Читать онлайн Греховные поцелуи, автора - Блэйк Стефани, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Греховные поцелуи - Блэйк Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Греховные поцелуи - Блэйк Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Греховные поцелуи - Блэйк Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блэйк Стефани

Греховные поцелуи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Капитан явился точно через полчаса. Джильберта встретила его у двери. На ней были черные шелковые трусики и лифчик, а поверх накинут почти прозрачный пеньюар с пышными рукавами.
– Еще раз приветствую вас, – произнесла Джильберта. – Пожалуйста, входите.
У Лаурентиса были изумительные зубы и, несмотря на его довольно мрачную профессию, открытая улыбка.
– Я искренне прошу прощения за беспокойство, которое вам причиняю, но это действительно важно.
– Все в порядке, капитан. – Она подвела его к софе и предложила виски с содовой, а сама села в глубокое кресло напротив и подняла бокал. – Ваше здоровье.
– А я пью за ваше здоровье! – ответил Лаурентис, медленно выпил виски и поставил бокал на кофейный столик.
Подогнув под себя ноги, Джильберта внимательно посмотрела на капитана.
– Ну что же это за важный вопрос, который вы забыли задать?
Лаурентис покачал головой. Вид у него был довольно простодушный.
– Вы, наверное, будете считать меня тупым полицейским, когда я отвечу вам.
«Конечно, – подумала Джильберта. – Глуп как пробка», но вслух сказала:
– Очень в этом сомневаюсь.
– Я забыл спросить, были ли у Джулса Марстона враги, я имею в виду тех людей, которые могли желать его смерти.
Откинув голову, Джильберта рассмеялась:
– Вы, должно быть, подшучиваете надо мной, капитан.
Удивленно подняв брови, Лаурентис спросил:
– А что тут смешного?
– Простите меня. На самом деле это совсем не смешно, – ответила Джильберта. – Джулс Марстон был из тех, кто локтями прокладывает себе дорогу и не думая переступает через трупы. Он был безжалостным человеком, имеющим огромную власть и большое состояние. Конечно, у него были враги. Вы с таким же успехом могли бы спросить, есть ли враги у семейства Кеннеди.
– Понимаю... Ну а вы, миссис Киллингтон, не могли бы назвать хотя бы несколько человек, относящихся к числу его врагов?
– Могла бы, но, мне кажется, вам лучше спросить о врагах у его друга Милоша Алански, поскольку он был его правой рукой. Думаю, Милош лучше всех знает как о личной жизни Джулса, так и о его бизнесе.
– Я непременно побеседую с мистером Алански, – пообещал капитан, поднимаясь с софы.
– Нет, погодите, допейте виски.
– Должно быть, у вас есть какие-то планы на вечер? – поинтересовался Джордж Лаурентис.
– Только поздний ужин с моей падчерицей и секретарем.
– Да, ваша падчерица... Вы уже сказали губернатору Киллингтону о смерти мистера Марстона? – задал еще один вопрос капитан.
У Джильберты был несчастный вид, когда она, вздохнув, ответила:
– Еще нет. Я все откладываю эту тяжелую задачу. Не хочу портить мужу настроение в этот знаменательный день. Я сообщу ему об этом попозже, сегодня вечером... Видите ли, как я уже говорила вам раньше, мой муж и Джулс были очень близкими друзьями.
– Да, да, я помню.
Наступила неловкая пауза. Глядя в свой бокал, Лаурентис легонько взбалтывал янтарную жидкость с таявшим на глазах кубиком льда.
– Капитан Лаурентис, – Джильберта первой нарушила молчание, – простите меня за то, что я скажу. По-моему, вы не производите впечатление человека, который работу в полиции хотел бы сделать своей карьерой.
Он широко улыбнулся.
– Почему вы так считаете?
– О, я не знаю... Почему-то я представляю, что вы сидите в твидовой куртке с кожаными заплатами на локтях за письменным столом в каком-нибудь колледже Лиги плюща, – сказала она.
