Читать онлайн Пыл невинности, автора - Бонандер Джейн, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пыл невинности - Бонандер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пыл невинности - Бонандер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пыл невинности - Бонандер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бонандер Джейн

Пыл невинности

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Во время брачного сезона, для того чтобы отыскать себе спутницу жизни, самцу норки приходится преодолевать значительные расстояния. У него могут быть многочисленные «романы», прежде чем он найдет себе нужную самку.
Из дневника Йэна Макдауэлла
– Скотти… – Из горла Александра Головина вырвался странный звук, напоминающий звук пилы. Скотти Макдауэлл смотрела на него с открытым ртом. – Скотти, дай мне полотенце.
Девушка рассеянно посмотрела на полотенце, лежащее на подлокотнике кресла рядом с ней, потом снова пристально взглянула на него. Казалось, она лишилась дара речи. Его детородный орган рос прямо у нее на глазах. Покачиваясь от собственного веса и поблескивая капельками воды, он дерзко выглядывал из завитков черных волос. Волоски на мускулистых ногах прилипли к телу.
Скотти проглотила подступивший к горлу ком, в груди бешено колотилось сердце. Возбуждение было таким сильным, что она боялась упасть в обморок.
– Скотти, дай мне, пожалуйста, полотенце, – хрипло повторил Алекс.
– Нет, – возразила она тихо.
Головин негромко выругался и вышел из лохани. Оставляя на полу мокрые следы, подошел к креслу, сам взял полотенце и обернул вокруг талии.
– Черт побери, девчонка, ты не понимаешь, что делаешь?
Скотти продолжала пристально смотреть на него с открытым ртом. Сердце трепетало, словно хотело вырваться из груди на свободу.
– А что я такого делаю? – непонимающе пробормотала она.
– Девушке неприлично стоять и пялиться на голого мужчину. – Головин сорвал с крючка над очагом второе полотенце и принялся вытирать густые черные волосы.
– Почему неприлично? – спросила она, не в силах отдышаться и отвести от него завороженный взгляд.
– Потому!.. – сердито буркнул он.
Скотти не шелохнулась, удивляясь странному гневу Алекса и не понимая его.
– Почему ты так рассердился, Алекс? – искренне удивилась она. – Ты же знаешь, я уже видела тебя раздетым. Тебе нечего стыдиться. Мне нравится твое тело. Оно у тебя очень красивое.
Александр Головин опять выругался и, швырнув на стул полотенце, угрожающе двинулся к ней. Подошел почти вплотную и положил руки ей на плечи.
– Запомни, такое нельзя говорить мужчине… Понимаешь? Никогда не говори мне такие слова!
Он говорил сердитым голосом, но в глазах… гнева не было – только желание. Оно сбивало Скотти с толку. Почему он ведет себя так странно? Она заметила на его лице черную щетину и удивилась. Ведь он брился вчера утром.
– Но, Алекс, – растерянно пожала она плечами, – ведь это правда. Почему мне нельзя говорить правду?
– Знаешь, как поступит большинство мужчин, если ты будешь так смело разговаривать с ними? – застонал он.
Скотти покачала головой.
– Но я не хотела… Просто я…
– По-моему, ты сама не понимаешь, на что напрашиваешься, – по-прежнему сердито прервал адвокат из Сан-Франциско. – Черт побери, раз не понимаешь, тогда мне следует преподать тебе урок. – Он притянул ее к себе и поцеловал.
Интуиция подсказала Скотти, что этим поцелуем Алекс хотел наказать ее: он почему-то рассердился. Но, несмотря на его злость, Скотти почувствовала себя на седьмом небе от счастья и блаженства. Она вспомнила то, чему он уже успел ее научить, и ответила на поцелуй, водя губами по его губам и чуть приоткрыв рот, чтобы впустить его язык внутрь.
Алекс застонал и сильнее прижался к ее рту. От его стонов Скотти вся задрожала. Она дотронулась языком до его языка, коснулась ладонями его влажной груди, нащупала пальцами соски. Они были сейчас такими же твердыми, какими часто бывали у нее самой. Сладкая боль желания заполнила все ее существо.
Выпуклость под полотенцем зашевелилась, будто жила собственной жизнью, и уперлась Скотти Макдауэлл в живот. Ей очень хотелось потереться о нее тем местом, которое ныло сильнее всех, но она была слишком низкой или, вернее, он был слишком высок. Она разочарованно вздохнула и пылко прижалась к нему. Алекс схватил ее за плечи, а ей страшно захотелось, чтобы он покрепче обнял ее, хотелось погладить его везде… Она осторожно потянула полотенце.
