Читать онлайн Тайные грехи, автора - Блэйк Стефани, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайные грехи - Блэйк Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.67 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайные грехи - Блэйк Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайные грехи - Блэйк Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блэйк Стефани

Тайные грехи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

«Да, это именно так. Словно мое тело разрывается пополам… будто я умираю и отлетает моя душа. Я… я…»
Фидлер бросил взгляд на часы, висевшие на стене. Мара находилась под гипнозом уже больше двух часов. Для одного дня вполне достаточно.
Он проговорил:
– Вы держались прекрасно, Мара, но, должно быть, очень устали. Больше я не стану задавать вам вопросы. Я хочу, чтобы теперь вы проснулись. Я буду считать до пяти… и…
– Нет!
Ее лицо исказилось гримасой, голова заметалась по подушке – было очевидно, что она не желала просыпаться.
– Я хочу остаться здесь. Я – Мара Первая.
Фидлер похлопал ее по руке – рука была холодной и влажной. К его ужасу, пульс Мары начал замедляться – цифровой дисплей на электронном мониторе, прикрепленном к ее левой руке, замигал цифрами – 28, 26, 25, 24… Фидлер повернулся к столу с эмалевым покрытием и взял с крахмального полотенца стерилизованный шприц. У него не было времени звать на помощь медсестру. Быстрым и уверенным движением он ввел в вену Мары адреналин. И снова заговорил с ней:
– Мара, вы будете слушать меня и делать то, что я вам скажу. Понимаете?
Она не ответила. Губы ее по-прежнему кривились в гримасе.
– Начинаю считать, Мара. Когда я досчитаю до пяти, вы проснетесь.
Пульс начал учащаться – 28, 30, 32, 36, 40…
Фидлер с облегчением вздохнул. Он знал: теперь все будет хорошо.
– Слушайте меня, Мара: один… два… три… четыре… пять… Просыпайтесь, Мара!
Он щелкнул пальцами почти над самым ее ухом.
Ее лицо приобрело спокойное и безмятежное выражение, морщины на лбу разгладились, а в уголках губ даже заиграла улыбка – едва заметная, впрочем. Потом веки Мары дрогнули, и она, открыв глаза, уставилась в потолок пустым, невидящим взглядом.
– Мара…
Она попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть на Фидлера. Взгляд ее становился осмысленным.
– Макс? – проговорила Мара слабым голосом.
– Да, я – Макс, а вы – Мара Третья, Мара Роджерс Тэйт.
Казалось, она была озадачена.
– Мара Роджерс Тэйт? Нет, я Мара Юинг Тэйт. Я… я… Мне что-то не по себе…
Мара замолчала, очевидно, не находила слов. Она медленно подняла руку и убрала со лба прядь волос.
– Конечно, вы не в своей тарелке, – сказал Фидлер. – Вы очень устали, безумно устали.
– Мара Роджерс Тэйт? Мне кажется, я еще сплю. Это был сон. Мне приснился самый невероятный сон на свете: будто я, Мара Юинг Тэйт, моя бабушка. Но этот сон был таким реальным…
– Сны иногда реальнее жизни. И такие сны часто обманывают людей – люди им верят. А теперь позвольте помочь вам сесть.
Когда она спустила ноги с кровати и подалась вперед, ему открылась волнующая и захватывающая картина – он увидел под халатом ее полную грудь. И тотчас же почувствовал, как запылало его лицо.
«Макс, что с тобой творится? Ты снова играешь роль, точно мальчишка, играешь роль ясновидящего. Пора остановиться, Макс, не глупи».
Мара, склонив к плечу голову, смотрела на него с любопытством.
– О чем вы думаете, Макс? От вас исходит какая-то нервирующая меня вибрация. Это имеет какое-нибудь отношение к тому, что случилось, пока я была в трансе? И что, собственно, случилось? Что я говорила?
Она посмотрела на магнитофон на столе, все еще включенный.
– Можно мне послушать запись?
– Не думаю, что это было бы разумно. Не стоит. По крайней мере до тех пор, пока я сам не прослушаю запись и не проанализирую ее.
