Читать онлайн По воле судьбы, автора - Блэйк Стефани, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - По воле судьбы - Блэйк Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

По воле судьбы - Блэйк Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
По воле судьбы - Блэйк Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блэйк Стефани

По воле судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Масса маленьких гребных шлюпок и катамаранов перевозили беженцев из мест, где их жизни угрожала быстро распространявшаяся лава, на стоявшие на рейде большие спасательные суда.
– Сначала женщины и дети! – Андрия умело и уверенно руководила людьми.
Многие гавайцы с большой неохотой покидали обжитые места, не без оснований утверждая, что вулканическая лава в последний раз добиралась до океана во время извержения вулкана Хуалалаи в 1801 году. Но когда страшной силы подземный удар буквально сбил с ног всех находившихся на берегу, и на боку Мауна-Лоа образовалась кроваво-красная огненная рана, сомневающиеся вмиг прозрели. Поднялись паника и сутолока. Все старались попасть в лодки, и дело кончилось тем, что несколько суденышек перевернулось. Многие просто бросались в волны и добирались до кораблей вплавь.
Наконец на берегу осталась лишь горстка людей и среди них Андрия и Ли. Обе женщины заканчивали рассаживать людей в широкую шлюпку и катамаран, когда из леса на холме выскочил полуголый мужчина и с криком помчался вниз, на берег.
– Она идет! Идет лава! – во всю силу легких вопил он. – Как река прямо из ада! Спасайтесь! Скорее! Она течет прямо сюда!
Ловя воздух широко раскрытым ртом, он повалился на дно шлюпки, где находились Андрия, Ли и еще десять человек.
– Весла на воду! – рявкнул шкипер, и шлюпка медленно отвалила от берега. Матросы отчаянно заработали веслами.
Они были уже на полпути к кораблям, когда у выскочившего из леса мужчины лицо перекосилось от страха, и он указал в сторону берега трясущимся пальцем.
– Вот она! Господи, спаси и сохрани! – И он принялся истово креститься. Сидевшие в лодке христиане тоже испуганно перекрестились.
Все с ужасом смотрели, как широкая полоса лавы подмяла под себя вспыхнувший лес и, перевалив через холмы, устремилась к берегу. Мгновение – и огненный водопад тяжело обрушился в плескавшийся внизу океан.
Все, что за этим последовало, Андрия запомнила навсегда. Теперь до конца своих дней она будет видеть эти жуткие картины: гигантские столбы пара и кипящей воды с оглушительным шипением взлетают вокруг их шлюпки высоко в небо; от немыслимого жара песок на берегу спекается в стеклянистую массу; жуткий визг ураганного ветра, родившегося в схватке между раскаленной лавой и холодной водой…
Только сообразительность и опыт шкипера спасли их шлюпку от неминуемой гибели. На поверхности океана внезапно возник огромный водоворот, едва не всосавший суденышко в свою бездонную воронку.
Прошло несколько минут, и океан превратился в гигантский булькающий, кипящий котел. Клубы пара застлали небо. Из воды начала выбрасываться рыба. Некоторые тушки залетали в шлюпку, уже целиком сваренные.
А потом начался сущий ад. Лава безостановочно текла в океан, и ветер словно с цепи сорвался. Море гигантской волной отхлынуло от берега, оголив песчаное дно. «Наверное, так Красное море расступилось перед Моисеем», – мелькнуло в голове Андрии.
Шлюпка и катамаран мчались теперь на гребне кипящей воды. Три другие лодки, которые отплыли чуть раньше, постигла ужасная судьба. Когда начался этот апокалипсис, они были совсем близко от спасательного судна. Люди уже тянули руки, чтобы схватиться за спущенные с борта веревки. И вдруг налетевшая стена воды закрутила лодки, как щепки, и с размаху разбила о борт корабля. Сидевшие в лодках люди полетели в разные стороны, как тряпичные куклы, и упали в кипящие океанские воды, встретив там ужасную смерть. Дикие вопли несчастных показались Андрии криками погибших душ в аду. Не выдержав, девушка прикрыла одной рукой глаза, а другой изо всех сил вцепилась в стальное кольцо, привинченное к борту шлюпки, чтобы не повторить судьбу погибших.
