Читать онлайн Кое-что о любви, автора - Бойл Элизабет, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кое-что о любви - Бойл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.17 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кое-что о любви - Бойл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кое-что о любви - Бойл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бойл Элизабет

Кое-что о любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

– Заведение Дрейка в Суррее, – подсказал ей Седжуик.
– Ах да. Хоторн решил…
– Твой муж, этот Хоторн, поощрял жульничество?
– Да, Седжуик, мой муж его поощрял. Он, чёрт возьми, был самым лучшим игроком в трех графствах. Я поэтому и вышла за него замуж. Если их нельзя обыграть… – начала объяснять Эммелин.
– Не уверен, что брак является частью этого правила.
– Иногда подобное бывает. Итак, вы всё-таки хотите узнать мою историю или нет?
Алекс стиснул зубы, стараясь сдержать возражение, и кивнул, чтобы она продолжала.
– Как я говорила, там были две превосходные цели: местные джентльмены, молодые и слегка подвыпившие. Однако они не стали бы играть против женщины, поэтому Хоторн подсел к ним за стол, несмотря на мой протест.
– Я полагал, что он ловкий мошенник.
– Он был ловким мошенником и великолепным игроком. Хочу, чтобы ты понял – не все шулеры используют ловкость рук или другие подобные приёмы. Многие работают с партнёром, который с противоположной стороны комнаты подсматривает карты или как-то отвлекает внимание.
– Девушка-подавальщица в трактире «Королевский уголок», там с… – Он запнулся, подбирая слова, чтобы описать её.
– С вываливающейся грудью? Да, она должна была отвлекать внимание Гейтхилла. Молодому посыльному из дома Тоттли платили, чтобы он отвлекал меня… – Взглянув на Седжуика, Эммелин увидела, что у него такой вид, как будто ему сейчас станет плохо, и подумала, что на самом деле его нужно было подготовить. – Мне продолжать? – снова вздохнула она.
– Да. – Алекс взял её руку в свою.
Тепло его пальцев успокоило Эммелин и наполнило чем-то, о чём она не осмеливалась даже подумать. Что ж, когда Седжуик выслушает все о её постыдном прошлом, он уже не будет таким любезным, но Эммелин обязана рассказать правду, особенно после того, как солгала ему этим вечером.
– Вначале он выигрывал, – продолжила она свой рассказ.
– Вначале?
– Хоторн всегда так делал. Я знала, что вечер, вероятнее всего, кончится тем, что нас выгонят, поэтому пошла наверх, чтобы собрать вещи и, если получится, поспать несколько часов. Кроме того, общий зал был пуст, и если бы я осталась, стало бы очевидно, что мы с Хоторном работаем одной командой. Мне нужно было скрестить пальцы, чтобы он продолжал свою удачную игру. – Эммелин на секунду замолчала.
– Но у него этого не получилось, – сказал Седжуик, подводя её к самой мрачной части повествования.
– Верно. – Эммелин закрыла глаза. Ей трудно было решиться на это, она никогда никому не рассказывала о том, что случилось в той комнате.
– Если не хочешь продолжать…
Седжуик, милый, чудесный Седжуик, должно быть, почувствовав неуверенность Эммелин, привлёк её ближе, и она ощутила его силу.
И тогда она поняла: нужно поверить, что можно пойти на риск, находясь в объятиях Седжуика, хотя ночной кошмар всё ещё будил её по ночам.
– Я проснулась, когда Хоторн вошёл в комнату, – прошептала Эммелин. – А потом, к своему ужасу, увидела, что вслед за ним входят те два простофили.
Седжуик сделал глубокий вдох, и она почувствовала, что его руки напряглись, как будто он был готов броситься на противника и предотвратить надвигающееся несчастье.
– Хоторн потерял больше, чем имел, больше, чем имели мы вместе, больше, чем то, что было у меня и о чём я ему не говорила.
– У тебя были тайны от собственного мужа? – усмехнулся Седжуик.
– Я, возможно, была молодой, когда вышла за него замуж, но не слепой к его недостаткам. Должна признаться, у меня было припрятано несколько монет в таком месте, где даже он не смог бы их найти.
– И что же произошло потом? – Алекс слегка взъерошил ей волосы.
– Хоторн предложил им мои услуги на ночь. – Эммелин тяжело вздохнула. – Им обоим. Когда я возмутилась, он швырнул меня на кровать и велел замолчать.
События той ночи она до сих пор не могла позабыть…
– Заткнись, маленькая хитрая сучка. Джентльмены, – обратился Хоторн к своим спутникам, – берите её и делайте с ней, что хотите. Она лакомый кусочек, если её немного объездить.
Эммелин лежала на кровати, стараясь восстановить дыхание; Хоторн так сильно толкнул её, что она чуть не задохнулась.
«Что ты делаешь?» – хотелось ей прошептать. Безусловно, он и прежде предавал людей, но Эммелин полагала, что она – это совсем другое. Но разве её отец не возмутился, когда она убежала из дому и вышла замуж за Хоторна?
«Кнопка, детка, он тебе не пара. Запомни мои слова, однажды в трудный час он бросит тебя», – сказал он.
