Читать онлайн Греховные поцелуи, автора - Блэйк Стефани, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Греховные поцелуи - Блэйк Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Греховные поцелуи - Блэйк Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Греховные поцелуи - Блэйк Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Блэйк Стефани

Греховные поцелуи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

В понедельник утром Джильберту разбудил телефонный звонок. Она сняла трубку после шестого сигнала, но была еще слишком сонной, чтобы говорить отчетливо.
– Джильберта? – раздался голос Аниты.
– Да.
– У тебя голос как у зомби.
– Так и есть, Анита. Который час?
– Семь. Пора принять душ и начать упаковываться, так как в восемь часов за нами заедет лимузин.
Джильберта молчала.
– Что случилось, Джилли? – спросила Анита.
– Я не возвращаюсь с тобой и Дженет.
– Ты не возвращаешься? Но почему? Джилли... что-то случилось, я это чувствую по твоему голосу.
– Ничего не случилось... честно... – Джильберта старалась говорить спокойно и даже безразлично. – Просто я не спала до трех часов утра, а потом мне снились кошмары.
На другом конце линии повисло молчание, затем Анита твердо сказала:
– Я тебе не верю, и я остаюсь с тобой. Дженет – взрослая девушка, вернется в Денвер одна.
– Не глупи, Анита. Я и слышать не хочу о том, что ты остаешься. Кто-то из нас должен присутствовать на совещании с акционерами компании «Тейт индастриз». Кроме того, у меня в два тридцать встреча со следователями, контролерами сенатора Дрейка. Господи, он все грызет и грызет эту обглоданную кость – я имею в виду тот факт, что Де Бирсы и Тейты нарушают федеральные антимонопольные законы. Однако с тех пор как Хармон отказался поддержать на прошлых выборах список его кандидатов, сенатор Дрейк решил добраться до него через меня... Нет, ты должна меня заменить, Анита, – твердо заявила Джильберта.
– Я так понимаю, что это прямой приказ, босс?
– Ты все правильно поняла, детка. А сейчас я попробую еще немного вздремнуть.
– Каким рейсом ты прилетишь? – спросила Анита.
– Пока точно не знаю. Я позвоню тебе, как только определюсь.
– Я по-прежнему считаю, что ты не откровенна со мной, Джилли.
Она заколебалась и уже склонялась к тому, чтобы рассказать Аните о вчерашней встрече с Милошем, но это был слишком долгий и сложный разговор. Джильберта пошла на компромисс, сказав полуправду:
– Дело в том, что я получила известие от Милоша Алански. Он хочет увидеться со мной сегодня.
– А-а... я предполагала нечто в этом роде. Ладно, пожалуй, это стоит сделать. Я горю желанием услышать, что он скажет.
– Сегодня утром он встретится с капитаном Лаурентисом, это все, что я пока знаю.
– Хорошо, Джилли. Я, пожалуй, повешу сейчас трубку и подниму твою дочь, иначе мы опоздаем на рейс. Поговорим с тобой позже.
Джильберта откинулась на подушку. «Почему я не возвращаюсь домой? Почему я импульсивно приняла такое решение?» Вчера вечером Хармон сказал, что было бы неплохо, если бы она переговорила с Милошем. Но Джильберта это уже сделала. Конечно, сегодня утром его должен допросить Лаурентис, и, возможно, в результате этого разговора выяснится что-то такое, о чем ей следовало бы знать. При мысли об обаятельном капитане Джильберта почувствовала легкое жжение в животе. «Давай смотреть правде в глаза, Джилли: ты питаешь слабость к этому мужчине!»
Джильберта села в постели и закурила. Шаг за шагом она вспомнила свой разговор с Милбшем. Потрясение, испытанное ею, когда она узнала о любовной связи Джулса с падчерицей, прошло, но Джильберте все еще было трудно с этим смириться. Неудивительно, что Дженет разрыдалась, узнав о смерти Джулса. Неужели до сих пор она в него влюблена!
