Читать онлайн Мой милый шпион, автора - Борн Джоанна, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой милый шпион - Борн Джоанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.6 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой милый шпион - Борн Джоанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой милый шпион - Борн Джоанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Борн Джоанна

Мой милый шпион

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

«Флайти дансер»
– Открой дверь, – приказал Себастьян, и юнга, шлепая босыми ногами по доскам, помчался исполнять распоряжение.
– Где я? – пробормотала девушка, когда он уложил ее на кровать.
– У нее кровь, капитан, – прошептал юнга.
– Вижу, мальчик. Принеси горячей воды.
Юнга кивнул и выбежал из каюты. Себастьян же, глядя на девушку, в задумчивости пробормотал:
– Даже не верится, что за такой малышкой охотилась целая банда. Что же им от нее понадобилось?
Тут девушка вдруг открыла глаза и, пытаясь приподняться, прошептала:
– Дайте мне…
– Тише, милая. – Себастьян осторожно уложил ее обратно на матрас. – Тише, тебе некуда идти. Лежи спокойно.
Видела ли она его, когда смотрела на него? Скорее всего нет. Ее глаза ничего не выражали.
– Ах, как больно… больно. Я не могу выбраться отсюда.
– Успокойся, ты в безопасности. Где больно?
– Везде.
Она тихонько вздохнула, и ее глаза снова закрылись.
– Конечно, больно. Могу себе представить, – пробормотал Себастьян. Он уложил ее поудобнее. – Будем надеяться, что твоя голова не пострадала. К сожалению, я не смогу вылечить тебя, малышка. Боюсь, что даже самые лучшие медики Лондона не смогли бы тебе сейчас помочь. Так что остается только ждать.
«А ведь это я виноват в том, что она пострадала», – подумал он неожиданно. И надо же было такому случиться… В тот единственный день в году, когда он позволил себе выпить, этой женщине потребовалась его помощь. Да, ужасно неудачно все получилось.
Себастьян осторожно снял с девушки свою куртку, затем стащил с нее ботинки. Сильного кровотечения у нее не было, но она вся промокла и дрожала от холода. Что ж, с этим он по крайней мере в состоянии справиться. Только сначала следовало снять с нее мокрую одежду.
После некоторого колебания Себастьян вынул из ножен нож и, просунув острие под медальон у нее на шее, осторожно разрезал кружево. Это было довольно дорогое алансонское кружево, стоившее семь с половиной шиллингов за девять дюймов. Контрабанда, конечно же. Да, судя по всему, эта девица – шикарная шлюха.
Она никак не отреагировала, когда он стащил с нее платье, обнажив груди. Невольно залюбовавшись ими, он пробормотал себе под нос:
– Да, с этим у нее вроде бы все в порядке. Наверняка осчастливит еще многих мужчин. – Почувствовав напряжение в паху, Себастьян нахмурился и проворчал: – Но ведь придется снять и все остальное…
Он рассек ножом шелковую ленточку, обнажив живот красавицы. «О Господи, как же доктора сохраняют самообладание? – подумал Себастьян в досаде. – Может, все они – евнухи?»
Кожа у нее была необычайно гладкой и шелковистой. А вскоре он ощутил под пальцами тугие завитки. Здесь она была блондинкой, цвета спелой пшеницы. Да уж, пока не увидишь, не догадаешься…
Наверное, множество мужчин вспахивали это пшеничное поле. А ведь такие женщины, как эта, предназначены совсем для другой жизни.
Себастьян протянул руку к холмику с золотистыми кудряшками, но тотчас же остановился, решив, что не следует еще больше себя возбуждать.
«Но что же она делала на Кэтрин-лейн? И почему подверглась нападению ирландцев?» – спрашивал себя Себастьян, стаскивая с девушки остатки мокрой одежды. Отступив на шаг, он окинул ее взглядом. Теперь на ней совершенно ничего не было, кроме позолоченного медальона на узкой синей тесемке.
Нагая, девушка выглядела маленькой и хрупкой, совершенно беззащитной. А вот когда она стояла перед ним и плела небылицы, а потом отбивалась от бандитов, она не казалась такой хрупкой.
Насчет медальона же он ошибся. Вещица была золотой, а не позолоченной. Гладкий и тяжелый, с почти стершимся рисунком, медальон был очень старый – явно чувствовалась печать веков, отполировавших его до блеска. И снабжен он был хитроумным замочком искусной итальянской работы.
