Читать онлайн Кое-что о любви, автора - Бойл Элизабет, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кое-что о любви - Бойл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.17 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кое-что о любви - Бойл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кое-что о любви - Бойл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Бойл Элизабет

Кое-что о любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Спустя несколько часов леди Лилит и её мать, стоя в эркере, наблюдали за разъездом гостей.
– Не знаю, что с тобой будет, дорогая, – сокрушённо сказала графиня. – Эта женщина станет погибелью для Седжуика, а затем и для твоего мужа.
– Мама, вы должны позволить мне поставить её на место. Как она смеет намекать, что мы имеем отношение к Торпам!
– Это не важно, – махнула рукой леди Оксли, наблюдая, как Седжуик подал руку жене, помогая ей сесть в экипаж, а затем последовал за ней. – Доброй ночи и скатертью дорога, – процедила она сквозь зубы.
– Мама? – переспросила Лилит.
– Ты должна проследить, чтобы лорд Седжуик и его жена вернулись каждый в свою спальню – порознь. – Леди Оксли похлопала дочь по руке и снова перевела взгляд на отъезжающий экипаж. – Ребёнок от этого союза крайне нежелателен.
– Не представляю, как нам удастся добиться того, чтобы он её оставил, – недовольно проговорила Лилит. – Вы бы видели их прошлой ночью. – Она прищёлкнула языком. – Это была безобразная сцена.
«Не сомневаюсь», – подумала леди Оксли.
– Бесстыжая пара, – продолжала Лилит. – Я сказала Хьюберту, чтобы он написал бабушке и посоветовал ей поскорее приехать в Лондон.
– Противная старуха. Она француженка, а они не заслуживают никакого доверия. При её легкомысленном характере она может заявить, что эта леди как нельзя лучше подходит Седжуику в жёны, и использовать свои французские уловки, чтобы помочь его супруге.
Лилит широко раскрыла глаза, очевидно, удивившись, что не подумала о такой возможности.
В это время сзади к ним подошёл Хьюберт, держа в руках свои пальто и головной убор и накидку Лилит.
Леди Оксли никогда не думала о своём зяте иначе как о будущем наследнике титула барона Седжуика, но Хьюберт удивил её больше, чем она могла предположить.
– С женой Седжуика что-то не так, – покачал он головой, глядя в окно на карету кузена.
– Мама как раз говорила то же самое, – подтвердила леди Лилит. – Она считает, что мы должны что-то предпринять, а не просто вызвать твою бабушку.
– Не волнуйтесь, леди, я уже кое-что предпринял, – сообщил Хьюберт, многозначительно кивнув.
Денфорды и леди Оксли были не единственными, кто провожал взглядом отъезжающий экипаж Седжуика.
Маркиз Темплтон пересекал улицу, направляясь к ландо, которое в этот день он, не спрашивая разрешения, взял из конюшни своей бабушки. Его мысли были заполнены событиями вечера, проведённого так близко к Дайане и так… Он остановился перед заимствованным на время экипажем, кучер которого должен был бы спрыгнуть на землю, чтобы открыть дверцу, или хотя бы обратить внимание на появление маркиза.
– Послушайте… – начал было Темплтон.
– Кто это там? – Вместо того чтобы постараться вести себя как нормальный слуга, Элтон невозмутимо сидел на козлах и смотрел на улицу. – В том экипаже?
– В том? – Оглянувшись через плечо, Темплтон указал на сворачивавшую за угол карету.
Элтон кивнул, не сводя с экипажа взгляда.
– Барон Седжуик.
– А женщина?
– Таращите глаза на замужних женщин? – усмехнулся маркиз. – В вашем-то возрасте? Элтон, я поражён, а вы отлично знаете, что требуется что-то невероятное, чтобы меня удивить.
– Кто эта женщина с Седжуиком? – настойчиво повторил Элтон.
– Старина, – Темплтон отступил назад и внимательно посмотрел на слугу, – за все годы, что вы служите мне, я в первый вижу, как вы дважды взглянули на одну и ту же женщину. А кроме того, слуге не подобает заглядываться на благородных замужних женщин.
– Вы платите мне не постоянно и не можете считать меня своим слугой. Прошу вас, милорд, скажите, кто та женщина?
– Дама – его жена, леди Седжуик. – Темплтон почувствовал, что у него по спине пробежал холодок. Он никогда не видел такой свирепости в Элтоне, но был не настолько глуп, чтобы препираться с человеком, имевшим тёмное прошлое.