Неожиданно Александр Головин отпрянул и грубо оттолкнул ее от себя. Из его груди вырывалось прерывистое хриплое дыхание, глаза потемнели. Она заметила, как на его шее быстро бьется голубая жилка.
– Ну, сейчас-то ты хоть понимаешь, что делаешь? – прорычал он, и его черные брови угрожающе нависли над глазами.
– Но мне так нравится, Алекс, – судорожно вздохнула Скотти. – Честное слово!
Алекс не удержался и громко выругался. Он тут же отвернулся, но Скотти успела заметить, что полотенце вокруг его бедер торчит, как палатка.
– Убирайся! – гневно потребовал адвокат.
Грубость озадачила ее.
– Но я…
– Убирайся отсюда ко всем чертям! – вне себя от ярости повторил он. – Дай мне одеться.
Скотти Макдауэлл смотрела на его широкую гладкую спину и понимала, что сделала что-то не так. Раньше ей никогда не приходилось следить за своими словами, она всегда говорила то, что хотела, то, что думала. Проклятие! Она знала, что иногда бывала слишком непосредственной, но отец часто говорил, что это придает ей особое очарование.
– Ну? – Алекс повернулся и устремил на нее испепеляющий взгляд.
С печальным вздохом девушка решила подчиниться, чувствуя, что сейчас не время для споров. Он уже и так рассвирепел. Она схватила куртку и направилась к двери.
– Ты очень непоследователен, – все-таки не удержалась Скотти.
– Что ты хочешь сказать, черт побери? – Он стоял за креслом с полотенцем, обмотанным вокруг талии.
Она смущенно оглянулась.
– Ведь в самом начале, еще до того как ты соизволил представиться, ты преспокойно разгуливал передо мной в чем мать родила! А теперь вдруг начинаешь стыдиться и прикрываешься, как стеснительная девица. – Тряхнув головой, Скотти открыла дверь. – Ты очень непоследовательный мужчина, Алекс Головин, – решительно повторила она и вышла из дома.


Скотти уже с час лежала на кровати, но никак не могла уснуть. С головой творилось что-то неладное: никак не удавалось прогнать мысли, расслабиться и уснуть.
– Алекс?
Хотя он лежал тихо и его дыхание было спокойным, размеренным и глубоким, она знала, что он тоже не спит.
– Алекс, – повторила девушка, – я знаю, что ты не спишь, можешь не притворяться.
Он пошевелился на полу и пробормотал что-то неразборчивое.
– Что тебе нужно? – наконец раздраженно спросил он, надеясь отбить у нее охоту к дальнейшему разговору.
– Ну… – с отчаянным вздохом начала Скотти. – Я подумала, что было бы хорошо, если бы ты научил меня… тому, что знаешь.
Он повернулся и бросил на нее полный ярости взгляд.
– О чем ты говоришь, черт побери?
– Ну… – повторила она, приподнимаясь на локте, – было бы здорово, если бы ты научил меня доставлять удовольствие мужчинам. – Она, наконец, сказала то, что давно хотела сказать. Избавившись от тяжелого груза, Скотти вздохнула свободнее.
– Что? – не веря своим ушам, воскликнул Александр Головин. – Что ты болтаешь?
– Только не злись, пожалуйста! Выслушай сначала хотя бы…
– Скотти, мы не будем больше разговаривать на эту тему… Все, хватит! Давай спи!
Она легла и нахмурилась.
– Ты говоришь, как старая дева! Я так и знала, что тебе это придется не по вкусу и ты будешь ворчать.
– Да, – не стал спорить Алекс, – ты права. Я и есть старая дева и буду ворчать. Мне не по вкусу такие разговоры.
– Но, Алекс, – осторожно произнесла девушка, внимательно глядя на его крепкое мускулистое тело. – Я ведь ничего не знаю о том, как женщины доставляют мужчинам удовольствие. Ты считаешь, что мне еще рано это знать? А я думаю, в самый раз.
Головин преувеличенно громко застонал и пробурчал в подушку забористое ругательство.
– Скотти, – терпеливо начал он, – придет день, и ты обязательно найдешь мужчину, которого полюбишь и за которого выйдешь замуж. Можешь мне поверить на слово, рано или поздно это обязательно произойдет. И вне всяких сомнений, он будет безумно рад и благодарен, что ты сохранила себя для него.