Внезапно отхлынувшая от берега вода вновь изменила направление и устремилась обратно к берегу вместе со шлюпкой. Их внесло почти на пятьсот футов в глубину острова, чуть ли не до основания холмов, потом вода вновь отхлынула и потащила их обратно. Море понемногу успокаивалось. Снова заработали весла, и шкипер, сжав румпель, наконец направил их суденышко к ближайшему кораблю. Катамарану повезло гораздо меньше. Его всосал страшный водоворот, и все пассажиры погибли, сваренные заживо.
Сидящие в шлюпке люди тряслись от ужаса, у них не осталось сил, чтобы вскарабкаться на борт. Пришлось спускать веревки, чтобы можно было втащить всех наверх. Оказавшись на палубе, пассажиры шлюпки так и замерли неподвижно, уставившись остекленевшими глазами в затянутое дымом и пеплом небо. А корабль направился к южному побережью Каилуа, унося тех, кто чудом вырвался из беспощадных объятий богини Пеле.


В королевском дворце на дружеский ужин собрался весьма узкий круг лиц. Род короля Камехамехи и семейство Каллаган, да еще несколько чиновников правительства. Форма одежды на этот раз была свободной.
Король Камехамеха сидел во главе стола. Вполне понятно, что главной темой беседы было извержение Мауна-Лоа.
– Геологи говорят, что лава может течь неделями, даже месяцами, если основной поток уйдет под воду, – сообщил всем министр иностранных дел.
– Что сейчас известно о количестве погибших? – требовательно спросил Люк.
– Официальных сведений пока нет, – с бесстрастным лицом ответил верховный судья.
– Но это просто смешно! – горячо воскликнула Андрия. – Об этом знаем мы! Мы там были!
– Списки погибших составляются только тогда, когда погибают хаоле – белые, – объяснил Дэвид.
Услышав в его голосе раздражение, Калеб Каллаган бросил на принца возмущенный взгляд.
– На моей плантации не погибли ни один канак, ни одна вахини! – безапелляционно заявил он.
– Вы действительно составляете списки всех своих работников, мистер Каллаган? – с обезоруживающей вежливостью поинтересовался Киано.
– Мои десятники знают по имени каждого мужчину и каждую женщину, которые на меня работают! – вспыхнул Калеб.
– А если один или два канака пропадут, вы на самом деле верите, что десятники вам об этом скажут? Да они просто будут прикарманивать заработок этих бедняг, а остальных заставят работать в два раза больше, чтобы ничего не раскрылось.
– Только не у меня! – упрямо продолжал стоять на своем Калеб.
– А как у вас на плантации, молодой мистер Каллаган? – Король счел благоразумным сменить тему. – Насколько я понимаю, вы быстро становитесь ананасовым королем Гавайских островов.
– Это преувеличение, ваше величество, – возразил Люк. – Но положение дел меня радует. Сейчас намного лучше, чем когда мы только-только затевали это предприятие.
– А как себя чувствует мистер Макинтайр? – поинтересовался Киано.
– У него опять приступ ревматизма, но тут уж ничего не поделаешь. Как-никак, ему уже далеко за шестьдесят. – Люк улыбнулся. – Правда, он сам толком не знает, насколько далеко. Для своих лет наш шотландец – просто молодец.
К досаде короля, разговор зашел о присоединении Гавайев к Соединенным Штатам. То, что он откровенно не симпатизировал Америке, давно уже ни для кого не было секретом. Но сейчас ему вовсе не хотелось омрачать праздничную атмосферу вечера политическими спорами.
Калеб Каллаган не менее твердо стоял за присоединение и был весьма влиятельной фигурой в деловых кругах. Богатые белые плантаторы и торговцы убеждали правительство принять новую конституцию, намного более либеральную, чем нынешняя. Со своей стороны король призывал к принятию менее демократической конституции, которая восстановила бы монархию во всей былой силе и славе и сохранила бы в неприкосновенности традиционную гавайскую культуру. Если король преуспеет в своих усилиях, стремлению белых превратить Гавайи в еще один американский штат будет нанесен сокрушительный удар. Присоединение к Соединенным Штатам – со всеми обещанными тарифными и налоговыми выгодами экспортерам сахарного тростника – надолго отойдет в туманное будущее.
– А разве нельзя достичь компромисса? Например, в обмен на некоторые уступки с нашей стороны Соединенные Штаты могли бы пойти на отказ от высоких пошлин на наш сахар? – сделал предположение принц Дэвид.
– Какие это уступки? – требовательно спросил король.