– Согласна, раз вы так считаете, – кивнула Мара. – Ведь вы доктор…
– Я мозгоправ, – сказал он торжественно.
Она рассмеялась:
– Скорее, сумасшедший. Макс, пожалуйста, дайте мою сумочку. Хочется курить, там сигареты…
– Только не в моем офисе, – заявил Фидлер. – У нас не полагается, таковы правила.
– Не будьте таким тираном, – сказала Мара с некоторым раздражением.
Мара Тэйт не привыкла к тому, чтобы ей отказывали.
– Прошу прощения, но таковы правила. А правила здесь не нарушаются.
– Правила! – Она соскользнула с кровати. – Ладно… Не смотрите, пока я буду одеваться, лучше выйдите.
– Женское тело не в диковинку для таких, как я, любителей подглядывать и узнавать чужие секреты.
Он смотрел на нее с улыбкой.
– В таком случае мне все равно.
Она принялась развязывать ленты и тесемки халата.
– Я уже ухожу.
Он повернулся и вышел из комнаты.
Когда Мара вошла в кабинет Фидлера, он сидел за столом и просматривал почту. Услышав ее шаги, поднял голову и снял очки.
– Вы выглядите бодрой и здоровой.
– Я чувствую себя прекрасно и зверски проголодалась. Могу я угостить вас обедом?
Он задумался. Затем кивнул:
– Хорошо… Да, мне нравится эта идея. За обедом мы сможем обсудить некоторые детали, имеющие отношение к нашему сегодняшнему эксперименту.
– А почему бы нам не поехать ко мне домой? Там мы будем чувствовать себя более непринужденно, а моей кухарке Хильде просто нет равных.
Он улыбнулся:
– А вы покажете мне свои гравюры? Я ведь совершенно ничего не видел и не знаю.
Она чуть приподняла свои тонко очерченные, тщательно выщипанные брови.
– Подождите, вот увидите мою спальню. Даже много повидавшие мужчины изумлялись при виде техники и электроники, окружающей мое ложе.
– Техника в спальне? – улыбнулся Фидлер. – Звучит интригующе.
– Я все это устроила специально, чтобы удивлять своих гостей. Поехали.
Когда они вышли из лифта, Мара взяла Фидлера за руку, и тот шел, прямо-таки раздуваясь от гордости, ибо стал объектом зависти всех встречных мужчин, бросавших на странную пару изумленные взгляды. Фидлеру казалось, что он читает их мысли. «Что это за толстячок с такой ослепительной дамой?» – удивлялись мужчины.
– Надо полагать, у нас с вами установились довольно прочные отношения?
Мара откинула голову и громко рассмеялась, словно старалась привлечь к себе всеобщее внимание. Фидлер же подумал о том, что еще не встречал женщины, более уверенной в себе, чем Мара Тэйт. Сердце его наполнилось радостью, какой он не знал со времен своей первой всесокрушающей любви, когда его избранница согласилась пойти с ним на вечеринку.
Он пытался думать о своей жене Рут, матери своих детей, о той, которая трудилась в поте лица, помогая ему закончить интернатуру в Белльвью. Он заставлял себя испытывать чувство вины из-за своей невольной неверности, потому что это действительно была неверность, даже если она и существовала только в его воображении. Однако он не почувствовал ни малейших угрызений совести.
Мара Тэйт обладала редкой интуицией – в этом Фидлер уже успел убедиться за то короткое время, что провел с ней.
– Макс, какая у вас жена? – спросила она неожиданно.
Предательский румянец залил его щеки. Он пробормотал:
– Моя жена… да… Ее зовут…
Черт возьми! На мгновение даже память изменила ему – в голове была полнейшая пустота. Он судорожно сглотнул и проговорил:
– Ее зовут Рут.
Оправившись от смущения, он попытался обратить все в шутку:
– Итак, давайте-ка прикинем… Рост пять футов три дюйма без туфель, в одних чулках. Вес сто восемнадцать фунтов, черные волосы, карие глаза и вздернутый нос. Стройные ноги… и еще у нее темное пятнышко на левом резце.
