думала… то есть надеялась, что она может…
– Может знать, где я скрываюсь?
– Да.
Конечно, кому знать, как не Мэри? Сколько раз она приходила сюда и помогала ему спуститься. Черт, он приводил ее сюда, когда они были совсем детьми. Оба сбегали от гувернанток и пускались в приключения, нередко попадая в переплет. Но он никогда не забудет свет в глазах Мэри, когда та смотрела на город. Его владения, как хвастался граф. А кузина улыбалась ему открыто и ясно и счастливо кивала, довольная, что у двоюродного брата есть столь обширное королевство.
Пусть он не показал Тени это место, но она последовала за ним так же невинно и просто, как Мэри много лет назад. Значит, доверяет ему, его защите. Даже несмотря на страхи.
– Она велела сказать тебе, – продолжала Тень, – что пришла бы сама, если б знала… – она на мгновение запнулась, но все же докончила: – о Роуэне. Она в отчаянии. И все тоже.
– Все?
– Конечно! – Она выдернула руку и положила ладони на его грудь, а потом положила голову на плечо.
Тепло ее прикосновения застало его врасплох. Рокхерст вздрогнул. Она вздохнула и прильнула к нему.
– Твои слуги вне себя от тревоги. Они больше ни о чем не могут говорить! А твоя тетя Ратледж собирается послать за сыщиками с Боу-стрит. Заезжает к тебе по три раза в день, если не чаше. Совершенно затерроризировала Стогдона. Считает, что он знает о том, где ты находишься, но не желает признаться.
– В таком случае даже лучше, что я здесь, а не дома. Тут я в полной безопасности от ее назойливого любопытства.
– Думаю, у нее достаточно здравого смысла, чтобы не подниматься на такую высоту. Даже ради тебя.
Граф рассмеялся, хотя и невесело.
– Откуда ты знаешь о тетке и моих слугах?
Тень не ответила, но он уже и сам догадался. Отстранился, лишившись разом ее тепла и нежности, и отступил.
– Ты разгуливала по моему дому по ночам?
– Ну… не то чтобы разгуливала… Я просто очень беспокоилась за тебя. – Она снова вздохнула и как ни в чем не бывало прижалась к нему. Словно имела на это полное право. – Бедный Стогдон за последние несколько дней состарился на десять лет, – упрекнула Тень, совсем как недовольная жена!
И сердце графа неожиданно растаяло.
– Боюсь, причина таких перемен – постоянные визиты моей тетушки.
– Не стоит шутить над этим, Рокхерст! Слуги любят тебя. И они так же измучены и скорбят, как и ты!
На этот раз она задела его за живое.
Граф покачал головой и посмотрел на затянутое тучами небо. Он не хотел слышать об их скорби. Собственная мука грозила вот-вот его раздавить.
Однако Тень все же настаивала на своем, как прилипчивый маленький адвокат, которого он успел так хорошо узнать.
– Твоя кухарка, благослови Бог ее сердце, сидит в слезах на кухне, потому что не может заставить себя положить в суповую кастрюлю кости для завтрашнего супа. Она оплакивает Роуэна.
Мрачная, тяжеловесная, ворчливая миссис Грант?
Он не знал, что и подумать, особенно после того, как годами слышал ее жалобы на то, что Роуэн вечно таскает на кухню грязь и крадет еду!
Его Тень всхлипнула и шмыгнула носом.
Но тут он понял, что плачет не только она.
– А горничные собрали деньги со всех слуг и купили цветы, чтобы сплести венок. Он такой красивый и висит в саду.
Рокхерст закрыл глаза и увидел венок, висевший на ограде над тем местом, где он…
Грудь сдавило так, что ребра, казалось, вот-вот треснут.
– Ты должен вернуться домой, – взмолилась Гермиона. – Разделить с ними скорбь.
Можно подумать, это ему поможет!
– Не могу, – выдавил он. – Рано.
– Когда же?! – воскликнула она. – Сколько еще должно умереть, прежде чем ты придешь в себя?
– О чем ты толкуешь?
– Кэппон каждую ночь присылает записки для тебя.
– Что в них?
– Откуда мне…
– Тень!
– Ну… может, я и заглянула в пару записок, но это только потому что тебя не было рядом. А ведь нужно было ответить хотя бы на одну!
– Что в них? – потребовал ответа Рокхерст.
– В Дайалсе снова начались убийства. И в других трущобах тоже.
«Как они смеют! – простучало черное сердце Паратуса, когда тьма вновь стала застилать его глаза. – Имея кольцо, ты мог бы покончить со всем этим…»
Граф с силой тряхнул головой, избавляясь от темной ярости.
– Мне все равно, что там происходит. Меня это больше не касается. – Он повернулся к ней спиной и налег на каменные перила.