– Эта безделушка не с Кэтрин-лейн, – пробормотал Себастьян. – Как и ты, воробышек. Мы серьезно поговорим об этом, когда ты очнешься. – Он не стал открывать медальон и вернул его на место, в ложбинку между грудей, задержав там на мгновение руку. – А сердце твое бьется, как часы. Что ж, очень хорошо. Будем надеяться, что тебе скоро станет лучше.
Себастьяну ужасно хотелось потрогать грудь девушки, и он лишь усилием воли удержался. Она напоминала ему ожившую мраморную статую, делавшую свой первый вдох.
«Черт возьми, что со мной происходит? – в раздражении подумал Себастьян. – Я возбужден, точно моряк, сошедший на берег после долгих месяцев плавания». Он отошел от кровати и прошелся по каюте в поисках полотенец и одеял.
– Так, сейчас мы тебя просушим и укроем…
Одеяла лежали в нижнем ящике комода, а полотенца – на полке возле умывальника. Прихватив все это с собой, Себастьян присел на край кровати и пробормотал:
– Да-да, мы непременно побеседуем, когда ты придешь в себя. Я предпочитаю иметь дело с женщинами, которые могут говорить и отвечать на вопросы.
Себастьян тщательно вытер девушку полотенцем, затем завернул в яркое, с синими и зелеными полосками, одеяло, что привез из Валетты. Осмотревшись, проворчал:
– Где Том? Куда же запропастился этот мальчишка?
Что же касается девушки… Черт побери, она оказывала на него какое-то невероятное воздействие. Испытывал ли он когда-либо подобное влечение?
– Такую, как ты, можно разве что ночью поймать – в сети, – пробурчал Себастьян. – Настоящая русалка. Наверное, сбросила свою чешую и явилась на Кэтрин-лейн прямо из морского царства. Откуда еще ты могла появиться?
Не открывая глаз, она вдруг отчетливо проговорила:
– Здесь темно.
Себастьян внимательно посмотрел на девушку. Судя по всему, она обращалась вовсе не к нему.
– Да, лампы не горят, но я скоро их зажгу, – пробормотал он вполголоса.
– Ах, я не могу, – прошептала она, закрыв лицо ладонями. – Я не могу выбраться…
– Милая, не надо бояться. Вы в безопасности.
– Но здесь темно… – Она убрала от лица руки, но глаза ее по-прежнему оставались закрытыми.
– Хорошо, сейчас зажгу свет, – громко сказал Себастьян.
Тут послышались шаги, и тотчас же дверь отворилась – на пороге появился Том с ведром воды. В страхе глядя на капитана, он прошептал:
– Она умерла?
Себастьян отрицательно покачал головой:
– Нет, она не умрет. Сейчас сядет и спросит, почему я держу на корабле такого ленивого юнгу. Долго же ты ходил. Неси сюда воду.
Смочив в ведре полотенце, Себастьян принялся протирать лицо девушки, затем протер ладони. А Том тем временем, шагнув к кровати, заглянул под одеяло.
– Ух, да она же красавица, – пробормотал мальчик. – Выходит, она торгует этим на улице?
– Но все это не для таких, как ты, – проворчал Себастьян.
Внезапно глаза девушки открылись, и первое, что она увидела, было лицо Тома.
– Я упала, сэр, – пробормотала Джесс. Она видела перед собой чье-то лицо, но не могла рассмотреть его. – Видите ли, я была не… совсем осторожна. А кто вы, сэр?
– Меня зовут Том. Рад с вами познакомиться, мисс.
– Скажите ему, что я… не могу выбраться.
– Что? Ах, да-да, обязательно скажу. Может, вам что-нибудь принести? Хотите, мисс? Я могу принести вам чашку чая.
Себастьян тронул юнгу за плечо, потом указах: на дверь:
– Немедленно исчезни.
Девушка проводила Тома взглядом, затем, осмотревшись, прошептала:
– Где я? Что это за комната?
– Ты на моем судне. В каюте. – Себастьян выставил вперед руку и, внимательно посмотрев на девушку, спросил: – Сколько пальцев я держу?
– Вы думаете, что я ушибла голову? – Она подняла руку и запустила пальцы в волосы. – Наверное, действительно ушибла…
– Так сколько же пальцев?
– Три.
– Больно, смотреть на свет?
– Ах, у меня все болит…
Девушка попыталась сесть, и Себастьян помог ей, обняв за плечи. Она в растерянности озиралась, придерживая у груди одеяло, и было ясно, что ей никак не удается вспомнить, что с ней произошло.
– Поговори со мной, воробышек, – сказал Себастьян. – Кто ты такая?
– Джесс. Меня зовут Джесс.