Теперь начинало сбываться предсказание её отца, и похотливый блеск в глазах двух молодых людей был тому доказательством. Разве Эммелин не знала, что однажды Хоторн доведёт её до столь ужасного, что она не сможет найти способ спастись?
Взглянув на мужчину, которого любила, Эммелин увидела, что он торопливо засовывает в карман её щётку для волос. Значит, он знал о её сбережениях, о тайнике в ручке – знал и теперь забирал всё, что она хранила.
– Прощай, дорогая, – сказал ей с порога когда-то любимый муж.
Теперь он был не любимым мужем, а презренным подонком.
Эммелин чувствовала себя совершенно несчастной, ей хотелось броситься на него с проклятиями, но она вспомнила один из советов отца, который был более полезен, чем красочные присказки её бабушки.
«Держи все в тайне и всегда будь начеку», – любил повторять отец.
И к счастью, Эммелин всегда так и поступала. Она бросила быстрый взгляд на свой саквояж, стоявший под окном, – он был так близко и одновременно слишком далеко, чтобы можно было дотянуться до него.
– Давай, крошка, покажи нам, как ты будешь сражаться, – сказал один из мужчин, когда Хоторн ушёл, и, потянувшись, сорвал с неё платье.
Эммелин стала сопротивляться и закричала, но другой мужчина мясистой ручищей закрыл ей рот, придавив её к матрацу, а на другую руку намотал её волосы, так что Эммелин не могла даже пошевелиться.
– Не вздумай больше этого делать, – предупреждающе прошептал он ей в самое ухо. Его огромная ладонь не давала ей дышать. – У хозяина гостиницы в последнее время предостаточно проблем с акцизным чиновником и судьёй, стоящими у него над душой. Вряд ли ему понравится, если среди ночи его разбудит твой кошачий визг.
– Тем более что на прошлой неделе мы подняли страшный шум, развлекаясь с девицей, которую он привёз для нас из Лондона, – добавил второй мужчина, возясь со своими бриджами.
Хорошо себе представляя, какие неприятности доставила им та девушка, Эммелин не стала ждать, чтобы узнать подробности, а ударила второго мужчину в налившийся пах так, что он с рёвом опрокинулся навзничь, ругаясь последними словами.
Его приятель отпустил Эммелин только для того, чтобы ударить по голове. Он нанёс ей такой сильный удар, что она слетела с кровати на пол. У неё потемнело в глазах и закружилась голова, но Эммелин, собрав остатки сил, попыталась остановить кружащуюся комнату, и в это время удача перешла на её сторону. Оглядевшись, Эммелин обнаружила, что упала у окна недалеко от своего саквояжа. Просунув внутрь руку, она сумела нащупать пистолет. Теперь ей нужно было только сосредоточиться, чтобы найти цель, и сделать точный выстрел.
При свете луны, падавшем в окно, Эммелин показалось, что к ней направляется расплывчатая фигура; она совершенно чётко услышала грязные угрозы, которые изрыгал мужчина, и поняла, что ей остаётся только один выход.
Дрожащей рукой она подняла пистолет и взвела курок.
Пистолет разрядился, и мерзавца отбросило в сторону.
– Ты его убила? – спросил Седжуик, и в его вопросе прозвучала скорее надежда, чем осуждение.
– Нет, – покачала головой Эммелин. – Только ранила. Но этого было достаточно, чтобы на время свалить его с ног. – Она замолчала, стягивая вместе последние тонкие нити своего повествования, так и не сказав, куда именно ранила мерзавца. – Что было после этого, я почти не помню. Я бросилась бежать, но успела сделать лишь пару шагов, когда меня, ранили.
Эммелин услышала, как Седжуик заскрипел зубами, а затем последовал короткий, полный страдания вопрос:
– Как ты выжила?
– На моё счастье, на лестнице оказался хозяин гостиницы. Он был на подозрении у местных властей, и добропорядочные соседи только и ждали, как бы упрятать его под замок. Так что ему меньше всего было нужно, чтобы под его крышей застрелили сына сквайра или в одной из верхних комнат нашли умирающей женщину сомнительной репутации. В этом случае неизбежно потребовалось бы расследование. Поэтому он вытащил меня за пределы деревни и бросил на обочине дороги, полагая, что ещё до утра я умру. Но так как это произошло бы не в гостинице, хозяин остался бы вне подозрений.
– Откуда ты это знаешь?
– Я узнала обо всём позже. – Эммелин непроизвольно приложила руку ко лбу. Там все ещё временами ощущалась боль, напоминая об уроке предательства, который она никогда не забывала. – Затем я помню, что была в цыганской повозке, – продолжила рассказ Эммелин. – Вскоре после полуночи цыгане проезжали мимо, и один из детей заметил мою руку, торчавшую из кустов. Вожак цыган хотел меня там и оставить, мол, это их не касается, но его мать, весьма властная женщина, осудила такое решение и сказала, что семью ждёт плохая судьба, если они не помогут мне. Она заявила, что когда-нибудь я смогу отплатить их семье за доброту. – Эммелин улыбнулась. – Каковы бы ни были её побуждения, я ей благодарна, потому что она, помимо всего прочего, оказалась искусным врачевателем. Она вычистила мою рану, плотно зашила её и дала мне опия, чтобы я спала.