– Кажется, я знаю, что имеет в виду Дэвид, – сказал Джон Йе. – Впервые в истории Соединенные Штаты обладают таким сильным влиянием на Востоке. Распространение американского влияния в этой части света требует увеличения их тихоокеанского флота. Наполеон говорил, что сила армии зависит от ее желудка. Переиначив его слова, можно сказать, что флот живет благодаря питьевой воде и горючему. Гавайские острова дают уникальную возможность связать Америку с Китаем.
– Никогда! – сдержав раздражение, возразил король. – Предать суверенитет Гавайев, разрешив американцам устроить морские базы на нашей территории?! И слышать об этом не желаю!
– Дядя, речь не идет о настоящем компромиссе! – воскликнул принц. – Но чтобы наша целомудренная и идиллическая родина достигла своего совершеннолетия, ей как воздух необходима практичность. Надо разбавить наш идеализм доброй порцией реализма, если мы хотим занять достойное место в современном промышленном мире.
– Отлично сказано, принц Дэвид! – отозвался Джон Йе. – Поэтому я не вижу убедительной причины для отказа от заключения двустороннего договора с Соединенными Штатами.
– Браво! – восхитился Калеб. – Если такое случится, национальный доход этих островов удвоится! Да нет, чего там – утроится! Ей-богу! Вы знаете, что я сделаю? Я, пожалуй, съезжу на несколько дней на материк. В Вашингтоне у меня много друзей. Один из них – вице-президент Джонни Брекинридж. Хочу проверить, что можно сделать, чтобы шар покатился в нашу лузу.
– Я полагаю, что мы уже давно надоели нашим дамам, – вмешался заметно встревоженный король. – Дэвид, у меня сложилось впечатление, что принцесса Капиолани собиралась почтить наш ужин своим вниманием?
– Она занемогла и приносит свои глубокие извинения, ваше величество, – бесстрастным тоном ответил Дэвид.
На самом деле внезапный недуг принцессы был связан с присутствием на ужине Андрии. С детских лет благодаря усилиям своих родителей принцесса была убеждена, что ее обручение с принцем Дэвидом Калакауа – дело решенное. Королевская семья дала свое благословение на этот союз. Сам Дэвид Калакауа чувствовал глубокую и искреннюю симпатию к прелестной Капиолани и был бы более чем рад жениться на ней. Но потом в его жизнь вошла Андрия…
После ужина король со своими министрами, Калеб Каллаган и несколько избранных гостей удалились в королевскую библиотеку, где их ждали кофе, бренди и сигары.
Люк, Киано, Дэвид, Джон, Андрия и Лилиуокалани отправились побродить по берегу. В небе висела огромная полная луна. Песок и океан купались в ее серебристом сиянии.
В ночном воздухе разносились частая дробь барабанов и пронзительное хныканье носовых флейт. Вдалеке, словно рой светляков, замелькали факелы.
– Там очередное пиршество? – спросил Люк.
– Нет, пир давно закончился. Начинается танец хула. Может быть, сходим туда и немного посмотрим? – предложил Дэвид.
– С большим удовольствием! – обрадовалась Андрия. – Наверное, этим танцем я никогда не устану восхищаться.
Идти пришлось довольно далеко, и очень скоро женщины сняли обувь и подобрали повыше свои длинные юбки, чтобы те не путались под ногами.
Люк поймал себя на том, что все время украдкой поглядывает на Андрию. Ее слегка заостренные высокие груди при каждом шаге четко обрисовывались под платьем. Они стали немного больше с тех пор, как он первый и последний раз ласкал их в тот незабываемый волшебный день на склоне холма за мормонской миссией. У него даже начало покалывать кончики пальцев, когда он вспомнил, какой нежной и бархатистой была у нее кожа. Лунный свет не только подчеркнул земную красоту Андрии, но и делал ее похожей на богиню. Длинные стройные ноги девушки двигались легко и грациозно, тугие гладкие икры приковывали взгляд, а ягодицы чувственно покачивались при каждом волнообразном движении бедер.
Юноши и девушки сидели внутри круга из воткнутых прямо в песок факелов и дружно хлопали в ладоши в такт барабанному бою. Гости принца Дэвида остановились как раз на границе светового круга, чтобы не привлекать к себе внимания и не мешать танцующим – трем гибким юным девушкам, чьи округлые груди блестели в свете факелов.