– Его жена? – переспросил Элтон, словно не поверил ни единому слову.
– Не натворите глупостей, – посоветовал Темплтон и, потеряв всякую надежду дождаться, что Элтон распахнёт перед ним дверцу экипажа, сделал это сам. – Седжуик – нудный тип, – сказал он, расположившись на сиденье и откинувшись на спинку, – но я подозреваю, если дело коснётся его жены или тем более чести, он не станет терпеливо ждать, когда станет рогоносцем.
– Эта женщина ему не жена, – объявил Элтон и, сплюнув в сторону, взял в руки вожжи.
– Не жена? Вы сошли с ума. – Темплтон взглянул на своего кучера, не понимая, где тот умудрился напиться, потому что, ей-богу, не мог придумать никакого объяснения.
Элтон обернулся и бросил на него холодный взгляд – взгляд, по мнению Темплтона, принадлежавший разбойнику.
– Если она не его жена, то кто же она? – Не испугавшись, Темплтон сложил руки на груди.
– Моя дочь.
В экипаже Седжуика Эммелин сидела совершенно неподвижно и молча. Она прекрасно понимала, что самое лучшее для неё – не говорить ни слова.
Она испортила весь вечер. Сначала навлекла на себя гнев леди Оксли тем, что обнажила несколько неприглядных ветвей на её фамильном древе, потом нарушила обещание не рассказывать нелепых историй и, наконец, пришла на помощь мисс Мебберли, когда никто другой, очевидно, не собирался вступиться за неё.
Из всех грехов последний был самым тяжёлым. Она не сделала для Миранды ничего хорошего. Ей следовало посоветовать мисс Мебберли поискать другого жениха.
Но всё же у Эммелин было ещё две недели…
«Хотя скорее всего их не будет, – решила Эммелин. Поднятые брови Седжуика и холодное, вернее, ледяное выражение его лица заставили её забеспокоиться, разрешит ли он ей войти в дом номер семнадцать, чтобы забрать свои пожитки. – Нет, лучше промолчать. О чёрт, из этого ничего не получится».
– Седжуик, – начала Эммелин, – могу я просто…
– Это правда? – перебил он. – Что?
– То, что сказала леди Нили. Вы та самая мисс Дойл? Эммелин вздрогнула. Она никогда не думала, что ему так быстро станет известно её имя.
– Вы та самая мисс Дойл? Компаньонка герцогини Ше-вертон?
Теперь Эммелин оказалась на зыбкой почве.
– Правду, мадам, или я отвезу вас к герцогине!
– Правду? – Ей удалось усмехнуться. – Седжуик, это такая неопределённая вещь. – Эммелин взглянула на него и поняла, возможно, впервые за свою жизнь, что единственным ответом может быть только правда. – Ладно, это я. – Подвинувшись на сиденье, она положила рядом с собой сумочку и веер. – Однако я не советовала бы везти меня к герцогине.
– Почему? – поинтересовался он тем суровым, сердитым тоном, который она по-настоящему ненавидела.
– На самом деле я никогда не встречалась с герцогиней, – призналась Эммелин.
– Но сэр Фрэнсис сказал… – Алекс не сводил с неё взгляда.
– Ну, – она расправила складки на платье, – быть может, он слегка заблуждается по этому поводу.
– Как же может быть, что вы мисс Дойл, компаньонка герцогини Шевертон, но в действительности никогда не встречались со своей хозяйкой?
– Возможно, имелось в виду, что я имею отношение к герцогине, но, к сожалению, это было неправильное предположение, а я забыла его исправить.
Алекс со стоном закрыл лицо руками и замотал головой.
– Все не так уж плохо, – промолвила она.
– Не так уж плохо? Я узнал сегодня вечером, что вы обобрали Шаклфорд-Демсли, сэра Фрэнсиса и сестру леди Джарвис. Вы мошенница?
– Вы говорите так, будто я совершила что-то скверное. Знайте, – Эммелин расправила плечи, – я никогда… – Один взгляд в предвещающие бурю глаза барона – и она запнулась. – Никогда намеренно…
Седжуик снова поднял тёмную бровь.
– Хорошо, да. Последние шесть лет выдавала себя за компаньонку герцогини Шевертон. Но я не воровка.
– Шесть лет! – воскликнул Алекс. – Не верю. Как могло быть, что вас не поймали?
– Потому что я профессионал своего дела, – с возмущением ответила Эммелин.