– Доктор Фидлер, вы ведете себя возмутительно!
Мара сунула в рот два пальца и пронзительно свистнула, не хуже аризонского ковбоя.
– Научилась прошлым летом в Глэмморгэбе.
Он взглянул на нее вопросительно:
– В Глэммор… что? Что вы сказали?
– Это фамильное поместье Тэйтов. В Уэльсе есть городок с таким же названием, там родилась моя бабушка. Вам надо как-нибудь приехать к нам в поместье.
– Я непременно сделаю там остановку, когда буду проезжать мимо. Вы много времени проводите в поместье?
– Теперь – нет. Моя штаб-квартира и дом в Нью-Йорке, в Тэйт-билдинг.
Фидлер подошел к такси и открыл перед Марой дверцу. Пока она усаживалась, он любовался ее великолепной фигурой.
«Кажется, я давно уже не был так возбужден», – удивился он себе.
Произвел на него впечатление и пентхаус Мары, особенно сад на крыше с разнообразными растениями, вывезенными из Аризоны. Фидлер поднял воротник пальто, защищаясь от холодного осеннего ветра.
– Как они тут приживаются после жаркого аризонского солнца?
Мара улыбнулась:
– Они упрямые, крепкие и легко адаптируются, как и все, что родилось под солнцем Аризоны, в том числе и женщины. Но если вы замерзли, то давайте спустимся вниз и отогреемся.
Франсина Уоткинс была с гостем учтива, хотя держалась немного церемонно. Фидлер это почувствовал и понял: темнокожая компаньонка Мары оберегает хозяйку и подругу от всех возможных опасностей.
Франсина передала Маре список людей, звонивших во время ее отсутствия.
– Сара говорит, что поставила звездочки против имен тех, кто заслуживает внимания в первую очередь.
– Спасибо. Я и свяжусь с ними в первую очередь. Вы извините меня, Макс, но я оставлю вас на четверть часа. Не желаете ли зайти в библиотеку? Вы пока можете заглянуть в тома, посвященные истории нашей семьи.
– Отличная мысль.
– Франсина, принеси мистеру Фидлеру выпить и скажи Хильде, чтобы приготовила что-нибудь типа омаров, моллюсков или креветок.
– Боже мой! Да это настоящий пир гурманов! – воскликнул Фидлер. – Меня вполне устроит плитка шоколада с орехами.
Франсина провела гостя в небольшую уютную комнату.
– Пожалуйста, доктор. Вот та полка у стены почти вся уставлена книгами о Тэйтах.
– Благодарю, Франсина.
– Что будете пить?
– Пепси, – по привычке ответил Фидлер, но тут же добавил: – Впрочем, нет. Пожалуй, виски. Я промерз до костей.
Он снял наугад три тома с верхней полки и уселся за письменный стол. Просмотрев оглавления, выбрал ту из книг, где полнее всего был представлен период семейной истории, описанный Марой утром, когда она находилась под гипнозом.
Описала? Да нет же! Она жила в том времени, переживала все эти события! Она чувствовала себя Марой Первой. Или все-таки оставалась Марой Третьей?
«Спокойнее, доктор Фидлер, умерьте свой пыл. Не забывайте об объективности ученого, иначе вам придется поверить в реинкарнацию!»
– Господи, возможно, я начинаю в это верить, – пробормотал Фидлер.
Хроника семейной истории Тэйтов была составлена неким Оруэллом Келлерманом, профессором из Университета Аризоны. Тэйты, ставившие истину превыше всего, предоставили профессору Келлерману полную свободу действий, что он и использовал должным образом, тщательно и честно исследовав и изложив все – вплоть до эпизодов, характеризовавших некоторых членов клана не с самой лучшей стороны.
Последнее десятилетие прошлого века было временем становления для семейства Тэйтов, прошедших удивительный путь от нищеты до богатства. И произошло это столь стремительно, что Дрю не мог представить подобного даже в самых своих безумных мечтах. Империя Тэйтов была основана на медно-карбонатной руде, случайно обнаруженной Марой в горах неподалеку от Тумстона. В течение пятнадцати лет медная империя Тэйтов ширилась и разрасталась, создавались дочерние компании, связанные по вертикали и подконтрольные «Тэйт интернэшнл индастриз».