– Более сорока лет миссионеры пытались запретить наготу, но наше врожденное чувство природной невинности по-прежнему берет верх. Тело дано человеку, чтобы восхищаться красотой и радоваться, а не для того, чтобы сгорать от стыда. Ведь вы же не будете заматывать в бесформенные тряпки прекрасную вазу или статую, чтобы скрыть их красоту, правда? – вполголоса сказал Киано.
Люку доводилось замечать, что когда на таких развлечениях присутствовали белые, одеяния танцующих и их движения были намного сдержаннее. Сейчас присутствовали одни местные.
Когда танец кончился, принц Дэвид сказал, что теперь и они могут присоединиться к празднеству.
– Хозяин праздника – Коно, мой друг. Идемте, я вас с ним познакомлю.
Коно оказался широкоплечим мускулистым мужчиной, чертами лица очень похожим на американского индейца, одетым в нечто похожее на тогу. Он тепло поздоровался с новоприбывшими.
– Что будете пить? Кава, околохао… есть и шотландское виски. Кто что желает.
– Праздничные танцы уже закончились? – поинтересовался Дэвид, после того как все они выбрали себе питье и свободно расселись вокруг.
Коно помолчал, и на губах его заиграла таинственная улыбка. Он бросил взгляд в сторону Андрии и принцессы Лилиуокалани, которые были увлечены оживленной беседой. Потом, понизив голос, ответил:
– Нет, празднества еще не закончены, друг. Но я далеко не уверен, что твою сестру и Андрию не повергнет в смущение следующий танец.
Дэвид заулыбался:
– Неужто ты говоришь о древних полинезийских и таитянских любовных танцах?
– Именно о них. Ты же понимаешь, что участие в них – необходимое условие для тех, кто присутствует на торжестве.
– Я сейчас вернусь, только узнаю, что решат наши леди.
Дэвид подошел к девушкам и объяснил, что им предстоит.
– Конечно, сейчас танец стал лишь данью традиции, если хотите, представлением. Раньше пары на самом деле соединялись и удалялись в хижину к женщине, чтобы довести до конца брачный союз. Теперь танец до этого не доводит. – Принц улыбнулся. – Правда, все еще находятся горячие головы, которые предпочитают строго следовать традициям и играют до победного конца. Мы присоединимся к танцу или вы желаете вернуться во дворец?
Андрия захлопала в ладоши:
– Веселиться так веселиться! Я с удовольствием! А ты, Лили?
– Любовный танец! Пропускать такое я не собираюсь!
– Вам надо сменить наряд, – посоветовал принц.
Невеста Коно отвела девушек в хижину, что стояла чуть выше по берегу, и они облачились в юбочки из травы и прикрыли грудь цветочными гирляндами.
– Чувствую себя самой настоящей распутницей! – воскликнула Андрия, глядя в напольное зеркало.
Невеста Коно рассмеялась:
– Так и нужно себя чувствовать перед любовным танцем! Дерзкой и распутной.
– Если бы дядя Алекс сейчас меня увидел, с ним точно приключился бы удар! – хихикнула Лили.
Девушки вернулись на берег, и танец начался. Мужчины и женщины выстроились в два ряда, лицом друг к другу. Песок у них под ногами чуть ли не по щиколотку был усыпан пахучими травами и экзотическими цветами. По знаку хозяина музыканты кончиками пальцев начали едва слышно отбивать неторопливый ритм на высоких, обтянутых кожей барабанах. Вскоре они заиграли чуть громче и быстрее, потом еще громче и еще быстрее. Вступили носовые флейты, и все музыканты затянули древнюю, как плещущий совсем рядом океан, песню.
Во всем этом было такое откровенное дикарство, какого Андрии ни разу до этого не доводилось видеть, хотя она и была свидетельницей множества танцев и ритуалов с тех пор, как приехала на Гавайи. Танец просто околдовывал своей чувственностью и первобытностью. Она зябко вздрогнула, когда по ее голой спине скользнула холодящая струйка пота. Сердце Андрии колотилось со страшной силой, и девушка учащенно дышала.
Она вдруг с удивлением обнаружила, что самозабвенно танцует вместе со всеми. Казалось, тело ее обрело самостоятельную жизнь и начало двигаться само по себе. Руки, ноги, бедра, плечи, кисти – все двигалось, помимо ее воли, подчиняясь ритму танца. Рокот барабанов, в который вплетались резкие звуки флейт, буквально гипнотизировал Андрию.