– А вы неплохой детектив, миссис Киллингтон. На самом деле я был очень близок одно время к тому, чтобы выбрать эту дорогу. Я ведь специализировался по уголовному праву в Гарварде. Кроме того, еще на младших курсах я был стипендиатом Родса. Именно в Англии меня заинтересовала психология совершения преступлений, поэтому я поменял свою профилирующую дисциплину. Когда я вернулся в Штаты, мне предложили должность на факультете в Гарварде, но я отказался... Видите ли, я твердо осознал, что проникнуть в психологию преступников можно, только общаясь с ними. Вот почему я пошел работать в полицию.
Джильберта смотрела на него, широко открыв глаза.
– Я изумлена и просто поражена.
– Не удивляйтесь, – заметил Лаурентис, – с каждым годом все больше и больше выпускников академии приходят к такому же выводу и поступают на работу в наш департамент. – Неохотно поднявшись с софы, он сказал: – Теперь мне действительно нужно идти. Я должен отметиться в полицейском участке.
– Джильберта проводила его до двери.
– Жаль, что я ничем не смогла вам помочь.
– Нет, вы помогли. Спасибо, что приняли меня. – Он не успел сделать и трех шагов по коридору, как Джильберта позвала его:
– Капитан...
Он обернулся. Джильберта стояла, прислонившись к дверному косяку.
– Право же, вряд ли вы проделали такой путь, чтобы только задать мне этот вопрос, – заметила она.
– Я просто хотел еще раз вас увидеть. Она кокетливо улыбнулась:
– Да неужели?
– Вы очень красивая женщина, миссис Киллингтон. Не поймите меня превратно, я вовсе не пытаюсь произвести на вас впечатление. Просто я воспринимаю вас как произведение искусства. Вы приносите большую радость тем, кто даже просто смотрит на вас.
– Мне очень приятно это слышать, хотя я немного разочарована, что не вызываю у вас более сильных ощущений, – сказала Джильберта.
– О нет, как раз вызываете, – быстро проговорил Лаурентис. – Но к несчастью, вы замужняя женщина.
– Да, это так, – ответила она. – Ну а вы?
– Разведен. Сесил с отвращением относилась к тому, что была замужем за «блюстителем закона», как она меня называла.
– Жалко. Вероятно, она была не особенно умна, если позволила такому мужчине, как вы, уйти.
– Спасибо за поддержку, – сказал Лаурентис.
– Подождите минутку, капитан. Я сейчас вернусь, – быстро произнесла Джильберта. Оставив дверь приоткрытой, она вернулась в спальню и достала из стола визитную карточку. – В следующий четверг я приеду на несколько дней в Нью-Йорк. Это номер телефона моего офиса. Почему бы вам не позвонить мне, скажем, днем в следующую пятницу? Мы сможем вместе пообедать. Я буду сгорать от нетерпения узнать, какого прогресса вы добьетесь в деле Марстона. Ни губернатор, ни я не сможем успокоиться до тех пор, пока убийца не будет схвачен и наказан.
– Понимаю. Будьте уверены, я позвоню вам в следующую пятницу, миссис Киллингтон.
Она улыбнулась:
– Зовите меня просто Джилли, именно так меня называют друзья.
– Мне бы хотелось войти в их число... Джилли... – Он пристально посмотрел ей в глаза. – Ну, в таком случае, Auf Wiedersehen! – попрощался по-немецки капитан.
– До новой встречи, – перевела Джильберта. – Да, это гораздо приятнее, чем прощай. Auf Wiedersehen, Джордж.
Джильберта закрыла дверь и прислонилась к ней, слушая, как громко и быстро бьется сердце. Она почувствовала это еще раньше, днем – между ней и Джорджем Лаурентисом определенно возникло мощное взаимное притяжение.
Джильберта вошла в спальню и позвонила Аните.