– Не касается? – Она поймала его за рукав и развернула. – Роуэн не должен был погибнуть, но так случилось. Теперь тебе придется продолжать свое дело. Потому что есть люди, которые от тебя зависят. Люди… которые тебя любят.
– О, им не следует меня любить, – холодно бросил граф.
– А я люблю, – прошептала Гермиона. – О, Рокхерст, пожалуйста, спустись вниз. Пойдем со мной.
Потому что у нее есть кольцо. Если он завладеет им…
– Нет, – сказал Рокхерст скорее мерзкому голосу, звучавшему у него в голове, чем своей Тени. – Я никуда не пойду.
– Потому что они убили Роуэна?
Как она может спрашивать? Неужели ответ не очевиден?
Он снова отвернулся и стал смотреть на город, лежавший внизу, во всем своем величии и славе. Во всех своих грехах и неудачах.
– О, Рокхерст! – воскликнула Гермиона, не дождавшись ответа. – Я никогда не пойму, зачем им понадобилось убивать Роуэна. Почему именно Роуэна?
«Что за идиотский вопрос? Или для нее это нечто вроде безрассудной игры? Маскарада, устроенного для развлечения?»
– Они убили Роуэна, потому что я не смог его защитить! Потому что подвел его! – воскликнул граф.
И едва удержал рвущиеся с губ слова признания: «Потому что когда-нибудь вот так же подведу тебя!»
Гермиона отступила под яростным натиском его слов. Ледяной холод разделил их вернее, чем вся ширина Атлантического океана. Вот и хорошо! И зачем она вообще сюда явилась? Неужели маленькая дурочка не видит грозящей ей опасности? Опасности, в которую завлек ее он?! Что ж, если так, он постарается ей объяснить.
Рокхерст вынул нож и показал ей:
– Это я убил его, как если бы сам воткнул этот нож ему в сердце.
– Не-ет! – ахнула Гермиона. – Все было не так! Я там была! У тебя просто не было возможности…
«Как не будет возможности защитить ее! Так убей ее сейчас. Убей немедленно и возьми кольцо. Сила этого кольца изменит все. Оно спасет тебя!»
– Да, в этом все дело! – прогремел он. – У меня не было возможности. Ни тогда, ни сейчас. И не будет, пока дыра открыта для этих дьяволов, которые лезут сюда сквозь нее, как чумные крысы! – Он застонал и тяжело оперся о перила. Ноги почему-то отказывались его держать. Тень обхватила его за плечи.
– В таком случае закрой ее, – деловито посоветовала Гермиона, словно ему предстояло решить, на какой бал ехать.
– Неужели не понимаешь? Я совсем один. А для того чтобы остановить их, я должен… мне придется…
– Стать Паратусом? – прошептала она. – Каким ты был, когда умер Роуэн.
Значит, она действительно видела.
Крошечная искорка надежды расцвела в его груди.
И все же она здесь. Она в него верит! Вопреки всему. Это почти самоубийство! Она же знает, что они сделали с Роуэном. И чем он им ответил. Что он может натворить ради того, чтобы получить кольцо, если победит тот зловещий голос, который не оставляет его в покое.
– Убирайся отсюда, – повторил Рокхерст, снова показывая на дверь. – Возвращайся домой. Беги к своей матушке и оставайся там.
– Ни за что! – спокойно возразила Гермиона. – Мне нельзя приказывать, как Танстоллу, или Криксу, или любому из твоих верных подданных. Я тебе не подчиняюсь.
«Не подчиняешься? Вот как?»
Тьма прокралась в его грудь, обвилась вокруг сердца.
– Все в этом городе подчиняются мне.
– Черт возьми, Рокхерст! Думаю, твоя тетка права. Ты наконец спятил! Если воображаешь, что я…
Спятил? Сейчас он покажет ей всю степень своего безумия!
Он, словно почувствовав, где стоит Тень, одной рукой схватил ее за талию, другой сжал руку. И, игнорируя удивленное восклицание, притянул к себе с такой быстротой, что она ударилась о его грудь.
– Значит, это я спятил? А ты? О чем ты думала, когда пришла сюда?
Проклятая дурочка! Дебютантка, соблазненная тайнами ночи!
– Я думала только о тебе! – выдохнула Гермиона. Сердце его сжалось, но только на мгновение. Он растоптал тепло, которое несла с собой ее исповедь, и с восторгом принял ледяной холод, сочившийся в его кости и кровь. Потому что ее тепло оставит его таким же невнимательным и слабым, как в ту ночь.
Эту глупую, беспечную, легкомысленную мейфэрскую мисс давно пора проучить. И он знал, как это сделать. Стоило только впустить еще немного той тьмы, которая прокралась в его душу.
– Отпусти меня! – взмолилась Гермиона, пытаясь вырваться из стальных объятий. – Рокхерст, отпусти!
