Читать онлайн Один в толпе, автора - Боковен Джорджия, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Один в толпе - Боковен Джорджия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.84 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Один в толпе - Боковен Джорджия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Один в толпе - Боковен Джорджия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Боковен Джорджия

Один в толпе

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Холли припарковала свою «Корсику» около больницы, выключила мотор, вышла и уверенным шагом направилась к главному входу. У окошечка справочной она даже заставила себя улыбнуться и спросила, где ей найти Нила Чэпмена. И только когда двери лифта закрылись, улыбка сползла с ее лица.
Она взглянула на свои руки. Слава богу, не дрожат.
Неплохо. Наверное, лекция, которую она сама себе прочитала, – насчет того, что надо бороться со страхами и жить полной жизнью, все-таки подействовала. Тем более что длился этот внутренний монолог все время, пока она убирала двадцать комнат.
Она давно обнаружила, что, когда есть о чем подумать, уборка идет в два раза быстрее. Скорее всего потому, что время течет незаметно. Вообще-то менять простыни и чистить унитазы быстрее не получается.
Арнольд приучил ее к книгам на кассетах. У него в конторе была целая библиотека, и он предложил ей брать все, что захочется. Когда три месяца назад Холли переехала в дом дедушки в Мэривилле, ей почти не удавалось читать – времени не хватало. К вечеру она уставала так, что книга валилась из рук. Кассеты, конечно, книг не заменят, но уж лучше что-то, чем ничего.
Двери лифта раскрылись, и, только когда они снова стали закрываться, Холли поняла, что это нужный ей этаж. Она придержала их рукой, выскочила и, взглянув на медную табличку-указатель с номерами палат, поняла, что ей налево.
Она ни за что не хотела заглядывать в палаты, мимо которых проходила, но все-таки по сторонам смотрела. Кое-кто из больных был болен явно тяжело, остальные выглядели вполне нормально, как те, которых она видела в вестибюле.
Вот наконец и четыреста тридцать шестая. Дверь оказалась закрытой. Она легонько постучала, подождала. Ответа не было. Тогда она постучала еще раз, погромче. Снова тишина. Холли приоткрыла дверь, заглянула внутрь. Кровать была пуста. Она зашла.
Когда Холли наконец увидела его у окна, в распахнутом халате, отступать было поздно.
– Неплохой вид, правда? – спросила она. Он стянул разошедшиеся полы халата, обернулся к ней.
– Холли?
– Она самая. – Она полезла в карман за его очками. – Простите, что не смогла вырваться раньше. Денек был – не продохнуть.
– А я и забыл, что вы должны прийти, – признался он.
Она протянула ему очки.
– Что-то не так?
– Почему это вы спрашиваете? – удивился он, надевая очки.
– Не знаю. Выглядите вы как-то иначе.
– Может, из-за больничной одежды? – Он взглянул на свои босые ноги, пошевелил пальцами. – Точнее сказать, из-за некоторого ее недостатка.
– Что сказали полицейские?
– Практически ничего.
– Я унесла ваши вещи из комнаты, чтобы вам не пришлось платить за еще один день.
Он грустно усмехнулся:
– Это мало меняет дело. Я сейчас в таком положении, что счет мне выставить можно, но вот заплатить по нему...
– В общем, я думала не только о вас, но и об Арнольде. В августе комнаты пустовать не должны. Это же последний месяц сезона.
Коул сел на стул у кровати.
– Тут приходила женщина из администрации, спрашивала, предоставляет ли мотель страховку.
Холли печально вздохнула.
– До прошлого месяца предоставлял. – Она как могла уговаривала Арнольда от нее не отказываться, но счет пришел одновременно со счетом за памятник жены, и он мог оплатить только один из них.
– Да это неважно. Я уже сказал ей, что расплачусь сам.
– А во что это обойдется? – спрашивала Холли не из пустого любопытства. Она давно собиралась узнать у врача о стоимости пребывания в больнице, но пока так и не собралась.
– Я не спросил.
– Интересно, кто придумал такую уродливую одежду? – спросила Холли, имея в виду больничный халат.