– Я только что проснулась, – сонным голосом произнесла Анита. – Дженет принимает душ.
– Не торопитесь, когда вы обе будете готовы, спускайтесь. Я забронирую столик в ресторане. В каком ресторане вы хотели бы поужинать? – спросила Джильберта.
– Как насчет «Сарди»? Я бы не отказалась от чего-нибудь, что могло бы поднять настроение.
– Ну и прекрасно. До встречи!
У Джильберты и мысли не возникло рассказать Аните о визите полицейского.
Если бы ей пришлось объяснять цель его визита, Анита могла бы сделать неправильные выводы. «Брось, самые правильные выводы», – поправила себя Джильберта.
Она просматривала гардероб, выбирая одежду на вечер, когда позвонил телефон. Это был ее муж, обезумевший от горя Хармон.
– Джилли... Я разыскиваю тебя с субботнего утра. Я только что услышал в «Новостях» по радио о Джулсе. Ты, конечно, знаешь? – взволнованно прозвучали его слова.
– Да, я узнала об этом сегодня днем. Очень жаль, что ты вчера не мог застать меня. Я страшно волновалась по поводу своего выступления и в последний момент решила уехать готовиться к нему в наш загородный дом, где меня никто бы не потревожил. Я надеялась, что ты не узнаешь о смерти Джулса, пока не закончится этот знаменательный для тебя день.
– И все-таки ты должна была дать мне знать, – упрекнул ее Хармон.
– Какой смысл? Он умер, и никто не в силах вернуть его, – ответила Джильберта.
– В полиции имеют какое-либо представление о том, что произошло в действительности? – спросил Хармон.
– Ты тоже, как и мы с Анитой, не веришь их версии насчет самоубийства?
– Конечно, нет. Джулс никогда бы не наложил на себя руки.
– Именно так мы и сказали полицейским, и, по-моему, нам удалось их в этом убедить.
– Так, значит, полиция уже допрашивала вас?
– Да, нас обеих. А следующим будет Милош. Он должен прилететь сегодня вечером или завтра. Бедный Милош! Для него, вероятно, это страшное потрясение. Мне очень хочется увидеться с ним. Если кто и мог бы пролить свет на весь этот ужас, так это он.
Но то, что ей очень хочется повидать Милоша до его встречи с полицией, Джильберта мужу сказать не могла.
– Почему бы тебе не остаться тогда еще на день? – спросил Хармон.
– Думаю, Дженет не понравится эта идея. Нью-Йорк надоел ей.
– Пусть тогда возвращается одна... Послушай, Джилли. Я видел тебя в шестичасовых новостях. Ты выглядела просто потрясающе! – В голосе Хармона зазвучала лукавая нотка. – Из тебя выйдет великая первая леди.
– Не могу устоять, когда ты льстишь мне... Я остаюсь! Но, милый, мне еще надо отвести на ужин Аниту и Дженет... Как только я завтра поговорю с Милошем, сразу позвоню тебе.
– Вот и умница! Желаю хорошо поужинать. И крепко поцелуй Дженет за меня.
– Обязательно. До свидания, губернатор!
Хармон рассмеялся:
– Спокойной ночи! Я люблю тебя, дорогая!
– Я тоже.
Ужин «У Сарди» оказался далеко не праздничным: говорили только о смерти Джулса Марстона, да и то не очень оживленно, а когда Джильберта предложила поменять тему, разговор и вовсе прекратился. Без всякого аппетита они съели принесенную им еду и, не заказав ни десерта, ни кофе, покинули ресторан.
– Я спала два часа, но меня до сих пор клонит в сон, – тихо сказала Дженет.
Анита кивнула головой:
– Нам всем не мешало бы хорошо выспаться.
Вернувшись в отель, они сразу же разошлись по своим комнатам. Подойдя к своему номеру, Джильберта нашла под дверью записку с просьбой позвонить Милошу Алански в отель «Плаза». Налив бренди, Джильберта набрала его номер. Голос Милоша прозвучал довольно напряженно:
– Это ты, Джилли?