Или?.. Джилли невольно вздрогнула, подумав об этом. Или эти слезы были спектаклем, как и демонстрация потрясения, когда Лаурентис сообщил ей о смерти Джулса? Неужели падчерица каким-то образом узнала об их квартире и пришла в то утро Четвертого июля, чтобы встретиться с ними лицом к лицу? А когда бывший любовник сказал ей, что Джильберта принимает душ, воспользовалась этим и убила его?
Нет... это чистейшей воды фантазия. Дженет не обладает таким бесстрашием, чтобы совершить столь безрассудный и опасный поступок. И даже если бы она это сделала, то не стала бы прятаться в квартире, чтобы затем сбросить убитого Джулса с террасы. Она физически не в состоянии на такое. Это мог сделать только тот, кому под силу поднять тяжелое тело, равно как и...
«Ты находишься в настоящей опасности...»
Джильберта погасила сигарету и заставила себя обо всем забыть. Мучения из-за какой-либо проблемы никак не влияют на ее решение. С этой мыслью Джильберта укрылась с головой и снова заснула.
Ей показалось, что прошло всего несколько минут, когда телефон зазвонил вновь. Это был Милош.
– Я рад, что ты решила не лететь тем рейсом.
– Ну... после всего, что случилось за последние сутки, я как выжатый лимон. Думала, что останусь здесь и буду спать столько, сколько потребуется, чтобы восстановить свои силы.
Джильберта взглянула на часы и очень удивилась тому, что они показывали почти полдень.
– Разумно, – одобрил ее Милош. – Ну а у нас с капитаном Лаурентисом была небольшая беседа.
– И?..
– Мы затронули те же вопросы, что и вы с ним. Я поддержал твое утверждение, что Джулс никогда бы не покончил с собой, и сказал, что у него был список врагов длиной в милю. Лаурентис спросил меня о женщинах Джулса, и я объяснил, что этот список почти такой же длинный. Он попросил меня назвать какие-либо имена, но я ответил, что, поскольку мы с Джулсом взяли за правило не обсуждать личные дела, я могу только гадать на эту тему.
– Он этому поверил?
– Кажется, да... Особенно когда я намеренно ввел его в заблуждение, сообщив, что Джулс служил в ЦРУ и, возможно, по-прежнему был их агентом. Я также сказал, что он много путешествовал и как у бизнесмена у него было отличное прикрытие.
– Я не думаю, что это заблуждение, Милош. Мне пришло в голову, что связи Джулса с ЦРУ могли прямо или косвенно послужить мотивом для его убийства, – заметила Джильберта и задумалась. – Тот телефонный звонок Терри насчет сделки с землей...
– Да... Джулс не был бы так обеспокоен из-за простой сделки, – согласился Милош, – обычно он поручал заключение подобных контрактов своим вице-президентам.
– Лаурентис добился какого-нибудь прогресса в этом деле? – спросила Джильберта.
– Они нашли «додж». Твоя авантюра удалась, автомобиль раздели до каркаса: колеса, двигатель – все. Только номерной знак позволил полиции установить его принадлежность.
– А у Лаурентиса есть какие-то предположения относительно того, как грузовик туда попал? – спросила Джильберта.
– Если и есть, он не сказал об этом. Однако спросил меня, почему такой богатый человек, как я, держал «додж», а не модную машину. Я сказал, что в прошлом у меня были дорогие машины, с которых все сдирали на уличных стоянках. Лаурентис поверил этому. Послушай, если ты решила остаться в городе, почему бы нам не позавтракать вместе? – спросил Милош.
– Звучит заманчиво. Но я еще не одета.
– Хорошо, не торопись. У меня есть кое-какие дела. Я еще не связался с братьями Джулса, но они услышали о его смерти из последних «Новостей» и уже звонили в полицию.
– Какие приготовления к похоронам ты уже сделал?
– Джулс всегда был против пышных похорон. Это будет скромная церемония в церкви Святого Варфоломея, затем кремация, а свой прах он просил развеять над заливом Сан-Франциско.
– Когда это состоится?
– Завтра, в одиннадцать часов утра. А днем я на самолете полечу с его прахом на побережье, – ответил Милош.