Коул задумчиво склонил голову набок, словно размышляя над ее вопросом. Но то, что он сказал, никакого отношения к этому не имело.
– А вы гораздо старше, чем я думал.
Она торопливо пригладила волосы и произнесла чуть обиженно:
– Вы говорите так, словно я глубокая старуха.
– Вовсе нет. Просто, когда я вас увидел, я решил, что вы подросток.
– Наверное, у меня такой тип лица. – Синди Кроуфорд могла не бояться конкуренции со стороны Холли Мердок.
Пора было прощаться и уходить. Она позвонила в ресторан, хотела узнать, нельзя ли прийти попозже, но попала на Линду Джин, которая с ходу уговорила ее прийти на три часа пораньше и поработать за нее. Трудно отказать человеку, с которым Холли уже договорилась насчет подмены в начале зимы.
– Вы точно не хотите, чтобы я кому-нибудь позвонила от вашего имени? Друзьям? Или родственникам?
– У меня никого нет.
Как такое может быть? О том, что она скажет дальше, Холли даже подумать не успела, у нее это вырвалось само собой.
– Я понимаю, что это не мое дело, но куда же вы отсюда отправитесь? Ну без денег, да еще после травмы. – Ну вот, этого еще не хватало. Опять она берется за свою дурацкую благотворительность. Ведь сама же себе обещала – больше никогда! Переезжая в Мэривилл, она клялась себе в этом.
– Я еще не знаю.
– Хотите, я поспрашиваю, может, кто купит вашу гитару? Много вы за нее не получите, в этих местах такого добра навалом, но если не будете шиковать, хватит, чтобы добраться до дома.
– Гитара – это единственное, что у меня есть, – сказал он, смущенно улыбнувшись. – А дом мой там, где мой пикап.
Ну умница! Стояла в полушаге от двери, нет, надо было рот открывать. Неужели она никогда не научится сдерживаться? Она внимательно на него посмотрела. Вид у него – с забинтованной головой и в халате размера на три больше – был не самый привлекательный, но в лице было что-то неуловимо знакомое. Что-то такое располагающее, роднившее его с ее друзьями, соседями, приятелями, которых она знала всю жизнь.
Все равно она сдастся и позовет его к себе. Это так же неизбежно, как то, что персик, который она выбирает, обязательно оказывается червивым.
– У меня есть комнатка над гаражом. Если хотите, можете там некоторое время пожить. Предупреждаю, на особый комфорт не рассчитывайте, но все равно ночевать там удобнее, чем в пикапе.
– Почему вы мне это предлагаете?
– – Возможно, потому, что господь не наградил меня чувством осторожности. Иначе я просто передала бы вам очки через дежурную медсестру и спокойно поехала бы дальше по своим делам. Нет, мне обязательно надо было подняться сюда, проверить, как вы. Вот ведь дура!
Решила, что вы здесь маетесь одиночеством и будете рады компании.
– Простите меня. Просто я привык к тому, что люди, которые мне что-то предлагают, обязательно хотят чего-то взамен.
Если он надеялся, что кто-то будет тешить его самолюбие, то он крупно просчитался. Холли решила раз и навсегда поставить все точки над «и».
– Знаете, никак не могу себе представить, чего бы мне захотелось получить от вас.
– Хотите сказать, что не находите во мне ничего привлекательного?
– Мне не хотелось бы оскорблять ваши чувства.
– Ничего страшного. Можете особо не деликатничать. Я и сам представляю, какой у меня сейчас видок. Впрочем, похоже, вы любительница резать правду-матку.
Ишь какой выискался. Ну она не будет его жалеть!
– Полагаю, если вы примете мое предложение, нам сразу же надо будет обговорить кое-какие условия. Начнем с того, что я вам даю неделю на поправку. Если вы решите остаться дольше, вам придется платить за проживание.
– И сколько же?