Здесь же Фидлер прочел и о том, что в некогда сплоченной семье появились первые признаки разлада. Эмлин Тэйт, перебравшись в Филадельфию, принял предложение своего тестя и занял место президента в банке «Бакстер, Сэйвингз и Лоан». Миллисент родила Эмлину троих детей – сына Уильяма и двух дочерей, Шерли и Грейс.
Аллан Тэйт женился на Марии Бивер, продал свои акции и вложил средства в калифорнийские виноградники, апельсиновые плантации и земли в окрестностях Лос-Анджелеса, в то время никому не известные, а впоследствии ставшие знаменитым Голливудом, столицей мировой кинопромышленности. Мария родила сына, самого красивого из отпрысков семьи Тэйтов.
Что касается Джилберта, то отец убедил его остаться в компании в качестве директора отдела исследований и геологической разведки в Южной Америке. Джилберт произвел на свет близнецов Престона и Саманту.
К началу века Аризона стала ведущим мировым производителем меди, а также едва ли не самым процветающим производителем золота и серебра – побочных продуктов добычи меди. Как много лет назад Дрю и предсказывал, со временем медная руда, столь высококачественная прежде, истощилась. Однако был найден способ производить медь из низкокачественной руды, а инженеры «Т.И.И.» сумели довести метод добычи меди из открытых копей до уровня искусства.
Дрю и Гвен, все еще крепкие в свои семьдесят с лишним лет, пристрастились к путешествиям и разъезжали по всему миру. К тому же Дрю частенько представлял финансовые интересы Гордона и Мары за границей – его дочь стала одной из ведущих фигур компании.
Семнадцатилетняя Мара Вторая посещала Университет Аризоны в Тусоне и считалась украшением высшего общества, которое становилось все более требовательным и придирчивым, ибо богатство аризонцев росло по мере того, как богател штат.
– Она вылитая мать, – похвалялся дед, не чаявший в ней души.
Сходство матери и дочери и в самом деле казалось просто мистическим, даже пугающим. Впрочем, имелось и отличие: у дочери были зеленые глаза, в которых поблескивали золотистые точки – вкрапления, особенно заметные при ярком солнечном свете.
Дела Тэйтов складывались на редкость удачно – блага сыпались на них точно из рога изобилия, как частенько говорила Гвен.
И вот внезапно, как это нередко случается, судьба проявила свою капризную и изменчивую натуру, и на семью обрушилось двойное несчастье…
Фидлер поднял голову, оторвавшись от книги, – в библиотеку вошла Мара.
– Прошу прощения. Телефонный звонок занял больше времени, чем я рассчитывала.
– Разве вы долго?.. – Он взглянул на часы. – Неужели прошло уже больше часа? А мне казалось, всего несколько минут. Завораживающая история. Тэйты – словно целое племя.
– Племя? Так говорят о примитивных людях…
– Они и обладали некоторыми инстинктами примитивных людей. Инстинктом самосохранения, например, позволяющим выжить, обеспечивающим успех.
– Давайте поболтаем об этом за обедом. Франсина говорит, он уже подан.
Они сидели за маленьким столиком, стоявшим в нише, у огромного окна фонарем, выходившего на парк.
– Какой восхитительный вид! – заметил Фидлер.
– Каждый раз не могу дождаться, когда вернусь к себе после дня, проведенного в офисе. От Нью-Йорка у меня развилась клаустрофобия, даже на улицах боюсь, возникает ощущение, что небоскребы вот-вот обрушатся на снующих по улицам людей. А здесь, наверху, все напоминает широкие и открытые пространства Аризоны… Так каково ваше мнение о Тэйтах? Вы их одобряете?
– Я ими искренне восхищаюсь. Хотя мое знакомство с историей семьи весьма поверхностное… Кстати, нельзя ли мне взять несколько томов к себе в офис, чтобы почитать повнимательнее?
Фидлеру показалось, что его просьба насторожила Мару, даже испугала.