– В таком случае глупо лететь домой сегодня. Я могла бы остаться.
– Очень практично, – заметил Милош. – Ты думаешь, Хармон приедет на похороны?
– Я уверена, что он захочет присутствовать, но вряд ли ему это удастся. Он сейчас просто завален работой.
Тем не менее я ему сейчас же позвоню, – объяснила Джильберта.
– Великолепно. Я забронирую где-нибудь столик, и мы сможем вместе позавтракать. Тебя устроит, если я заеду за тобой в час тридцать?
– Вполне. Буду ждать тебя в холле.
Джильберта положила трубку, затем, выждав несколько минут, набрала номер Хармона. Он ответил немедленно:
– Я надеялся, что ты позвонишь до того, как мне придется уйти. Ты уже встречалась с Милошем?
– Да, мы долго беседовали. Он считает так же, как и все, что Джулс никогда бы не покончил жизнь самоубийством. Милоша сегодня утром допрашивали в полиции.
– Есть какие-то новые обстоятельства в деле?
– Только то, что они нашли где-то оставленный пикап, который принадлежал Милошу.
– Пикап? – удивился Хармон.
– Послушай, дорогой, – торопливо заговорила Джильберта, – похороны состоятся здесь, в Нью-Йорке, завтра. Ты сможешь прилететь?
– Проклятие! У меня завтра два выступления и банкет.
– Ну... не расстраивайся из-за этого, Хармон. Джулс ненавидел подобные ритуалы, и он первый бы аплодировал твоему отсутствию, – успокоила Джильберта мужа.
– Ты вернешься домой сразу после похорон? Я соскучился по тебе, – сказал Хармон.
– Первым же рейсом, на который смогу попасть. Я тоже соскучилась по тебе.
– Джилли, я должен прервать наш разговор, пришел сенатор Дженнингс. Увидимся завтра вечером.
– Да. До свидания, дорогой.
Джильберта стала размышлять, следовало ли ей сказать о завещании Джулса, по которому мужу и его дочери доставалось по миллиону долларов. И решила, что будет более благоразумным, если Хармон узнает об этом от юриста. И все-таки Джильберте казалось очень и очень странным, что погибший упомянул в своем завещании только Дженет.
Но почему из всех женщин, которых знал Джулс, он выделил именно эту, совсем ординарную? Ведь существуют и иные формы вознаграждения, хотя, возможно, другие пассии тоже пользовались его благосклонностью.
Но лишь одна мысль по-настоящему мучила ее, когда Джильберта одевалась и принимала душ, – мысль, которую внушил ей Милош: убийца намерен добраться и до нее. Но ведь это лишено всякого смысла! Для чего ему это нужно, если полиция зарегистрировала смерть Джулса как самоубийство? Если только...
Если только Милош окажется прав и убийца действительно сделает этот анонимный звонок!
Милош забронировал столик «У Люхова», в своем любимом ресторане.
Наблюдая, как он с аппетитом поглощает огромные порции красной капусты и картофельных оладий, Джильберта улыбнулась:
– Не знаю, где это у тебя все помещается, ведь ты такой стройный.
Милош мельком заглянул в ее тарелку и с упреком заметил:
– А вот ты не ешь.
– Должно пройти какое-то время, прежде чем у меня появится аппетит, – извиняющимся тоном объяснила Джильберта.
Милош вонзил вилку в ее шницель и переложил его на свою тарелку.
– Я буду есть за нас двоих.
Джильберта закурила сигарету и откинулась на спинку стула, потягивая вино.
– Милош... чем чревата смерть Джулса для «Марстон лимитед»?
Он пожал плечами:
– Ничем. Мы потеряли лучшего капитана, какого можно было только желать, но корабль все равно будет плыть вперед. На протяжении многих лет Джулс создавал свою команду с одной лишь целью: добиться того, чтобы без него можно было бы обойтись.
– А тебя, Милош, он готовил в капитаны? Ты смог бы занять его место? – По губам Джильберты скользнула легкая улыбка.
– Поэтому он и переложил все на меня как на руководителя. Временами я заблуждаюсь, думая, что без меня невозможно обойтись.