– Двести пятьдесят долларов в месяц за комнату и стол. – Эта цифра возникла сама собой. – Или же на ту же сумму услуги по ремонту и починке. – Она с удивлением поняла, что относится к этой идее с неожиданным энтузиазмом. Лучше бы он согласился платить. Деньги ей будут очень нужны. Но неплохо к январю и дом в порядок привести. – Час вашей работы оценим в пять долларов.
– Это ваш дом?
– Можно сказать, моего деда.
– А дедушка возражать не будет?
– Какое ему дело?
– Вы же сказали, что это его дом.
– В каком-то смысле. Во всяком случае, это был его дом до тех пор, пока он не отправился в Аризону. Решил найти богатую вдову и научиться играть в гольф.
Коул улыбнулся:
– Зов свыше?
– Да нет, просто проснулся как-то утром и понял, что это последний шанс.
– А что, если я буду работать больше пятидесяти часов в месяц? Вы будете мне доплачивать?
– Я не могу. Мне необходим каждый цент. У Арнольда в мотеле всегда есть какие-то неполадки, так что вы и у него сможете подзаработать. Пожалуй, на бензин, чтобы снова отправиться в путь, вам хватит, а больше, как я поняла, вам и не надо.
– Пожалуй.
Это был не совсем тот ответ, на который она рассчитывала. С Нилом Чэпменом явно что-то творилось. Что именно, она знать не желала. У нее своих проблем по горло, а времени на их решение в обрез. Чтобы удостовериться, что он понял ее правильно, она повторила:
– Мы с вами обсуждаем чисто деловое соглашение. Мне нужен помощник по дому, больше ничего.
– Мне ничего другого и в голову не приходило. Честно говоря, Холли, вы не в моем вкусе.
Она чуть было не рассмеялась, услышав в его голосе защитные нотки. Она-то хотела убедиться, что ничего в нем ее не привлекает, а вместо этого нарвалась чуть ли не на оскорбление. Оказывается, отвергать – это одно, а быть отвергнутой – совсем другое.
– Ну, значит, мы отлично поладим.
– Может, вы подождете? Мне надо несколько минут, чтобы переодеться.
То есть как? Может, она не так его поняла? Куда это он намылился?
– Зачем? Если я не ослышалась...
– Не ослышались. Я собираюсь отсюда выбраться.
– Нельзя! – Она испугалась при мысли о том, что этот сумасшедший на ее руках потеряет сознание или, хуже того, впадет в кому. – Медсестра сказала мне мнение врача. Он считает, что вам надо пробыть в больнице еще не менее суток.
– Я всего-навсего ушиб голову, – сказал Коул и, подойдя к шкафу, достал оттуда пластиковый пакет со своими вещами. – Со мной и не такое случалось.
– Стойте! – решила остановить его она. – Вы не можете это надеть, у вас вся одежда в крови. Я возьму ее домой, постираю, а завтра привезу чистое.
Он открыл пакет, заглянул внутрь, нехотя снова его закрыл и спросил:
– А вы не привезли вещи из мотеля? Там у меня в чемодане есть смена.
– Я их оставила в конторе.
– А вы не могли бы...
– Сегодня вечером я приехать не смогу. Я и так на работу опаздываю. – Вспомнив, что ему ничего не известно о ее жизни, она пояснила: – По вечерам я работаю официанткой.
Он на минуту задумался.
– Хорошо, я сам туда доберусь. Если вы дадите адрес, я на такси доберусь до мотеля, пересяду в свой пикап и буду ждать вас у вас дома.
– На такси?
– Ах, да. Мне придется одолжить у вас пару долларов.
– Я же сказала вам...
– Холли! – прервал он ее. – Обещаю, я вам эти деньги верну, если хотите – вдвойне. Могу дать расписку. Пожалуйста, не будем об этом спорить.
Так вот как все разворачивается. Одно только «пожалуйста», и от ее решительности и следа не осталось. Она стянула с плеча сумочку, нашла кошелек, вытащила несколько купюр, протянула ему и шагнула к двери.
– А адрес? – напомнил он ей.
Ах да, на чем бы ему написать? Нил уже протягивал ей листок.