Судя по тому, как легко она вошла в роль Эммелин, с этим нельзя было не согласиться, но всё же…
– Вы утверждаете, что вы не воровка?
– Я никогда ни у кого не брала ничего, что не было бы предложено мне добровольно.
В это он тоже мог поверить. Эммелин обладала способностью очаровать любого закоренелого сквалыгу.
«Ну почти закоренелого», – рассудил Алекс, имея в виду леди Оксли. Он всё же усомнился, что ангелы небесные могли бы тронуть сердце этой старой воительницы.
– Почему вы выдавали себя за компаньонку герцогини Шевертон?
– Потому что другая роль была менее привлекательна. – Тяжело вздохнув, Эммелин отвернулась к окошку. – Не стану рассказывать вам, какой выбор есть у женщины, оставшейся одной на свете, без защиты имени и семьи.
Как любой другой дворянин, Алекс старательно не замечал таких пороков в обществе. Да, у женщин почти не было выбора, но разве он нёс ответственность за то, что они выбирали неправильный путь? А кроме того, спор о добре и зле вечен.
– Пусть выбор у вас был довольно ограничен, – сдался он, – но неужели вы не понимали, что поступали бесчестно, если не сказать преступно?
– Это почему? – вызывающе спросила она, становясь на свою защиту. – Я ничего ни у кого не отбирала. Я только принимала то, что мне предлагали: дом, где можно остановиться, еду и – чаще да, чем нет – поездку в соседнюю почтовую гостиницу. – Она сложила руки на коленях. – Неужели вы никогда не предлагали приют путникам?
Здесь она его поймала. Его бабушка всегда приводила домой приезжающих и предлагала им отдохнуть в Седжуик-Эбби, прежде чем они продолжат свой путь, и Алекс никогда не возражал. Во всяком случае, новые люди в доме отвлекали бабушку от её другого любимого занятия – ворчать на него.
– Просто это кажется… я хочу сказать, из того, что говорила леди Нили…
– Седжуик, поверьте мне, я никогда не брала ничего из тех домов.
– И как много было этих домов? – Алекс, прищурившись, смотрел на Эммелин, пока она, прикусив губу, размышляла. – Больше пяти?
– А это имеет значение?
– Да! – Перед ним была выдающаяся, талантливая актриса, еейчас изображавшая его жену, и ему хотелось бы знать, сколько ещё людей она провела.
Эммелин, по-видимому, обдумывала ответ, глядя в потолок кареты и считая по пальцам, и наконец сказала:
– Двадцать восемь, но без пера и бумаги точно не подсчитать. Это приблизительная цифра.
Двадцать восемь? У Алекса возникло такое чувство, что эта женщина никогда не ошибается в подсчётах. Эммелин могла бы назвать имя, дату и место каждого своего перевоплощения. Он видел, как она спорила с торговцем, и двадцать восемь домов провинциальных дворян должны были показаться детской игрой.
И когда экипаж остановился у дома на Ганновер-сквер, Алекс знал, что существовала единственная вещь, которую он сейчас должен сделать.
– Милорд, миледи. – Симмонс встретил их на верхней ступени лестницы у дверей дома. – Слава Богу, вы вернулись – и вовремя.
– Что ещё случилось? – спросил Седжуик.
– Леди Роулинз.
– Мальвина? – Эммелин прижала ладонь к губам и бросила взгляд через площадь в сторону дома Тоттли.
– Да, миледи, и боюсь, новости нехорошие. – Симмонс крепко сжал губы и, качая головой, отвернулся. – Она присылала за вами.
«За мной?» – Эммелин не знала, что сказать; неожиданные горячие слезы обожгли ей глаза, и, не отдавая себе отчёта в том, что делает, она коснулась локтя Седжуика.
– Прошу вас, – тихо попросила она, – разрешите мне пойти к ней.
Алекс посмотрел на Симмонса, и дворецкий снова покачал головой.
– Доктора пригласили?
– Он уехал около часа назад, – кивнул Симмонс. – Он не видел необходимости оставаться, когда акушерка могла справиться сама. Сэр, лорд Роулинз приходил дважды. Очевидно, её милость хотела найти поддержку в обществе леди Седжуик, прежде чем… прежде чем…
– О нет! – Эммелин едва не задохнулась от волнения. Неужели с её ближайшей, с её единственной подругой может что-нибудь случиться? – Пожалуйста, Седжуик, я нужна Мальвине.
– Да, конечно, – ответил он и, повернувшись, стал спускаться вместе с ней по ступеням.