На протяжении многих лет невероятный аппетит Милоша Алански был постоянной темой для острот друзей. Так однажды вечером, отпуская шутки на этот счет, Джулс сказал Джильберте:
– Он единственный тощий едок из всех, кого я когда-либо встречал.
Сейчас, наблюдая, с каким вожделением Милош поглощает каждый кусочек со своей и ее тарелки, она вдруг поняла, что Джули имел в виду. Только Джильберта выразилась бы иначе: не едок, а обжора. Она стала подбирать синонимы: обжорство... жадность...
Конечно! Почему она раньше об этом не подумала? Ведь только мистер Алански более всех выигрывал от смерти крупного бизнесмена. Милош, блестящий, честолюбивый, верный Джулсу. Однако слишком долго он оставался в тени, слишком долго жил в отражении славы своего лучшего друга. И хотя, без сомнения, Алански был горячо предан Марстону, все-таки порой он не мог не ощущать свое подчиненное положение.
Милош пристально посмотрел на Джильберту поверх очков в роговой оправе и спросил:
– О чем ты сейчас думаешь, Джилли? Ее смех не был искренним.
– О том, что однажды сказал Джули. Он назвал тебя тощим едоком.
– Обжора подошел бы больше, – уточнил он, широко улыбаясь.
«Ты сказал это, Милош, не я».
– Извини, Милош, я забыла, в какое время будет панихида?
– В одиннадцать. Мы можем поехать вместе, если хочешь, только это будет рано. Мне еще нужно сделать последние приготовления.
– В таком случае тебе лучше поехать вперед. По-моему, ждать около церкви – это значит ничего не делать... Знаешь, я только что сообразила, что у меня нет ничего подходящего для этой церемонии. Пожалуй, мне надо сделать некоторые покупки, – вздохнула Джильберта.
– Могу я подвезти тебя куда-нибудь? – спросил Милош. – У меня назначена деловая встреча в верхней части города.
– Нет, Милош, спасибо. Мне нужно пройтись. Я не привыкла есть по утрам такую тяжелую пищу.
Милош подмигнул ей:
– Ты хочешь сказать, что сыта уже одним видом того, как ем я?
Вернувшись в гостиницу, Джильберта достала покупки и развесила одежду, которую приобрела в фешенебельном салоне. Это были выполненный в строгом стиле темно-синий полотняный костюм, белая шелковая блузка и маленькая шляпка без полей с плоским донышком. Она разделась и, облачившись в халат, свернулась калачиком на кушетке с «Тайными грехами», книгой в бумажной обложке, которую Джильберта купила в отеле. Один раз она прервала чтение, чтобы позвонить в главный офис Де Бирсов в Силвер-Сити, но секретарь сказала, что Анита на совещании и ей передадут, чтобы она позвонила Джильберте.
Анита позвонила через два часа.
– Извини, что я заставила тебя так долго ждать, но я весь день была занята.
– Как все прошло? – спросила Джильберта.
– Прекрасно. Благодаря нашему главному юрисконсульту Джейсону. Их сыщики улизнули отсюда, поджав хвосты. Что касается представителей акционеров «Тейта», они были чрезвычайно довольны предполагаемой квартальной прибылью «Де Бирс», – рассказывала Анита.
– Молодец!
– Что у тебя новенького? – спросила Анита.
Джильберта посвятила ее только в часть своего разговора с Милошем, тщательно избегая каких-либо намеков на завещание, найденный пикап и Дженет. Она сказала Аните, что останется еще на одну ночь, так как похороны должны состояться завтра.
– Я чувствую себя виноватой из-за того, что не буду присутствовать на похоронах.
– Джули простил бы тебя... если бы мог, – проговорила Джильберта.
– Я знаю, он терпеть не мог похороны, – заметила Анита.
– Разве? – Джильберта не могла скрыть удивления. «Но откуда Анита знает об этом?» – Странно, что, будучи такими близкими подругами, мы никогда не обсуждали с тобой Джули.