– И ты все это помнишь?
– Отдельные моменты, – кивнула Эммелин. – Я помню её лицо, запах трав и голоса, низкие и говорящие на цыганском языке. Всю историю я узнала потом, когда стала приходить в себя.
– И что произошло потом?
– Цыгане были в пути ещё около недели, пока не добрались до маленькой деревушки, расположенной высоко на холмах. И тогда старая женщина объявила, что здесь я должна от них уйти. Они оставили меня на попечение доброго викария и его жены, которые приняли меня даже глазом не моргнув. Старая цыганка намекнула, что я принадлежу к высшему классу и им следует мне помочь. Они ухаживали за мной, а я, следуя совету цыганки, позволила им считать меня состоятельной жертвой страшных обстоятельств. Я постепенно поправлялась, но неожиданно моё пребывание там пришло к концу.
– Как так?
– Выпал сильный снег и запер в деревне много народу – в том числе герцога и герцогиню Харрингуорт со свитой. В гостинице не нашлось места, чтобы разместить всех слуг, поэтому викарию и его жене пришлось предложить свои комнаты, как сделали бы любые порядочные люди. Я подслушала, как викарий, исключительно благочестивый человек, говорил жене, что не знает, как быть. Им нужна была моя комната, но совесть не позволяла им меня выселить.
– Тем не менее…
– Да, тем не менее он в конце концов не смог отказаться от возможности разместить у себя компаньонку герцогини. Ему нужна была новая крыша для приходской церкви, а если компаньонка герцогини осталась бы довольна оказанным приёмом, она, возможно, замолвила бы словечко её светлости. – Эммелин сделала паузу. – Понимаешь, я занимала лучшую комнату для гостей, а они вряд ли могли бы предложить ближайшей компаньонке герцогини чердак.
– Понимаю их дилемму, – кивнул Седжуик.
– Значит, вы можете догадаться, кого отправили проложить путь для гостьи из высшего света.
– Этот урок был тебе необходим, – вставил Алекс.
– Бесспорно, необходим, – согласилась Эммелин. – Но урок начался позже в тот же день, когда герцогине захотелось сыграть в пармиель, но не нашлось достаточного количества игроков.
– И позволь мне предположить…
– За один-единственный вечер я открыла для себя существование совершенно новой добычи – богатых скучающих матрон. – Эммелин усмехнулась.
– Думаю, – засмеялся Седжуик, – ты не преминула в полной мере воспользоваться ситуацией.
– Не сразу. Герцогиня была самой властолюбивой и высокомерной женщиной из всех, кого я встречала. А кроме того, меня ошеломило, что люди играли, совершенно не задумываясь о последствиях. – Эммелин взглянула на Седжуика. – Правда, моё изумление быстро прошло, когда я поняла, что там ставку делали для того, чтобы её взяли.
– И ты её взяла, – снова засмеялся Алекс.
– Да. Но было и кое-что получше. Я уже говорила, что училась читать по книге Дебретта, которая хранилась у матери, и поэтому обладала всеми сведениями об обществе.
– Теперь понятно, откуда тебе так много известно о Клифтоне и леди Оксли.
– Вы знаете о том, что произошло у леди Оксли? – Эммелин поёжилась.
– Разве можно было избежать этого? По дороге в театр Хьюберт со всеми подробностями пересказал жалобы леди Лилит.
– Я сожалею о своей несдержанности, – извинилась она.
– Честно говоря, я просто поражён. Такое впечатление, что ты помнишь абсолютно все.
– Так и есть.
– Докажи, – потребовал Седжуик.
– Спросите у меня что-нибудь, – бросила ему вызов Эммелин. – Что угодно.
– Отлично. Возьмём, например, леди Пепперуэлл. Кто её мать?
«По крайней мере мог бы придумать что-нибудь посложнее», – подумала Эммелин, обратив взор к ночному небу.
– Матерью леди Пепперуэлл была мисс Мэри Триппли, вторая дочь четвёртого барона Ноктона. Я уверена, что нынешний барон имеет резиденцию в Ноктон-Парке, который примыкает к Седжуик-Эбби. Разве не так?
Седжуик только открыл рот от удивления.
– Попробуйте ещё.
– Я бы сказал, что твои уроки нашли хорошее применение, – укоризненно покачав головой, сказал он. – Ты действительно можешь вспомнить всю книгу «Дебретт»?
– Всю, кроме страницы, которой у меня не было, – ответила Эммелин. – Как сказала бы моя бабушка, во всём есть определённый смысл. И способность цитировать те списки позволила мне совершенно свободно общаться с герцогиней и её компаньонкой. А герцогиня, между прочим, была кладезем информации об отношениях в светском обществе. Это те сведения, которых не найдёшь на почтенных страницах «Дебретта».
– Ах, вода и хлеб светского общества – это сплетни.
– Совершенно верно. И когда я покинула дом викария, у меня была новая цель…
– …и новый образ, – добавил Алекс.