– Да, Милош. У тебя все в порядке?
– Более или менее, если принимать во внимание то, что случилось, – ответил он. Затем, помолчав немного, вдруг быстро заговорил: – Джилли, черт, что я говорю... Мне ужасно плохо. Я хочу выпить... Ты можешь составить мне компанию?.. Нам необходимо поговорить перед тем, как меня будет допрашивать полиция...
– Да, – согласилась Джильберта. – Да, конечно, мы можем побеседовать. Встретимся через десять минут внизу, в баре. Тебя устраивает?
– Я буду там, – ответил Милош и повесил трубку. Взяв себя в руки, Джильберта вышла из номера и спустилась в холл. В баре было не очень многолюдно, и она без труда нашла свободный столик в углу. Заказав бренди и закурив сигарету, Джильберта приготовилась ждать вечно опаздывающего Милоша. Но как ни странно, в этот раз он не заставил себя долго ждать. Остановившись в дверях и щурясь сквозь толстые линзы очков в тяжелой черной оправе, Милош оглядывал зал. Джильберта улыбнулась и помахала ему рукой.
– Я понимаю, как тебе, должно быть, тяжело, Джилли, – проговорил он, чмокая ее в щеку.
– Тебе тоже, – ответила она.
– Это просто ужасно, – грустно произнес Милош и, вздохнув, попросил: – Расскажи мне подробно все с самого начала, с того момента, как вы с Джулсом встретились в пентхаусе.
– Хорошо. Итак, я приехала туда около полудня в субботу. Джулс уже был там... Те день и ночь не были богаты событиями... Мы ни разу не выходили из квартиры... – начала свой рассказ Джильберта.
В мельчайших подробностях она поведала о том, что произошло. Милош наморщил лоб:
– Ты говоришь, после телефонного разговора он выглядел встревоженным?
– Да, – ответила Джильберта. – Он встревожен... Даже когда мы потом занимались любовью, он был чем-то озабоченным, каким-то отсутствующим.
Ее искренность не произвела впечатления на Милоша.
– Ты уверена, что он говорил по телефону не с твоим братом?
– Абсолютно. Я еще пошутила насчет того, что буду подслушивать, и Джулс взглянул на меня... не знаю, как-то мрачно, что ли. И даже сказал: «Я не хочу, чтобы ты подслушивала». Если бы он звонил Терри насчет этой земли в Айдахо, то не стал бы беспокоиться о том, что я могу подслушать этот разговор. Кстати, у меня и не было такого намерения.
Милош достал сигару из нагрудного кармана и, сунув ее в рот, начал перекатывать между губами, чтобы смочить конец.
– Пойми, Джилли, кто бы ни убил Джулса, а я уверен, что это было убийство, он находился с тобой все время, пока ты не ушла оттуда.
Джильберта содрогнулась:
– Я не перестаю удивляться, почему он не убил меня тоже.
– Насколько я понимаю, это противоречило бы его плану.
– Какому плану?
– Создать впечатление, что Джулс покончил с собой. И похоже, он достиг своей цели. Сомневаюсь, что в полиции смогут установить, была его голова разбита до или после падения.
– Полиция не сможет. Но если я расскажу им, как...
В черных глазах Милоша, которые казались огромными за толстыми стеклами очков, промелькнула тревога.
– Джилли, никогда, слышишь, никогда так не говори! Никогда не делай опрометчивых поступков! Рассказав правду, ты только погубишь карьеру своего мужа.
Джильберта вздохнула:
– Ты прав... Это было бы несправедливо по отношению к Хармону.
– Джулс не хотел бы увидеть твое имя на первой полосе в Связи с этим. Ты бы слишком напоминала ему великомученицу. А он ненавидел мучеников.
– Я знаю. – Джильберта слегка улыбнулась.