«Как странно… – подумал Себастьян. – Теперь ее речь звучит совсем иначе». И действительно, когда она находилась в беспамятстве, то говорила как обитательница восточного Лондона, а теперь – как истинная джентри. Очевидно, эта девица где-то получила образование. Что ж, тем интереснее будет с ней поговорить, когда она придет в себя.
– Ты помнишь, как попала под фургон?
Девушка покачала головой и тут же поморщилась от боли.
– Нет, не помню. Но, наверное, я ужасно сглупила.
– Да, конечно. А ты знаешь, какой сегодня день?
– Нет, но я… Ах, перестаньте задавать глупые вопросы.
Себастьян внимательно смотрел на собеседницу. Было ясно, что из ее памяти выпали отдельные детали произошедшего. Нечто подобное он наблюдал однажды, когда его боцман упал с мачты. Прошли сутки, прежде чем боцман вспомнил, на каком корабле находится. Но само падение начисто выпало из его памяти.
– Да ты все еще дрожишь… – пробормотал Себастьян. – Давай, я вытру тебя насухо.
Девушка не стала возражать, когда он взял полотенце и начал расплетать ее косы. Она молча хмурилась – словно пыталась что-то вспомнить. Наконец, снова покачав головой, пробормотала:
– Ах, никак не вспомню… Что же со мной случилось?
– Я уже сказал: тебя сбил фургон, – ответил Себастьян. «Но об этом и о многом другом мы с тобой поговорим завтра», – добавил он про себя.
Себастьян отложил полотенце и взглянул на свою гостью с некоторым удивлением. Теперь, когда ее волосы высохли, выяснилось, что они гораздо светлее, чем ему казалось. Что ж, тем лучше. Этот цвет нравился ему намного больше. Да, чудесные волосы…
– У меня в голове все помутилось, верно? – спросила она неожиданно.
– Да, пожалуй. Но не беспокойся. Скоро все придет в норму.
– Но я не… – Она внезапно умолкла и заглянула под одеяло. Потом с упреком посмотрела на Себастьяна. – Но на мне нет ничего. Я совершенно голая…
В смущении пожав плечами, Себастьян поднялся с кровати. Отступив на несколько шагов, с усмешкой проговорил:
– Полагаю, ты не совсем голая. На тебе одеяло.
Но эти слова нисколько не успокоили девушку. Натянув одеяло до самого носа, она с опаской взглянула на Себастьяна:
– А мы с вами, наверное, не знакомы, правда?
– Позволь представиться. Меня зовут Себастьян.
– Се… басть… ян, – произнесла Джесс по слогам, совершенно уверенная, что не знает этого человека. Да, она совсем его не знала. Значит, следовало его опасаться. – Себастьян, я вас не помню, – пробормотала она в задумчивости. – Совсем не помню.
– Да, верно. Ты меня не знаешь.
– Но тогда почему же я раздетая?
– Твоя одежда была насквозь мокрая, поэтому мне пришлось раздеть тебя. – Себастьян кивнул на лохмотья, лежавшие на полу.
– Мое платье промокло, и вы… изрезали его? – пробормотала девушка в недоумении. – Да вы, должно быть, сущий дьявол.
Себастьян невольно усмехнулся:
– Я же сказал: ты насквозь промокла, дрожала от холода и истекала кровью. Как я должен был поступить? Ведь мне пришлось смывать с тебя кровь и грязь.
– Кровь и грязь? Что ж, тогда понятно… – со вздохом пробормотала Джесс.
Голова у нее ужасно гудела и все тело ныло и болело. К тому же ей никак не удавалось вспомнить, как она попала сюда. Пока что было ясно только одно: она лежала в постели совершенно голая, что не сулило ничего хорошего. Да, ничего хорошего.
«Но кто же он, этот капитан Себастьян?» – спрашивала себя Джесс, осматривая каюту. Вся планировка и аккуратная бронзовая гарнитура указывали ни то, что судно построено в Бостоне, хотя капитан, судя по всему, – англичанин, а не американец. Он смотрит на нее с беспокойством… но все же ей следует его опасаться. Да, этот человек представляет для нее опасность уже хотя бы потому, что она совершенно его не знает, впервые видит.
Тут он вдруг улыбнулся ей и сказал:
– Не бойся, милая, я тебя не обижу. Или ты мне не веришь?
Джесс промолчала; она не знала, что ответить. «Пожалуй, для капитана он слишком молод, – внезапно промелькнуло у нее. – Ему, наверное, не больше тридцати».