К досаде Эммелин, внизу им встретились только что прибывшие леди Лилит и Хьюберт.
– Мне нужно с вами поговорить, кузина Эммелин, – сказала леди Лилит, задрав нос кверху и преградив ей дорогу. – Я понимаю, вы не знакомы с лондонскими обычаями, и всё же ваше поведение сегодня вечером было просто возмутительным. Вы обвинили мою мать…
– Не сейчас, – остановил её Седжуик.
– Я не согласна! – возмутилась леди Лилит. – Я не собираюсь просто молчать. Седжуик, вас там не было, вы не слышали, что…
– Довольно, миссис Денфорд! – прикрикнул на неё Алекс. – Нас ждут в другом месте.
Хьюберт предусмотрительно потянул жену в сторону, позволяя им пройти, и Седжуик с Эммелин ступили на тротуар.
Взглянув на небо, Эммелин подумала, что вечер, бывший вначале таким сияющим и волшебным, теперь стал холодным и пустым.
Потерять Мальвину? Эммелин не могла представить свою замечательную подругу иначе, чем полной жизни, кипучей энергии, и слезы снова обожгли ей глаза.
Из-за того, что её отец исчез, а мать умерла, она не позволяла себе привязаться к кому-либо. Само её ремесло обрекало Эммелин на одиночество. А потом в её жизнь вошла Мальвина. Подобно урагану, она ворвалась в мир Эммелин и стала… другом. И вот теперь Мальвина в ней нуждается.
– Вы знаете что-нибудь о том, как принимают роды? – спросил Седжуик, шагая рядом с Эммелин.
– Г-господи, нет. – Эммелин охватило замешательство, и, резко остановившись, она в ужасе посмотрела на освещённый особняк впереди. Все, связанное с этим процессом, было окутано тайной, вмешиваться в которую у неё не было желания – даже ради лучшей подруги.
Но было уже поздно отступать. Дверь распахнулась, когда они ещё даже не дошли до ступеней, ведущих в дом, и небритый, обезумевший Роулинз бросился к ним навстречу.
– Леди Седжуик, как вы вовремя! Я думал… я боялся… А теперь вы здесь, с моей Мальвиной, благослови вас Господь. – Лорд Роулинз сжал ей руки и, прежде чем Эммелин смогла что-либо возразить, повёл её вверх по лестнице.
В холле собрались все слуги, и Эммелин подумала, что никогда ещё не видела одновременно столько мрачных лиц.
Наверху раздался жуткий крик, полный муки и боли, который чуть не разорвал ей сердце. Она прежде уже слышала подобный крик – так кричала её мать – и знала, что они предвещают только один исход.
Паника охватила Эммелин, Скрутила в узел внутренности. Она не сможет смотреть, как умирает единственная подруга, которая когда-либо у неё была. Но, повернувшись, Эммелин наткнулась на Седжуика, и его руки сомкнулись вокруг неё, словно стены крепости.
– Я не могу этого сделать, – запинаясь пробормотала Эммелин. – Что, если она…
С верхнего этажа донёсся ещё один крик, высокий и пронзительный, который мог бы рассечь даже окаменевшее сердце. Одна из служанок не выдержала и разрыдалась.
– Нужно быть храброй. – Взяв Эммелин за плечи, Седжуик слегка встряхнул её. – Эммелин, вы самая смелая женщина из всех, кого я знаю. – Он увлёк её в нишу и шепнул на ухо: – Ей-богу, вы же были ранены.
– Да, но я плохо помню, что тогда происходило.
– Возможно, но подумайте: сегодня вы скрестили мечи с леди Оксли и одержали победу. Что такое рождение ребёнка по сравнению с подобной храбростью?
– Это слова человека, который никогда не сталкивался с таким испытанием.
– С каким – с леди Оксли или с рождением ребёнка?
– Ни с тем, ни с другим, – напомнила Эммелин.
– Возможно, но это не означает, что я не могу восхищаться женщиной, которая, как мне известно, не побоится бросить вызов дракону или дьяволу. – Наклонившись, Алекс поцеловал её в лоб. – Эммелин, помочь можете только вы. Я это знаю, и леди Роулинз, очевидно, тоже, поэтому идите и помогите своей подруге. Она нуждается в вас больше, чем другие люди, которым вы помогали щедро и добровольно.
Почему, чёрт побери, он настаивает, напоминая ей, что такое долг и честь? Она многим обязана Мальвине, и, если хочет чем-то гордиться в своей растраченной попусту жизни, она обязана помочь своей подруге.