– Я предпочла бы, чтобы они оставались в моем кабинете, Макс. Надеюсь, вы меня поймете. В этом нет ничего личного. Как только вы выйдете отсюда и углубитесь в каменные джунгли, одному Богу известно, что с вами тогда может случиться. Вас могут обчистить уличные воришки. На вас может наехать автобус, или у вас случится сердечный приступ…
– Да, верно, – кивнул Фидлер, стараясь успокоить собеседницу. – Очень хорошо вас понимаю, – продолжал он, хотя не понимал ровным счетом ничего.
Впрочем, кое-что Фидлер все-таки понял: эта женщина, добившаяся такого грандиозного успеха, на самом деле довольно уязвима и, похоже, боится чего-то. Чего именно – это ему еще предстояло выяснить. Отказ же Фидлера не огорчил, напротив, обрадовал: ведь, читая книги у Мары, он мог видеть ее гораздо чаще. Он даже рассчитывал на то, что ему посчастливится увидеть святилище, то есть спальню Мары, о которой она упоминала.
– Вы сказали, что за чтением утратили представление о времени, – напомнила Мара. – Я понимаю вас. Потому что тоже потеряла чувство времени, когда была под гипнозом. Вы сказали, что прошло всего два часа, но мне казалось, прошли годы. Это правда. Я как будто прожила всю жизнь Мары… будто это была именно я… – Она смутилась и умолкла.
– Нет, не вы. То была Мара Юинг Тэйт. Вы только представляли себе, что являетесь ею. Вот и все.
Мара отложила вилку и уставилась в свою тарелку.
– Не знаю… Все казалось таким реальным… Но вы говорите, это продолжалось только два часа?
– Альберт Эйнштейн в своей лекции в Принстоне предложил группе первокурсников упрощенное объяснение теории относительности. Он сказал им: «Вы здесь сидите и слушаете болтовню старого человека о высшей математике, и для вас каждая минута – как вечность, но сегодня вечером некоторые из вас будут сидеть в своих машинах на улице и обнимать хорошеньких благоухающих молодых женщин, и два часа покажутся вам мгновением». Понимаете, что он хотел сказать?
Мара рассмеялась:
– Не сомневайтесь. И вы хотите сказать, что нечто подобное произошло со мной?
– Да. Для вас это был чрезвычайно приятный опыт: вы вспомнили все, что знали, что слышали от вашей матери и бабушки или читали в семейных хрониках; но я хочу кое-что добавить об Эйнштейне, вернее, о его теории относительности. По мнению Эйнштейна, оказавшись на борту космического корабля, который мчится почти со скоростью света, вы бы почувствовали, что время останавливается, замедляет свой ход. Даже при скорости девяносто три тысячи миль в секунду – а это всего лишь половина скорости света – ваши часы стали бы отставать на пятнадцать минут в час. При скорости сто шестьдесят три тысячи миль в секунду – а это семь восьмых скорости света – ваши часы отстали бы на полчаса.
– Что-то не очень понятно… И вообще, какое отношение все это имеет ко мне?
Фидлер проглотил нежнейшую креветку и облизал пальцы.
– Теперь подвожу вас к теории относительности Фидлера. Ни один компьютер на свете не может превзойти человеческий мозг, даже самый совершенный из компьютеров. О да, машины молниеносно производят вычисления, но я уверен: если бы удалось задействовать в полной мере возможности человеческого мозга, он не уступил бы любому компьютеру. Более того, превзошел бы его в некоторых отношениях. Даже такой гений, как Эйнштейн, использовал лишь малую долю потенциальных возможностей своего мозга.
А теперь объясню, в чем заключается моя теория. При оперировании сверхвысокими скоростями, я полагаю, мыслительные процессы также должны замедляться по времени. Иными словами, Мара, временем накопления информации в банке вашей памяти можно управлять. Теперь улавливаете связь?
– Да, думаю, я понимаю. И это очень меня заинтриговало. С нетерпением жду нашего следующего сеанса, Макс. Когда вы снова погрузите меня в транс?