– Джулс всегда говорил: «Мученики – это покойники. Единственное, что можно сделать для покойников, это похоронить их». Джилли, я не могу передать, как восхищаюсь тем, с каким хладнокровием ты действовала после смерти Джулса. Уничтожить все доказательства своего присутствия в квартире – это гениально, для этого необходимо настоящее мужество... Ты уверена, что все предусмотрела? – спросил Милош.
– Если бы полиция нашла что-нибудь, свидетельствующее о моей связи с Джулсом, меня бы уже арестовали.
– Вероятно, да. Единственное, что меня беспокоит, – это грузовик. Было рискованно таким образом избавляться от него.
Джильберта покачала головой.
– Ничуть, – заявила она. – «Додж» угнали через пять минут после того, как я оставила его.
– Надеюсь, ты права.
– Что ты собираешься сказать завтра капитану Лаурентису? – спросила Джильберта.
– То, что Джулс велел мне говорить в случае необходимости: что я арендую эту квартиру и разрешал Джулсу ею пользоваться, когда приезжал в Нью-Йорк, а это случалось довольно часто. Если бы ты не унесла свои вещи, я бы заявил, что они принадлежат моей знакомой. А поскольку она – супруга одного из судей Верховного суда штата, ее имя нельзя разглашать.
Прикрыв его руку своей, Джильберта сказала:
– Милый, верный Милош... Ты знаешь, что говорил Джулс незадолго до своей смерти? Он сказал, что ты ему ближе, чем любой из его братьев.
Глаза Милоша затуманились:
– Я так же к нему относился... Мне его уже очень не хватает.
– Да... Жизнь уже никогда не будет столь прекрасной – без него, – едва сдерживая слезы, тихо произнесла Джильберта.
Милош судорожно втянул в себя воздух.
– Но, как говорил Джулс, покойники – это покойники, а живые – это живые. Мы похороним его и продолжим жить.
– Я полагаю, ты возьмешь на себя организацию похорон? – еле слышно спросила Джильберта.
Милош кивнул, а затем спросил:
– Ты собиралась завтра отправиться домой?
– Ну да, если только... Ты думаешь, похороны состоятся завтра? – спросила она.
– Возможно, во вторник. Ты могла бы отложить свой полет, как ты полагаешь?
– Я не знаю Милош. Хармон ждет меня. Я бы могла вернуться в Нью-Йорк во вторник утром, – ответила Джильберта, но, заметив его удрученный вид, добавила: – Хорошо, я подумаю об этом.
Милош попытался улыбнуться:
– Не знаю, был ли у Джулса подходящий случай сказать тебе, что он назначил меня своим душеприказчиком.
– Это меня ничуть не удивляет.
– А вот это тебя удивит. Он оставил приличное наследство Хармону и... твоей падчерице Дженет.
Джильберта не могла скрыть своего изумления и невольно переспросила:
– Ты это серьезно?
– Абсолютно. Миллион долларов каждому.
– Миллион... Но почему, Милош? Во-первых, они не нуждаются в деньгах, а во-вторых, что еще более важно, хотя Хармон и Джулс были добрыми друзьями, но не до такой же степени...
– В характере Джулса была одна черта, которую он никогда ни перед кем не обнаруживал. Даже перед тобой, – мягко добавил Милош и, отвечая на вопросительный взгляд Джильберты, продолжил: – Джулс был человеком с высокими нравственными устоями, с недремлющей совестью. Если вы были его другом, он... его чувство долга...
Он с трудом подбирал слова, и Джильберта с присущей ей прямотой пришла ему на помощь:
– Ты пытаешься сказать, что из-за меня Джулс чувствовал себя обязанным моему мужу?
– Конечно, нечто вроде этого. Он также знал о твоих честолюбивых планах в отношении Хармона и считал, что твоего мужа ожидает блестящая политическая карьера, но считал препятствием на его пути твое богатство, – объяснял Милош.
– Абсурд! – воскликнула Джильберта.