И, постаравшись собрать всю храбрость, которой, по мнению Седжуика, у неё было в избытке, Эммелин пошла вверх по лестнице.
– Хотите выпить? – предложил Седжуик, когда они с Роулинзом удалились в библиотеку виконта дожидаться исхода событий.
Роулинз кивнул.
Они вращались в разных кругах. Роулинз, как наследник графства Тоттли, был надменным и чопорным. Он считал, что занимает в свете более высокое положение, чем Седжуик, простой барон. Однако взъерошенный мужчина, сидевший напротив Седжуика, сейчас мало походил на блистательного, элегантного виконта.
В тот момент, когда Алекс подал ему бокал, ещё один крик сверху прорезал ночь, и мужчина, вздрогнув, одним глотком проглотил бренди.
– Чем я виноват? Я не знал, что все может так кончиться. – Роулинз, во многом к досаде Алекса, принял его молчание за разрешение продолжать. – В Мальвине вся моя жизнь. Она самая замечательная женщина в Англии. Господи, я не хочу, чтобы она умерла. Знаете, я люблю её.
Алекс постарался скрыть, что изумлён этим взрывом чувств. Безусловно, виконт Роулинз и его жена подходили друг другу и были заметной парой, но Алекс и не подозревал, что это был брак по любви. Он, как и все в городе, полагал, что Роулинз женился на искренней, импульсивной Мальвине Хенли из-за её десяти тысяч годового дохода. Но чтобы по любви?!
– Да, по вашему лицу я вижу, что вы мне не верите. Никто не верит. Мальвина – лучшая из всех женщин, которых я когда-либо встречал. О, не поймите меня неправильно, она не из тех женщин, с которыми легко жить, но в ней есть что-то, что невозможно описать словами, что сводит меня с ума и пробуждает во мне стремление стать лучше. – Замолчав, он отвернулся, и Алекс внезапно заметил, что мужчина опустил голову, чтобы скрыть слезы, а его плечи вздрагивают. – Я так люблю её, – удалось произнести Роулинзу спустя несколько минут. – Но вам это, должно быть, известно – ведь вы женились по той же причине.
– П-по той же? – заикаясь, спросил Алекс.
– По любви, – как само собой разумеющееся, ответил Роулинз, словно причисляя Алекса к некоему тайному обществу избранных. – Этого не нужно стыдиться. Судьба подарила нам редкий подарок – жену, которую любишь всем сердцем. По-настоящему печально, что многие считают преступлением, когда кто-то любит свою жену. Очень жаль их, не правда ли?
Алекс только кивнул, не зная, что ответить. Рассказать Роулинзу правду – что Эммелин ему не жена и что он не влюблён?
Налив себе ещё бокал, виконт передал графин Алексу. Седжуик хотел сказать, что, по его мнению, продолжать пить – это не лучшая идея, потому что спиртное подрывает устои хороших манер, что недопустимо обсуждать такие темы. Но в то же время в Алексе проснулось любопытство: Роулинз любит Мальвину? Этот вечер, начавшийся с разоблачения, привёл его к поразительному открытию.
Наверху раздался ещё один отчаянный крик, перешедший вдолгий, полный боли вой, который, казалось, разорвал ночь. Алекс не завидовал Эммелин, находившейся рядом с Мальвиной, и то, что она согласилась на это, многое сказало о её характере. Он сомневался, что смог бы в такой ситуации набраться мужества, но, возможно, оно было присуще лишь женщинам, а мужчинам оставалось только восхищаться ими и завидовать. Именно на долю женщин выпало одно из самых главных событий в жизни – производить на свет детей.
Осушив бокал, виконт снова налил бренди Алексу, а потом и себе.
Алекс смотрел на бокал с янтарной жидкостью, кружащейся в стекле, как туман вечности, полный тайн и обещаний. Крики следовали один за другим все чаще, и Алекс решил, что ещё один бокал совсем не помешает – чтобы притупить сознание.
– Как можно такое пережить? – пробормотал Роулинз.
– Я как раз подумал то же самое. – Алекс понял, что, вероятно, выразился не совсем удачно, когда виконт с тревогой взглянул на него широко открытыми глазами. – Я хочу сказать, ваша жена обладает огромной волей к жизни, так что надеюсь, что она справится.
– Наступит время, и вы меня поймёте, – сказал Роулинз, ухватившись за поддержку Алекса, как за спасательный круг. – Тоже будете метаться, ожидая появления ребёнка.