– Но этого-то я и боюсь. Я хочу узнать, как… как заставить мужчину почувствовать… испытать тот же жар и ту же страсть… какие я чувствую, когда думаю о тебе.
– Неужели сегодняшний урок ничему тебя не научил? – взорвался он.
Скотти негромко рассмеялась, вспомнив его наказание, такое сладкое и возбуждающее.
– Ты говоришь о поцелуе? – решила на всякий случай уточнить она.
Она посмотрела на него в то самое мгновение, когда он крепко закрыл глаза и больно ущипнул себя за переносицу, стараясь успокоиться.
– Скотти, я…
– Я думаю, – прервала его Скотти, которой надоело слушать упреки и нравоучения, – что ты испытываешь ко мне те же самые чувства, какие я испытываю к тебе.
– Что ты мелешь? – возмутился Алекс, весь кипя от ярости.
– Не кричи на меня, пожалуйста, – спокойно сказала девушка. – Крики тебе ничего не дадут. Я видела тебя сегодня, Алекс. Видела, как полотенце шевелилось на тебе… О, – торопливо добавила она, – я знаю, как он называется. Я не настолько глупа и наивна, как ты, наверное, думаешь. Я… просто, ты, наверное, считаешь, что я не должна вслух произносить это слово.
– Почему же? – насмешливо поинтересовался он. – Интересно, что тебя останавливает? Ты и так уже произнесла все слова, кроме этого.
Скотти снова откинулась на подушку.
– Ладно. От меня не укрылось, как твой пенис шевелится под полотенцем. Я не настолько наивна, чтобы не знать, что это означает. Он становится таким большим и толстым тогда, когда мужчина возбужден и…
– Скотти, ты сама не знаешь, что болтаешь! А поэтому немедленно замолчи! Довольно, чтобы я больше не слышал от тебя ни одного слова!
– Но тебе все равно не удастся убедить меня в том, что я не права, Алекс… Несколько лет назад я видела, как Джейми, спрятавшись в кустах, играл с… ним. Правда, у него он не был таким большим, как у тебя, но…
– Черт побери, Скотти, я сказал: хватит! – прикрикнул на нее Алекс. – Немедленно замолчи!
Скотти покосилась на него и вкрадчиво осведомилась:
– А если не замолчу, что будет? Что ты со мной сделаешь? Наверное, как-нибудь накажешь, Алекс? Поцелуем ты меня уже наказывал. Какое же наказание выберешь на этот раз? Может, отшлепаешь? Кажется, так наказывают детей?
– Я больше не намерен разговаривать на эту тему, Скотти. Ты пытаешься вывести меня из себя, но у тебя ничего не выйдет. Я не собираюсь учить тебя тому, как женщины любят мужчин.
Александр Головин сердито отвернулся к очагу, спиной к ней, не желая разговаривать.
Скотти Макдауэлл подавила вздох разочарования, выскользнула из кровати и подошла к огню. Прежде чем заснуть, нужно подложить дрова, чтобы огонь не погас ночью.
Услышав ее шаги, Алекс приподнялся на локте и пробурчал:
– Возвращайся в постель, Скотти. Я сам подложу дрова.
Она улыбнулась и покачала головой:
– Не стоит, я уже и так встала.
– Напрасно стараешься, – хмыкнул он. – Ничего у тебя не выйдет.
– Прости, что не выйдет? – удивленно спросила Скотти.
– Будто сама не знаешь! Стоишь спиной к огню, а твои ноги просвечивают сквозь рубашку. Напрасно стараешься, Скотти.
Девушка посмотрела вниз – и правда все видно, даже кустик волос между ее ногами.
– Вот, значит, в чем дело, – прошептала Скотти Макдауэлл, не сводя с него взгляда. – Значит, ты видишь через рубашку.
Алекс чертыхнулся, вскочил, схватил ее за руки и силой уложил на кровать.
– Лежи и не вставай, черт возьми! И чтобы до утра я не слышал от тебя ни единого слова! – Он накрыл ее одеялом, натянув его до подбородка, и сунул края под матрац.
Ворча себе под нос, он вернулся к постели у очага и лег.
– Алекс? – тихо позвала Скотти.
– Ну что еще?
Скотти улыбнулась, радуясь охватившей ее теплоте. Она была уверена, что Головин хочет ее. Она это почувствовала!
– Спокойной ночи.
– И тебе того же, – мрачно буркнул Александр Головин, заставив ее широко улыбнуться.