– Да, – кивнула Эммелин. – Я видела, как викарий и его жена чуть ли не вылезали из кожи вон, стараясь угодить компаньонке герцогини. Так, посвятив некоторое время исследованию распространённых знакомств герцогини, я смогла выделить тех, кто мог стать лучшим работодателем…
– Или, вернее сказать, наиболее подходящим, – уточнил Седжуик.
– Именно так. Герцогиня Шевертон почти никогда не приезжала в город. А когда наведывалась, не стеснялась в язвительных и резких замечаниях.
– Этой женщины следует опасаться, – заметил он.
– Да, и её расположение хотел бы завоевать почти каждый. Если её презрение убийственно, то расположение расценивается как официальное общественное признание. Иногда она проявляет сострадание к какой-нибудь молодой девушке и следит за тем, чтобы та сделала сказочную партию. Поскольку я выдавала себя за компаньонку герцогини, все стремились прибегнуть к моей помощи…
– …чтобы, возможно, воспользоваться великодушием герцогини.
– Точно. – Оглядевшись по сторонам, Эммелин вздрогнула.
Взяв её за руку, Седжуик свернул за угол и остановился перед величественным зданием с колоннами и эркерами, в котором угадывалась богатая утончённость.
– Кто здесь живёт? – поинтересовалась Эммелин.
– Джек.
– Выглядит слишком шикарно для твоего друга, – заметила она, ещё раз окинув взглядом дом. – Разве у него не пусто в карманах?
– Вряд ли у Джека вообще есть собственные карманы, – с усмешкой ответил Седжуик. – Дом принадлежит его брату, герцогу Паркертону, но они заключили между собой соглашение о том, что Джек может жить здесь, пока не впутается в какой-либо скандал.
– И он до сих пор живёт здесь? – пошутила Эммелин.
– Терпя изрядную долю унижения, – ответил Седжуик и, поднявшись по лестнице, дёрнул шнур колокольчика.
– Лорд Седжуик? – удивился недовольного вида дворецкий, который подошёл к двери в сопровождении двух лакеев. – Я думал, вы знаете, что он опять явился домой пьяным. – Повернувшись к другим слугам, он кивком велел им вернуться на свои места. – Иногда лорду Джону требуется помощь, чтобы найти свою кровать.
– Вполне могу себе представить, – отозвался Седжуик.
– К сожалению, хозяина нет, и я не знаю, когда он вернётся. – Дворецкий собрался было закрыть дверь, но Седжуик сунул в проем ногу.
– Я здесь не для того, чтобы увидеться с лордом Джоном, – сообщил он дворецкому. – Мне примерно на час нужна ваша гостиная. – Он посторонился, чтобы дворецкий мог взглянуть на Эммелин.
Старый слуга посмотрел сначала на неё, а потом на барона.
– В этом доме не будет проституток, милорд, – покачал он головой. – Если его светлость узнает, что в его доме побывали такие гостьи, он шкуру с меня спустит. Не хочу даже говорить о том, что он сделает с молодым хозяином.
– Бедуэлл, вы замечательный человек, но это совсем не то, что вы думаете…
– Я должен напоминать вам, что забочусь о лорде Джоне? – помрачнел Бедуэлл. – Я точно знаю, на что это похоже.
Взяв Эммелин за руку, Седжуик потянул её за собой, несмотря на то что Бедуэлл попытался снова закрыть перед ними дверь.
– Дружище, я хочу, чтобы вы познакомились с моей женой, леди Седжуик.
– Милорд, если вы полагаете, что я поверю тому, что это ваша жена…
Теперь дворецкий был хорошо ей виден, и Эммелин пристально всмотрелась в него. Ей показался знакомым не только его голос, но и лицо.
– Достойная и уважаемая. Теперь она такая, насколько я знаю, – произнесла Эммелин с резким провинциальным акцентом, улыбаясь ему. – Но я сомневаюсь, что герцогу будет приятно узнать, что его верный и преданный слуга – это Дингби Майклз.
У Бедуэлла от испуга поползли вверх брови, и он ещё чуть-чуть приоткрыл дверь, чтобы узкий луч света упал девушке на лицо.
– Кнопка? Неужели это ты? Она снова улыбнулась и кивнула.
– А теперь впустите нас, старина, или я натравлю на вас всю Боу-стрит.
Бедуэлл, он же Дингби, покрутил головой, а затем широко распахнул двери.
– Входите, пока вас никто не видел. На этой улице слуги ещё болтливее своих хозяев.
Входя в дом вслед за Эммелин, Седжуик наклонился к ней и прошептал на ухо:
– Кнопка?
– Не думайте, что это подведёт вас ближе к тому, что вы хотите узнать, – отмахнулась она. – Это просто старое прозвище.
– Думаю, нам нужно хранить все в тайне, так? – сказал Бедуэлл, провожая их. – Пойдёмте по коридору в оранжерею. Там есть удобный выход на задний двор прямо к конюшням, если они вам понадобятся.
«Грабителя с большой дороги ничем не исправить», – кивнув, подумала Эммелин. У неё не было никаких сомнений, что бывший партнёр её отца знает в Лондоне все лазейки и даже те, в которые не способна пролезть и ласка. Элтон всегда говорил, что нет такой туго затянутой петли, из которой не смог бы выскользнуть Дингби Майклз.