Алекс покачал головой.
– Не думаю, что это произойдёт…
– Простите, я забыл, что здоровье леди Седжуик не… Ради Бога, простите.
– Не переживайте.
– Но вы с этим сталкивались, не правда ли?
– С чем? – Алекс обратил взгляд к потолку, где в комнате над ними проходили роды.
– С возможностью потерять жену. Мальвина сказала, что прошедшей зимой леди Седжуик тяжело болела, что она чуть… – Он зажмурился и покачал головой. – Наверное, я слишком фамильярен. Я знаю, мы не близкие друзья, но мне кажется, между нами есть что-то общее.
– Общее? – промолвил Алекс.
– Наши жены – их близость к смерти, наша любовь к ним.
Алекс почувствовал себя неловко, ведь между ними на самом деле не было ничего общего – абсолютно ничего, кроме того, что и Мальвина, и Эммелин имели пристрастие во все вмешиваться.
– Было трудно, – дипломатично заметил Алекс. – Гораздо труднее, чем мог представить себе Роулинз.
– Я знал, что вы меня поймёте. – Опустившись в ближайшее кресло, виконт жестом указал Седжуику на кресло напротив. – Встреча с Мальвиной полностью и безвозвратно изменила мою жизнь, просто вывернула её наизнанку.
При этих словах Алекс поднял бокал – возможно, между ними действительно было больше общего, чем он предполагал.
Что это пришло ему в голову?
Взглянув на свой бокал, Алекс подумал, что бренди у Тоттли, вероятно, самое изысканное и самое поддельное из французских напитков. Оно пробирало до костей и делало Алекса таким же беспокойным, как Роулинза.
– Я понял, что эта женщина предназначена для меня, в тот момент, когда увидел её на балу. Она шла через зал как Венера.
Венера? Алекс вскинул взгляд. Разве не то же самое подумал он, когда впервые увидел Эммелин?
– И она устроила мне весёлую охоту. Своим кокетством она вскружила мне голову, нет, просто свела с ума, как сводила с ума всех, кто её знал.
Алекс мог бы оспорить утверждение, что Мальвина Хенли когда-нибудь очаровывала кого-либо своими грубоватыми манерами. Вот Эммелин… В общем, это совсем другое дело. Она, несомненно, обладала обаянием, которого хватило бы на дюжину жён.
– Разве вы не почувствовали то же, когда встретили леди Седжуик? Не почувствовали сердцем, что в ней есть то, что изменит вашу заурядную жизнь, даст вам повод каждую минуту думать о том, что она сейчас делает? – Роулинз вздохнул. – Всё это я понял в первые же двадцать четыре часа знакомства с Мальвиной. Я понял, что в моей жизни никогда не будет никакой другой женщины, кроме этой, что я отдам все на свете, чтобы она была со мной.
«Влюбиться с первого взгляда? Это невозможно», – хотел было сказать Алекс хозяину дома, однако в этот момент часы пробили один раз, и он понял, что прошли его собственные двадцать четыре часа с Эммелин.
Как можно было отрицать, что его жизнь окажется такой же? И вдруг Седжуик ясно понял, о чём говорил виконт. Но Боже, как он пожалел об этом.
Эммелин сидела рядом с Мальвиной, и виконтесса до боли сжимала ей руку, пока акушерка занималась своим делом.
– Он идёт неправильно, – заявила пожилая женщина. – Его нужно повернуть. Другого способа нет.
Мальвина снова закричала, когда подошла ещё одна болезненная схватка.
– Она не должна тужиться, – пояснила акушерка, обращаясь к Эммелин. – Природа велит ей тужиться, но вы не должны ей этого позволять.
– Не тужиться, – повторила Эммелин. Но как, чёрт побери, выполнить распоряжение акушерки? С трудом высвободив руку, она взяла салфетку, лежавшую возле миски, намочила её в холодной воде и протёрла влажный лоб подруги. – Мальвина, вы не должны тужиться.
Не слушая её, виконтесса продолжала стонать и кричать.
– Отвлеките её, миледи, – приказала рассерженная акушерка. – Заставьте её думать о чем-нибудь другом. О чем-нибудь таком, что по-настоящему разозлит её.
Мальвина снова застонала, не обращая внимания на окружавших её людей и на слова акушерки, и тогда Эммелин, глубоко вздохнув, забралась в огромную постель и, устроившись рядом со своей подругой, взяла в ладони её лицо.