Фидлер откинулся на спинку стула, в задумчивости потирая подбородок. У него были опасения насчет следующего сеанса. Он полагал, что прошло слишком мало времени после окончания предыдущего эксперимента.
– Думаю, нам следует немного подождать, прежде чем я снова погружу вас в прошлое. Это весьма рискованная процедура – и для вашего психического здоровья, и для физического. Продолжим лечение обычными средствами в течение нескольких недель.
Губы Мары превратились в узкую малиновую полоску; на лице появилось упрямое выражение; глаза же, до этого серые, стали ярко-синими.
– Но это абсурд! – выпалила она. – Я же с самого начала говорила вам, Макс, что мозгоправ-психоаналитик мне не нужен. Моя голова в порядке. И у меня нет ни малейшего желания лежать здесь и бормотать всякую чушь о разочарованиях в моей сексуальной жизни. Я не какая-нибудь уэстчестерская матрона. К вашему сведению, с сексом у меня полный порядок. И меня никогда и ничто не подавляло, не сдерживало в этом отношении. Если я чего-то хочу, я к этому стремлюсь. И всегда говорю то, что думаю. И делаю только то, что захочу.
Макс вытер губы льняной салфеткой и встал. Его улыбка была неискренней, в голосе звучали нотки раздражения.
– Восхищаюсь вашей откровенностью, Мара. Я не в силах что-либо изменить, но не позволю вам ставить самой себе диагноз, тем более назначать себе лечение.
Мара также поднялась из-за стола. Она невольно сжала кулаки.
– Черт бы вас побрал, Макс! Иногда вы бываете чертовски занудным. Вы меня ужасно раздражаете.
Он уверенно встретил ее гневный взгляд.
– Полагаю, это вы меня раздражаете, мисс Тэйт. И еще раз повторяю: никаких салонных игр до тех пор, пока я не сочту это нужным.
– Но ведь наш эксперимент вовсе не был салонной игрой. Вы ведь и сами так сказали, Макс. О… Макс!
На мгновение ему показалось, что Мара вот-вот разразится слезами, но он ошибся. Она закурила сигарету и отвернулась к окну.
– Я не привыкла выполнять чьи-либо распоряжения.
– Я тоже не привык. Особенно когда кто-нибудь пытается указывать мне, как мне следует вести себя… в профессиональном плане. И знаете ли, эти уэстчестерские матроны, которых вы так презираете, – они, как правило, славные, милые женщины. Они приходят ко мне только потому, что отчаянно нуждаются в помощи. И всегда бывают благодарны, если мне удается помочь им пережить тяжелое для них время. Но я не могу, не стану тратить свое время на такую капризную и испорченную особу, как вы. Прощайте, мисс Тэйт. Я пришлю вам счет по почте. – Фидлер коротко кивнул и повернулся, собираясь уйти. – Провожать меня не надо. Я сам найду выход.
Он направился к двери, но Мара догнала его.
– Макс, пожалуйста, не бросайте меня, – пробормотала она.
Фидлер, однако, не остановился – стал подниматься по ступенькам, ведущим в холл.
– Макс!
Фидлер услышал в ее голосе отчаяние – именно этого он и ожидал.
– Макс, не оставляйте меня. Мне нужна ваша помощь. Нужна! Обещаю вас слушаться, пусть будет все так, как вы хотите. Господи, ну почему я здесь всегда чувствую себя так, будто не вольна в своих поступках?
Он спустился по ступенькам, подошел к Маре и взял ее за руки.
– Никто не может быть абсолютно свободен – ни женщины, ни мужчины, ни вы, ни я. Мы все зависим друг от друга. Мы все нуждаемся друг в друге, чтобы было на кого опереться в трудную минуту. «Человек – не остров», как сказал Джон Донн.
type="note" l:href="#n_17">[17]
Она обняла его и уткнулась лицом в его плечо.
– Как с вами спокойно, Макс.
Он осторожно отстранил ее и похлопал ладонью по спине.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайные грехи - Блэйк Стефани



Вообще не поняла смысл романа, а конец вообще бред какой-то...
Тайные грехи - Блэйк СтефаниМилена
23.01.2015, 16.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100