Но ее сопротивление только разжигало мрачный эфир, опасные нити которого оплетали каждую частицу разума и здравого смысла.
Его губы яростно прижались к ее губам грубым, исступленным поцелуем. Он вынудил ее приоткрыть рот и вторгся в него языком, впитывая ее сладостное искушение.
Темная сила в его голове взвыла, жадно ища удовлетворения. Он хотел коснуться ее, каждого дюйма тела. Отведать на вкус ее кожи. Но вместо этого рывком задрал подол, сжал округлые ягодицы и прижал ее лоно к своей затвердевшей плоти.
– О чем ты думаешь, Рокхерст, черт тебя возьми? – ахнула Гермиона.
– Думаю, что хочу взять тебя прямо здесь и сейчас!
На этот раз она возмущенно охнула:
– Сумасшедший! Ты не посмеешь!
– Разве?
Он снова поцеловал ее, заглушая протесты, и мучил поцелуями до тех пор, пока она не задохнулась.
– Ты сама сюда пришла! Я приказывал тебе уйти! Предупреждал!
Она не успела оглянуться, как он сдернул с нее ротонду и швырнул через перила. Разрезал кинжалом лиф платья, так что груди выпали наружу. Отбросил нож и, наклонившись, завладел налитой плотью. Припал к соску и с силой стал сосать, одновременно лаская ее лоно.
Только когда Тень капитулировала и ее томный стон растаял в вечернем воздухе, Рокхерст слегка прикусил мочку ее уха и прижался губами к тому месту, где неистово бился пульс.
– Я Паратус, – прорычал он, едва узнавая свой преисполненный сладострастия голос. – И ты будешь делать все, что я захочу!
* * *
Какая-то часть души Гермионы рвалась восстать против надменного властного приказа. Он вообразил, что она принадлежит ему и станет покорно подчиняться любой команде.
Но ведь в этом вся суть. Она действительно принадлежит ему.
С того момента, как Гермиона надела кольцо и пожелала узнать все секреты графа, они связаны так, как ни одна женщина ни с одним мужчиной на свете.
Но пока он пытался запугать ее, сломить, использовать ее тело, она обнаружила, что тоже обладает некоторой силой. Не уступающей силе Паратуса. Ибо ее тело излучало страсть и желание, доводившие его до безумия.
Он сорвал с нее платье и стал осыпать грубыми, яростными ласками, от которых кружилась голова. В этот момент здесь не было ни леди Гермионы Марлоу, ни графа Рокхерста.
– Значит, возьмите меня, господин мой Паратус, – прошептала его Тень, выгибаясь, чтобы встретить его первый выпад. – Возьми меня. Если посмеешь.
Ее вызов зажег огонь в его крови. Тень хочет его? Пусть получит!
Ни секунды не колеблясь, он уложил ее на изразцовый пол, холодный и мокрый от ледяного дождя.
Гермиона протянула руки и, расстегнув его панталоны, стянула их вниз и стала гладить тяжелое бархатистое копье. Рокхерст задохнулся, когда она подняла бедра и развела ноги, предлагая ему долгожданное утешение.
И граф принял его. Овладел ею. Вонзился в нее до конца одним резким, гневным движением. Это было скверно. Плохо. И он знал это. Но сейчас все затмили горе и скорбь, и он не мог остановиться.
И все же краем сознания он понимал, что не может сделать этого с ней. Только не с этой женщиной.
Неизвестно как, но ему удалось взять себя в руки. Граф немного помедлил, прежде чем снова вонзиться в нее. И в этот миг он их узрел. Ее глаза. Блестящие и полные страсти. Он почти увидел ее лицо: россыпь веснушек, полные, спелые, распухшие от поцелуев губы. Но именно ее глаза спасли его. Глаза, полные страсти, желания… и чего-то еще. Того, что он не мог назвать вслух. Чего боялся больше смерти.
Любовь!
Он сморгнул и снова вгляделся. Но видение растаяло, как игра света в жаркий летний день. Однако он по-прежнему чувствовал ее. Нежные бедра поднимались ему навстречу. Руки вцепились в его фрак и тянули вниз. Она вбирала его все глубже, и он стал целовать ее шею, горло, губы… Их языки сплелись в бешеном танце, и он вдруг вспомнил, на что она его подстрекала. Взять ее.
Ярость вновь ожила с ревом лесного пожара, и он снова врезался в нее. Быстро и сильно. Она извивалась под ним, безмолвно требуя большего, затягивая его в себя.
С каждым выпадом тьма все сгущалась, рев в ушах становился громче, увлекая его в опасную пропасть страсти. Неужели он никогда не выплывет на поверхность?
– О, да-да-да, Томас! – выкрикивала она. – Пожалуйста, пожалуйста, о, пожалуйста!
Волны экстаза затопили Гермиону. Все: конвульсии ее тела, неистовый ритм ее бедер – вело его к разрядке.
Кажется, он пропал. Совсем погиб…