Джесс украдкой разглядывала стоявшего перед ней мужчину. У него были черные волосы, большой орлиный нос и загорелое лицо, обожженное явно не здешним, не английским солнцем. На рубашке же его пестрели подсыхающие пятна крови. Ее крови, вероятно.
«Нет-нет, я уже видела его раньше!» – мысленно воскликнула Джесс. И тотчас же в памяти возникла картина: она стоит напротив этого человека, совсем близко от него. Он смотрит на нее пристально, а вокруг клубится туман. А потом он вдруг протягивает к ней руки и проводит пальцами по ее губам. И она, Джесс, тут же почувствовала себя так… словно долго целовалась с ним.
Но вот что же произошло потом? Что было после этого?.. Нет, никак не удается вспомнить.
– Ты слишком уж нервничаешь, – послышался его голос. – Поверь, не стоит волноваться. Я о тебе позабочусь.
«Мне не нужна твоя забота! Лучше верни мою одежду!»
Она подоткнула под себя одеяло. Похоже, это греческое одеяло. «Папа покупает такие в порту Валлетты, а потом мы…»
Ах, об этом она забыла. Казалось, вот-вот вспомнит что-то очень важное про папу, но так и не вспомнила. Наверное, она должна была что-то сделать для него, но что именно?
Но почему же так ужасно болит голова? Причем болит все сильнее, так что совершенно нельзя думать.
Тихонько вздохнув, Джесс пробормотала:
– Но как я сюда попала? Не могу вспомнить…
– Я принес тебя сюда после того, как тебя сбил фургон. Ты лишилась чувств и насквозь промокла.
«Меня сбил фургон? Мне морочат голову. Совсем на меня не похоже».
Тут капитан взял лампу и пересек каюту. Джесс пыталась за ним наблюдать, но было ужасно больно поворачивать голову, и она то и дело закрывала глаза.
Когда же капитан подошел к окну, она увидела его силуэт на фоне серого неба, и ей тотчас вспомнился еще один эпизод. Он стоял к ней спиной, держа в руке нож, а из тьмы, словно демоны, выползали какие-то люди…
– Я была там… на улице… – пробормотала Джесс. – И кажется, ты кого-то убил.
– Да, верно. Там была драка. – Он поставил лампу на стол с картами. – Но мы поговорим об этом завтра. Ты во всем разберешься, когда у тебя перестанет болеть голова.
«Значит, он убийца», – подумала Джесс. Но ведь в той драке он защищал ее – она была абсолютно в этом уверена. И тогда все могло бы закончиться для нее гораздо хуже.
Тут капитан зажег лампу и осмотрелся. Затем повернулся к ней и пристально посмотрел на нее. И Джесс вдруг сделалось ужасно не по себе от его взгляда. Возможно, она даже заметалась бы в панике или начала бы кричать, если бы не головная боль. Ох, в таком состоянии она и закричать не могла…
Капитан же повесил лампу над столом с картами и, взяв другую лампу, направился к кровати.
Джесс вздрогнула, и по спине ее пробежали мурашки. Ей стало ужасно холодно… и страшно… Она отвела глаза и замерла в напряженном ожидании. А он остановился в нескольких шагах от кровати и проворчал:
– Не глупи. Чего ты боишься?
Джесс не ответила и отодвинулась подальше от края кровати. Однако бежать ей было некуда – дверь находилась по другую сторону каюты, так что надеяться на спасение не приходилось.
– Не будь идиоткой, – проговорил он с раздражением. И Джесс тут же вспомнила еще один эпизод. Вспомнила, как капитан в гневе закричал: «Беги быстрее!»
А теперь она находилась у него в каюте. И выхода отсюда не было – она оказалась в ловушке.
Капитан сделал еще несколько шагов к кровати. Он приближался медленно и неотвратимо – как грозовая туча в открытом море. Джесс в страхе прижалась к перегородке, но он, повесив лампу на крюк над ее головой, тихо сказал:
– Да успокойся же. Я тебя и пальцем не трону.
Джесс шевельнулась и пробормотала:
– Может быть, уже тронул…
Он в раздражении поморщился:
– Думаешь, я способен на нечто подобное? Повторяю, успокойся. И не будь дурой.
– Я вовсе не дура. Просто я совсем без одежды, а ты…
– Что я? – Он криво усмехнулся. – Неужели ты полагаешь, что я бросаюсь на всех женщин без разбора? Скажи, ты действительно так считаешь?
Джесс покачала головой – все тотчас же завертелось у нее перед глазами. К горлу подступила тошнота, а голова заболела еще сильнее.
– Пойми, я не насильник, – продолжал капитан. – И я вовсе не собираюсь…
– У моего отца есть деньги, и я заплачу… – внезапно вырвалось у Джесс.
