Читать онлайн Тайные грехи, автора - Блэйк Стефани, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайные грехи - Блэйк Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.67 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайные грехи - Блэйк Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайные грехи - Блэйк Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блэйк Стефани

Тайные грехи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Война закончилась в августе 1898 года. По условиям мирного договора, подписанного 10 декабря в Париже, Испания отказывалась от Кубы, которая переходила под опеку Соединенных Штатов. К тому же Испания уступала Америке Филиппинские острова за двадцать миллионов долларов.
Гордон Юинг положил утреннюю газету возле своей тарелки и заметил:
– «Тэйт индастриз» заплатила бы больше. Дни Испанской империи миновали. Отныне Испания становится второстепенной державой.
Они с женой обменялись многозначительными взглядами, когда их дочь вошла в столовую, на ходу читая письмо, совершенно поглощенная им. Она наткнулась на стул.
– О… Прошу прощения!
– Ты все читаешь и перечитываешь письмо Сэма. Уже прочла его несколько раз с тех пор, как оно прибыло сегодня утром.
Мара вспыхнула.
– Он так увлекательно пишет! Когда Сэм описывает Рождество в Йоркшире, у меня возникает ощущение, что я чувствую запах остролиста и сливового пудинга.
После демобилизации из Первого полка Сэм Роджерс отправился долечиваться в Англию, в свое родовое поместье.
– Когда он предполагает снова посетить Америку?
– Ранней весной. Он собирается занять должность на одном из предприятий отца, на заводе по очистке сахара в Сан-Франциско. По крайней мере пока мы не поженимся.
Юинги дали согласие на союз дочери с Сэмюэлем Роджерсом-младшим при условии, что брак состоится, когда Маре исполнится семнадцать.
Когда Гордон ушел к себе в контору, Мара-старшая решилась на серьезный разговор с дочерью.
– Надеюсь, вы с Сэмом не уедете из Аризоны после того, как поженитесь?
– Я об этом еще не думала, мама. Полагаю, что мой долг следовать за мужем туда, где он пожелает поселиться.
– Твой главный долг – верность семье Тэйтов, – заявила мать. – Мы с тобой, моя дорогая, во многом похожи. Мы отчаянно гордимся своим происхождением и традициями нашей семьи. Твой дедушка, твой отец и я – мы создали империю. Создали ее из одной только золотой жилы, случайно найденной в Тумстон-Кэньон. «Тэйт интернэшнл индастриз» основала дочерние компании по всему миру: они в Европе, Африке, Южной Америке, на Гавайях и Дальнем Востоке. У нас повсюду есть собственность. Капиталовложения – тоже. Дни твоего дедушки сочтены, – продолжала мать. – После его смерти нас останется двое – твой отец и я. И мы тоже не молодеем. А вы с Сэмом должны поклясться, что продолжите семейное дело после нашей смерти.
Мара-младшая поднесла руку к груди, словно почувствовала удушье. Ответственность, которую на нее возлагали, казалась огромной, неприемлемой для молоденькой девушки.
– Вы рассчитываете, что я стану главой «Тэйт индастриз»? А как насчет дяди Джилберта, дяди Эмлина и дяди Аллана?
Мара заметила, что губы матери превратились в узкую полоску, темные глаза вспыхнули гневом.
– Я считаю, что твои дядюшки предали нашу семью и все, что связано с благородным именем Тэйтов. Терпеть не могу изъясняться в столь напыщенных выражениях, но следует смотреть правде в глаза. Тэйты настолько близки к тому, что можно было бы назвать американской королевской династией, насколько это вообще возможно в демократическом обществе. Впрочем, таковы и другие известные семьи, такие, как Рокфеллеры, Вандербильдты и Асторы.