– Вы знакомы друге другом? – поинтересовался Седжуик.
– Как много ему известно? – в свою очередь, спросил Бедуэлл у Эммелин.
– Не так много, как ему хотелось бы. – Оглянувшись через плечо, она улыбнулась Седжуику.
– Кнопка, – рассмеялся дворецкий, – ты всегда была плутовкой. Что ты делаешь здесь в… – Он вдруг остановился и, повернувшись, указал на неё костлявым пальцем. – Это ты была сегодня вечером в «Королевском уголке»! Мне следовало бы догадаться, когда я услышал, что какая-то девушка обчистила мошенника, который бесчестно играл там весь последний месяц. Ты сделала доброе дело. – Он погладил Эммелин по щеке.
– А, не стоит упоминания.
– Всё такая же скромная донельзя, – похвалил дворецкий. – Но это, смею сказать, у тебя от матери.
– Не хочу быть невежливым, – вмешался Седжуик в их увлекательную беседу, – но мы пришли сюда не просто так.
– Важная шишка, – тихо пробурчал дворецкий.
– Он не такой плохой, хотя и выглядит франтом, – доверительно сообщила Эммелин, а от самого франта последовало громкое «хм».
– Чем я могу тебе помочь, Кнопка? Ты же знаешь, я несчётное количество раз обязан жизнью твоему отцу. Господи, упокой его душу. – Дингби склонил голову.
Он, очевидно, не знал, что Элтон жив-здоров, а Эммелин не видела необходимости докладывать ему об этом. Так как раньше их связывала, без преувеличения, воровская дружба, она не думала, что кому-то из них захочется возобновить прошлые отношения.
– Дингби, – прошептала Эммелин, – мне нужно место, где можно сменить одежду и умыться.
– Как я и думал, ты в бегах, да? – Он понимающе кивнул. – Гостиная прекрасно подойдёт.
– Через несколько минут прибудет один из моих слуг с одеждой для леди Седжуик, – сказал Алекс. – Будьте любезны проследить, чтобы его немедленно проводили прямо сюда.
– Да, милорд. – Бедуэлл, снова вернувшись к своей роли дворецкого, повёл их по коридору в элегантно обставленную гостиную.
Он слегка прихрамывал, и возраст ссутулил его плечи. Несомненно, существовали вещи, которых не мог украсть даже Дингби Майклз, – давно утраченная молодость и энергия.
– Я принесу тебе кувшин воды, мыло и чистые полотенца. – Остановившись, он снова посмотрел на Эммелин. – Стань опять хорошенькой, – сказал он, и в его словах почувствовался намёк на йоркширское происхождение.
Поставив на буфет подсвечник, который он нёс в руке, Бедуэлл собрался уйти и уже начал закрывать дверь, но потом, бросив искоса взгляд на Седжуика, оставил дверь приоткрытой, как будто хотел быть уверенным, что с Эммелин не случится ничего плохого.
– Кнопка? – промолвил Седжуик.
– Прозвище, только и всего, – пояснила она, снимая чепец.
– Дингби Майклз, Дингби Майклз… Где я слышал это имя? – задумался Седжуик.
Эммелин лишь пожала плечами. Она и так уже слишком много сказала, но ей не пришлось выдать себя старому другу отца, чтобы получить помощь – необходимую главным образом для Седжуика, так как сама она всё ещё не была уверена, что ей не придётся удирать.
Старая леди Седжуик на Ганновер-сквер? Но она ведь никогда прежде не приезжала в город.
Эммелин взглянула на Седжуика, который, по-видимому, все Еремя старался понять, почему настоящее имя дворецкого показалось ему таким знакомым. А потом вдруг у него открылся рот, и Эммелин поняла, что он докопался до истины.
– Дингби Майклз? Этот человек – Дингби Майклз? – Растерянно покачав головой, барон указал на дверь. – Джентльмен из Йорка, Гроза Нориджа?
– Не забудьте Похитителя Добродетели, – напомнила она. – Он всегда считал это прозвище самым дерзким вызовом судьбе.
– Но он опасный, закоренелый преступник! – указывая пальцем на дверь, воскликнул Седжуик.
– Не думаю, что он ещё способен сесть в седло и тем более выстрелить. Во всяком случае, вряд ли попадёт в цель.
– Это не служит оправданием того, что он делал, – начал Седжуик, и его губы сжались в тонкую суровую линию. – В таких ситуациях закон предельно ясен.
Иногда представления Седжуика о том, что правильно или неправильно, выводили Эммелин из себя.
– Значит, – она сложила руки под грудью, – вы собираетесь сообщить властям, что старый дворецкий герцога Паркертона – в прошлом разбойник с большой дороги, известный повсюду от Лондона до Гретны? – Эммелин покачала головой. – Я уже не говорю о неминуемом скандале и позоре, которые вы навлечёте на герцога и его семью. Но я должна спросить: кто вам поверит? И ещё, когда власти поинтересуются, откуда у вас такая ценная информация, что вы собираетесь им ответить? Что Дингби Майклз – старый друг вашей жены?