– Мальвина, Мальвина! – требовательно заговорила она. – Послушайте меня.
– Я умираю, Эммелин. Я этого не вынесу. Скажите Роулинзу, что я его любила. Я была счастлива стать его графиней.
Эммелин поняла, чем отвлечь Мальвину, и усмехнулась.
– Мальвина, вы не можете себе позволить умереть. Вы оставите ребёнка на воспитание своей свекрови? Леди Тоттли?
Упоминание о матери Роулинза привлекло внимание Мальвины быстрее, чем демонстрация новых шляп на Бонд-стрит, и, как и просила акушерка, разозлило её, как не могло бы разозлить ничто другое.
– Леди Тоттли? – удалось ей выдавить.
– Кому же ещё нанимать няню и воспитателей, как не леди Тоттли?
– Нет, – прищурившись, прохрипела Мальвина, – никогда.
– То-то же. Не забывайте о наследнике. А если у вас будет девочка? Вы хотите, чтобы эта старая карга воспитывала вашу дочь? Выбирала для неё пансион? Представляла её королеве?
– Ни за что! – Упёршись локтями в матрац, Мальвина приподнялась на кровати.
Но Эммелин не собиралась останавливаться на этом.
– И вы понимаете, что графиня не успокоится, пока Роулинз снова не женится – на этот раз по её воле.
Это было уже слишком. Мальвина прищурилась, наморщила лоб и, взглянув на акушерку, спросила:
– Что я должна делать?
Молчание лишало Алекса присутствия духа больше, чем крики, а оно продолжалось уже несколько часов. Виконт и барон бодрствовали, но каждый погрузился в свои думы, и лишь редкие приглушённые крики и звуки движения наверху выводили их из этого состояния.
Когда первые рассветные лучи коснулись крыш Ганновер-сквер, дверь в библиотеку наконец отворилась, и в комнату вошёл дворецкий Тоттли:
– Милорд, вас хотят видеть наверху.
Роулинз бросился к двери, а потом так же резко остановился.
– Седжуик… мне кажется, я не смогу… Может быть, вы не сочтёте за труд пойти со мной?
Алекс был готов покачать головой и отказаться от жуткого зрелища, которое вполне могло ожидать их. Но там оставалась Эммелин, и ему хотелось знать, как она… в общем, ему хотелось её увидеть. Возможно, она даже нуждалась в нём – как ни странно, обнаружил Алекс, он очень надеялся на то, что Эммелин, сильная и решительная Эммелин, могла нуждаться в его поддержке.
И, выпрямившись, он кивнул Роулинзу и последовал за ним в утреннем полумраке.
Ещё тёмный дом, казалось, затаил дыхание точно так же, как это делает земля, когда первые проблески света постепенно охватывают горизонт, прогоняя ночь и возвещая торжество солнца.
В это замершее словно в ожидании время они поднимались по лестнице, чтобы увидеть, что приготовила им за ночь судьба.
Они не успели дойти до двери нескольких шагов, когда их ушей коснулся незнакомый звук. Но это был не крик женщины, мучающейся от боли, а плач ребёнка. Громкий и настойчивый, он оповестил всех и каждого, что бесконечные ночные страдания не были бесплодными.
– Ребёнок, – с безмерным удивлением произнёс Роулинз.
– Ваш ребёнок, – сказал ему Алекс, почувствовав радость за виконта и… зависть к нему.
У двери стояла экономка, и у неё по лицу текли слезы.
– Чудесный малыш, милорд. – Она открыла дверь, и перед мужчинами предстала сцена, от которой у них обоих по щекам тоже побежали слёзы.
В комнате на большой кровати по-королевски возлежала леди Роулинз, держа на руках пищащий свёрток.
– Входите, Роулинз, и посмотрите на свою дочь.
– Моя дочь? – прошептал он, медленно и с опаской входя в собственную спальню, словно прежде никогда не бывал в этой комнате.
– Простите, что это не сын, – усмехнулась Мальвина и похлопала по кровати рядом с собой.
– У неё ваш характер, – взглянув на ребёнка, пошутил Роулинз, радостно улыбаясь. – Что ещё мог бы я пожелать? – Он нежно поцеловал жену в лоб и глубоко вздохнул, как будто всю ночь сдерживал дыхание.
Алекс отвернулся, чтобы не мешать им, и его взгляд немедленно остановился насидевшей в кресле Эммелин. Её глаза были остекленевшими и безжизненными, она была бледной и зыглядела так, словно стала свидетелем того, что было недоступно её пониманию.