– А что обсуждать? Он был очень скрытным человеком, держал на расстоянии даже своих друзей. У Джулса была одна черта характера, которую он никогда никому не открывал, даже тебе...
Джильберта прямо спросила:
– Анита... у тебя была когда-нибудь любовная связь с Джули?
Молчание.
– Анита, ты меня слышишь?
После долгой паузы в ответ наконец прозвучало:
– Да, Джилли.
– «Да» – ты меня слышишь, или «да» – у тебя была с ним любовная связь?
– Послушай, Джилли, ты – моя лучшая подруга, но ты не имеешь права меня допрашивать. Это личный вопрос. Мы всегда уважали тайны друг друга...
– Знаю, знаю. Не понимаю, что это вдруг на меня нашло. Это просто потому, что с тех пор как мы учились в колледже, мы с тобой были как родные сестры. У нас никогда не было секретов друг от друга, – объяснила Джильберта.
– Неужели? – Анита заняла наступательную позицию. – А как насчет твоей связи с Джулсом?
– О чем ты?
– Ты отлично знаешь, о чем я говорю, Джилли. В течение всего прошлого года у вас с Джулсом был роман.
– Откуда тебе это известно?
– Я все давно знаю и уверена, что знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, девочка моя. Даже твой Хармон. Ты выдавала себя в мелочах бесчисленное количество раз, Джилли.
С присущим ей прагматизмом Джильберта решила, что не стоит дальше играть в кошки-мышки.
– Мое поведение было настолько очевидным? – спросила она.
– Для меня – да. Но я не думаю, что кому-нибудь еще, кроме... – Анита умолкла.
– Кроме Дженет, – закончила за нее Джильберта.
Голос Аниты казался удивленным:
– Что заставляет тебя думать, будто она знает о тебе и Джулсе?
– Разве не ее ты имела в виду? – спросила Джильберта.
– Ну да, но... – Анита осеклась. – Я... я... О, черт побери, Джилли, сейчас нет смысла ходить вокруг да около. До встречи с тобой у него была любовная, связь с Дженет.
– Она сама рассказывала тебе?
– Ей не нужно было этого делать. Послушай, Джилли, ты когда-нибудь чувствовала, что Джулс ведет себя нечестно по отношению к тебе, флиртуя на стороне?
– Изредка, но это всего лишь проявление инстинкта собственника, ревность. Это как прыщи, которые проходят, когда наступает зрелость, – ответила Джильберта.
– Нет, я не это имею в виду. Я имею в виду действительно сильные флюиды. Когда ты нутром чувствуешь, что парень занимается этим с кем-то еще, – объяснила Анита.
– Я только раз испытала это. Речь идет об этой девушке из отдела Джимми Картера. Я знала, что Джулс забрался к ней в постель, но это не имело значения – так, однодневные гастроли.
– Хорошо. Но что вызвало эти флюиды? Я тебе скажу. Когда мужчина и женщина долгое время находятся в интимных отношениях, их близость становится нечто большим, чем секс. Они даже думают одинаково. И когда мужчина смотрит на другую женщину, не важно, насколько бессмысленным может быть этот взгляд, его партнерша интуитивно чувствует, что вызывает в нем желание.
– И говорит себе: «Именно так он смотрел на меня, когда мы впервые встретились», – быстро закончила Джильберта.
– Точно, – подтвердила Анита.
– Точно, – откликнулась подруга. – И теперь я получила ответ на вопрос, который не имела права тебе задавать: у тебя с Джулсом... У вас с Джулсом была любовная связь. Вот как ты узнала о нем и Дженет.
Анита вздохнула:
– Да, Джилли. Это было четыре года назад во время выборов. Я работала с ним в комитете по выборам Хармона губернатором, помнишь?
– Конечно, но я вряд ли тогда знала Джулса. Он, кажется, был помолвлен с этой нефтяной наследницей из Денвера, не так ли?
– Она расторгла помолвку, когда узнала о наших отношениях. – Анита снова вздохнула.
Джильберта рассмеялась:
– Будь я проклята! Интересно, есть ли в Колорадо хоть одна женщина, которую старина Джулс не затащил бы в постель?