– Эммелин, – Седжуик бросил цилиндр на ближайшее кресло, – в этой стране существуют разумные правила и порядки. Чёрт побери, я, как член суда, поклялся блюсти закон.
Эммелин заметила растерянность в его взгляде. Хотя она не могла с ним согласиться, но разве можно было не восхититься его моральной стойкостью? Мир Седжуика был предельно ясным и упорядоченным, чётко делившимся на дозволенное и недозволенное. А она всю жизнь ходила по грани между тем и другим, добровольно отклоняясь в сторону недозволенного, когда возникала необходимость и требовал пустой кошелёк.
И хотя Эммелин хотелось вернуть Седжуика с небес на землю, стряхнуть немного крахмала с его безупречно повязанного шейного платка, какая-то её часть мечтала получить возможность забраться в его башню из слоновой кости, никогда не выходить оттуда и задирать нос в благородном негодовании, что такое безобразие может существовать не далее чем в трех кварталах от Ганновер-сквер.
Однако из величественной башни, высившейся среди облаков, Эммелин не смогла бы увидеть для Дингби, с его хромотой и слезящимися глазами, ничего хорошего; она смотрела бы, как констебль тащит его в холодный подвал и дряхлое, израненное тело потом раскачивается на конце верёвки под улюлюканье толпы.
Несмотря на соблазн жизни с Седжуиком, несмотря на то, что Эммелин много лет завидовала тем, кто имел богатые дома и несчётное количество слуг, она не могла забыть, откуда она вышла и какую жизнь вела.
У неё были долги.
Она не могла забыть человека, который приносил ей мятные леденцы и ленты для волос и напоминал о её дне рождения, о котором отец забывал, а мать была так погружена в свой бред, что вообще ничего не замечала.
Тем временем Седжуик принялся расхаживать взад-вперёд по очень красивому турецкому ковру, и Эммелин, отвлекшись от своих размышлений, присела, чтобы лучше рассмотреть ковёр.
– Что ты делаешь? – удивился Седжуик.
– По-моему, он великолепно подошёл бы для библиотеки, – ответила она, отвернув угол, чтобы проверить качество. – Интересно, станет ли возражать герцог, если я приведу мистера Сандерса, чтобы показать ему, что я хочу иметь? Этот ковёр просто великолепен.
– Ты сошла с ума? – Седжуик остановился. – В этом доме опасный преступник, а ты только и думаешь, чтобы рассмотреть обстановку?
– Оставьте в покое несчастного Дингби. – Поднявшись с ковра, Эммелин теперь внимательно разглядывала буфет, украшенный изящной резьбой. – Сомневаюсь, что он кого-нибудь ограбил за последние пятнадцать лет. Между прочим, вы сами прекрасный предмет для обсуждения. Вы и ваша Эммелин. Вам когда-нибудь приходило в голову, мистер судья, что придумывать себе жену, возможно, незаконно?
Седжуик выставил подбородок, но ничего не сказал, а просто посмотрел на Эммелин, наморщив лоб и сжав губы. Она терпеть не могла, когда он так смотрел на неё – как будто не мог дождаться, чтобы выбросить её вместе с докучливым прошлым из своей жизни. Вот и верь после этого его заботе и вниманию.
– Прекрасно, я забуду о прошлом Бедуэлла, если ты перестанешь трогать имущество герцога.
– Перестаньте, Седжуик, я не собираюсь ничего воровать. Зачем мне это нужно, если в моём распоряжении ваши деньги?
От её шутки он ещё сильнее нахмурился, но Эммелин, решив не обращать внимания на отсутствие у него чувства юмора, вопреки его просьбе взяла в руки вазу и перевернула её, чтобы определить, чьей она работы. Придя в восторг от увиденного, поставила вазу на место, заявив:
– Подделка.
– Почему ты считаешь её подделкой? – Седжуик подошёл ближе и взял, по его понятию, произведение искусства. – Да будет тебе известно, герцог Паркертон – весьма разборчивый коллекционер. Он славится умением с первого взгляда определить ценность произведения.
– Значит, ему нужно проверить зрение. Это фальшивка, а совсем не Уэнли.
– Откуда ты знаешь? – Алекс перевернул вазу и посмотрел на клеймо мастера. Здесь на клейме написано «Уэнли».
– А вы видите лист плюща слева от имени? – Покачав головой, Эммелин указала на надпись.
– Да.
– На подлиннике он расположен справа вверху. Тот, кто делал эту вещь, был не только невнимателен, но и откровенно ленив.
Седжуик, в изумлении открыв рот, смотрел на Эммелин, а она очень осторожно забрала у него из рук вазу и поставила её на камин.
– Мне не хотелось бы, чтобы вы её уронили. Даже если это подделка, нам будет трудно что-либо доказать, если она разлетится вдребезги. – Плавно проскользнув мимо него, Эммелин принялась изучать канделябр.
– Откуда ты знаешь подобные вещи? – спросил он, наконец придя в себя. – Что это не подлинный Уэнли или что китайские обои сделаны мистером Старлингом с Чипсайда?