Довольно скоро холод ночи забрал охвативший их жар. Еще секунда, и Рокхерста словно что-то толкнуло. И он мгновенно пришел в себя.
Иисусе, что он наделал?
Он овладел ею. Овладел, не думая ни о чем, кроме собственного наслаждения.
Он откатился по мокрым изразцам дорожки, окружавшей верхушку купола. Откатился подальше от нее.
И как бы он ни хотел внушить ей ненависть, да такую, чтобы она бежала от него как от чумы, все же в глубине души он скорбел.
Потому что должен оттолкнуть женщину, которая его любит, которая его понимает. Слишком хорошо понимает.
– Я… я… – пролепетал он.
– Сожалеешь? – подсказана она. – Надеюсь, что нет. И хотя здесь не так уютно, как в твоей постели… это было волнующе.
Он услышал шуршание шелка: очевидно, она собирала одежду.
– Ты действительно швырнул мою ротонду вниз? Что ж она никогда мне особенно не нравилась, и все же, Рокхерст, ты совершенно опустошил мой гардероб! Ну вот куда запропастились туфли? Ах да, одну я нашла.
Она подступила ближе и вытащила из-под него помятую туфлю. Тонкие пальцы сжали его подбородок, мягкие губы прижались ко лбу.
– Ну а теперь, когда ты получил все, что хотел, спустишься вниз? Нам нужно многое сделать до восхода солнца.
Рокхерст закрыл глаза и попытался обрести равновесие. Однако тьма Паратуса сражалась со слабеющим самообладанием.
– Ты о чем?
– О дыре. Нам нужно найти ее и закрыть.
«Нам»? Да она спятила!
Самая древняя часть его души, принадлежавшая Паратусу, вновь загорелась гневом.
Кто она такая, чтобы ему приказывать?
– Это тебя не касается.
– Конечно, касается! – выпалила она. – Так ты идешь или нет?
Рокхерст поднялся, расправляя затекшие мышцы, чувствуя, как возвращается прежняя сила.
– Ты тут ни при чем…
Гермиона что-то бормотала, заикаясь от негодования, но глаза его так вспыхнули, что она попятилась, однако снова повторила:
– Я смогу помочь!
– Ты? Да что ты знаешь о подобных вещах? Тень презрительно фыркнула.
– Знаю, и немало, потому что, пока ты сидел здесь, я дочитала мистера Подмора, и он вполне определенно считает, что нужно закрыть…
– Опять Подмор?! – взорвался Рокхерст. – Неужели ты не слышала ни слова из того, что я сказал? Забыла, что случилось с Роуэном? Немедленно прекрати вмешиваться в мои дела и отправляйся домой.
– Но, Рокхерст…
Он шагнул к ней.
– Знаешь, что случилось с твоим драгоценным мистером Подмором?
– Он погиб, но с ним рядом не было тебя. А у меня есть ты.
Эта уверенность в нем, вместо того чтобы поднять силу духа, разозлила его еще сильнее. Дура! Маленькая упрямая дура! Но этого он ей не сказал. У него был куда более действенный способ убеждения.
– Позволь рассказать, как именно умер Подмор, – прошипел он, схватив ее за руки. – У него были оторваны конечности.
Она ничего не ответила.
– Его лишили глаз.
Молчание.
Он наклонился над ней и мрачно, угрожающе прошептал:
– И судя по всему, отгрызли уши.
Так и не дождавшись реакции, он договорил:
– Но несмотря на все это, он все еще был жив, когда я нашел его. И прекратил его страдания.
Она дрожит? Вот и хорошо! Наконец-то увидела всю глупость подобной помощи!
Было и еще кое-что. То, что он всю жизнь скрывал, чем не смел поделиться ни с одной живой душой.
– Во всем виноват я. Он пришел ко мне. Задавал вопросы, всюду совал свой нос. Тогда я был глупым юнцом и постарался его просветить. Поведал правду о своей семье. Хвастался нашими подвигами, нашей ролью в истории страны. Одалживал ему карты, дневники, книги, словом, все, что имел. Но мне в голову не приходило, что такая робкая мышка, как он…
Рокхерст отпустил ее и отступил.
– Решит все увидеть своими глазами? – прошептала она.
Рокхерст молча кивнул, а когда заговорил снова, слова будто застревали в горле:
– Я нашел его. Никогда не видел ничего страшнее. И все это моя вина. Он никогда раньше не был в Лондоне. Почти всю жизнь провел в оксфордских библиотеках. О чем он только думал?
– Не знаю, – прошептала Гермиона.
– Что я мог поделать? Ничего не оставалось, кроме как вынуть Карпио и прикончить беднягу.
Рокхерст пытался дышать, но горло сжимала судорога воспоминаний. Сердце колотилось, исполненное того же страха, который сковал его той ночью.
– Ты положил конец его страданиям…
– Я отнял жизнь у человека.
– Он сам сделал выбор и должен был знать… – не унималась Гермиона.
– Я вообще не должен был пускать его на порог. Нужно было немедленно отослать его в Оксфорд. И как только он посмел постучаться в мою дверь! В ту ночь я поклялся, что больше никогда не совершу подобной ошибки.
Но ее отвага… нет, глупое упрямство потрясло его.
– Кто-то должен закрыть эту дыру, – настаивала Гермиона. – И мы можем сделать это вместе, если только ты прочитаешь труд мистера Подмора…
Он схватил ее за плечи и стал трясти:
– Мы?! Нет никаких «мы»! Ты для меня лишь помеха. Досадная помеха. Главная причина… – Он осекся, прогоняя мрак, угрожавший поглотить его.
Но было поздно.
Потому что она прекрасно поняла, что он имел в виду.
– …гибели Роуэна? – прошептала она. Теперь наступила его очередь упорно молчать.
– Думаешь, я этого не знаю?
Рокхерст прерывисто вздохнул. Потому что смерть волкодава была на его совести.
– Иди домой, – устало обронил он. – Иди домой немедленно.
– Ни за что. С места не тронусь, пока ты не пообещаешь, что мы вместе закроем эту дыру. Повторяю: вместе.
Слепящая ярость затмила доводы рассудка.
– Черт побери, женщина, я приказываю тебе забыть об этом! – прогремел Рокхерст.
Она ничего не сказала.
– Тень! – рявкнул граф, поспешно сокращая разделявшее их расстояние, лихорадочно хватая руками воздух. – Тень! Не глупи! Говорю тебе, не лезь в это! Ты меня слышишь?
Но она не слышала. Ушла. Тихо. Бесшумно. Он с таким же успехом мог приказывать ветру.
Его кулаки обрушились на карниз. Воздух разорвали отборные проклятия.
Рокхерст открыл глаза и огляделся, почти ожидая увидеть ее, стоящую перед ним. Его неистовую, безумную, маленькую Тень. Но перед ним расстилался лишь спящий Лондон…
Его город. Его владение. Его ответственность.
Черт возьми, маленькая идиотка кончит точно так же, как Роуэн или, помоги ему Боже, Подмор.
Он глубоко вздохнул. Перед глазами мелькали сцены той страшной ночи, от которых стыла в жилах кровь.
– Тень… – прошептал он, шагнув к двери. И обнаружил, что ноги его не слушаются.
Рокхерст вновь посмотрел на город. Он еще не готов покинуть свое убежище под небом, но должен это сделать. Этого требуют ночные тени.