Полузакрытыми глазами она пристально смотрела на стоявшую перед ней шеренгу мужчин. Внизу живота шевельнулось и начало расти желание. От крепких, гибких, мускулистых мужских тел трудно было отвести взгляд. Особенно когда они извивались от макушки до пяток в откровенно чувственных судорогах танца. Взгляд Андрии задержался на Люке. Его красивое тело было почти таким же бронзовым от загара, как и у всех остальных.
Господи! Воспоминания нахлынули с неистовой силой. Она вспомнила нежное таинство их близости, когда она ласково прикасалась кончиками пальцев к его коже. И как тело ее все никак не могло насытиться его ласками, и как твердели соски под его поцелуями, и как нетерпеливо дрожащие бедра ждали, когда рука любимого скользнет по ее животу вниз, к лону, чтобы радостно раскрыться навстречу. Андрия зажмурилась и закусила губы, чтобы удержать готовый вырваться крик неразделенной любви. Так волчица воет на луну, изливая свою тоску по утраченному возлюбленному.
Все внезапно утратило реальность. Страсть, спавшая глубоким сном под тонким слоем привнесенной цивилизации, вырвалась на свободу и теперь правила бал. Женщины, волнообразно вращая бедрами и соблазнительно покачивая ягодицами, направились по ковру из цветов к мужчинам. Они танцевали перед стоящими в ряд мужчинами, выбирая себе партнера, ни разу не сбившись с чувственного ритма танца. Затем мужчины закружились вокруг танцовщиц и выстроились в линию за их спинами. Потом опять наступила очередь женщин.
Но на этот раз движения танцующих были медленными и имели вполне определенную цель. Одна из девушек встала перед своим избранником и шагнула назад, на ковер из цветов. На губах ее играла откровенная улыбка, когда она медленно сбросила с себя травяную юбку и гирлянду из цветов, прикрывающую грудь. Обнаженная, она шагнула вперед и надела на шею юноши только что снятую гирлянду. Молча, взявшись за руки, они шагнули за круг света и затерялись в темноте.
Снова и снова повторялся танец, и с каждым разом ряды танцующих редели. Андрия с трудом осознала, что стоит прямо перед Люком и на ней нет одежды. Его лицо плыло перед ней, словно во сне. Она много раз видела этот сон, и сейчас он опять ей снится. Андрия, охваченная вожделением, шагнула вперед и надела свой венок на шею Люка.
Люк, теряя голову от овладевшего им желания, был бессилен устоять против ее прелести. Как в тумане, он взял Андрию за руку, и они вышли из светового круга, а вслед им смотрел Дэвид Калакауа, несчастный и удрученный.
Они любили друг друга под раскидистыми кронами деревьев на ложе из мха, таком же мягком, как и густая трава на той укромной лужайке, где она отдала ему свою невинность.
Андрия обхватила ладонями лицо любимого и начала нежно целовать его. Потом чуть отстранилась и вгляделась внимательнее.
– Глупо отрицать мою вечную любовь к тебе, любимый!..
– И мою любовь к тебе, родная. Клянусь Господом! Все эти годы я изо всех сил старался забыть тебя и не сумел. – Он горестно покачал головой. – Я чувствую себя последним подлецом, изо дня в день обманывая Лейлани.
Он почувствовал, как она напряглась под ним.
– Да… Твоя жена… Что она за женщина? – Скрыть нотку ревности ей не удалось.
Люк посмотрел ей в глаза и увидел в них два крохотных голубовато-прозрачных отражения луны, что плыла в ночном небе над их головами.
– Она просто замечательная! Вас нужно познакомить. Господи, как это все ужасно!
– Ты, верно, любишь Лейлани, ведь иначе ты бы на ней не женился?
Лицо Люка исказилось от душевной боли.
– Я и люблю ее… – Он нерешительно помолчал. – Но я никогда не любил ее так, как люблю тебя – всем моим сердцем, всей моей душой, каждой частичкой моего тела. Андрия, ты лихорадишь мне кровь… Нет, дай мне сказать до конца. Андрия, ни тебя, ни меня нельзя обвинить в том, что мы предали Лейлани. Это все равно что клясть чуму или холеру за то, что они отняли мужа у жены. Это все ложь, это от лукавого.
Андрия отчаянно замотала головой, и по щекам ее потекли слезы.
– Люк, я все-все понимаю. О ненаглядный мой, любовь моя, люби меня сейчас, пожалуйста, люби меня еще раз!