Скотти Макдауэлл открыла глаза, не сразу поняв, что ее разбудило. Она посмотрела на огонь и увидела Алекса, сидящего в любимом кресле отца. Длинные ноги он поставил на скамеечку. В комнате было тепло, значит, он подложил дров. В очаге пылал яркий огонь, во все стороны летели искры.
Она соскользнула с кровати и направилась к огню.
– Что делаешь? – сонным голосом поинтересовалась Скотти.
Алекс как-то странно смотрел на нее. Отсветы языков пламени плясали на его лице, то бросая на него тени, то ярко освещая. Скотти решила, что он как-то неуловимо изменился. Она еще не видела его таким.
– Благодаря тебе так и не смог уснуть, – сердито проворчал Головин, поднимая и показывая бутылку.
Подойдя ближе, Скотти уловила запах виски.
– Ты пьешь? – удивилась она.
– В наблюдательности тебе не откажешь.
Не обращая внимания на язвительный тон и неожиданный страх, она подошла ближе. Грудь Алекса, как всегда, была обнажена. Он развалился в кресле, положил руки на широкие подлокотники и широко расставил ноги. Поза его была спокойная и расслабленная, но настроение – далеко не благодушное.
Скотти бросила взгляд на почти пустую бутылку с виски, которую он сжимал в руке.
– Виски не поможет, Алекс.
– Откуда ты знаешь, черт побери? – мгновенно вскипел он.
Она вздрогнула, будто он влепил ей пощечину.
– Алекс, если я виновата…
– Не льсти себе, – прервал адвокат и в очередной раз приложился к бутылке. – О, – торопливо пробормотал он и протянул бутылку, – какой же я невоспитанный! Не желаешь присоединиться?
Скотти уже собиралась отказаться от приглашения, но передумала. А почему бы и нет? Виски поможет успокоить нервы, которые натянуты, как скрипичная струна.
– Да, – кивнула она. – Налей немного, пожалуйста.
Алекс фыркнул.
– «Пожалуйста», – передразнил он ее. – А тебе известно, что «пожалуйста» чертовски возбуждающее слово?
Она покачала головой и пошла к буфету за рюмкой.
– Возбуждающее? – удивленно переспросила Скотти и протянула рюмку.
Он плеснул на донышко немного виски и кивнул с пьяной ухмылкой:
– Да, возбуждающее.
Скотти Макдауэлл сделала небольшой глоток и с трудом поборола желание чихнуть. Виски жидким пламенем потекло по горлу, согрело живот.
– Я всегда… – Скотти вежливо откашлялась, стараясь не показать, что не переносит даже запаха спиртного. – Мне всегда казалось, что «пожалуйста» приятное и спокойное слово.
Алекс покачал головой и уставился на нее.
– Только не тогда, когда женщина хочет, чтобы мужчина занялся с ней любовью.
– Ч… что? – От неожиданности Скотти чуть не поперхнулась. Черт побери, она действительно хотела этого вечером, но сейчас обстоятельства изменились, и желания у нее сильно поубавилось.
Александр Головин положил голову на спинку кресла и сладострастно вздохнул.
– Стоит закрыть глаза, и я вижу тебя, Скотти. Вижу, как ты хнычешь, умоляешь, стонешь и извиваешься подо мной, не в силах выразить свое желание словами. «Пожалуйста», – хнычешь ты мне на ухо. – Его голос неожиданно стал хриплым. – «Пожалуйста…»
Тонкая оболочка сдержанности, всегда окружающая его, исчезла, и перед ней явился дикий и опасный мужчина. Впервые за последние месяцы Скотти поняла, что такое настоящий страх.
– Алекс, ты пьян, – робко пробормотала она.
– Да, черт побери! – с яростно горящими глазами усмехнулся Головин. – Я пьян и чертовски возбужден. По идее, спиртное должно притуплять желание. – Внезапно он крепко схватил ее за запястье. – Ты знала, что виски успокаивает?
Пальцы Алекса больно, как тиски, сжимали руку. Скотти попыталась освободиться, но быстро убедилась, что все попытки вырваться напрасны. Она испуганно сделала еще глоток и от страха уронила рюмку на пол – та разбилась у ее ног.
Головин бесцеремонно посадил девушку себе на колени.
– Немного волнуешься, милая, да?
Выпуклость в его паху упиралась ей в ягодицы.
– Я… я не понимаю, что ты имеешь в виду, – ответила Скотти, изо всех сил стараясь справиться с дрожью в голосе.
Он схватил ее за подбородок.
– Ясно, не понимаешь.
Скотти нигде не могла спрятаться от обжигающего пламени, бушующего в его глазах.