А тем временем Гермиона упала на колени у крыльца собора и зарыдала. Все кончилось полным ее крахом! О, как же теперь ей быть?!
– Ну-ну, успокойся, не стоит плакать, – раздался знакомый голос Куинс. Она сжала плечи Гермионы и помогла подняться.
– Куинс, ты должна положить этому конец. Я все испортила! Такое натворила! Это я убила Роуэна, и теперь граф меня презирает. Он никогда… никогда не сможет…
«Простить меня. Любить».
Куинс тяжело вздохнула и выудила из ридикюля носовой платочек.
– Не плачь, дорогая. Может, все не так уж и плохо, – утешала она.
– Он упорно желает закрыть дыру в одиночку. И конечно, погибнет! Без меня, без Роуэна, охраняющего его спину, он погибнет!
Куинс покачала головой и подняла глаза к куполу собора.
– Значит, он должен получить помощь.
– Если бы только Роуэн не умер, – плакала Гермиона. – И это моя вина!
Куинс отдала ей платочек и повела прочь от собора.
– Паратус без своего волкодава! В жизни не слышала ничего подобного! Ты имеешь все основания тревожиться за него.
– Если он отказывается от моей помощи, значит, я найду того, чью помощь он примет!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночной соблазн - Бойл Элизабет