Вместе с деньгами и властью приходит и ответственность – noblesse oblige.
type="note" l:href="#n_30">[30]
Эмлин, Джилберт и Аллан, как ни горько мне это признать, не способны с достоинством нести свою ношу, не способны находиться на высоте положения. Их дети – тоже. Эмлин разжирел и стал благодушным банкиром. Его сын Базз предпочел карьеру военного. Две его дочери, славные девушки, – безмозглые создания, рожденные только для того, чтобы продолжать свой род и быть верными подругами своих мужей.
Мара-старшая брезгливо поморщилась:
– Джилберт вполне доволен своим положением в своем крохотном феодальном государстве в Южной Америке. Он завел там себе целый гарем девиц. А твои кузены-близнецы, Престон и Саманта, – они изнеженные баловни нью-йоркского высшего общества.
Аллан, пожалуй, смог бы стать достойным продолжателем наших традиций. Но семья отвергла его за то, что он связал свою судьбу с мексиканской шлюхой-полукровкой, на которой женился. Впрочем, он создал свою собственную империю, весьма уважаемую в Калифорнии. А его сын Брайан – настоящий Тэйт, человек, сознающий свою ответственность. Он станет достойным наследником своего отца.
И это значит, Мара, – продолжала мать, – что остаемся только мы – твой отец, я и ты. Поэтому ты станешь наследницей «Тэйт интернэшнл индастриз». Если Сэм Роджерс – настоящий мужчина, каким я его считаю, он поймет и поддержит тебя в твоем нелегком деле, как твой отец поддерживал меня все эти годы.
Речь матери произвела на девушку огромное впечатление.
– Ты это говоришь так… не могу подобрать слова… говоришь так, как если бы я должна была принять обет целомудрия и стать невестой Господа, как выразилась бы моя подруга Сесиль. Ведь ее родители хотели, чтобы она стала монашкой. – Мара с трудом удержалась от смеха – мысль о том, что Сесиль Дюма могла бы сдержать обет целомудрия, показалась ей очень забавной.
Ее мать улыбнулась:
– Смею тебя заверить, что обета целомудрия не потребуется. Если бы это потребовалось, я… Впрочем, не важно…
Юная Мара прекрасно все поняла: она помнила взгляды, которыми иногда обменивались ее родители, помнила, как они прикасались друг к другу и как часто уходили к себе в спальню намного раньше ее. Когда-нибудь так будет и у них с Сэмом.
«О, мой дорогой, как я тоскую по твоим прикосновениям, по твоим ласкам, по твоим поцелуям! Не чувствовать тебя рядом с собой – это почти физическое страдание».
Она глубоко вздохнула и объявила:
– Я согласна, мама. Я тебя не подведу. Не подведу свою семью. Я сделаю все, чего бы вы от меня ни потребовали, только бы оказаться достойной преемницей Тэйтов.
Мать обняла ее.
– Да благословит тебя Господь, моя дорогая. Ты – настоящая Тэйт.
В начале мая Сэмюэл Роджерс-младший, направлявшийся в Бисби, сошел с поезда в Финиксе, в штате Аризона. Ночь накануне его приезда Мара провела без сна. В мыслях она была с Сэмом: они держались за руки, как влюбленные в стеклянном шаре; они сливались в страстном объятии, лежа в постели, и их обнаженные тела пылали страстью. При этом видении Мара спрыгнула с постели и вышла на балкон, выходивший в сад.
«Что тебе нужно, моя девочка, так это принять холодную ванну, иначе ты кончишь тем, что не принято делать молодым леди».
С самого рассвета она терпеливо ждала, расхаживая по дому и саду, приставая к матери, отцу, слугам и даже к своему любимому Наджету, маленькому шотландскому колли:
– Ну почему он не едет? Что его задержало? Он должен был приехать уже несколько часов назад. О, это так меня раздражает и нервирует!
В бессильном гневе она топнула ногой.
Гордон хмыкнул и, вытащив горящую головню из камина, принялся раскуривать трубку.
– Как ты можешь осуждать Сэма? Обращай свои претензии к Южно-Тихоокеанской железной дороге.