– Алекс, ты пугаешь…
– Но разве ты не этого хотела? Разве не это ты умоляла меня сделать несколько часов назад?
Она хотела этого? Не может быть! Она не могла хотеть этого. Не могла…
– Я… я так не думаю. Я не этого хотела, Алекс. Дай мне встать, пожалуйста. – Скотти храбрилась, но внутри у нее все дрожало от страха – ведь она по-прежнему оставалась испуганной неопытной девчонкой.
– О, значит, опять «пожалуйста»? Маленькая непорочная девственница хочет, чтобы ее отпустили. – Она никогда не слышала, чтобы он говорил таким хриплым голосом. – Я же тебе объяснил, что «пожалуйста» говорят не так и не в такие минуты.
Скотти сидела у него на коленях. Спина затекла от напряжения, в горле застрял ком.
– Пож… – Она осеклась и строго произнесла: – Алекс, я хочу встать.
Он повернул к себе ее лицо и зарылся ртом в длинные густые волосы, которые каскадом падали на плечи и закрывали грудь.
– Какие у тебя роскошные волосы! – прошептал он. – Я хочу гладить их, хочу заблудиться в них. О, как мне хочется, чтобы, кроме волос, на тебе ничего не было! Ничего, слышишь?
Скотти задрожала от страха. Но когда он провел пальцами по ее волосам у виска, неожиданно страх исчез.
На смену ему пришло понимание, что сопротивление бесполезно.
Одной рукой Алекс осторожно поддерживал ее затылок, а второй притянул еще ближе. Горячее дыхание, смешанное с запахом виски, коснулось ее щеки.
– Ты была права, Скотти, – прошептал он ей на ухо. – Трудно бороться с соблазном.
Горячее дыхание щекотало, и она вся затрепетала.
– Я… я не хотела…
– О нет! Хотела, – прервал он и ткнулся носом в ее ухо. – Согласен, ты могла не знать последствий, моя милая, но двигалась ты в правильном направлении, поверь.
Он сводил ее с ума. Рассудок требовал вскочить, пока она еще хотя бы немного владеет собой, но охватившее желание отняло все силы.
Вдруг Алекс отпустил ее.
– Ты разбила бокал, Скотти! – воскликнул он, словно только сейчас увидел на полу осколки стекла. – Ты не порезалась?
Головин поставил свой бокал на пол и взял ее за щиколотку. Скотти задрожала от удовольствия. Его рука нежно скользнула вверх.
Она замерла, не желая ни поощрять его на дальнейшие действия, ни злить. По спине девушки забегали мурашки.
– Я… со мной все в порядке, Алекс. Правда, я не порезалась.
Рука Головина продолжала неумолимо ползти вверх, она уже поднялась выше колена. Скотти вся горела, ей казалось, что в комнате нет воздуха и нечем дышать. По мере того как его пальцы приближались к заветному месту между ног, она чувствовала, как оно дрожит, набухает и пропитывается влагой желания. Рассудок взывал к благоразумию, но душа ее требовала продолжения.
– О!.. – еле выдохнула она. – Ты… когда-нибудь… дотронешься…
Когда пальцы Александра Головина, наконец, добрались до заветного места, Скотти шумно втянула в себя воздух и подпрыгнула у него на коленях. Он тут же убрал руку, оставив ее в смятении, в плену незнакомого фантастического желания.
Неожиданно он прижался губами к ее шее и слегка укусил мочку уха. Скотти затрепетала от наслаждения.
– Черт побери! – прошептал на ухо Алекс. – Ты везде такая вкусная?
Виски ударило в голову Скотти. Она почувствовала вялость и испуг.
– Алекс, – нерешительно захныкала она, – пожалуйста, отпусти меня.
Он рассмеялся хриплым дразнящим смехом, обволакивая ее горячим дыханием. Голова шла кругом от запаха виски.
– Так ты больше не хочешь, чтобы я научил тебя, как любить мужчину? – Кончик его языка пробрался в ее ушную раковину, большая ладонь легла на грудь.
Скотти закусила губу и изо всех сил постаралась сдержать громкий стон. Головин еще не дотронулся до ее соска, а он уже напрягся и затвердел. Когда же он прикоснулся к нему пальцем, она всем телом прижалась к Алексу, не в силах понять, что с ней происходит.
– О Господи! – хрипло бормотал Алекс. Скотти Макдауэлл тонула в наслаждении. Стоило его пальцам слегка прикоснуться к ней, и она вся начинала дрожать. Он ласкал ее грудь сквозь тонкую ткань рубашки, потом взял губами сосок.