– Эммелин, – склонившись к ней, Алекс похлопал её по эуке, – Эммелин, вы в порядке?
– О, Седжуик, вы бы видели её. Было очень трудно, но ей удалось это сделать. С ребёнком все хорошо, и с ней тоже. Спасибо, что разрешили мне прийти сюда.
– Её милость должна благодарить вас, мадам, – вмешалась акушерка, не давая Алексу ничего сказать. – Думаю, если бы вас здесь не было, она с этим не справилась бы. Я приняла не одну дюжину родов, милорд, – обратилась она к Алексу, – и утверждаю, что счастливым финалом, который вы здесь видите, мы обязаны вашей жене. Благодаря ей у роженицы появилось желание жить и силы преодолеть трудности, – заключила акушерка, вытирая руки.
– Я ничего не сделала, – возразила Эммелин, – у меня нет опыта в таких делах.
– Не скромничайте, – сказала акушерка, – вы дали ей силу и желание жить, когда она уже почти сдалась. Я разбираюсь в таких вещах, и если женщина сдаётся, она, как правило, погибает.
– Мальвина все сделала сама, – покачала головой Эммелин.
– Можете настаивать на своём, но я знаю правду. – Акушерка снова посмотрела на Алекса. – Когда настанет очередь вашей супруги, пошлите за мной. Для меня это будет честь. – Женщина закончила собирать инструменты, аккуратно сложила их в кожаную сумку и, прежде чем уйти, обратилась к Эммелин: – Позвольте спросить вас, миледи, что такого сказали вы леди Роулинз, что помогло ей выжить? Это профессиональный интерес.
Эммелин покраснела, а с кровати послышался смех Мальвины, которая, должно быть, услышала вопрос акушерки.
– Не смейте повторять ни слова, Эммелин Денфорд, ни единого слова!
– Никогда, Мальвина, – усмехнулась Эммелин, – обещаю.
– Во всяком случае, полагаю, это были хорошие слова. – Роулинз взглянул на Алекса.
– Безусловно. – Алекс понимал, о чём говорил виконт: то, что было сказано этой ночью, решило её исход.
Все четверо весело рассмеялись.
– Как мы её назовём? – спросил жену виконт Роулинз, приподняв уголок одеяла, чтобы взглянуть на дочь.
– Лусинда. – К Мальвине снова вернулась её прежняя привычка командовать. – Лусинда Эммелин Уитерспун.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Кое-что о любви - Бойл Элизабет



Роман интиресный,и не придсказуемый. Мне нравится!!!
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетИнна
8.07.2012, 6.29





Книжка, конечно, легкая,но меня не прокатило.Главный герой вообще того, зачем ему нужно было придумывать себе жену!Но бабушка его прикольная подсунула ему мошенницу, а он, не будь дураком взял, ее в жены!А она даже не пытается изменится,также она все его состояние проиграет!0
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетНочь
5.10.2012, 16.22





Интересно, не стандартно и читабельно.Но на любителя. Мне понравился роман. Хотя кое-где было что-то не то. Юмор-изюминка этой истории. Советую.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетЛюбовь
15.11.2012, 13.03





Бабушка могла бы подобрать и получше кандидатуру, а не шулершу, почти воровку и потаскушку. Но она хорошо устроилась и папочку графа нашла. Автор явно перефантазировала. Читала в дороге. Эта книга для этого.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетВ.З., 64г.
27.11.2012, 13.31





Как-то не очень. Сюжет интересный, но вначале бы скучно, а в конце слишком много событий.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетКэт
5.12.2012, 14.24





Не увлекает, ощущение, что чего-то не хватает
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетItis
10.05.2013, 21.08





Роман вполне в стиле автора, у нее обычно или недобор или перебор. .
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетМилена
6.02.2015, 10.39





Не плохой роман,когда прочитала комментарии думала тут реальная такая тварь гг,а на самом деле не понимаю как В.З.64 И ДРУГИЕ могли счесть ее потаскушкой.Сделаю акцент на том,что у нее было всего ДВА МУЖИКА,при том гг 2,а первый был мужем,если так смотреть,то современные девушки тогда вообще все бл..Так что не видитесь на комменты читайте и делайте выводы сами.
Кое-что о любви - Бойл ЭлизабетАмина
22.05.2015, 23.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100