– Попросите Арнольда, чтобы он объяснил, как туда добраться, – сказала Холли, написав название улицы и номер дома. Она перекинула сумку через плечо. – Если вспомню что-нибудь важное, оставлю вам на кухонном столе записку.
– Ладно. Но как я попаду внутрь?
– Задняя дверь не запирается. Кстати, она как раз нуждается в ремонте.
– Прежде чем вы уйдете...
– Что еще? – спросила она нетерпеливо.
– Я просто хотел сказать «спасибо».
Она вовсе не собиралась улыбаться; она чувствовала, что снова сделала все для того, чтобы ее использовали, она опаздывала из-за него на работу, она взвалила на себя ненужную ношу, она... Но он сказал это простое слово так искренне, так мило, что улыбка на ее губах появилась сама собой.
– Добро пожаловать! – неожиданно для себя ответила Холли и вышла.
Нет, все-таки она редкостная дура! Уникальный экземпляр!
Выехав из мотеля по направлению к Мэривиллу, Коул не сводил глаз с дороги. Его озадачило то, как дежурная медсестра, прекрасно знавшая, что он сейчас не может заплатить даже за то время, которое провел в больнице, уговаривала его остаться. Она сказала ему, что никогда не слышала про то, чтобы человек выписывался вопреки рекомендациям врача, и вела себя так, словно воспринимала его поступок как личное оскорбление.
Идя вызывать такси, он увидел свое отражение в стеклянной двери. Видок был не из лучших. Он целый час доказывал свое право уйти и выглядел устало, под глазами красовались огромные круги. Одежда в пятнах крови, забинтованная голова и всклокоченные волосы дополняли картину. Но, пожалуй, если бы он выглядел лучше, водитель «Скорой», которого он остановил в коридоре, чтобы узнать, как можно вызвать такси, не сжалился бы над ним и не предложил подвезти до мотеля. Стало быть, нет худа без добра. Ему удалось даже сохранить деньги Холли.
Дорога была извилистой. Слева он увидел несколько строгих кирпичных зданий и догадался, что это Мэривиллский колледж. Арнольд говорил, что это одно из лучших частных учебных заведений на Юге. Он искренне удивился, узнав, что Коул о нем никогда не слышал, и собрался было перечислить всех его знаменитых выпускников, но Коул перевел разговор на Холли.
На вопрос о том, как давно Холли работает здесь, старик коротко ответил:
– Два месяца.
Коул выдержал паузу, но обычно разговорчивый собеседник в подробности не пускался. Коул предпринял еще одну попытку, на сей раз поинтересовавшись, как получилось, что Холли пришла работать в мотель. Арнольд сказал, что не помнит, как они познакомились.
Арнольд явно не желал говорить о Холли. Какие у него были для этого основания, Коул понять не мог. Возможно, старик просто защищал Холли от назойливых молодых людей. Так или иначе, но Арнольд дал Коулу понять, что, если тот будет вести себя недостойно, ему придется за это ответить.
Коул доехал до улочки у подножия холма, где надо было повернуть налево. Он оказался в коттеджном квартале, засаженном старыми развесистыми деревьями. Дети катались на велосипедах, не обращая внимания на машины, по тротуарам рука об руку прогуливались парочки. Почти у каждого крыльца сидела собака, с восторгом облаивавшая всех прохожих. Кое-где за распахнутыми окнами горел свет.
Воздух был густой, пахло свежестью, и запах этот почему-то казался знакомым. Так пахнет только на Юге.
На Коула нахлынули смутные воспоминания, он вспомнил детство, бесконечные путешествия с отцом. Это были даже не воспоминания, скорее ощущения. Здесь он не бывал никогда, и все же ему казалось, что он знает и эти дома, и этих людей, знает, чем они живут, о чем думают, на что надеются. В таком квартале можно было годами держать открытой заднюю дверь и знать, что ничего дурного не случится. О детях здесь заботится вся улица. Разбитую коленку тебе перебинтует любая из матерей, а если ты голоден – в десятке домов тебя накормят.