– Если бы у твоего отца имелись деньги, ты не шлялась бы по Кэтрин-лейн. – Он не сводил с нее ястребиного взгляда. – Но я вижу, что ты действительно боишься меня. Что ж, возможно, у тебя есть для этого основания. Скажи, что я должен сделать, чтобы ты успокоилась?
Джесс молча пожала плечами, и капитан спросил:
– Хочешь, я уйду отсюда? Пойду на палубу, а тебе оставлю юнгу для компании. – Снова усмехнувшись, он добавил: – И если уж очень хочется, то можешь отчалить под собственным парусом. Но ты вряд ли далеко уйдешь – перевернешься вверх килем, а я ничем тебе не помогу.
Джесс долго молчала, потом наконец спросила:
– А ты ничего… со мной не сделал?
– Абсолютно ничего. Я не развлекаюсь с женщинами, находящимися в бессознательном состоянии. К тому же в Лондоне и без тебя хватает женщин. Причем многие из них – довольно хорошенькие и не такие грязные, как ты сейчас.
Джесс немного успокоилась и прошептала:
– Да, конечно… Если бы ты хотел что-то со мной сделать, то, наверное, уже сделал бы.
– Совершенно верно, милая Джесс. Непременно сделал бы, если бы мне нужна была женщина… похожая на рыбье брюхо.
– На рыбье брюхо? – переспросила она в недоумении.
– Да, конечно. Ты все еще зеленая, как рыбье брюхо. Так что давай договоримся. Я не прикоснусь к тебе, а ты оставишь попытки пробить в борту дыру. Вот такие будут условия. По рукам?
Джесс медлила с ответом, и капитан добавил:
– Не беспокойся, я всегда выполняю свои обязательства – тебе любой об этом скажет.
Он протянул Джесс темную от загара руку с мозолистой ладонью, и она подала ему свою. Прикосновение к его руке вызвало у нее странную дрожь во всем теле, и в животе вдруг что-то запульсировало, отзываясь теплом между ног. Джесс тотчас узнала это ощущение, поскольку кое-что смыслила в таких делах. Было ясно: тело помимо ее воли реагировало на этого мужчину, а она, Джесс, ничего не могла с собой поделать.
– Значит, договорились, – сказал он, выпуская ее руку. – Я буду охранять тебя, и ты доверишься мне. Всего на одну ночь, не более. – Капитан отошел от кровати и, взяв с бронзовой подставки на книжной полке графин с широким дном, добавил: – Эта сделка – для твоего же блага. Поверь, ты сейчас не сделаешь и двадцати шагов, если попытаешься убежать.
«Он ведет себя так же, как мой папочка, – подумала Джесс. – Можно не сомневаться: я заключила сделку с большим мастером торговаться».
– А теперь я налью тебе бренди, чтобы закрепить наш договор. Ты очень замерзла, до сих пор дрожишь. Закутайся получше в одеяло.
Капитан взял стакан и налил в него бреди из графина. Затем достал с верхней полки деревянную коробочку. Когда он открыл ее – она разложилась в обе стороны, как книжка, – Джесс увидела, что в коробочке находились лекарства, всевозможные баночки, пузырьки и бумажные пакетики. Откупорив небольшой синий пузырек, Себастьян отсчитал несколько капель в стакан с бренди – судя по всему, он ничего не скрывал. Значит, он был либо предельно честен, либо слишком хитер.
Решив, что следует проявлять осторожность, Джесс заметила:
– Мне нравится, что ты делаешь это у меня на глазах.
– Чтобы не было подозрений.
– Очень разумно, – кивнула Джесс.
Вернув пузырек на место, капитан достал из коробки муслиновый мешочек и, развязав шнурок, взял из мешочка щепотку какого-то порошка.
– Я даю тебе настойку от боли, а травы – чтобы не появился жар, – пояснил Себастьян, высыпав порошок в стакан с бренди.
Джесс внимательно посмотрела на него:
– И ты думаешь, я это выпью?
Он взболтнул стакан, чтобы все как следует перемешалось.
– Можешь выплеснуть в иллюминатор, если хочешь. Вот только хорошего бренди будет жалко.
Джесс невольно усмехнулась:
– Рыбкам бренди наверняка придется по вкусу. Ночь сейчас очень холодная.
– В каюте тоже прохладно. – Он с невозмутимым видом протянул ей стакан: – Выпей, не будь дурой. Советую доверять мне, иначе я могу в любой момент выставить тебя под дождь. Могу даже найти для тебя точно такую же лужу, как та, в которой ты лежала.