Он с нежностью вошел в нее, и они долго лежали неподвижно, сжимая друг друга в объятиях.
– Когда мы вот так вместе, это такое счастье! – прошептала Андрия. – Поистине единая плоть.
Наслаждение разлилось полноводной и спокойной рекой, проникая в каждый потайной уголок ее тела и наполняя его неведомой дотоле нежностью.
– И что мы будем делать? – спросила Андрия, когда они с Люком медленно возвращались во дворец.
Они сознательно отстали от остальных. Дэвид Калакауа ушел с берега вскоре после того, как Андрия и Люк исчезли за деревьями.
– Сделаем по-честному. Утром я вернусь вместе с отцом в его дом. Пробуду там до тех пор, пока на плантациях все наладится, потом вернусь к Лейлани и скажу ей про нас.
Андрия сжала ему руку.
– Бедная Лейлани! У меня сердце сжимается от боли за нее. Потерять тебя, кого она так беззаветно любит. – Девушка вздрогнула. – Как же она будет меня ненавидеть, и ее нельзя осуждать за это.
– А ты ненавидела Лейлани, когда узнала, что я женат?
– В первый момент. Пока не узнала, что на самом деле произошло. Но это совсем другое, Люк. Ты принадлежишь ей по праву. Ведь она твоя жена.
– Я никогда по-настоящему не принадлежал никому, кроме тебя, моя любимая, – вздохнул он в ответ.
– И тем не менее мне невыносима даже мысль о той боли, которую я причиню ей.
Люк остановился и, взяв девушку за плечи, повернул ее к себе лицом.
– Здесь ничего нельзя поделать, Андрия. Нас с тобой связывает слишком много потерянных не по нашей вине лет. И с этого момента мы с тобой до конца наших дней никогда – слышишь, никогда! – не расстанемся.
Они целомудренно поцеловались и продолжили путь.
На следующее утро Люк вместе с отцом и Киано вернулись на плантации. За исключением небольшого северного участка, плантации уцелели. Калеб беспрестанно хвастался своей стеной, устоявшей перед напором лавы.
Люк и Киано остались еще на несколько дней, чтобы помочь все привести в порядок и уговорить работников вернуться на плантации. Андрия по просьбе короля и королевы осталась в Каилуа-Кона, чтобы присутствовать на ежегодной встрече представителей христианских миссий.
Накануне отъезда Люка и Киано на северо-восточное побережье отец и сын, потягивая виски, засиделись на веранде далеко за полночь.
– Значит, возвращаешься на Ланаи и будешь вести основные дела там? – спросил Калеб.
– Нет, – покачал головой Люк. – Я собираюсь вернуться сюда и… – Он замолчал.
– Остаться с Андрией, – договорил за него отец.
Люк тоскливо вздохнул и взъерошил пятерней шевелюру.
– Все дело в этом, отец. Я люблю ее, она меня тоже любит, вот и все.
– Я говорил тебе об этом еще в день твоего появления здесь.
– Да, я помню, но тогда я просто не хотел в это верить. А потом, когда я ее увидел, когда прикоснулся к ней… Когда мы… У меня не хватит слов, чтобы описать, что мы испытываем друг к другу.
– Да будет так, – поднял свой бокал Калеб. – За тебя и Андрию!
Они торжественно выпили.
– И за моих внуков! – хитро ухмыльнулся Калеб. – Вы же не заставите старика ждать слишком долго?
Люк рассмеялся и, наклонившись вперед, положил руку отцу на колено.
– Мы приложим все мыслимые и немыслимые усилия. Знаешь, отец, ты сейчас стал мне по-настоящему близок, в первый раз за всю мою жизнь.
Калеб от избытка чувств похлопал сына по руке и отвернулся, чтобы тот не заметил, как повлажнели его глаза.
– Аминь… сынок.
Неделю спустя Люк сошел на берег Ланаи. Шотландец уже ждал его на пристани. Макинтайр сжал Люка в объятиях и, сияя как медный грош, радостно хлопнул его по спине.
– С возвращением, партнер! Мы уж заждались, честное слово! Как там в столице, на Гавайях? Присмотрел землю под кофейные плантации?
– Нет, Мауна-Лоа потребовал слишком большого внимания к себе. Слышал, конечно, про извержение?
– Слышал? О да, уж что-что, а слышали мы его прекрасно! Грохотало так, будто мир разлетался на куски.