– Он был весьма разборчив, – возразила Анита.
Джильберта уже хохотала:
– Ну конечно! А теперь, после того как мы сделали себе комплимент, давай переменим тему разговора!
– Пока мы откровенны друг с другом... – начала Анита. – Я не поверила этой выдумке о том, что ты провела субботу в загородном доме... Думаю, Дженет тоже не поверила.
– Послушай, дорогая...
Анита перебила ее:
– Я говорю тебе это лишь для того, чтобы предостеречь. Капитан Лаурентис не произвел на меня впечатление дурака.
Понимая, что Анита никогда не оставит эту тему, а обязательно вернется к ней когда-нибудь вновь, Джильберта решила чистосердечно во всем сознаться. Медленно и не упуская ни одной детали, она рассказала всю отвратительную историю и добавила, что Милош считает, будто со стороны убийцы ей грозит опасность.
– Но, – закончила Джильберта, – я сказала Лаурентису до того, как он допрашивал тебя, что я была в загородном домике, и он поверил этому, так что не беспокойся.
– Но я буду беспокоиться. Боже мой, Джилли, все это так ужасно! – воскликнула Анита.
– Маленькая девочка сможет о себе позаботиться, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Как ты смотришь на то, чтобы продолжить этот разговор, когда я вернусь в офис? – спросила Джильберта.
– Конечно... Джилли?
– Да?
– Мы остаемся друзьями? – спросила Анита.
– Конечно, друзьями, – заверила ее Джильберта и положила трубку.
Ну и ну! Сюрприз за сюрпризом. Итак, у Аниты тоже была любовная связь с Джулсом. Эти двое – пара хладнокровных предателей. А ведь всегда держались так вежливо и официально друг с другом в ее присутствии. Еще два вечера назад Джули спрашивал, не кажется ли Джильберте, что у Аниты любовная связь с Хармоном. Все это время Джулс Марстон притворялся, ублюдок! Оказывается, он спал с ее лучшей подругой, а когда ему надоело, бросил Аниту, и ради кого? Ради незрелой, наивной потаскушки! Как это, должно быть, разозлило Аниту! Ее голос звучал равнодушно, когда она говорила об этом. Однако Джильберта прекрасно понимала, что бывшая одноклассница не из тех, кто легко мирится с положением отвергнутой, особенно если учесть ее семейное положение...
Внезапно Джильберту осенило: вполне вероятно, что в то воскресное утро в квартиру поднялась вовсе не Дженет. «Возможно, это была женщина, у которой она украла любовника, женщина, которая дважды была им отвергнута, и во второй раз из-за меня, самой близкой подруги! Да, возможно, Анита и есть та, кто...»
Зазвонил телефон, и логическое построение рассыпалось. На третий зуммер Джильберта сняла трубку.
– Миссис Киллингтон?
Она узнала голос капитана Джорджа Лаурентиса.
– О, привет, Джордж. А это Джилли, помните?
– Хорошо... Джилли. – Он откашлялся.
– Но как вы узнали, что я еще здесь?
– Как вы и посоветовали, я разговаривал с Милошем Алански сегодня утром, и он сказал, что, может, вы останетесь еще на один день.
– Еще на два дня, поскольку прощальная церемония состоится завтра утром, – поправила его Джильберта.
– Догадываюсь, что вы виделись с Милошем Алански вчера вечером, – заметил Лаурентис.
– Да, действительно, мы встречались в баре, немного выпили. Бедняга ошеломлен и опустошен этой новостью... Кстати, я знаю, капитан, о вашей беседе е ним. Милош упомянул о том, что вы нашли его пикап.
– Да, он был брошен довольно далеко от места... С него сняли все вплоть до рамы, – объяснил Лаурентис.
– Его украли?
– Должно быть, так, хотя я не могу себе представить, кому нужен видавший виды «додж».
– Милошу действительно не везет, – вздохнула Джильберта. – Это четвертая машина, которую у него крадут. Он потому и купил этот «додж», что был уверен, такое страшилище никогда не украдут. Есть ли какие-нибудь новые сведения по поводу... Джулса?