Пустые угрозы, разумеется. Но уж лучше такие угрозы, чем кое-что другое…
Взяв стакан, Джесс поднесла его к, носу. Казалось, от бренди пахло каким-то дымом. Джесс сделала глоточек, но никакого постороннего привкуса не почувствовала.
– Так что же это за порошок? – спросила она.
– Я ведь уже сказал… Лечебные травы с загадочного Востока. Помогают во всем, только мертвых не ставят на ноги. – Капитан усмехнулся и положил свою аптечку обратно на полку.
Джесс сделала еще один глоток, затем пробормотала:
– Не очень-то я доверяю всяким лекарствам. Хотя бренди очень хорошее. Мой отец торгует таким же. – «Контрабандным, конечно же», – добавила она мысленно.
Капитан промолчал, и тут Джесс вдруг услышала, как по палубе над головой барабанит дождь. Звук был приятный. Знакомый. Она провела в море много ночей, слушая стук дождя. «Как странно… – подумала она. – Теперь я уже нисколько не боюсь этого человека. И даже более того: рядом с ним я чувствую себя в безопасности».
Сделав очередной глоток бренди, Джесс посмотрела в иллюминатор. Дождь яростно хлестал по стеклу, и вниз стекали потоки дождевых струй. Темнота же за окном сгущалась. На пристани не было ни лошадей, ни повозок. Лампы перед складами отбрасывали на пристань длинные полосы света. И виднелись в отдалении десятки судов, стоявшие на якоре и покачивавшиеся на приливных волнах. Шхуны, фрегаты, баржи – все они были с огнями на носу и на корме, а над палубами темнели в тумане леса мачт и парусного такелажа.
Допив бренди, Джесс со вздохом пробормотала:
– Ах, голова какая-то… пустая. Совсем не могу думать.
Капитан тихо засмеялся:
– Значит, тебе повезло. Потому что тебе и не надо думать.
– Какое удачное совпадение, – пробурчала Джесс. Обхватив колени руками, она внимательно посмотрела на капитана. «А ведь он ради меня рисковал жизнью, – подумала она неожиданно. – Да-да, очень даже рисковал». Откашлявшись, Джесс пробормотала:
– Я ведь даже не поблагодарила тебя, верно? За то, что спас мне жизнь. Знаешь, я почти вспомнила, как это было.
– Не за что меня благодарить. – Себастьян усмехнулся. – Ведь выуживать по ночам женщин из глубоких луж – мое самое обычное занятие. Как бренди, Джесс? Теперь стало лучше?
Она зевнула и пожала плечами:
– Я пока еще… не решила.
– Что ж, не буду тебя торопить. – Себастьян улыбнулся. – Но поверь, тебе непременно станет лучше.
Джесс молча кивнула. Она вдруг поймала себя на мысли, что ей очень нравится голос этого человека. Его голос успокаивал и, как ни странно, располагал к доверию. Да, она доверяла ему, хотя прекрасно понимала, что этот человек очень опасен. Но почему же в таком случае она ему доверяла? Неужели только из-за голоса?..
Улыбнувшись, Джесс протянула капитану пустой стакан, который все еще держала в руке.
– Вот, возьми. Спасибо за бренди.
– Отлично. – Себастьян снова рассмеялся. – Теперь уже не боишься меня?
– Если и боюсь, то чуть-чуть. Ведь ты такой огромный, такой грозный… Да ты и сам это знаешь. – Джесс склонила голову к плечу. – Даже не знаю, как общаться с тобой, Себастьян. Вот если бы ты был каким-нибудь безобидным коротышкой, то не вызывал бы у меня никакого страха.
– Ничего, ты привыкнешь ко мне. Не стоит меня бояться.
Теперь, после того как она улыбнулась ему, Себастьян вновь почувствовал, что его влечет к этой женщине. Она все больше ему нравилась, и это даже вызывало некоторую тревогу.
Стараясь успокоиться, Себастьян прошелся по каюте. Затем убрал со стола лоцманские карты.
– Мне кажется, ты перевозишь апельсины, – неожиданно сказала девушка. – Я чувствую их запах.
– Апельсины – это был наш первый груз. Но на «Дансер» еще долго будет держаться этот запах. Но команда его уже не чувствует. Я рад, что продал их в порту в первое же утро, когда мы бросили якорь. Апельсины – слишком уж нежный и капризный груз, и от него следует побыстрее избавляться.
Девушка кивнула и снова улыбнулась:
– Да-да, все верно. Это ужасно стойкий запах, поэтому суда с таким грузом летят домой на всех парусах.