Мне очень понравилось. Роман захватующий, хоть и с фонтастикай.
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетИнна
10.07.2012, 19.27





хороший роман, с долей фантастики....
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетМария
24.10.2012, 7.22





Читала в инете много спорных отзывов про эту серию книг в основном негативных. Лично мне очен понравилась книга- необычненько, прочиталась легко.
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетАлена
26.12.2012, 12.59





Не пошло.
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетКэт
6.03.2013, 10.47





Бесподобно. Люблю такие сюжеты. Это уже второй роман про это кольцо, которое прочитала. Даже и не думала, что их несколько. 10 из 10
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетМэри
28.01.2015, 23.02





Не плохо ,но слишком много мистики.
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетМилена
30.01.2015, 20.57





Я не люблю фантастику , но дочитала,жаль потраченного время.
Ночной соблазн - Бойл Элизабетvalentina63
31.01.2015, 18.16





Прекрасный роман! Правда, "Утро с любовницей" мне действительно понравилось больше. Здесь уж слишком много мистики и брутальности. Но должно же было продолжение чем-то отличаться... Поэтому простительно.
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетОксана
1.02.2015, 2.35





Шикарный роман, понравился намного больше первого! Вообще, редко можно встретить любовные романы "с магией". Радует, что до самого конца Гермиона не открылась, правда, мне сам конец не очень понравился, но общее содержание очень даже интересное))rnrnЖду про Гриффина!!!
Ночной соблазн - Бойл ЭлизабетКрина
18.02.2015, 21.43





вообще то мне фантастические романы не сильно нравятся, не мой жанр, но тут читала и не могла оторваться. Да, вымысел все эти чудовища, но местами так забавно. С удовольствием прочла бы продолжение серии.
Ночной соблазн - Бойл Элизабетпервая ласточка
2.12.2015, 11.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100