В пять часов бдение закончилось. При первом же стуке в массивную парадную дверь Мара вскрикнула и бросилась в холл. Пробежав по мраморному полу, споткнулась и ударилась о дверной косяк.
Не обращая внимания на боль в плече, Мара широко распахнула дверь и бросилась в объятия Сэма.
– Мой дорогой, любимый! Если бы мне пришлось ждать еще минуту, я бы просто умерла! – Она закрыла глаза, нежась в объятиях Сэма, прижимаясь к его груди. – Я слышу, как бьется твое сердце. Оно говорит: люблю, люблю, люблю. О Сэм! Почему ты так долго? Ты выглядишь усталым. Похоже, ты похудел. Ты уверен, что такое долгое путешествие тебе не повредило?
Сэм рассмеялся и еще крепче обнял ее.
– Ты трещишь как сорока! Я чувствую себя прекрасно, великолепно, и я вовсе не похудел. Послушай, ты позволишь мне войти?
– Конечно. Оставь свои вещи на крыльце. Кто-нибудь из прислуги отнесет их в твою комнату. А теперь пойдем – поздороваешься с матерью и отцом.
Гордон и его жена, проявляя деликатность, оставались в гостиной, чтобы не смущать молодых людей. Теперь же они тепло приветствовали своего будущего зятя. Мара-старшая поцеловала его в щеку.
– Как ваши родители, Сэм?
– Прекрасно. Они передают вам горячий привет.
Гордон пожал гостю руку.
– Мы все гордимся тобой, Сэм, гордимся тем, что ты сделал для Соединенных Штатов в этой войне.
– Я сражался за свободу, сэр. Я верю в то, что мистер Эдмунд Бёрк сказал в парламенте: «Единственное, что требуется для того, чтобы зло восторжествовало над добром, – это молчать и ничего не предпринимать».
– В высшей степени похвальные чувства, Сэм. Никто из нас этого не забудет.
Горничная принесла херес и чай с бисквитами и джемом. Обменявшись последними новостями, хозяева и гость заговорили о войне с Испанией и о будущем экономики двух англоязычных мировых держав – Англии и Соединенных Штатов.
– Я верю в благоденствие и процветание наших великих стран, – говорил Гордон. – У нас есть медь, золото, серебро, нефть, пшеница, скот, и наше национальное богатство удвоится и даже утроится в следующем десятилетии. Аризона же – ведущий штат по производству меди в Соединенных Штатах. А в таких местах, как Джеклинг, Рикеттс и Джоралмэн, уже решили проблему открытой добычи ископаемых. Да, сэр, будущее видится мне светлым до самого горизонта. А посмотрите на Англию. Она на вершине славы. «Ведь солнце никогда не заходит в Британской империи». Африка, Индия, Канада, Австралия, Дальний Восток – неисчерпаемый рог изобилия.
Но Сэм придерживался несколько иных взглядов:
– «На вершине славы», сказали вы, сэр. Должно быть, так и есть. Хотя не исключено, что вы невольно сказали больше, чем хотели сказать. С вершины путь лежит только… вниз. Откровенно говоря, следующие десятилетия представляются мне самыми тяжелыми в истории Англии – нам предстоит столкнуться с серьезнейшими проблемами. Мы на пороге войны с Южной Африкой. Мы столкнулись с мятежами в наших колониях в Индии – там беспорядки все последние пятьдесят лет. И в недалеком будущем нас ждет новая угроза – экспансионистская политика Германии.
– Германии? Почему же? Мне казалось, что Англия и Германия связаны узами крови. Разве нет?
Сэм язвительно рассмеялся:
– Вы хотите сказать потому, что королева Виктория – тетка кайзера Вильгельма? Мистер Юинг, всем известно, что и к Виктории, и к Англии он не испытывает ничего, кроме презрения.
Мара с упреком взглянула на мужа:
– Гордон, ты уже всех нас замучил разговорами о политике. Мы с Марой предпочли бы поговорить о чем-нибудь повеселее.