«Похоже, она разбирается в морских перевозках, – подумал Себастьян. – Вероятно, ее отец, брат или любовник служили в порту клерками или выходили в море».
– Ты права, дорогая. В таких случаях следует поторопиться.
– И разгружать апельсины надо как можно осторожнее, – продолжала Джесс. – Вот только… – Она внезапно умолкла и осмотрелась. Потом в замешательстве пробормотала: – Но если я не знаю тебя, то откуда я могу знать твое судно? А ведь мне почему-то кажется, что я хорошо знаю его…
– Ты ошибаешься, Джесс. И вообще, на Темзе всегда очень много кораблей.
Стараясь успокоить девушку, он взял свернутую карту и, используя ее как указку, стал называть суда, которые еще можно было различить на середине реки. Рассказывая о грузах, которые эти суда перевозили, Себастьян поглядывал на Джесс и замечал, что страх постепенно отпускает ее. Он продолжал говорить, пока она снова не прониклась к нему доверием. «Слишком уж она впечатлительная, – думал Себастьян. – Кто-то должен о ней позаботиться».
– А мне почему-то кажется, что я бывала в некоторых из этих мест, – пробормотала девушка. – Валлетта, Крит, Менорка… Я почти вижу их.
«Ты непременно увидишь эти места», – подумал Себастьян, сам себе удивляясь – удивляясь своим странным мыслям. А действительно, почему бы и нет? Когда она станет принадлежать ему, он возьмет ее в море и покажет Крит и греческие острова. Наверное, ей понравится жизнь на борту. И он каждый день любовался бы ею. Выходя на палубу, он видел бы Джесс у поручней. Загоревшая, с распущенными волосами, она будет удивительно хороша… А если ей захочется остаться в Англии, то Средиземноморье тогда само пожалует к ней в гости. Каждый раз, бросая в Темзе якорь, он будет сразу же спешить домой, а она, сидя у камина, будет ждать его с нетерпением. И он будет рассказывать ей о своем путешествии, обо всем, что видел. Что же касается подарков, то в них не будет недостатка – ему доставит удовольствие осыпать эту женщину подарками.
– Ах, голова совсем пустая, – со вздохом пробормотала Джесс. Она провела ладонью по лбу, потом запустила пальцы в волосы, и пальцы тотчас же окрасились кровью. – О, наверное, я испачкала твое одеяло. – Она снова вздохнула. – Прости, пожалуйста.
– Не беспокойся. У меня в трюме три сотни таких. Так что потеря одного одеяла совершенно ничего не меняет.
– Одно из трех сотен – третья часть процента, – заметила Джесс. – Да, ты прав. Это не выходит за допустимые нормы потерь при перевозках.
Себастьян взглянул на нее с удивлением. А ведь она не ошиблась в подсчетах. Эта девушка – настоящая загадка, и будет очень интересно ее разгадать.
Джесс опять зевнула и прислонилась к стене.
– Знаешь, Себастьян, мне нужно домой, чтобы покормить Кеджера, – сказала она неожиданно. – Конечно, Питни покормит, если не забудет. Но он не любит Кеджера.
Кеджер, вероятно, ее собака или кот. Женщины обожают держать животных. Что ж, это не так уж плохо. Когда он будет возвращаться домой из плавания, Джесс будет ждать его у камина с кошкой на коленях. Черт, если у нее нет кошки, он непременно купит.
– Кеджер – это очень хорошо, – кивнул Себастьян. – Но думаю, тебе сейчас не надо торопиться домой.
Она пожала плечами:
– Возможно, ты прав. Не люблю возвращаться домой, когда там нет папы.
Себастьян снова присел на кровать рядом с девушкой, и на сей раз она даже не сделала попытки отодвинуться. Взяв ее за плечи, он заглянул ей в глаза и тихо сказал:
– Оставайся со мной, Джесс. На улице сейчас холодно и темно. К тому же идет дождь.
Она утвердительно кивнула. Опять зевнув, пробормотала:
– Да, дождь… Все еще дождь…
– Тебе не следует отсюда уходить хотя бы потому, что ты пьяна, – продолжал Себастьян.
– Я пьяна? – Джесс посмотрела на него с удивлением. – Неужели и впрямь пьяна? Что ж, вот и хорошо. Все равно я не могу сейчас думать, так что нет никакой разницы. Ах, ты не представляешь, какая странная у меня голова…
– Тебе просто нужно отдохнуть, и все будет в порядке. Так что не беспокойся, моя милая.