– Никакой информации, старой или новой. Если в ближайшее время так ничего и не появится, его смерть будет зарегистрирована как самоубийство.
– Но это неправда! – запротестовала Джильберта, в то время как внутренний голос предостерегал: «Ты, чертова дура, пусть будет так! Если это самоубийство, то невозможно будет впутать в него тебя».
– Не мне решать. У комиссара внезапно появилось желание закрыть это дело. Я подозреваю, ЦРУ оказывает давление на департамент. Вы ведь сами говорили, что Марстон был их агентом, не так ли? – спросил Лаурентис.
– Да, но это было много лет назад.
– Разве вы не знаете, что старых работников ЦРУ никогда не забывают? Они никогда не исчезают из поля зрения ЦРУ в отличие от старых солдат. Это все равно как окреститься католиком: никогда по-настоящему не сможешь отречься от своей веры.
Она вдруг вспомнила слова Джулса: «Никто не прекращает службу в агентстве...»
– Вы думаете, что ЦРУ могло иметь какое-то отношение к его смерти? – спросила Джильберта.
– Вы почти угадали... Но вернемся к цели моего звонка. Когда мистер Алански сказал, что, возможно, вы сегодня не уедете, я рассудил следующим образом: поскольку прощальная церемония состоится завтра, вы также останетесь здесь на ночь.
– Это же элементарно, мой дорогой Ватсон! – вырвалось у Джильберты.
Джордж рассмеялся.
– И поскольку я тоже пойду на панихиду, не захотите ли вы, чтобы я за вами зашел и мы смогли поехать вместе? – объяснил он.
– Вы пойдете?
– Просто посмотреть на присутствующих, кто придет засвидетельствовать свое почтение, – объяснил капитан.
– Большинство из них не особенно будут горевать, – заметила Джильберта.
– Тем более надо взглянуть на них, вы понимаете, что я этим хочу сказать?
– Очень хорошо понимаю, – ответила Джильберта.
– Как насчет моего предложения? Зайти мне за вами?
– Вы очень внимательны, Джордж. Да... Я была бы вам признательна.
– В десять тридцать? – спросил Лаурентис.
– Я буду готова... Спокойной ночи, Джордж.
– Приятных снов, Джилли... – откликнулись на другом конце провода.
Приятные сны...
О, если бы только она могла быть в этом уверена! Прошлой ночью ее преследовали кошмары. Все выглядело так живо и реально, будто она находилась на борту «Генерала Слокума» в то роковое июньское утро 1904 года, когда ее прадедушка погиб смертью героя у кормы горящего парохода.
Джильберта позвонила и заказала легкий ужин в номер. Она ела за столом у окна, выходящего в парк. Яркий блеск и зелень напоминали сказки, которыми дедушка Джильберты давным-давно развлекал ее. Это были, истории из его собственного детства.
Он с родителями – Тарой и Сэмом Пайк – недолго жил в Нью-Йорке, и его первые воспоминания о самом нежном периоде жизни были связаны с парком, укрытым в первое утро Рождества ослепительным белым снегом. Его память хранила миниатюрные фигурки, катавшиеся на коньках по пруду, за которыми он наблюдал из окна; пар, клубившийся из ноздрей полицейских лошадей. Но, главное, Нью-Йорк был для Питера Пайка символом трагедии. Именно таким он казался сейчас и его внучке Джильберте.
Покончив с едой, Джилли приготовила себе изрядную порцию виски с содовой, забралась в постель и принялась за свою книгу в бумажной обложке. Но когда заметила, что в десятый раз читает одно и то же предложение, отбросила книгу, пошла в ванную, приняла таблетку снотворного и вернулась в постель. Последнее, что вспомнила Джильберта, прежде чем забыться сном, была строка из «Макбета»: «...Сон, смерть земных тревог...»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Греховные поцелуи - Блэйк Стефани



Не поняла, более бездарного конца и вообразить нельзя... а начало было таким многообещающим))
Греховные поцелуи - Блэйк СтефаниМилена
4.01.2015, 11.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100