– Да, например, о моих брачных планах и о свадьбе, – согласилась девушка.
Мужчины рассмеялись, и Гордон поднял руки вверх, показывая, что сдается.
– Мой мальчик, для меня не может быть ничего радостнее, чем принять тебя в нашу семью. Но откровенно говоря, я нисколько не интересуюсь вашими так называемыми брачными планами. Это звучит так, будто дамы устраивают какой-то заговор.
Мара бросила на мужа надменный взгляд:
– Захватить в плен мужчину и сделать его своим мужем – такое в наши дни не меньший подвиг, чем победа на войне. Это требует предельной концентрации воли, многочисленных хитростей и уловок.
– Вот, пожалуйста, Сэм. Ты это слышишь из женских уст. Лучше отступи, пока еще не поздно, победа останется за тобой. Что скажешь, если я предложу перейти в кабинет и хлебнуть по глоточку чего-нибудь покрепче, чем херес?
– О нет, папа! – Мара вцепилась в руку Сэма. – Тебе не удастся украсть у меня Сэма сразу же после его приезда. Сядьте и выслушайте меня. Я изложу свой план с-с-свадьбы. – Последнее слово вырвалось из уст Мары со зловещим свистом.
– Я целиком и полностью за, дорогая, – ответил Сэм, – но прежде мне хотелось бы кое-что обсудить… Когда я был здесь в прошлый раз, я выразил намерение спуститься на лодке по реке Колорадо через весь Большой каньон. Поэтому сделал некоторые приготовления. По правде говоря, я задержался в Денвере на целую неделю, чтобы поговорить с некоторыми ветеранами, уже совершавшими такое путешествие. Малый по имени Холл спускался на лодке вместе с майором Джоном Уэсли Пауэллом. Я нанял его, чтобы он изготовил мне подходящее для этого суденышко.
Женщины искренне удивились.
– Неужели вы говорите это серьезно, Сэм? – спросила Мара-старшая.
– О, он серьезен, можешь не сомневаться, мама. Уж если он что-то вбил себе в голову, то становится упрямым как мул.
Сэм обнял невесту за талию.
– Я ведь вбил себе в голову жениться на тебе?
Мара погладила его ладонью по щеке.
– А вот как раз наоборот: это я решила выйти за тебя замуж и как твоя будущая жена говорю тебе то, что Руфь сказала Ноемини: «Не принуждай меня оставить тебя и возвратиться от тебя, но куда ты пойдешь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я жить буду».
– О подобном путешествии не может быть и речи, – подал голос Гордон.
– Может, – настаивал Сэм.
– В таком случае договорились, – живо откликнулась Мара. – Надо подумать, что я надену и что возьму с собой.
Мужчины, казалось, лишились дара речи. Они уставились на девушку, потом молча переглянулись.
– Лодка достаточно просторная для двоих? – спросил наконец Гордон; он понял, что ничего не добьется запретами и уговорами.
– Да, думаю, она подойдет для двоих. Это будет восемнадцатифутовая лодка с двойным каркасом и разделенная водонепроницаемыми перегородками. Лодка из легкой сосны, удобная и маневренная, вполне приспособленная для переправы волоком. Я рассчитал, что придется взять с собой двести пятьдесят фунтов груза, учитывая продовольствие и оборудование, а теперь груз увеличится до четырехсот фунтов. Нам придется экономить припасы, но я не могу пойти на риск и взять дополнительный груз.
Золотые искры в зеленых глазах Мары вспыхивали и гасли – ее опьяняло предвкушение великого приключения.
– Вспомни, мама, как ты читала мне рассказы о Большом каньоне, когда я была маленькой.
– Как я могу забыть? Знаете, Сэм, еще ребенком, в Уэльсе, я первая поддержала отца, когда он решил эмигрировать. Я поглощала книгу за книгой, глотала их одну за другой, я читала статьи в журналах и газетах, изучала сказания и легенды об Аризоне. Большой каньон был моим наваждением.