– Или что бриллианты леди Нили фальшивые?
– А они фальшивые?
– Вне всякого сомнения, – пожала плечами Эммелин. – Когда вы с помощью своего наставника изучали греческий и латынь, я постигала изящные искусства по объявлениям. – Замолчав, она почувствовала его вопросительный взгляд. – По объявлениям об украденных вещах, Седжуик.
Он сдавил пальцами виски, а потом потёр нахмуренный лоб, словно пытался избавиться от внезапной боли.
– Моя бабушка продавала краденое, а Дингби был одним из её лучших… поставщиков. – Дингби и её отец, но Эммелин не собиралась сообщать об этом Седжуику – по крайней мере сейчас. У него был такой вид, словно он того и гляди потеряет сознание, и Эммелин, подойдя к нему, подвела его к креслу. – Во всяком случае, моё довольно неординарное образование спасло вас от этих лондонских торговцев. Просто ужас, что они пытались выдать за качественный товар.
– Чёрт побери, Эммелин, – тихо сказал Седжуик, – каждый раз, когда я думаю, что раскрыл твою самую страшную тайну, ты снова поражаешь меня. Мне отказаться от своей затеи или рискнуть получить апоплексический удар и узнать все твои страшные секреты?
– Это зависит от состояния вашего здоровья, – лукаво улыбнулась ему Эммелин. – Будет очень прискорбно, если моё прошлое сведёт вас в могилу. Сомневаюсь, что Хьюберт окажется очень щедр к вашей вдове.
На этот раз они оба рассмеялись, а потом произошло что-то волшебное: протянув руку, Седжуик погладил Эммелин по щеке, и от его прикосновения по телу Эммелин пробежал трепет. Она подняла голову и встретилась взглядом с Седжуиком.
– Тебе не следовало так рисковать сегодня вечером.
У Эммелин громко застучало сердце. Неужели он и вправду беспокоится о её благополучии? Не о безопасности выдуманной Эммелин, а о её безопасности? А затем он сказал ей самое главное:
– Почему, Эммелин? Почему ты уже замужем?
– Теперь с этим ничего не поделаешь, – ответила она и отвела взгляд.
– Это мы ещё посмотрим. Я не собираюсь отказываться… – Замолчав, Алекс смотрел на Эммелин. – Я хотел сегодня вечером обвенчаться с тобой.
– О, Седжуик. – Она отвернулась, потому что слезы жгли ей глаза.
– Мне казалось, мы договорились, что ты будешь называть меня по имени.
– Я не имею права, – покачала она головой.
– Имеешь полное право, – настаивал он. – И скоро ты будешь меня называть по имени. Мы обязательно поженимся.
– Но каким образом?
– Быть может, этот Хоторн мёртв и ты уже свободна.
– Тогда мои молитвы услышаны, – сказала Эммелин, кладя голову Седжуику на плечо.
– А если нет, то, возможно, при заключении твоего брака были допущены какие-нибудь нарушения, которые можно использовать, чтобы его аннулировать. Эллиот, мой поверенный, мастер находить выход из любого тупика.
– Вы все это сделаете ради меня?
– Это и ещё больше, – кивнул он.
– Но моё прошлое всегда будет меня преследовать. Всегда найдутся люди, подобные чете Нили, которые помнят мисс Дойл, или такие, как Дингби… И тогда не избежать скандала. Алекс, позволь мне сейчас уехать. Так будет лучше. – Эти слова, сказанные так решительно, вырвались у неё словно из самого сердца. Эммелин не хотела оставлять Седжуика, но остаться – значило погубить его, а она слишком сильно любила и должна была исчезнуть.
– Эммелин, я не собираюсь отпускать тебя. Ко всему прочему, я никогда особенно не любил Лондон и думаю, в Седжуик-Эбби достаточно комнат, чтобы занять тебя по крайней мере на год. – Он покрутил её локон. – Поэтому давай больше не будем заводить разговор о твоём отъезде. Ты меня поняла?
Она кивнула, однако не во всём согласилась с ним.
Она должна уехать, должна расстаться с Седжуиком и позволить ему вернуться к своей жизни без неё. А если он всё же прав и у них есть возможность остаться вместе?
В этот момент вернулся Дингби, и Эммелин вскинула голову.
Бывший разбойник, взглянув сначала на неё, а потом на барона, все так же стоявшего рядом с Эммелин, нахмурился, как недовольный отец, и Эммелин, поняв, чем это может закончиться, отошла от Седжуика.
Ну и ну! Не хватало ещё, чтобы Дингби пришёл к неправильному заключению. Возможно, он не мог стрелять точно, но это вовсе не означало, что этот человек забыл, как спускать курок.
– Ваш посыльный только что принёс это, – сказал Дингби, становясь между Эммелин и Седжуиком. Протягивая ей свёрток с одеждой, старый хитрец бросил на барона выразительный взгляд. – Его милость и я оставим тебя, Кнопка, чтобы ты могла привести себя в порядок.
– Есть у вас здесь что-нибудь выпить, Дингби? – подмигнув Седжуику, спросила она старого друга. – У Седжуика был крайне насыщенный вечер. Думаю, ему необходимо чего-нибудь глотнуть.