У самого Коула такого детства не было. Но в сотне южных городков все происходило именно так. А если он себе это придумал, то и ладно. Ночью, когда он ляжет в кровать, будет представлять себе, как бы они с Рэнди жили этой размеренной и спокойной жизнью.
Он доехал до вершины холма. Дорога заканчивалась тупиком, здесь надо было повернуть направо. Дома стояли несколько в стороне от дороги, участки были побольше, с несколькими фруктовыми деревьями и отдельно стоявшими гаражами. Холли сказала, что ее дом по левой стороне, белый с зеленым.
Одного она не сказала: что здесь почти все дома были белыми и многие – с зеленой отделкой, от светлой до изумрудной, все в густых зарослях кустов, за которыми не было видно ни крыльца, ни номера дома.
Ко всему прочему и солнце вот-вот должно было закатиться.
Проехав пару раз взад-вперед по улице, Коул остановил свой выбор на доме, во дворе которого висело на веревке только женское белье. Он свернул на посыпанную гравием дорожку и остановил машину перед гаражом.
Прежде чем открыть заднюю дверь, он постучал. Никто не ответил. Он вошел и попал в помещение, которое раньше было, несомненно, задним крыльцом, а теперь превратилось в прачечную. Он открыл еще одну незапертую дверь и оказался в кухне. Над раковиной было большое окно. Уже стемнело, и Коул видел только очертания предметов. Пошарив по стене, он нащупал выключатель. Медная люстра с тремя лампочками осветила безукоризненно чистую кухню.
На сверкающем никелем столе Коул увидел записку Холли, засунутую между солонкой и перечницей.
«Нил!
У нас возникла небольшая проблема. Я вспомнила, что в комнату над гаражом надо подниматься по лестнице, и, кроме того, там нет кровати. В доме есть тахта, но она вам будет коротка. Если вы предпочтете одиночество, пренебрегая рекомендациями врача, то можете спать над гаражом, на полу (в таком случае возьмите в шкафу в холле одеяла, простыни и подушку). Или же располагайтесь в одной из спален. Вообще-то можете выбрать себе любую, кроме моей.
Дома я буду около половины первого. Меня не ждите. Спите спокойно до утра, поговорим, когда я вернусь из мотеля.
Ешьте все, что найдете, хотя, боюсь, выбор невелик. Я не успела заехать в магазин.
Холли».
Коул перечитал записку и недоверчиво покачал головой. Либо Холли существо из другой эпохи, либо она удивительно наивна. Ну какая женщина предложит мужчине, о котором она ничего не знает, расположиться в соседней спальне? А вдруг он какой-нибудь маньяк-насильник? Хорошо бы ей кто-нибудь преподал пару уроков, разъяснив наконец, как устроен этот мир.
Упоминание о еде разбудило давно дремавший голод. В больнице ему предложили поужинать, но он отказался – хотел добраться до места еще засветло. Он обвел взглядом кухню, пытаясь определить, на какой из полок стоят консервы. Решил взглянуть на полке над плитой. Потянул за ручку, и та, оторвавшись, осталась у него в кулаке. Коул положил ее на подоконник и попытался открыть дверцу пальцами. Не тут-то было.
Пришлось перейти к следующему шкафчику. Там была только одна полка, заставленная тарелками и чашками. Он заглянул внутрь и увидел, что крепления для остальных полок отсутствуют. Да, здесь и впрямь есть к чему приложить руки.
Он прошелся по кухне, открывая то одну дверцу, то другую. Везде чего-то не хватало или что-то было сломано. Коул засунул руки в карманы и огляделся. Комната была в удручающем состоянии. Краска на потолке облупилась, линолеум протерся до дыр.
Месячную плату за стол и жилье он мог заработать, не выходя из кухни.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Один в толпе - Боковен Джорджия



роман на один раз
Один в толпе - Боковен Джорджияксения
5.09.2013, 9.51





Прочитала с удовольствием. Любовь,любовь...
Один в толпе - Боковен Джорджияиришка
27.11.2013, 22.00





Мне очень понравился этот роман.
Один в толпе - Боковен Джорджиялюбава
25.05.2016, 21.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100