Глаза Мары-старшей увлажнились – на нее нахлынули воспоминания.
– Мысль о потоке воды, пробившей себе путь в скальной породе и создавшей ущелье глубиной в милю, а длиной в пятьсот миль, – эта мысль будоражит воображение, потрясает.
– Мне понятен ваш восторг, миссис Юинг. Подумать только: река Колорадо низвергается в пропасть, в Великое Непознанное, как говорили индейцы пуэбло, древние обитатели этих мест.
– Откуда же начнется ваше путешествие? – поинтересовался Гордон.
– Оттуда же, откуда начинал майор Пауэлл. С Грин-Ривер в штате Вайоминг. Мы доплывем до реки Колорадо, а потом по ней пойдем через каньон.
– Не могу этого дождаться! – воскликнула Мара, захлопав в ладоши.


В тот вечер и мужчины, и женщины оделись нарядно и торжественно по случаю приема Сэмюэла Роджерса-младшего в семью Тэйтов. Мать и дочь вместе вошли в гостиную, где Сэм и Гордон попивали херес. Мужчины отставили свои хрустальные бокалы в форме тюльпанов и поднялись с мест.
– Вы обе просто неправдоподобно красивы, – пробормотал Гордон. Он подошел к женщинам и поцеловал в щеку сначала жену, потом дочь.
Его жена была ослепительна в черной атласной юбке, расширявшейся книзу и отделанной широкой оборкой, волнами ниспадавшей к ногам. К юбке она надела белую атласную же блузку с широким воротом, с вырезом в форме буквы V и с пышными рукавами, заканчивавшимися манжетами на пуговицах.
От Мары невозможно было оторвать взгляд. Она была в костюме цвета сапфира и нефрита. Ярко-синяя юбка дополнялась стеганым жакетом и зеленой блузкой с чрезвычайно глубоким вырезом. Мара с лукавой улыбкой подошла к жениху и взяла его за руку.
– Ну как я выгляжу, сэр? – спросила она.
– Ты обольстительна, – ответил Сэм; он был не в силах отвести взгляд от полусфер ее груди.
Мара подалась к нему и прошептала:
– Я хочу, чтобы ты доказал мне это на деле. И имей в виду: я не шучу.
Сэм покраснел до корней волос и бросил опасливый взгляд на родителей невесты.
– Все в порядке. Они не слышали. – Мара снова улыбнулась. – Но даже если бы услышали, они бы нас поняли. Ведь они тоже были когда-то молодыми.
– И не так уж давно, – пробормотал Сэм. – Если бы я встретил твою мать раньше, чем тебя, и если бы она не была связана узами брака… я тотчас сделал бы ей предложение.
– Хм-м! – усмехнулась Мара. – Так мама, значит, рангом выше, чем я, да? Сесиль была права. Все мужчины непостоянны, все они животные. Но не будешь ли ты так любезен, не отведешь ли меня в столовую?
– Думаю, я предпочел бы повести твою мать, – лукаво улыбнулся Сэм.
Мара топнула ногой, изображая гнев. Родители добродушно рассмеялись.
– Нет, вы только подумайте – меня затмевает родная мать!
Мара-старшая подошла к Сэму и подала ему руку.
– Я сочту за честь, если такой красивый джентльмен поведет меня к столу. Но его намерение стать моим зятем – не меньшая честь.
– Аминь, – сказал Гордон и взял под руку дочь. – Разреши, дорогая.
И все четверо направились в столовую, где длинный стол уже был накрыт белоснежной скатертью из ирландского льна и сверкали в свете огромной люстры серебряные приборы и хрусталь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайные грехи - Блэйк Стефани



Вообще не поняла смысл романа, а конец вообще бред какой-то...
Тайные грехи - Блэйк СтефаниМилена
23.01.2015, 16.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100