Затем ладонь Алекса медленно спустилась вниз по ее плоскому животу и добралась до прелестного холмика у основания бедер. Не в силах бороться с бушующим внутри нее огнем желания, Скотти извивалась у него на коленях, требуя продолжения мучительной ласки.
Однако Алекс неожиданно убрал руку, оставив Скотти в томительном ожидании.
– Алекс! – всхлипнула девушка. – Пожалуйста, ну, пожалуйста… – взмолилась она и широко раздвинула ноги.
Головин приблизил к себе ее лицо и прижался губами ко рту. Поцелуй был яростным, неистовым и долгим и позволил им обоим дать выход страсти.
Скотти судорожно вцепилась в его плечо, потом скользнула рукой вниз. Пальцы нащупали эластичную резинку кальсон и нырнули под нее. Когда Скотти дотронулась до густых волос и до того места, которое твердо упиралось ей в ягодицы, она совсем потеряла контроль над собой.
Внезапно Алекс схватил ее за руку. Сначала Скотти чуть не расплакалась от разочарования, но поняла, что он и не собирается мешать. Напротив, он помогал ей. Скотти переменила положение – села к нему лицом, оседлав его мускулистые бедра. Алекс показал ей, что нужно делать, их пальцы переплелись и медленно… очень медленно двигались вверх-вниз…
– Вот так, – хрипло шептал Головин. – Так… Другой рукой он коснулся чувствительной кожи на внутренней поверхности ее бедра. Он придвинулся вплотную… их тела плотно-плотно соприкасались… и Скотти вновь задрожала. Сначала Алекс слегка провел ладонью у нее между ног, потом осторожно надавил большим пальцем на ее бархатистую плоть.
Скотти словно превратилась в один сгусток страстного желания. Всего минуту назад ей казалось, что она постигла самое большое на земле наслаждение, но то, что она чувствовала сейчас, не поддавалось описанию.
– О, пожалуйста! – стонала девушка, забыв обо всем на свете.
Его твердая пульсирующая плоть готова была проникнуть в нее, но в последний момент он вдруг остановился. Скотти не могла больше ждать – подалась навстречу ему, невзирая на легкую боль, погружаясь в водоворот эмоций.
Удерживая ее за бедра, Алекс начал двигаться взад-вперед, побуждая ее делать то же самое. Скотти оказалась сообразительной ученицей. До нее быстро дошло, чего он от нее хочет. И вот они уже задвигались вместе, превратившись в одно тугое напряженное целое: вместе двигались, вместе дышали, вместе дрожали и стонали от наслаждения.
Неожиданно Алекс взял ее ладонями за талию и попытался приподнять. Скотти испугалась и еще крепче прижалась к нему… Внезапно Алекс напрягся и громко застонал. Что-то горячее и влажное заполнило ее. Обессиленный, он упал на спинку кресла, жадно хватая ртом воздух.
Скотти положила голову к нему на плечо и прислушалась к его дыханию. Слезы медленно текли по ее щекам. Она чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Она доставила ему удовольствие, сделала его счастливым, и это – самое главное. Скотти удовлетворенно вздохнула и подумала, как было бы замечательно, если бы до самого утра он не выпускал ее из своих объятий. И ей очень хотелось проделать это еще раз.
Она взглянула на Александра Головина. Увидев, что он спит, лениво улыбнулась, устроилась поудобнее и уснула в его объятиях.
Проснулась Скотти в своей кровати. Едва открыв глаза, тут же вспомнила о том, что произошло ночью, и резко села. Посмотрела на очаг, но, увидев пустое кресло, разочарованно вздохнула. Его матрац был аккуратно свернут и стоял у стены. Алекса нигде не было видно.
Скотти закрыла глаза и вновь легла. Она вытянулась, слегка вздрогнула, почувствовав между ног легкую саднящую боль, и с дрожью вспомнила о том, что произошло ночью.
Хотела ли она, чтобы это произошло? Да, хотела! Зачем лгать самой себе и говорить, будто он взял ее силой, против ее желания? Да, она хотела, чтобы это произошло, но даже в своих самых безудержных мечтах не могла представить те сладостные ощущения, которые испытает до любви, во время ее и после. Это было… очень интересно. Сейчас, когда она узнала, как мужчины и женщины любят друг друга, ей стало даже немного смешно.
Скотти улыбнулась. Как Алекс сопротивлялся, изо всех сил боролся с желанием. Пытался вести себя, как джентльмен, старался не трогать ее, но, конечно, с самого начала знал, что это неизбежно произойдет.