– В действительности это не совсем так, – продолжал Милош. – Джулс был убежден, что, не обладая финансовой независимостью, ни один политик не защищен от искушения заручиться финансовой поддержкой тех, кто в обмен на денежное вознаграждение стремится получить лоббирование своих интересов. Джулс хотел, чтобы Хармон был выше подобных искушений.
Джильберта продолжала скептически смотреть на Милоша.
– Да... – произнесла она. – Я его понимаю, но я также знаю и Хармона. Он не такой человек, чтобы унизиться до взятки или какой-то другой формы мошенничества. Однако в любом случае это нисколько не объясняет, почему он включил в свое завещание дочь Хармона.
Джулс всегда говорил, что его лучший друг – самый честный человек, которого он когда-либо встречал. Если у Джильберты и были какие-то причины не верить в это, то Милош Алански раз и навсегда рассеял ее сомнения. Глядя ей прямо в глаза, он ответил:
– Два года назад у Джулса был роман с Дженет. Он порвал эту связь, когда встретил тебя. Как я уже говорил, мой друг был очень совестливым человеком, – прозвучал голос Милоша.
Сжав голову обеими руками, чтобы унять волнение, от которого голова раскалывалась на части, Джильберта воскликнула:
– Джулс и Дженет?.. Не может быть!
Она не хотела этому верить, однако конфликты с Дженет в последнее время говорили о том, что Милош скорее всего говорил правду. Хотя отношения с падчерицей в течение всех десяти лет, что Джильберта была замужем за Хармоном, никогда не были теплыми и доверительными, женщины всегда относились друг к другу с уважением и стремились поддерживать иллюзию семейной идиллии. За прошедшие полгода Дженет стала угрюмой, сердитой, порой откровенно грубой. Да, скорее всего девушка подозревала мачеху и Джулса в любовной связи. Негодование из-за того, что ее отцу наставляют рога, было еще поддела; прежде всего падчерица ненавидела Джильберту за то, что она отняла у нее любовника.
Она допила бренди и попросила Милоша заказать еще рюмку.
– Возможно, мне потребуется дюжина порций бренди, если у тебя еще есть подобные сюрпризы для меня.
– Прости, дорогая, Джулс, бывало, говорил, что существует только один способ подавать виски или дурные новости – неразбавленными, – извиняющимся тоном произнес Милош.
– Он был прав, и ты правильно сделал, что рассказал мне это. – Голос Джильберты слегка дрожал. – Но почему ты рассказал мне все это, Милош? Я ведь не являюсь членом семьи Джулса, то есть я имею в виду, что он мне ничего не должен.
– Обязательств нет, – вздохнул Милош, – однако ты оказалась в весьма щекотливом положении, и я считаю, что ты имеешь право знать все, что касается убийства Джулса, – невозмутимо объяснил свою позицию Милош.
– Господи, ты ведь не думаешь, что Дженет имеет отношение к...
– Откровенно говоря, я не знаю, Джильберта, но буду сообщать тебе обо всем, что удастся выяснить, – пообещал Милош.
– Выяснить? – Она чуть не расплескала виски.
– Дело в том, что я нанял бригаду для частного расследования.
– Полиции это может не понравиться, – заметила Джильберта, поставив рюмку.
Милош пожал плечами.
– Если капитан Лаурентис смотрит на вещи здраво, то не будет возражать против команды, работающей параллельно с ним. Одному Богу известно, насколько в полиции неукомплектованы штаты и как их люди перегружены работой, – высказал свое мнение Милош, играя спичечным коробком. – Кстати, Джилли, я полагаю, тебе не мешало бы иметь охрану до тех пор, пока не будет пролит свет на эту трагедию.
– Милош, более абсурдной идеи я еще не слышала! Послушай, после того как убийца расправился с Джулсом, он мог прикончить и меня. Если это не было сделано, значит, ему не нужна моя жизнь.