Люк рассказал ему обо всем, что случилось на Гавайях. Правда, не совсем все – Лейлани заслуживала уважения, и об их с Андрией отношениях ему хотелось сказать ей первой.
Забросив пожитки в повозку, Люк и Макинтайр двинулись домой, где их с нетерпением ждала Лейлани.
– Слушай, какого черта у тебя все время рот до ушей? – не выдержав, с любопытством спросил Люк.
Шотландец еще сильнее заулыбался и заговорщически подмигнул:
– Дома кое-кого ждет большой сюрприз.
– Какой еще сюрприз? – У Люка отчего-то сжалось сердце. Как будто чья-то ледяная рука проникла ему в грудь, шевеля холодными, скрюченными пальцами. Пальцы были безжалостны, как смерть.
– Скоро узнаешь. А ну пошли, мои хорошие! – И Макинтайр весело хлестнул лошадь вожжами.
Лейлани выскочила из дома ему навстречу. Она бежала по гравиевой дорожке, и лицо ее сияло неподдельным счастьем. Он впервые видел ее такой сияющей. И такой прекрасной! «Чересчур прекрасной», – отчего-то подумал Люк.
Она чуть не задушила его в объятиях. Переполненная любовью и счастьем, Лейлани не почувствовала, что Люк непривычно сдержан.
– Дорогой, я так по тебе скучала! Если бы ты сегодня не вернулся, честное слово, я высохла бы от тоски по тебе!
Люк натянуто улыбнулся:
– По тебе не скажешь, что все эти дни ты сохла от тоски. Скорее наоборот, ты малость располнела.
В ее радостном смехе и заговорщической улыбке Макинтайра Люку почудилось недоброе предзнаменование.
– Так в чем шутка? – решительно спросил он.
– Шутка… Мак, ты только послушай его! Боже мой, какой же ты глупенький и чудесный! Конечно, я располнела. И неужели не догадываешься, отчего? – Лейлани отступила на шаг и обняла свой слегка округлившийся живот.
Люк, потеряв дар речи, в изумлении уставился на жену.
– Дорогой, у нас будет ребенок. У тебя и у меня. Я знаю, что это будет мальчик. Я так тебя люблю! – Лейлани снова кинулась к Люку и обняла его так крепко, что он чуть не задохнулся.
Макинтайр снова с веселым хохотом хлопнул его по спине.
– Поздравляю, партнер! Будешь теперь папочкой. Подумать только! Как-то утром ее ни с того ни с сего стошнило, ну я возьми и отвези ее к доку Болдуину. Я-то сразу скумекал, в чем тут дело, ну, док все и подтвердил.
– Ребенок… – невыразительным голосом проговорил Люк.
– Да, мой любимый и единственный, у нас будет ребенок! Наш ребенок! Я так рада, что ты наконец снова дома. Ты не поверишь, о чем я тут только не передумала! И что корабль перевернется. И что богиня Пеле тебя сожжет. И… – Не выдержав, она рассмеялась. – И что ты нашел другую женщину и остался с ней! Давай скажи, какая же я глупая гусыня!
– Ты глупая гусыня, – безжизненным голосом выговорил Люк и заставил свои губы растянуться в улыбке.
Обнявшись, они пошли по дорожке к дому.
Сердце Люка превратилось в кусок свинца.
Поздно ночью, когда Лейлани уже спала, он присел к письменному столу и обмакнул в чернильницу остро заточенное гусиное перо.
«Моя дорогая и любимая Андрия!
Как мне начать? Что мне сказать тебе? И где отыскать нужные слова? Я не знаю слов, чтобы рассказать о моей вечной любви к тебе. И я не знаю слов, чтобы описать ту боль, которая поедом ест мое сердце из-за того, что я должен сейчас сказать. Моя любимая Андрия, дело в том, что я…»




Часть третья


загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману По воле судьбы - Блэйк Стефани



Жаль, что никто не читал этот роман .. А сюжет не так уж и плох .. Главные герои влюбились в первых главах , далее идет параллельная их жизнь .. Встречи , разлуки, страсть и любовь ..
По воле судьбы - Блэйк СтефаниVita
23.10.2014, 20.38





Хороший роман,легко читается))) Героиня молодец, пример многим женщинам...
По воле судьбы - Блэйк СтефаниМилена
17.01.2015, 7.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100