Ей хотелось петь от радости. Теперь Алекс навсегда останется с ней в Йосемитской долине. Конечно же, теперь он прекратит свои глупые попытки выселить из долины всех жителей и сделать их бездомными! Как он может выгонять ее из дома, после того, что произошло между ними! Он никогда не сделает это после сегодняшней ночи!
Скотти Макдауэлл отбросила одеяло, встала и снова поморщилась от небольшой боли. Она пошла к ширме, внимательно глядя себе под ноги, но так и не нашла на полу осколков стекла. Помывшись, оделась и принялась готовить завтрак в надежде успеть к возвращению Алекса. Она не знала, где он, но была уверена, что он скоро вернется.
Возясь у печки, Скотти что-то тихо напевала, от счастья слегка кружилась голова. Завтрак был почти готов, когда дверь открылась и в хижину вошел Александр Головин.
Скотти посмотрела на него, и сердце учащенно забилось.
– Доброе утро! – весело поздоровалась она. – Захотел прогуляться перед завтраком?
Головин хмуро посмотрел на нее. Не сказав ни слова, снял куртку и повесил на крючок за дверью. В хижине повисло тяжелое молчание.
– Алекс? – испуганно окликнула Скотти, почувствовав неладное. – Что случилось?
– Я встретил у реки Тупи.
– Он придет на завтрак?
– Да, скоро придет. – Алекс упрямо отказывался смотреть на нее.
Скотти изо всех сил боролась с паникой. Она была знакома с этим ощущением и знала, что оно не предвещает ничего хорошего. Но в этот раз все будет по-другому. После сегодняшней ночи иного и быть не может.
– Я… тогда, наверное, нам надо подождать его… – неуверенно проговорила девушка.
– Перевал открыт, – неожиданно сообщил он ошеломительную новость.
Она пристально посмотрела на него. Вся радость исчезла, оставив вместо себя лишь страх.
– Не может быть, сейчас ведь только январь.
– Временная оттепель, – пожал плечами Алекс. – Перевал будет открыт до следующего снегопада.
Неожиданно Скотти Макдауэлл обнаружила, что двигается, как во сне. В голове метались обрывки страшных мыслей. Она хотела спросить, что он собирается делать, но молчала, боясь услышать то, что уже знает.
– Я должен возвращаться в Сан-Франциско, Скотти.
Девушка проглотила скопившиеся в горле слезы и уставилась на огонь.
– Но… но ведь ты вернешься, правда? – Она повернулась и посмотрела на его затылок. Алекс стоял у окна и смотрел вдаль. Когда он не ответил, какая-то частичка ее сердца умерла. – Вернешься? – повторила девушка.
– Нет, – тяжело вздохнул Головин. – Не вернусь.
Все ее самообладание рассыпалось, как карточный домик.
– Но… но после сегодняшней ночи я думала… – растерянно пробормотала она.
– Ты неправильно думала. – Он замолчал и вновь отвернулся к окну.
Скотти попыталась сморгнуть слезы. Что же случилось?
– Алекс, – с глубоким вздохом начала девушка – если я… если я что-то сделала неправильно…
– Черт побери! Мое решение не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к твоим маленьким женским хитростям, В том случае, если ты еще этого не заметила, позволь мне тебе сообщить, что мир вовсе не вращается вокруг тебя.
Она попятилась, как будто он ее ударил.
– Но… но я думала…
Александр Головин резко повернулся и пронзил ее обжигающим взглядом.
– Что? Что ты думала? Только потому, что я перебрал и слегка опьянел, ты подумала, что тебе повезло? – В комнате зазвенел его язвительный смех, и Скотти задрожала. – Жизнь не сказка, малышка. Пора бы тебе уже это понять.
Ей показалось, что внутри у нее что-то оборвалось. Только не плакать! Ни в коем случае не плакать перед ним. А может, она больше никогда уже не будет плакать… О, как же больно слышать эти обидные слова! Как нестерпимо больно!
– Ясно, – сказала Скотти, стараясь говорить твердым голосом, но он все равно дрожал от слез.
– Сомневаюсь, что тебе ясно, – покачал он головой и смерил ее насмешливым взглядом. – Видишь ли, моя милая, я раскусил тебя.
С трудом проглотив ком, подступивший к горлу, Скотти недоуменно переспросила:
– Раскусил?
– Я видел подобные штучки сотни раз. Должен признаться, что иногда даже терял бдительность, однако после раскаивался в минутной слабости.
Скотти начала накрывать на стол. Ее руки сильно дрожали.