– Тогда – нет, – по-прежнему спокойно возразил Милош, – теперь – другое дело. Послушай, Джилли, я думаю, что в тот раз он предполагал застать Джулса одного. Видимо, убийца планировал, что смерть Джулса должна выглядеть как самоубийство-, поэтому он не мог убить и тебя. Наверное, надеялся на то, что ты, обнаружив труп, здорово запаникуешь и как можно .быстрее смотаешься оттуда. Конечно, он сильно рисковал – ты ведь могла вызвать полицию. Однако ты этого не сделала и тем самым сыграла ему на руку. Убийца подождал, пока ты вынесешь вещи, и как только понял, что ты окончательно ушла из квартиры, сбросил уже мертвого Джулса с террасы, – закончил свои рассуждения Милош.
– Ты думаешь, теперь он будет преследовать меня? – спросила Джильберта.
– Ну... ты являешься единственным человеком, кроме него самого, кто знает, что Джулс не покончил жизнь самоубийством. – Милош снял очки и вытер глаза. – Но может быть...
– Может быть? – нетерпеливо переспросила Джильберта. *
– ...Ему нет необходимости бояться тебя. Ведь достаточно сделать анонимный звонок в полицию и сообщить, что миссис Киллингтон видели с мистером Марстоном... Сыщики сразу сообразят, что это ты была любовницей Джулса, и могут выдвинуть версию, что именно ты его убила, и...
– Боже мой, Милош! Но это безумие!
– Неужели? Ты должна трезво смотреть на вещи. Джилли, тебе грозит настоящая опасность.
– Ты думаешь, убийца знает мое имя?
– Если нет, то к завтрашнему дню обязательно узнает. После сегодняшнего выступления твое лицо появится во всех газетах, на телевидении... Держу пари, телезрители уже видели тебя в «Новостях».
– Если ты думаешь, что меня легко испугать... – начала было Джильберта, но Милош перебил ее:
– Да, я это говорю для того, чтобы ты была начеку. Вспомни, как в теннисе: это очко решает исход матча. И преимущество на стороне убийцы. Его шансы на успех в том, что он знает, кто ты, а ты не имеешь представления о нем. – Милош взглянул на свои часы. – Послушай, уже поздно. Нам обоим не мешало бы лечь спать. Проводить тебя до номера?
– Нет... Спасибо, – отказалась Джильберта. – Я чувствую себя здесь в полной безопасности.
Милош все же проводил ее до лифта.
– Хочу надеяться, ты серьезно подумаешь о том, что я говорил. Тебе нужна охрана.
– И думать об этом не хочу! – воскликнула Джильберта. – Будь я проклята, если позволю себе превратиться в зацикленного параноика! Спокойной ночи, Милош. И большое тебе спасибо за все. Мы поговорим завтра.
Джильберта все еще не могла прийти в себя. Вернувшись в номер, она быстро разделась, оставив одежду беспорядочной кучей на полу. Даже не умывшись, добрела до спальни и буквально рухнула в постель.
Из-за крайнего нервного напряжения сон не наступал. Она лежала на спине, уставившись в потолок. Перед ее мысленным взором вдруг возникла карусель, которая, подобно ее мыслям, кружилась с бешеной скоростью. Пластиковые лошади с невидящими глазами навыкате и мрачными мордами мелькали под звуки меди. Джильберта закрыла глаза. Теперь перед ней проносились человеческие лица. Она узнавала Джули, Хармона, Аниту, Дженет, Лаурентиса, а у самой оси карусели проступали лица из прошлого: ее мамы Линды, ее прабабушки Тары...
Тара – внебрачный ребенок Карен...
И Джильберта погрузилась в глубокий, мучительный сон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Греховные поцелуи - Блэйк Стефани



Не поняла, более бездарного конца и вообразить нельзя... а начало было таким многообещающим))
Греховные поцелуи - Блэйк СтефаниМилена
4.01.2015, 11.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100