– Но со мной такого никогда не бывало. То есть я раньше никогда не напивалась. И вообще, я очень… очень серьезная, – добавила Джесс, в очередной раз зевнув.
Себастьян невольно улыбнулся. «Серьезная» женщина Джесс то и дело зевала, и казалось, она вот-вот скатится с кровати.
– Папа просил, чтобы я не делала никаких глупостей, – сказала Джесс, нахмурившись. – Но похоже, что я его не послушалась. – Она немного помолчала, потом вдруг спросила: – Ты когда-нибудь ловил рыбу, когда купался, капитан? Пытаешься ее поймать, но она все время от тебя ускользает. Со мной сейчас точно так же. Я пытаюсь… ухватить какую-то мысль, но она постоянно от меня ускользает. Стараюсь вспомнить что-то очень важное, но никак не получается.
– Давай оставим рыбу в покое. Утром ты все вспомнишь, уж поверь мне.
«Какая упрямая женщина… – думал Себастьян. – Угодила под фургон, выпила стакан бренди, но все-таки пытается что-то вспомнить». Однако она не стала возражать, когда он уложил ее на подушки. Не возражала она и тогда, когда он стал поглаживать ее по волосам. Вскоре глаза девушки закрылись, и Себастьяну показалось, что она засыпает. Но уже в следующее мгновение она вдруг взглянула на него и спросила:
– У тебя много женщин, капитан? Судя по твоему виду, их у тебя должно быть очень много.
«Но ни одной такой, как ты. И никогда не было».
– Не так уж и много. – Он улыбнулся. – Моряк может долго без них обходиться, когда нужда заставляет. Поверь, я на женщин не бросаюсь, если ты об этом. Ну что, согрелась? Могу дать тебе еще одно одеяло, если хочешь.
– Что?.. О, да-да, согрелась. У тебя здесь… очень уютно.
По-прежнему улыбаясь, Себастьян любовался прекрасной женщиной, что лежала, сонная, в его постели. Когда же он взял ее за руку, она не оттолкнула его, лишь пошевелила пальцами – словно знакомилась с ним, словно давала понять, что принимает его. А когда его губы коснулись ее лба, глаза ее снова закрылись, и в какое-то мгновение ему показалось, что она тоже улыбнулась.
Теперь уже Себастьян нисколько не сомневался: для них это было началом. Как ни странно, он был абсолютно в этом уверен. А ведь действительно странно… Всего лишь несколько часов назад он вырвал эту девушку из тумана на Кэтрин-лейн, но уже считал ее своей. Как будто эту красавицу ему подарило море, выбросив приливной волной к его ногам. И он знал: ему суждено провести с ней долгие годы.
– Кажется, я засыпаю, – тихо прошептала она.
«Вот и хорошо, тебе действительно надо поспать», – подумал Себастьян. Мысленно он уже называл ее «моя Джесс», хотя она, конечно же, еще не знала об этом.
И он ни за что ее не отпустит, ни за что с ней не расстанется. Завтра же разыщет ее беспечного отца и заберет у него Джесс. Или найдет ее сутенера, если именно сутенеру она принадлежит. Она никогда больше не будет бродить вечерами по темным улицам. На кого бы она ни работала, он пригрозит им, или договорится, или откупится. За ценой же не постоит. Денег у него хватит.
А потом он соблазнит ее, уложит в свою постель и отправится с ней в плавание на всю жизнь. Впрочем, это уже произошло – они уже подняли паруса.
Себастьян твердо решил: не пройдет и недели, как он овладеет ею и изольет в нее свое семя.
Но само собой разумеется, что он не покинет Лондон, пока не увидит, как повесят Джосайю Уитби.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мой милый шпион - Борн Джоанна



Поиск таинственного наполеоновского шпиона с жалкой любовной интригой. Не теряйте время. Можно найти получше.
Мой милый шпион - Борн ДжоаннаВ.З.,64г.
20.12.2012, 12.58





Я не согласна с предыдущим комментарием,rnроман интересный но это втирая книга и чтобы ее лучше понять следует прочитать роман" Тайна куртизанки",тогда роман покажется интересным.
Мой милый шпион - Борн ДжоаннаНаталья
24.02.2013, 20.11





Книга интересная. Стоит прочитать . Конец немного скомкан . Адекватные гг- и. Нет соплей и слез .
Мой милый шпион - Борн ДжоаннаМаруся
18.03.2013, 0.26





Это один из первых романов, кот я прочитала, и мне приятно было его перечитывать.
Мой милый шпион - Борн ДжоаннаМилена
13.03.2015, 21.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100