– Но на этот раз ты не потерял бдительности? – Она не имела ни малейшего представления, о чем он говорит.
Он снова посмотрел в окно, будто ждал Тупи.
– Это самая старая хитрость на земле, и к ней испокон веков прибегали женщины самой древней профессии.
Скотти не понимала, о чем он говорит, но не собиралась признаваться в своем невежестве. Несомненно, Алекс думал, что она знает, о чем идет речь. Какие хитрости? Какая самая древняя профессия?
– Наверное, мне следовало с самого начала догадаться, что с тобой эта хитрость не пройдет, – вздохнула она.
Алекс гневно посмотрел на нее.
– Значит, ты во всем признаешься?
Скотти сняла кашу с огня и поставила на подставку посреди стола.
– Ну? – повторил Алекс.
Она вздрогнула от его злого голоса.
– Что?
– Признаешься, будто думала, что если заставишь меня переспать с собой, то я не буду выселять тебя из долины?
Неожиданно ноги у Скотти стали ватными. Она привалилась к столу и быстро села, чтобы скрыть свое изумление и обиду.
– Как ты мог подумать?.. – Она замолчала не в силах закончить.
Горло у нее сжалось, грудь пронзила острая боль. Но неожиданно до нее дошло, что отчасти он прав… И что все ее глупые мечты никогда не сбудутся… Но хуже всего то, что он снова собирается покинуть ее и никакие уговоры и слова не заставят его передумать и изменить свое решение.
– Эй! – весело крикнул Тупи, распахивая дверь. – Завтрак готов?.. Нужно выйти пораньше, мистер Алекс, иначе и за день не дойти. Мы обязательно должны сделать это сегодня. Завтра или даже сегодня вечером будет уже поздно. – Он закрыл дверь, и комната снова погрузилась в полумрак.
Не замечая напряжения, царящего в хижине, индеец снял куртку и бросил на скамью.
– Тупи умирает с голоду, – с улыбкой сообщил он.
Внешне Скотти оставалась спокойной, не хотела показывать, что ее терзает отчаяние. Душа ее разрывалась от невыносимой боли. Алекс уходил, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить его. Он будто вырвал у нее из груди сердце и бросил на пол…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пыл невинности - Бонандер Джейн



Очень нравится этот роман. Мой первый роман, после него читала массу хороших романов,но этот остается любимым. На другом сайте читала о нем негативные отзывы. Но мне он очень нравится. Интересный. Читайте.
Пыл невинности - Бонандер Джейнлена
23.10.2013, 17.24





Как-то по службе в одном райцентре я посетила интернат для УО детей и меня поразили его выпускницы: такие ядреные девушки, рукодельницы, певицы. Я спросила у директрисы, а куда они деваются после выпуска. Ответ был: почти все выходят замуж. Женихи - окрестные деревенские парни, чуть не в очередь стоят. А что, читать, писать обучены, борща сварят ,за скотиной ходят, многодетны и в постели ненасытны. Так это и есть портрет главной героини Скотти (имечко не для русских). Ее диагноз - олигофрения в легкой степени дебильности и объясняет ее литературный образ и сексуальную ненасытность, но что делает счастливым главного героя. Также хочу коснуться лохматости главного героя. В прошлом был у меня такой мужчина. Конечно, поглаживать пальцами шкурку соболя гораздо приятнее, чем медвежью, но в постели лучше быть с медведем, чем с собольком. А так о романе - вполне хорош. Советую к прочтению.
Пыл невинности - Бонандер ДжейнВ.З.,66 л.
27.05.2014, 11.09





Я тут вся такая в розовых очках на пушистых облаках ... и бац! Предыдущий комент на асфальт уронил!rnПрикольно Вы про ГГю сказали. А я всю книгу гадала- с какого перепуга адвокат запал на ,практически, девочку-маугли? rnРастянуто , но читать можно. 8/10
Пыл невинности - Бонандер Джейнчиталка
9.08.2014, 0.01





Не плохой по роман, по мне слишком много животных в жизни героев...
Пыл невинности - Бонандер ДжейнМилена
18.02.2015, 12.38





Не плохой по роман, по мне слишком много животных в жизни героев... После прочтения вспомнила анекдот, девушка попугаю: "Эй, дурак, ты умеешь разговаривать?" Попугай: " Я то умею, а ты, дура, умеешь летать"...
Пыл невинности - Бонандер ДжейнМилена
18.02.2015, 12.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100