– Сюда, милорд. У герцога в запасе есть изысканный портвейн, и хотя мне настрого запрещено говорить о нём лорду Джону, не думаю, что его светлость будет недоволен, если вы выпьете стаканчик.
– Ты останешься? – спросил Седжуик, переведя взгляд с Эммелин на Дингби, а потом снова посмотрев на неё.
Действительно ли в его голосе прозвучала надежда? Действительно ли он хотел, чтобы она осталась? Эммелин скорее могла предположить, что её намерение уехать будет встречено с радостью.
– Я останусь, – ответила она. И как бы ни хотелось ей упорхнуть в ночь, чтобы избежать встречи лицом к лицу с его бабушкой, она дала слово.
– Прошу вас, милорд, – произнёс Дингби тоном вышколенного дворецкого.
Сбросив свой маскарадный наряд, Эммелин отмыла лицо от смеси пепла и талька, которой воспользовалась, чтобы придать коже серый оттенок. Над камином висело зеркало, поэтому ей удалось с помощью нескольких шпилек соорудить из волос некое подобие причёски.
К счастью, платье, которое принёс Томас, оказалось одним из самых простых; он, по-видимому, обратился за помощью к кому-то из горничных. Надев платье, Эммелин поняла, что ей одной не справиться со шнуровкой на спине, и, подойдя к двери, чтобы позвать какую-нибудь служанку, она услышала хриплый голос Дингби:
– Какие у вас намерения в отношении её, милорд?
– Мои – что?
– Я сказал «ваши намерения». Кнопка очень дорога мне, и я не хочу видеть, как её… как она…
– Мистер Бедуэлл, могу заверить, что вы не совсем правильно понимаете ситуацию. Эммелин – это моя жизнь. Я намерен проследить, чтобы её оберегали и о ней заботились.
– Хм, – проворчал Бедуэлл. – Понятно. Я обязан жизнью её отцу. Это случилось в тот раз на Норт-роуд, когда он и я…
«Нет, только не это», – решила Эммелин, так как ей совсем не хотелось, чтобы Седжуик узнал что-либо ещё, и, широко распахнув дверь, изобразила на лице неподдельное удивление, словно не ожидала их увидеть.
– Знаете, мне, к сожалению, нужна помощь. – Вероятно, барона она и смогла бы обмануть, но не Дингби – дворецкий бросил на неё мрачный взгляд, тот самый, за который он приобрёл прозвище Гроза Нориджа, но Эммелин, не обращая внимания, весело улыбнулась Седжуику, наклонив голову к плечу. – Я не могу дотянуться до шнуровки на спине. Не могли бы вы мне помочь? – Повернувшись спиной к Седжуику, она, в свою очередь, бросила на Дингби обжигающий взгляд.
– Кнопка, – погрозил ей пальцем старик, – я ещё скажу своё слово.
– Оставьте, Дингби Майклз.
– Проклятие! – выругался он и обратился к Седжуику: – Никогда не следует учить девушку стрелять из пистолета.
– Значит, это вас я должен винить за дыру в моей стене, – отозвался Седжуик.
– Скажите спасибо, что дыра не проделана в ваших панталонах, милорд, – пробормотал Бедуэлл.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Кое-что о любви - Бойл Элизабет



Роман интиресный,и не придсказуемый. Мне нравится!!!
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетИнна
8.07.2012, 6.29





Книжка, конечно, легкая,но меня не прокатило.Главный герой вообще того, зачем ему нужно было придумывать себе жену!Но бабушка его прикольная подсунула ему мошенницу, а он, не будь дураком взял, ее в жены!А она даже не пытается изменится,также она все его состояние проиграет!0
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетНочь
5.10.2012, 16.22





Интересно, не стандартно и читабельно.Но на любителя. Мне понравился роман. Хотя кое-где было что-то не то. Юмор-изюминка этой истории. Советую.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетЛюбовь
15.11.2012, 13.03





Бабушка могла бы подобрать и получше кандидатуру, а не шулершу, почти воровку и потаскушку. Но она хорошо устроилась и папочку графа нашла. Автор явно перефантазировала. Читала в дороге. Эта книга для этого.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетВ.З., 64г.
27.11.2012, 13.31





Как-то не очень. Сюжет интересный, но вначале бы скучно, а в конце слишком много событий.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетКэт
5.12.2012, 14.24





Не увлекает, ощущение, что чего-то не хватает
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетItis
10.05.2013, 21.08





Роман вполне в стиле автора, у нее обычно или недобор или перебор. .
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетМилена
6.02.2015, 10.39





Не плохой роман,когда прочитала комментарии думала тут реальная такая тварь гг,а на самом деле не понимаю как В.З.64 И ДРУГИЕ могли счесть ее потаскушкой.Сделаю акцент на том,что у нее было всего ДВА МУЖИКА,при том гг 2,а первый был мужем,если так смотреть,то современные девушки тогда вообще все бл..Так что не видитесь на комменты читайте и делайте выводы сами.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетАмина
22.05.2015, 23.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100